Рубрика: Турция

Согласно сообщению Wall Street Journal, в субботу 21 августа Москва начнет загрузку топлива на первой в Иране атомной электростанции в городе Бушере. Москва также гарантировала поставку топлива для реактора сроком на 10 лет.

С того самого момента, как будет загружена первая капля этого топлива, АЭС будет считаться объектом ядерной энергетики в соответствии с определением МАГАТЭ. И как говорят эксперты, у аятолл появится возможность для производства плутония, необходимого для атомной бомбы.

Кроме того, «Бушер дает Ирану предлог для заявлений о необходимости ядерного обогащения», говорит эксперт по ядерной энергетике из фонда Heritage Джек Спенсер (Jack Spencer). Вот его оценка:

Без Бушера у аятолл нет никаких оснований для создания мощностей по обогащению. Второй их реактор — IR40, находящийся в Араке, это реактор на тяжелой воде, в котором используется природный уран. Поэтому там обогащать нечего. С другой стороны, если они ищут более легкий способ для создания оружия на базе плутония, то Арак это то самое место. Реакторы на тяжелой воде производят гораздо больше плутония, подходящего для создания оружия. Использовать Бушер для производства плутония просто не имеет смысла. Этот реактор для урана.

Однако для бедного, но имеющего богатые запасы газа Ирана также не имеет смысла тратить десятки миллиардов долларов на выработку электроэнергии на гражданских АЭС.

Чтобы ввести Бушерскую АЭС в эксплуатацию, понадобится еще два месяца. Электростанция будет работать под руководством Корпуса стражей исламской революции, который защищает правящий режим, а также обучает и оказывает поддержку террористическим организациям.

Это по сути явное нарушение тех санкций, которые в июне текущего года были введены против Ирана Советом Безопасности Организации Объединенных Наций – санкций, принятых при поддержке России (и Китая). Хотя Москва осмотрительно договорилась об исключении Бушера из режима санкций ООН, своими действиями она наносит пощечину администрации Обамы с ее политикой «перезагрузки» в отношениях с Россией.

Иранские клерикалы используют запуск Бушерской АЭС для активизации исламистской пропаганды в смеси с персидским национализмом. Это весьма взрывоопасная смесь для той пороховой бочки, какой является Ближний Восток. В результате Тегеран обретает мощное преимущество над местными критиками, поскольку может теперь заявлять, что западные санкции дали нулевой результат, а у Ирана светлое будущее.

Соединенные Штаты Америки всегда выступали против предоставления Ирану доступа к ядерной энергии, если он не докажет, что не пытается создать ядерное оружие, а действует в соответствии с требованиями Дополнительного протокола МАГАТЭ, предусматривающего проведение тщательных проверок по требованию. Конечно, аятоллам есть что скрывать, поскольку выполнять эти требования они отказываются. Кроме того, как правильно заявляют США, поскольку Иран получил достаточное количество топлива от России, ему не нужны собственные мощности по ядерному обогащению, которые к тому же можно использовать для обогащения урана до оружейной концентрации.

МАГАТЭ неоднократно выясняло, что Иран нарушает свои международные обязательства по нераспространению. Последним доказательством стал обнаруженный возле Кума секретный ядерный объект. Примеры Ирака и Ливии наглядно показывают, что если режим твердо решил обмануть контрольное ядерное ведомство ООН, то сделать это он может очень легко. Попросту говоря, обещания Тегерана эксплуатировать реактор под международным контролем на фоне его многочисленных нарушений правил МАГАТЭ стоят не больше, чем кофейная гуща в чашке на персидском базаре.

Загрузка топлива в АЭС также имеет военные последствия. Когда топливо будет загружено, реактор станет практически неуязвимым для авиационных ударов из-за опасности распространения радиации в воздухе и вокруг реактора. Возможен только высокоточный удар, который выведет объект из строя, не повредив при этом защитную оболочку реактора.

Это была долгая и мучительная история для государственного российского гиганта атомной энергетики «Росатома». Контракт на строительство реактора корпорация получила еще в 1995 году. В прошлом Москва использовала строительство АЭС для того, чтобы призывать Иран откровенно рассказать о своей программе создания атомного оружия, иметь рычаг давления на Тегеран и отстаивать в этой стране свои экономические интересы. «Росатом» считает себя ключевым игроком на высокодоходном мировом ядерном рынке.

Однако последние действия Москвы однозначно говорят о том, что появившиеся недавно сообщения об ухудшении российско-иранских отношений могут оказаться преждевременными. Несмотря на широко разрекламированную политику «перезагрузки» президента Обамы в отношениях с Россией, несмотря на значительные уступки США Москве, Кремль предоставил в распоряжение деспотичного режима мощное средство для игнорирования санкций ООН и для получения плутония в целях создания бомбы. Таким образом, Россия вручила Ирану важную политическую победу.

Оригинал публикации: Fueling Bushehr: Did Russia Light Iran’s Nuclear Fuse?

(«The Heritage Foundation», США)
Ариэль Коэн (Ariel Cohen) Источник — ИноСМИ
Постоянный адрес статьи —

Эксклюзивное интервью  с кавалером ордена «Азербайджанского Знамени», командиром диверсионно-разведывательного отряда Ибадом Гусейновым.

После того как мы опубликовали материал, повествующий о смерти известного международного армянского террориста Монте Мелконяна, к нам обратились участники операции по его ликвидации.

Выяснилось, что долгие годы от широкой общественности в целях безопасности скрывались истинные подробности уничтожения национального героя Армении Монте Мелконяна – ученика всемирно известного террориста Рамироса «Шакала». Необходимо отметить, что профессиональный террорист Мелконян, являвшийся одним из лидеров террористической армянской организации АСАЛА, совершил десятки терактов, приведших к гибели турецких дипломатов в разных странах мира. Мелконян в течение многих лет воевал в различных «горячих точках», в частности против Израиля в Ливане, в долине Бекаа и был неуловим для израильских спецслужб.

— Где вы встретили начало Карабахской войны?

— Когда начались первые боевые столкновения с армянскими оккупантами в Карабахе, я служил в Советской армии в одной из частей на Амуре. Именно здесь до нас дошла весть о том, что советская армия вторглась в январе 1990 года в Баку и пролила кровь сотен мирных граждан. Я вместе с другими военнослужащими из Азербайджана начал бессрочную голодовку с требованием отпустить нас на Родину. Несмотря на все давление со стороны командования мы не прекратили голодовку и в итоге руководство части пошло на беспрецедентный шаг – нас уволили в запас до завершения срока службы и я смог спешно вернуться в объятый пламенем Азербайджан.

— Куда вы направились после возвращения на Родину?

— По прибытии в Азербайджан в 1990 году я направился в свой родной Мартунинский — ныне Ходжавендский район и пытался организовать сопротивление нападениям армянских боевиков на наши села и мирное азербайджанское население. Именно в этот период началась горячая фаза Нагорно-Карабахского конфликта и в регион боевых действий стали проникать международные армянские террористические группы, отличавшиеся невиданной жестокостью к мирному населению. У армян было всевозможное вооружение и оснащение, которое они получали из-за рубежа и покупали из советских войсковых частей, дислоцированных в регионе. У нас не было возможности ни купить, ни получить оружие – еще было советское время и нам просто неоткуда было достать все необходимое.

Тогда я создал первый диверсионно-разведывательный отряд, который совершал вылазки, уничтожал армянских «фидаинов» и отбирал у них оружие. Также мы нападали на те советские войсковые подразделения, которые в открытую продавали армянам оружие и военную технику. Таким образом, в прямом смысле голыми руками мы начали борьбу с армянскими оккупантами, всесторонне обеспечиваемыми извне и изнутри. Никакой поддержки со стороны властей у нас не было, и мы полагались только на свою смелость и взаимовыручку.

Однажды радиоперехват переговоров армянской стороны выявил, что командовать армянскими подразделениями в Мартунинском (Агдам-Ходжавендском) направлении прибыл известный полевой командир по кличке Аво.

— Вам тогда стало известно, что это международный террорист Монте Мелконян?

— Мы не знали, что это один из известнейших своей дерзостью и безжалостностью международных террористов по имени Монте Мелконян. Мы знали его как Аво, слышали, что армяне его уважают. Он был знатоком подрывного дела, террора и захвата заложников, участвовал в ряде войн на Ближнем Востоке, был организатором террористических актов в разных странах мира. Всего этого мы – простые азербайджанские воины-добровольцы — тогда не знали.

— Какие задания выполнял назначенный в Ходжавенде полевым командиром Монте Мелконян?

— Агдам-Ходжавендское направление было одним из стратегически важных в период Карабахской войны, поэтому здесь проходили кровопролитнейшие боевые действия между армянским и азербайджанскими войсками. В конце 1991 начале 1992 года ситуация в этом направлении линии фронта ухудшилась. Анархия и беспорядок, царившие в Баку, в тогдашнем руководстве страны создавали дополнительные благоприятные условия для армянских оккупантов. Непосредственно под руководством Монте Мелконяна был разработан план по захвату одного из самых больших азербайджанских сел – Гарадаглы. Однако благодаря нашему смелому плану армянским оккупантам в тот раз не удалось захватить Гарадаглы. Возглавляемый мною малочисленный отряд, с целью отвлечь внимание противника от села Гарадаглы, дважды нанес удар по оккупированному армянами райцентру Мартуни (Ходжавенд). Мы освободили от отрядов Мелконяна сам райцентр и почти 70% территории района. Таким образом, нам удалось отбросить врага, вывезти и спасти значительную часть мирного населения Гарадаглы. Однако нас было мало и подкрепления из Баку не стоило ожидать и армянские отряды Арабо и Арамо все-таки захватили Гарадаглы и учинили там геноцид мирного населения. Армянами были захвачены в плен, жестоко убиты и заживо сожжены около 100 жителей Гарадаглы.

Спустя некоторое время армянские отряды Арабо совершили геноцид мирного населения Ходжалы, в котором принимали участие Монте Мелконян, Серж Саркисян (нынешний президент Армении), Сейран Оганян (ныне министр обороны Армении) и другие армянские головорезы. Эти изверги убили свыше 600 женщин, детей, стариков и гражданского населения. Около 1300 ходжалинцев были пленены и свыше 1000 стали инвалидами.

— Чем ответил ваш отряд на бесчеловечные акции армянских бандитов в Гарадаглы и Ходжалы?

— Зверства, совершенные армянскими бандитами в Гарадаглы и Ходжалы,  оказали сильное влияние на меня. После этого я поместил свою фотографию на доске Шехидов и теперь уходил на разведзадания как в последний свой бой, чтобы самому стать шехидом. Проводимые мною разведоперации преследовали три основные цели: пресечь планируемые противником боевые задачи, уберечь азербайджанские позиции от вражеского огня и обеспечить командование достоверной информацией о дислокации и передвижениях противника. В этот период, возглавляемый мной диверсионно-разведывательный отряд провел большое количество операций в тылу противника. Мы в любой нужный момент проникали и свободно передвигались на территории, контролируемой отрядами Аво (Монте Мелконяна). Во время этих операций нами были уничтожены сотни армянских боевиков.

Я преследовал цель найти и уничтожить армянского командира Аво (Монте Мелконяна), и тем самым отомстить за пролитую им кровь мирного азербайджанского населения Гарадаглы, Ходжалы и других населенных пунктов. Мною собиралась и отслеживалась вся информация о передвижениях и операциях Аво. У меня было специальное поручение ко всем ребятам – если где-нибудь увидите Аво, не стреляйте в него, а дайте мне знать об этом. Я хотел встретиться с ним лицом к лицу и посмотреть в его глаза.

— Ваши боевые товарищи говорят, что вы ни на минуту не сомневались в том, что рано или поздно встретите Аво…

— Да, меня не покидало такое чувство, что я обязательно увижу Аво. В июне 1993 года на всей линии Карабахского фронта сложилась тяжелая обстановка – Баку сотрясали политические страсти, войска Сурета Гусейнова с одной стороны и находящиеся у власти народофронтовцы — с другой стороны вступили в кровопролитную схватку за власть в Азербайджане. В этой ситуации приход к власти Гейдара Алиева смог бы остановить гражданскую войну, однако армянские оккупанты, воспользовавшись политическими сложностями и безвластием в Азербайджане, замыслили перейти в наступление в Ходжавендском направлении. Армяне планировали захватить стратегически важные пункты Агджабеди, Тахтакерпю, Бейлаганского, Физулинского направлений и другие пути, ведущие в центр страны и столицу Азербайджана. Осуществить эти планы армянское руководство поручило Аво. Наши разведданные показывали, что армянская сторона усиленно готовится к большой операции в Ходжавендском направлении и собирает здесь большую ударную группировку войск и техники.

— Расскажите, при каких обстоятельствах вам удалось уничтожить Монте  Мелконяна?

— Возглавляемому мною отряду было поручено проникнуть на сторону противника, изучить дислокацию сил врага, его количество и передвижение. Отрядом из 14 человек мы проникли на вражескую сторону, и в течение двух суток собрали всю необходимую информацию. В ночь с 11 на 12 июня я с отрядом вошел в родное село Муганлы, находящееся под контролем армянских ВС. На рассвете мы посетили могилы родных на сельском кладбище, после чего я пошел в свой родной дом, опустошенный и сожженный армянами. Затем взяв с собой четырех воинов, я направился вглубь армянских позиций. Мы увидели, как со стороны райцентра Ходжавенд и села Куропаткино едет один УАЗ в направлении села Муганлы. Через некоторое время УАЗ застрял в горной речке Хонашен и из него вышел человек в военной форме – он приказал двум другим оставаться на месте, а сам направился в сторону Муганлы. Один из моих ребят посмотрел в бинокль и сказал: «Кажется, это Аво!». Я сказал: «Он — Аво, а я Ибад – это мой бой» и направился вслед за Аво.

Мы столкнулись с Аво лицом к лицу во дворе сельской школы, в которой я когда-тоучился. Мы молча, смотрели друг на друга, при этом каждый нацелил оружие. Я тихо сказал: «Бросай оружие!». Я хотел взять его живым. Аво начал молить меня, чтобы я не стрелял в него. Но я вижу, как его рука тянется к курку автомата. Я выстрелил в него, и Аво, уронив автомат, упал на землю, но он вновь сделал рывок, чтобы подняться и выстрелить в меня. Я сделал еще выстрел, Аво упал и на коленях пытался на турецком языке молить не убивать его. Именно в этот момент я увидел в глазах Аво разочарование и сожаление, что он встретил смерть на чужой для него земле, на которой он безнаказанно проливал кровь невинных людей. Однако я повалил Аво навзничь и обезглавил его, чтобы потом армяне навсегда запомнили, что Мелконян умер от руки азербайджанского воина. Его погубила неоправданная самоуверенность – Аво был  убийцей-профессионалом и не ожидал, что его давно ищут. Аво и не подозревал, что его уничтожит 22-летний азербайджанский воин. Там же я забрал документы, блокнот, фотки, оружие Аво и затем, собрав своих ребят, двинулся далее вглубь армянских позиций (подробнее об уничтожении Монте Мелконяна, можно узнать на личном сайте Ибада Гусейнова).

— Армяне долго искали своего командира Аво?

— Через несколько часов после гибели Аво армяне стали его лихорадочно искать. В Муганлы прибыло несколько грузовиков, набитых армянскими боевиками, а также четыре единицы бронетехники, которые и стали прочесывать село. Армянские подразделения рассыпались цепью и с криками «Аво!Аво!» прочесывали село Муганлы. Мой отряд наблюдал за всем этим из укрытия, мы понимали, что после того как армяне найдут труп Аво, оцепят всю линию фронта. Тогда я принял дерзкое решение и двинул свой отряд в противоположном направлении – в сторону оккупированного армянами райцентра Ходжавенд. Мы заняли позицию буквально в нескольких шагах от армянского блокпоста, и видели, какой хаос царит в связи с гибелью Аво. Затем под покровом ночи в течение двух дней, сделав большой крюк в тылу армянских позиций, наш отряд вышел на третий день к азербайджанским позициям у села Марзили Агдамского района.

— Вы знаете, что армяне не хотят признавать, при каких обстоятельствах погиб Монте Мелконян и стараются героизировать сцену его смерти, придумывая различные мифы о последнем моменте жизни Аво?

— Я горжусь тем, что уничтожил Аво именно в моем родном селе Муганлы, что именно здесь нашел свою смерть один из жесточайших убийц – международный террорист Монте Аво Мелконян.

Небольшая часть бывшего НКАО в Ходжавендском районе освобождена от армянских оккупантов и удерживалась в период Карабахской войны благодаря отваге нашего небольшого отряда. Эти освобожденные 18 тыс. га Ходжавендского района являются ныне опорным пунктом, откуда по приказу нашего верховного главнокомандующего мы вновь ринемся в бой и вышвырнем армянских оккупантов со всех оккупированных азербайджанских территорий. Несмотря на мои ранения, я готов в любой момент отдать жизнь за суверенитет Азербайджана.

— Говорят, с вами случилось настоящее чудо – получив смертельное ранение в Карабахской войне, вы смогли вопреки всему выжить?

— Почти за три года боевых действий в период Карабахской войны у меня не было и одной царапины, что мои боевые товарищи считали чем-то сверхъестественным. Но в декабре 1993 года я был тяжело ранен, подорвавшись на мине. Осколки проникли мне в череп, руку и ноги и я впал в кому. После 28-дневной комы у врачей пропала надежда спасти меня. Как-то из Москвы прибыл известный хирург, который, увидев мое безнадежное положение, попросил разрешения у родственников вскрыть мой череп, чтобы выяснить причины моей комы – в чисто медицинских, исследовательских целях. Он сказал, что делает это ради науки, и нет никаких гарантий, что я останусь жив. Вскрыв мой череп, он обнаружил большое внутренне кровоизлияние, которое и не позволяло нормально функционировать головному мозгу и телу. Удалив эту внутреннюю гематому, врач опять-таки не надеялся, что я выживу. Но я вышел из комы и вернулся к полноценной жизни, несмотря на диагнозы врачей, говоривших, что останусь на всю жизнь инвалидом. Прямо с больничной койки, на костылях я вернулся в расположение своей воинской части на линии фронта, где желание биться с врагом подняло меня на ноги.

Я и сейчас в строю и жду того часа, когда снова буду громить оккупанта, освобожу свое родное село Муганлы, где нашел свою смерть Монте Мелконян, освобожу все наши земли. Эта мысль вдохновляет меня и многих азербайджанских воинов, готовых на все ради того, чтобы отомстить врагу и восстановить суверенитет Азербайджана.

Ризван Гусейнов

http://www.1news.az/interview/20100817095722303.html

В Азербайджан вчера с двухдневным визитом прибыл президент Турции Абдуллах Гюль. Не прошло и часа после приземления его самолета в Бакинском аэропорту, как началась встреча гостя с глазу на глаз с азербайджанским коллегой Ильхамом Алиевым, а затем переговоры делегаций в расширенном составе. Обсуждались новые соглашения, которые послужат дальнейшему развитию двустороннего взаимодействия. Главный документ был подписан лидерами двух государств уже вчера — это договор о стратегическом партнерстве и взаимной помощи между Турцией и Азербайджаном.

Важное место заняла карабахская тема. Абдуллах Гюль особо подчеркнул, что замороженные долгосрочные конфликты, одним из которых является конфликт вокруг Нагорного Карабаха, могут неожиданно превратиться в большую проблему, а потому ее справедливое разрешение «пойдет на пользу всем». Гость подтвердил желание Турции добиться мира и стабильности на Южном Кавказе в целом: «Этот вопрос — главный для региона».

Гостя сопровождает представительная делегация, в которую входит министр энергетики и природных ресурсов, сопредседатель межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству Турции и Азербайджана Танер Йылдыз, а также высокопоставленные чиновники промышленных министерств, бизнесмены, ученые и журналисты. На этот раз президент Турции не взял с собой супругу, что указывает на сугубо деловой характер состоявшихся переговоров, в центре которых было сотрудничество в сфере энергетики.

Азербайджанскому информагентству Туран удалось выяснить, что два президента тет-а-тет говорили о транспортировке азербайджанского газа в Турцию по газопроводу «Набукко». Этот проект получил одобрение Евросоюза, а сама труба, как известно, должна идти в обход России. Но Турция пытается навязать ЕС свои правила, в частности хочет иметь решающий голос в вопросах ценообразования, объемов транспортировки и конечных пунктов назначения в Европе. Кроме того, Турция ищет пути, чтобы обойти санкции международного сообщества против Ирана и включить его газ в проект «Набукко». Такая позиция Анкары вызывает раздражение Вашингтона, недовольного ее стремлением играть роль первой скрипки в регионе, пользуясь при этом скрытой поддержкой Москвы в энергетических вопросах.

Однако для реализации этих устремлений Турции без Азербайджана не обойтись. В последнее время Запад достиг существенного прогресса в переговорах с Туркменией о строительстве Транскаспийского газопровода — составной части «Набукко». Теперь остается усадить за стол переговоров Баку и Ашхабад, чтобы снять спорные вопросы. А это порождает уже у самого Азербайджана желание последовать турецкому примеру и тоже диктовать свои условия. Он делал это уже не раз, демонстративно продавая газ России и Ирану, вместо того чтобы продвигать «Набукко». Анкара и Баку руководствуются одними и теми же мотивами: если Запад хочет осуществить этот проект, то пусть поддерживает политические режимы Турции и Азербайджана. Можно с большой долей вероятности предположить, что Абдуллах Гюль и Ильхам Алиев посвятили большую часть переговоров согласованию именно этих моментов.

В беседе со «Временем новостей» бакинский экономист-аналитик Вюгар Байрамов подтвердил, что визит Абдуллаха Гюля в Азербайджан проходит на фоне первых конкретных шагов по реализации проекта «Набукко», протежируемого Евросоюзом и отвечающего энергетическим планам Турции. Дело в том, что до конца августа в Анкаре участием министров энергетики Австрии, Болгарии, Венгрии, Румынии и Турции должно состояться подписание меморандума по поддержке этого проекта. СМИ Азербайджана и Турции сообщают, что акционеры «Набукко» озадачены вопросами обеспечения газопровода сырьем. А также тем, что по новым прикидкам протяженность газопровода составит не 3,3 тыс. км, как первоначально планировалось, а 4 тыс. км, а это приведет к удорожанию проекта на 10% и «соответственно требует увеличения финансирования».

Такие вопросы решают на высшем уровне. Вчера Абдуллах Гюль уже встретился со спикером парламента Азербайджана Октаем Асадовым и премьером Артуром Раси-заде. Плотный график визита не позволил президенту Турции полюбоваться многими новыми достопримечательностями Баку, в том числе построенными турецкими бизнесменами. Но сегодня высокий гость и сопровождающие его лица увидят ряд объектов, созданных с помощью соседней страны в Закатальском и Шекинском районах, откуда они отбудут на родину.

Ирада АЛЕКПЕРОВА, Баку
Источник — Время новостей
Постоянный адрес статьи —

Таир Фарадов

В ходе социологического исследования 1998-1999 годов нами изучались вопросы о гранях этнической идентификации, функциональной роли родного языка, а также роли средств массовой информации в возрождении этнического самосознания. Кроме того, нами задавались специальные вопросы с целью определить у населения степень знания элементов традиционной национальной культуры, являющихся важнейшим признаком идентификации.

Судя по результатам исследования, этническая самоидентификация граждан достаточно устойчива и носит позитивную направленность. Так, 77,7% опрошенных сельских жителей придают значение своей национальной принадлежности (считаю это очень важным для себя) и только 13,5% составила доля, не придающих значения своей национальной принадлежности; 8,8% респондентов затруднились дать ответ. Среди горожан аналогичные показатели составили соответственно- 78,7%, 7,6% и 13,7%.

Обнаружено превышение доли лиц, отдающих предпочтение этнокультурным и психологическим критериям идентификации в сравнении с этническими. Если только 6,8% опрошенных полагали, что национальность следует определять по желанию самого человека, 5,5% — по родному языку, то для четырех из пяти опрошенных (81,5%) первостепенное значение имело происхождение, то есть национальность родителей (национальность отца — 67,4%, национальность матери — 6,2%, национальность отца и матери — 7,9%). Как видим, на уровне обыденного сознания абсолютное большинство идентифицируют личность по национальности родителей. Лишь 5,4% респондентов увязывают определение национальности с гражданством, а 0,8% обращают внимание на анкетные данные.

Для определения того, как понимают свою национальность опрашиваемые, предлагалось несколько высказываний, отражающих содержание национальности. Ответы распределились следующим образом- каждый человек должен гордиться своей национальностью — 30,7%; национальность дана человеку от рождения и менять ее нельзя — 24,9%; национальность — это то, что объединяет людей, позволяет им добиваться общих целей — 23,7%; благодаря национальной принадлежности у людей сохраняется историческая память — 9,3%; человек вправе сам выбирать свою национальность — 5,6%; национальность — это то, что разъединяет людей, противопоставляет их друг другу — 4,3%; сейчас понятие национальности в значительной мере устарело — 1,5%.

А вот распределение ответов почти на аналогичный вопрос- я никогда не забываю о своей национальной принадлежности (90,8%) и для меня не имеет особого значения моя национальная принадлежность (9,2%); человеку необходимо чувствовать себя представителем какой-то нации (84,5%) и современному человеку не обязательно чувствовать себя представителем какой-то нации (15,5%); при общении с людьми я обязательно обращаю внимание на их национальность (48,3%) и при общении с людьми я не обращаю особого внимания на их национальность (51,7%). Как следует из этих данных, национальность представляется безусловно позитивной ценностью подавляющему большинству опрошенных.

Узы, связывающие наших респондентов со своей национальной группой, довольно крепки. В их представлении, наиболее важным и ценным, что сближает, роднит их со своим народом, являются- территория проживания, родная земля (68,4%), обычаи и традиции (59,3%), общее историческое прошлое (55,1%), национальность родителей (42,0%), материальные и духовные ценности нации (34,8%).

Важны также следующие черты для их этнической принадлежности, для ощущения себя представителем данной, конкретной нации — единство национальных интересов (29,5%), национальный характер и психология (19,7%), религия (16,3%), внешность (8,9%). И в принципе они согласны с бытующим мнением, согласно которому знание родного, национального языка можно считать единственным и основным критерием национальной принадлежности (28,6%).

Этнодифференцирующие признаки идентичности — это как бы обратная сторона собственной самоидентификации. Сквозь призму различения ее критериев проступает восприятие не-нас и самоидентификация народа. Так, 29,8% опрошенных, проживающих в сельской местности, полагают, что народы различаются языком общения. Не менее значимыми критериями различения являются для них народные традиции и обычаи (23,4%) и религия (20,2%). Менее важными оказались историческое прошлое (8,5%), внешность (6,4%), особенности национального характера (4,5%) и государство, в котором живем (4,3%). Особенности поведения играют минимальную роль — 3,2%.

Результаты опроса горожан несколько отличаются. Так, для них наиболее значимым фактором, различающим людей по национальному признаку, является язык — 28,1%. Далее были названы традиции и обычаи (23,6%), на третьем месте — особенности национального характера (20,7%). Весьма существенными критериями дифференциации они считают, в отличие от сельских респондентов, внешность (14,0%) и особенности поведения (11,6%). Зато такой фактор, как конфессиональное единство, значим лишь для двух процентов городских жителей.

Исследование подтвердило значимость средств массовой информации в процессе становления и возрождения национального самосознания. Оказалось, что 22,2% городских и 21,5% сельских респондентов постоянно слушают радиопередачи на азербайджанском языке, а иногда, соответственно, — 45,5% и 43,2%. Также читают: художественную литературу на азербайджанском языке постоянно и иногда — 66,3% горожан и 55,9% селян; газеты на том же языке — соответственно 58,7% и 46,6%.

Респонденты, проживающие в деревнях, чаще, чем городские смотрят телевизионные передачи на азербайджанском языке (61,5% против 40,5%). Ответивших, что не смотрят телевизионные передачи, не слушают радиопередачи, не читают газеты и художественную литературу на азербайджанском языке, просили указать, с чем это связано. Выяснилось, что основной причиной является плохое знание или незнание родного языка.

Национальная принадлежность человека в нашей стране, в их коллективе, по мнению респондентов, практически не влияет на его взаимоотношения с товарищами по работе (58,8%), продвижение по служебной лестнице (46,3%), улучшение жилищных условий (30,4%), назначение на руководящие должности (18,7%), получение социальных благ (15,9%), избрание в органы власти (10,6%). То есть, социальная карьера и мобильность не определяются фактором национальности.

Согласно взглядам опрошенных, все национальности, проживающие в Азербайджане, могли бы объединить следующие идеи, интересы и ценности- желание жить в едином, целостном сильном и процветающем государстве (68,9%), осознание Азербайджана как общей Родины, общего дома для всех (64,6%), забота о территориальной целостности и суверенитете страны (58,8%), отпор агрессорам извне, борьба против общего врага (47,3%), общие заботы, проблемы, жизненные трудности (36,0%), общность исторических судеб (18,4%), общие черты в культуре, образе жизни (17,6%). И лишь не более 6% полагают, что ничто не может объединить, так как у всех разные интересы, устремления.

Общественное восприятие многонациональности нашей страны, представлено следующей гаммой суждений и мнений — это нормально, так как это исторически сложившееся явление (38,4%), это хорошо, так как способствует обогащению культур, делает жизнь интереснее и разнообразнее, это наше богатство, наше достояние (35,6%), это плохо, так как приводит к разным конфликтам, разногласиям и противоречиям на национальной почве (5,4%), ведет к сепаратизму (5,0%), это не имеет принципиального значения, так как все зависит от самих людей и их отношений (15,6%).

Можно сказать, что представителей национальных меньшинств проблема утраты национальной идентичности, национального своеобразия и самобытности практически не беспокоит. По мнению абсолютного большинства (94,6%) представителей национальных меньшинств, проживающих в сельской местности, для них не существует реальной опасности утраты своей национальной самобытности и идентичности (считаю, что такой проблемы вовсе нет). Среди горожан так считают 89,2% опрошенных. Лишь небольшой процент горожан и деревенских жителей полагает, что такая опасность существует, но не стоит ее преувеличивать (есть некоторые основания для беспокойства).

И только один из ста респондентов утверждает, что их национальной группе указанная опасность грозит (да, очень волнует эта проблема). Были и такие респонденты, кого эта проблема в принципе не интересует. Подавляющее большинство представителей национальных меньшинств считает Азербайджан своей Родиной (88,3%), чувствуют и считают себя полноправными гражданами страны (79,6%). При этом, они гордятся своим народом, его достижениями, культурой и историей (81,7%).

В процессе изучения общественного мнения Ф. Мамедовым была получена интересная информация о таком компоненте национальной культуры, как национальное самосознание. Его рост в стране обусловлен рядом объективных факторов, среди которых демократизация общества (31,7%), возрождение самобытных национально-культурных традиций, преданных забвению в советский период развития (57,7%), возвращение к религиозно-гуманистическим ценностям Ислама (44,4%), обретение национального суверенитета (3,9%), рост патриотических настроений, связанных с военной агрессией со стороны Армении (1,8%) и другие факторы.

Вместе с тем, значительная часть опрошенных (29,2%) считает, что в настоящее время рост национального самосознания не наблюдается в связи с падением культурно-образовательного уровня, обусловленного такими факторами, как низкая степень материального благосостояния общества, отсутствие эффективного просвещения и культурной политики, бюрократизм и коррупция.

Важнейшим направлением культурной политики является культура междунациональных отношений. Традиционно Азербайджан являлся и является образцом высокой этики межнациональных и межконфессиональных отношений. Показателем высокой толерантности азербайджанцев является мирное сосуществование и свободное, нестесненное развитие в стране представителей множества народов, наций, этносов и религий.

Учитывая диалектические особенности и трудности переходного периода, новая культурная политика, используя возможности культурного просвещения и культурного плюрализма, должна сохранять преемственность этих гуманистических традиций высокой культуры, способствовать дальнейшей гармонизации разных культур в стране, развитию и обогащению этого позитивного опыта. В рамках новой культурной политики предстоит многое сделать и для развития религиозной культуры, в том числе культуры межконфессиональных отношений, гармонизации и взаимодействия религий в интересах развития культуры гражданского общества. [4, 510-514]

Определенный интерес представляет также выяснение вопроса относительно показателей этнической идентификации среди представителей русскоязычного населения нашей страны.

Так, в частности, интересные результаты были получены в ходе исследования, проведенного нами в 1994 году совместно с А. Мамедовым и Ф. Гаджиевым среди представителей русскоязычной азербайджанской интеллигенции.

Самыми главными индикаторами при определении национальности человека эта категория населения считает, прежде всего национальность родителей (46,3%), язык (41,2%), знание, соблюдение национальных обычаев и традиций (38,3%), черты национального характера (22,4%), гражданство (18,5%), религию (11,7%), привязанность к родной земле (8,3%) и внешность (5,7%). Представителей русскоязычной интеллигенции связывает с Азербайджаном, его народом и культурой, прежде всего образ жизни (62,8%), общая историческая судьба (59,4%), традиции (49,8%), культура, искусство и литература (44,3%), образ мышления (30,7%), язык (24,6%) и религия (14,6%).

Несмотря на то, что они являются интегральной частью азербайджанской нации, и это наглядно проявлялось по их достаточно сильно выраженному национальному самосознанию, у этих людей возникали некоторые проблемы и сложности в связи с их русскоязычием: сложности в общении с коллегами по работе (35,9%), трудности в получении необходимой информации из азербайджанских источников (28,7%), отсутствие продвижения по служебной лестнице (17,3%), трудности бытового общения (16,8%), невозможность углубления знаний об истории и культуре Азербайджана (14,2%). У большинства же никаких особых проблем не возникало в этой связи.

А вот как они описывали свое психологическое состояние, когда находились, оказывались в азербайджаноязычной среде — испытывали чувство дискомфорта (36,8%), испытывали отсутствие взаимопонимания (26,4%), стыдились своего незнания языка (19,8%), чувствовали негативное отношение, презрение, высокомерие со стороны окружающих (8,3%).

Уже тогда решение этих проблем они видели в том, чтобы изучать более углубленно азербайджанский язык, историю и культуру Азербайджана (42,8%), интенсифицировать общение с азербайджаноязычными людьми (35,6%), ограничить общение с азербайджаноязычными людьми (6,3%) или же, в крайнем случае, выехать за пределы страны» (5,4%). В то же время, довольно немалая часть из них чувствовала себя нормально, комфортно в данной ситуации, так как знают в некоторой степени язык и могут достаточно активно участвовать в беседе.

Респонденты безусловно считают себя полноправными, полновесными представителями азербайджанской культуры (73,8%), в некоторой степени (17,5%), не считают себя таковыми всего 8,7%. На вопрос, какую роль сыграла азербайджанская культура в их становлении, указали, что определяющую — 22,4%, основную — 28,6%, второстепенную — 34,8%, никакую — 14,2%. Они оценивают свое знание культуры Азербайджана на отлично (28,3%), хорошо (39,5%), слабо, плохо (22,2%).

Свою задачу как русскоязычной интеллигенции они видят в основном в развитии азербайджанской культуры, в содействии обмену духовными ценностями между азербайджанской и другими культурами, чтобы способствовать широкому межнациональному, международному общению, быть своеобразным культурным мостом между Востоком и Западом. Некоторые указали на то, что свою миссию видят в том, чтобы достойно представлять нашу страну, наш народ на различных международных форумах.

Они считают, что своей профессиональной деятельностью вносят значительный (35,3%) или определенный (47,8%) вклад в развитие азербайджанской национальной культуры, который осуществляется посредством написания книг, статей, монографий, создания произведений искусства и литературы. Обогащение азербайджанской культуры происходит также в форме педагогической, научной и творческой деятельности. Некоторые же отметили, что не вносят никакого вклада (16,7%) или же не задумывались над этим (5,6%).

Чувствуют ли они отчужденность от азербайджанской культуры? Опрос показал, что в очень сильной степени чувствуют свою отчужденность 19,8%, а в некоторой степени — 25,9%. Надо сказать, что, несмотря на некоторые элементы отчуждения, они достаточно хорошо осведомлены об основных, ключевых событиях в нашей истории, очень высоко отзываются об основных чертах характера, присущего азербайджанцам, высоко оценивают историческое прошлое нашего народа.

Таким образом, в полиэтнической стране, которой является Азербайджан, взаимодействуют культуры разных этносов, и происходит, с одной стороны, общение представителей данных культур, а с другой, у них не наблюдается утрата этнической идентификации и отсутствует угроза подобной утраты.

Строительство нового независимого государства вовсе не подразумевает отказа от своей национальной самобытности. Современная этносфера нашей страны характеризуется динамичными процессами роста этнического самосознания, интереса к национальным истокам, языку, обычаям и традициям. Этническая идентичность, пока что в результате разумной этнополитики, проводимой государством, не противоречит гражданской идентичности. Азербайджанская модель этнополитики базируется на этническом многообразии, самобытности всех этносов Азербайджана, при одновременном укреплении гражданской идентичности, азербайджанского патриотизма, идеологии азербайджанизма.

Кстати сказать, при нашем непосредственном участии еще в 1994 году Азербайджанским Институтом Государственного Строительства и Международных Отношений был проведен опрос общественного мнения по теме, касающейся проблем необходимости выработки, формирования национальной идеологии. Анализ результатов проведенного исследования показал, что 55% опрашиваемых проявляли большой интерес к данным проблемам, 35% опрошенных интересовались данными проблемами в некоторой степени и лишь 5% отметили, что проблемы национальной идеологии их совершенно не интересуют.

На вопрос Считаете ли Вы проблему национальной идеологии одной из важнейших для нашей республики? подавляющее большинство респондентов (80%) ответили да, так как без идеологии нет государства и от решения этой проблемы во многом зависит будущее нашей страны. Также, 15 процентов опрошенных заявили, что есть более важные проблемы и 5% ответили, что этот вопрос вообще не имеет никакого значения. На вопрос Для чего в первую очередь должна быть создана национальная идеология? было получено следующее распределение- наибольший процент горожан (65%) считал, что для укрепления государственности, суверенитета и независимости Азербайджана.

Далее по численности следовали ответы- для формирования жизненных ориентиров и идеалов у населения — 25%; для утверждения национального мира и гражданского согласия — 25%; по 20 процентов — для сплочения всего народа республики и для духовного обновления людей; по 10 процентов респондентов ответили, что идеология нужна для возрождения азербайджанского народа и для возможности проведения социально-экономических реформ. Таким образом, несмотря на неоднозначность термина национальная идеология, проблемы, связанные с ней, волновали общество в тот период. Люди не только хотели разобраться в этих вопросах, но и связывали их решение с надеждами на позитивные изменения.[5]

Наверное, можно в основном согласиться с Г. Салимовым в том, что новой основой для национального единства являются международные стандарты в области прав человека. Политические, социальные, экономические и культурные права, гарантируемые каждому, позволили бы человеку сосуществовать в едином государстве, не забывая своего этнического происхождения и самобытности. [6]

В таком контексте представляется вполне оправданным, например, призыв ряда этнологов, социологов, философов (В. Тишкова, Г. Гусейнова) о сознательном переходе к новой доктрине национальной солидарности, связанной с созданием нации на основе двойной, традиционно-культурной и гражданской, идентичности. В этом случае понятие азербайджанской нации будет иметь помимо собственно этнического значения, и гражданское, политическое значение.

Представляется важным, что общеазербайджанская идентичность — не только проект, но уже отчасти и реальность- по данным нашего исследования 1997 года 89,7% респондентов идентифицировали себя как гражданина Азербайджана при одновременном осознании себя как представителя своей национальности (84,5%). Тем не менее, очевидно, что процесс перевода национальной идеологии с этнических на гражданские рельсы требует необходимого общественного консенсуса, долгого времени и целенаправленных идейно-политических и пропагандистских усилий.

Со временем стало ясно, что все-таки необходима система позиций, принципов, целей, которая должна объединять общество. Такой объединяющей системой может стать гражданственность — политико-нравственная позиция, выражающаяся в чувстве долга и ответственности человека перед гражданским сообществом, к которому он принадлежит, в чувстве своего национального достоинства, в готовности отстаивать и защищать от всяких посягательств на его права и интересы, в правильном определении и понимании национальных приоритетов.

Надо сделать так, чтобы процессы развития азербайджанской идентичности, стремление к защите азербайджанских ценностей, эта волна возрождения своей национальной культуры и языка, не вызывали бы опасений у представителей национальных меньшинств, которые также не менее заинтересованы в сохранении, приумножении и защите своей национальной самобытности и иногда могут воспринимать эти процессы как проявления национализма.

Подобные настроения могут привести к тому, что они останутся в стороне от происходящих событий по построению новых общественных отношений, основ демократического общества. Ответной реакцией на подобную ситуацию может также стать стихийное создание национальных организаций, цели которых будут идти вразрез с объединительными, интегративными тенденциями, подлинными социально-культурными интересами национальных групп.

Сегодня все больше людей начинает осознавать вред национальной отчужденности, ограниченности и изоляции, признавать полиэтничность как основу государства, стремиться к знаниям о других народах и их культурах. Как отметил один из интервьюируемых экспертов, величие народа заключается в умении осознать свою сущность и самобытность, оценить богатые возможности своей нации, в желании ее защитить, а также в верности своей культуре и национальному менталитету. Прогресс заключается не в отречении от своего национального я, а наоборот, перенимая достижения европейской, в том числе русской цивилизации, мы стремились к развитию своей национальной культуры. А вот мнения других специалистов — именно критерии преемственности и солидарности формируют образ мышления, нормы и ценности каждой нации, защищают ее от опасности исчезновения со сцены истории и возвышают ее в глазах мирового сообщества, азербайджанский народ всегда отличался верностью своим историческим корням, национальным нравственным нормам и традициям.

Национальное самосознание неразрывно связано с патриотизмом, содействующим мобилизации сил общества на решение возникших перед ним задач, облегчающим преодоление трудностей и испытаний. Говорят, что настоящий гражданин-патриот должен любить свою Родину, но что такое Родина? Ведь вокруг так много проблем- безработица, нищета, высокие цены, неуважение к закону, отсутствие профессионализма, межнациональный конфликт, беженцы. Это тоже любить, это тоже Родина? Это сложные, неоднозначные вопросы, во многом зависящие от личного выбора человека. Нельзя любить негативные факты нашей действительности. Но истинный гражданин, видя и критикуя недостатки, переживает за будущее своей Родины, стремится к исправлению положения. Конечно, патриотические слова о Родине патетически произносить гораздо легче, чем вносить конкретный вклад в процесс национального развития и консолидации, тем более чем-то пожертвовать во имя этого. Как с горечью указывали некоторые респонденты, у нас патриотизм только на словах, сейчас можно услышать огромное количество ура-патриотической фразеологии, не подкрепленной реальными практическими делами. А по мнению одного из экспертов, любовь к своей нации должна не ослеплять людей, а оставлять простор для критической оценки недостатков общественного развития, не мешать реалистическому осмыслению причин имеющихся трудностей и неудач. Патриотически настроенные граждане не изощряются в демонстрации лояльности собственной нации, а живут по правде, занимают активную гражданскую позицию по всем важнейшим и острым проблемам национального развития, не избегают бремени ответственности за все хорошее и плохое в своей стране.

Думается, что чувство национального самосознания, а его подъем является неизбежным ответом на крупные социально-политические потрясения последнего времени, и чувство любви к своей стране должны быть воспитаны в человеке семьей и школой. Гражданственность — это единство правовой, политической и нравственной культуры. Содержание всех школьных предметов должно быть нацелено на формирование гражданина, патриота. Но особенно велика в этом роль гуманитарных предметов, прежде всего обществознания, истории, литературы, географии. Большие возможности для гражданского образования школьников заложены в содержании большинства учебных предметов. Незаменимую роль играет в школе специальный курс граждановедение, который решает те задачи гражданского образования, которые не могут решить другие предметы. Этот курс содержит сведения о государстве, законах, правах и обязанностях человека, о его культуре, о гражданских ценностях. Таким образом, при соответствующей организации учебного и воспитательного процесса, возможно воспитание у молодого поколения чувства патриотизма, гражданственности, формирование национального самосознания, уважения к историческому и культурному наследию всех народов Азербайджана, к человеческой личности, правам человека.

Надо сказать, что культура межнационального общения входит в научное познание как малоисследованная, многоаспектная и внутренне сложная проблема. Научная и практическая значимость ее проблемного исследования растет по мере усложнения и модернизации межнациональных и внутринациональных отношений в различных странах и регионах мира.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Г. Солдатова. Психологическое исследование этнической идентичности. В кн. Национальное самосознание и национализм в Российской Федерации начала 90-х годов, М., 1994.

2. О. Волкогонова, И. Татаренко. Этническая идентификация и искушение национализмом — Мир России, № 2, 2001.

3. М. М. Кучуков. Нация и социальная жизнь, Нальчик, 1996.

4. Ф. Мамедов. Культурология. Баку, 2002.

5. Государство и идеология. Баку, № 8 (8638), 12 марта 1994 года.

6. Г. Салимов. Этнонационализм и этнополитическая ситуация в Азербайджане — Центральная Азия и Кавказ, № 15, 1998.

7. Данный опрос был осуществлен в рамках международного исследовательского проекта Переосмысление гражданственности на Южном Кавказе- выявление динамики и противоречий между формальными концепциями и неформальной практикой/Reinventing Citizenship in the South Caucasus— Exploring the Dynamic and Contradictions Between Formal Conceptions and Informal Practices совместно с Женевским Университетом и организацией CIMERA в Швейцарии при финансовой поддержке Швейцарского Национального Научного Фонда — Swiss National Science Foundation/SCOPES Program, 2001-2002 гг.

8. Р. Мусабеков. Наш общий дом — Азербайджан!, — Мусават, № 12, 2003.

9. Этничность, конфликт и согласие. Москва, 2003.

10. Л. Н. Гумилев. География этноса в исторический период. Л., 1990.

11. Э. Геллнер. Пришествие национализма. Мифы нации и класса, Д. Бройи Подходы к исследованию национализма — В кн. Нации и национализм, М., 2002.

12. L. Greenfeld. Nationalism: Five Roads to Modernity. Cambridge, 1985.

13. R. Mustafayev. Azərbaycan dövlətçiliyi- özümüzü və dünyani dərketmə yolunda, Baki, 1995; N. Cəfərov. Azərbaycanşünasliq məsələləri, Baki, 2001; Ü. Şəfiev. Azərbaycanli və Azərbaycançilig tarixi — Dirçəliş — XXI əsr, № 65, İyul, 2003.

http://ethnoglobus.com/index.php?l=ru&m=news&id=681

Очевидно, что Израиль не заинтересован в том, чтобы международная комиссия расследовала причины и, собственно говоря, итоги инцидента, связанного с турецкими благотворительными структурами и турецкими гражданами, которые хотели помочь палестинцам и привезти гуманитарный груз.

Израиль совершил преступление по отношению к гуманитарному конвою и несколько месяцев упирался и никак не был согласен с тем, чтобы создавать международную комиссию по расследованию причин этого инцидента. Вы знаете, из-за этого инцидента очень серьезно испортились израильско-турецкие отношения, а Иран в ответ собирался отправить гуманитарный конвой уже в сопровождении военных кораблей Корпуса Стражей исламской революции. Еле-еле отговорили Иран от этого, поскольку неминуемо это решение Ирана привело бы к ожесточению ситуации, напряженности, поскольку реальное столкновение иранцев и уже израильтян стало бы абсолютно возможным и вероятным. Поскольку если бы иранский конвой был бы сопровождаем военными кораблями элитного корпуса Стражей Исламской революции, то очевидно, что Иран самым жестким образом ответил бы на любое посягательство на свои корабли, тем более что эти корабли находились в международных водах.

Израиль не заинтересован в том, чтобы международная комиссия расследовала инцидент, поскольку совершенно очевидно, что Израиль совершил преступление, убили более 10 граждан разных государств, причем совершенно безоружных людей, которые совершали гуманитарную миссию, и это было согласовано с международными структурами. Все знали об этом, израильтяне стали действовать нагло, цинично и беспардонно, и несмотря на то, что это международная гуманитарная миссия, они пошли на то, что остановили конвой и начали штурм корабля. И потому очень Израилю не хочется, чтобы мировое сообщество установило причины этого преступления.

Примерно два-три месяца Израиль упирался и не давал согласия на создание такой комиссии, но в конце концов под жестким напором разных слоев мирового сообщества такое решение было принято, и сейчас уже поняли, что решение будет неблагоприятным по отношению к Израилю, и чтобы потом иметь возможность не соглашаться с выводами международной комиссии, очень выгодно Израилю под разными предлогами выйти из нее, не сотрудничать с этой комиссией, сделать все, чтобы работа этой комиссии была заблокирована. В итоге любое решение, которая вынесет эта комиссия, будет опротестовано, и Израиль, конечно же, не будет согласен с выводами.

Это очень удобный случай, для того, чтобы не считаться с мнением комиссии и оправдывать свои действия. Я полагаю, что в данном случае израильтяне делают еще одну ошибку, поскольку их преступление налицо, и непризнание этого преступления является последующим преступлением и откроет дорогу новым безнаказанным преступлениям Израиля. Я полагаю, что в данном случае американцы поняли, что упираться больше не стоит, так цинично защищать своего основного партнера на Ближнем Востоке не следует, поскольку из-за этого очень серьезно ухудшились турецко-американские отношения, а также отношения Турции с странами Запада. Очевидно, что больше всего в этом инциденте пострадала Турция, поскольку погибли 10 или 11 ее невинных граждан от рук израильтян.

Полагаю, что Израиль не только совершил международное преступление, но и совершенно незаконно организовал блокаду сектора Газа. Даже американцы, которые не отличаются объективностью по отношению к Израилю и всегда цинично и нагло поддерживают Израиль в его преступлениях и действиях, вынуждены были заявить, что блокада сектора Газа — это незаконное действие со стороны Израиля, и требовали, чтобы Израиль согласился с созданием международной комиссии по расследованию инцидента связанного с гуманитарной миссией.

Источник:»islamnews.ru»

http://www.iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=67144

Как сообщают армянские СМИ, Минобороны Армении распространило заявление относительно интервью армянских военнослужащих и их комментариев (в том числе родственника министра обороны Сейрана Оганяна).

Управление информации и по связям с общественностью Министерства обороны Армении распространило сообщение, в котором в частности говорится: «10 августа ряд азербайджанских СМИ, в частности, сайты APA, 1news.az, day.az опубликовали интервью, якобы проведенные с находящимися в Азербайджане армянскими военнослужащими, а также разместили их фотографии».

По мнению армянского, Минобороны, тем самым азербайджанская сторона якобы нарушила нормы Международного гуманитарного права, в частности Женевской Конвенции от 1949 года, передает 1news.az со ссылкой на армянские СМИ.

Видимо, Сейран Оганян, сильно расстроенный откровениями перешедшего в Азербайджан своего родственника военнослужащего Огана Арутюняна, вдруг «вспомнил» о существовании Женевской Конвенции.

Было бы интересно увидеть, как всполошившийся глава оборонного ведомства Армении лихорадочно ищет и потом читает статьи Женевской Конвенции, о которой этот головорез не вспоминал, когда в феврале 1992 года командовал вместе с нынешним президентом Сержем Саргсяном захватом азербайджанского города Ходжалы. В том самом Ходжалы, население которого Оганян и его подручные подвергли геноциду, уничтожив и стар и млад. И теперь Оганян, по которому давно уже плачет Международный военный трибунал, вдруг стал «знатоком» Женевской Конвенции и даже начал бойко цитировать ее статьи.

Минобороны Армении еще имеет наглость обращаться в Международный Комитет Красного Креста (МККК) и жаловаться на действия азербайджанской стороны относительно интервью армянских военнослужащих СМИ Азербайджана.

При этом армянская сторона, кажется, забыла, что попирая все нормы международного права, гуманности и правила человеческого общества, несмотря на обращения МККК и азербайджанской стороны, до сих пор не возвращает тело прапорщика Мубариза Ибрагимова, геройски погибшего 28 июня этого года. Интересно, как еще после этого у армянской стороны поворачивается язык говорить о гуманности? О каких международных конвенциях может говорить Армения, которая распространяет в Интернете и своих СМИ фотографии и видео трупа прапорщика Мубариза Ибрагримова со следами насилия и демонстрацией неуважительного отношения к телу погибшего?

Напоминаем «знатокам» международного права из армянского Минобороны, что согласно основополагающим статьям Женевской Конвенции от 12 августа 1949 года, Армения, как страна, подписавшаяся под конвенцией, обязана уважительно относиться к трупам военных и возвращать их неприятельской стороне – в данном случае Азербайджану. Об этом ясно сказано в статьях 16-17  Главы I Женевской Конвенции «Об улучшении участи раненных и больных в действующих армиях».

С текстом этой конвенции армянская сторона может ознакомиться на официальном сайте Международного Комитета Красного Креста, в который ныне Минобороны Армении так спешит жаловаться. В частности в статье 17 Конвенции говорится: «Кроме того стороны, находящиеся в конфликте, должны наблюдать, чтобы умершие были погребены с честью и, если возможно, согласно обрядам религии, к которой они принадлежат, чтобы могилы уважались… (стороны, находящиеся в конфликте) организуют… опознавание трупов и их возможную отправку на родину».

Засим со своей стороны считаем необходимым напомнить Минобороны Армении и его обиженному главе Сейрану Оганяну старую пословицу, которая гласит: «Что посеешь – то и пожнешь».

О какой гуманности может разводить демагогию армянская сторона, президент, министр обороны и ряд высокопоставленных чиновников, которой лично участвовали в уничтожении азербайджанского гражданского населения в период Карабахской войны?

Надеемся, что международные организации, в том числе и МККК, учтут этот факт при рассмотрении кляузы армянского Минобороны, относительно интервью армянских военных СМИ Азербайджана… также надеемся, что МККК напомнит армянской стороне о необходимости уважительно отношения к трупам и их возвращения неприятельской стороне (Азербайджану).

Со своей стороны, смеем заверить Сейрана Оганяна, беспокоящегося о безопасности армянских граждан, перешедших в Азербайджан – у них все в порядке.

Их безопасности, так же как и безопасности  30,000 армян проживающих в Азербайджане, ничто не угрожает.

Чего наши собеседники армяне не могли сказать о своей Родине, откуда им пришлось бежать во «вражеский», как его называют в Армении, Азербайджан…

Ризван Гусейнов

источник — http://www.1news.az/analytics/20100811122730612.html

Интервью c ведущим экспертом The Heritage Foundation (США) по вопросам России, Евразии и международной энергетической безопасности Ариэлем Коэном.

— Господин Коэн, как бы Вы прокомментировали продление срока пребывания российской военной базы в Армении?

— Как сообщалось, в банке данных нормативных актов правительства России появилось постановление о проекте протокола, который вносит серьезные изменения в договор о размещении российской военной базы в Гюмри на территории Армении.

Теперь военная база в Гюмри, кроме осуществления функций по защите интересов России, будет обеспечивать совместно с вооруженными силами Армении безопасность этой республики. А для обеспечения безопасности Армении Россия будет обеспечивать Армению современным вооружением.

Более того, в случае ратификации протокола российская база останется в Гюмри как минимум до 2044 года с дальнейшим автоматическим продлением каждые пять лет, тогда как по предыдущему договору база должна была оставаться в Армении до 2015 года.

Ратификация договора, скорее всего, будет приурочена к визиту президента Дмитрия Медведева в Ереван в августе.

— А с чем связаны столь серьезные изменения…?

— Судя по всему, после недавнего визита госсекретаря США Хиллари Клинтон в Ереван, в ходе которого госсекретарь ограничилась призывами к демократии и стабильности в регионе, Россия решила заполнить брешь и дать Армении некие политические гарантии.

Сегодня Москва делает все, чтобы укрепить региональное лидерство всеми доступными средствами. На фоне явного ослабления интереса к Южному Кавказу администрации Обамы добиться этого несложно.

Кремль взял на себя основную роль медиатора в территориальном споре между Арменией и Азербайджаном и теперь пытается соблюсти хрупкий баланс между традиционным союзником и перспективным партнером. Кстати, это не говорит о том, что Москва стремится к урегулированию конфликта. Куда как удобнее иметь рычаг влияния в регионе, исполняя роль важного переговорщика.

В отличие от Соединенных Штатов Москва уже два года с готовностью предлагает свои схемы урегулирования ситуации вокруг Нагорного Карабаха и укрепляет сотрудничество с Ереваном и Баку. В том числе и военное.

— Имеет ли это какое-то отношение к иранской ядерной программе?

— Разумеется, немаловажную роль в том, что договор по базе был продлен именно сейчас, играет и растущее напряжение вокруг иранской ядерной программы.

Ну а то, что продление договора по базе негативно скажется на потеплевших в последнее время азербайджано-российских отношениях, как предрекают некоторые аналитики, маловероятно.

Если бы Баку считал, что договор направлен против Азербайджана, это не замедлило бы сказаться на отношении Баку к Москве и соответственно на интересах России в регионе.

Однако рисковать экономическими и энергетическими отношениями с Азербайджаном и российской РЛС в Габале Кремль не собирается.

— Как Вы считаете, насколько обоснованны заявления некоторых экспертов, что данный договор представляет опасность для Азербайджана?

— На самом деле договор о защите Армении ничем Баку не грозит. Даже в случае военного сценария развития событий вокруг Нагорного Карабаха российские солдаты не столкнутся с азербайджанской армией.

Нагорный Карабах – де-юре территория Азербайджана, как и семь оккупированных азербайджанских районов, и в случае блицкрига опасности для самой Армении, от которой ее должна защищать Россия, просто не будет.

Кроме того, Россия может в самое ближайшее время уравновесить положение в регионе.

Не случайно, что параллельно с появлением на сайте правительства проекта протокола произошла утечка важной информации.

Газета «Ведомости» сообщила, что Минобороны Азербайджана заключило контракт с «Рособоронэкспортом» на поставку двух дивизионов зенитно-ракетного комплекса (ЗРК) С-300 ПМУ-2 «Фаворит».

Позже информацию об уже заключенном контракте опровергло российское Минобороны. А вот в Минобороны Азербайджана, ничего не опровергая, ответили обтекаемо, мол, Азербайджан усиливает и продолжает деятельность по усилению своей армии.

Как тут не вспомнить череду внезапных визитов министров обороны Азербайджана и России, которые имели место весной.

Вполне вероятно, что именно тот факт, что информация о продаже С-300 — правда, и послужил поводом для молчания официального Азербайджана по поводу изменений в договоре о базе в Гюмри.

Интересно, что на военной российской базе в Гюмри, по официальным данным, также числится 2 дивизиона ЗРК С-300. Баланс соблюден.

Намекая на поставки Азербайджану комплексов С-300, Россия использует страхи армянской стороны, предлагает ей более прочный зонт безопасности, обеспечивая себе форпост на Южном Кавказе на долгие годы.

Эльшан Рустамов

источник  -http://www.1news.az/interview/20100811113612802.html

Когда Анкара и Москва в 1984 году подписали свое первое соглашение о поставках природного газа, некоторые турецкие эксперты по вопросам энергетики начали беспокоиться, что страна не сможет потребить весь тот газ, который она должна была закупить согласно взятым на себя контрактным обязательствам.

Эти страхи оказались беспочвенными, но им на смену быстро пришла обеспокоенность по поводу чрезмерной зависимости, когда испытывающая энергетический голод Турция активизировала свое сотрудничество (а также конкуренцию) с Россией в нефтяной и газовой области.

Обязательство Турции от 1984 года ежегодно закупать у Советского Союза 6 миллиардов кубометров газа вызвало панику у одного эксперта по энергетике из государственного департамента планирования, вспоминает его коллега. «Он тогда сказал: «Мы в итоге будем платить за газ, который не используем»», — заявил корреспонденту Hürriyet Daily News & Economic Review бывший специалист из этого департамента Юрдакул Игитгюден (Yurdakul Yiğitgüden).

Поставки газа начались в 1987 году. Но вместо проблем с излишками у Турции к 1996 году появилось желание и готовность подписать второе соглашение на дополнительные поставки 8 миллиардов кубометров газа в год. «В начале 90-х мы постоянно просили Россию продавать нам больше газа», — говорит Игитгюден, который также занимал пост заместителя министра энергетики. Рост спроса заставил две страны подписать в 1997 году важнейшее соглашение о строительстве «Голубого потока», цель которого заключалась в поставке дополнительных объемов природного газа по подводному трубопроводу, проложенному по дну Черного моря.

«»Голубой поток» был конкурентным ответом России на газопроводный проект Туркменистана. Была гонка с целью захвата турецкого рынка», — говорит старший аналитик Владимир Сокор (Vladimir Socor) из вашингтонского Джеймстаунского фонда (Jamestown Foundation), специализирующегося на Евразии и Китае. Это соглашение стало ошибкой для Турции, заявляет Сокор, вторя тогдашним критикам, которые заявляли, что правительство заключило невыгодную для турецких потребителей сделку. «Условия соглашения держались в тайне, но известно, что Турция платила огромную цену за природный газ», — сказал Сокор Hürriyet Daily News.

О содержании таких соглашений общественность обычно не информируется, и поэтому условия, согласованные Турцией и Россией, стали предметом многочисленных спекуляций. «В энергетических кругах существует общепринятая точка зрения, что нынешнее и предыдущие правительства на переговорах не отстояли должным образом интересы Турции», — говорит турецкий эксперт из области энергетики Недждет Памир (Necdet Pamir).

По мере наращивания поисково-разведочных работ на новых нефтегазовых месторождениях бывших советских республик, таких как Азербайджан, усиливалась и конкуренция между Турцией и Россией. Она особенно активизировалась после того, как Турция вместе с British Petroleum и азербайджанской компанией SOCAR стала акционером трубопроводной компании «Баку-Тбилиси-Джейхан» (ВТС), созданной в 2002 году. Этот 1768-километровый трубопровод, заканчивающийся на турецком средиземноморском побережье в Джейхане, был построен в 2005 году, а нефть по нему пошла годом позже. Явно демонстрируя свое недовольство стремлением Турции стать транзитным коридором для перекачки энергоресурсов, Россия весьма неприязненно отнеслась к этому трубопроводу, продолжая перевозить свою нефть танкерами через Босфор, несмотря на предупреждения Турции об опасной перегруженности этого морского пути.

Согласно официальной турецкой статистике, в 2009 году через Босфор и Дарданеллы прошло 51422 танкера. Восемьдесят процентов этих судов перевозили потенциально опасные грузы, такие как нефть и нефтепродукты, общий вес которых составил порядка 144,7 миллиона тонн. Известно, что Россия экспортирует через эти проливы около четверти своей сырой нефти.

Энергетическая диверсификация и усиление соперничества

В последнее десятилетие Турция пытается позиционировать себя как альтернативный маршрут поставок газа, поскольку растет обеспокоенность по поводу усиления зависимости Турции и Европы от России.

В попытке снизить зависимость от российского газа ЕС поддержал трубопроводный проект Nabucco, в котором Турции отводится роль ключевого связующего звена, дающего выход к газовым месторождениям Каспия и Ближнего Востока. Трубопровод этот свяжет восточную границу Турции с австрийским Баумгартеном, который является одним из важнейших узлов транспортировки газа в Центральной Европе. Он пройдет через территорию Болгарии, Румынии и Венгрии. Длина трубопровода составит 3300 километров, а годовой объем транзита – 31 миллиард кубометров. Строительство газопровода планируется завершить к 2014 году.

Этот проект стал очередным раздражителем для Москвы, которая в ответ выступила с инициативой строительства газопровода «Южный поток». Эту ветку планируется проложить по морскому дну из России в Болгарию.

«»Южный поток» это сплошной блеф. У России нет газа для заполнения этого газопровода. Нет и конкретного рынка для «Южного потока»», — говорит Сокор из Джеймстаунского фонда, считающий, что российский проект имеет целью посеять сомнения в умах инвесторов по поводу Nabucco, пользующегося поддержкой Евросоюза. «»Южный поток» предназначен для уничтожения Nabucco», — заявляет он.

Российский энергетический гигант «Газпром» опровергает заявления о том, что у него недостаточно газа.

Тем не менее, несмотря на обстановку соперничества, усилия по развитию сотрудничества двух стран продолжаются. Во время визита российского премьер-министра Владимира Путина в Анкару 6 августа 2009 года Турция дала «Газпрому» разрешение на проведение работ по технико-экономическому обоснованию проекта «Южный поток» и сейсмических исследований в районе его прокладки в турецкой части Черного моря. Этот шаг удивил многих, особенно сторонников Nabucco. Но решение Турции было отчасти основано на уверенности в том, что проект «Южный поток» никогда не будет реализован из-за недостатка финансирования.

Была и еще одна причина, по которой Турция дала «зеленый свет». В обмен на это разрешение Анкара, наконец, добилась от Москвы согласия на закачку нефти в турецкий трубопровод Самсун-Джейхан, который Турция считает крайне важным инструментом для снятия транспортной нагрузки на Босфор. После завершения строительства этот трубопровод свяжет терминал на Черном море в порту Самсун с терминалом в Джейхане. В итоге количество танкеров, проходящих через проливы, уменьшится на 50 процентов. Этот проект также важен для планов Турции по превращению Джейхана в транспортный узел по перекачке энергоресурсов.

Россия сняла свои возражения против этого трубопровода, который, как считает она, подрывает ее господствующее положение. Но окончательное соглашение по проекту Самсун-Джейхан пока не подписано. Из-за этого некоторые обозреватели утверждают, что Анкаре не следовало заключать в мае сделку по строительству первой в Турции атомной электростанции, помогать в сооружении которой будет Россия. В этом конкурсе Москва была единственным претендентом.

Данные соглашения, а также договор о слиянии между «Газпромом» и частной турецкой фирмой, обладающей лицензией на газоснабжение 23 городов Турции, являются часть компенсационного пакета, говорит Памир, являющийся членом турецкого национального комитета Всемирного энергетического совета (World Energy Council). Он жестко критикует энергетическую политику Турции, заявляя, что она ставит страну в зависимость от зарубежных источников поставок.

В настоящее время Турция импортирует 98 процентов потребляемого газа и около 92 процентов нефти. В 2008 году она заплатила 44,8 миллиарда долларов за нефть, нефтепродукты, природный газ и сжиженный попутный газ. По словам Памира, это непозволительная сумма.

«России предоставляются государственные льготы в обмен на сделки с избранными компаниями, о которых известно, что они принадлежат правящей партии», — заявил Памир Hürriyet Daily News.

Проект Самсун-Джейхан отдали компании, в руководстве которой работает зять премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана. Оппозиционные парламентские партии подвергли это решение острой критике.

Памир также подверг критике позицию правительства, состоящую в том, что у Турции нет своих энергетических ресурсов. Он заявил, что страна вполне может развивать солнечную и ветровую энергетику, а также строить электростанции на угле и ГЭС. Памир уверен, что энергетические отношения с Россией, которая обеспечивает две трети турецкого газового импорта, создали чрезмерно опасную зависимость Турции от одного источника поставок.

«Те, кто говорят о зависимости от России, должны понять, что и Россия зависит от Турции. Это взаимная зависимость, — заявляет Сергей Комлев, возглавляющий управление структурирования контрактов и ценообразования «Газпрома», — отношения развиваются к обоюдной выгоде сторон».

По словам Комлева, покупать газ в России для Турции вполне естественно. «В силу географических условий ей легче всего получать газ из России», — заявил он Hürriyet Daily News, добавив при этом, что газовые сделки это часть общего энергетического сотрудничества двух стран. «Турция считается самым важным клиентом «Газпрома». Она занимает второе место по объемам», — сказал Комлев.

Он отверг критику по поводу того, что Россия использует энергоресурсы в качестве инструмента политического давления. «Для нас было бы самоубийством использовать газ в качестве политического инструмента против Турции, — сказал он, — мы не против того, чтобы Турция пыталась диверсифицировать свои ресурсы».

По словам главы «Газпрома» Алексея Миллера, остальные поставщики газа в Турцию – а это Иран и Азербайджан – зачастую не в состоянии выполнять свои обязательства по поставкам в силу погодных условий. «Каждый год я получаю благодарственные письма от своих турецких коллег по поводу того, что «Газпром» в очередной раз поставил в Турцию дополнительные объемы газа – больше, чем предусмотрено нашими официальными контрактами», — говорит он.

Но поскольку из-за мирового экономического кризиса безопасность спроса начала по важности опережать безопасность предложения, страны-потребители, такие как Турция, обретают дополнительное влияние в глазах поставщиков, например, России. Такое изменение в динамике власти вполне может повлиять на исход переговоров по новому газовому соглашению, которое должно прийти на смену старому, поскольку его срок действия заканчивается в 2011 году.

Оригинал публикации: Old rivals, new partners: Russia and Turkey, tied by energy dependence

(«Hurriyet», Турция)
Барчин Инанч (BARÇIN YİNANÇ) Источник — ИноСМИ
Постоянный адрес статьи —

Синан Оган,

директор Турецкого центра международных отношений и стратегического анализа

Во время официального визита Министра Иностранных Дел Турции Абдуллаха Гюля в Москву 23-26 Февраля 2004 года, Анкара поставила на поветку дня также и Кипрский вопрос. Во время этого визита Гюль  встретился с Президентом России Владимиром Путиным, с Министром Иностранных Дел Игорем Ивановым и другими членами кабинета министров. Во время этого визита Абдуллах Гюль паралельно вопросам экономических и торговых отношений затронулся и Кипрского вопроса, и попросил у России поддержку в разрешении этой проблемы.

21 Апреля 2004 года Комитет Безопасности ООН принял законопроект о Кипре. 24 Апреля этого же года в обоих частях Кипра прошел реферандум. Визит Гюля в Москву был совершен еще до этих событий и просьба о поддержке не дала никаких результатов. Министр Иностранных Дел Греческой Части Кипра Йорго Якову за день до заседания Комитета Безопасности ООН, т. е. 20 Апреля в Москве встретился с Министром Иностранных Дел России Лавровым. Лавров после встречи с Якову заявил, что они обменялись мнениями о Кипрской проблеме и что они желают разрешения этой проблемы в рамках законов Комитета Безопасности ООН. Лавров основываясь на существующих  долгие годы теплые отношения с Греческой Частью Кипра также потвердил, что для России важно какой Кипр войдет в ЕС. На один из заданных  вопросов Лавров, будто бы намекая о использовании права ветто заявил, что Россия против принятия какого-либо решения до референдума.

Наложение Россией вето на законопроект, предложенной еще до референдума Англией и США в целях залога для Кипрских Турков и Греков проведения в жизнь Планна Аннана, выявило, что роль Москвы в разрешении Кипрского вопроса намного больше, чем предполагается.

2004 год с точки зрения Кипрской проблемы как из-за принятия участия в решении того вопроса Москвы, так и из-за региональных и мировых развитий событий стал более чем важным. План Аннана для решения Кипрской проблемы был предложен обоим строронам и 24 Апреля 2004 года по этому вопросу прошел референдум. Греческая часть Кипра отвергла этот план и в результате 1 Мая 2004 года стала членом ЕС.

Политическое ускорение в Российско-Турецких отношениях также приходится на 2004 год. В этом не последнюю роль сыграли дружеские отношения между Президентом Путиным и Премьер-Министром Ердоганом. Наряду с экономическими отношениями развитие отношений  между странами и на политической арене, направило стороны на ведение схожих политик на международной арене. Россия в рамках Организации Исламсквая Конференция и Всемирной Торговой Организации попросила у Турции поддержки по таким региональным вопросам как Чечня и Кавказ. Туцрция же в свою очередь попросила поддержки по Кипрскому вопросу.

Точкой отсчета в вопросе Кипра, а также в Российско-Турецких отношениях в целом стал визит Путина в Турцию 5-6 декабря 2004 года. Но из-за того, что визит Путина был коротким и из-за плотности обсуждаемых тем, по Кипрскому вопросу, так же как и по другим не было принято конкретных решений.

Для ответного визита Премьер-Министр Турции не заставил долго себя ждать и примерно уже через месяц 10 Января 2005 года Ердоган посетил Москву. Визит Ердогана в Москву стал признаком все более развивающихся Российско-Турецких отношений. Кроме этого этот визит имеет большое значение и с точки зрения подчеркивания значения Кипрского вопроса в двухсторонних отношениях.

На сегоднящний день Российскую политику по отношению к Кипру можно охарактеризовать следующим образом:

• Российская политика по отношению к Кипру по основынм принципам не изменилась. Но паралельно новым условиям, можно говорить о некотором переосмотре проблемы.
• Россия, имеющая как исторические и православные, а также и экономические связи с Греками, не одобряет никакой политики, которая могла бы навредить Грекам.
• Россия в разрешении этого вопроса основным актером считает не ЕС, а ООН. В этих рамках на сегодняшний день Россия, основой стараний разрешения проблемы считает План Аннана.
• Россия считает, что План Аннана был подготовлен в спешке и при этом мнение России не было учтено. Россия утверждает, что решение должно быть справедливым, жизненно стойким и чтобы вместо давления из вне, оно должно быть принято в результате согласия двух сторон. Наложение Россией вето на законопроект также объясняется этим взглядом.
• Россия считает, что вышедший в свет в Мае месяце План Аннана уже cнят с повестки дня. Вместе с тем Россия считает, что после референдума 24 Апреля 2004 года, ситуация изменилась тем, что Турки проголосовали «за», а Греки «против» соединения острова.  Поэтому Россия придерживается мнения, что экономическое и торговое ембарго против Турков должно быть снято как условие «части разрешения проблемы».
• Россия, Греческую Часть Кипра, представляющую «Республику Кипр» признает как государство. Поэтому до нынешнего момента Россия не признавала Турецкую Часть Кипра и представители двух стран не встречались на официальном уровне.
• Россия, не смотря на то, что не признает Турецкую Часть Кипра она не против встреч на более низком уровне.
• После 24 Апреля 2004 во время 31. заседания Министров Иностранных Дел Организации Исламская Конференция, которое прошло в Стамбуле 14-16 Июня, Министр Иностранных Дел России Сергей Лавров встретился с Премьер-Министром Турецкой Части Кипра Мехмет Али Талатом и Министром Иностранных Дел Сердаром Денкташом. Таким образом впервые стороны провели переговоры на таком высоком уровне.
• Приглашение Мэром Москвы Юрием Лужковым Мэра Лефкошы Кутлая Ерка на 3. Международную Конференцию Мэров Городов Всего Мира является одним из сигналов приближения России к Турецкой Части Кипра. Во время конференции в Москве Мэр Лефкоши встретился также с помощником Министра Иностранных Дел России Юрием Федотовым.
• Председатель Промышленной и Торговой Палаты Турецкой Части Кипра Салих Тунар сопровождал Ердогана во время его визита в Москву. Речь Тунара перед Путиным также имеет символический характер.  Без сомнения это не означает признанием Россией Турецкой Части Кипра, но само предоставление слова Салиху Тунару является важным развитием событий.
• И наконец Президент Путин заявил, что позвонит Аннану и поддержит старания по разрешению Кипрской проблемы.

Как и видно из всего выше сказанного, в политике России по отношению к Кипру серьезных изменений не произошло. Более здравые исследования, которые были проведены после преувеличений в Турецких и Греческих СМИ потверждают, что основные принципы политики России по отношению к Кипру не изменились, а просто по сравнению с предыдущими годами стали более объективными. Россия же просто паралельно развивающимся отношениям с Турцией, заново продизайнировала свои отношения с Греческой Частью Кипра при этом по некоторым вопросам не забывая и Турецкую Часть Кипра. Тоесть изменения произошли не в основе проблемы, а на низком уровне и эти изменения ни в коем случае не носят того характреа, который бы мого повлиять на основу вопроса.

2005-й год для решения Кипрской проблемы является важным периодом. В этот преиод Россия может внести свою лепту в процесс разрешения этой проблемы. Но не нужно преувеличивать в глазах эту поддержку, а также ожидать, что она будет оказана Анкаре. Восприятие нынешней политики России заставляет задуматься, что Россия в этом вопросе поддерживает Турцию и это является нормальным процессом. Но необоснованные заявления о том, что и впредь Россия будет поддерживать тезисы Турецкой стороны может породить в обществе неправильные ожидания. Необоснованные ожидания же с в свою очередь могут разочаровать нас, а также подтолкнет нас на неправильные расчеты при определении Кипрской проблемы. А если Россия не окажет желаемой нами поддержки, то это может столкнуть нас уже с другими проблемами.

http://www.turksam.org/ru/a151.html

Гюльнара Инандж

Сближение между Турцией и Россией, наблюдаемое последние годы воспринимаются в мировом сообществе и среди специалистов неоднозначно. Существует стереотип об исторической конкуренции, периодически переходящий в военную агрессию между странами за раздел сферы влияния на Черноморском и Каспийском бассейнах, на Кавказе.

Доктор исторических наук, заведующий отдела Истории связей Азербайджана с соседними народами в период ханств Института истории НАН Азербайджана, председатель Азербайджанского исторического общества Тофик Мустафазаде в эксклюзивном интервью предоставляет историческую картину геополитической борьбы Турции и России за укрепление в регионе, что дает возможность рассматривать определяющие элементы отношения стран в современном ракурсе.

-Между Российской и Турецкой империями исторически не происходили военные действия по причине этнической неприязни. В основе военный кампаний, сталкивающий стороны стояли завоевание территорий, контролирование торговых путей, экономические причины. Россия старалась продвинуться на юг, где жили тюркоязычные народы. Чтобы противостоять против России Казанское, Астраханское, Крымское ханства, северокавказские правители смотрели на Турцию как на естественную союзницу, которая в свою очередь выступала в их защиту. Конечно, Турция тоже имела свои расчеты, что порождало войны.

В истории только один раз в конце XVIII –начале XIX века, когда французский монарх Наполеон Бонапарт хотел завоевать Турцию и когда Египетский правитель Мухаммед Али восстал против Османского правления Турция и Россия подписали соглашение известного как Хункар искелеси. Соглашение, подразумевало помощь российских кораблей туркам против Мухаммед Али. Это первый и единственный раз, когда Россия и Турция были союзниками.

Одна из причин побудивший Российскую империю на участие в I мировой войне был захват плана Стамбула и прилегающие к нему территорий, в том числе восточной Анатолии. После русско-японской войны 1904-1905 гг. Россия не хотела выступать в войну, но Антанта без русской армии не могла победить Германию. Тогда Англия, выступающая за целостность Турции, для привлечения Российского императора к военной кампании предложила поделить территории Османской империи. В Лондоне знали о претензиях России на эти территории.

В поражении России в I мировой войне, в конечном счете, развале империи имели немаловажное значение ее выступление против Турции. Турция закрыла границы, союзники не могли помогать России оружием — Балтийское море было под контролем Германии, через Дальний Восток пути были труднодоступны. В результате Россия попала в кризисное положение.

Сегодня геополитика изменилась. Турция уже не Османская империя, а национальное государство, развивается путем демократических программ. Россия тоже идет по пути демократизации. В российской политической элите есть люди, живущие имперским мышлением, но здравомыслящие политики осознают, что доброе отношение с соседями приносить только пользу. Причем с соседом с огромными экономическим возможностями, транспортными путями на Восток и Запад. Остаются кое-какие разногласия, но это не антагонизм. При желании сторон эти вопросы будут решены.

Несколько раз протяжение XVIII в. русско-турецкие отношения переходили на военную конфронтацию. 1699 г. Русская армия вступила в поход и заняла крепость Азов, 1711 г. Петр I под видом преследования шведских войск вторгся на территорию Молдавии и Малахии, которые находились под правлением Османской империи. Турецкая армия во главе Балтачы Мехмет паши вышла на встречу русской армии и окружила ее. Петр I попал в такую ситуацию, что ему грозило пленение. Даже существует его письмо, адресованное Сенату, где он указывает найти кандидатуру на престол вместо него, так как он может не выйти из окружения турецкой армии. Ему повезло, что Балтачы Мехмет паша после первой атаки его лагеря, понес много потерь, и второй раз не хотел рисковать. Тогда Петр I предложил выгодный для Турции мирное соглашение, на что Мехмет паша согласился. Самое главное Азов был возвращен Турции и не только Черное море, но и Азов осталось как внутренним озером Османской империи.

В русско-турецкой войне 1735-1739 г. на стороне России выступала Австрия. Турция победила армию Австрии. Удачная экспедиция России в Крыму и некоторые военные поражения заставили Турцию подписать мирное соглашение. В результате Турция почти ничего не потеряла.

-К какого этапа истории Русской империи «Восточный вопрос» начинает принимает доминирующее значение?

Во II половине 18 в. начинается усиливаться давление России на Турцию. Это было связано с тем, что императрица Екатерина II очень хотела овладеть Стамбулом и проливами. Она расписала проект восстановления Греческой империи — Византии. Екатерина II новорожденного внука назвала Константин в честь первых двух императоров Византии, наняла ему греческую кормилицу, учителя, чтобы в будущем сделать его императором возрожденной Византии.

Так называемый «Восточный вопрос» начинает с этого времени входить в политический обиход. Для реализации этого плана началась русско-турецкая война 1768-1784 гг. Благодаря генералу Ф.Ушакову и наступательной армии, Турция была поражена и впервые Россия получила выход к Черному морю. Кроме того, Турция вынуждена была принять независимость Крымского ханства, которая была сторонником Турции. Через несколько лет Россия присоединила Крым к империи.

Противоречия между империями росли, они были особенно острыми на Кавказе. Россия хотела завоевать независимые Азербайджанские ханства. Турция не могла допустить это, не только потому, что они были мусульманами, а не могла подпускать Россию ближе к своим границам. Турция в то время ослабла и не могла противодействовать России.

Тогда как часть Восточного плана Российской империи возникает проект создание Араратского ханства на территории Иреванского и Карабахского ханств. Россия хотела создать марионеточные государства и укрепиться на Южном Кавказе. Армяне говорили, что они в древности жили на этой территории. В период созревания этой идеи Иреван был тюркским ханством, где армянское население было меньше 20%. Россию устраивало создание форпоста как проводника политики империи на Востоке, в том числе на Кавказе.

В другом проекте подразумевалась восстановление на территории Северного Азербайджана так называемого Албанского царства, существовавшего более тысяча лет и ликвидированного арабами в 705 г. Согласно плану подразумевалось создание княжества или губернии, возможно независимый от России, во главе которого Екатерина II видела своего любимца Григория Потемкина. Но эти планы были не полностью уточнены.

Планируемые походы в начале 80- гг. XVIII в. под руководством полководца А.Суворова по некоторым причинам не реализовались. Одним из них было совсем недавно происшедшее Пугачевское восстание, которое ослабило империю.

-Российско-турецкие отношения исторически, как и ныне пересекаются с Ираном. Это борьба за Каспийское и Черное море, контролирование Кавказа.

-В 1883 г. Россия правитель восточных владений Ирана Алимурад Хан хотел стать правителем всей империи и свое желание он решил реализовать при помощи России. Он предложил России ханства севернее от реки Аракс, на которые он не имел ни каких прав взамен за Иранский престол. Предложение присоединить к империи новые земли без войны понравились России. Сразу начались переговоры, дело шло к оформлению. Но внезапно скончался Алимурад Хан, который в конце своей жизни под натиском французского дипломата отказался от свои обещаний.

В русско-турецких отношениях второй половины XVIII века большую роль играл раздел влияния на Кавказе. 1783 г. Россия приняла под свое покровительство восточную Грузию, Картли – Кахетию. Турция еще не могла забыть, что Россия завоевала Крым. Началась третья русско-турецкая война 1787-91, которая завершилась подписанием в 1792 г. договора «Яссы». Россия расширила свои территории на Черном море, самое главное Турция была лишена права вмешиваться в дела Южного Кавказа.

В начале XVIII века в регионе соперничали Турция, Россия и Сефевидское государство. В начале XVIII в. Сефевидское государство переживало трудный период, империя была охвачена восстаниями – повстанцы под руководством Гаджи Давуда, заняли Ширван Шемаху. Роковым для Сефевидов было восстание гилязских племен под руководством Мир Вейса. В 1722 г. шахская армия потерпела поражение и в октябре этого года Сефевидская империя пала и шах надир надел корону на афганского царя Мир Махмуда. Тахмасиб II пытался собрать войска и вернуть Сефевидам трон, но его власть была ограничена на Астрабад, Гилан, Мазандаран. В таком положении Сефевидского государства решили использовать его давнишние соперники Россия и Турция.

Петр I давно строил планы захвата Прикасяпийских территорий и Каспийского моря. Он был заинтересован в выходе к южным морям, он потерпев поражение в Турции, не осмеливался идти на султанскую армию войной. Но можно идти против ослабевших Сефевидов и занять их территории оттуда выйти на Индийский океан и Персидский Залив. Дербент, Нязабад, Баку, Ленкорань имели очень важное торговое и стратегическое значение, являясь хорошо укрепленными  естественными гаванями.

Северные провинции Ирана имели не только стратегическое, но и экономическое значение. Азербайджан был богат нефтью, который и тогда обращал к себе внимание, шелком, хлопком, шафраном. Гянджинский и Шемахинский шелк славился. Эти территории были привлекательны как рынок сбыта и сырья.

Быстро развивающаяся русская мануфактурная промышленность нуждалась в сырье, в первую очередь – в шелке-сырце. Согласно архивным документам цены на шелковую парчу, сшитый золотом и серебром длиной 7 аршин при ширине 1 аршин колебались от 55 рублей за самый плохой до – 122-123 рубль. Для сравнения скажу, что за 1. 20 рубль можно было купить один баран, 150 р. одну лошадь.

В военном отношении через Азербайджан можно было выйти к грузинам и армянам и управлять флангом Турции. Россия понимала, что если сейчас не занять эти территории, то Турция займет и выйдет Каспию и соединиться с Астраханскими татарами, чем поставит русских в тяжелое положение.

В 1703 г. армянский авантюрист, может быть из карабахских албан Исраил Ори ездил по Западной Европе, предлагая занять часть территории Азербайджана и создать армянское государство. Это могла сделать Россия, имеющая границы с Азербайджаном и сильная на то время. Он дал ложную информацию о многочисленности армянского населения, которые встретят Российскую армию многотысячной армией, несколько лет русская армия будет обеспечена одеждой и питанием. Петра I привлекла возможность малыми силами занять эти территории. Но Россия не могла решиться на это так как шла

русско-шведская война. Петра I отправил Волынского в шахский дворец, где он официально был ответственен контроль исполнения шахского договора, а в действительности ему секретно было поручено собирать данные о количестве христианского и мусульманского населения, укреплений. Кроме того, для исследований южных и западных берегов Каспия было проведены морские экспедиции, создана карта.

Для развития торговли с прикаспийскими странами Петр I использовал систему поощрительных мер. В 1710 г. заключено соглашение с армянами иранского подданства, согласно которому они весь сефевидский шелк-сырец должны были вывозить в Россию, за что им были предоставлены привилегии в уплате пошлины. Далее убедившись в малой эффективности  методов экономической экспансии в Прикаспье, Петра I решил установить свое господство в торговле с прикаспийскими  областями военными средствами.

В начале XVIII в. Каспийское море единственным южным морем, к которому Россия имела свободный доступ. Петра I хотел превратить Каспий во внутреннее озеро России и таким образом сделать Россию посредницей в торговле между Востоком и Западом.

Первые волны миграции хайского (армянского) этноса на Южный Кавказ зафиксированы после первого раздела Армении (Малая Азия) в 387 году между Византийской и Сасанидской империями, затем процесс переселения усилился при арабском владычестве в Передней Азии в VII-IХ веках, а далее при сельджуках — в ХI-XII веках. Испокон веков толерантный и гостеприимный Кавказ являлся «тихой гаванью» для народов бегущих от деспотизма больших империй и религиозного преследования.

Так, поэтапно, предки армян обрели родину на Южном Кавказе, где заняли исконные земли тюрок-азери.Следующий этап переселения армян на Южный Кавказ ознаменован доброжелательным отношением к ним Арабского халифата, который искал социальную опору на завоеванных территориях, поэтому относился к переселению армян благожелательно. Потерявшие собственную государственность, расчлененные Сасанидской и Византийской империями, армяне стремились воспользоваться сложившейся в VII-VIII веках политической ситуацией и упрочить свои позиции на Южном Кавказе. С помощью Арабского халифата в 704 году Армяно-григорианская церковь попыталась подчинить себе Албанскую церковь (Южный Кавказ), а перешедшая в руки армянских церковных сановников библиотека албанского католикоса Нерсеса Бакура была уничтожена. Арабский халиф Абд ал-Малик Омеййад (685-705) отдал распоряжение о слиянии Афтокефальной Албанской церкви и албан-христиан, не перешедших в ислам, с армяно-григорианской церковью. Но в тот период не удалось до конца осуществить этот план, и албанам удалось отстоять независимость своей церкви и государственности. В 715 году Арабский халиф пожаловал податные привилегии Армянской церкви, а также освободил «армян от коварного и вероломного племени греков (византийцев), выселив их (армян) на Черное море и во все прибрежные места». «Ненависть же армян к грекам объясняется тем, что «греки очень злы и неправедны и злейшие враги армян. При виде нас, — пишет армянский путешественник Симеон Лехаци, — они плевались и кричали: «шикли, что значит «собака», «еретик», … греки – исконные враги армян».

Монофизитская Армянская церковь, по причине разногласий с ортодоксальным христианством, была предана проклятию-анафеме в 451-м году на  Вселенском христианском церковном Соборе в Халкидоне, где был представлен практически весь тогдашний христианский мир. Армянское вероучение было признано ересью, не имеющей никакого отношения к христианству. По этой причине армяне постоянно ощущали на себе давление Византийской и Римской Церквей. В 15 веке положение армян в Византии ухудшилось, и Армянская Церковь обратила свои взоры на лояльный Кавказ, где поставила целью создать свою государственность. Армянские первосвященники совершили ряд поездок и написали большое количество писем к Албанским патриархам с просьбой дать убежище им как братьям-христианам, терпящим бедствие. Армянская Церковь вынужденная скитаться по городам Византии, в итоге потеряла большую часть армянской паствы, которая перешла в католичество, тем самым, поставив под угрозу само существование Армянской Церкви.В итоге с позволения Албанского патриарха часть армянских сановников, около 1441 года, перебралась на Южный Кавказ, в монастырь Эчмиадзин (Три муэдзина) – Учкилисе, где получила долгожданный покой и место для претворения дальнейших политических планов. Стоявшие издревле три албанских святилища: Сурб Шокагат, Сурб Рип-симэ и Сурб Гайанэ — символы дохристианского верования коренного населения Кавказской Албании, впоследствии были превращены в армянские церкви св. Рипсимэ, св. Гайанэ и св. Мариам (Шокагат). Стоит отметить, что топонимАРЦАХ, как порой именуют Нагорный Карабах, — местного происхождения. В современном удинском языке, принадлежащем к одному из языков Кавказской Албании,арцесун означает «сидеть, садиться». От этой глагольной формы образовано арци — «оседлый; люди, ведущие оседлый образ жизни». В Азербайджане и на Северном Кавказе известны десятки географических названий с формантами типа -ах, -ех, -ух, -ох, -их, -юх, -ых. Они свойственны именно кавказским языкам. В Азербайджане, на территории которого исторически проживали албанские племена, принадлежащие к предкам азербайджанцев, до сего дня сохраняются топонимы с теми же формантами: Курм-ух, Кохм-ух, Мамр-ух, Мухах, Джимджим-ах, Сам-ух, Арц-ах, Шад-ух, Аз-ых.

При поддержке Армянской Церкви, которая опиралась на авторитет Албанского патриаршего престола, небольшими ручейками армяне находили пристанище на Южном Кавказе. Эчмиадзин, через торговые сделки, приобретая земли тюрок-азери, стремился расширить ареал расселения армян в регионе.Детальный анализ истории Албании и связей с Армянской церковью, прекрасно дан в фундаментальном академическом труде специалиста по древнеармянскому языку и истории, албановедом Фаридой Мамедовой в книге «Кавказская Албания и албаны». Мамедова, владеющая рядом древних языков, в том числе старыми армянскими наречиями, изучила средневековые армянские рукописи и выявила, что многие из них написаны 200-300 лет назад, но выдаются как «древние». Многие армянские летописи собраны на основе древних албанских книг, которые попали в руки армянам после того, как Российская империя в 1836 году упразднила Албанскую Церковь и передала все ее наследие Армянской Церкви, которая и собрала на этой основе «древнюю» армянскую историю. Мамедова скурпулезно собрала многочисленные ошибки, компиляции и фальсификации армянских летописцев, которые в спешке стрепали историю своего народа в прямом смысле на могиле албанской культуры.

В течение XV-XVII вв, во времена могущественных азербайджанских государств Ак-Коюнлу, Гара-Коюнлу и Сефевидов, армянские католикосы писали смиренные письма правителям этих государств, где клялись в верности и молили помочь с переселением армян на Кавказ ради спасения от «от ига вероломных османов». Таким образом в период противостояния между Османской  и Сефевидской империями, большое количество армян переселилось в приграничные между этими государствами сефевидские территории – в нынешнюю Армению, Нахчыван и др.

Однако период могущества азербайджанских государств сменился к началу XVIII века феодальной раздробленностью, в результате которой образовалось 20 ханств, где практически отсутствовала единая централизованная власть. Наступил период расцвета Российской империи, когда при правлении Петра I (1682-1725) Армянская церковь, возлагавшая большие надежды на Российскую корону в деле восстановления армянской государственности, стала расширять свои контакты и связи с российскими политическими кругами. Армяне в тот период понимали, что восстановить свою государственность на прежней территории — в Малой Азии надежды нет: там господствовала Османская империя, которая, не позволила бы отторгнуть у нее и пяди земли. А на Южном Кавказе, оказавшемся в центре внимания Российской державы, и благоволившей к армянам, у них было больше шансов достичь желаемого. В 1714 года армянский вардапед Минас подал императору Петру I «предложение в интересах предполагаемой войны России с Сефевидским государством построить монастырь на берегу Каспийского моря, который в период военных действий мог бы заменить крепость». Главная же цель вардапеда заключалась в том, чтобы Россия приняла в свое подданство рассеянных по свету армян, о чем тот же Минас просил Петра I позже, в 1718 году. При этом он ходатайствовал от имени «всех армян» и просил «освободить их от басурманского ига и принять в русское подданство». Завоевав Каспийское побережье, Петр I приступил к заселению его христианскими народами, для чего послал подпоручика Н.Толстого в 1722 году в Картли (Грузия), разузнать,«есть ли там жители, склонные к переселению в окрестности Дербенда и Шамахы (области населенные тюрками-азери)». Однако Каспийский поход Петра I (1722 год) не был доведен до конца, по причине его неудачности, и император не успел заселить Каспийское побережье армянами, которых считал «лучшим средством» для закрепления за Россией приобретенных на Кавказе территорий».

Но армяне не теряли надежд и посылали многочисленные обращения на имя императора Петра I, продолжали взывать о заступничестве. Откликаясь на эти просьбы, Петр I отправил армянам грамоту, по которой они могли беспрепятственно приезжать в Россию для торговли и «велено было обнадежить армянский народ императорской милостью, уверить в готовности государя принять их под свое покровительство». Одновременно 24 сентября 1724 года посланному в Стамбул А.Румянцеву император дал указание уговорить армян переселиться в Прикаспийские земли, при условии, что местные жители «будут высланы, а им, армянам, отдадут их земли». Политику Петра I в «армянском вопросе» продолжила Екатерина II (1762-1796), «изъявив согласие на восстановление Армянского царства под покровительством России». То есть Российская империя решила «восстановить» засчет кавказских земель, существовавшее некогда в Малой Азии (ныне Турция) всего несколько десятилетий армянское государство Тиграна I.

Сановниками Екатерины II был разработан план, где указывалось «на первый случай следует утвердиться в Дербенде, овладеть Шамахой и Гянджой, затем из Карабаха и Сыгнаха, собрав достаточное число войска, можно легко овладеть Эриванью».В итоге, уже в начале XIX века армяне в заметном количестве начали перебираться на Южный Кавказ, так как Российская империя уже завладела этим регионом, в том числе Северным Азербайджаном.

В течение XVII — начала XX веков Российская империя вела с Османской империей восемь войн: от Азовских походов 1695-1696 годов первого российского императора Петра I до Первой мировой войны 1914-1918 годов, по итогам которых Россия стала владычицей трех морей — Каспийского, Азовского, Черного — с выходом на Средиземное море, завладела Кавказом, Крымом, получила преимущества на Балканах. Территория Российской империи еще более расширились на Кавказе после окончания российско-персидских войн 1804-1813 и 1826-1828 гг.  Все это не могло не повлиять на изменение ориентации армян, которые с каждой новой победой русского оружия все больше склонялись на сторону России. Процесс массового переселения армян на Кавказ, в том числе в Северный Азербайджан продолжался по-прежнему и при активном участии двух сил — Российской империи, то есть официальных властей, и Армяно-григорианской церкви. Переселением занялся главнокомандующий на Кавказе генерал П.Д.Цицианов; начав этот процесс в октябре 1803 года, он указал на желание армян «видеть скорейшее и благоуспешное водворение в сих странах российского владычества». Стремясь к скорейшему водворению армян на всех завоеванных кавказских территориях, Цицианов тогда же в письме армянскому архиерею Иоаннесу просил, чтобы тот срочно прислал иреванских армян, уверяя в обеспечении их благоустройства. Следует отметить, что российское правительство с целью переселения обращалось не только к армянам, но и к другим восточным христианам. Так, в 1804 году П.Д.Цицианов приглашал в Северный Азербайджан 16 000 новоассирийцев (айсоров) из Персии. В обращении к ним он писал, что, соединившись с армянами, им будет легче противостоять преследованиям со стороны мусульман. В 1804-1813 гг. Россия вела переговоры с армянами Османского Эрзерумского вилайета в Малой Азии. Речь шла об их переселении на Южный Кавказ, главным образом — на азербайджанские земли. Ответ армян гласил: «Когда милостью Божьей занята будет Эривань российскими войсками, то непременно все армяне согласятся войти в покровительство России и на жительство в Эриванской провинции».

Продолжение следует…

Ризван Гусейнов

Гюльнара Инандж.

Существует мнение, что выступающие против ядерной программы  Ирана США и Израиль пытаются в свою антииранскую кампанию вовлечь население Южного Азербайджана, и с этой целью даже спонсируются исследовательские центры и институты в США. За основу берутся неоднократные национальные выступления, происходящие в Южном Азербайджане (ЮА) в прошлом столетии и в XXI в. Ваше мнение на этот счет?

Эксклюзивное интервью  ведущего научного сотрудника отдела Южный Азербайджан Института Востоковедения НАН Азербайджана, кандидата исторических наук Акрама Рагимли (Биже).

— Антииранские силы в своем стремлении любыми способами вынудить Иран отказаться от развития атомной технологии, согласно мировым СМИ и израильским источникам, раздувают южно-азербайджанский элемент. Они ставят вопрос таким образом — разжигание национально-освободительного выступления в ЮА есть один из важных факторов вынуждения Ирана отказаться от своих намерений. Подход к национальным силам ЮА с этой точки зрения в корне ошибочен. Напряженные отношения между народом ЮА и иранским властями начались не сегодня, а с 1925 г. —  еще с периода правления Пехлевидов, потом после победы в 1979 г Исламской революции. 30-35 млн. азербайджанских тюрков, наряду с другими народами Ирана, боролись за свои национальные права. Периодически возникающие требования азербайджанцев о предоставлении им национальных прав, как говорят иранские эксперты, похожи на тлеющий уголек.

Если иранские власти  хотят, чтобы южные азербайджанцы в вопросе защиты государства выступали как сила, борющаяся за целостность страны, тогда должны стараться решить те проблемы, за которые наши соотечественники отдали десятки тысяч жизней.

Эти проблемы заключаются в экономическом и культурном неравенстве, в требовании предоставления прав культурной автономии. Иранский Азербайджан состоит из 6-ти провинций — Западного и Восточного Азербайджана, Зенджана, Ардебиля, Хамадана и Газвина. Рассматривая иранскую статистику экономических показателей, можем наблюдать явную отсталость этих 6-ти останов от других регионов страны, например, от Тегерана, Шираза, Йезда, населенного персами, что есть свидетельство неравного отношения к гражданам страны с разным этническим происхождением. Не оказывается внимание на развитие национальной индустрии, сельского хозяйства, строительства, в результате происходит отток азербайджанцев в развитые регионы страны, и в последнее время наблюдаем сокращение населения в ЮА. Этому предшествуют экономическая отсталость, безработица, искусственно создаваемая дороговизна.

Если тегеранские власти хотят, чтобы азербайджанцы в эти трудные минуты были рядом с государством, эти вопросы должны быть учтены во внутренней политике страны, слова и действия персидских националистических кругов (не персидского народа) должны совпадать, нужно отказаться от двойных стандартов в отношении населения страны.

Еще один фактор, выступающий раздражителем роста национальной активности в ЮА, это право использования родного языка.

Во-первых, персидские националисты говорят, что Иран — не многонациональная страна, есть только единый иранский народ. Согласно этому утверждению, все проживающие в Иране, в том числе и азербайджанцы, произошли от персов, то есть они арийцы. Этот язык им приобщился в 15-16 вв. с нашествием монголов. Эта теория не имеет никаких научных оснований. В исторических источниках корни азербайджанского этноса уходят во времена до нашей эры. Азербайджанцы играли большую роль в формировании экономики, государственности Ирана.

Во-вторых, право использования родного языка, указанное в 15-й статье Конституции Ирана, не должно носить формальный характер. Речь должна идти об использовании азербайджанского языка в регионах компактного проживания народа на правах второго государственного языка.

В-третьих, азербайджанским писателям, интеллигенции, журналистам запрещается поднимать и освещать национальные темы, разрешается писать только о едином иранском языке, народе и государстве. Например, река Урмия в последние 20 лет находится под угрозой высыхания. Местное население обратилось в государственные структуры местного и центрального уровня, в парламент Ирана, но никакие действенные меры со стороны властей не были предприняты. С высыханием реки регион, особенно западный Азербайджан, ждет опасность экологической катастрофы – сотни тысяч тонн соли, накрыв земли, превратят их в непригодные солончаки.

В Конституции Ирана нужно указать многонациональность его населения. Но персидские националисты опасаются, что в этом случае персы останутся в меньшинстве. В современном мире, с точки зрения прав человека, отрицание наличия какого-либо народа расценивается как идеология, близкая к фашизму.

Согласно подсчетам, в Иране проживает около 40 народов и национальных групп. Народы должны получить право получения образования на родном языке, крупным народам необходимо предоставить место в парламенте. Противоречивые оттенки в национальных отношениях приводят к недовольству своим государством, что дает некоторым лоббистским силам основание полагать, что эти недовольные властями группы будут содействовать антииранским силам при нападении на Иран. Но ошибочно их расценивать инструментом в антииранской политике, думать, что азербайджанские тюрки станут опорой внешней агрессии против Ирана. Азербайджанские тюрки не хотят войны, но если она станет неизбежной, они, как в разные исторические периоды, защитят свои земли.

Не надо расценивать национальную борьбу южных азербайджанцев как проявление современных вызовов последних 20-ти лет. Пока в Иране национальные вопросы не приведены в соответствие с общечеловеческими и исламскими принципами, нельзя говорить о единстве внутри страны.

Саттархан требовал признания азербайджанской национальной идентичности, Хиябани и Пишевари выступали за независимость, в Тебризском восстании 1979 г. ставилась та же цель. Но азербайджанцы требуют предоставления им национальных прав внутри Ирана, если им отказывают в этом, тогда они ставят вопрос о независимости. Поэтому в корне азербайджанцы не выступают за разрушение иранской государственности.

— Эксперты считают, что национальное самосознание азербайджанцев Ирана за последние годы особенно возросло.

—  Конечно, современный Иран нельзя сравнить с началом прошлого века. Возможности современных коммуникационных технологий, несмотря на запреты, проникли также в Иран. Интеллигенция не ограничена только пропагандой внутренних массмедиа, она получают доступ к мировым информационным службам. Альтернативные источники информации способствуют росту национального самосознания.

Бизнесмен, ученый, преподаватель, врач, педагог — все они национальная сила. К примеру, архитектор из Тебриза (ЮА) рассказал, как он занимался строительным бизнесом. Но на него возложили такие налоги, что его ожидало банкротство, и ему пришлось оставить свой профессиональный источник дохода и заняться торговлей. Его земляк, ныне работающий в Исфагане, предложил ему заняться строительством там. С его слов, он так и поступил, и через полтора года превратился в одного из знатных бизнесменов Исфагана. Власти препятствуют вложению капитала в азербайджанские регионы, искусственно поднимаются цены, налоги применяются выше, чем в регионах, населенных персами.

Экономические факторы, наряду со стихами Шахрияра, Самеда Бехренги, провоцирует рост национального самосознания.

В одной из поездок в Тебриз меня пригласили на концерт. Поражал профессионализм, талант музыкантов и певцов, развитие музыкального искусства без наличия в стране консерваторий. Певца, выступающего последним, попросили спеть Гарабаг шикэстэси, это исполнение почти весь зал слушал стоя. Несмотря на отсутствие национальных школ, запретам пропаганды национальной культуры в СМИ и на ТВ, национальное самосознание в Южном Азербайджане находится на том уровне, что даже мы представить не можем.

Для примера уровня национального сознания южных азербайджанцев, перескажу воспоминания ныне покойного ханэндэ Гаджибаба Гусейнова. С его слов, на его концерт, который должен был состояться в Тебризе в конце 80-х гг., были проданы все билеты. Но в последний момент организаторы сообщили, что концерт перенесен в город Урмия. Перед ним поставили условие не исполнять песни в национальном духе, об Азербайджане. Он так и делал, пока из зала не прозвучали пожелания услышать Гарабаг шикэстэси. Ханэндэ, нарушив договоренность, спел по заказу слушателей, и по залу прошло оживление. Организаторы выразили недовольство ханэндэ.

Ныне покойный президент Национальной Академии Азербайджана Гасан Абдуллаев рассказывал о своем выступлении перед студентами Тебризского университета еще в период шахского Ирана, где он находился по официальному приглашению. Ему разрешили посетить Тебриз и выступить перед студентами с условием, что он будет говорить на русском языке с переводом на фарси. Мотивировали это тем, что здесь не знают азербайджанского языка. Он соглашается. Во время выступления академик замечает, что молодежь недовольна им. И тогда ученый прочел  азербайджанскую пословицу Cobanın könlü olsa, təkədən yağ tutar (При желании пастух добудет масло у козла) на азербайджанском языке, на что зал зааплодировал. Г.Абдуллаев понял, что его обманули. Дальше лектор говорил на родном языке, зал оживился. Организаторы его не прервали, но в конце выразили недовольство нарушением уговора, на что академик ответил — Да, договорились, но здесь все понимают азербайджанский язык, и не было надобности говорить с переводчиком.

— Так ли это, что вопреки стараниям исламских властей, им не удалось закрепить у граждан религиозное сознание, наоборот, растет национальное сознание народов Ирана?

— Люди считаются с правдой. Иран исторически один из религиозных центров Ближнего Востока. За последние годы религиозное мышление начало сильно отступать, причиной тому является то, что народ, последовавший за религиозными отцами, не получил обещанное.

Исламская революция обещала провести земельную реформу, дать равноправие всем народам, чего не произошло. Взамен духовенство начало рваться к власти, обогащаться, старалось попасть в парламент и госслужбы. Бедное население, наблюдая за этим, постепенно отошло от религиозного сознания, и его место заняло национальное сознание.

Как-то в Иране я случайно наступил на длинный подол чадры одной женщины. Оказавшись в неудобном положении, я стал извиняться. А она, повернувшись, в ответ сказала — Пропади пропадом этот режим, что заставил нас надеть эту чадру. Нельзя заставлять людей надевать чадру, или насильно жить по законам религии. Когда идет насилие, ответ бывает таков.

Или другой случай, который я засвидетельствовал в Иране в 1993 г.- блюститель порядка задержал женщину и потребовал пойти с ним в отделение жандармерии. Когда женщина спросила причину, тот сказал, что видно ее тело. Я же вся прикрытая,- ответила та. Тогда жандарм указал на случайно порванный чулок женщины, который оголял ее пятку при ходьбе. Я тоже вмешался, и вместе с пострадавшей уговорили его не забирать женщину в жандармерию. Нельзя такими методами пропагандировать религию, человек сознательно, всем сердцем должен прийти к вере.

— Как относятся азербайджанцы Ирана к Азербайджанской Республике?

— Среди интеллигенции, бизнесменов, чиновников есть люди, служащие идее иранизма, являющиеся авторами книг и статей, где отрицается существование азербайджанской нации, языка, культуры, пропагандируется их принадлежность к арийцам.

В отношении Северного Азербайджана такое же отношение. Приобретение Азербайджаном вновь независимости — одна из важных причин, беспокоящих персидские националистические круги. Они понимают, что если хотя бы половина южных азербайджанцев вдохновятся Азербайджанским государством, то объединятся вокруг него. Но в Иране есть и такие наши соотечественники, которые не приемлют  наше государство, агитируют население против Азербайджана, передают происходящие здесь события в искаженном  виде. Когда нет реальности, слово не находит свое место. Национальные силы в Азербайджанском государстве видят опору, источник вдохновения, смотрят на него, как на алтарь, ну а для кого-то здесь  слово Баку, как колючка в глазу.

Сравнение — жестокая вещь, действует на формирование сознания. Почему пала Восточная Германия и присоединилась к Западной? Потому что в сравнении была очевидна отсталость первой.

Источник — http://novosti.az/analytics/20100727/43491970.html

Алибекова Элла

Интерес к истории Азербайджана в российской историографии возник ещё в начале первой половины Х века, что было связано с грабительскими походами в Азербайджан русов, а позднее – с частыми посещениями русскими купцами и путешественниками таких городов Азербайджана как Дербент, Баку, Шемаха, Барда и др.

Походы русов через Каспийское море в Северный Азербайджан засвидетельствованы в арабских источниках.¹ Сообщает о них и автор Истории Албании писавший, что с севера пришли в Албанию рузики и пробыли в Барде шесть месяцев.²

В русской летописи Повесть временных лет (XII в.) упоминаются такие страны древнего Азербайджана как Мидия и Албания.³

С XI-XII вв. взаимосвязи Ширвана с русскими княжествами становятся более тесными и приобретают не только торгово-экономический, но и политический характер. На базарах Дербента, Шемахи, Баку, Барды, Ардебиля появляются русские, а на рынках России – азербайджанские купцы. Из русских летописей, а также фольклорных материалов и, прежде всего былин, явствует, что дворцы русских князей, а с XV-XVI вв. и русского царя украшали ковры и шелка, вывезенные из Баку, Шемахи и Дербента. В XV в. Ширваншах и Московский великий князь Иван III обменялись дипломатическими миссиями. Н.И.Прокофьев отмечал, что московские и тверские купцы, узнав о предстоящем обмене послами, с разрешения Московского великого князя подготовили караван для торговой поездки Волгою в Прикаспийские страны и Персию. Собрались в путь около трёх десятков русских купцов, среди которых находился и Афанасий Никитин.⁴ Из сообщений последнего следует, что послом Московского князя к Ширваншаху Фаррух Ясару был назначен Василий Панин, а послом Ширваншаха в Москве – Гасанбек.⁵

Отметим, что, начиная с Афанасия Никитина, среди русских купцов и путешественников сложилась традиция описывать в путевых заметках всё увиденное в Азербайджане, освещать историю края.

Аналогичную миссию осуществляли прибывавшие в Азербайджан в последующие времена дипломаты и купцы, также оставившие путевые заметки. Наиболее ценными из них являются записи Ивана Брехова (1614-1615 гг.), князя Михаила Баратынского (1618 г.), московского купца Федора Котова (1623 г.), Артемия Волынского (1715 г.),⁶ и, особенно, полковника, историка, в последующем действительного члена Российской Академии наук П.Г.Буткова, побывавшего в Азербайджане в 1796-1797 гг. В его Записках персидского похода 1796 г. или всё, что я видел, слышал, узнал имеются ценные сведения о Северном Азербайджане, его городах, реках и т.п., а иногда и экскурсы в историю края.⁷ Не меньший интерес представляет Книга большого чертежа, фактически составленная в XV в. Литвиновская редакция этой книги, дополненная сведениями о Кавказе, в том числе и об Азербайджане, относится к 60-м годам XVII в. Ценность этого источника для нашего исследования заключается в том, что в нём упоминаются исторические Мидия, Атропатена и Албания.⁸

Интерес к истории Азербайджана ещё более усилился после прикаспийского похода Петра I, во время которого ему была подарена копия Дербентнаме.

Русская историография, благодаря многовековым экономическим, политическим и культурным связям с Азербайджаном, к началу XIX в. располагала достаточной базой для исследования его древней истории.

Определённый интерес для нашего исследования представляет работа С.Б.Броневского (1763-1830), участника похода русских войск во главе с генералом В.А.Зубовым в Азербайджан (1796), позже состоявшего на военной и гражданской службе на Кавказе, в том числе в качестве правителя дел канцелярии главнокомандующего Кавказа (1802-1808).

В предисловии к своей книге С.Б.Броневский писал, что работа будет состоять из двух частей — из истории и географии Кавказа. При написании автором были использованы наряду с материалами личных наблюдений, архивные и литературные данные. Книга, к сожалению, осталась незавершённой. Значительная часть его работы посвящена древней и средневековой истории Ширвана. С.Б.Броневский затронул также вопрос этногенеза некоторых кавказских народов. Причисляя албанцев к числу коренных или весьма древних жителей, он считал их предками лезгин.⁹ Работа С.Б.Броневского, являющаяся первым подробным и систематическим описанием народов Северного Кавказа и Азербайджана, вместе с тем, не свободна от неточностей и ошибок.

После завершения захвата Российской империей Северного Азербайджана (1828 г.) в русской историографии стал проявляться профессиональный интерес к истории, географии, этнографии, культуре и искусству племён, населявших Кавказскую Албанию.

Одним из первых изысканий, посвящённых Кавказской Албании явилась, опубликованная в 1835 г. статья О важности южнокавказских областей России в отношении антикварном и о Птолемее, главном писателе в рассуждении Географии сей страны,¹⁰ написанная Ф.Крузе. Фридрих Крузе (1790-1866) – профессор Дерптского университета, специалист по истории и археологии Прибалтики, по норманнскому вопросу и происхождению русов. В указанной статье отмечалось, что под сенью хранительных крыл мощного Орла Северного открыты теперь для взоров учёного изыскателя и области, лежащие на юг от Кавказа, где была первая колыбель человеческого рода – богатые поляны Иберии, Албании, Колхиды и Армении.¹¹ В статье, написанной предположительно по заказу,¹² автор, отражавший интересы определённых кругов русского общества, занимавшихся проблемами освоения присоединённых к Российской империи по Туркменчайскому договору 1828 г. областей. Ф.Крузе, изучая данные источников о перевозке в древности товаров из Средней Азии по Амударье и Куре к Чёрному морю, писал — Любопытно было бы сделать исследование: есть ли возможность ещё теперь или именно теперь, при усовершенствовании искусства проведения каналов, учредить такое водное сообщение между Киром и Фазисом.¹³

Описывая плодородие древней Албании, её богатство вином и плодами, огни, выходившие из земли её, а также возможность через эту область вниз по Куре, установить торговлю во внутренности Азии,¹⁴ Ф.Крузе пытался привлечь внимание официальной России к этой части Закавказья, отмечая хозяйственно-экономическое значение территории древней Албании для царской России.

Важным моментом для историографии XIX в. было осознание Ф.Крузе весомости археологических исследований для познания прошлого. Он писал, что именно археологические исследования поясняют иное даже в произведённых доселе изысканиях, и, показывая, чем была некогда эта земля, научают нас, чем она может сделаться под мудрым управлением.¹⁵

В 1835 году появились описания Нахичеванской, Елизаветпольской и других провинций, а также первый том Энциклопедического лексикона, где была опубликована довольно интересная статья анонимного автора Об Албании азиатской, древней¹⁶, в которой указывалось, что территория древней Албании включала в себя часть нынешнего Дагестана и всю Ширванскую область от Дербента до Аракса.¹⁷ В статье также отмечалось, что название Албания похоже на латинское, однако же, оно принадлежит к коренным именам этого края и ещё до римлян было известно грекам. Автор обнаруживает большую для своего времени осведомлённость и высказывает ряд интересных соображений, в частности, о северных и южных пределах Албании, о территории, занимаемой каспиями, а также о местонахождении Кабалы. Исходя из содержания статьи, можно утверждать, что автор был знаком с данными источников по истории Кавказской Албании.

В 1836 г. в Санкт-Петербурге было издано многотомное Обозрение Российских владений за Кавказом в статистическом, этнографическом, топографическом и финансовом отношениях.¹⁸ В первом томе Обозрения имеются весьма ценные сведения по отдельным аспектам истории Азербайджана. В очерках, посвящённых отдельным провинциям Азербайджана, приведены отрывочные сведения об их историческом прошлом, о территории, городах и т.д.

Интересны очерки Василия Легкобытова о Ширванской¹⁹ и Кубинской провинциях;²⁰ Николая Фролова о Елизаветпольском округе²¹ и Александра Яновского о Шекинской провинции.²²

В этих очерках освещены вопросы истории, географического положения, границ и населения описываемого региона. Так, Дмитрий Зубарев, описывая Карабахскую провинцию, предпринял попытку этимологизации названия Карабах и определения состава населения провинции, придя к выводу, что это население состояло из представителей древних азербайджанских племён Джеваншир, Демирчиасанлы, Джебраил, Сараджал, Кенгерли, Имирли и др.²³ Он писал — Страна, называемая ныне Карабахом, известна была в древности под названием Рани. В ней был город Барда….²⁴

Василий Легкобытов, описывая Бакинскую провинцию, отмечал, что Баку в древности назывался Хунсаром.²⁵

Таким образом, материалы Обозрения, посвящённые отдельным округам и провинциям Азербайджана, явились надёжным подспорьем для дальнейшей научной разработки проблем о территории древних государств и локализации древних городов Северного Азербайджана. Это начинание было поддержано другими русскими исследователями, и вскоре появились новые, более содержательные труды.

К концу 30-х годов XIX в. относится исследование Эдуарда Ивановича Эйхвальда, русского естествоиспытателя, академика, члена этнографического отделения Русского Географического общества. В 1825-1826 гг. он совершил путешествие по Кавказу и посетил ряд районов Азербайджана. Наблюдения учёного нашли своё отражение в его работе.²⁶ Автором впервые была предпринята попытка изучения происхождения удин. Э.И.Эйхвальд пытался установить родство удин с народом мордва и считал удин последними остатками финнов, пришедших на Кавказ с низовьев Волги. По мнению Э.И.Эйхвальда, удины, прежде исповедовавшие христианство, и обременённые оплатой за это подати, вынуждены были принять ислам.²⁷ Безусловно, автор ошибался, считая удин пришедшими с севера. Последние исследования выявили, что удины, как и другие народы северовосточнокавказской семьи являются автохтонами Кавказа. Они обитали в местах своего постоянного проживания, по крайней мере, со времён мезолита или плейстоценовой эпохи.²⁸

Новым явлением в азербайджанской историографии первой половины XIX в. явилась деятельность азербайджанского учёного Аббаскули ага Бакиханова (1794-1846), написавшего труд по истории Азербайджана с древнейших времён до 1813 г.

А.Бакиханов родился в селе Амираджаны Бакинского ханства. Первоначальное образование он получил у духовных лиц Баку и Кубы, под руководством которых в течение 20 лет изучал богословие, мусульманское право, персидский и арабский языки, а также литературу Востока. С января 1820 г. он начал службу в русской армии, а в январе 1822 г. был назначен переводчиком в чине полковника при наместнике на Кавказе, где хорошо изучил русский язык. В качестве переводчика А.Бакиханов в течение 25 лет участвовал в походах русских войск в Дагестан и Азербайджан, являлся членом комиссии по демаркации границ, согласно условиям Гюлистанского мирного договора. С 1833 по 1835 гг. А.Бакиханов занимался дипломатической деятельностью. Будучи сторонником сближения Азербайджана с Россией, он поддерживал тесные отношения с такими выдающимися представителями русской прогрессивной общественности, как А.С.Грибоедов, А.А.Бестужев-Марлинский. А.Бакиханов близко сошёлся с семьёй А.С.Пушкина, а также членами его кружка. Известны весьма лестные отзывы отца поэта – С.А.Пушкина о Бакиханове.²⁹ В 1843 г. в качестве депутата от Кубинского и Бакинского уездов участвовал в учреждённом в то время Комитете по определению прав состояний высшего сословия в мусульманских странах Закавказского края.³⁰

Написанное А.Бакихановым в 1841 г. фундаментальное исследование на персидском языке³¹, в 1844 г. было переведено на русский язык самим же автором. Труд этот явился главным историческим произведением А.Бакиханова, плодом долгой, кропотливой и напряжённой научной работы, итогом многочисленных путешествий по Ширвану, Дагестану, Грузии, Кавказскому региону. При написании автором были широко использованы письменные источники – как античные, так и восточные.

Гюлистан-и-Ирам³² – первый в азербайджанской историографии труд, в котором системно изложена история Азербайджана и Дагестана с древности до заключения Гюлистанского мирного договора (1813 г.). Во вводной главе автор даёт географический и этнический обзор Восточного Кавказа, в последующих главах в хронологическом порядке излагается история, главным образом Ширвана и Дагестана, с древних времён до Гюлистанского договора. В заключительной части исследования приводятся сведения об отличившихся учёностью и достоинством уроженцах Азербайджана.

Оценивая свою работу, А.Бакиханов писал- Я собрал, сколько мог материалов, сличил разбросанные сведения, сверил предания с памятниками и, имея в виду летописи, грамоты, монеты, надписи и разные исторические записки современников и предков, по возможности старался соблюсти условия историка – описать происшествия в связи и порядке, руководствуясь строгим беспристрастием в отношении к единоверцам своим и к родине, почитая весь род человеческий одним семейством, а шар земной – общим отечеством.³³

Попытка разрешения отдельных вопросов исторической географии была предпринята им с привлечением топографических данных. А.Бакиханов справедливо считал, что древняя Албания включала в себя Ширван и Дагестан. Большое место в труде отведено исследованию албанских племён и борьбе албан против иноземных завоевателей. Не обойдён вниманием и вопрос этимологии самого названия Албания.³⁴

Одна из серьёзных работ по Кавказской Албании принадлежит профессору А.Яновскому,³⁵ в 1829 г. объездившему территорию исторической Кавказской Албании.

Александр Григорьевич Яновский (род. около 1798 г. — ?) в 1818 г. окончил Харьковский Университет, в 1818-1819 гг. служил переводчиком в Екатеринославской конторе иностранных поселений. В 1819 г. переехал в Петербург, где служил в Военном министерстве, в Сенате, в Министерстве юстиции и Министерстве финансов, откуда в 1828 г. был переведён на Кавказ в Казённую экспедицию Верховного грузинского правительства. В 1829 г. был командирован в Шекинскую провинцию для обозрения казённого имущества. В 40-70-х гг. Яновский жил в Петербурге, в конце 60-х гг. ушёл в отставку в чине коллежского советника. Был одним из старейших членов Русского Географического Общества.³⁶

Источниковедческой базой исследования А.Яновского О древней Кавказской Албании, наряду с античными источниками, были и данные русской историографии. Статья А.Яновского, по определению К.В.Тревер³⁷, явилась первым в русской историографии исследованием, в котором собраны и сопоставлены сведения античных и раннесредневековых авторов о Кавказской Албании.³⁸ Особое место в работе отведено отождествлению имеющихся у античных авторов топонимов с существовавшими в начале XIX в. названиями городов, селений и рек.

Важно подчеркнуть, что, освещая в своём исследовании лишь ранний период истории Албании, автор справедливо отмечал, что в разные исторические периоды политические границы Албании различны, но собственно территорией Албании в древности он ошибочно считал лишь области Шеки и Ширвана. А.Яновский весьма детально проводит сопоставление упоминаемых Птолемеем 29 городов и других поселений с названиями своего времени, однако принципом его сопоставления является созвучие, а потому, как отмечала К.В.Тревер, выглядит это не всегда убедительно.³⁹

Птолемеевские реки А.Яновский рассматривает как притоки Куры, вопреки общему мнению, что они впадают в Каспий. Центром Албании А.Яновский считал Нухинскую провинцию, в качестве доказательств приводя как внешнее сходство албанов с жителями этой провинции, так и идентичность их обрядов и характера.⁴⁰

По мнению автора, Албания располагалась на левобережье Куры от Иверии до Каспийского моря. Северной границей Албании служил Кавказский хребет, однако восточные границы автором обозначены к западу от морского побережья, а не вдоль Каспийского моря – отсюда отрицание им распространения мореходства в Албании.

В работе А.Яновского имеется ряд ошибок и неточностей, например, удины упоминаются то, как жители Албании, то локализуются им на этнически смешанной границе Албании, в то время как научные исследования более позднего периода выявили, что удины составляли значительную часть населения Албании.

В отличие от других исследователей того времени, русский учёный, говоря о походе римлян через Албанию, выказывает явную симпатию к аборигенам, отмечая, что римляне по привычке всемирных победителей нанесли много вреда тамошним жителям, однако должна же быть сильная побудительная причина, заставившая албанцев напасть на римлян.⁴¹

В целом работу А.Яновского можно охарактеризовать как первое серьёзное исследование того времени, в котором наличествует ряд интересных мыслей, однако утверждения и выводы его не всегда могут быть приняты безоговорочно.

К этому же периоду относятся публикации Н.И.Богомолова по интересующей нас проблематике. Н.И.Богомолов был законоучителем Александропольского уездного училища, а впоследствии протоиереем собора Кавказской армии в Тифлисе. Н.И.Богомолов был прекрасным знатоком чеченского языка.

Ошибочное отождествление курдов со славянами

В 40-х гг. XIX в. в газете Кавказ Н.И.Богомоловым была опубликована статья, посвящённая этнической истории курдов,⁴² в которой ставился вопрос о происхождении курдов, об их нравах, обычаях, быте. Автор, относящий курдов к числу албанских племён, предпринял попытку этимологии этнонима албан. По мнению Н.И.Богомолова, курды были полукочевым народом, населявшим с глубокой древности большую часть Закавказской Аг-Вании. Автор безосновательно относил всю территорию Албании до Каспийского моря к Курдистану. Считая курдов славянами, он ошибочно отождествлял их с албанами и булгарами, пришедшими в район озера Ван в 118 г. до Р.Х. при армянском царе Аршаке. Автор полагал, что у курдов имелось своё царство, охватывавшее большую часть территории Персии, Ассирии и Армении, которое было ликвидировано в середине VI в. до н.э. персидским царём Киром.⁴³

Среди работ, изданных в 40-е годы XIX в. следует выделить опубликованный в 1848 г. в Москве труд П.Ф.Сума.⁴⁴ П.Ф.Сум, наряду с А.Калльем, Р.Нюэрупом, Х.Грамом и Я.Лангебеком, был представителем просветительско-абсолютической историографии Дании XVIII–XIX вв., основоположником которой в первой половине XVIII в. стал поэт и драматург Л.Хольберг.

В своём исследовании П.Ф.Сум главное внимание уделяет этнической истории, особенно подробно останавливается на описании печенегов и их происхождении. Исследователь называл их пацинаками, что, по его мнению, соответ­ствовало варианту этнонима печенег в Армянской географии VII в. Близкую точку зрения недавно в Кавказском этнографическом сборнике (IX, М., 1989) высказал В.П.Кобычев (критику см. ниже, в главе Население). П.Ф.Сум упоминает также хазар и населённые пункты, связанные с этнонимом хазар.

П.Ф.Сум в своём исследовании касается и племени кангаров, проживавших на территории древнего Азербайджана (точное время поселения их здесь неизвестно). Автором кангары отождествлялись с гандариями, проживавшими близ Самарканда. И он, возможно, отчасти был прав, ибо часть кангаров действительно проживала на территории Средней Азии и была зафиксирована в письменных памятниках VII в.⁴⁵ П.Ф.Сум полагал, что кангары, вышедшие из Средней Азии, вторглись в Европу через реки Яик и Волгу.⁴⁶

По мнению П.Ф.Сума, одним из гуннских племён, вторгшихся на территорию Азербайджана в первых веках нашей эры, были хазары, местом проживания которых с древности он считал Персию (Астрабад), отмечая при этом, что персами они не были. Согласно его гипотезе, в I в. н.э. хазары продвинулись из Персии на север и расположились на востоке от Волги, а затем, перейдя Волгу, расселились по западному берегу Каспийского моря до Дербента.⁴⁷ Он полагал также, что сыраки (сираки) были ассимилированы хазарами.⁴⁸ Тезис П.Ф.Сума бесспорно ошибочен, ибо хорошо известно, что сираки являются ираноязычным племенем.

В 60-е годы XIX в. появился ряд новых работ, написанных не столько профессиональными исследователями, сколько любителями, к числу которых следует отнести И.И.Шопена.

Иван Иванович Шопен (1798-1870), по происхождению француз, переехал в Россию около 1825 г., служил на гражданской службе на Кавказе. В 1829 г. Паскевич поручил ему составить описание присоединённых к Российской империи по условиям Туркменчайского договора (1828 г.) Эриванского и Нахчыванского ханств, переименованных в Армянскую область. В 1829-1832 гг. И.И.Шопен занимался обследованием Армянской области, в последующие годы был председателем Управления по доходам и казённым имуществам Армянской области. В 1838 г. переехал в Петербург, где служил в Министерстве государственных имуществ. Был членом-корреспондентом Статистического отделения совета Министерства внутренних дел.

Составленный И.И.Шопеном на основании собранных материалов труд вышел в свет со значительным опозданием под названием Исторический памятник состояния Армянской области в эпоху её присоединения к Российской империи (СПб., 1852). Этот труд был капитальной работой, в которой приводилось основательное, детальное и разностороннее описание бывших Эриванского и Нахчыванского ханств, действительно ставшей своего рода памятником и доныне сохранившим историческую ценность. Представленная ещё в 1840 г. в Академию Наук работа И.И.Шопена получила положительный отзыв Броссе и Кеппена, ей была присвоена Демидовская премия. Собственно этнографическое содержание этого труда не велико. В 1839-1840 гг. И.И.Шопен посвятил исследованию этой территории ряд статей, которые позже вошли в его книгу. Перу И.И.Шопена принадлежит изданная под инициалами И.Ш. брошюра Некоторые замечания на книгу Обозрение российских владений за Кавказом (СПб., 1840). Из протоколов Кавказского отдела Русского Географического Общества известно, что И.И.Шопен работал над переводом известий античных авторов о Кавказе, собираясь издать соответствующий сборник, – идея, осуществлённая другими авторами значительно позже. И.И.Шопен также был автором книги Новые заметки на древние истории Кавказа и его обитателей (СПб., 1866).⁴⁹

Объёмистый труд И.И.Шопена Новые заметки на древние истории Кавказа и его обитателей⁵⁰ охватывает почти все географические объекты Азербайджана. Основное место в его исследовании отведено истории Армении, однако здесь также имеется специальная глава Агования, Албания и Чога. Затрагивает автор и историю Мидийского царства. В книге предпринята весьма неудачная попытка этимологизации палеохоронимов Мидия, Атропатена, Албания, а также этнонимов албан, удин и пр. Неплохо зная античные источники и литературу по кругу освещаемых вопросов, он либо редко ссылался на них, либо манипулировал ими весьма произвольно, в силу чего выводы его часто абсурдны и не имеют под собой научной основы. Неверна его трактовка хоронима-топонима Агования, а агованцев и албанцев он ошибочно считал разноплеменными народами. Территория Албании делится автором на области Агования, Лпиния и Чога (Чора), локализуемые как по обеим сторонам Куры, так и на побережье Каспийского моря. Название страны Албания он переводит как страна или царство гор.

Наличие большого количества ошибок, неточностей и абсурдных выводов значительно умаляет достоинство работы, требует осторожности в её использовании, однако, вместе с тем, его энтузиазм и попытка создания объёмного, фундаментального исследования, когда историческая наука ещё не располагала достаточной базой знаний, не может не быть приветствована и оценена положительно.

Большой вклад в развитие научной историографии России по древней истории внесли работы Петра Карловича Услара (1816-1875), с 1850 года до конца жизни служившего на Кавказе, где он вёл военную, педагогическую и научную работу, а также интенсивно изучал языки Кавказа. На военной стезе он дослужился до звания генерал-майора, а за научные изыскания получил звание член-корреспондента Российской Академии наук.

Особенно интересны для нашего исследования две работы П.К.Услара. Его статья Начало христианства в Закавказье и на Кавказе⁵¹ была опубликована в конце 60-х гг. XIX в. Главное место в статье отводится вопросу о насильственных выселениях евреев из Палестины, начиная с XIII в. до н.э., и расселении их в Армении, Иберии и отдельных районах Албании, в частности, на юго-западном побережье Каспийского моря. Ссылаясь на различные источники, он утверждал, что большая часть евреев смешалась с местным населением, другая часть сохранила свою религию и позже в период раннего средневековья распространилась среди некоторой части населения Кавказа и Поволжья.

В другой работе П.К.Услара⁵² имеются материалы по топонимии Азербайджана, в ней упоминаются такие топонимы, как Нахичевань, Маранд, Мугань, говорится также о племенах, проживавших в сатрапиях Ахеменидской империи, о языке албанцев, об антропологическом типе албан и других кавказских народностей. Особое место в работе занимают конфессиональные вопросы, главным образом связанные с огнепоклонничеством.

Азербайджанские и грузинские народы имеют общих предков

В первой работе автор, касаясь проблемы территории Албании, пишет, что в состав её входили земли Бакинской и Елизаветпольской губерний, заалазанская Кахетия и низменная долина Куры, а также Нагорный Дагестан, отмечая, однако, что северная граница Албании для него трудно определима.⁵³ Во второй статье П.К.Усларом выдвигается интересная гипотеза об общем происхождении албанов и иберов. Известно, что население исторической Иберии (Картли) формировалось на базе племён и племенных групп эров, кахов и т.д., о родстве которых сообщают древнегрузинские источники.⁵⁴ В этих областях в античное время была распространена единая Ялойлутепинская культура, а население этих районов принадлежало к одной антропологической группе.⁵⁵ Это подтверждается исследованиями распространения групп крови в Закавказье во второй половине ХХ века, которые показали высокую степень однородности по генным частотам кахетинского и азербайджанского населения Алазано-Эгричайской долины и Шемахинской зоны. Обстоятельство это свидетельствует о том, что вышеуказанная область была территорией, населённой албанским союзом племён. Позднее одна часть населения указанной зоны вошла в состав грузинской, а другая – азербайджанской народности. Таким образом, гипотеза П.К.Услара о том, что азербайджанское и грузинское население упомянутого региона имеет общих предков, не лишена оснований.

В своём исследовании П.К.Услар касался и скифской проблемы, отмечая, что следы скифов прослеживаются в области Сакасена. Однако, следуя сложившейся в армянской историографии традиции, он ошибочно локализовал Сакасену в Армении, в то время как она находилась в районе Гянджи. В числе племён древнего Азербайджана, П.К.Услар отмечает и мюков, обитавших близ низовьев Аракса, этноним которых, как он ошибочно считал, сохранился в названии Муганской степи.⁵⁶ Эта ошибка является следствием народной этимологии.⁵⁷ Этногенез мюков являлся объектом внимания ряда советских учёных. К.В.Тревер считала их южными соседями албанов,⁵⁸ локализуя их севернее Аракса. И.Б.Пьянков помещал их южнее Аракса,⁵⁹ Э.А.Грантовский на основе историко-филологического анализа пришёл к выводу, что миков следует искать на северо-западе, недалеко от Аракса, на территории Мугани,⁶⁰ академик И.Г.Алиев также территорией обитания миков считает нынешнюю Муганскую степь.⁶¹

70-е годы XIX в. ознаменованы в российской историографии выходом в свет фундаментальной работы академика Б.А.Дорна,⁶² явившейся результатом его поездки на Кавказ в 1860-1861 гг.

Борис Андреевич Дорн (1805-1881) – ориенталист. После получения звания приват-доцента в Лейпциге, был профессором кафедры восточных языков Харьковского Университета, затем – профессор истории и географии Востока в Институте восточных языков при Министерстве иностранных дел. В 1852 г. первым из европейских учёных занялся изучением истории Афганистана. Преподавал афганский язык в Санкт-Петербургском Университете. Б.А.Дорном были подготовлены Материалы для изучения иранских наречий, изданные в Санкт-Петербурге в 1866 г. В Учёных записках Академии наук были напечатаны его работы- Академик Фрэн и его учёная деятельность (1855, т. III, вып. 3), Азиатский музей Императорской Академии наук (1864, т. V, вып. 2) и Каспий. О походах древних русских в Табаристан (1875). Б.А.Дорну принадлежит также обзор новой коллекции восточных рукописей в Императорской публичной библиотеке, напечатанный в Журнале Министерства народного просвещения (1859, № 2).⁶³

В труде Б.А.Дорна Каспий⁶⁴ имеется дополнение, посвящённое древней Албании по Птолемею, в котором автор отождествляет птолемеевские названия албанских городов, поселений и рек с современными ему названиями, а также, что весьма важно, приводит точки зрения предшествующих ему исследователей по данному вопросу. Более критично автором использованы сообщения древних авторов о географическом положении Кавказской Албании. Б.А.Дорн территорию Албании ограничивает Сарматией (Керавнскими горами), Иберией (по реке Алазань), Арменией (у слияния Куры и Аракса) и Каспийским морем до реки Соаны. В территорию Албании он включает Шеки, Ширван и Южный Дагестан до Дербента, а также Каспиану. По его утверждению, реки древней Албании, упоминаемые в древних источниках, впадают не в Куру, а в Каспийское море. Указано им и местонахождение столицы Кавказской Албании – города Кабала. Подчеркнём, что в целом Б.А.Дорн верно определял территорию расселения албанских племён.

Заметную роль в развитии российской историографии древней истории Закавказья и Кавказа в конце XIX в. сыграли исследования В.Ф.Миллера.

Всеволод Федорович Миллер (1848-1913) – один из крупнейших русских учёных. Среднее образование получил в лучшем учебном заведении Москвы – пансионе Эннеса, где все предметы изучались на немецком и французском языках, он овладел также английским языком. В 1865 г. поступил в Московский университет на историко-филологический факультет, где изучал греческий и латинский языки, а также санскрит, специализировался по истории народов Востока и восточному фольклору. Следует отметить, что это было время, когда изучение Востока не особенно приветствовалось правительством России, а в единственном небольшом учебном заведении Москвы – Лазаревском институте – обучались, в основном отпрыски состоятельных армян.⁶⁵ В 1870 г. по окончании историко-филологического факультета, В.Ф.Миллер был оставлен при университете, где прошёл подготовку к профессуре по сравнительной грамматике и санскриту. В 1874 г. он был направлен в Германию для более углублённого изучения санскрита и древней истории Востока. Через год он переехал в Прагу, где изучал чешский язык. В 1876 г. В.Ф.Миллер вернулся в Москву с готовой работой Очерки арийской мифологии I. Асвины Диоскуры, которую защитил на степень магистра. В 1884 г. он стал профессором Московского университета, в 1897-1911 гг. был директором Лазаревского Института восточных языков, а в 1911 г. получил звание академика.

В.Ф.Миллер, занимаясь вопросами сравнительного языкознания и сравнительной мифологии, иранистики и кавказоведения, этнографии и археологии, литературы и фольклора, показал себя в каждой из этих областей сильным мастером, полностью владеющим материалом, одинаково сильным в анализе и синтезе, обладающим высокой эрудицией.⁶⁶ В.Ф.Миллеру принадлежит создание школы кавказоведов, объединявших как учёных, разрабатывавших вопросы кавказоведения в широком теоретическом аспекте, так и краеведов, собравших обширный материал по истории, этнографии, фольклору, археологии Кавказа.

В 1879-1886 гг. В.Ф.Миллер провёл ряд научных экспедиций на Кавказ. Он является автором около 200 научных работ, в числе которых классический труд Осетинские этюды,⁶⁷ где приводятся данные о племенах (саках, массагетах, аланах). В его работах говорится и об Албании, затрагивается вопрос этимологии этнонима албан.

Автор, допуская гипотезу Мищенко о принадлежности царских и кочевых скифов к неарийцам, доказательства его считает неубедительными. Сам же он твёрд в убеждении, что среди скифов в числе других этнических элементов, присутствует элемент иранский.⁶⁸ В.Ф.Миллер был одним из первых учёных, доказывавших на основании конкретного языкового материала ираноязычность скифов.⁶⁹

В.Ф.Миллером была выдвинута вполне допустимая гипотеза о том, что причиной, по которой исследователи часто путают албан с аланами, могла быть допущенная переписчиком армянской географии ошибка, которую он мог сделать сознательно в виду того, что дальше упоминался народ алан, и такое повторение могло показаться ему подозрительным.⁷⁰

В своих исследованиях В.Ф.Миллер касался также вопросов политической истории. Говоря о походах аланов в I в. он указывал, что они с разрешения царя гирканов (древнегрузинского царя – Э.А.) прошли через проход, укреплённый Александром Македонским железными вратами. Укрепление прохода никак не могло быть предпринято Александром Македонским, так как общеизвестно, что он никогда не был на Кавказе. Факт проникновения аланского элемента в Албанию (в область Камбисену) из Картли-Иберии в 70-е годы I в. н.э. и доминирование его в последней трети I в. н.э. подтверждается выявленными в зоне Мингечаура многочисленными катакомбными захоронения-ми, принадлежащими этим ираноязычным кочевникам. ⁷¹

Источники

¹ А.Ю.Якубовский. Ибн-Мискавейх о походе русов в Берда’а в 943/44 гг. (Хиджры 332). Византийский временник, т. ХХIV, 1926, с. 74.

² Моисей Каланкатуйский. История Албании. СПб., 1861, III, ХХI.

³ Повесть временных лет (по Лаврентьевской летописи) 1317 г., М.-Л., 1950, т. 1, с. 9, 205.

⁴ Хождение за три моря Афанасия Никитина 1466-1472 гг. М., 1980, Предисловие, с. 8.

⁵ Там же, с.46, 82.

⁶ См. Путешественники об Азербайджане. Баку, 1961, с.187-192,199-217, 219-236, 369-385.

⁷ П.Г.Бутков. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 гг. Т. 1-3, СПб., 1869.

⁸ Книга Большого чертежа. М.-Л., 1950, с. 4, 11.

⁹ С.Б.Броневский. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе в двух частях. Ч. 1, М., 1823, с. 4.

¹⁰ С.Б.Броневский. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе в двух частях. Ч. 1, М., 1823, с. 4.

^11.Ф.Крузе. О важности южно-кавказских областей России в отношении антикварном и о Птолемее, главном писателе в рассуждении географии сей страны. Журнал Министерства Народного Просвещения, ч. 5, 1835.

¹² Там же, с. 424.

^13.См. К.В.Тревер. Очерки по истории и культуре Кавказской Албании. М.-Л., 1959, с. 24.

¹⁴ Ф.Крузе. Указ. раб.

¹⁵ См.К.В.Тревер. Очерки по истории и культуре Кавказской Албании, с. 427.

¹⁶ Ф.Крузе. Указ. раб., с. 430.

¹⁷ К.В.Тревер полагала, что статья могла принадлежать перу Крузе или Яновского, однако сличение текстов к такому выводу не приводит. (См. её Очерки по истории и культуре Кавказской Албании. М.-Л., 1959, с. 26).

¹⁸ См. Энциклопедический лексикон. Т. 1, издание Плюшара, СПб., 1835, с. 415.

¹⁹ Обозрение российских владений за Кавказом в статистическом, этнографическом, топографическом и финансовом отношениях. Ч. I-IV, СПб., 1836.

²⁰ Там же, Ч. III, с. 35-174.

²¹ Там же, Ч. IV, с. 95-150.

²² Там же, Ч. II, с. 319-401.

^23.Там же, Ч. III, с. 274.

²⁴ Там же, Ч. III, с. 274.

²⁵ Там же, Ч. III, с. 301.

²⁶ Там же, Ч. IV, с. 83.

²⁷ Путешествие профессора Эйхвальда по Каспийскому морю и по Кавказскому краю. Библиотека для чтения, ч. 25, СПб., 1838.

²⁸ Там же, с. 180.

²⁹ См. И.М.Дьяконов. Алародии. ВДИ, 1995, № 1, с. 116; К.Ренфрю. Разнообразие языков мира, распространение земледелия и индоевропейская проблема. ВДИ, 1998, № 3, с. 113.

³⁰ Л.Павлищев. Из семейной хроники. Воспоминания о А.С.Пушкине. М., 1890, с. 354.

³¹ Кавказский этнографический сборник. Вып. I (Труды Института этнографии им. Н.Н.Миклухо-Маклая, т. XXVI). Отв. ред. М.О.Косвен. М., 1955, с. 337.

³² Абас-Кули-ага Кудси Бакиханов. Гюлистан-Ирам. Известия Общества Обследования и изучения Азербайджана, вып. 4, Баку, 1926; См. также Очерки истории исторической науки в СССР, т. 1, М., 1955, с. 641.

³³ А.К.Бакиханов. Гюлистан-и-Ирам. Б., 1951

³⁴ А.К.Бакиханов. Сочинения. Записки. Письма. Баку, 1983, с. 132.

³⁵ А.К.Бакиханов. Гюлистан-Ирам. Б., 1951, с. 5.

^36.А.Яновский. О древней Кавказской Албании. ЖМНП, ч. 52, 1846, с. 97-203.

³⁷ Кавказский этнографический сборник. Вып. I (Труды Института этнографии им. Н.Н.Миклухо-Маклая, т. XXVI). Отв. ред. М.О.Косвен. М., 1955, с. 313.

³⁸ Тревер Камилла Васильевна (1892-1974) – известнейший советский историк культуры, востоковед, член-корр. АН СССР. Автор фундаментального исследования по истории Албании под названием Очерки по истории и культуре Кавказской Албании (М.-Л., 1959).

^39.К.В.Тревер. Указ. раб., с. 26.

⁴⁰ Там же.

^41.А.Яновский. Указ. раб., с. 128.

⁴² Там же, с. 185.

^43.Н.Богомолов. Аг-Вания. Курды. Газета Кавказ, № 32, 1847.

^44.Там же.

⁴⁵ П.Ф.Сум. Исторические рассуждения о происхождении народов, населявших в древние века Польшу, Россию и земли между Каспийским и Чёрным морями, а также Европейскую Турцию на севере от Дуная. М., 1846.

⁴⁶ См. С.Г.Кляшторный. Древнетюркские рунические памятники как источник по истории Средней Азии. М., 1964.

⁴⁷ П.Ф.Сум. Там же, с. 6.

⁴⁸ Там же, с. 11; п. 3, с. 14, п. 4.

⁴⁹ Там же, с. 15, п. 5.

⁵⁰ Кавказский этнографический сборник. Вып. I (Труды Института этнографии им. Н.Н.Миклухо-Маклая, т. XXVI). Отв. ред. М.О.Косвен. М., 1955. с. 305.

⁵¹ И.Шопен. Новые заметки на древние истории Кавказа и его обитателей. СПб., 1866.

⁵² П.К.Услар. Начало христианства в Закавказье и на Кавказе. Сборник сведений о Кавказских горцах, Вып. II, Тифлис, 1869, с. 1-24.

^53.П.К.Услар. Древнейшие сказания о Кавказе. Тифлис, 1861.

^54.П.К.Услар. Начало христианства в Закавказье и на Кавказе, с. 15.

⁵⁵ В своё время Леонти Мровели предложил концепцию единого происхождения, ближайшего родства народов Кавказа. См. В.Б.Ковалевская. Скифы, Мидия, Иран во взаимоотношениях с Закавказьем по данным Леонти Мровели. Изв. АН Груз. ССР (серия истории, археологии, этнографии и искусства), 1975, № 3, с. 63.

⁵⁶ М.Г.Абдушелишвили. Антропология древнего и современного населения Кавказа. Тбилиси, 1964.

⁵⁷ П.К.Услар. Древнейшие сказания о Кавказе, с. 465.

⁵⁸ Э.А.Грантовский. Сагартии и XIV округ государства Ахеменидов по списку Геродота (III.93). – Краткие сообщения Института народов Азии, вып. 46, Древний Восток. М., 1962, с. 237-239.

⁵⁹ К.В.Тревер. Очерки по истории и культуре Кавказской Албании, с. 50.

⁶⁰ И.В.Пьянков. Массагеты Геродота. ВДИ, 1975, № 2, с. 57.

⁶¹ Указ. раб., с. 237-238.

⁶².И.Г.Алиев. Очерк истории Атропатены. Баку, 1989, с. 8.

⁶³ Б.Дорн. Каспий. О походах древних русских в Табаристан. Издание в приложении к Запискам Российской Академии Наук, т. 26, М., 1875.

^64.Большая Энциклопедия. Т. 8, СПб., б. г.

⁶⁵ Б.Дорн. Каспий. О походах древних русских в Табаристан. Издание в приложении к Запискам Российской Академии Наук, т. 26, М., 1875.

⁶⁶ Б.А.Калоев. Миллер – кавказовед. Орджоникидзе, 1963, с. 6.

⁶⁷ В.И.Абаев. Всеволод Миллер как осетиновед. К столетию со дня рождения (1846-1948), Известия юго-осетинского научно-исследователь-ского института, вып. VI, Сталинир, 1948, с. 19.

⁶⁸ В.Ф.Миллер. Осетинские этюды. Ч. I-III, М., 1881-1887.

⁶⁹ Там же, ч. III. М., 1887, с. 118.

⁷⁰ В.Ф.Миллер. Эпиграфические следы иранства на юге России. ЖМНП, 9, 1886. Он же. Осетинские этюды. Ч. I-III, М., 1881-1887. ; В.Ф.Миллер. Осетинские этюды. Ч. III, с. 109-111.

71. И.Г.Алиев. К интерпретации параграфов 1, 3, 4 и 5 IV главы XI книги Географии Страбона. ВДИ, 1975, № 3, с. 164; См. также И.Алиев. Сармато-аланы на пути в Иран. В кн.История Иранского государства и культуры. М., 1971; И.Алиев, Г.Асланов. Племена сармато-массагето-аланского круга в Азербайджане. В сб. Древний Восток, 2, Ереван, 1976; они же. К вопросу о проникновении на территорию Азербайджана племён сармато-аланского круга в первые века нашего летоисчисления. В сб.Материалы научной конференции по аланской археологии и истории Северной Осетии. Орджоникидзе, 1975.

http://ethnoglobus.com/index.php?l=ru&m=news&id=667

Гюльнара Инандж

Эксклюзивное интервью  заместителя главного редактора влиятельного израильского интернет ресурса izrus.co.il, политического эксперта Александра Гольденштейна. -Обострение геополитической ситуации на Ближнем Востоке в начале июня с инцидентом гуманитарным конвоем Free Gaza на первый план вывел турецко-израильские отношения, прикрывая за собой более глубокие задачи. Было очевидно, что арестом гуманитарного конвоя Израиль позволяет росту авторитета Турции на Ближнем Востоке, что не в интересах официального Иерусалима. Израильские власти, опережая эти цели держав, борющихся за раздел сферы влияния в регионе пошли на демарш с гуманитарным конвоем. -Частичная блокада сектора Газа была введена не просто так. Об этом распространяться не надо, уже много было написано по этому поводу. Правый блок, победивший на выборах 2009 года в Израиле, не может позволить премьер-министру Турции Р. Т. Эрдогану нарушать блокаду – народ выбрал правое правительство именно для того, чтобы сдерживать ХАМАС и «Хизбаллу», вести себя жестче. Демарш, в данном случае, совершил Эрдоган, а не Нетаниягу. -В мае президент России Д.Медведев посетил Турцию и Сирию. Россия подписала соглашения с Дамаском на поставку Сирии военных самолетов, противотанкового оружия и системы ПВО. Москва также договаривается с Сирией о строительстве АЭС в этой стране. -Глава ХАМАС Халед Машаль, постоянный собеседник главы МИД России на Ближнем Востоке возглавляет организацию, которая еще недавно публично поддерживала северокавказских моджахедов в борьбе против «русских оккупантов». Напомню, что до тех пор, пока к середине 2000-х ХАМАС не ощутил в себе силы открыто заявить претензии на власть в Палестинской автономии, ее лидеры публично поддерживали исламистов Северного Кавказа против России. Теперь же, всячески пытаясь закрепить свой «особый статус» в геополитическом раскладе вокруг арабо-израильского конфликта, Москва делает вид, будто ничего не знает о недавних связях ХАМАСа с кавказскими террористами. Сирия не лучше. Диктаторский режим, поддерживающий террор. Однако Кремль делает вид, что ничего об этом не знает. Самое интересное, что Сирия должна РФ и бывшему СССР миллиарды, которые так не хватает простым россиянам. Но Медведев и Путин «забыли» про это, готовы поставлять Дамаску новое оружие, за которое, возможно, так же не будет уплачено. Все это делается с одной инфантильной целью – досадить американцам, и показать, что Россия все еще сильное государство. Люди нищенствуют и пьянствуют, но для решения собственных проблем у Кремля нет денег. Зато поставлять оружие диктаторам – есть. -США и Израиль пытаются вовлечь Иран в военные провокации на Заливе, не рискуя идти на открытый конфликт с Ираном. Какие конкретные опасения существуют в случае военной операции против Ирана? -Иран – сильная страна, никто не заблуждается по этому поводу. На мой взгляд, самое плохое, что может произойти в результате атаки по Ирану – это консолидация большей части стержневой нации вокруг правительства. Если подтачивать авторитет Ахмадинеджада, то есть шансы свергнуть его, а выводить на прямую конфронтацию – опасно. -Вы согласны с тем, что после вывода из Газы в 2005 г. израильских войск «Хезболла» превратился во влиятельное политическое образование ? -Израильские войска вышли из Южного Ливана в 2000 году. Для того, чтобы понять влияние «Хизбаллы», достаточно посмотреть результаты выборов. В целом, классический сценарий – став сильным политиком, Насралла частично связал себе руки. Ведь в случае нападения на Израиль он будет в ответе за инфраструктуру всей страны. Эхуд Барак уже дал понять, что в случае войны ЦАХАЛ будет уничтожать инфраструктуру Ливана. И Насралла может хорохориться, но он знает, к чему все может привести. -Насколько сильно иранское влияние в Южном Ливане и в Газе ? Очень сильное. Именно по этому, не исключено, что «Хизбалла» таки спровоцирует Израиль, хотя Насралле этого не хочется. У него есть кукловоды в Тегеране. Без них шиитская «Хизбалла» обречена на суннитском Ближнем Востоке. — -Тем временем, не смотря на психологический, экономический и военный натиск против Ирана , «Хезболла» не активизирует свои действия против Израиля. Эксперты, считают, что не смотря на укрепление в секторе Газа и Южном Ливане этой организации наряду с Хамас, после вывода оттуда израильских войск «Хезболле» сейчас не выгодно проводить операции. Очевидно, что Тегеран может использовать «Хезболла» не против Израиля , а в третьих странах, например, как стратегический партнер Израиля Азербайджан. -Тегеран будет делать все, лишь бы создать ядерную бомбу, и отсрочить удар по его ядерным объектам. Если надо – устроит резню между Азербайджаном и Арменией. Если надо – захватит самолет, как это было в случае с поимкой Абдулмалика Риги. В этом ничего удивительного нет. Однако в наше ненормальное время такие страны как Иран, Сирия, Ливия и другие диктаторские режимы с душевнобольными психопатами во главе, являются членами ООН, некоторые даже обучают других правам человека. Комментарии излишни. Запад пытается заигрывать с дьявольскими режимами, забыв, что нельзя с дьяволом есть из одного котла – у него всегда ложка длинней… Источник — «Пропади пропадом этот режим, что заставил нас надеть чадру»

Видади Камал (В.К.Мустафаев)

Название основного населения Сасанидского государства аджеми (чужеземцы), как уже говорилось выше, вероятнее всего было связано с формированием его этнонима. То есть, арабы неизвестные им этнос называли аджеми. Можно отметить, что турки-сельджуки по той же причине персов называли таджиками и татами.

В IX в. в период ослабления арабского халифата и начало его расчленения, в истории ираноязычных народов начали происходить знаменательные события. В северо-восточных окраинах халифата – в регионах ослабления его власти начались и постепенно усиливались антиарабские народные движения. Воспользовавшись этой волной, местные правители вначале приобрели фактическую, а потом формальную независимость. В результате в Центральной Азии и Хорасане, в том числе чуть позднее на юге Каспийского моря, на юге и юго-западе Ирана создались местные правительства. Саманидское государство (875-999), созданное нынешними таджиками обращало особое внимание возрождению и развитию одного из Иранских языков, то есть собственного языка, Иранской культурной, исторической традиции. Язык народа, сформировавший Саманидское государство, развиваясь, за короткий срок превратился в язык поэзии и начал проникать в близлежащие территории. Язык, сформировавшийся на территории Самании в IX—X вв. назывался дари. VII—X вв. арабский являлся языком халифата, науки и религии, что ограничивало использование этого языка в рамках художественного творчества, в первую очередь поэзией. Основной элемент процесса политической организации (государствообразования) ираноязычных народов начатый с начала IX в. на разных территориях и продолжившийся до конца I половины XI в. заключался в том, что большинство из них формировались за пределами Парса, ни один из них не мог объединить территории Сасанидского Ирана в едином государстве, и ни один из них не был учрежден Сасанидским халифатом. Народ, который по языковой принадлежности называем пехлеви в VII—X вв. находилс под всесторонним влиянием в основном арабов и ираноязычных народов. Основным результатом этого этнокультурного влияния заключается в замене пехлевийского языка на язык дари. Как отмечалось в росте статуса этого языка, распространения и развитии важную роль сыграли государства ираноязычных народов в Хорасане, особенно в Центральной Азии. Один из тюркских военных полководцев и глав вилайетов Саманидского государства в 962 г. в местности Газни нынешнего Афганистана основал новое государство. Самый выдающийся представитель нового государства Махмуд Газневи поставил конец существованию Саманидского государства (999) и большую часть территорий нынешнего Ирана объединил под своей властью. Новая династия Газневи, рожденная из утробы Саманидского государства, усиливающая свое правление на географии проживания в основном ираноязычного населения, создала благоприятные условия для развития, усовершенствования и самое главное распространения в западном направлении языка дари — пропагандиста культурных традиций в Саманидском государстве. Не случайно, что именно после этого, точнее после X в. язык дари назывался персидским языком. Не известно происхождение персидского языка и причины его нового названия. Но можем сказать, что с исторической точки зрения язык принял название географии, после того как он был распространен в более широко известном вилайете Парс, нежели другие части Ахаменидских и Сасанидских династий. Результатом этого этногенетического и антропологического события должно было быть возрастание разнообразия пехлевийского народа. Распространения языка в средние века было возможным в результате распространения его носителей. И еще для этого требовались две основные условия – или количественное преимущество носителей языка или их политическая власть. В государстве Газневи имело место первое условие.

Сложно говорить об уровне антропологического различия других ираноязычных народов от пехлевидов, поэтому определить то, в чем заключается это разнообразие, сложно. Одновременно, можем отметить, что признаки восточно – ираноязычных народов на антропологических особенностях арийцев достигли уровня полного превосходства. Позднее различия, возникшие в антропологических параметрах пехлевидов и ираноязычных народов формировались в результате других этногенетических и антропологических воздействий обеих групп народов.

Огузы-Сельджуки заменившие Газневидов, открывшие перед тюрками не только Иран, также весь Ближний Восток, Малую Азию оказали важное влияние на изменение антропологических, этногенетических параметров пехлевидов.

Сельджукское государство, расположенное в центрально- иранской равнине, то есть, на территориях распространения ираноязычных народов и персидского языка, продолжая культурную традицию Газневидов создавала еще больше условий для развития и распространения персидского языка. Официальным канцелярским языком Сельджукской империи расстилавшейся от Индии до Эгейского моря, от Кавказский гор, Персидского залива до Египта был персидский язык. Великие сельджукские султаны и многочисленные сельджукские государства, султанаты, атабекства, созданные после раскола империи (1092) продолжали существующую традицию и создавали всесторонние условия для развития, укрепления персидского языка как литературно-художественного языка, особенно как поэтического языка.

Не случайно, что именно период Сельджукского государства (1040-1157) считается самым важным этапом развития персидского языка. Дело в том, что в результате покровительства и заботы, оказанной персидскому языку со стороны разного уровня государственных деятелей, во всех крупных и малых дворцах собирались персоязычные прозаики и поэты и под их влиянием даже в странах, где не проживали ираноязычные народы, например в арабском Ираке, Азербайджане, Анатолии творили авторы, порой гениальные, пишущие на персидском языке. Нужно добавить, что такое широкое распространение персидского языка не обуславливалось ни количеством говорящих на этом языке, ни его политическим господством (они не были правящим народом). Это может быть объяснено исполнением персидского языка функции письменного языка и широкого представления людей, говорящих на этом языке в вспомогательных ролях в политическом и административном управлении. Естественно, желающие работать в канцелярской работе, с другой стороны желающие познакомиться с персоязычной поэзией должны были в совершенстве знать этот язык. В соответствии с условиями того времени желающие отличиться в мире поэзии и прозы, и таким путем проникнуть к дворцу и повысить свой статус старались писать на персидском языке. В условиях, когда в малых и крупных политических центрах, где использовался персидский язык, высоко ценилась персоязычная поэзия, естественно формирование определенной социальной группы желающих изучать и писать на этом языке. Последним примером этому можно привести персидские и азербайджанские (тюркские) аятоллы и муджтехиды написавшие десятки томов религиозных книг на арабском языке. Эти люди не арабы и не живут в арабском окружении, по собственному желанию изучив арабский язык, пишут произведения на этом языке.

Некоторые персидские националистические идеологи, основываясь на распространение персидского языка в ограниченной социальной среде – правящих кругов и интеллигенции в период селджуков заявляют, что на этих территориях проживало персоязычное население. Один факт доказывает безосновательность этой претензии. Персидский язык являлся одним из официальных языков и языком поэзии в Анатолийском Сельджукском государстве никогда не входящий в ареал ираоязычных народов.

Такое широкое распространение персидского языка во всей империи оказало большое влияние на дальнейшее этногенетическое, этнокультурное положение пехлевийского народа. Как в период Ахаменидов и Сасанидов во время Сельджукской империи говорящие на персидском языке, особенно мало-мальски образованные люди рассыпались по всей империи. На этот раз не как представители правящего народа, а как первостепенные помощники правящего тюркского народа, сопровождая их распространились в огромную территорию. В итоге, как в период Ахаменидов и Сасанидов часть персоязычного населения покинули свою основную этническую территорию, на новых землях подверглись этнокультурному воздействию, ассимиляции. Пока существовало Сельджукское государство вероятность этнокультурного воздействия, в первую очередь языковой ассимиляции персидских языков в чужой этнической среде было небольшим. Но с уходом со сцены истории Сельджукского государства, особенно началом господства монголов в Среднем и Ближнем Востоке персоязычное население лишившись статуса помощников правящей элиты, были уязвимы скорой ассимиляции в чужой этнической среде.

Не было ни каких барьер препятствующих влиянию на антропологические, этнокультурные компоненты, тюрков пришедших в Иран и движущихся на запад. Но эти влияния не оказывали отрицательное воздействие на этнокультурное единство персоязычного населения, наоборот они еще более укрепляли этнокультурное единство этого населения. Потому, что тюрки, роднящиеся с персидскими семьями в соответствии с общей тенденцией того времени более быстро ассимилировались, нежели наоборот. Кроме того, многие представители правящих кругов, в основном состоящих их тюрков приобщившись к персидскому языку, входили в персоязычную группу. Этот процесс составлял основу неестественного роста персоязычного населения. Этот процесс обеспечивал этногенетическое и антропологическое разнообразие персоязычного населения. Другими словами тюрки с одной стороны свои антропологические особенности передавали генетическим путем, с другой стороны входили в состав персоязычного населения как этническая группа, позднее также путем брачных связей еще более расширяли это разнообразие. В результате продолжения Сельджукими тюрками традиционной политики обусловило своеобразные особенности тюрко-персидских отношений. Тюрки еще более расширяли этногенетическое, антропологическое разнообразие персоязычного населения, одновременно еще более укрепляли их этнокультурное единство, обеспечивали неестественный рост. Распространение персоязычного населения на широкую территорию, расселение на территории этого населения представителей других этносов, также в результате языковой ассимиляции неперсидских этнических групп и присоединение к персоязычному населению препятствовало формированию этнического сознания и этнонима этого народа. Как известно, тюрки персоязычные народы называли таджик (тазик), тат. То есть, как арабам, также тюркам не был известен эндоэтноним персоязычного населения. Люди, говорящие на персидском языке называли себя персоязычными. Значит, топоним Парс не превратился в этноним, а только участвовал в определении названии языка. Неопределенность этнического сознания и этнонима персидских языков продолжалось до последней четверти XX в., что было связано с не ограничением персидских языков только Персидской территорией. Персоязычное население не ограниченное конкретной территорией, расчлененной разными политическими границами в периоды тюрков, потом монголов, потом опять тюрков, разбросанных по всему Ирану, а потом за пределами Ирана, определяли этническую структуру общества больше на основе языковой принадлежности. Кажется, что выступление языкового фактора в роли основного показателя этнической структуры, притеснении этнонима на задний план, полиэтническая, полилингвистическая структура территории расселения персоязычного населения было связано со знанием определенной части неперсоязычных этносов персидского языка. Персоязычные предпочитали выяснять этно-языковую принадлежность (является ли персидский их этническим языком) людей, входящих с ними в контакт на персидском языке. Здесь важное значение имело формирование Иранского общества из многих ираноязычных народов и племен и использование ими языкового фактора как различительный признак между собой. Подвергание персоязычного народа этногенетическому и антропологическому воздействию по отмеченным каналам ираноязычных и неираноязычных народов еще более углубилось после сельджуков и после монголов в этом процессе главную роль сыграли азербайджанцы (тюрки). Это, в первую очередь, связано с восстановлением политического правления тюрков после монголов и если не считать короткий перерыв (правление династии Зенд (1752-(58)-1785 (94), принадлежащей племени Сур) длившейся до начала XX в. Несмотря на то, что это не отмечено в исторической литературе и осталась вне внимания исследователей, возникновение понятия персоязычный в действительности было связано с широким употреблением тюркского языка в устном общении с основными помощниками тюрков в политической власти и управлении из числа персоязычных. Политический правитель и представители народа не знающие ни какого языка, кроме родного, безусловно, в устной сфере использовали родной язык, и персы были вынуждены выучить его. Именно этот фактор создавал условия для определения этнической принадлежности входящих в контакт преимущественно на основе родного языка. Это можно иллюстрировать таким образом – I вариант – персоязычный определял этническую принадлежность собеседника говорящего с ним на персидском языке на основе родного языка. II вариант – двое общающиеся между собой на тюркском языке этническую принадлежность собеседника также определяли на основе родного языка.

Понятие персоязычный заменял значение мы, а неперсоязычные они. Для демонстрации сильнейшего этногенетического и антропологического воздействия персоязычных со стороны других народов согласно указанным двум каналам, следует привести один факт, относящийся II половине XIX в. — дворцовый историк династии Гаджаров, перс по происхождению Мухаммед Таги Лисан ол-Мюлк Сепехр в своем произведении Мусехэт-тэварих (Musexət-təvarix), Тарихи Гаджариййе (Tarixi Qacariyyə) (Тегеран, 1377, ст. 552) отмечая статистические данные о Фахли шах и его многочисленных отпрысков показывает, что во II половине XIX в. у многих иранцах можно видеть приметы, то есть антропологические особенности Фахли шаха. Также добавим, что большинство членов многочисленного правящего племени Гаджаров сосредоточились в Тегеране и рассыпались во все основные провинции, поэтому подверглись этнокультурной ассимиляции, входя в состав персоязычного населения, еще более увеличили его этногенетическое разнообразие. Зарубежные наблюдатели отмечают, что дворцовым языком Насреддин шаха и Иранской армии являлся Азербайджанский (тюркский) язык. Учитывая службу в армии и во дворце многочисленных персоязычных, можно сказать, что они говорили на тюркском (Азербайджанском) языке.

Что касается понятию персоязычный, то в вышеназванном трехтомнике не встречается понятие персидский народ, этноним перс. Однако встречается понятие Парси – то есть население вилайета Парс. Естественно, здесь отсутствует понятие персоязычный. Дворцовый историк относительно азербайджанцам также как этноним не использует понятие ни азербайджанец, ни тюрок. Если на основе заметок автора определим этническую структуру населения Ирана в период правления династии Гаджаритов, создастся следующая картина – иранцы, курды, арабы, белуджи, луры, бахтияри, туркманы, гаджары, афшары, шахсевены, гарагёзлю, талыши, кайкаи, мамасаниды, бахариты, байаты и др. Используются термины азербайджанцы, мазандаранцы, гиланцы в какой то мере носящие этническое значение, но в первую очередь отражающие территориальную принадлежность. Если учесть, что не только гаджары, но и азербайджанцы играли очень важную роль в управлении государством, особенно в защите, удивляет редкое использование понятия азербайджанцы. Понятие иранцы автором используется в двух значениях – а) в настоящем смысле этого слова, то есть принадлежность населения Ирана к Иранскому государству, Иранской политической системе, в современном смысле Иранское гражданство. Это понятие охватывало все население Ирана и не могло носить этнический груз, и актуализировался во время сопоставления населения Ирана с гражданством других стран. Было бы абсолютно бессмысленным в Иране называть кого-то иранцем, другого арабом и т.д.

б) Понятие иранец использовался в основном для отделения персов и азербайджанцев от других народов. Логично определять в одном понятии двух этнических общностей.

Автор не учитывая отсутствие разных этнонимов у персов и присутствие понятия этнонима тюрк, с этой точки зрения идентифицируя азербайджанцев с персами, или еще в то время, проявляя шовинизм, не признавали азербайджанцев как отдельный этнос, или по какой-то другой причине понятие иранцы отмечали как этноним. Использование понятия политической принадлежности в полиэтническом государстве и стране также как этноним был показателем того, что персидский народ не имел ясный этноним, и продолжалась неопределенность в области этнонима.

Если учесть, что этап формирования народа считающийся переходом от племени к нации характеризуется распространением неопределенности этнического сознания и его проявление этнонима, тогда не покажется нелогичным непринадлежность этнониму персоязычных. Действительно, нам известен только прежний этноним ираноязычных племен учредивших династию Ахаменидов – этноним ария.

Этнические процессы, разворачивающиеся в Parsua после Ахаменидов, не завершились формированием народа с единым этнонимом. Как уже отмечалось, здесь ираноязычными народами, позже больше с участием неираноязычных народов продолжался в каком то роде перманентный этнический процесс. Основным показателем этапов этого процесса было распространение или формирование новых языков. Естественно, даже на основе единого корня не могло бы быть единого этнонима у трех народов, имеющих три отдельных языка. В Parsua – Парсе этапы этнических процессов завершились формированием новых языков, поэтому языковая принадлежность выступала как основной этнический элемент. Формирование нового языка в основном происходил под внешним этнокультурным влиянием, что становилось причиной стирания прежнего этнического сознания и этнонима. Так как язык не связан с этнонимом, между названием языка и прошлым этнонимом возникало противоречие, и разрешался превращением названия языка в этноним. Как известно, пехлевийский язык после Ахаменидов превратившийся в правящий язык был широко распространен в Parsua, что обусловило название людей говорящих на этом языке пехлевидами, и название языка превратился в экзоетноним парсуанцев. Но нет данных о превращении понятия пехлеви в эндоэтноним.

После завоевания арабами Ирана пехлевийский язык заменяется языком дари и с начала XI в. называется персидским языком. Некоторые ученые отмечают, что источники и причины возникновения понятия персидского языка неизвестны. Но, очевидно, по какой то причине это понятие проявилось на основе страны Парс, среди Иранских провинций привлекающей к себе наибольшее внимание. Можно предположить, что жители Парса быстро и в широком масштабе присвоили этот язык. Этим начался процесс превращения названия персидского языка в этноним и по многим внутриэтническим и экстраэтническим причинам продолжались многие века. Нужно также отметить, что персидский экзоэтноним начал свое формирование ранее, чем эндоэтноним. То есть, соседи персоязычных начали постепенно называть их персами, когда персоязычное население именовало себя персами. Интеллигенция персоязычного населения с конца правления сефевидов и в основном в письменностях XIX в. этот народ называли иранцами. Но термин иранцы, означающий государственную принадлежность, со стороны неперсидских этнических общностей Ирана не признавался как этноним персоязычного населения, особенно в общественной мысли неперсидских народов, их национальной идеологии персоязычное население воспринимался как персидский народ. Поэтому после разоблачения понятия иранец, который подразумевает ассимиляцию других народов, в условиях коренных общественных, экономических, политических, культурных изменений, персоязычное население постепенно начало себя называть персами и этим был поставлен конец необоснованной загрузке понятия иранец этническим значением. Итак, в Конституции принятой после Исламской революции в Иране 1978-79 гг. была юридически подтверждена полиэтническая структура Ирана, самое главное, этническое, религиозное, расовое, языковое равенство. Новый режим, объявивший абсолютно новые принципы создал хотя бы в ограниченных рамках юридическую базу и фактические условия для этнокультурного развития неперсидских народов. Под влиянием этих и других факторов в произведениях персидских авторов начали появляться понятия персы, персидская нация, персидский народ. Этим, можно сказать, что завершается формирование персидской нации, самым главным показателем которого является самоназвание — эндоэтноним народа, этноним в широком смысле.

Итак, кем с точки зрения этногенетики является народ называющий себя персами?

Персидский народ с этногенетической, антропологической точки зрения состоит из древних эламов, арийцев, парфян, других восточноираноязычных, арабов, тюрков идущих с востока, монголов, азербайджанцев (тюрков), гиляков, мазандаранцев, бахтияри, луров, курдов. Другими словами, иранцы не персы, а персы в генетическом, антропологическом смысле иранцы. Нет никаких материальных оснований называть другие народы Ирана персами. В действительности, персы никогда — со времен, когда они начали присваивать персидский язык, не являлись большинством и не имели большие колонии за пределами страны Парс. Показателем этого является тот факт, что персы не смогли ассимилировать другие ираноязычные народы, населяющие Иран, даже бывшее население провинции Парс. И сейчас в провинциях Парс и Кирман широко распространены песни, написанные на пехлевийском языке. Как уже отмечалось представители народа в период Ахаменидов называющийся арийцами, во времена Сасанидов не имеющих точного этнонима, иногда обозначающиеся пехлеви, как солдаты и как гражданские чиновники рассыпались по всей империи, ассимилировались в неарийской, непехлевидской сфере. С созданием Сельджукской империи люди, говорящие на языке дари, расселились на территории империи только в лице чиновников. По неизвестной причине язык дари был назван персидским, а говорящие на нем персоязычные. Последующая этническая история названия перс есть превращение языкового понятия этническому понятию. Понятие перс сначала был принят как экзоэтноним, потом как эндоэтноним.

Таким образом, ираноязычные племена, населяющие страну Парс носили эндоэтноним ария. К концу правления династии Парфия (Эшкани) население, проживающее в Парсе назывался пехлеви. В годы господства Сасанидов это население называлось парфянами и иранцами. Можно сказать, что после Сасанидов начинается период неопределенности населения Парс с точки зрения этнонима и языка. Сначала этот язык с распространением здесь персидского по неизвестной причине исчезает, а потом после долгого отсутствия превращаясь в название персидского языка этноним, непонятно завершает свое существование. Наконец, в этническом сознании нынешних персов представление, знание о наличии народа с эндоэтнонимом перс укореняется и утверждается связь названия народа с названием языка. Нам так кажется, что ныне правящий народ персы вновь и глубоко взглянув на свою этногенетическую историю, не усердствуя в сохранении позиции правящей нации любыми способами, будут проявлять инициативу заново урегулировать национальные отношения на основе чисто человеческих, демократических ценностей и принципов. Фактически сегодня персы поступают несправедливо, деспотично в отношении к самому себе, отдельным его частям, своему прошлому.

Исторический опыт показывает, что правящая националистическая, антигуманистическая, несправедливая, бесперспективная политика везде и всегда дает абсолютно противоположные результаты. Нам кажется, что одной из причин легкого поражения многочисленных армий великих Ахаменидских и Сасанидских империй в решающих сражениях с малочисленными греко-македонскими и арабскими армиями является дискриминация в отношении народов, входящих в состав империи. История империй последних трех веков показывает, что деспотичная, несправедливая, дискриминационная политика правящего режима дает тяжелые результаты для его самого. Надеемся, что персидский народ, гордящийся своей древней и богатой историей, культурой, традицией государственностью беря уроки из истории, не создаст условия для повторения горькой практики других. Последователям персидской правящей националистической политики представляется, что, откладывая справедливое, демократическое решение национальных вопросов им удается выиграть время для ассимиляции национальных меньшинств. Мировая практика свидетельствует, что даже языковая ассимиляция не препятствует росту этнического, национального самосознания этнических общностей и требованиям своих этнокультурных, этнонациональных прав. Нам не вериться, что персоязычная интеллигенция, осознающая свое неперсидское происхождение, и в дальнейшем будут проводить дискриминационную политику против своего народа. Нельзя упускать также такое предположение, что решение национального вопроса национально-освободительным путем может подвергнуть опасности территориальную целостность и этнонациональное единство персов. То есть, нельзя сомневаться, что для спасения от мести национальных меньшинств — вчерашних гиланцев, мазандаранцев, арабов, азербайджанцев произойдет отказ от персидства, будет предоставлено преимущество историческому этническому единству.

Все сказанные и не сказанные мнения требуют урегулирования национальных вопросов в Иране согласно демократическим принципам.

http://ethnoglobus.com/index.php?l=ru&m=news&id=671

А.Г. Гаджиев

Следующие 8-9 месяцев станут во многом решающими для Турции, которой придется пройти главное испытание последних лет: сначала референдум 12 сентября по внесению конституционных поправок, способных оказать существенное воздействие на дальнейшую эволюцию внутреннего устройства страны, затем всеобщие парламентские выборы. В обоих голосованиях турецкие граждане фактически будут голосовать «за» или «против» действующего премьер-министра страны – Реджепа Тайипа Эрдогана. Турецкие эксперты отмечают, что если нынешнему премьеру удастся выдержать эти «тесты на доверие народного большинства», и он будет переизбран на третий срок, то лидер Партии справедливости и развития (ПСР) станет первым турецким премьер-министром, сумевшим удержаться у власти в течение столь длительного периода. Правящая партия получит окончательную возможность проводить в Турции кардинальные перемены, полагаясь лишь на собственные силы. В противном случае турецкое государство ожидают времена коалиционных правительств, напомнят о себе почти забытые «кризисы», ужесточится политическая борьба, в которой, как представляется, наиболее активное участие примут лидеры оппозиционных Народно-республиканской партии (НРП) и Партии националистического движения (ПНД). Турецкий народ, по словам политического обозревателя газеты «Миллиет» Мехмета Али Биранда, в настоящее время столкнулся со «сложной дилеммой». Чтобы понять суть этой сложности рассмотрим главные результаты, которые были достигнуты за годы правления Р.Т. Эрдогана и его команды.

В число основных заслуг «консервативного альянса умеренных исламистов и либералов», как правило, относят следующие достижения: во-первых, несмотря на то, что все еще не удалось достичь по «курдскому вопросу» желаемых результатов, Р.Т. Эрдоган стал первым премьер-министром Турции, который достаточно глубоко и широко затронул эту тематику. М.А. Биранд в своей статье под названием «Эрдоган заслуживает аплодисментов, но вызывает опасения…», опубликованной 20 июля с.г. в «Миллиет», пишет: «Одно только то, что премьер запустил, так называемый, “процесс прорывов” заслуживает бурных аплодисментов. Однако при этом он не довел начатое дело до конца, не проявил необходимой решимости, был недостаточно храбрым». Разумеется, за это его можно упрекнуть, но следует все же оценить его настойчивость и подчеркнуть, что именно благодаря ему необратимый процесс по урегулированию курдской проблемы в итоге был запущен.

Во-вторых, по вопросу переговорного процесса Турции с Европейским союзом о ее полноправном членстве за годы правления ПСР были сделаны весьма серьезные шаги. Можно заявить, что, в целом, инициативы оказались не совсем достаточными, и действующему правительству не удалось достичь желаемой скорости продвижения переговорного процесса. Однако при оценке деятельности лидеров ПСР в этом направлении необходимо учитывать полный комплекс проблем, стоящих перед Турцией в настоящее время. Эти проблемы имеют не только внутреннее происхождение и зависят не только от турецкого руководства, они довольно чувствительны к целому ряду факторов внешнего характера, а зачастую некоторые препятствия «искусственно создаются» самими же странами-членами ЕС. Тем не менее, в годы правления ПСР Турция, наконец-таки, получила статус страны-кандидата на вступление в ЕС, что, безусловно, является, главным образом, достижением сторонников объединения принципов ислама с европейско-христианскими ценностями.

В-третьих, партией власти достигнуты «прорывные» результаты по «кипрскому вопросу» и «армянской проблематике». ПСР разрушила сформированные в течение долгих лет и прочно укрепившиеся в сознании турецких граждан устойчивые стереотипы относительно основных составляющих этих проблем. В данном контексте были также внесены существенные коррективы, в том числе, и в официальную идеологию турецкого государства. В стране изменилось самое восприятие этих проблем. Власти Турции стали совершенно иначе подходить к решению данных вопросов. Увеличилось число альтернативных методов урегулирования отдельных элементов этих комплексных проблем. Стало осознаваться, что необходимо прислушиваться к мнению противоположных сторон, и выводы делать не на основе собственных взглядов, а с учетом позиций всех заинтересованных игроков. Важно, что турецкое государство стало понимать чужое мнение, которое может содержать более адекватный вариант решения того или иного спора.

В-четвертых, Р.Т. Эрдоган стал, может быть, первым премьер-министром Турции, уделившим, находясь у власти, большое внимание местным алавитам. Лидер ПСР открыто выступил против предрассудков в отношении всех представителей проживающих на территории турецкого государства национальных меньшинств. В одном из своих выступлений он заявил, что их «безобидные убеждения» не заслуживают к себе «плохого отношения» и призвал избавиться от предрассудков прошлого.

В-пятых, очень важные изменения были сделаны во внешнеполитической сфере. Если раньше турецкая внешняя политика была ориентирована строго на Запад и круг проблем, в разрешении которых она принимала активное участие, был весьма ограниченным, то сегодня Турция выступает в качестве державы, способной оказывать большое влияние на решение региональных вопросов. Турция стала серьезным игроком, за действиями которого внимательно следит международное сообщество и мировое общественное мнение.

В-шестых, за годы правления ПСР были достигнуты значительные успехи в экономической сфере. Большинство турецких экономистов признает, что в плане экономического развития во время нахождения у власти партии Р.Т. Эрдогана Турция двигалась по большому счету в «правильном направлении». Несмотря на разразившийся международный финансовый кризис, правительство ПСР сумело преодолеть социально-экономические трудности, возникшие в результате повышения уровня безработицы. Турция, благодаря экономической политике правящей партии, гораздо быстрее и относительно с небольшими потерями смогла выйти из кризисной ситуации. Таким образом, партия Р.Т. Эрдогана хоть и не достигла в полном объеме всех намеченных целей, однако сыграла главную роль в процессе превращения Турции в одну из ведущих экономик мира. Следует также отметить, что за последние годы материальное положение турецких граждан заметно стабилизировалось.

В-седьмых, некоторые эксперты полагают, что лидера ПСР нельзя назвать «популистом», поскольку он открыто излагает свою позицию, даже если это приводит к снижению его рейтинга. Это относится к позитивным чертам Р.Т. Эрдогана. Однако существует и другое мнение. Так, аналитик турецкой газеты «Сабах» Омер Ташпынар в своих рассуждениях о факторах, усиливших позиции ПСР в стране, обращает внимание на то, что восхождение популистского правительства стало возможным по большому счету благодаря «умело использованному разочарованию турок Соединенными Штатами и Европой». Мнение этого эксперта, особенно на фоне громких слов лидеров ПСР и относительно скромных действий турецких властей в отношении Израиля после событий, связанных с «Флотилией свободы», выглядит более аргументированным. Профессор кафедры международных отношений стамбульского университета «Бильги» Соли Озел по этому поводу заявил, что «популистские инстинкты» Р.Т. Эрдогана и его команды вызваны стремлением повысить роль Турции на мировой арене. Однако, отмечает профессор, в их обязанности не должна входить задача «успокоить общественное мнение». По словам С. Озела, «турецкое правительство обязано руководить внешней политикой Турции, однако вместо этого оно уделяет большое внимание “арабской улице”, что становится причиной утраты контроля над ситуацией в целом».

На негативное отношение к партии власти и ее лидера оказали определяющее, на наш взгляд, воздействие следующие факторы:

Во-первых, Р.Т. Эрдоган фактически перестал воспринимать кого-либо внутри страны всерьез. В первые годы премьерства, по мнению большинства турецких экспертов, лидер ПСР обладал следующими человеческими качествами: «он смотрел своему собеседнику в глаза, терпеливо выслушивал мнение оппозиции, получив полезные советы, тут же делал заметки и давал поручение своим подчиненным». Р.Т. Эрдоган за годы своего руководства правительством изменился почти до неузнаваемости. Сейчас это «довольно вспыльчивый, весьма жесткий и предельно прагматичный управленец».

Во-вторых, раньше нынешний глава турецкого правительства «уважал СМИ, открыто спорил и совещался с работниками прессы». Сегодня создалось впечатление, будто Р.Т. Эрдоган пытается «уничтожить СМИ, выступающие с критикой его действий». Он стремится довести до минимального уровня критику, направленную против него также и путем оказания всяческой поддержки дружественным ему средствам массовой информации.

В-третьих, премьер-министр Турции стал все чаще создавать видимость напряженной обстановки. Даже в таких ситуациях, когда правда на его стороне, он повышает голос и языком тела демонстрирует свое превосходство. Р.Т. Эрдоган утратил свой прежний подход, основанный на терпении и понимании. Следует признать, что в свое время он был подвергнут преследованию со стороны оппозиции, многие пытались отстранить его от политических дел. Однако сегодня ситуация изменилась с точностью до наоборот, и, судя по всему, Р.Т. Эрдогана уже не остановить внутренними силами Турции, а он, в свою очередь, не может (или не хочет) избавиться от своих прошлых обид. Ярким примером его «мести» служат поэтапные шаги, направленные против основных «хранителей» секуляризма в стране – «военной верхушки», НРП, высших судебных органов и т.д. В этом контексте следует рассматривать судебные разбирательства по таким громким делам как «Эргенекон», «Балйоз», Пойразкёй, Кафес и т.д., обращает также на себя внимание и фактически уже запущенный процесс по введению альтернативной военной службы. Тем не менее, в турецких СМИ все еще бытует мнение о, так называемой, «последней надежде Турции сохранить принципы Ататюрка». Напомним, 30 августа с.г. истекает срок полномочий действующего начальника Генерального штаба Турции Илькера Башбуга. Разумеется, армия, роль которой во внутриполитических процессах страны стремительно снижается, не довольна действиями ПСР и, как считают некоторые аналитики оппозиционных СМИ, в скором времени предпримет ответные меры. Осталось только, по их мнению, дождаться ухода в отставку действующего начальника Генштаба.

В-четвертых, судя по всему, «секуляризм» в Турции постепенно уходит в прошлое. «Лаицистская терпимость», особенно на общественном уровне, становится все менее значимой. Усиливается напряжение между исламистами и сторонниками светских устоев. На передний план поэтапно стала выходить религия, а религиозные деятели начали получать большие дивиденды и усиливать свое влияние на турецких граждан. Гражданам, не входящим в тот или иной мусульманский круг, становится все труднее найти работу, а отказ от ношения «тюрбана» получает негативную реакцию со стороны общества.

В-пятых, во внешней политике Турции в период правления правительства Р.Т. Эрдогана, безусловно, были достигнуты определенные успехи. Однако политика ПСР в отношении Ирана и Израиля у многих экспертов вызывает большие опасения и много вопросов. Ощущение того, что Турция сменила свою внешнеполитическую ориентацию и почти отошла от своих традиционных приоритетов имеет под собой серьезные основания. Очевидно, что сохранение нынешней внешнеполитической программы грозит ухудшением отношений с США и ЕС.

В-шестых, эффективно начатая борьба с Рабочей партией Курдистана (РПК) возвращается к своим старым методам: проблема снова стала рассматриваться только с точки зрения обеспечения безопасности. Известно, что такой подход в прошлом не привел к позитивным для турецкого государства результатам, и Р.Т. Эрдоган прекрасно это знает, однако в настоящее время действует далеко не в рамках многократно обещанных ранее методов.

В-седьмых, турецкое общество стало еще больше расколотым, в результате чего в стране сложилась довольно сложная обстановка. Кемалисты выступают за сохранение в стране статуса-кво, а сторонники «происламской с либеральным оттенком» правящей партии – за новые структурные перемены практически во всех основных сферах жизни общества. В последнее время в стране все чаще и активнее стали проводиться широкие дебаты по вопросу об адекватности конституционных поправок, выносимых 12 сентября с.г. на референдум, современным международным и внутренним реалиям. Вопросы о том, насколько президентская форма правления и федеративное устройство государства соответствуют внутри- и внешнеполитическим особенностям Турции фактически приобрели характер рассмотрения проблемы продолжения проведения политики «нео-османизма».

В заключение отметим, что турецкое общество устало и требует перемен. Избрание Р.Т. Эрдогана на третий срок может довести растущее в стране недовольство до предела. Число вопросов, по которым возникают существенные разногласия среди турецких граждан, стремительно увеличивается. Все больше турок стали объединяться вокруг единой общей цели – «сменить власть в стране». Уровень внутриполитической стабильности в Турции снижается, что не может не вызывать опасений у ее граждан в отношении дальнейших действий Р.Т. Эрдогана и его команды.

http://www.iimes.ru/rus/stat/2010/26-07-10b.htm