Автор: gulnarainanch

Anadolu Ajansı

Археологический памятник с 12-тысячелетней историей продолжает привлекать внимание посетителей со всей Турции

Müslüm Etgü, Elmira Ekberova  |26.06.2025 — Обновление : 01.07.2025

    

ШАНЛЫУРФА

В Гёбеклитепе, входящем в Список всемирного наследия ЮНЕСКО и известном как «нулевая точка истории», наблюдается высокий туристический поток. Этот археологический памятник в провинции Шанлыурфа хранит важнейшие артефакты эпохи неолита, в том числе знаменитые каменные стелы Т-образной формы с изображениями диких животных и остатки древних храмов.

Многочисленные гости, прибывшие в регион из разных городов Турции, получили возможность воочию увидеть древние сооружения и сфотографироваться на фоне памятника. Посетителям также была предоставлена информация о структуре памятника и значении сохранившихся артефактов.

Один из гостей Али Саз рассказал «Анадолу», что впервые посещает это место. «Очень красивое место, мы в восторге. Я бы хотел, чтобы каждый увидел Гёбеклитепе», — сказал он.

Школьница Элиф Йылдырым из Анкары отметила, что приехала в Шанлыурфу в рамках экскурсии и осталась под большим впечатлением от увиденного.

В Гебеклитепе наблюдается наплыв туристов

Эксперт: Эчмиадзин вмешивается в политику и подрывает процесс интеграции Армении с Турцией и Азербайджаном

Dr. Keisuke Wakizaka, Marina Mussa  

    

СТАМБУЛ

Преподаватель кафедры политологии и международных отношений Стамбульского университета Гелишим доктор Кейсуке Вакидзака в авторской статье для «Анадолу» анализирует трансформацию армянской политической идентичности и противостояние между церковью и государством на фоне попытки государственного переворота и сближения Еревана с Западом.

Армянская церковь исторически играет важную роль в формировании общественного и политического пространства, поскольку армянская идентичность развивалась от религиозной общины к этнонациональному сообществу.

Секулярный армянский национализм, оформившийся в XIX веке, стремился подчинить церковь своему влиянию и использовать ее для укрепления контроля над обществом. В результате сложились тесные связи между Эчмиадзином, Киликийским католикосатом, политической элитой Армении и диаспорой.

После Второй карабахской войны в 2020 году начался пересмотр внешнеполитической ориентации и, соответственно, рамок национальной идентичности. Отказ от пророссийского вектора в пользу укрепления связей с Западом и Турцией поставил под сомнение традиционный этнический национализм, основанный на антагонизме с Турцией и проекте ‘Великой Армении’. Такая политика привела страну к изоляции и экономическим трудностям, что вызвало растущее общественное недовольство. Эчмиадзин, ранее тесно связанный с ‘Карабахским кланом’ (в который входят бывшие президенты Роберт Кочарян и Серж Саргсян), начал терять свое влияние.

В 2021 году, после неудачной попытки переворота при участии армейских и разведывательных структур, поддержанных Эчмиадзином, премьер-министр Никол Пашинян вновь победил на выборах. Это укрепило представление о том, что карабахский вопрос и этническая идентичность больше не являются приоритетными для общества.

С тех пор армянское руководство перешло к более инклюзивному и светскому национализму, основанному на гражданской идентичности и признании существующих границ. Были предприняты шаги к ограничению влияния Армянской церкви и националистической партии Дашнакцутюн как в декларации независимости, так и в проектах конституционной реформы. Изменения нашли отражение в новых школьных учебниках истории.

Памятные мероприятия 24 апреля также начали фокусироваться не столько на внешней угрозе, сколько на внутренних слабостях государства.

Во внешней политике Армения дистанцируется от России и Ирана, укрепляя связи с Турцией и Западом, что делает необходимым институциональное переосмысление государственного устройства. Россия воспринимает это как угрозу своему влиянию на Южном Кавказе.

На фоне продолжающейся секуляризации Эчмиадзин остался последним оплотом прежнего статуса-кво.

Конфликт между патриархатом и правительством сохраняется, особенно на фоне интеграции Армении в западные структуры.

Патриархат оказывает влияние не только в Ереване, но и в Киликии, Иерусалиме и Стамбуле, продолжая открыто поддерживать оппозицию и делать заявления, подрывающие трехсторонний процесс нормализации между Турцией, Арменией и Азербайджаном.

Особое внимание привлекает фигура архиепископа Баграта Галстаняна, которого руководство Эчмиадзина продвигает как харизматического лидера. Именно в период после визита армянской делегации в Турцию и встречи с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом появились обвинения в попытке переворота.

Это подчеркивает серьезность конфликта между государством и церковью, а также риски для процесса трансформации.

Однако реакция общественности на возможный арест Галстаняна оказалась сдержанной, а влияние патриархата — ослабленным.

Церковь, долгое время претендовавшая на политическую роль, не предложила конкретных решений ни экономических, ни социальных, ни политических проблем.

В результате, ее авторитет снижается как в Армении, так и среди диаспоры. Некоторые члены церковного руководства начинают отходить от линии Эчмиадзина, и в структуре Армянской церкви наметился раскол.

При дальнейшем развитии событий возможны серьезные перестановки в управлении церковью и переход к сосредоточению на культурной и общественной деятельности, в стороне от политики.

АНАЛИТИКА — Противостояние властей и церкви и предполагаемая попытка госпереворота в Армении

Фестиваль дает прекрасную возможность популяризировать наш традиционный напиток, кумыс, и вспомнить все традиции, связанные с ним — Дарын Сабыргали

Meiramgul Kussainova, Nariman Mehdiyev  |

В Казахстане состоялся фестиваль традиционного напитка кумыса, производимого из конского молока.

Фестиваль «Кумыс», прошедший в Акмольском районе, примерно в 40 километрах от столицы Астаны, посетили как местные жители, так и многочисленные иностранные гости. Фестиваль повысил интерес к культурному наследию региона.

На открытии фестиваля, организованного Музеем под открытым небом «Бозок», прошли красочные представления.

В ходе мероприятия были представлены презентации, рассказывающие о том, как доят лошадиное молоко, о способах ферментации, о том, в каких емкостях его хранят и как подают гостям.

Посетителям предлагали «саумал» — свежевыдоенное конское молоко, а также различные деликатесы из традиционной казахской кухни.

Выступая на церемонии открытия, мэр города Дарын Сабыргали отметил, что они гордятся тем, что принимают у себя такой фестиваль: «Фестиваль дает прекрасную возможность популяризировать наш традиционный напиток, кумыс, и вспомнить все традиции, связанные с ним».

«Такие мероприятия особенны тем, что укрепляют связи между поколениями», — сказал мэр, отметив, что кумыс — это не просто напиток, но и часть культурного достояния казахского народа. Сегодня наши старейшины передают старые традиции нашей молодежи».

В Казахстане состоялся фестиваль «Кумыс»

Anadolu Ajansı

С развитием оборонных технологий кажется, что фильмы о разведке и военные фильмы будут все больше походить друг на друга

Dr. Can Kasapoğlu, Nariman Mehdiyev  

    

Istanbul

Старший научный сотрудник Гудзоновского института доктор Джан Касапоглу написал для издания «АА Аналитика» о значении и будущем спецслужб в рамках украинской операции «Паутина».

***

Насколько похожи шпионские фильмы и фильмы о войне? Что мы должны думать о проникновении украинских спецслужб в Россию и использовании беспилотников для сбивания по меньшей мере 10 процентов российского парка стратегических бомбардировщиков? Или о том, что аналогичная концепция была реализована израильскими спецслужбами и осуществлялась синхронно с воздушной кампанией против Ирана?

Разведывательные службы всегда играли важнейшую роль в военных действиях. Например, британские MI-6 и MI-5 во время Второй мировой войны занимались шпионажем и криптоанализом, а также контрразведывательной деятельностью. Аналогичные задачи выполняли службы других важных игроков. Секреты, представляющие военную ценность, должны были быть защищены, а шпионская деятельность противника — нейтрализована.

Но что произойдет, когда гигантские алгоритмические структуры, предназначенные для сбора, анализа и проверки информации, в сочетании с роботизированными боевыми возможностями и передовыми оборонными технологиями позволят достичь информационного превосходства? Точнее, какова будет роль сверхсекретных разведывательных служб в боевой и оперативной обстановке, формируемой современным оборонным потенциалом?

От летучих мышей на Кавказе до пауков в глубине России: Как воюют спецслужбы?

Безусловно, после терактов 11 сентября сложилась иная конъюнктура. Центральное разведывательное управление США (ЦРУ) использовало свои современные вооруженные беспилотные летательные аппараты (БПЛА) для выслеживания руководства террористической организации «Аль-Каида». Тем не менее точечные убийства в целях борьбы с терроризмом нельзя было трактовать как обычную военную операцию. Более того, целью была негосударственная террористическая сеть, а не вражеская страна в контексте обычных военных действий.

В 2020-х годах мы наблюдали, что в условиях современной войны и оперативной обстановки разведывательные службы выполняют прямые критически важные боевые задачи, выходящие за рамки их традиционных информационных миссий. Самым интересным примером, пожалуй, являются «Летучие мыши» — подразделение специального назначения Службы внешней разведки Азербайджана, принимавшее участие во Второй карабахской войне. Подразделение, выполнявшее боевые задачи за линией армянского фронта, неоднократно вступало в бой. Сфотографировать это подразделение удалось только во время парада после окончания войны.

И украинская операция «Паутина», и израильская операция «Восстание льва», которая изменила повестку дня благодаря удару Израиля по Ирану, дают представление о том, какую новую роль будут играть спецслужбы в рамках обычных военных действий. В обоих случаях соответствующие службы с помощью используемых ими беспилотников смогли проникнуть в глубины стран-мишеней. В обоих случаях возможности проникновения и навыки скрытности служб в сочетании с асимметричными технологическими возможностями позволили добиться военно-политических результатов.

Стратегический бомбардировщик Ту-95 застрял в паутине

Давайте внимательно посмотрим на дело Украины и России. В течение как минимум года украинская секретная служба (СБУ) проникала в такую чувствительную к контрразведке (КИ) страну, как Россия, глава которой является выходцем из советского Комитета государственной безопасности (КГБ). С одной стороны, СБУ готовила боевые беспилотные системы к службе на складах, которые контролировала в России, и в то же время создала в стране разветвленную сеть контейнеровозов. На заключительном этапе операции эти контейнеровозы одновременно подъезжали к базам, на которых базировались российские стратегические бомбардировщики, и одновременно приступали к фазе исполнения.

Вопреки огласке в СМИ и широко распространенному в международных стратегических кругах мнению, операция «Паутина» по своему центру тяжести не была операцией с применением БПЛА/дронов, а значит, и не была операцией с применением воздушных сил. Да, конечно, роботизированные летательные аппараты нанесли решающий удар по российским бомбардировочным флотам. Однако эта кинетическая фаза была лишь последней точкой операции «Паутина». Еще один аспект, который делает операцию «Паутина» особенной, — это то, что СБУ проделала очень хорошую работу по прикрытию. Украине, которая привлекла сотни операторов беспилотников с линии фронта для синхронного проведения операции такого масштаба, удалось провести операцию, не дав никаких указаний российской стороне.

Аналогичным образом, нынешний ирано-израильский конфликт показывает, что израильские службы проникли на иранскую территорию и превратили ее в центр запуска беспилотных летательных аппаратов. Эта деятельность могла осуществляться во время ядерных переговоров и, следовательно, в то время, когда страна-мишень находилась в состоянии повышенной боевой готовности. Согласно информации из открытых источников, израильские секретные службы также внимательно следили за иранским военным аппаратом и сыграли определенную роль в атаке, унесшей жизни высокопоставленных командиров.

Извлеченные уроки

В то время как разведывательные службы наращивают боевой потенциал роботов, закулисная безопасность и охрана критически важных объектов приобретают все большее значение. Кроме того, новые возможности разведывательных организаций будут способствовать расширению их роли в боевых миссиях. Растущая доступность и распространенность военных функций для служб безопасности также изменит распределение участников боевых действий.

Эти события вызывают особую озабоченность у Турции и альянса НАТО, членом которого она является. Турция располагает организацией оперативной разведки, которая за последние 15 лет стремительно наращивала свой военный потенциал, особенно в части систем БПЛА.

Конечно, в базах данных, подготовленных с международным качеством и научными методами, которые сегодня часто используются в стратегических исследованиях, невозможно найти детали инвентаризации службы, выполняющей функции безопасности на самом высоком уровне секретности. Однако публикации в открытых источниках свидетельствуют о том, что турецкая разведка оснащена стратегическим оружием, таким как «Akıncı», аэробаллистические ракеты и противокорабельные крылатые ракеты.

С развитием оборонных технологий кажется, что фильмы о разведке и военные фильмы будут все больше походить друг на друга. Об этом стоит помнить, анализируя текущие конфликты.

[Доктор Джан Касапоглу — старший научный сотрудник Института Хадсона. Он специализируется на военной науке и оборонной разведке с открытым исходным кодом].

АНАЛИТИКА — Тени и роботы: Перспективы секретных служб и будущее войн

Безопасность этого стратегического прохода, через который проходит примерно 20-30 процентов мировых поставок нефти и 20 процентов торговли СПГ, имеет глобальные последствия

Doç. Dr. Taha Eğri, Nariman Mehdiyev  

    

Istanbul

Член факультета Университета Кыркларели профессор Таха Эгри написал для издания «АА Аналитика» об угрозе Ирана закрыть Ормузский пролив и возможных последствиях этого шага для мировой экономики.

***

В первые часы 11-го дня ирано-израильского конфликта мы вновь стали свидетелями множества новых событий. После атаки США на ядерные объекты Иран пригрозил закрыть Ормузский пролив в ответ и неожиданно ответил ограниченной ракетной атакой на американскую базу в Катаре.

Заблаговременное предупреждение об этой атаке со стороны Ирана властям Катара и, естественно, правительству США создало ситуацию, аналогичную событиям апреля и октября 2024 года. За последние 11 дней стало известно, что Иран по-прежнему избегает крупномасштабной войны и особенно обеспокоен участием в ней США.

Через несколько дней после иранской ракетной атаки президент США Дональд Трамп объявил о заключении соглашения о прекращении огня. По условиям этого соглашения Ирану было предоставлено 6 часов, а Израилю — 12 часов. Вполне вероятно, что в ирано-израильской напряженности, где каждый час происходит новый инцидент, будут новые сюрпризы.

Более того, стратегия тактического обмана в дипломатическом поведении Трампа также подорвала доверие к американской дипломатии. С другой стороны, рекорд Израиля по несоблюдению режима прекращения огня заставляет сомневаться в будущем этого соглашения. Дерзкое поведение Израиля, преследующего свои собственные интересы и цели, и его пренебрежение международным правом хорошо известны. Даже если прекращение огня будет достигнуто или война продолжится в условиях израильской агрессии, транзит через Ормузский пролив останется перед нами как козырь на столе. В этом контексте следует обсудить возможные последствия закрытия пролива и то, можно ли использовать этот козырь или нет.

Риск закрытия Ормузского пролива вновь стал одной из наиболее чувствительных тем в мировой энергетической и экономической политике. Хотя пролив не был закрыт даже во время ирано-иракских танкерных войн 1980-х годов, он по-прежнему представляет собой опасность. Безопасность этого стратегического прохода, через который проходит примерно 20-30 процентов мировых поставок нефти и 20 процентов торговли сжиженным природным газом (СПГ), имеет не только региональные, но и глобальные последствия. По этой причине возможное закрытие прохода, несомненно, будет иметь далеко идущие последствия.

Как закрытие Ормузского пролива повлияет на экономику?

Прежде всего, цены на нефть и природный газ в случае перебоев пойдут вверх. По оценкам Goldman Sachs, даже если поток энергоносителей через пролив сократится лишь наполовину, цены на нефть могут достичь 110 долларов за баррель, в то время как даже скромное сокращение поставок из Ирана может подтолкнуть цены к отметке 90 долларов. В случае полного закрытия пролива цены на нефть марки Brent могут вырасти до 130-150 долларов. Кроме того, цены на природный газ в Европе, по оценкам, достигнут 74 евро/МВт-ч на основе TTF. С другой стороны, США, как ожидается, в меньшей степени пострадают от этой ситуации, поскольку они в меньшей степени зависят от СПГ.

Прямое влияние этих событий на мировую экономику будет заключаться в инфляции издержек, вызванной ростом цен на энергоносители. Повышение стоимости нефти и природного газа приведет к росту производственных и транспортных расходов в энергозависимых отраслях, что приведет к дестабилизации цен как в развитых, так и в развивающихся странах. По оценкам, в случае полного закрытия пролива мировой валовой внутренний продукт (ВВП) сократится примерно на 0,8 процента.

Эти геополитические риски напрямую влияют не только на цены на энергоносители, но и на морские перевозки. Растущая военно-политическая напряженность вокруг Ормузского пролива привела к повышению страховых премий и фрахтовых ставок, что привело к дополнительным расходам на международную торговлю. Ограниченная пропускная способность таких альтернативных транспортных маршрутов, как линия Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) — Фуджейра или трубопроводы Саудовской Аравии к Красному морю, еще больше повышает уязвимость цепочки поставок.

Какие страны непосредственно затронуты?

С точки зрения Турции, импорт энергоносителей из Персидского залива составляет около 20 процентов от общего объема поставок. Согласно официальным заявлениям, хотя прямых сбоев не ожидается, рост цен на энергоносители, вероятно, окажет повышательное давление на инфляцию, увеличив расходы в промышленности, на транспорте и в домашнем потреблении. Согласно анализу, опубликованному Центральным банком Турецкой Республики, 10-процентное повышение цен на электроэнергию и природный газ приведет к росту инфляции на 12-20 процентов.

Хотя рост цен на нефть ставит страны-импортеры углеродных ресурсов в экономически сложное положение, он обеспечит рост доходов для экономик стран-производителей. В связи с этим Трамп призвал нефтедобывающие страны и чиновников своего министерства энергетики увеличить поставки, чтобы не допустить роста цен. Особенно для России, которая испытывает серьезное финансовое бремя в связи с войной в Украине, увеличение доходов от продажи нефти облегчит бюджет. Аналогично, для стран Персидского залива рост цен на нефть может стать преимуществом в долгосрочной перспективе.

Если посмотреть, какие страны подвергаются риску с точки зрения поставок нефти в случае закрытия Ормузского пролива, то на первый план выходят члены Европейского союза (ЕС) и Китай. После введения эмбарго в отношении России ЕС стал больше ориентироваться на страны Персидского залива для удовлетворения своих энергетических потребностей. Поэтому в случае закрытия Ормузского пролива наибольший ущерб понесут страны-члены ЕС.

Хотя в краткосрочной перспективе Китай столкнется с дефицитом, он покроет его за счет дополнительных поставок из России. США стали нетто-экспортером благодаря увеличению добычи в последние годы. Если Ормузский пролив будет закрыт, важнейшим источником нефти для ЕС станут США. Это означает увеличение зависимости стран ЕС от США.

Перед лицом этих рисков следует также задать вопрос: «Насколько осуществимо закрытие Ормуза?». Присутствие в регионе 5-го флота США и военно-морской миссии ЕС делает практически невозможным, если не невозможным, контроль Ирана над регионом с помощью его военно-морских сил.

Поэтому более вероятно, что будут применяться методы «логистической войны», такие как ограниченное преследование на море, мины или временная блокада судов, а не полное и постоянное закрытие. При таком сценарии, даже если произойдет кратковременный ценовой шок, мировое предложение будет стабилизировано за счет увеличения добычи другими производителями, в частности Организацией стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Представляется маловероятным, что Иран, который не решается прибегнуть к таким методам, как шахты, создающим риск и неопределенность в долгосрочной перспективе и угрожающим его собственным интересам, закроет Ормузский пролив.

В случае реализации сегодняшнего соглашения о прекращении огня, повторяющиеся ограниченные операции Ирана фактически показали нам, что Иран пытается не вступать в войну с США. Учитывая высокие издержки, связанные с закрытием Ормузского пролива, такие как сокращение мирового ВВП, увеличение премий за риск и транспортных расходов, очевидно, что США не останутся безучастными к этой ситуации. Это показало, что Иран не пойдет по этому пути легко.

[Профессор Таха Эгри — преподаватель экономического факультета Университета Кыркларели].

АНАЛИТИКА — Козырь Ирана в Ормузском проливе и его влияние на мировую экономику

Anadolu Ajansı

Anadolu Ajansı

Профессор университета Анкара дал «Анадолу» комментарии относительно реализации и значимости документа

Prof. Dr. Yıldız Deveci Bozkuş, Ulviyya Amoyeva  

    

Istanbul

Преподаватель университета Анкара, профессор Йылдыз Деведжи Бозкуш в четвертую годовщину подписания Шушинской декларации дал «Анадолу» комментарии относительно этапов реализации и значимости документа.

***

Документ о стратегическом союзничестве между Турцией и Азербайджаном, подписанный 15 июня 2021 года, с каждым годом усиливает геополитическое влияние на фоне меняющейся региональной и глобальной обстановки.

После освобождения территорий Карабаха от оккупации в Южном Кавказе произошли значительные преобразования как на региональном, так глобальном уровнях.

Одним из ключевых событий стало подписание между Турцией и Азербайджаном Шушинской декларации. Этот документ стал живым воплощением исторического девиза «Один народ — два государства» и лозунга «Радость Азербайджана — наша радость, печаль Азербайджана — наша печаль» в современной политике.

По значимости тем и многообразию вопросов сотрудничества Шушинская декларация имеет исключительную важность. Она подкреплена многочисленными инициативами, направленными как на оперативное выполнение согласованных решений, так и на развитие двусторонних отношений до уровня «стратегического союзничества». Влияние этих инициатив на региональном и глобальном уровнях ясно демонстрирует стратегическую, геополитическую и геоэкономическую значимость документа в различных сферах.

Шушинская декларация охватывает широкий спектр направлений — от обороны и торговли до образования, культуры, транспорта и развития, что способствовало комплексному укреплению отношений между Турцией и Азербайджаном. Благодаря своему значительному региональному и глобальному влиянию, данное соглашение привлекает пристальное внимание не только США и стран Европейского Союза, но и ключевых восточных и региональных игроков.

Подписание декларации стало важным шагом для Турции не только в двусторонних отношениях с Азербайджаном, но и в ее взаимодействии с тюркским миром в целом. Эти инициативы выйдут на новый уровень с открытием Зангезурского коридора.

Содержание декларации

В декларации, в частности, ссылаясь на ряд ранее заключенных соглашений, включая Карсский договор 1921 года, подтверждаются обязательства по уже подписанным договорам. Это подчеркивает прочную юридическую основу документа, опирающегося на исторические соглашения.

В тексте также указано, что обе страны будут действовать согласованно в ответ на региональные и глобальные вызовы. В этом контексте соблюдение договоренностей, отраженных в декларации, реализуется в рамках Организации тюркских государств (ОТГ), а также в рамках процессов нормализации отношений между Турцией и Арменией, Азербайджаном и Арменией, и в развитии геополитического сотрудничества между Турцией, Азербайджаном и Пакистаном.

Декларация охватывает широкий спектр вопросов — от обороны, энергетики и транспорта до военного сотрудничества, стратегического партнерства, градостроительства и инфраструктуры, являясь документом с большим потенциалом для укрепления мира, стабильности и безопасности как в регионе, так и на глобальном уровне.

Особое внимание в соглашении уделено мерам по разминированию освобожденных от армянской оккупации территорий и нормализации жизни в этих районах. В 2021 году специальные подразделения турецких вооруженных сил по разминированию (ÖMAT) приступили к выполнению своих задач. В декларации также подчеркивается намерение обеих стран усиливать совместное сотрудничество в области международного продвижения и популяризации тюркской культуры и наследия.

Отмечается, что эти инициативы придадут новый импульс деятельности, проводимой в рамках Совета сотрудничества тюркоязычных государств (Тюркского совета), Турецкой академии, Фонда турецкой культуры и наследия, организации TÜRKSOY и Ассамблеи парламентов тюркоязычных стран. Это отражает многогранность и глубину самой декларации, подчеркивая ее значимость не только в политической, но и в культурной сфере.

Какое место отведено в декларации Зангезурскому коридору?

Особое внимание в декларации уделяется увеличению транзитного транспортного потенциала на маршрутах Турция – Азербайджан в рамках международных транспортных коридоров, а также развитию интеллектуальных транспортных систем.

Одним из ключевых пунктов декларации является Зангезурский коридор. Его открытие имеет стратегическое значение не только для обеспечения связи между материковой частью Азербайджана и Нахчываном, но и с точки зрения превращения этого маршрута в узловую точку транзитных сетей. Коридор представляет собой многоуровневый проект, охватывающий Турцию, Центральную Азию, Европу и Азию. В этом контексте Иран, выступая в роли регионального игрока, выдвигает в качестве альтернативы Зангезуру проект коридора Араз, что объясняется его геополитическими соображениями и экономическими интересами.

На какой стадии реализация документа спустя четыре года?

С момента подписания декларации было достигнуто значительное продвижение по многим вопросам, отраженным в ее тексте. В первую очередь выделяется сотрудничество в военной сфере. В рамках оборонного и военного партнерства Турция и Азербайджан провели множество совместных учений. При этом наблюдалось не только увеличение их количества, но и повышение уровня качества. Кроме того, турецкий оборонно-промышленный комплекс оказал Азербайджанской армии существенную поддержку в техническом обслуживании, модернизации и ремонте сухопутной военной техники. Таким образом, декларация сыграла важную роль в развитии военного потенциала обеих стран.

В контексте теории «Периферийной дуги» Николаса Спайкмена Южный Кавказ, благодаря турецко-азербайджанскому партнерству, претерпел значительный сдвиг в геополитическом значении — из периферийной зоны он трансформировался в стратегический центр. В этом свете отношения между Турцией и Азербайджаном занимают ключевую позицию на перекрестке важнейших геоэкономических и транспортных маршрутов, став ядром происходящих в регионе стратегических преобразований.

В условиях новой геополитической реальности Азербайджан избрал сбалансированный и дальновидный курс, последовательно расширяя круг союзников за счет многовекторного сотрудничества и укрепления двусторонних соглашений.

Региональные и глобальные риски

Шушинская декларация находится под пристальным вниманием не только Турции и Азербайджана, но и таких региональных игроков, как страны тюркского мира, Иран и Россия, а также мировых сил — США и Европейского союза. Существует мнение, что саммит ЕС в Самарканде косвенно связан с этими процессами. Отмечается, что через Шушинскую декларацию Турция усилила свое влияние как в регионе, так и в тюркском мире, и в некоторых кругах предпринимаются попытки ограничить это влияние.

Некоторые положения декларации оказали значительное влияние и на политику в отношении тюркского мира. Принцип «единство в языке, мыслях и делах», выдвинутый выдающимся мыслителем тюркского мира Исмаилом Гаспринским, получил в данном документе конкретное воплощение, приобретая институциональную форму в современной политической реальности.

Тот факт, что Шушинская декларация способствовала обострению регионального и глобального соперничества на Южном Кавказе, наглядно демонстрирует ее геополитический потенциал. Начавшиеся изменения в традиционной политике Китая в регионе также связаны с этим процессом. Подписав в недавнем времени Соглашение о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Азербайджаном, Китай стремится занять благоприятную позицию в складывающейся новой фазе соперничества на Южном Кавказе.

Развития, произошедшие в рамках декларации, поставили под сомнение актуальность и необходимость существования таких западноцентричных структур, как Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), показав, что потребность в подобных институтах исчерпана. В этом отношении декларация стала важным этапом в отходе Южного Кавказа от влияния как Запада, так и Востока.

Кроме того, трансформации, происходящие в регионе Южного Кавказа в новый период — такие как переориентация Армении на Запад в ущерб связям с Россией, углубление отношений Грузии с Европейским союзом, а также подписание Азербайджаном Соглашения о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Китаем — указывают на ослабление российского влияния в регионе.

Шушинская декларация стала важным документом, демонстрирующим изменение баланса сил на Южном Кавказе при активной роли Турции и Азербайджана. После подписания документа двусторонние отношения между странами значительно углубились в различных сферах, став примером устойчивого стратегического взаимодействия для других государств региона.

Глобальные события привлекли внимание всего мира к этому региону, что значительно повысило его геополитическое значение. В частности, негативное воздействие конфликта между Россией и Украиной на функционирование международных транспортных коридоров побудило страны Европейского союза искать альтернативные маршруты. Эти процессы изменили геополитический баланс, укрепив международные позиции и влияние как Турции, так и государств Южного Кавказа в евразийской и европейской геополитике.

[Профессор Йылдыз Деведжи Бозкуш, Преподаватель университета Анкары]

Четвертая годовщина подписания Шушинской декларации: роль Южного Кавказа усиливается