Рубрика: Киргизия

В Ак-Суйском районе Иссык-Кульской области расположено жайлоо Тургон. Там есть местность, получившая название «Мыкаачынын коосу» (другие названия «Мыкаачынын кокту», «Мыкаачынын сайы»). Она расположена на участке Сары-Колот, что соседствует с пастбищем в сыртовой зоне.

Гора, где расположена эта ложбина, находится рядом с рекой Сары-Джаз. Некоторыми фактами про эту местность поделился житель города Каракол Сапарбек Супатаев.

По его словам, раньше эта территория относилась к волости Тургон. В 1916 году, во время «Уркуна», когда кыргызы были вынуждены бежать в Китай, в этих предгорьях спряталась девушка. «Из-за того, что она сильно оголодала, она стала нападать на всех путников, следовавших через эту местность, и есть человечину. Из-за распространившейся информации, многие боялись ходить через эти предгорья. Озвучивалась также информация о том, что спрятались несколько человек, а когда всех начали расстреливать, эта девушка осталась в живых. В связи с этим, местность назвали «мыкаачы» («людоед»). Старейшины говорят, что у этой местности есть хозяин, что здесь постоянно слышен странный звук, от которого становится не по себе. В китайской провинции Мунгул-Куре, к примеру, есть «Пещера людоеда»», — рассказал он.

Про эту местность слагают легенды, санжырачы рассказывают свои версии. Одна из легенд связана с охотником Кончой. «Раньше в этих предгорьях был дремучий лес. Люди, которые в одиночку отправлялись туда, постоянно пропадали. Был такой сокольник (специалист по выноске и тренировке ловчих птиц и охоте с ними) и охотник Кончой Торуке уулу — потомок племени Арык. Он решил разобраться, почему люди там пропадают. И ему удается выяснить, что там обитают каннибалы — люди, которые употребляют человечину. Кончой стал выслеживать их, в результате чего сам попал к ловушку. Эти дикие люди выбирали своих жертв в зависимости от веса.

https://bulbul.kg/video:84410?embed

Так как Кончой был худощавого телосложения, то они решили откормить его, а после убить и съесть. Кроме того, они поинтересовались, какими навыками он обладает. На что Кончой отвечает: «Одним выстрелом могу убить трех кийиков». Тогда дикие люди просят его выстрелить в кийиков, которые были в стаде. Кончой одним выстрелом убивает трех кийиков. На следующий день дикари дают Кончою ружье, и просят, чтобы он поохотился на диких животных и все добытое принес им. В итоге охотник застрелил 6-7 животных, а когда они увлеклись поеданием добычи и оставили без внимания боеприпасы, Кончой стал стрелять в них. В живых осталась только девушка. Она убежала в глубь леса, избежав таким образом смерти. И поговаривают, что после этого она кричит и зовет своих соплеменников. После того события, эта местность получила название «Мыкаачы». Жители стали более свободнее пересекать эту местность, но странные звуки слышать продолжали», — сообщил житель.

Согласно данным историков-санжырачы, в 1913 году Кыдыр аке Байсары уулу по случаю празднования 300-летия Российской империи решает подарить тигренка. С просьбой отловить животное он приходит к Кончою Торуке уулу. На тот момент Кончой ата было больше 90 лет. Он знал места обитания тигров. Купив на рынке Каракола два тазика насвая, которыми они посыпали следы на тропинке, по которой они шли. В итоге Кадыр аке повез тигренка в подарок императору в город Санкт-Петербург. Император Николай был настолько благодарен, что вручил Кадыр аке золотой орден и присвоил звание подполковника.

Источник — turmush.kg

Президент РК Касым-Жомарт Токаев в Послании народу #Казахстан»а предложил создать в стране Национальный курултай. Так, в Республике Казахстан собираются «возродить эту демократическую традицию Великой степи, заложившую основы общенационального единства». Правительству поручено представить проект указа о создании Национального курултая уже в апреле 2022 года. Сможет ли новый институт улучшить существующие форматы общественного диалога и как объяснить его функцию в процессе построения Нового Казахстана – поговорили с казахстанском политологом Замиром Каражановым.

– По замыслу президента Казахстана, курултай «продолжит работу Национального совета общественного доверия на общенациональном уровне». Что это означает на практике, каким будет этот новый общественный институт?
– Важно начать с того, что курултай – своеобразная идея фикс в Казахстане. Еще в период степной демократии в Средневековье курултай являлся собранием, схожим по функциям с народным вече, где собирались главы племен и обсуждались важные вопросы государства.

Естественно, в условиях представительной демократии абсолютно не приходится говорить о курултае как дееспособном институте. По крайней мере пока мы не знаем, кто и как туда будет избираться, какие функции выполнять.

Тот же Национальный совет общественного доверия при Президенте Республики Казахстан имел более понятную концепцию. В спорных для себя моментах глава государства советовался с Национальным советом, после этого принимался указ, – абсолютно легитимная схема.

– А что же тогда с форматом курултая, в чем его особенность?

– Как институт курултай существовал в период Казахского ханства. В годы независимости появился такой формат, как Всемирный Курултай казахов. Тогда у него была функция по поддержанию связи с зарубежными соотечественниками, а если проще – по репатриации казахов на родину.

Сейчас же курултаем хотят назвать инструмент для преобразований в стране. Его использование как политического института вызывает много вопросов.

Пока неясно, какие требования будут для избирателей, кто будет избираться, как будут приниматься решения. Но изменения, конечно, надо проводить. Просто сейчас руководствуются тем, что чем больше в этот процесс вовлечено людей, тем более эффективно будут проводиться реформы.

По моему мнению, к более демократичному способу реформ можно было бы прийти через изменения в законодательстве Казахстана. Например, принять законы о неправительственных организациях, партиях, парламенте. Тогда каждый гражданин, заинтересованный в каком-либо развитии, получит право участвовать в политической жизни через партии, СМИ и другие органы. В свою очередь, курултай – это при любом раскладе ограниченный круг людей.

– Несмотря на успешную работу Национального совета, президент Казахстана решил заменить его курултаем. Почему так произошло?

– По моему мнению, одной из проблем для НСОД стала его легитимизация. Именно поэтому в рамках курултая планируется более широкий состав представителей.

Но я бы не сказал, что форма Национального совета изжила себя. Мне бы хотелось, чтобы подобные институты при президенте продолжали работать. Ведь прямой контакт с первым лицом со стороны того же НСОД – инструмент, позволяющий снизить влияние на власти олигархических финансовых кругов.

Президент сейчас хочет заручиться более широкой поддержкой в своих реформах, услышать больше голосов. Поэтому, как раньше таковым был НСОД, так и сейчас курултай останется совещательным органом.

Точно мы сможем обозначить окончательную форму нового института после выхода официального указа, пока – это лишь мои предположения.

– Также президент Казахстана в своем заявлении объяснил выбор в пользу Национального Курултая возрождением «традиции Великой степи, заложившей основы общенационального единства». Как возврат к традициям сочетается с идеологемами Нового Казахстана?

– Здесь речь идет не о традициях, а об институтах степной демократии. Сейчас вспомнили понятное для народа название «курултай» и используют его для наименования нового общественного института.

Степная демократия казахского ханства и современный Казахстан – разные вещи. Да, конечно, в ханстве были элементы демократии. У нас ханов выбирали из ограниченного количества людей, а не по прямому родству.

Однако сегодня Казахстан живет в условиях представительной демократии. Мы не можем прибегать к историческим традициям в XXI веке.

Идея курултая станет попыткой объединить под одной крышей всю казахстанскую элиту. Тех, кто добился наибольшего признания в разных сферах деятельности. Будут приглашать журналистов, лидеров казахстанских диаспор, культурную и рабочую интеллигенцию. Люди смогут там высказать мнение или свои предложения по реформам.

– Попытка узаконить формат курултая уже предпринимался в Кыргызстане. Однако к данному моменту реформа так и не реализована, и в целом как будто тормозится. Опыт соседей не брался в расчет?

– Вопрос не в курултае, а в проблеме реализации реформ, которая актуальна практически для всего постсоветского пространства.

В той же Украине и Грузии схоже говорили об изменениях, но, в конце концов, мы увидели разные результаты. Дело вовсе не в декларациях и обещаниях, а в целях и задачах, которые преследуют государства. Например, в той же Грузии меняли законодательство о партиях, СМИ, повышали ответственность правительства перед парламентом, работали над созданием независимой судебной системы. При таком комплексе реформ, определенно, можно было ожидать перемен.

Если разводить демагогию, то проблемы так и останутся, как в том же Кыргызстане и Украине.

Проблема реформ всегда упирается в изменение основных институтов, действующих в обществе, повышение их эффективности и создание дееспособной системы разделения властей. Когда в Казахстане будут маркеры таких реформ по ключевым направлениям, тогда можно будет точно утверждать, в какую сторону пойдут перемены и какой будет от них эффект.

10 апр. 22

Источник — ia-centr.ru

Ак калпак — древний кыргызский головной убор, который до сих пор очень популярен

Мужчины ходят в калпаках на работу, на тои и просто так. В качестве подарка ак калпаки получают почетные гости, в том числе иностранные, и виновники семейных торжеств. Особенно много мужчин в этих головных уборах появляется на улицах 5 марта, когда в Кыргызстане отмечается День ак калпака (с 2011 года).Выглядит калпак просто, но удобство его формы проверено веками. Он защищает от дождя и от палящего солнца.Все об ак калпаке — в инфографике Sputnik Кыргызстан.

• Ак калпак — головной убор кыргызских мужчин. Что нужно о нем знать — 05.03.2018, Sputnik Кыргызстан

Проект нового конституционного закона предполагает резкий переход в ряде сфер только на государственный кыргызский язык. При этом в нем нет пункта о том, что в стране «не допускается ущемление прав и свобод граждан по признаку незнания государственного или официального языка». Контролировать внедрение и развитие языка на местах обяжут специальных сотрудников.

«Язык титульного народа»: Как Кыргызстан меняет закон «О языке»
О том, что правительство республики и Нацкомиссия по госязыку в ближайшее время будет создавать новую редакцию закона «О государственном языке», публично не объявлялось. Широких обсуждений того, как должен выглядеть немаловажный для страны закон, тоже не было. Не было законопроекта и на сайте Нацкомиссии по госязыку (до того момента, пока журналисты одного из местных СМИ «Кундеми» не обратились туда с вопросом по этому поводу). Проект был опубликован только на малопопулярном портале общественного обсуждения проектов НПА «Коом талкуу», и только после реакции журналистов появился на сайте Нацкомиссии за шесть дней до конца общественного обсуждения. По данным «Коом Талкуу», 22 ноября завершилось общественное обсуждение проекта, и уже 29 ноября он должен будет пройти дальше: в парламент.

Вероятнее всего, проект конституционного закона «О государственном языке» станет одним из первых, что рассмотрит новый седьмой созыв Жогорку Кенеша. Но уже сейчас документ вызывает беспокойство у общественности и ряда политиков. Если кратко, то отличается значительно: ряд положений и формулировок был удален и заменен новыми, вызывающими вопросы. Проект предполагает резкий переход в ряде сфер только на государственный кыргызский язык – почти что без использования в них официального русского языка и без особой поддержки государства. При этом указывается, что закон «не требует финансирования» и «не затрагивает предпринимательскую деятельность». «МК-Азия» проанализировал проект конституционного закона от Нацкомиссии по госязыку, и выяснил, чем он отличается от действующего сейчас закона «О государственном языке».

Титульное население и титульный народ

Вопросы начинаются еще с пункта «Цель проекта НПА». В недавно принятой Конституции, которую президент Садыр Жапаров подписал 5 мая 2021 года, «народ Кыргызстана составляют граждане всех этносов Кыргызской Республики». В проекте закона же фигурирует определение «титульности» народа, априори способное послужить разделению общественности.

«Кыргызский язык – это язык титульного населения независимой Кыргызской Республики и один из древнейших языков, на котором сформированы выдающиеся культурные ценности. Установление статуса кыргызского языка как государственного в Конституции и определение предлагаемым проектом конституционного Закона порядка его широкого и полноценного применения в качестве государственного во всех сферах государственной и общественной жизни обеспечивает основу сохранения идентичности кыргызского народа и развития национальной культуры, совершенствования языковой политики на соответствующем уровне», – указано в категории «Цель проекта НПА» на сайте «Коом талкуу».

Оно же есть и в преамбуле к проекту конституционного закона.

«Кыргызский язык – это язык титульного народа, образовавшего суверенную Кыргызскую Республику, и один из древних тюркских языков, в котором зародились выдающиеся культурные ценности. Установление в Конституции статуса кыргызского языка как государственного и определение в настоящем конституционном законе порядка его широкого и полноценного применения в качестве государственного языка во всех сферах государственной и общественной жизни создает основу для сохранения идентичности и развития национальной культуры кыргызского народа, совершенствования языковой политики. Настоящий конституционный Закон устанавливает правовые основы функционирования государственного языка Кыргызской Республики, обязанности государства в создании условий для его развития, обеспечивает права граждан Кыргызской Республики на пользование государственным языком Кыргызской Республики», – говорится в ней.

Использование – обязательно

В действующем законе «О госязыке» первая же статья разъясняет, что «кыргызский язык как один из главных основ государственности функционирует в обязательном порядке во всех сферах государственной деятельности и местного самоуправления». Она напоминает, что при этом «в качестве официального языка употребляется русский язык».

«Кыргызская Республика гарантирует представителям всех этносов, образующих народ Кыргызстана, право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития. Не допускается ущемление прав и свобод граждан по признаку незнания государственного или официального языка», – гласит действующий закон.

В новом проекте конституционного закона «запрета» на ущемление прав и свобод по языковому признаку больше нет. Как нет и стабильной «гарантии» на сохранение, изучение и развитие своих языков этносами республики. На смену ей приходят другие формулировки.

«Кыргызская Республика придерживается принципа свободного развития языков представителей всех этносов, проживающих в своей территории. Каждый гражданин Кыргызской Республики имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества», – указывается в проекте.

Появляется понятие «обязательность использования» государственного языка.

«Статус кыргызского языка как государственного языка в Кыргызской Республике обеспечивает обязательность его использования в сферах, определенных настоящим конституционным законом и иными нормативными правовыми актами», – гласит проект закона.

Эта обязательность использования, по мнению авторов, «не должна толковаться как отрицание или умаление права на пользование родными языками этносов Кыргызской Республики, и другими иностранными языками». Кроме того, указывается, что необходимость исполнять законодательство о государственном языке падает не только на кыргызстанцев, но и на иностранцев и лиц без гражданства, которые живут в стране. Такой нормы в действующем законе «О госязыке» нет.

Где обязаны применять только кыргызский язык?

Практически везде, где сейчас одновременно действуют и государственный кыргызский, и официальный русский. Например, сейчас по действующем закону работа органов государственной власти и местного самоуправления, других организаций и учреждений идет на кыргызском, но «в необходимых случаях» может быть и на официальном русском. Проект конституционного закона «необходимых случаев» не видит – рабочий язык только кыргызский. Теперь для общего документооборота и в обязательном порядке у всех.

«В государственных органах и органах местного самоуправления, а также в учреждениях, предприятиях организациях всех форм собственности делопроизводство и документооборот осуществляется на государственном языке, другие языки используются в соответствии с законодательством Кыргызской Республики», – отмечают в проекте.

«Выполняются только на государственном языке» и все интернет-ресурсы, в том числе веб-сайты и веб-страницы в социальных сетях органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений и организаций государственной и всех форм собственности». Эта же норма и для «субъектов хозяйствования, реализующих товары и услуги в Кыргызской Республике и зарегистрированных в Кыргызской Республике». Дублирование на иных языках у бизнеса допускается.

Только на кыргызском по новому закону будут публичные мероприятия (съезды, сессии, конференции, собрания, выставки, семинары, тренинги, дискуссии, форумы, совещания, переговоры и другие мероприятия, организуемые полностью или частично органами государственной власти, органами местного самоуправления, государственными учреждениями и организациями, а также субъектами хозяйствования, владельцами (учредителями, участниками, акционерами) которых является государство или территориальная община). И только «в необходимых случаях» на официальном русском языке. Список таких случаев при этом не прилагается, что создает почву для потенциальных злоупотреблений.

«Это положение не распространяется на мероприятия, организованные специально для иностранцев и/или лиц без гражданства. В случае применения во время публичного мероприятия другого языка, чем государственный, его организатор обязан обеспечить синхронный или последовательный перевод на государственный язык», – отмечают авторы законопроекта.

На кыргызском же обязаны вести все документы и общаться с гражданами республики правоохранители.

«С лицами, не владеющими государственным языком, сотрудник органа правопорядка может общаться на языке, приемлемом для сторон, а также с помощью переводчика», – говорится в проекте.

Все судопроизводство и судебные процессы тоже будет вестись на госязыке. Это же действует и сейчас, но иногда бывает, что процесс ведут частично и на официальном языке. Помощь переводчика предполагается, и она прописана и в проекте конституционного закона. Но уже сейчас от потерпевших и обвиняемых встречаются жалобы на неквалифицированные переводы в судебных делах. Кто будет регулировать качество работы таких переводчиков и достоверность их перевода, непонятно.

В нормативных правовых актах, делопроизводстве и документообороте все документы должны приниматься на кыргызском языке. При этом «в случаях, предусмотренных законодательством, переводятся на официальный язык и публикуются на двух языках». Но не всегда. Если в какой-то части страны будет проживать больше лиц, владеющих госязыком, документы могут приниматься и публиковаться только на нем.

«Допускается принятие нормативных правовых актов представительных органов местного самоуправления исключительно на государственном языке при условии проживания на территории соответствующей административно-территориальной единицы преобладающего числа лиц, владеющих государственным языком, и наличия соответствующего решения представительного органа местного самоуправления», – говорится в проекте.

Так же кыргызский станет «языком музейного дела», «туризма и экскурсий», «культурных, развлекательных и зрелищных мероприятий».

«Применение других языков во время таких мероприятий разрешается при необходимости, а также в случаях обеспечения прав представителей этносов, проживающих в Кыргызской Республике», – говорится в проекте.

Возникает вопрос о том, как быть, например, с театральными постановками или операми не на государственном языке, в какую категорию их отнести. В проекте закона этого нет.

Кто обязан знать и использовать язык?

По действующей редакции закона «О госязыке» читать, писать, излагать свои мысли и уметь публично выступать на нем обязаны президент, спикер, глава кабмина, Верховного суда, и еще ряд лиц из числа руководителей госорганов и местного самоуправления, а еще некоторые чиновники. Новый законопроект гласит, что «обязаны знать государственный язык в объеме, необходимом для исполнения своих должностных обязанностей (уметь читать, писать, излагать свои мысли и публично выступать на государственном языке)» и «применять его при исполнении служебных обязанностей» обязаны двенадцать категорий лиц. Это:

– государственные и муниципальные служащие, перечень которых установлен в Реестре государственных и муниципальных должностей Кыргызской Республики;

– депутаты Жогорку Кенеша и депутаты местных кенешей;

– служащие Национального банка;

– средний и высший состав органов внутренних дел и других правоохранительных органов, должностные лица других органов, которым присваиваются специальные звания, а также их офицерский, рядовой, сержантский и старшинский состав;

– прокуроры, адвокаты, нотариусы;

– руководители учебных заведений всех форм собственности;

– руководители учебных заведений всех форм собственности;

– педагогические, научно-педагогические и научные работники, кроме иностранцев или лиц без гражданства, которые приглашены в учреждения образования и/или научных учреждений и работают на временной основе как научные, педагогические, научно-педагогические работники или преподаватели иностранного языка;

– медицинские работники государственных и муниципальных учреждений здравоохранения;

– прочие должностные и служебные лица предприятий, учреждений и организаций государственной и муниципальной форм собственности (кроме тех, что не граждане Кыргызстана).

И это только начало: проект закона утверждает, что в республике потом «могут устанавливаться аналогичные требования для иных граждан Кыргызской Республики», а также для «иностранных граждан и лиц без гражданства, имеющих намерение приобрести гражданство Кыргызской Республики или прибывающих для постоянного проживания в Кыргызскую Республику».

Требования к уровню владения языком установит законодательство и акты кабмина.

«Уровень владения государственным языком удостоверяется государственным сертификатом об уровне владения государственным языком, который выдается уполномоченным органом по государственному языку и языковой политике», – говорится в проекте конституционного закона.

Что за «уполномоченный орган» – опять же не указано. При этом не указано и то, какие меры будут предприняты к тем, кто язык знает не в той мере, что предписана по должности: штрафы, увольнение, принудительные курсы за свой счет или что-то еще. Такая неопределенность тоже может быть почвой для злоупотреблений.

Кыргызский и русский языки в СМИ

Сейчас телеканалы и радиостанции должны выдавать в эфир не менее 50% контента на кыргызском языке. По новому проекту, его должно быть не менее 70%: это и уникальные передачи, и переводные киноленты, и иной контент. К слову, такое же положение о 70% на госязыке содержится и в новой Концепции информационной политики. Медиасообщество при разработке Концепции говорило, что без помощи государства выполнить такое требование будет трудно: нужны ресурсы, дотации и госзаказ. Но тем не менее в проекте конституционного закона есть только требование увеличить количество контента, упоминаний о том, как государство намерено помочь СМИ в развитии языка, нет.

У печатных и онлайн-СМИ пока ситуация полегче. Печатные СМИ по проекту закона «издаются на государственном языке, на официальном языке и на других языках». Но онлайн-СМИ должны обзавестись кыргызоязычной версией.

«Наряду с версией интернет-ресурса на государственном языке, могут существовать версии на других языках. Версия интернет-ресурса на государственном языке должен иметь не менее по объему и содержанию информации, чем иноязычные версии […] Все мобильные приложения СМИ и субъектов хозяйствования, реализующих товары и услуги в Кыргызской Республике и зарегистрированных в Кыргызской Республике, должны иметь версию пользовательского интерфейса на государственном языке», – гласит проект конституционного закона.

Все расходы и СМИ, и бизнес должны нести за свой счет. Но при этом разработчики считают, что проект закона «не затрагивает предпринимательскую деятельность».

Спецсотрудники для контроля

Для того, чтобы содействовать «применению и функционированию кыргызского языка как государственного и исполнения конституционного закона о государственном языке» во всех госорганах, органах местного самоуправления, учреждениях, предприятиях и организациях государственной формы собственности должен появиться отдельный специальный сотрудник (или ряд сотрудников, если коллектив большой). В обязанности такой штатной единицы будут входить «развитие государственного языка и проведение лингвистической экспертизы документов на государственном языке».

Такие сотрудники будут мониторить, как та или иная организация выполняет законы о госязыке и государственные целевые программы обеспечения развития и функционирования кыргызского языка как государственного. А еще разрабатывать и вносить свои предложения о том, как сделать более эффективной «защиту, развитие и функционирование государственного языка в своих сферах деятельности».

В законопроекте не говорится, куда эти отдельные сотрудники будут подавать свои предложения и где в республике найдется столько квалифицированных лингвистов, которые смогут заняться документооборотом.

Возможны новый алфавит и переименования

Сейчас по закону «во всех сферах применения государственного языка соблюдаются действующие нормы кыргызского литературного языка». А за алфавит и орфографические правила отвечает Жогорку Кенеш. Новый проект закона обязывает парламент утверждать «алфавит кыргызского литературного языка и правила орфоэпии, орфографии» и подчеркивает, что везде, где применяется госязык, нужно соблюдать «орфоэпические, орфографические, стилистические, грамматические нормы кыргызского литературного языка».

Части терминов и понятий в современном кыргызском языке пока не существует, о чем говорили неоднократно филологи и научные деятели как об одной из проблем, которая мешает развитию кыргызского языка. Для ее решения новый законопроект предлагает создать «терминологическую комиссию». Она займется разработкой, унификацией и утверждением «терминов кыргызского языка, касающихся социально-культурной, политической и экономической жизни, различных отраслей науки и технологий».

Еще одна комиссия, ономастическая, займется предложениями «по уточнению и изменению наименований населенных пунктов, аэропортов, железнодорожных станций, автовокзалов, улиц, физико-географических и иных объектов государственной собственности». Специалисты по ономастике будут вносить и предложения «по восстановлению и сохранению исторических названий, как составную часть историко-культурного наследия Кыргызской Республики, по формированию единых методов при наименовании и переименовании административно-территориальных единиц».

Елена Короткова
24.11.21

Источник — mk.kg

Профессор Дженгиз Томар прокомментировал «Концепцию тюркского мира до 2040 года», принятую по итогам стамбульского саммита

Prof. Dr. Cengiz Tomar, Elmira Ekberova   |19.11.2021

АНКАРА

На 8-м саммите Тюркского совета, организованном 12 ноября в Стамбуле, были предприняты важные шаги в направлении укрепления единства и солидарности тюркского мира. Вторым наиболее значимым из этих шагов после изменения названия структуры на Организацию тюркских государств стало принятие «Концепции тюркского мира до 2040 года».

Об этом профессор Дженгиз Томар сказал агентству «Анадолу», комментируя «Концепцию тюркского мира до 2040 года», принятую по итогам стамбульского саммита.

Профессор считает, что для претворения в жизнь жизненно важных решений необходимо принять дорожную карту, и в данном случае такой дорожной картой стала «Концепция тюркского мира до 2040 года».

Если странам удастся реализовать до 2040 года детальную концепцию, охватывающую все сферы жизни, будет достигнута интеграция тюркского мира, отметил он.

По мнению Томара, документ, о котором идет речь, содержит пункты, которые обеспечат сотрудничество и единство тюркского мира во всех сферах.

«Основная цель концепции – это создание процветающих обществ в тюркских государствах. В то же время этот документ выходит за рамки экономической интеграции, так как в нем особое внимание уделяется различным областям правильного управления, таким как поддержка экономических и социальных реформ, верховенство закона, инклюзивные структуры, прозрачность, эффективность, гендерное равенство, подотчетность и борьба с коррупцией», — сказал профессор.

Между тем экономическая интеграция составляет наиболее весомую часть концепции, подчеркнул собеседник АА.

Томар отметил, что пункт документа, касающийся превращения государств-членов в сильную региональную экономическую группу, соединяющую торговые коридоры Восток, Запад-Север и Юг для содействия региональной и глобальной экономической стабильности, отражает главную цель Организации тюркских государств в сфере экономики.

По мнению профессора, поддержка данного потенциала тюркских государств, обладающих богатым историческим и культурным наследием, посредством совместных туристических проектов и Шелкового пути, может стать одной из основных движущих сил организации с экономической точки зрения.

Томар отметил, что в настоящее время больше всего проблем в тюркском мире наблюдается в транспортной и таможенной сферах.

«В СМИ часто появляются сообщения о том, что проблемы возникают из-за различий в законодательстве и практике государств — членов организации в области транспортных, транзитных и таможенных процедур. Именно в этом контексте, «Концепция тюркского мира до 2040 года» открывает существенные возможности. В частности, предусматривается устранение экономических преград на пути торговли через коридоры Восток-Запад через Каспийское море. Государства-члены призывают к интеграции своих цепей поставок в «Тюркский коридор», где таможенные процедуры при пересечении границ будут упрощены и гармонизированы», — добавил Томар.

АНАЛИТИКА — Исторический поворотный момент: «Концепция тюркского мира до 2040 года» (aa.com.tr)

Журнал «Хан-Тенгри» поговорил с  лауреатом «Русской премии», писателем Алексеем Торком. 

Алексей Торк (Алишер Ниязов) родился в 1970 году в Таджикистане. С 1996 по 1999 год был корреспондентом ИТАР—ТАСС в Кыргызстане. В 2000 году работал спецкором программы «Вместе» (канал ОРТ), потом корреспондентом агентства РИА Новости в Кыргызстане и Казахстане. Освещал военные конфликты в Таджикистане и на юге Кыргызстана.

Литературным творчеством начал заниматься в 2000 году. По рассказу «Пенсия» был поставлен спектакль под названием «Тутиш» во МХАТе (первая премьера 110-го театрального сезона МХАТа на Малой сцене). Лауреат «Русской премии» за сборник рассказов «Фархад и Ширин» (2010).

Живёт в Бишкеке.

— Алексей, сейчас вы живёте в Киргизии, а до этого жили в Таджикистане, Казахстане, России. У вас зоркий писательский глаз, в качестве корреспондента крупнейших информационных агентств вы побывали во многих горячих точках региона. То есть – много видели, много знаете, много думали. С большим интересом читаю ваши посты в Фейсбуке – там много точных наблюдений и выводов о взаимоотношениях стран региона с Россией, которая «пришла незвана, ушла негнана…»  

— Камол Абдуллаев, таджикский историк. Это он так гениально выразился… 

— И был очень любопытный пост о джажидизме – о том, что первые «обновленцы»-мусульмане были отчаянные русофилы… 

— Да, были тут определенный споры. Возможно, люди не очень хорошо знают основоположников джадидизма. Например, Исмаила Гаспринского, крымско-татарского деятеля, который не просто предусматривал, он закладывал русофилию – или что-то похожее на неё – в концепцию джадидизма. Он сын российского офицера, основоположник мусульманского обновленчества, модернизма. В программных работах он утверждал, что его видение обновления  –  сближение русского народа с российскими мусульманами. В своей крымско-татарской газете «Переводчикъ-Терджиман» он писал, что «будущая Россия – это христианско-исламская держава».  Гаспринский считал, что «русский народ по складу своего характера, традициям и свойствам глубинным, миролюбию, гораздо ближе к Востоку». И заключал: «В интересах российских тюрок – стремиться к нравственному обрусению». 

Ей-богу, и Победоносцев бы зарделся, прочитав это.  

Конечно, джадидизм, был неоднородным. Это достаточно рыхлое образование в котором существовала и  протурецкая партия, особенно начиная с Первой мировой войны. Но была четко очерчена и русофильская партия достаточно серьезная, в особенности в среде творческой среднеазиатской интеллигенции. Имен много. Всех не назвать.  Это Хамза Ниязи. Кто-то помнит его по советскому сериалу «Огненные дороги». Это Фуркат. Первоклассный кокандский поэт, я его очень люблю. Он был еще  предджадидом – модернистом, обновленцем, действовавшим еще до Исмаила Гаспринского. Воспевал Россию просто с отчаянной прямотой: «Меня корят, что мой не сдержан пыл, что я Россию слишком расхвалил. Нет, я не лгу, ее бойцов хваля, об их отваге знает вся земля». 

 Тут и Садриддин Айни, отец таджикского романа. Как известно, восток славен стихами, но у него были проблемы с прозой. 

Да, устод (мастер) в большей мере являлся «просоветским» интеллигентом, но тут надо понимать, что для  туркестанцев той поры – да и для всех пор —  все советское –  это  в большей степени русское. 

Русофилом был Абай – первый и главный казахский мыслитель, кстати, почему-то не очень оцененный в России. Его «Книга назиданий» – чудесная книга. Абай, как известно, переводчик Пушкина, семи, по-моему, глав из «Евгения Онегина».  Он выходец из знатного казахского рода. Он прославлял «свет с севера». Везде и повсюду. Среди современников – «полудиких», выражаясь небрежным языком русской колониальной администрации, казахских племен. Говоря о Казахстане, конечно, надо вспомнить культового в этой стране Чокана Валиханова, русского офицера, знакомца Федора Достоевского, неистового русофила… Одни его предложения властям  об переустройстве Туркестана чего стоят…

Да, туркестанская интеллигенция была русофильской. Как правило. Конечно, можно найти и обратные примеры, их достаточно.  Но мы говорим о больших величинах.  

— Вы сказали, что в основном это творческая интеллигенция, она больше была русофильской. Можно ли сказать, что это именно влияние русской культуры?

— Абсолютно, в первую очередь. 

– То есть можно констатировать, что среди всех продуктов и технологий сближения русская культура оказалась самым эффективным продуктом?

— Ключом, да.  Это тот ключ, которым Россия, собственно, не только Туркестан открыла, но и весь мир. Мы это хорошо знаем. Были жестокости,  колониальные походы в регион. Классика общемирового колониального XIX века.   Но вслед за военными явились Чайковский и Пушкин. Второе оказалось куда эффективней. Средняя Азия, кстати, уже это проходила, в случае с походом в регион Александра Македонского. Военных греков тогда сменил Гомер и греко-бактрийские образования. Возник известный греко-бактрийский культурный феномен. Этот же феномен, «русско-туркестанский», мы и наблюдали и, отчасти, наблюдаем сейчас.  

— Джадиды, насколько мне известно, поначалу довольно охотно сотрудничали с советской властью. Потом наступило некоторое…

— … Расхождение. Оно было неизбежно. Джадиды — ставшие советскими чиновниками — попали бы под каток, в любом случае. Уцелели только сверхосторожные люди, как упомянутый мной Садриддин Айни. Устод – «учитель» по-таджикски – был чрезвычайно осторожен и скрытен. Но многие, такие как крупный советский деятель Файзулла Ходжаев, бывший джадид, младобухарец, попали под репрессии. Увернулись немногие. Конечно, «национализм», который в любом случае был им присущ, расходился с советскими установками. Это был неизбежный стык.

— Вы сейчас живете, как я понимаю, в Киргизии. Есть ли какие-либо нюансы по отношению к русской культуре в Киргизии, Казахстане и Таджикистане?

— Сложно изменять степень русскоориентированности. Но и Казахстан, и Киргизия –  страны кочевнической культуры и психологии. И до последних пор не очень сильно затронутые исламом. Сейчас процесс идет, страны отчасти исламизируются, но в любом случае не так, как, условно, Ферганская долина либо территория Таджикистана – территория древнего развитого ислама. Здесь, да, существуют определенные отличия. Таджикистан и вообще все области исторического ислама – более «в себе», более самодостаточны, в идеологическом смысле, я бы так сказал. Они менее «привязаны» к России по ряду ценностных и культурных установок. 

 Казахстан и Киргизия,  в этом смысле, как кочевники, более пластичны, они природные обновленцы, модернисты,  они прекрасные ученики, которые сходу хватают все новое, завтрашнее. Россия некогда генерировала новые смыслы. Они их охотно воспринимали.  Они больше нуждались в ней. Так было. Теперь этого не хватает не только нам, но и самой России. Я имею в виду генерацию новых смыслов. 

— Я даже заметил, что казахи и киргизы намного лучше говорят по-русски, чем таджики… 

—  Лучше.  И быстрее адаптируются в России.  Читал давно смешной случай. Какой-то таджикский историк, или политолог, не помню, жаловался на ущемление таджиков в какой-то крупной московской компании, занимающейся, кажется, торговлей. Мол, на многих менеджерских должностях там набрали киргизов в ущерб таджикам, тоже работающих там. Кажется, историк видел в этом какой-то заговор. Мол, почему киргизы? которые только недавно вообще столкнулись с торговлей, в то время как таджики, по его словам, славны своим торговым прошлым, начиная с легендарных согдийских купцов. 

Легендарно предприимчивые согдийцы были. Но сейчас 2021 год. И сейчас, на этом этапе, киргизы и казахи более адаптивны, в России и везде. На этом этапе, подчеркну. Ни капли не сомневаюсь в талантах таджикистанцев.    

— Интересный взгляд. Что представляет собой в этом смысле, скажем, Бишкек? Там много русских школ?

— Полно. Я бы сказал, что преимущественно русские школы и существуют.

— Это именно Бишкек? 

— И в других крупных городах – тоже. На юге меньше. А Бишкек весь обстроен школами с русским языком обучения. Я отец четверых детей. У меня дети учились и продолжают учиться в разных школах Бишкека. Везде одна и та же ситуация. Подавляющее преимущество русского языка. И русско-советских систем обучения. Все школьные мероприятия, утренники ведутся на русском. Все сюжеты из русских сказок,  и это, заметьте, при организации киргизских педагогов. Вообще, бишкекские дети – я говорю о столице – узнают о Репке раньше, чем о царевне Айнек. Кому-то это не нравится. Патриотически мыслящей прослойке. Их можно понять. Но таков сегодня киргизский выбор. Русский язык в стране имеет статус официального. 

Межнацбраки.  В последние годы я заметил тенденцию – она пока не изучена, не отрефлексирована, но замечаема многими: наблюдается резко возросшее число межнацбраков. По русско-киргизской линии. Я просто вижу это. В СССР межнацбраки  в основном проходили по линии мужчина – киргиз, женщина – русская, ну, «европейка», грубо говоря. Так было везде в национальных республиках. Я сам – продукт этой линии. А сейчас, в Кыргызстане, браки идут по линии «русский – азиатка». Это любопытно.  С чем связана эта тенденция – не знаю. 

— Будем полагать, что с красотой местных девушек. А приходят турецкие, китайские школы?..

— Да, но ограничено. Турецкие, впрочем, пользуются популярностью. Но самые ходовые  – это, конечно, «европейские», существующие под различными брендами — «Американская школа», «Оксфордская школа» и т.д. и т.п. Это – мечта киргизской молодежи.  Она вестернизирована. Практически более чем полностью. Мыслями  она на Западе. С ним связаны все установки и мечты. 

Скажу больше, мои собственные дети при папе, который с утра до вечера пропагандирует им, условно, Пушкина и Ивана Павлова, тоже вестернизированы, судя по плейлистам, электронных книжкам.  И я только за. Конечно.  Это здорово. Но я хотел бы, чтобы там присутствовал и, условно, Пушкин.  Пока они достаточно равнодушно меня в этом смысле воспринимают.  И я понимаю причину, выше о ней говорил. Россия перестала быть привлекательной для молодежи ЦА-региона. Увы.  

— То есть русскоориентированные – это старшее и среднее поколения?

—  В основном, да. 

— Скажите, пожалуйста, Алексей, кто к нам едет в Россию? Я имею в виду трудовую миграцию. Это из Бишкека едут или больше из районов?

— В основном из районов. Бишкек сидит в офисах и на удаленной работе на какие-то IT-компании и прочие компании. Едут из глубинки.  Преимущественно из южных районов. То есть, север Киргизии как-то меньше подвержен миграционным процессам. В основном это южные области: Джалал-Абадская, Ошская, Баткенская. В основном оттуда.

— В количественном выражении это примерно сколько человек? 

— Посчитать трудно. Есть официальные цифры. Речь, кажется, о миллионе.    

— И с чем они возвращаются? 

— Кто-то с обидами. Мы знаем ситуацию. Киргизы достаточно чувствительный и обидчивый народ. Их окружает неважная атмосфера: поборы силовиков, оскорбления радикалов и так далее. Всяко бывает, хотя они честно пашут. Да, получают неплохие деньги. Но деньгами не всё измеряется. Вернее, деньгами ничего не измеряется.  Конечно, многое они пытаются пропустить мимо ушей. Хотя что-то оседает. 

Но основная часть всё понимает. Россия сама в проблемах, она взвинчена. 

И это, вновь, подчеркну, связано только с одним. Элита перестала генерировать смыслы. Без смыслов же и забора толком  не построить. Так  Россия устроена.  

— У нас говорят – Россия ушла из Средней Азии, зато Средняя Азия пришла к нам…

— Естественное явление. Индия и Пакистан пришли в Лондон. Арабы и Магриб пришли в Париж. Средняя Азия пришла в Москву, в метрополию.  Очевидный общемировой процесс. Они должны были прийти. И пришли.

— Да, тут трудно не согласиться. И долгосрочный эффект от этого массового сближения ещё не просчитан. У Вас есть какой-то прогноз по развитию отношений России со странами Средней Азии? 

— По тому, что я вижу, это неторопливое, вялое отплывание друг от друга. С соблюдением всех политесов, всех церемоний восточной вежливости. Потому что – что нас соединяло? Две случившиеся истории — колониальный поход Российской Империи XIX века, и советский проект. Та и другая история – закончились. Мы отплываем друг от друга. 

Завтрашних проектов пока не вижу. В евразийство, в особый «евразийский код», который, нас, якобы, будет связывать всегда, я не верю, и вообще очень скептически отношусь к евразийству, со всем его антизападничеством и подспудной мистикой. Теория продолжает оставаться  рыхлой и темной – лично для меня. При том, что я сам являюсь «ходячей Евразией», как имеющий среди предков русских, волжских булгар и монголов племени «дурмен». Мое личное евразийство –  ситуационное, прикладное. Да, нас свела степь, тюрко-монголы, нас свел Чингиз. Позже степь передала функцию управления все этой территории Батыеву улусу, то есть Руси. Да, мы вместе прожили очень долго. Мы слежались.  Вот тут и начинается мое евразийство. На этом «слежавшемся» пространстве, от Благовещенска до Пянджа, можно построить что-то одинаково  хорошее, утвердить общие ценности,  сделать какие-то недобродетели одинаково порицаемыми.  Мы могли бы это сделать. Может быть, мы это ещё  сделаем. Я пока не вижу, за счет чего, правда. Но я же, извините за выражение, писатель, я верю в историческое чудо. 

 Алексей Торк: «Казахи и киргизы – природные обновленцы, они сходу хватают всё новое…» (ia-centr.ru)

27 октября 2021, Бишкек, Тамерлан ИБРАИМОВ специально для 24.kg
Год правления Садыра Жапарова. Если слушать подхалимов, то получишь грабли

23 октября Садыр Жапаров дал свою первую большую пресс-конференцию в статусе полноправного главы государства. Он подвел итоги прошедших с октябрьских событий двенадцати месяцев и, судя по риторике, считает, что после смены власти жизнь в стране заметно улучшается.

Директор Центра политико-правовых исследований Тамерлан Ибраимов тоже подвел итоги первого года правления Садыра Жапарова и рассказал о них 24.kg.

А что в реальности
— Прошел год, как в Кыргызстане сменилась власть. За это время Садыр Жапаров поменял уже третий состав правительства.

Запущена волна нескончаемых бюрократических перестановок, а также массового изменения законодательства, включая Конституцию. Однако реальных результатов, влияющих на улучшение жизни людей, пока немного.

Темпы роста цен практически на все в Кыргызстане опережают среднемировые и являются одними из самых высоких в странах СНГ. Объективно население страны стало беднее, чем два года назад.

Справедливости ради надо отметить, что не только Кыргызстан пострадал за последнее время. Весь мир находится в кризисе. Однако в нашей стране этот процесс идет особенно болезненно.

Экономика в Кыргызстане восстанавливается самыми медленными темпами в регионе. Для сравнения, темпы роста экономик в 2021 году: Таджикистан — 8,7 процента, Узбекистан — 6,3 процента, Казахстан — 3,4 процента, Кыргызстан — 0,1 процента.

Поэтому решение проблем и проведение реформ у нас должно идти гораздо быстрее, чем есть сейчас.

ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ
О чем говорил президент с журналистами. Самые яркие моменты
Пока же из очевидных результатов работы правительства можно отметить, пожалуй, только два — Кумтор и кустуризацию.

Оба эти направления предполагают процесс отъема. Забирать всегда легче, чем создавать новое. В первом случае забрали рудник у канадцев, во втором — отнимают деньги у предполагаемых олигархов и коррупционеров.

Пишу «предполагаемых» коррупционеров, потому что за редким исключением судебных решений по ним пока нет, а все делается на уровне «сознался, заплатил, отпустили».

Кумтор, будущее которого неясно
По Кумтору сейчас трудно прогнозировать, чем все закончится. Сложно сказать, что в конечном итоге получит Кыргызстан — большой объем дополнительных финансовых вливаний или развал рудника и многомиллионные штрафы.

Есть еще и третий вариант — новые договоренности по разделению долей на руднике.

Насколько это будет выгодно Кыргызстану и что получит от этого народ, пока также сложно сказать. Есть вероятность, что споры затянутся на годы.

Пока же можно констатировать, что надежды на то, что если забрать Кумтор, то он один прокормит всю страну, уже не столь привлекательны даже для самых наивных обывателей.

Кустуризация и индульгенция
Процесс кустуризации поразительно напоминает индульгенцию. Если кто не помнит, то несколько веков назад римско-католическая церковь широко практиковала отпущение грехов за оплату.

Впервые индульгенция появилась в XI веке, и со временем некоторые сметливые служители церкви стали фактически торговать индульгенциями за деньги, продавая их направо и налево, ориентируясь только на толщину кошелька грешника.

Существует даже средневековая легенда, по которой однажды к доминиканскому монаху и инквизитору Иоганну Тецелю обратился аристократ с просьбой простить ему грех, который еще не совершен, но произойдет в ближайшем будущем. Тот согласился при условии, если за это заплатят немедленно. Аристократ заплатил, но когда Тецель выехал из города, тот догнал его и жестоко избил, сказав монаху, что именно этот грех он и имел в виду.

Злоупотребление индульгенциями вызывало резкое неприятие у большинства людей, но вполне терпимо воспринималось частью клерикальной элиты и теми, кто имел возможность «искупить» свои многочисленные грехи за банальный денежный откуп.

Практику выдачи индульгенций отменили в Европе в средние века. Процесс кустуризации в Кыргызстане пока продолжается.

Видимый эффект
Следует отметить, что практически единственный видимый эффект от захвата Кумтора и кустуризации — это эмоциональный всплеск «торжества справедливости», которым охвачена определенная часть населения.

Однако нельзя долгое время опираться только на эмоции. Нужны ощутимые показатели.

Более того, если кустуризация и дальше будет вызывать вопросы по законности, то ощущение справедливости этого процесса также будет под большим вопросом. Все это вскоре может дать обратный эффект, который крайне негативно скажется на имидже и авторитете власти.

Времени всегда мало
Следует отметить, что пока у Садыра Жапарова остается относительно широкая поддержка населения. Есть социальный запрос и на кардинальные изменения. Таким образом, сегодняшнее положение в стране пока еще благоприятно для проведения реформ. Но учитывая, что реформы бывают разными, и в том числе болезненными, то разочарование населения и сужение социальной поддержки может быстро уменьшать окно возможностей для реформ.

Поэтому нужны ощутимые, а не выдуманные результаты работы правительства по различным вызовам. Условно их можно поделить на пять направлений:

экономическое;
технологическое;
институциональное;
геополитическое;
эпидемиологическое и связанное с другими катастрофами.
По каждому из этих направлений нужны ясные и конкретные планы, а главное — практические работы.

Современная политическая история Кыргызстана показывает, что времени на проведение реформ всегда мало и заканчивается оно почему-то в самый неожиданный для власти момент.

Неадекватная оценка ситуации, почивание на обманчивых лаврах, склонность слушать подхалимов и желание избавиться от альтернативного мнения обычно приводили к плачевному результату.

У правительства Садыра Жапарова пошел второй год работы. По меркам Кыргызстана это немало. Остается надеяться, что власть хорошо понимает сложность стоящих задач, необходимость их энергичного решения, а главное то, как их решать.

Источник — 24.kg

Фестиваль продлится до 25 сентября и будет сопровождаться концертами и национальными играми

Aynur Asgarli   |23.09.2021

БИШКЕК

В Бишкеке стартовал VI Международный фестиваль эпосов мира, посвященный 30-летию независимости Кыргызской Республики и 160-летию великого поэта Тоголок Молдо, передает ИА «Кабар» со ссылкой на пресс-службу Кабмина страны.

Фестиваль был тщательно разработан в целях укрепления самопознания нации, продвижения и обновления эпического наследия на глобальном уровне.

Заместитель председателя кабмина Жылдыз Бакашова выступила с приветственным словом на круглом столе «Эпос «Манас» в мировой культуре: наука, искусство, литература».

«В то время как поток глобализации попирает многие ценности и угрожает исчезновением многих наций, одной из благородных задач нынешнего поколения является сохранение и поддержание национальной самобытности», — сказала Бакашова.

Фестиваль продлится до 25 сентября и будет сопровождаться концертами и национальными играми. В мероприятии принимают участие представители более 20 стран мира.

Первый международный фестиваль эпосов мира был проведен в 2006 году как один из новаторских способов сохранения всемирного эпического наследия.

В Кыргызстане проходит VI Международный фестиваль эпосов мира (aa.com.tr)

Среди экспонатов музея имеется также памятник Мустафе Кемалю Ататюрка, основателю Турецкой Республики

Nazir Aliyev Tayfur, Ülviyya Amuyeva  

ЧОЛПОН-АТА

❮❯

Музей под открытым небом «Рух Ордо»: путешествие в историю Кыргызстана

Культурный центр «Рух Ордо» им. Чингиза Айтматова в городе Чолпон-Ата в Кыргызстане позволяет туристам совершить путешествие в прошлое.

Комплекс занимает территорию площадью 4,5 га на берегу озера Иссык-Куль и привлекает внимание своей уникальной архитектурой.

«Рух Ордо» — одно из мест, где можно получить наиболее полную информацию о культуре и традициях кыргызского народа.

Музей под открытым небом «Рух Ордо» создан в 2002 году, а в 2007 году открылся для посетителей.

С 2008 года носит имя известного кыргызского писателя Чингиза Айтматова.

Музей, в котором собраны самые богатые артефакты о Кыргызстане и кыргызах, является одним из наиболее посещаемых местными и иностранными туристами мест.

Своей необычной архитектурой внимание посетителей привлекают мечеть, православная и католическая церкви, синагога и буддийский храм, которые находятся на одинаковом расстоянии друг от друга.

Все храмы одинакового размера и имеют схожую архитектуру.

Автор идеи и создатель музея — Ташкул Керексизов, кыргызский меценат и бизнесмен, скончавшийся в этом году.

В музее выставлены десятки скульптур и сотни картин

В музее представлены десятки скульптур и сотни картин, бережно передаваемых из поколения в поколение.

Здесь же находится выставочный дом всемирно известного кыргызского писателя Чингиза Айтматова, памятники Айтматову и Саякбаю Каралаеву, известному манасчи (сказитель кыргызского эпоса «Манас»).

На территории музея также расположены кыргызская деревня, где экспонируются традиции и символы кыргызского народа, конгресс-центры, концертные и выставочные площадки, памятники политикам и художникам, вписавшим свои имена в историю.

В музее также есть памятник Мустафе Кемалю Ататюрка, основателю Турецкой Республики.

На озере Иссык-Куль расположен пирс, символизирующий четыре времени года.

Надгробия и балбалы, собранные на Тянь-Шане и в степях, являются культурными ценностями, которые также стоит посмотреть в музее.

Музей под открытым небом, в котором проводятся официальные мероприятия, концерты и международные фестивали, — отличное место для тех, кто хочет совершить духовное и историческое открытие.

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган также посетил музей в ходе визита в Кыргызстан в 2018 году.

А 10 сентября текущего года в комплексе побывал вице-президент Турции Фуат Октай.

«Музей под открытым небом «Рух Ордо» отражает современный Кыргызстан»

Представитель музея Бермет Маматова сказала в беседе с корреспондентом агентства «Анадолу», что основанный в 2002 году музей под открытым небом «Рух Ордо» имени Чингиза Айтматова отражает современный Кыргызстан.

Махматова отметила, что в музее собраны мысли, труды и творения исторических личностей, которым удалось сохранить свои оригинальные идеи, преодолев различные препятствия.

По ее словам, все конструкции в комплексе имеют свое значение.

Две гигантские белые арки в музее демонстрируют кочевой и оседлый статус кыргызского народа, а экспонаты в концертных и выставочных залах знакомят посетителей с культурной жизнью, богатствами, традициями и обычаями кыргызского народа.

«Кыргызский народ – один из древнейших в мире. Он сформировался из 40 различных племен и издавна предпочитал кочевой образ жизни», — отметила собеседница АА.

Музей под открытым небом «Рух Ордо»: путешествие в историю Кыргызстана (aa.com.tr)