Рубрика: Headlines

Безопасность этого стратегического прохода, через который проходит примерно 20-30 процентов мировых поставок нефти и 20 процентов торговли СПГ, имеет глобальные последствия

Doç. Dr. Taha Eğri, Nariman Mehdiyev  

    

Istanbul

Член факультета Университета Кыркларели профессор Таха Эгри написал для издания «АА Аналитика» об угрозе Ирана закрыть Ормузский пролив и возможных последствиях этого шага для мировой экономики.

***

В первые часы 11-го дня ирано-израильского конфликта мы вновь стали свидетелями множества новых событий. После атаки США на ядерные объекты Иран пригрозил закрыть Ормузский пролив в ответ и неожиданно ответил ограниченной ракетной атакой на американскую базу в Катаре.

Заблаговременное предупреждение об этой атаке со стороны Ирана властям Катара и, естественно, правительству США создало ситуацию, аналогичную событиям апреля и октября 2024 года. За последние 11 дней стало известно, что Иран по-прежнему избегает крупномасштабной войны и особенно обеспокоен участием в ней США.

Через несколько дней после иранской ракетной атаки президент США Дональд Трамп объявил о заключении соглашения о прекращении огня. По условиям этого соглашения Ирану было предоставлено 6 часов, а Израилю — 12 часов. Вполне вероятно, что в ирано-израильской напряженности, где каждый час происходит новый инцидент, будут новые сюрпризы.

Более того, стратегия тактического обмана в дипломатическом поведении Трампа также подорвала доверие к американской дипломатии. С другой стороны, рекорд Израиля по несоблюдению режима прекращения огня заставляет сомневаться в будущем этого соглашения. Дерзкое поведение Израиля, преследующего свои собственные интересы и цели, и его пренебрежение международным правом хорошо известны. Даже если прекращение огня будет достигнуто или война продолжится в условиях израильской агрессии, транзит через Ормузский пролив останется перед нами как козырь на столе. В этом контексте следует обсудить возможные последствия закрытия пролива и то, можно ли использовать этот козырь или нет.

Риск закрытия Ормузского пролива вновь стал одной из наиболее чувствительных тем в мировой энергетической и экономической политике. Хотя пролив не был закрыт даже во время ирано-иракских танкерных войн 1980-х годов, он по-прежнему представляет собой опасность. Безопасность этого стратегического прохода, через который проходит примерно 20-30 процентов мировых поставок нефти и 20 процентов торговли сжиженным природным газом (СПГ), имеет не только региональные, но и глобальные последствия. По этой причине возможное закрытие прохода, несомненно, будет иметь далеко идущие последствия.

Как закрытие Ормузского пролива повлияет на экономику?

Прежде всего, цены на нефть и природный газ в случае перебоев пойдут вверх. По оценкам Goldman Sachs, даже если поток энергоносителей через пролив сократится лишь наполовину, цены на нефть могут достичь 110 долларов за баррель, в то время как даже скромное сокращение поставок из Ирана может подтолкнуть цены к отметке 90 долларов. В случае полного закрытия пролива цены на нефть марки Brent могут вырасти до 130-150 долларов. Кроме того, цены на природный газ в Европе, по оценкам, достигнут 74 евро/МВт-ч на основе TTF. С другой стороны, США, как ожидается, в меньшей степени пострадают от этой ситуации, поскольку они в меньшей степени зависят от СПГ.

Прямое влияние этих событий на мировую экономику будет заключаться в инфляции издержек, вызванной ростом цен на энергоносители. Повышение стоимости нефти и природного газа приведет к росту производственных и транспортных расходов в энергозависимых отраслях, что приведет к дестабилизации цен как в развитых, так и в развивающихся странах. По оценкам, в случае полного закрытия пролива мировой валовой внутренний продукт (ВВП) сократится примерно на 0,8 процента.

Эти геополитические риски напрямую влияют не только на цены на энергоносители, но и на морские перевозки. Растущая военно-политическая напряженность вокруг Ормузского пролива привела к повышению страховых премий и фрахтовых ставок, что привело к дополнительным расходам на международную торговлю. Ограниченная пропускная способность таких альтернативных транспортных маршрутов, как линия Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) — Фуджейра или трубопроводы Саудовской Аравии к Красному морю, еще больше повышает уязвимость цепочки поставок.

Какие страны непосредственно затронуты?

С точки зрения Турции, импорт энергоносителей из Персидского залива составляет около 20 процентов от общего объема поставок. Согласно официальным заявлениям, хотя прямых сбоев не ожидается, рост цен на энергоносители, вероятно, окажет повышательное давление на инфляцию, увеличив расходы в промышленности, на транспорте и в домашнем потреблении. Согласно анализу, опубликованному Центральным банком Турецкой Республики, 10-процентное повышение цен на электроэнергию и природный газ приведет к росту инфляции на 12-20 процентов.

Хотя рост цен на нефть ставит страны-импортеры углеродных ресурсов в экономически сложное положение, он обеспечит рост доходов для экономик стран-производителей. В связи с этим Трамп призвал нефтедобывающие страны и чиновников своего министерства энергетики увеличить поставки, чтобы не допустить роста цен. Особенно для России, которая испытывает серьезное финансовое бремя в связи с войной в Украине, увеличение доходов от продажи нефти облегчит бюджет. Аналогично, для стран Персидского залива рост цен на нефть может стать преимуществом в долгосрочной перспективе.

Если посмотреть, какие страны подвергаются риску с точки зрения поставок нефти в случае закрытия Ормузского пролива, то на первый план выходят члены Европейского союза (ЕС) и Китай. После введения эмбарго в отношении России ЕС стал больше ориентироваться на страны Персидского залива для удовлетворения своих энергетических потребностей. Поэтому в случае закрытия Ормузского пролива наибольший ущерб понесут страны-члены ЕС.

Хотя в краткосрочной перспективе Китай столкнется с дефицитом, он покроет его за счет дополнительных поставок из России. США стали нетто-экспортером благодаря увеличению добычи в последние годы. Если Ормузский пролив будет закрыт, важнейшим источником нефти для ЕС станут США. Это означает увеличение зависимости стран ЕС от США.

Перед лицом этих рисков следует также задать вопрос: «Насколько осуществимо закрытие Ормуза?». Присутствие в регионе 5-го флота США и военно-морской миссии ЕС делает практически невозможным, если не невозможным, контроль Ирана над регионом с помощью его военно-морских сил.

Поэтому более вероятно, что будут применяться методы «логистической войны», такие как ограниченное преследование на море, мины или временная блокада судов, а не полное и постоянное закрытие. При таком сценарии, даже если произойдет кратковременный ценовой шок, мировое предложение будет стабилизировано за счет увеличения добычи другими производителями, в частности Организацией стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Представляется маловероятным, что Иран, который не решается прибегнуть к таким методам, как шахты, создающим риск и неопределенность в долгосрочной перспективе и угрожающим его собственным интересам, закроет Ормузский пролив.

В случае реализации сегодняшнего соглашения о прекращении огня, повторяющиеся ограниченные операции Ирана фактически показали нам, что Иран пытается не вступать в войну с США. Учитывая высокие издержки, связанные с закрытием Ормузского пролива, такие как сокращение мирового ВВП, увеличение премий за риск и транспортных расходов, очевидно, что США не останутся безучастными к этой ситуации. Это показало, что Иран не пойдет по этому пути легко.

[Профессор Таха Эгри — преподаватель экономического факультета Университета Кыркларели].

АНАЛИТИКА — Козырь Ирана в Ормузском проливе и его влияние на мировую экономику

Anadolu Ajansı

Anadolu Ajansı

Профессор университета Анкара дал «Анадолу» комментарии относительно реализации и значимости документа

Prof. Dr. Yıldız Deveci Bozkuş, Ulviyya Amoyeva  

    

Istanbul

Преподаватель университета Анкара, профессор Йылдыз Деведжи Бозкуш в четвертую годовщину подписания Шушинской декларации дал «Анадолу» комментарии относительно этапов реализации и значимости документа.

***

Документ о стратегическом союзничестве между Турцией и Азербайджаном, подписанный 15 июня 2021 года, с каждым годом усиливает геополитическое влияние на фоне меняющейся региональной и глобальной обстановки.

После освобождения территорий Карабаха от оккупации в Южном Кавказе произошли значительные преобразования как на региональном, так глобальном уровнях.

Одним из ключевых событий стало подписание между Турцией и Азербайджаном Шушинской декларации. Этот документ стал живым воплощением исторического девиза «Один народ — два государства» и лозунга «Радость Азербайджана — наша радость, печаль Азербайджана — наша печаль» в современной политике.

По значимости тем и многообразию вопросов сотрудничества Шушинская декларация имеет исключительную важность. Она подкреплена многочисленными инициативами, направленными как на оперативное выполнение согласованных решений, так и на развитие двусторонних отношений до уровня «стратегического союзничества». Влияние этих инициатив на региональном и глобальном уровнях ясно демонстрирует стратегическую, геополитическую и геоэкономическую значимость документа в различных сферах.

Шушинская декларация охватывает широкий спектр направлений — от обороны и торговли до образования, культуры, транспорта и развития, что способствовало комплексному укреплению отношений между Турцией и Азербайджаном. Благодаря своему значительному региональному и глобальному влиянию, данное соглашение привлекает пристальное внимание не только США и стран Европейского Союза, но и ключевых восточных и региональных игроков.

Подписание декларации стало важным шагом для Турции не только в двусторонних отношениях с Азербайджаном, но и в ее взаимодействии с тюркским миром в целом. Эти инициативы выйдут на новый уровень с открытием Зангезурского коридора.

Содержание декларации

В декларации, в частности, ссылаясь на ряд ранее заключенных соглашений, включая Карсский договор 1921 года, подтверждаются обязательства по уже подписанным договорам. Это подчеркивает прочную юридическую основу документа, опирающегося на исторические соглашения.

В тексте также указано, что обе страны будут действовать согласованно в ответ на региональные и глобальные вызовы. В этом контексте соблюдение договоренностей, отраженных в декларации, реализуется в рамках Организации тюркских государств (ОТГ), а также в рамках процессов нормализации отношений между Турцией и Арменией, Азербайджаном и Арменией, и в развитии геополитического сотрудничества между Турцией, Азербайджаном и Пакистаном.

Декларация охватывает широкий спектр вопросов — от обороны, энергетики и транспорта до военного сотрудничества, стратегического партнерства, градостроительства и инфраструктуры, являясь документом с большим потенциалом для укрепления мира, стабильности и безопасности как в регионе, так и на глобальном уровне.

Особое внимание в соглашении уделено мерам по разминированию освобожденных от армянской оккупации территорий и нормализации жизни в этих районах. В 2021 году специальные подразделения турецких вооруженных сил по разминированию (ÖMAT) приступили к выполнению своих задач. В декларации также подчеркивается намерение обеих стран усиливать совместное сотрудничество в области международного продвижения и популяризации тюркской культуры и наследия.

Отмечается, что эти инициативы придадут новый импульс деятельности, проводимой в рамках Совета сотрудничества тюркоязычных государств (Тюркского совета), Турецкой академии, Фонда турецкой культуры и наследия, организации TÜRKSOY и Ассамблеи парламентов тюркоязычных стран. Это отражает многогранность и глубину самой декларации, подчеркивая ее значимость не только в политической, но и в культурной сфере.

Какое место отведено в декларации Зангезурскому коридору?

Особое внимание в декларации уделяется увеличению транзитного транспортного потенциала на маршрутах Турция – Азербайджан в рамках международных транспортных коридоров, а также развитию интеллектуальных транспортных систем.

Одним из ключевых пунктов декларации является Зангезурский коридор. Его открытие имеет стратегическое значение не только для обеспечения связи между материковой частью Азербайджана и Нахчываном, но и с точки зрения превращения этого маршрута в узловую точку транзитных сетей. Коридор представляет собой многоуровневый проект, охватывающий Турцию, Центральную Азию, Европу и Азию. В этом контексте Иран, выступая в роли регионального игрока, выдвигает в качестве альтернативы Зангезуру проект коридора Араз, что объясняется его геополитическими соображениями и экономическими интересами.

На какой стадии реализация документа спустя четыре года?

С момента подписания декларации было достигнуто значительное продвижение по многим вопросам, отраженным в ее тексте. В первую очередь выделяется сотрудничество в военной сфере. В рамках оборонного и военного партнерства Турция и Азербайджан провели множество совместных учений. При этом наблюдалось не только увеличение их количества, но и повышение уровня качества. Кроме того, турецкий оборонно-промышленный комплекс оказал Азербайджанской армии существенную поддержку в техническом обслуживании, модернизации и ремонте сухопутной военной техники. Таким образом, декларация сыграла важную роль в развитии военного потенциала обеих стран.

В контексте теории «Периферийной дуги» Николаса Спайкмена Южный Кавказ, благодаря турецко-азербайджанскому партнерству, претерпел значительный сдвиг в геополитическом значении — из периферийной зоны он трансформировался в стратегический центр. В этом свете отношения между Турцией и Азербайджаном занимают ключевую позицию на перекрестке важнейших геоэкономических и транспортных маршрутов, став ядром происходящих в регионе стратегических преобразований.

В условиях новой геополитической реальности Азербайджан избрал сбалансированный и дальновидный курс, последовательно расширяя круг союзников за счет многовекторного сотрудничества и укрепления двусторонних соглашений.

Региональные и глобальные риски

Шушинская декларация находится под пристальным вниманием не только Турции и Азербайджана, но и таких региональных игроков, как страны тюркского мира, Иран и Россия, а также мировых сил — США и Европейского союза. Существует мнение, что саммит ЕС в Самарканде косвенно связан с этими процессами. Отмечается, что через Шушинскую декларацию Турция усилила свое влияние как в регионе, так и в тюркском мире, и в некоторых кругах предпринимаются попытки ограничить это влияние.

Некоторые положения декларации оказали значительное влияние и на политику в отношении тюркского мира. Принцип «единство в языке, мыслях и делах», выдвинутый выдающимся мыслителем тюркского мира Исмаилом Гаспринским, получил в данном документе конкретное воплощение, приобретая институциональную форму в современной политической реальности.

Тот факт, что Шушинская декларация способствовала обострению регионального и глобального соперничества на Южном Кавказе, наглядно демонстрирует ее геополитический потенциал. Начавшиеся изменения в традиционной политике Китая в регионе также связаны с этим процессом. Подписав в недавнем времени Соглашение о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Азербайджаном, Китай стремится занять благоприятную позицию в складывающейся новой фазе соперничества на Южном Кавказе.

Развития, произошедшие в рамках декларации, поставили под сомнение актуальность и необходимость существования таких западноцентричных структур, как Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), показав, что потребность в подобных институтах исчерпана. В этом отношении декларация стала важным этапом в отходе Южного Кавказа от влияния как Запада, так и Востока.

Кроме того, трансформации, происходящие в регионе Южного Кавказа в новый период — такие как переориентация Армении на Запад в ущерб связям с Россией, углубление отношений Грузии с Европейским союзом, а также подписание Азербайджаном Соглашения о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Китаем — указывают на ослабление российского влияния в регионе.

Шушинская декларация стала важным документом, демонстрирующим изменение баланса сил на Южном Кавказе при активной роли Турции и Азербайджана. После подписания документа двусторонние отношения между странами значительно углубились в различных сферах, став примером устойчивого стратегического взаимодействия для других государств региона.

Глобальные события привлекли внимание всего мира к этому региону, что значительно повысило его геополитическое значение. В частности, негативное воздействие конфликта между Россией и Украиной на функционирование международных транспортных коридоров побудило страны Европейского союза искать альтернативные маршруты. Эти процессы изменили геополитический баланс, укрепив международные позиции и влияние как Турции, так и государств Южного Кавказа в евразийской и европейской геополитике.

[Профессор Йылдыз Деведжи Бозкуш, Преподаватель университета Анкары]

Четвертая годовщина подписания Шушинской декларации: роль Южного Кавказа усиливается

По словам генерала, они работают над интеграцией элементов на северо-востоке Сирии в сирийскую администрацию

Hakan Çopur, Nariman Mehdiyev  |

    

ВАШИНГТОН

Командующий Центральным командованием США (СЕНТКОМ) Майкл Эрик Курилла заявил, что Турция играет очень позитивную роль в процессе интеграции северо-востока Сирии и администрации Дамаска.

Курилла, выступивший с оценкой ситуации и обязанностей СЕНТКОМ на заседании Палаты представителей Конгресса США, также предоставил информацию о текущей ситуации в Сирии.

Курилла отметил, что США пытаются обеспечить целостность Сирии и в то же время не прерывать борьбу с ДЕАШ, и на данный момент они продолжают прямые переговоры с элементами террористической организации PKK/YPG, использующими название «SDF».

По словам генерала, они работают над интеграцией элементов на северо-востоке Сирии в сирийскую администрацию. Турция играет очень позитивную роль в этом отношении и что это очень важный элемент для стабильности Сирии.

Отметив, что для сторон очень конструктивно сесть за стол переговоров и обсудить, какой будет администрация в Сирии, американский командующий сказал: «Я думаю, они должны выяснить, как они будут управлять администрацией всей страны».

Генерал Курилла: Турция играет очень позитивную роль в процессе интеграции северо-востока Сирии и администрации Дамаска

Зависимость крылатой ракеты большой дальности SAGE, обладающей лучшими характеристиками по сравнению с аналогами, сведена к минимуму иностранных производителей

Zeynep Duyar, Nariman Mehdiyev  

    

АНКАРА

Министр промышленности и технологий Турции Мехмет Фатих Каджыр сообщил, что крылатая ракета большой дальности SOM, разработанная компанией TÜBİTAK SAGE, в ходе испытательных стрельб с использованием отечественного турбореактивного двигателя поразила цель прямым попаданием.

Министр Каджыр опубликовал соответствующее сообщение в социальной сети X.

Он указывал на то, что зависимость крылатой ракеты большой дальности SAGE, обладающей лучшими характеристиками по сравнению с аналогами, разработанной компанией TÜBİTAK и обладающей лучшими характеристиками по сравнению с аналогами, сведена к минимуму иностранных производителей.

«Наша национальная гордость SOM точно поразила цель во время испытательных стрельб с помощью отечественного турбореактивного двигателя. Отечественный двигатель и комплектующие SOM — это не только шаг в Национальном технологическом движении, но и результат тысячи турецких инженеров и техников. Я поздравляю все стороны, которые работают над созданием «чистого турецкого продукта. Мы гордимся этим и продвигаемся к новым успехам».

Поддержка армии с помощью сильной оборонной промышленности

Председатель управления оборонной промышленности Турции Халук Гёргюн в свою очередь отметил: «SOM с высокой точностью поразил цель в ходе испытательных стрельб с использованием отечественного турбореактивного двигателя. Этот результат является не только технологическим достижением, но и решающим шагом на пути к идеалу независимой Турции».

Гёргюн поздравил все вовлеченные в проект стороны, подчеркнув, что это успех TÜBİTAK, TÜBİTAK SAGE, Kale Jet Engines, ROKETSAN, а также инженеров, техников и менеджеров, участвовавших в проекте.

По его словам, отечественный двигатель SOM — это сочетание терпения, ноу-хау и организационной сплоченности.

«Этот успех — результат многолетних совместных усилий, мозгов, работающих день и ночь, и тех, кто привержен идее полностью независимой оборонной промышленности. Мы поддерживаем нашу героическую армию и нашу сильную оборонную промышленность. Мы полны решимости расширить их возможности в полевых условиях за инженерными столами, в научно-исследовательских лабораториях и на испытательных полигонах. Мы продолжаем неустанно работать во имя сильной Турции с ее независимыми технологиями».

Турецкая крылатая ракета большой дальности SOM поразила цель прямым попаданием

Anadolu Ajansı

Российская ЧВК «Вагнер» завершила миссию в Мали после трех лет операций в регионе

Adam Abu-bashal, Ulviyya Amoyeva  

    

АБУДЖА

Российская частная военная компания «Вагнер» сообщила о завершении своей деятельности в Мали, где ее силы находились более трех лет.

В официальном заявлении «Вагнер» отметил, что операция в западноафриканской стране была «успешно завершена».

Согласно сообщению, в ходе борьбы с вооруженными группировками контроль над всеми региональными центрами Мали был возвращен малийскому военному руководству. Повстанческие формирования были отброшены, а многие их командиры нейтрализованы.

Местные СМИ отмечают, что после ухода «Вагнера» новым игроком на поле станет формирование — «Африканский корпус» (Africa Corps), которому предстоит продолжить операции в стране.

Регион Сахеля, включающий приграничные районы Буркина-Фасо, Мали и Нигера, в последние годы стал ареной атак террористических группировок, связанных с «Аль-Каидой» и ДЕАШ.

Мали ведет борьбу с этими террористическими угрозами с 2013 года. После критики в адрес гражданских властей за неспособность обеспечить безопасность в стране, военные пришли к власти в результате переворота.

В 2013 году Франция направила в Мали войска для стабилизации ситуации, однако в 2022 году они были выведены. После этого малийское военное руководство начало сотрудничество с российской ЧВК «Вагнер».

ЧВК «Вагнер» объявила о завершении миссии в Мали

Anadolu Ajansı

Профессор Средиземноморского университета подготовил для «Анадолу» статью о ценности вывезенных исторических артефактов

Ulviyya Amoyeva  

    

Ankara

Профессор кафедры археологии факультета литературы Средиземноморского университета Невзат Чевик подготовил для «Анадолу» аналитическую статью о культурной ценности исторических артефактов, вывезенных из Анатолии, и о стратегиях Турции по их возвращению.

*

В последние годы процесс репатриации исторических артефактов анатолийского происхождения значительно активизировался. Это стало возможным благодаря новым стратегическим подходам и усовершенствованной кадровой структуре. Комплексные дипломатические, правовые и технические усилия, предпринимаемые Министерством культуры и туризма Турции, играют ключевую роль в ускорении этого процесса.

Исторически поток артефактов с Востока на Запад усилился благодаря экспедициям, финансируемым европейскими коллекционерами в 19 веке и позднее. Ранний интерес Европы к античному искусству не только повлиял на формирование современной западной цивилизации, но и обогатил её подлинными произведениями, происходящими из других культурных и географических контекстов.

Во второй половине 18 века, под влиянием философии Просвещения, европейское общество вновь открыло для себя эстетические ценности античности. Греция была провозглашена «родиной искусств», после чего внимание исследователей и коллекционеров распространилось и на другие регионы, в том числе богатую древностями Анатолию.

В этом контексте Мюниф-паша в своей вступительной речи в 1880 году отметил, что музей служит не только показателем современности, но и инструментом переосмысления связей Османской империи с Европой и её собственным прошлым. Он подчеркнул важность просвещения народа, необходимость защиты исторического наследия, вывезенного за границу, и заявил, что именно через такие усилия можно добиться уважения Европы к Османской империи. Кроме того, он обратил внимание на то, что европейцы построили свое развитие во многом на древних артефактах, принадлежащих цивилизациям, некогда существовавшим на османской земле.

Археологическое наследие Османской империи

Охватывая обширные и богатейшие земли, на которых зародились одни из самых ранних и блистательных цивилизаций, Османская империя владела, пожалуй, одним из самых значительных археологических наследий в мире. Однако в 19 веке, в период ее политической и институциональной ослабленности, усилилась охота за древностями, что превратило это столетие в настоящую «темную эпоху» для культурного наследия Анатолии. Несмотря на то, что археологические исследования, активно развивавшиеся в этот период, отчасти продолжали просветительский дух Ренессанса и носили научный характер, за ними часто скрывались мотивы наживы и стремление к вывозу артефактов за пределы империи. Этому способствовало и усиление ориенталистских настроений в Европе, породившее глубокий интерес к Востоку.

Европейцы прибывали в Анатолию, проводили исследования, документировали находки, публиковали отчеты — и увозили с собой все, что могли забрать. В середине 19 века, ставшего веком европейских открытий и господства историзма, на османских землях начались активные археологические раскопки. Однако вместе с научным интересом набирала обороты и бесконтрольная вывозка артефактов за границу. Именно в этот период стартовала настоящая гонка за культурными ценностями.

В этот период множество артефактов из Месопотамии, Египта, а также из регионов Эгейского и Средиземного морей вывозилось на Запад контрабандным путем. Одним из особенно примечательных и долгое время остававшихся нетронутыми регионов была загадочная Ликия. Ее богатое культурное наследие, покоявшееся в тишине анатолийской земли, стало объектом пристального интереса западных исследователей и коллекционеров. Великолепные артефакты времен расцвета Ликии до сих пор занимают почетное место среди экспонатов ведущих европейских музеев.

Наиболее значимой коллекцией, символизирующей разграбление Ликии, являются классические памятники, известные как «Ксанфские мраморы». В своих записках 1838 года Чарльз Феллоуз с энтузиазмом отмечал, что «нашел большое количество ценных рельефов в Ксанфе» и утверждал, что эти артефакты «должны быть доставлены в Британский музей».

В 1842–1843 годах такие ценные артефакты, как памятник Нереид, саркофаг Паявы и памятник Гарпии, были доставлены в Лондон целыми либо в виде отдельных фрагментов, вырезанных из целых композиций. Памятники при этом были разрушены, а «лучшие» детали — отделены и вывезены. Для размещения «Ксанфских мраморов» к зданию Британского музея был пристроен специальный «Ликийский зал», вызвавший настоящий фурор в академических кругах и среди элиты общества, и сделавший имя Феллоуза легендарным в Британии.

Тем временем сирены, нереиды, львы, лошади, кавалеры и герои классической Ликии с изумлением смотрят друг на друга в чуждом им пространстве: где же Ликийские горы, где Ксанфский поток? Почему нет ни вида на Средиземное море? Как они оказались в этом зале, так далеком от родных берегов?

Хотя памятники признаны всемирным наследием (Patrimonio Mundial) и формально принадлежат всему человечеству, по сути они неразрывно связаны с той землей, где появились. Европейские страны фактически приняли принцип «сохранения памятников на их исторической родине», закрепленный в Венецианской хартии и Мальтийской конвенции. Если рассматривать этот принцип как своего рода признание ошибок прошлого, можно надеяться, что грехи 19 века будут искуплены уже в 21 веке.

Процесс репатриации похищенных артефактов

Тем временем в Турции после разграблений XVIII и особенно XIX веков начался масштабный процесс восстановления, который был положен в эпоху Танзимата и значительно усилен благодаря современному видению в республиканский период. 21 век стал кульминацией этого возрождения. В рамках нового стратегического подхода и планов Министерства культуры и туризма были достигнуты заметные успехи в репатриации артефактов, ранее вывозившихся контрабандой. Эти достижения открыли путь для еще более масштабных и многообещающих возвращений в будущем.

Важно отметить, что значительный прогресс был достигнут благодаря международным дипломатическим усилиям и убеждению партнеров, а не через длительные судебные разбирательства, которые зачастую затягиваются на годы.

Отдел по борьбе с контрабандой Главного управления культурного наследия и музеев успешно выполняет миссию по возвращению незаконно вывезенных артефактов на родину благодаря слаженной национальной и международной координации. В последние годы наблюдается значительный рост числа возвращенных культурных ценностей: только в 2024 году в Турцию было возвращено 1149 артефактов. Этот прогресс стал возможен благодаря инновациям в институциональных стратегических планах и практиках, а также комплексным усилиям в дипломатической, юридической и технической сферах. Министерство культуры и туризма обеспечивает оперативное возвращение артефактов посредством активной дипломатии и эффективного международного сотрудничества в рамках институционального диалога. «Наши культурные ценности, принадлежащие различным историческим периодам и находящиеся в различных странах, были возвращены благодаря дипломатическому подходу и решительной позиции, демонстрирующей нашу приверженность защите национального наследия», — отметил ранее министр культуры и туризма Мехмет Нури Эрсой. Он подчеркнул, что «значительный прогресс достигнут за счет усиления протокольных механизмов и максимальной внутренней структуризации: процессы возвращения, которые раньше занимали десятилетия, теперь сокращаются до нескольких месяцев».

В стратегическом плане Министерства культуры и туризма на 2024–2028 годы ключевыми приоритетами являются «повышение регионального влияния нашей страны на международной арене, развитие культурной дипломатии и лоббистской деятельности». Эти рамочные направления будут поддерживать и направлять наши действия в сфере охраны и возвращения древностей. План предусматривает комплексные и эффективные меры по предотвращению контрабанды, а также активное возвращение исторических и культурных артефактов на родину. «Те, кто видят, что Турция решительно защищает своё культурное наследие, зачастую признают свои ошибки и добровольно возвращают артефакты. Это — результат мощной информационной работы и настойчивых усилий», — заявила Глава Департамента по борьбе с контрабандой Зейнеп Боз. Одним словом, мы движемся в верном направлении.

Охрана культурного наследия

Историческая и культурная самобытность Турции воплощается в археологических артефактах. Однако простое обладание этими объектами — лишь молчаливое и неполное признание их значения. Предметы хранят в себе память о прошлом, а история, которую они рассказывают, неразрывно связана с землей, на которой они зародились и к которой принадлежат. Артефакты, оторванные от своей родины, становятся своего рода экспатриантами, утратившими свою идентичность, контекст и смысл. С каждым утерянным объектом мы теряем часть исторической идентичности и уменьшаем свидетельства пережитого опыта. В тех местах, куда эти артефакты были вывезены, они превращаются лишь в предметы эстетического восхищения, лишенные своей глубинной исторической значимости. Более того, чувство, которое они там вызывают, скорее должно быть поводом для стыда, нежели гордости.

Министерство культуры и туризма также возвращает артефакты, принадлежащие другим странам. В рамках этой работы возврат был осуществлен в такие страны, как Египет, Ирак, Китай и Казахстан. Мы не проиграем от такого этичного поведения, потому что если мы отдадим 10 артефактов, то получим 1000 артефактов.

Кардинальные артефакты, украшающие столичные музеи за рубежом, безусловно представляют собой ценность, которую стоит специально посетить и увидеть. Однако выставление этих уникальных предметов в совершенно чуждых для них местах, а не на их исторической родине, наносит Турции серьёзный исторический, культурный, туристический и экономический ущерб.

Возвращение артефактов — это восстановление культурного наследия Турции, важнейшая инициатива по сохранению и защите ее исторической идентичности. Более того, эта миссия органично вписывается в образ сильного государства, твердо защищающего свое прошлое и собственность. Она демонстрирует, что отныне ни один из наших бесценных объектов не покинет страну, и что мы не оставим без внимания тех, кто ранее уносил культурные ценности за границу.

Кроме того, внутренний эффект этого процесса также значителен: те, кто пытается заниматься контрабандой под предлогом торговли, вскоре откажутся от своих намерений. Полное обладание всеми объектами, независимо от их размера, конкретности или исторического периода, станет эффективным сдерживающим фактором как внутри страны, так и за ее пределами.

Анатолия для древних ученых — то же, что ЦЕРН для физиков

Не только исторические артефакты покинули Анатолию и всю территорию Османской империи — вместе с ними ушли знания, научные достижения и право на открытия. Анатолийские находки сыграли ключевую роль в развитии античных наук и формировании научных институтов Европы. Однако утрата права собственности на эти открытия, а также связанного с ними престижа — не менее значимая потеря, чем контрабанда артефактов — долгое время оставалась вне внимания.

Для древних ученых Анатолия была тем же, чем сегодня является ЦЕРН для физиков — уникальной лабораторией знаний и открытий. Хотя мы искренне благодарны первым европейским исследователям за их вклад в изучение прошлого этих земель и осознание значимости древних наук и археологии, мы не можем оправдать разграбления культурного наследия и настойчиво требуем возвращения наших артефактов из зарубежной экспатриации на родину.

[Проф. Невзат Чевик, кафедры археологии факультета литературы Средиземноморского университета]

АНАЛИТИКА — По следам культурного наследия: стратегия Турции в отношении исторических артефактов

«Встреча не закончилась негативно» — отметил официальный представитель Министерства иностранных дел Турции Онджю Кечели

Büşranur Keskinkılıç, Gökhan Çeliker, Sümeyye Dilara Dinçer, Muhammet Tarhan  

    

СТАМБУЛ

Трехсторонняя встреча Турция-Россия-Украина, направленная на прекращение российско-украинской войны и организованная Турцией в Стамбуле, завершилась.

Официальный представитель Министерства иностранных дел Турции Онджю Кечели в сообщил о завершении встречи, которая началась в 14.45 во дворце Чираган в Стамбуле.

Пресс-секретарь Кечели отметил: «Встреча не закончилась негативно».

В трехсторонней встрече Турция-Россия-Украина под председательством министра иностранных дел Хакана Фидана также приняли участие глава Национальной разведывательной организации Турции (MİT) Ибрагим Калын и начальник Генерального штаба ВС Турции генерал Метин Гюрак.

В состав российской делегации входили советник президента РФ Владимира Путина Владимир Мединский, заместитель министра иностранных дел Михаил Галузин, заместитель министра обороны Александр Фомин и начальник Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба Игорь Костюков.

С украинской стороны на переговорах принимали участие министр обороны Рустем Умеров, заместитель министра иностранных дел Украины Сергей Кислица, заместитель председателя Службы безопасности Украины (СБУ) Александр Поклад и заместитель председателя Службы внешней разведки Олег Луговский.

Стамбульские мирные переговоры

Турция, которая в мае собрала делегации РФ и Украины за одним столом спустя три года, 2 июня вновь организовала переговоры в Стамбуле.

Российскую делегацию представил помощник президента Владимир Мединский. Украинскую сторону возглавил министр обороны Рустем Умеров. Встреча прошла в закрытом формате. Ожидается, что стороны выступят с заявлениями по итогам переговоров.

Первый раунд переговоров между РФ и Украиной состоялся 16 мая в резиденции Долмабахче в Стамбуле. 

По итогам первой встречи стороны договорились провести масштабный обмен пленными по формуле «1000 на 1000», детально представить свои взгляды на возможное прекращение огня, а затем продолжить переговоры.

Киев и Москва сообщили, что обмен заключенными, согласованный в Стамбуле, был завершен 25 мая.

В рамках дипломатических усилий по достижению мира министр иностранных дел Хакан Фидан посетил накануне Москву и Киев, где встретился с лидерами и высокопоставленными чиновниками РФ и Украины.

Трехсторонняя встреча Турция-Россия-Украина, направленная на прекращение российско-украинской войны завершилась

Визит Трампа в Доху, ставший первым визитом президента США в Катар, который отличается открытой поддержкой ХАМАС, был воспринят как знак изменения отношения Трампа к Израилю

Özgür Dikmen, Nariman Mehdiyev  

    

СТАМБУЛ

Озгюр Дикмен написал для издания «AA Аналитика» о предпосылках ухудшения отношений Нетаньяху с Трампом, который постепенно теряет свою легитимность.

***

Самый проблемный период в долгой политической жизни премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху начался в декабре 2022 года. Сформировав самое правое правительство в истории Израиля, Нетаньяху с января 2023 года столкнулся с интенсивными протестами различных слоев общества из-за своих планов по изменению структуры Конституционного суда Израиля.

Хотя 7 октября принято считать началом кризиса, беспрецедентная напряженность в отношениях с израильским армейским штабом, начиная с января 2023 года, стала одним из главных факторов, определивших процесс. Этот процесс, вызвавший серьезные разногласия внутри правительства, привел к намеренному прерыванию потока разведывательной информации, поступавшей к Нетаньяху.

После 7 октября политическая судьба Нетантяху оказалась зажатой между угрозами армейских офицеров и ориентированных на таких военных политиков, как Бенни Ганц, которые видели в нем проблему национальной безопасности, и радикальными правыми, как Итамар Бен-Гвир и Бецалель Смотрич, которые хотели воспользоваться подъемом правой волны в условиях войны и убрать Нетаньяху из политики.

Нетаньяху загнали в угол?

Нетаньяху удалось выжить в политическом плане благодаря различным ходам, но на израильской политической сцене мало что изменилось. Однако сейчас есть и более слабый Нетаньяху, который попал под «град» Дональда Трампа, спасаясь от «дождя» бывшего президента США Джо Байдена.

В последние месяцы президентства Байдена Израиль продолжал получать масштабную военную и финансовую поддержку, хотя и с некоторой осторожной критикой со стороны США израильской резни и оккупации Газы и ограниченными ограничениями, такими как приостановка поставок тяжелой бомбардировочной техники.

Несмотря на эти ограниченные ограничения, Нетаньяху рассматривал избрание Трампа президентом США в ноябре 2024 года как абсолютное спасение для него. Во время первого срока Трампа Израиль получил рекордный объем финансовой, военной и дипломатической поддержки со стороны США, признал Иерусалим столицей и достиг вершины своего дипломатического могущества благодаря таким шагам, как Авраамские соглашения, объединившие самых богатых игроков в регионе.

Поэтому второй срок Трампа ожидался как Нетаньяху, так и другими игроками в регионе как период, когда власть Израиля в регионе достигнет новых вершин. В определенном смысле ситуация сложилась так, как и ожидалось. Трамп проложил путь к возобновлению поставок тяжелой бомбардировочной техники, которые были остановлены Байденом, и в первые два месяца своего президентства в обход Конгресса США предоставил помощь оружием на общую сумму 12 миллиардов долларов. Хотя эти события после января 2025 года не свидетельствовали об экстраординарной ситуации в общем ходе отношений между США и Израилем, они заложили основу для возникновения напряженности в отношениях между Трампом и Нетаньяху.

Новый порядок, который Трамп хочет установить на Ближнем Востоке во время своего второго срока, и бескомпромиссное противодействие Нетаньяху этому новому плану в отношении будущего Израиля можно представить как источник этой напряженности. Первые дипломатические визиты первого президентского срока Трампа и первые дипломатические визиты его второго президентского срока также проливают свет на напряженность между этими двумя периодами.

Во время своего первого дипломатического турне в мае 2017 года Трамп посетил Саудовскую Аравию и Израиль и заложил основы Авраамских соглашений. Вскоре после этого визита, ставшего на тот момент серьезным толчком для Израиля, Трамп признал Иерусалим столицей Израиля и принял решение о переносе посольства США из Тель-Авива в Иерусалим.

Во время первого дипломатического визита своего второго срока, который состоялся 13-16 мая, Трамп вновь обратил взоры на Ближний Восток. Однако главным отличием этого визита от первого стало то, что он не включил в свою программу Израиль. Кроме того, визит Трампа в Доху, ставший первым визитом президента США в Катар, который до недавнего времени отличался открытой поддержкой ХАМАС, был воспринят как знак изменения отношения Трампа к Израилю.

Кроме того, заявление США об отмене санкций против Сирии и позитивные комментарии после встречи с президентом Сирии Ахмедом аш-Шара, организованной наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом при онлайн-участии президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, вызвали панику в Израиле.

Тот факт, что израильская бюрократия в сфере безопасности все еще настаивает на том, чтобы считать аш-Шара, с которым Трамп сотрудничает с декабря 2024 года и в мае 2025 года дал понять, что полностью в этом уверен, членом «Аль-Каиды», можно рассматривать как признак того, что Израилю трудно воспринять новую ситуацию в регионе. Можно сказать, что разногласия между Трампом и Нетаньяху проистекают именно из новой региональной плоскости, которую пытаются установить США.

С одной стороны, Трамп требует от Израиля четкой «дорожной карты» для прекращения огня в Газе, с другой — независимо от Израиля ведет ядерные переговоры с Ираном при посредничестве Омана. 6 мая Трамп прекратил авиаудары США против хуситов в Йемене, которые наносят ракетные удары по Израилю, и достиг соглашения с ними при посредничестве Омана о том, что они не будут атаковать американские корабли, при этом возможные атаки хуситов на Израиль были исключены из соглашения.

Глубокие трещины в американо-израильских отношениях

Сирийское досье — один из ключевых вопросов в споре между Трампом и Нетаньяху. Трамп неоднократно подчеркивал важность прекращения гражданской войны и установления порядка в Сирии в условиях, когда США остаются вне горячего конфликта, и главную роль в этом процессе отводил Турции.

Тот факт, что Израиль, наносящий авиаудары по Сирии, пытающийся дестабилизировать ситуацию через близкие к нему друзские и алавитские группировки и призывающий Россию контролировать военные базы в Сирии, оказался на грани войны с Турцией, — еще одно событие, обострившее отношения между Трампом и Нетаньяху.

Это связано с тем, что Израиль считает наиболее благоприятным для своих интересов сохранение хаотической ситуации и разделение Сирии в будущем, а не установление порядка в Сирии. В этом контексте Израиль утверждает, что сильное военное присутствие США в регионе, как и во время войны в Ираке, жизненно необходимо для безопасности Израиля.

Напротив, США, которые не хотят, чтобы на Ближнем Востоке возникла ситуация, требующая их военного вмешательства, поддерживают конструктивный диалог с такими игроками, как Турция, Катар и Саудовская Аравия, для создания стабильной обстановки в Сирии.

Общеизвестно, что Иран является одним из важнейших пунктов повестки дня в американо-израильских отношениях. Последние события и заявления Трампа по этому вопросу показывают, что Израиль и США начали расходиться в вопросе нападения на Иран.

Увольнение 1 мая советника Трампа по национальной безопасности Майка Уолтца, известного своей ястребиной позицией в отношении Ирана и проводившего без ведома Трампа переговоры с Нетаньяху о нападении на Иран, является одним из наиболее важных поворотных моментов в этом контексте.

После увольнения Уолтца широкие изменения в составе Совета национальной безопасности интерпретируются как признак более радикальных перемен, чем ожидалось. Тот факт, что все это произошло после американо-иранских переговоров, начавшихся в Омане 12 апреля, можно рассматривать как результат попыток Израиля манипулировать этим процессом. Действительно, в результате сообщений разведки о том, что Израиль планирует нанести удар по Ирану, Трамп заявил, что Израиль может нанести удар по Ирану, но в этом вопросе он не должен рассчитывать на поддержку Вашингтона.

С 7 октября Нетаньяху совершает открытый геноцид, чтобы показать израильской общественности, что он уничтожает Газу и тем самым не потерять голоса правых радикальных партий, и безвозвратно подожгла репутацию своего ближайшего союзника — Соединенных Штатов — на ближневосточной улице.

Турне Трампа по Ближнему Востоку можно рассматривать не только как сбор средств и продажу оружия, но и как попытку устранить последствия. Действительно, тот факт, что он не посетил Израиль, побывал в Катаре, встретился с Шарой, искал дипломатическое решение с Ираном и хуситами и, наконец, оттолкнул от себя таких ястребиных деятелей, как Уолтц, указывает на резкий поворот в ближневосточной политике США с неопределенной устойчивостью.

С другой стороны, Нетаньяху вряд ли сможет вернуться с этой точки, подливая масла в огонь радикальных правых, к той линии, которую требует от него Трамп. Либо Нетаньяху попытается выжить политически, неявно выступая против позиции США без прямой конфронтации с Трампом и играя роль лидера израильских ультраправых, либо он снимет иранское досье с горячей повестки дня, пока не пройдет буря, и встанет в один ряд с Трампом. Тем не менее в такой атмосфере стоит вспомнить, что тактика Нетаньяху по отражению политических угроз путем поиска новых сфер конфликта за рубежом срабатывала почти каждый раз.

[Озгюр Дикмен — кандидат наук исторического факультета Стэнфордского университета].

Новая дилемма Нетаньяху: Напряженность в отношениях с Трампом углубляется