Как немецкий барон Унгерн боролся с советской властью и мечтал стать новым Чингисханом

«Сейчас это кажется дикостью»
Как немецкий барон боролся с советской властью и мечтал стать новым Чингисханом

Барон Роман Федорович Унгерн фон Штернберг — загадочный, зловещий и колоритный персонаж Гражданской войны в России. Будучи одним из самых неоднозначных и противоречивых лидеров Белого движения, он активно участвовал в боевых действиях в Забайкалье, а также в Монголии, где недавно в память о нем открыли музей. О его методах ведения войны и лютой жестокости до сих пор ходят легенды. Насколько они правдивы? Действительно ли барон лично избивал своих офицеров и зачем? Кем он был — оболганным героем Гражданской войны в России и Центральной Азии или фанатичным садистом? Чего добивался Унгерн: возрождения в Евразии империи Чингисидов или восстановления в России династии Романовых? Как образ «желтого барона» проник в современную западную массовую культуру? Обо всем этом «Ленте.ру» рассказал доктор исторических наук, профессор Московского педагогического университета (МПГУ) Василий Цветков.

Даурский крестоносец

«Лента.ру»: Бывший командир Унгерна барон Петр Врангель в 1917 году оставил такую его характеристику: «Он живет войной. Это не офицер в общепринятом значении этого слова, ибо он не только совершенно не знает самых элементарных уставов и основных правил службы, но сплошь и рядом грешит и против внешней дисциплины, и против воинского воспитания, — это тип партизана-любителя, охотника-следопыта из романов Майн Рида».

Василий Цветков: Характеристика Врангеля очень точна: Роман Федорович еще во время Первой мировой проявил себя как храбрый и даже отчаянный офицер. Для людей вроде него война — это не просто некий социальный лифт, а единственно приемлемая форма бытия. Подобных персонажей, живущих одной лишь войной, мы и сейчас можем наблюдать.

Роман Унгерн действительно был психически неуравновешенным человеком? Писали, что его лютая жестокость порой доходила до садизма.

Что касается его душевного состояния, сейчас об этом трудно судить — ведь никто не проводил его психоневрологическую экспертизу. Возможно, барон чересчур актерствовал и больше разыгрывал перед своими подчиненными роль жестокого и беспощадного деспота, нежели на самом деле был таковым.

Но сохранилось множество свидетельств того, как жестоко Унгерн обходился с людьми. Когда при речной переправе в забайкальском селе Кыра случайно подмочили обоз с мукой, начальника транспорта по приказу барона выпороли ташурами и утопили, а позже в соседнем селе Алтан повесили даже священника. Или взять жуткую казнь несчастного полковника Казагранди и то, как Унгерн собственноручно избивал личным ташуром (небольшой тростью, один конец которой обмотан кожаной плетью — прим. «Ленты.ру») своих офицеров. Разве это нормально?

Надо учитывать, что Унгерн действовал в специфических азиатских условиях, к тому же в Азии, взорванной страшной Гражданской войной. В то время жестокость военачальника многим представлялась, как это сейчас ни покажется странным, не проявлением изуверства или садизма, а единственно возможным способом поддержания своего авторитета. По этой логике если командира не боятся, то его просто не уважают. Нам сейчас это кажется дикостью, но в тех краях в начале XX века нравы мало изменились со времен империи Чингисхана.

Помимо порки барон нередко применял и такое наказание: провинившегося человека сажали на железную крышу, которая днем докрасна раскалялась, а ночью сильно охлаждалась. Но вот что важно: когда подобные методы он стал применять к офицерам вроде упомянутого вами полковника Казагранди, это уже вызвало возмущение и неприятие, что потом в немалой степени способствовало его поражению.

Хорошо известен антисемитизм барона. Верно и то, что под командованием Унгерна находилось немало одиозных и мрачных персонажей вроде коменданта Урги и начальника контрразведки Леонида Сипайло, который при всей свой свирепости сдал столицу Монголии в июле 1921 года Красной армии. Примечательно, что Колчак неоднократно пытался привести действия местных командиров в Даурии в полное соответствие с уставной дисциплиной, но безуспешно. Осенью 1919 года адмирал попытался вывести забайкальские формирования на фронт, но и это ему не удалось.

Почему?

Семенов объяснял это необходимостью борьбы с местными красными партизанами. А для 1920-1921 годов было характерно своеобразное противостояние между, условно говоря, семеновцами (военнослужащими из формирований белого Забайкалья) и каппелевцами — солдатами и офицерами армии Колчака, пришедшими на Дальний Восток после тяжелейшего Великого Сибирского похода.

Каппелевцы выступали сторонниками воинского порядка, строевой дисциплины, имели за плечами большой боевой опыт. Семеновцы (а бойцы Азиатской дивизии относились именно к ним) в большей степени ценили неформальные отношения между командиром и подчиненными, основанные на авторитете начальника, а не на его чине и звании. Образный пример подобного отличия — ротмистр Лемке и атаман Брылов из известного фильма «Свой среди чужих, чужой среди своих».

«Желтый барон»

Это правда, что барон Унгерн еще в 1919 году, после конфликта с атаманом Семеновым, собирался выбраться из забайкальской Даурии, где он периодически грабил проходящие по КВЖД поезда из России в Маньчжурию, в только провозглашенную Австрийскую республику и даже пытался получить в Пекине австрийскую визу?

Источник этой информации — показания самого Унгерна, которые он дал во время следствия в Новониколаевске (нынешнем Новосибирске) в сентябре 1921 года. Документальных подтверждений подобных намерений пока не обнаружено. Хотя после распада Австро-Венгерской империи в ноябре 1918 года действительно существовала распространенная практика, когда вновь образованные на ее обломках государства охотно выдавали свои паспорта тем, чьи предки когда-либо были связаны с их территориями.

Представляете ситуацию, если Унгерн все же перебрался бы в Австрию? Тогда после аншлюса 1938 года он стал бы жителем Третьего рейха и имел бы все шансы повторить судьбу атамана Шкуро.

Вполне возможно. Но следует заметить, что образ Унгерна излишне мифологизирован и даже демонизирован. О нем существует множество небылиц. Одни его представляют отчаянным тевтонским рыцарем, в азиатских степях мечтающим о торжестве арийской расы. Другие изображают барона продолжателем империи Чингисидов, третьи — фанатичным буддистом-неврастеником и эзотериком. Для многих он просто образец якобы кровожадности Белого дела. Очевидно, что это следствие недостаточного изучения особенностей Гражданской войны на Дальнем Востоке. В нашем европоцентричном сознании те события предстают экзотикой, причем, увы, не всегда здоровой.

Я где-то даже читал, что в войсках Унгерна были красные знамена со свастикой. Неужели это правда?

В символике униформы отдельных подразделений Азиатской дивизии Унгерна действительно использовалась свастика, но в этом нет ничего необычного — на Востоке этот символ был широко распространен издревле, и тогда его еще не успели дискредитировать германские нацисты. Что касается красных стягов, то они имелись в войсках генерала Андрея Бакича, подчинившегося барону в 1921 году. В его отрядах было много алтайских партизан, участников антибольшевистского Западно-Сибирского восстания, только у них в углу красного полотнища был еще нашит трехцветный флаг. Но сама Азиатская дивизия воевала под желтым знаменем с вышитым на нем вензелем «М II» (император Михаил II).

Откуда вокруг фигуры барона Унгерна со временем возник то ли зловеще-демонический, то ли романтично-мистический ореол? Почему у отпрыска немецких рыцарей появилась тяга к Азии и наследию Чингисхана? Ведь такие странные для российского офицера идеи были чужды другим лидерам Белого движения.

На самом деле Унгерн не был уникален в своих азиатских увлечениях, мода на Восток в России на рубеже XIX-XX веков была распространенной. Вспомним оккультно-мистическое учение Елены Блаватской, идеи доктора Петра Бадмаева или экспедиции в предгорья Тибета Николая Пржевальского, Карла Маннергейма и Николая Рериха. Уместно еще упомянуть многочисленные азиатские путешествия молодого Лавра Корнилова. Не будем забывать и атамана Григория Семенова, который не менее активно, чем Унгерн, отстаивал идею панмонгольского сообщества народов Центральной Азии, в котором он видел реальную альтернативу советской власти.

Образ Унгерна как мистического «желтого барона» во многом сформировал своими сочинениями писатель Фердинанд Антоний Оссендовский. Но уникальность Романа Унгерна в другом: его судьба стала редким примером того, как русский генерал вошел в политическую элиту другой страны, не порывая при этом связи с Россией. В начале 1921 года, на исходе Гражданской войны, подразделения под его командованием оказались единственными вооруженными боеспособными частями из состава бывших белых армий.

Монгольский поход Унгерна, чья дивизия до осени 1920 года дислоцировалась в Забайкалье в районе станции Даурия, тогда многим казался безумной авантюрой. Какие на самом деле у него были планы и цели?

С большой долей вероятности можно предположить, что Унгерн в начале осени 1920 года планировал осуществить через Монголию глубокий кавалерийский рейд в тыл наступающим на Читу подразделениям Народно-революционной армии Дальневосточной республики (ДВР), в сторону Троицкосавска (теперь это Кяхта) и Верхнеудинска (нынешнего Улан-Удэ).

Чтобы перерезать красным Транссиб?

Да. Но пока Унгерн переходил из Даурии в Монголию, армия ДВР, которой командовали военачальники РККА, пробила «читинскую пробку» и овладела городом. Семенов и каппелевцы отступили в Маньчжурию, а Унгерн оказался в степях Монголии. Но сразу оговорюсь: точных свидетельств о таком изначальном замысле не сохранилось — этот маневр (через Монголию на север, к Транссибу) носил скрытый характер.

Батор-генерал Монголии

Получается, случайно оказавшись в Монголии, Унгерн был вынужден штурмовать Ургу, оккупированную китайским гарнизоном?

Получается так. Маньчжурия, куда ушел Семенов и откуда он так и не сумел потом помочь Унгерну, была гораздо дальше Урги с ее внушительными запасами фуража и провианта. У барона возникли амбициозные планы помочь Монголии (правильнее сказать — Внешней Монголии) освободиться от китайской власти, сделав ее главным центром антибольшевистского сопротивления. Первый штурм Урги (тогдашнее русское название Улан-Батора, современной столицы независимой Монголии — прим. «Ленты.ру») в октябре 1920 года китайский гарнизон с трудом отбил, но после того, как Унгерн заручился поддержкой монгольской знати и местного населения, в начале февраля 1921 года столица Монголии пала. Освобожденный из китайского заточения правитель Монголии Богдо-гэгэн VIII наградил русского барона титулом «потомственного Великого Князя Дархан Хошой Цин-вана» одновременно с присвоением титула «Дающий Развитие Государству Великий Батор-Генерал Джанджин».

Означает ли это, что с того времени барон Унгерн фактически стал диктатором Монголии, а Богдо-гэгэн VIII — его марионеткой?

Нет, Богдо-гэгэн VIII не был марионеткой Унгерна. Во главе воинских формирований Монголии оставались местные командиры, хотя стратегическое планирование операций и реальная военная мощь сосредоточились в руках Унгерна и русских штабных офицеров.

Что представляла из себя Монголия в то время, когда туда пришел Унгерн?

Монголия добивалась самостоятельности со времен Средневековья. Воспользовавшись Синьхайской революцией 1911 года в Китае, монгольские лидеры провозгласили независимость и обратились за поддержкой к России, попросив ее принять Монголию под свой протекторат. Петербург тогда оказался в сложной ситуации.

Однако вскоре усилиями русской дипломатии назревающий конфликт удалось разрешить компромиссом: по Кяхтинскому договору 1915 года Внешняя Монголия формально признавалась частью Китая, но получала широкую автономию, гарантом которой выступала Российская империя. Кстати, Унгерн командовал монгольскими формированиями еще в те годы, поэтому у него были хорошие контакты с местной знатью.

Но когда в нашей стране разразилась Гражданская война, а китайские войска в 1919 году в нарушение Кяхтинского договора оккупировали Монголию и в одностороннем порядке упразднили ее автономию, красная Москва и белый Омск заняли прямо противоположные позиции. МИД Колчака считал необходимым признавать Кяхтинский договор, а ленинский Совнарком в сентябре 1920 года осудил его и дезавуировал. В этой ситуации тысячи русских колонистов, проживавших тогда в Монголии, оказались вне закона.

Тем самым большевики фактически отказали Монголии в праве на собственную государственность?

Да, но уже спустя два месяца после этого Ленин лично встретился в Москве с монгольской революционной делегацией во главе с Сухэ-Батором, дав понять, что не возражает против независимости страны, но только если этот процесс пройдет под красным знаменем. К тому времени монгольское национальное движение условно разделилось на красных и белых монголов. Не прошло и месяца после освобождения Урги от китайцев, как в советской Кяхте спешно собрался учредительный съезд Монгольской народной партии и образовалось Временное народно-революционное правительство, сразу же провозгласившее союз с РСФСР и ДВР.

Кому больше симпатизировало местное население?

Не только элита, но и немалая часть населения поддерживали белых монголов. Авторитет Богдо-гэгэна был непререкаемым. Неслучайно позднее, когда в Ургу вошли советские войска, никто не пытался свергнуть правителя. Монгольскую народную республику провозгласили только после смерти Богдо-гэгэна VIII в мае 1924 года. А кем были лидеры красных монголов? Сухэ-Батор закончил пулеметные курсы в Урге, а будущий маршал Чойболсан несколько лет проучился в Иркутском учительском институте. Показательно, что оба хорошо знали русский язык и симпатизировали России.

Чего на самом деле добивался Унгерн, во многом случайно оказавшись в Монголии? Он хотел использовать ее территорию только как плацдарм для консолидации всех уцелевших антибольшевистских сил для восстановления в России монархии? Или барон всерьез мечтал восстановить империю Чингисидов и планировал поход на Пекин, чтобы вернуть трон Цинской династии?

Унгерн, фактически создавший регулярную монгольскую армию, много сделал для восстановления монгольской государственности. В этом, безусловно, его заслуга перед Монголией, о чем там до сих пор с благодарностью помнят. Но справедливости ради надо отметить, что идею основания там независимого государства еще раньше выдвинул атаман Семенов. Весной 1919 года по его инициативе состоялась Даурская конференция, где выдвигались различные варианты создания бурятско-монгольского государства. Семенов всерьез собирался отправить его представителей на Версальскую мирную конференцию, где решалось послевоенное устройство мира. Но адмирал Колчак не поддержал эту идею, справедливо опасаясь возможного отделения Бурятии и осложнения отношений с Китаем.

Придя в Монголию, Унгерн стал объединять под своими знаменами все ключевые политические и военные силы региона, уже заявляя о федерации мировых империй — Чингисидов, Цинской и Романовых. В мае 1921 года барон отправил письма представителям казахской Алаш-Орды, «вождям киргизского народа», с призывом оказать поддержку Богдо-гэгэну в деле создания «могущественного Срединного государства, возглавляемого императором из кочевой Маньчжурской династии». Роман Федорович неоднократно писал также местным монгольским и маньчжурским князьям, призывая их оказать ему помощь не только ради «объединения монгол» (Внутренней и Внешней Монголии), но и для «восстановления Цинской династии».

Представителям русского Белого движения он предложил другую программу. Считая, что главной причиной его прежних неудач стало непредрешенчество (отсутствие четкого представления о политическом строе будущей России), Унгерн открыто провозгласил борьбу за реставрацию монархии и передачи власти императору Михаилу II (о смерти великого князя Михаила Александровича Романова в 1918 году тогда еще мало кто знал).

Губительный бросок на север

В чем был смысл самоубийственного Северного похода Унгерна из Монголии на Верхнеудинск в мае 1921 года, в результате которого, наступая разрозненными силами, он потерпел поражение? Ведь барон тогда имел прочные позиции внутри Монголии.

Он переоценил свои возможности и, не обладая достоверной информацией о ситуации в Советской России, недооценил военный и политический потенциал большевиков. Унгерн полагал, что после фронтального удара по направлениям на Алтай, на Урянхайский край (современную Тыву), на Иркутск и Верхнеудинск (Улан-Удэ) в Сибири и Забайкалье тут же вспыхнут многочисленные антисоветские восстания, участники которых присоединятся к его войскам.

Опять получился удар растопыренными пальцами, как колчаковский «Полет к Волге»? И, как известно, с поддержкой местного населения Унгерн тоже сильно просчитался.

Тогда это не казалось очевидным. Ведь это была весна 1921 года, когда положение советской власти во многих регионах было шатким. Унгерн знал о восстаниях в Тамбовской губернии, в Кронштадте и в Западной Сибири. У него имелись контакты с антисоветским подпольем в Забайкалье, хотя там могли быть и провокаторы. Атаман Семенов в своих воспоминаниях отмечал, что на преждевременное решение Унгерна наступать в Забайкалье по реке Селенге повлияли сведения о готовящемся восстании красной конницы в Троицкосавске (Кяхте). Хотя изначально барон планировал наступление во Внутреннюю Монголию, входившую в состав Китая.

Северный поход Унгерна по времени совпал с майским переворотом во Владивостоке, свергнувшим в Приморье власть ДВР, и это тоже было неслучайно. Оба этих события могли быть элементами единого скоординированного удара по советской власти в Забайкалье и на Дальнем Востоке. Я думаю, что по совокупности всех этих факторов Унгерн и решился на этот рейд, в успехе которого он был совершенно убежден.

Когда стал очевиден просчет Унгерна?

Сразу же, как только его подразделения перешли границу возле Кяхты. Быстро выяснялось, что вместо слабых и не очень боеспособных вооруженных формирований армии ДВР ему противостоят отборные части Красной армии РСФСР. В июне 1921 года в сражении у станицы Желтуринской 2-я кавалерийская бригада Азиатской дивизии генерала-майора Бориса Резухина потерпела поражение от 35-го кавалерийского полка 5-й армии РККА под командованием 24-летнего Константина Рокоссовского. Будущий советский маршал в своих мемуарах мало писал о тех событиях, но известно, что в том бою его тяжело ранили, а потом он был награжден орденом Красного Знамени.

Красноармейские части быстро заблокировали продвижение отрядов Унгерна на север, не позволив им выйти на оперативный простор. После решающего сражения у Гусиноозерского дацана 24 июля 1921 года барону стала очевидна безнадежность дальнейшего наступления в Забайкалье. Покинув Монголию и не сумев прорваться к Транссибу, его войска должны были отступить. К тому же перед Северным походом Унгерн совершил еще одну важную стратегическую ошибку: он увел в Забайкалье почти все боеспособные части, оставив Ургу с малочисленным гарнизоном. Этим не замедлили воспользоваться большевики, для которых вторжение Унгерна стало прекрасным поводом войти на территорию Монголии. После стремительного рейда советских частей от Алтан-Булака (бывшего Маймачена) на юг уже 6 июля 1921 года без боя пала Урга, и 11 июля в город переехало народно-революционное правительство Монголии.

По сути, Северный поход Унгерна оказался авантюрой. Оставление Монголии барону не простили белые монголы, что стало одной из причин его ареста и выдачи большевикам. Конечно, Унгерну в 1921 году следовало бы оставаться в Монголии и собирать под свое командование отряды уходивших из Советской России и ДВР партизан. Но он понадеялся на масштабы повстанчества в РСФСР. Это, кстати, общая черта Белого движения весной 1921 года: барон Врангель, например, пытался установить контакты с участниками Кронштадтского восстания и говорил в Галлиполи о «весеннем походе» — возвращении в Россию.

Музей Унгерна

В интервью «Ленте.ру» о событиях Гражданской войны на Дальнем Востоке вы говорили, что осенью 1922 года эскадре Старка из Владивостока нужно было эвакуироваться не в Китай, а на Камчатку, которая могла бы стать русским Тайванем. Если Унгерн весной 1921 года остался бы в Монголии, из нее тоже мог выйти степной вариант аксеновского «Острова Крыма»?

Почему бы и нет? Войдя в монгольскую политическую элиту и сохранив боеспособность своих войск, при поддержке местного населения, Унгерн мог долго продержаться между Советской Россией и гоминьдановским Китаем. Ведь в Монголии до сих пор помнят Романа Федоровича — генерала, помогавшего восстановлению монгольской государственности. Если у нас в стране образ барона рисуют в основном в зловещих красках, то у монголов в отношении к нему нет большого негатива.

В ноябре 2015 года недалеко от Улан-Батора при непосредственном содействии Института истории и археологии Академии наук Монголии торжественно открыли музей Унгерна. Это первый музей, посвященный участнику Белого движения, открытый на территории иностранного государства при полной поддержке местных властей. При этом вся противоречивая военно-политическая деятельность барона — это часть Белого движения и по сути часть нашей истории.

В фильме «Его зовут Сухэ-Батор», снятом в годы Великой Отечественной войны, роль барона Унгерна досталась известному советскому актеру Николаю Черкасову, который обычно играл положительных героев — от русского князя Александра Невского до американского президента Франклина Рузвельта. Удивительно, не правда ли?

Этот фильм, снятый в 1942 году, больше рассчитан на зрителей в союзной Монголии, которая тогда очень помогла нам в противостоянии с нацистской Германией. Показать там Унгерна чересчур карикатурным персонажем было бы глупо и даже оскорбительно, поэтому Черкасов со свойственным ему талантом изображал врага, но врага сложного, достойного и даже с некоторым обаянием.

Судьба Романа Унгерна, простите за каламбур, напоминает приключенческий роман. Сейчас фигура барона постепенно становится феноменом современной массовой культуры. Как вы считаете, почему его образ так сильно мифологизировали, особенно поклонники Белого движения?

На мой взгляд, почитатели Унгерна в основном встречаются среди современных любителей восточной мистики и эзотерики, а также определенной части германофилов. Барон Унгерн, как я уже говорил, — это, конечно, часть Белого движения, но никак не его олицетворение. Из всех его лидеров он, пожалуй, наиболее сложен и противоречив.

Вы недавно в интервью «Ленте.ру» сказали, что адмирал Колчак заслуживает посмертной реабилитации как жертва политических репрессий. А что насчет Унгерна, которого большевики тоже расстреляли?

Тут все сложнее. Формально Унгерна судили не за его бесчинства и расправы, а за то, что он был непримиримым и убежденным врагом советской власти. Еще ему инкриминировали связь с Японией, что вообще никак не соответствовало действительности. Если японцы и служили Унгерну, то не в качестве официальных представителей Японии или агентов ее разведки. У него в дивизии даже был один негр. Но понять и оправдать барона нелегко, ведь под его командованием и при его непосредственном участии творились беззаконие и жестокость, которые нельзя не учитывать.

Беседовал Андрей Мозжухин

Источник — Lenta.ru
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1580902680

Неразрешимый Кашмир: Противостоянию Индии и Пакистана 73 года

Разногласия по Кашмирской проблематике привели к четырем войнам между Пакистаном и Индией, унеся жизни тысяч людей. Кашмирский вопрос остается одной из центральных тем повестки дня обеих стран05.02.2020

Неразрешимый Кашмир: Противостоянию Индии и Пакистана 73 года
https://www.aa.com.tr/ru/info/%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%BA%D0%B0/17228

Ситуация в Идлибе в 10 вопросах

Турецкая армия прилагает усилия для обеспечения безопасности мирного населения Идлибской зоны деэскалации05.02.2020

Ситуация в Идлибе в 10 вопросах
https://www.aa.com.tr/ru/info/%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%BA%D0%B0/17226

Израиль опасается архивных данных османского периода в руках Палестины

Архивные данные Османского периода подтверждают права на собственность палестинцев на Ближнем Востоке

Qais Omar Darwesh Omar,Sümeyye Özer,Aynur Asgarlı   |03.02.2020

Израиль опасается архивных данных османского периода в руках Палестины

ИЕРУСАЛИМ

Израиль обеспокоен передачей Турцией Палестине архивных материалов османского периода, подтверждающих права палестинцев на владение землями на Ближнем Востоке.

Копии архивных материалов Османского государства, в том числе данных земельного кадастра, были переданы Палестине в 2019 году, что вызвало обеспокоенность Израиля.

По мнению израильских СМИ, эти материалы служат «оружием» против Тель-Авива.

Израильская газета Yisrael Hume, в частности, пишет, что архивные материалы в руках Палестины являются мощным аргументом против утверждений израильской стороны.

«Анкара все более активно вмешивается в дела Израиля. Палестинцы уже используют предоставленные Турцией архивные материалы при судебных разбирательствах на земельную собственность в Иерусалиме и на Западном берегу реки Иордан», — пишет газета.

Глава Центра исламского наследия и исследований Палестины (MİSAK) Халил эр-Рифаи в беседе с «Анадолу» отметил, что опасения израильской стороны вполне оправданы.

По его словам, Израиль не стал бы бояться открытия архивов Османского государства, если бы был уверен в законности своих действий.

Один из сотрудников MİSAK Мурад Эбу Сабах напомнил, что после оккупации Израилем Палестины и изгнания палестинцев большая часть архивов была уничтожена. «Израиль зачастую пытается захватить земли палестинцев, обосновывая свои шаги утверждением о том, что эти земли некогда принадлежали евреям или еврейским организациям. Однако архивы Османского периода изобличают эту ложь», — сказал Сабах.

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%BC%D0%B8%D1%80/%D0%B8%D0%B7%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BB%D1%8C-%D0%BE%D0%BF%D0%B0%D1%81%D0%B0%D0%B5%D1%82%D1%81%D1%8F-%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B8%D0%B2%D0%BD%D1%8B%D1%85-%D0%B4%D0%B0%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D1%85-%D0%BE%D1%81%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D0%B2-%D1%80%D1%83%D0%BA%D0%B0%D1%85-%D0%BF%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BD%D1%8B-/1722649

Турция нанесла мощный удар по YPG/PKK

Силы безопасности Турции нейтрализовали в январе 45 террористов YPG/PKK03.02.2020

Турция нанесла мощный удар по YPG/PKK
https://www.aa.com.tr/ru/info/%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%BA%D0%B0/17189

США вновь стремятся к разделу Ирака

На фоне снижения влияния в Ираке, Вашингтон пытается реализовать план раздела территории страны на три образования

Gülsüm İncekaya,Olga Keskin   |02.02.2020

США вновь стремятся к разделу Ирака

СТАМБУЛ

На фоне снижения американского влияния в Ираке, США вновь пытаются добиться территориального раздела этой страны, в том числе путем образования «суннитского автономного региона» на территории иракской провинции Анбар.

Данной точки зрения придерживаются турецкие аналитики и эксперты, анализирующие происходящее в Ираке.

По их мнению, в случае реализации планов Вашингтона, весь регион вновь превратится в арену этнического и межконфессионального противостояния.

В беседе с агентством «Анадолу» проректор Международного казахско-турецкого университета имени Ходжи Ахмеда Ясави профессор Дженгиз Томар напомнил, что тема автономии для мусульман-суннитов начала муссироваться в Ираке на фоне тенденции вытеснения этой части общества с политической и общественной арены Ирака. В итоге часть суннитов, недовольных положением дел в стране, стала сближаться с террористами ДЕАШ.

План автономии вновь встал в повестку дня после убийства США иранского генерала Касыма Сулеймани.

«После решения правительства Ирака о выводе американских войск из страны, Белый дом вновь вспомнил о своем плане по созданию «суннитского автономного региона в провинции Анбар». Этот план был подготовлен много лет назад»- сказал Томар.

По его словам, одной из причин повторного запуска проекта территориального раздела Ирака, стал рост влияния Ирана в регионе. Иран через территорию Ирака, Сирию и Ливан начал угрожать Израилю, пояснил эксперт.

«В США считают, что план раздела Ирака позволит укрепить отношения с наиболее «важным союзником» Вашингтона в регионе в лице курдов, а негласный контроль над территорией провинции Анбар пресечет доступ Ирана к Сирии. По мнению американской стороны, на фоне давления Ирана и шиитского правительства в Багдаде курды и сунниты поддержат план Вашингтона»,- сказал Томар.

Эксперт привлек внимание к сообщениям о привлечении Эр-Рияда в реализации проекта «суннитской автономии в иракском Анбаре». На взгляд Томара, речь идет скорее о финансовой поддержке «проекта» со стороны саудовских властей, тогда как непосредственной «реализацией» займутся опять же американцы.

«Президент США дает понять странам Персидского залива о необходимости финансовых вложений в проект раздела Ирака. Правда заключается в том, что обсуждения по этому вопросу уже ведутся. Тем самым, формируется ось из курдов, мусульман-суннитов и стран Персидского залива против Ирана и шиитского влияния в регионе»,- сказал Томар.

При этом он отметил, что инициативы США по Ираку идут в разрез с интересами Турции, выступающей за неделимость Ирака, и в этой связи Анкара будет препятствовать подобного рода сценарию. 


https://www.aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D1%81%D1%88%D0%B0-%D0%B2%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D1%8C-%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B5%D0%BC%D1%8F%D1%82%D1%81%D1%8F-%D0%BA-%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D1%83-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BA%D0%B0-/1721770

Трамп продиктовал палестинцам условия сдачи Израилю

Трамп и Нетаньяху в Овальном кабинете Белого дома, 27 января 2020 года

Николай БОБКИН | 30.01.2020

Ответом Палестины стало «нет»
28 января Дональд Трамп обнародовал свой ближневосточный мирный план, который, как он утверждает, приведет к «сделке века», кладущей конец израильско-палестинскому конфликту. Президент США назвал это «беспроигрышной возможностью для обеих сторон», которая «устранит риск палестинской государственности для безопасности Израиля».

Однако то, что Трамп называет «сделкой века», – это не компромисс. Так называемый мирный план в одностороннем порядке защищает интересы еврейского государства, тогда как опасения палестинцев игнорируются (палестинские переговорщики не имели прямого контакта с администрацией Трампа более двух лет).
Израильско-палестинский конфликт бушует десятилетиями. Между сторонами существует глубокое недоверие, которое американская инициатива не может преодолеть и привести палестинцев и израильтян к «историческому компромиссу» – миру на Ближнем Востоке.
В «сделке века» можно выделить несколько основных элементов.

Во-первых, Израилю отдается в качестве столицы Иерусалим. Будущее государство Палестина, как обещают американцы, получит всего несколько кварталов в Восточном Иерусалиме. Резолюция 478 Совета Безопасности ООН осудила решение Израиля аннексировать Восточный Иерусалим как нарушение международного права. Лишь немногие страны поддержали принятое в декабре 2017 года решение Трампа о признании Иерусалима столицей Израиля. Это тупиковый вариант, исключающий любой шанс привлечь палестинцев к мирному процессу.

Во-вторых, в плане прямо говорится, что не должно быть «права на возвращение» для миллионов палестинцев, вынужденно покинувших свои дома при создании израильского государства. В результате войны 1948 года 700 тыс. палестинцев были изгнаны. Сегодня в мире насчитывается более 7 млн палестинских беженцев, определенных как перемещенные лица и их потомки. Основное требование палестинцев на мирных переговорах – право на их возвращение. США защищают позицию Израиля, который отказывается даже рассматривать вопрос об этом праве палестинцев. Возвращение миллионов арабов сделает евреев в Израиле меньшинством. Сегодня общая численность населения Израиля составляет около 8 млн. человек, включая 1,5 млн. арабов. План предусматривает возможность приема 5000 беженцев каждый год на срок до десяти лет, всего 50 000 беженцев. Остальных беженцев, лишенных права возвращения, предлагается оставить в рамках «локальной интеграции» там, где они сейчас проживают.

В-третьих, ни одна из предыдущих администраций США не поддерживала аннексию Израилем Западного берега реки Иордан. Отказ от пересмотра границ был официальной политикой всех президентов США последних десятилетий. Сохранение территорий давало палестинцам надежду на государственность. Теперь же план Трампа перекраивает границы, чтобы предоставить Израилю больше земли на контролируемом палестинцами Западном берегу, где сейчас находится ряд еврейских поселений. Эти поселения являются незаконными, согласно международному праву, и не считаются частью Израиля. «Сделка века» изменит данное положение, предоставив израильтянам право аннексировать палестинские земли. Израилю обещано отдать всю долину реки Иордан. Фактически это закрывает для палестинцев вопрос о двух государствах.

В-четвертых, предлагается для обеспечения безопасности Израиля распустить ХАМАС. Как это можно сделать, неясно. Ведь потребуется отделить ХАМАС от политической структуры Газы; пока же палестинские группировки в Газе объединяются, чтобы противостоять плану Трампа.
Глава ХАМАС Исмаил Хания призвал палестинские партии отложить все разногласия и сформировать единый фронт. ФАТХ в Газе поддержал призывы президента Палестины Махмуда Аббаса заблокировать сделку Трампа и возобновил требования о создании палестинского государства на основе границ 1967 года. Другой реакции ожидать было и нельзя, учитывая, что план Трампа предлагает палестинцам территорию, окруженную Израилем, лишенную вооруженных формирований и усеянную еврейскими поселениями.
По сути, Вашингтон хочет, чтобы палестинцы подписали капитуляцию и согласились с тем, что их будущее отдается в руки Америки и Израиля. Президент Палестины Махмуд Аббас отклонил «сделку века» практически сразу. Права и надежды палестинцев, сказал он, не продаются.
Ряд государств и международных организаций заявили, что им нужно время для оценки плана и подтвердили свою поддержку давнего международного консенсуса в пользу решения конфликта на основе границ 1967 года.
Практически повсеместно в плане Трампа отмечают серьезный изъян: отказ от консультаций с палестинцами при его подготовке. Из-за этого поле для дискуссий резко сузилось. Белый дом, по сути, предложил набор мер, призванных увековечить израильскую колонизацию палестинских земель и лишить палестинцев тех прав, которые у них еще сохранились. Это перманентная угроза миру.

Премьер-министр Биньямин Нетаньяху объявил, что планирует аннексию Иорданской долины и всех поселений на Западном берегу уже в ближайшее время. Он вынесет этот вопрос на заседание кабинета 2 февраля. Согласно последнему опросу ведущего израильского аналитического центра INSS, почти половина израильтян-евреев выступают против односторонней аннексии Западного берега.

Источник — fondsk.ru
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1580355900

Смерть «Аятоллы Майкла»: Кто уничтожил агента ЦРУ, который ликвидировал Сулеймани?

google

История с крушением самолета спецназа США обрастает невероятными подробностями

Александр Ситников

27 января талибы* сделали сенсационное заявление. Они сообщили, что сбили в районе Садо-Хелуского района округа Дех Як Афганистана самолет E-11A спецназа США, выполнявший разведывательный полет над провинцией Газни. По одной версии, все находящиеся на борту офицеры ЦРУ, включая главу спецопераций на Ближнем Востоке Майкла Д’Андреа, погибли, по другой — двое находятся в тяжелом состоянии.

Чтобы не было сомнений, боевики приложили видео и снимки обломков самолета. Судя по фотографиям, задняя часть фюзеляжа уцелела, хотя и обгорела. Очевидно, летчики пытались посадить падающий самолет на склон горы. Шансы, что кто-то выжил, теоретически имеются. Возможно, талибы вводят американцев в заблуждение, чтобы иметь козыри в информационной войне. Впрочем, по более поздним сообщениям афганцы утверждают, что никто не спасся.

Вначале Пентагон отрицал новость из Афганистана, а потом генерал Дэвид Голдфейн, начальник штаба ВВС США, все-таки признался: «Похоже, мы потеряли самолет. Но мы не знаем статуса экипажа».

Ясно, что командование темнило, поскольку информирование в звездно-полосатой армии находится на самом высоком уровне. В Минобороны не раз хвастались, что знают о каждом чихе, а тут разбилась целая команда офицеров. Все это позволило ряду зарубежных СМИ предположить, что под удар попали важные птицы.
Агентство Рейтер сообщило, что американцы, прибыв на место крушение, извлекли из обломков сильно обгоревших людей. Они еще не идентифицированы, не говорится и о численности погибших. Талибы насчитали 7 тел.
Кое-какие сведения озвучил директор афганского Управления воздушного движения Гулам Масум Массуми. Он, в частности, сказал, что упавший самолет не относился к транспортникам или бомбардировщикам, а являлся специальным бортом для военных операций. Кстати, судя по информации из Космической энциклопедии, человек с таким именем был кандидатом несостоявшегося совместного советско-афганского космического полета, до этого окончил военное училище летчиков в Советском Союзе, а после изгнания талибов из Кабула служил командующим ВВС и ПВО Афганистана. Поэтому есть все основания полагать, что разбившийся борт был и впрямь был предназначен для специальных операций.

Известно также, что самолет BD-700 Global Express получил индекс Е-11А в 2009 году, когда на борту был установлен новый воздушный узел связи и ретранслятор BACN, предназначенный для сбора разведданных и передачи оперативно-тактических команд, включая управления ударными БПЛА. Такая же аппаратура стоит и на беспилотнике RQ-4B Block 20. Максимальная дальность потоковой связи со скоростью передачи 274 Мбит/с достигает 280 км. Именно такие характеристики обеспечивают точное наведение ракет, как это было во время атаки на иранского генерала Сулеймани, руководившего Корпусом стражей Исламской революции (КСИР).

По данным ВВС США самолеты Е-11А с бортовыми номерами 11−9001, 11−9355, 11−9358 и 12−9506 числятся в составе 451-го тактического воздушного узла связи, базирующегося в Кандагаре.
Был ли сбитый боевиками E-11A тем самым самолетом, который наводил ракеты на убитого главу КСИР, сказать невозможно, но хорошо осведомленный израильский портал Jerusalem Post осветил событие с гибелью самолета двойственно. Мол, маловероятно, что погибли офицеры ЦРУ, но все может быть.

Издание уведомляет своих читателей о том, что о смерти высокопоставленного офицера ЦРУ Майкла Д’Андреа, находившего на упавшем борту, впервые рассказали якобы разведчики российского ГРУ. А вслед за ними подхватили уже иранские СМИ.

Но в Иерусалиме в этой связи предполагают, что речь идет об известной уловке тегеранских газет ссылаться на российские источники, как самые достоверные в мире.
«Имя Майкла стало появляться в СМИ на языке фарси после убийства Сулеймани, когда статьи в Mehr News и Radio Farda утверждали, что именно он руководил операцией», — пишет Jerusalem Post. Тем не менее, не следует торопиться с выводами, поскольку Тегерану нужно отчитаться перед своим народом о возмездии. Таким образом уничтожение убийцы героя Персии закрывает черную страницу в ирано-американских отношениях. Значит, можно больше не атаковать базы США в Ираке и не злить Вашингтон.

Логика у Jerusalem Post имеется, но также известно, что именно КСИР обладает в Афганистане самой большой сетью своих преданных агентов. Иначе говоря, об упавшем E-11A персы, безусловно, знают больше, чем кто либо. Возможно, у них имеется информация о гибели американского супер агента, но есть и сомнения. Вот и вытащили на свет свой «источник в ГРУ».
К слову, в своем ролике о сбитом самолете боевики рассказывали об обгоревших документах, которые попали к ним руки.

Что касается персоны Д’Андреа, то в 2017 году тот был назначен главой спецопераций ЦРУ в Иране, «чтобы сигнализировать Тегерану о начале более жесткой позиции администрацией Трампа». Произошло это накануне выхода США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), более известного, как иранская ядерная сделка. Такую информацию распространила газета New York Times, которая впоследствии подверглась критики за разглашения сведений о тайном агенте.

Впрочем, и ранее американские СМИ сообщали об этом офицере ЦРУ, давая ему громкие клички «Принц тьмы» или «Аятолла Майкл». На заокеанских форумах ветеранов спецслужб пишут, что Д’Андреа заслужил славу талантливого (!) ликвидатора. В частности, именно ему присваивают убийство Имада Мугнии, бывшего начальника штаба Хезболлы, еще в 2008 году. Он также «охотился» за Усамой бен Ладаном и даже загнал «врага Америки» в угол. Все это дало основание считать что Д’Андреа является (или являлся) самой видной фигурой в ЦРУ США на Ближнем Востоке.

Обращает на себя внимание и тот факт, что в Иране буквально празднуют сбитый самолет и гибель «Принца тьмы». Если бы «Аятолла Майкл» был бы жив, его бы уже показали на американском ТВ.
Реакции от официальных властей США пока нет. Полковник Сонни Леггет, представитель американских сил в Афганистане, хоть подтвердил, что разбившийся самолет принадлежал армии США, но сказал, что причина крушения еще неизвестна, признаков, что катастрофа вызвана ракетной атакой талибов.

Отметим также, что в 2019 году ВВС США бомбили Афганистан особенно часто и жестоко, даже больше, чем 2 года назад, когда по приказу Трампа сбросили «крупнейший неядерный боеприпас» — «мать всех бомб». В свою очередь и талибы записали в свой актив ряд сбитых американских самолетов и БПЛА. Если на этом фоне выяснится, что погибли офицеры ЦРУ во главе с Д’Андреа, то Иран сможет передохнуть. Хотя бы потом, что, Сулеймани и впрямь отмщен.

* «Движение Талибан» решением Верховного суда РФ от 14.02.2003 года признано экстремистским, его деятельность в России запрещена.

Источник — svpressa.ru
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1580356260

Турция потихоньку создает на севере Сирии подконтрольное себе мини-государство

Ситуация вокруг Рожавы и в Заевфратье

Турция оккупирует значительную часть северной Сирии, где строит альтернативное Асаду протурецкое государство
Станислав Иванов
Об авторе: Ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук Иванов Станислав Михайлович
30.01.2020

К концу 2019 года Эрдогану удалось убедить Трампа и Путина в необходимости проведения уже третьей по счету военно-карательной операции на севере Сирии под кодовым названием «Источник мира». Якобы новоявленный турецкий султан увидел в самом существовании курдской автономии на сопредельной территории Сирии угрозу своему правлению, хотя за последние 9 лет курды ни разу не нарушили сирийско-турецкую границу и старались не отвечать на приграничные провокации турок. Наоборот, именно со стороны Турции с 2012 года в Сирию хлынул поток джихадистов со всего мира, а турецкие власти и частный бизнес наладили взаимовыгодные отношения с террористическими группировками радикальных исламистов типа ИГИЛ и «Джабга ан-Нусра» (запрещены в РФ). Это не помешало Эрдогану лицемерно заявить, что он снова входит в Сирию для борьбы с террористическими группировками. Как и ожидалось, никаких боестолкновений с разгромленными курдскими ополченцами ранее и рассеянными на мелкие группы игиловцами у турецких войск не было. Более того, новая турецкая агрессия способствовала побегам и освобождению части джихадистов из лагерей временного содержания. Главным противником для ВС Турции оказались именно освободители региона от банд ИГИЛ – курды и их союзники (арабы, ассирийцы, армяне) из числа местных жителей.
Уже 9 октября 2019 года турки нанесли ракетно-бомбовые удары авиации и произвели обстрелы из танков и тяжелой артиллерии приграничных сирийских районов и населенных пунктов, а затем вторглись в Сирию своими механизированными колоннами по фронту свыше 100 км между городами Телль-Абъяд и Рас-эль-Айн и на глубину до 30 км. Как и в случае оккупации другого сирийского курдского района Африн в провинции Алеппо, турки ввели сюда отряды сирийской вооруженной оппозиции и боевиков-исламистов, на базе которых формируются местное ополчение, полиция, спецслужбы, создаются новые органы муниципальной власти.

Чтобы избежать дальнейших потерь среди мирного населения курдские ополченцы отошли от турецкой границы на восточном берегу реки Евфрат на 30-40 км в глубину территории. По договоренности между Анкарой и Москвой остальные несколько сот километров турецко-сирийской границы в полосе около 10 км со стороны Сирии начали патрулировать совместно турецкие и российские военные патрули на бронеавтомобилях и вертолетах. Местное население вначале встретило иностранных военных камнями и бутылками с зажигательной смесью, однако в дальнейшем смирилось с периодическими перемещениями через их населенные пункты бронемашин и пролеты вертолетов. Лидеры курдов и командование ополченцев даже согласились с предложением российского командования допустить в патрулируемые россиянами районы подразделения сирийских правительственных войск.
Казалось бы, инцидент исчерпан, Эрдоган оказался на время умиротворен, как в свое время был умиротворен Гитлер после Мюнхенского сговора или подписания пакта Риббентропа-Молотова и присоединения к Германии Чехословакии и части Польши. Сегодня Турция оккупирует значительную часть северной Сирии (провинция Идлиб, север провинции Алеппо, часть провинции Ракка), где строит альтернативное Асаду протурецкое государство.
Сюда же турецкие власти намерены переместить часть из 3,5 млн сирийских беженцев, которые пока проживают в лагерях в Турции. В основном, это арабы-сунниты с семьями, которые бежали от действий правительственных войск. Расчет делается на то, что это облегчит Анкаре бремя содержания беженцев и одновременно туркам удастся создать так называемый приграничный коридор или «зеленый пояс» в соседней Сирии из числа дружественно настроенных Турции арабов-суннитов. Таким образом, Эрдоган планирует довершить то, что не успел сделать бывший президент САР Хафез Асад: изолировать сирийских курдов от их соплеменников в Турции и Ираке и продолжить политику их ассимиляции уже не только из Дамаска, но и из Анкары.

Если бы Башар Асад располагал достаточным количеством войск и пограничной стражи, то постепенно российские патрули могли бы передать свои функции сирийским правительственным войскам. Однако, за годы гражданской войны войско Асада заметно поредело за счет боевых потерь, перебежчиков, дезертиров. Вместо 320 тысяч ВС САР по данным на 2011 год, к 2020 году в строю осталось всего около 80 тысяч. Примерно столько же в стране насчитывает иностранный шиитский корпус (КСИР Ирана, ливанская «Хизбалла», иракская милиция «Хашд аш-Шааби», афганцы-хазарейцы, йеменцы-хуситы, пакистанцы, прочие). Но этих иностранных наемников на границу с Турцией не пошлешь, так как не только турки будут против, но и местное население встретит их враждебно (арабы-сунниты, курды).

Из 20,5 млн человек довоенного населения страны, сейчас непосредственно в Сирии под контролем Асада проживает всего 7-8 млн человек. Две трети населения страны оказалось на неподконтрольных Дамаску территориях (7-8 млн беженцев за рубежом, около 4 млн сирийцев проживает на оккупированных Турцией землях, 4 млн курдов и арабских племен Заевфратья живут самостоятельно при поддержке ВС США). Поэтому мобилизационный ресурс Асада весьма ограничен. Некоторые лояльные Дамаску племена сотрудничают с центральными властями, но покидать свои родные земли и очаги не намерены.
Так что, в ближайшей перспективе Асад, скорее всего, не сможет взять под свой контроль сирийско-турецкую границу. России придется еще длительное время нести это бремя. Что касается интересов курдов, то они вынуждены были под давлением США и РФ уступить Турции и Асаду некоторые приграничные территории, но зато сохранили большую часть своего автономного района Рожавы и значительную часть нефтяных месторождений на восточном берегу реки Евфрат. Небольшой контингент спецназа и армейской авиации США обеспечивает логистическую и огневую поддержку сил «Демократического альянса», основу которого составляют курдские ополченцы. Лидеры сирийских курдов по-прежнему выражают готовность к переговорам с Дамаском и сирийской оппозицией и работе в конституционном комитете по будущей Сирии, но пока и те и другие курдов игнорируют. Вряд ли в 2020 году сложившийся статус-кво в Сирии (положение «ни войны, ни мира») будет нарушен. Страна останется разделенной на анклавы и курды должны сохранить завоеванную в боях с ИГИЛ свою автономию – Рожаву.

Источник — ng.ru
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1580420100

Зачем Тегерану нужны переговоры с Вашингтоном?

Зачем Тегерану нужны переговоры с Вашингтоном?

США и Иран, несмотря на бурлящие противоречия и проблемы, накопили общий опыт неофициального тактического взаимодействия в Ираке и в Афганистане и даже по решению совместных задач в борьбе с джихадистами. В определенный момент и при определенных условиях он может быть востребован.

СТАНИСЛАВ ТАРАСОВ

Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф в интервью германскому журналу Der Spiegel выступил с интригующим заявлением, согласно которому иранская сторона не исключает переговоров с Вашингтоном, связывая это со сменой позиции со стороны США. «Я никогда не исключаю возможности того, что люди поменяют свой подход и примут реальное положение дел. Для нас неважно, кто сидит в Белом доме. Для нас важно то, как они себя ведут, — подчеркнул министр. — Администрация Трампа может исправить прошлое, снять санкции и вернуться за стол переговоров. Мы до сих пор за столом переговоров. Это они ушли». Президент США Дональд Трамп быстро отреагировал: «Иранский министр иностранных дел говорит, что Иран хочет вступить с Соединенными Штатами в переговоры, но хочет, чтобы санкции были отменены… Нет, спасибо!».

Интрига тут в том, что Тегеран предпринимает попытку вернуть ситуацию в своих взаимоотношениях с США к моменту до убийства по приказу Трампа иранского генерала Касема Сулеймани, что выглядит несколько неожиданно. Ранее Зариф в интервью телекомпании ABC News говорил, что «новые переговоры с Вашингтоном не очень вероятны», потому что «переговоры — это продолжение процесса давления» и, «возможно, это работает на рынке недвижимости, но это не работает в отношениях с Ираном». Потом он назвал формат «шестерки» (США, Франция, Великобритания, Германия, Китай и Россия) единственным возможным вариантом для переговоров между Тегераном и Вашингтоном. Отметим также и то, что чуть ранее постпред США при ООН Келли Крафт направила в Совет Безопасности ООН письмо, в котором было заявлено, что «США «готовы без предварительных условий начать серьезные переговоры с Ираном с целью предотвращения дальнейшей угрозы международному миру и безопасности или эскалации со стороны иранского режима». Под предварительными условиями американцы имеют в виду требования Тегерана сначала отменить санкции, а потом начать переговоры. То есть внешне вроде бы ничего не изменилось, если не считать того, что теперь уже Иран заговорил о переговорах. В чем же дело?

У Тегерана не срабатывает расколоть США и Европейский союз, хотя на словах эти стороны обозначают серьезные расхождения в отношении перспектив решения проблем иранской ядерной программы. По словам президента Ирана Хасана Рухани, «европейские страны могут повторить ошибки США». Они, создав механизм INSTEX для финансовых расчетов с Ираном в обход американских санкций, до сих пор не запустили его в действие. Теперь европейцы предлагают механизм разрешения споров в рамках ядерной сделки с последующим выходом на Совет Безопасности ООН. Если Тегеран нарушит ядерные договоренности, то против него будет развернута массированная пропаганда, а в Совете Безопасности ООН будет проталкиваться новая резолюция, обвиняющая Иран. В этой связи иранское издание Etemaad считает, что иранская дипломатия плохо просчитала ситуацию, хотя многие изначально были уверены в том, что «европейцы и американцы будут серьезно ссориться из-за Ирана». К числу просчетов можно отнести и то, что «русские и китайцы переложили почти всю ответственность на ЕС».

На наш взгляд, связано это с тем, что в Иране в определенной части правящего класса существуют опасения того, что при определенных условиях и обстоятельствах позиции России и США станут сближаться и военно-политическая ситуация в регионе сложится таким образом, что альянс Тегерана с Москвой будет дрейфовать в сторону исключительно тактического сотрудничества. Для того чтобы развернуть ситуацию, иранцам потребуется немало многогранных политико-дипломатических усилий и времени. Помимо того, не срабатывает и тактика «шантажа», угроз вернуться к обогащению урана и возобновить ядерную программу. По всем признакам, в Иране начинает срабатывать и внутренний фактор. Казалось, что убийство генерала Сулеймани стало сплачивать иранское общество, а высший руководитель аятолла Али Хаменеи выступил за то, чтобы Корпус стражей Исламской революции (КСИР) начал вести войну далеко от границ Ирана. Однако трагический инцидент со сбитым украинским самолетом показал, что в иранском руководстве существуют скрываемые ранее трещины, что там ведется борьба относительно смены приоритетов во внешней и внутренней политике.

По мнению некоторых экспертов, эти явления сопровождаются кризисными явлениями в сфере идеологии. Многие, например, обратили повышенное внимание на то, что Рухани неожиданно покинул мечеть сразу после завершения пятничной молитвы, которую возглавил Хаменеи, не поприветствовал его, не дождался благословения, что произошло впервые за восемь лет. Фактом является и то, что критика в адрес аятоллы стала раздаваться уже из лагеря его традиционных сторонников, а слаженная система начала давать сбои. В этом смысле фигура Рухани, которому как в России, так и на Западе удается пока сохранять имидж понятного контрагента, с ним можно вести дела, приобретает особое значение. Не случайно в экспертном докладе Исследовательской службы Конгресса США выражена обеспокоенность тем, что «кампания максимального давления администрации Трампа, вполне вероятно, подорвала позиции Рухани и не привела к изменениям в ключевых стратегических целях Ирана, хотя оказала значительное влияние на иранскую экономику».

В то же время не стоит сбрасывать со счета того, что Вашингтон и Тегеран, несмотря на бурлящие противоречия и проблемы, накопили общий опыт неофициального тактического взаимодействия в Ираке и Афганистане и даже по решению совместных задач в борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В определенный момент и при определенных условиях он может быть востребован. Не исключено, что Зариф сейчас пытается разыграть именно эту карту.

Источник — REGNUM
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1580160780

Строительство ТАПИ в Афганистане может задержаться на полгода. А может и навсегда…

Начало строительства афганского участка газопровода ТАПИ (Туркменистан – Афганистан – Пакистан – Индия) было отложено из-за бюрократических проблем с выкупом земель, через которые его планируется проложить. Об этом сообщает издание Афганистан.ру со ссылкой на представителей группы контроля природных ресурсов.
Церемония закладки афганского участка ТАПИ прошла еще в феврале 2018 года, однако последующие работы, как передает издание, неоднократно откладывались.
Министерство шахт и нефтепродуктов Афганистана планировало приступить к строительству в начале 2020 года, после подписания меморандума о взаимопонимании с туркменской стороной. Однако, теперь этому препятствует то, что не был принят закон, регламентирующий сделки по приобретению земельных участков, через которые будет проходить газопровод, у их владельцев.
Представитель группы контроля природных ресурсов Афганистана предположил, что на согласование и принятие закона уйдет полгода. Парламентарии на данный момент заняты обсуждением других указов президента и проявляют недостаточный интерес к проекту ТАПИ, отмечает афганское издание Tolo News.

Источник — hronikatm.com

Asia Times: на каких условиях Турция готова сотрудничать с ЕС?

Сейчас Эрдоган увидел возможность, которая может позволить ему решить множество проблем, поскольку Германия стремится усилить свое влияние на международной арене.

АЛЕКСАНДР БЕЛОВ

Берлинская конференция позволила растопить лед в отношениях между президентом Турции Реджепом Эрдоганом и канцлером Германии Ангелой Меркель. Оба лидера поддержали перемирие в Ливии. Казалось, что после нескольких лет разногласий между двумя лидерами установились особенно теплые отношения в ходе официального визита канцлера в Стамбул на этой неделе, пишет политический обозреватель Бурхан Юксеккас в статье для издания Asia Times.

Укрепляя свою власть на волне антизападных настроений, президент Турции неоднократно критиковал, осуждал и угрожал европейским странам. Эрдоган использовал сирийских беженцев в качестве козыря, поскольку возможный приток беженцев сильно беспокоил Европейский союз. Сейчас Эрдоган увидел возможность, которая может позволить ему решить множество проблем, поскольку Германия стремится усилить свое влияние на международной арене.

Президент Турции, казалось, был готов к партнерству с европейскими странами уже в прошлом году, однако сейчас Эрдоган хочет вывести европейские ценности за рамки сотрудничества, в отличие от первого десятилетия своего правления.

Из-за отсутствия прозрачности, отсутствия принципа верховенства права, а также из-за того, что турецкие суды не признают решений ЕСПЧ, долгожданное членство Турции в Европейском союзе кажется маловероятным. Но приверженность Турции заключению соглашения о беженцах в 2016 году показала, что сжигание мостов с крупнейшим импортером турецких товаров — это не вариант.

У столкнувшейся с экономическими трудностями Турции практически нет друзей, кроме России. Греция, Израиль и Египет стремятся сдержать Турцию, рассчитывая на изоляцию страны от западных партнеров, ЕС и НАТО.

Президент Эрдоган открыто поддержал правительство Ливии в Триполи, когда гражданская война в стране уже подходила к концу, а войска маршала Халифы Хафтара осадили Триполи. Соглашение, подписанное между Анкарой и Триполи, дало ливийскому правительству национального согласия (ПНС) шанс на выживание, в то время как Турция, в свою очередь, получила поддержку соглашения о морских границах, которое поддерживает ее территориальные претензии в Средиземноморье.

На конференции в Берлине Германия попыталась достигнуть перемирия между враждующими ливийскими группировками после многих лет своей дипломатической неэффективности. В преддверии конференции президент Турции опубликовал статью в издании Politico, заявив, что «ЕС должен показать миру, что он является действующим лицом на международной арене». Турция и Германия заняли одинаковую позицию по вопросу о немедленном прекращении огня в Ливии, впервые за пять лет. После конференции канцлер Германии посетила Стамбул и поддержала усилия правительства Турции по приему сирийских беженцев (а также противодействию нелегальной миграции беженцев в ЕС). Меркель пообещала выделить больше средств для беженцев, а также оказать поддержку проектам по переселению людей, покидающих сирийский Идлиб. Внимание Германии к Идлибу может стать спасательным кругом для президента Турции, который, похоже, не имеет стратегии выхода в отношении сирийского Идлиба и джихадистов, которые его контролируют.

Турция уже предприняла попытки, чтобы сблизиться с Германией, предоставив благоприятные условия для создания завода Volkswagen, включая гарантированные объемы продаж. О готовности Эрдогана поддержать данный проект говорили все основные турецкие СМИ, контролируемые высшими правительственными чиновниками. Было ясно, что Турция, в которой стоимость национальной валюты значительно упала в последние годы, станет идеальным местом для подобных производственных предприятий. Но немецкий автомобильный гигант отказался от реализации данного проекта после вторжения Турции в северную Сирию в октябре 2019 года.

Стоит отметить, что в ходе своих выступлений канцлер Германии не стала сосредотачивать внимание на курдской проблеме или гражданских свободах и принципе верховенства права.

Готовность Турции снова начать работать вместе с европейскими державами очевидна. Но также ясно, что европейские ценности, свобода слова и верховенство права останутся за рамками нового партнерства.

Источник — REGNUM

Анкара стремительно наращивает военную активность в Восточном Средиземноморье

Тимур Ахметов


На днях турецкое буровое судно «Явуз» начало работы на южном участке исключительной экономической зоны непризнанной Анкарой Республики Кипр. Такая демонстративная акция наряду с недавним дипломатическим прорывом на ливийском направлении может рассматриваться как часть единой стратегии, которая свидетельствует о нарастании беспокойства по поводу ослабления турецкого влияния в регионе. Наметившаяся политическая изоляция и распространение антитурецких настроений ограничивают возможности Турции активно действовать даже вблизи собственных морских границ. Демонстрацией силы Анкара надеется выправить ситуацию. Подробности — в материале «Известий».

Игра на поражение

Планы по расширению формата своего участия в ливийском конфликте Турция вынашивала давно, ведь без заметного присутствия нельзя претендовать на один из перспективных рынков региона. Поначалу Анкара неофициально поддерживала Правительство национального согласия (ПНС) в Триполи в его борьбе с командующим Ливийской национальной армии генералом Халифом Хафтаром. Но в ноябре 2019 года Турция решила играть в открытую. Между Анкарой и Триполи было подписано соглашение о морских границах в Средиземном море в дополнение к соглашению о безопасности и военном сотрудничестве.

Не тот источник: почему Турция ставит на паузу операцию в Сирии
Соглашение об этом было достигнуто по итогам переговоров с делегацией США
Не успели региональные игроки обстоятельно осмыслить случившееся, как уже 2 января 2020 года Великое национальное собрание Турции одобрило законопроект о развертывании военного присутствия в Ливии. Дипломатические усилия Турции были направлены на заморозку конфликта и содействие мирному урегулированию. Анкара рассчитывала привлечь Москву в качестве посредника в вопросе достижения договоренностей между конфликтующими сторонами: встреча Путина и Эрдогана 8 января, а затем и консультации представителей противоборствующих сторон в Ливии 12 января должны были подготовить почву перед международной конференцией по Ливии в Берлине, запланированной с прошлого года.
Увязка дипломатических инициатив Турции с обещаниями задействовать собственные вооруженные силы в Ливии указывают на то, что политическое выживание правительства Триполи в силу отсутствия равно значимых партнеров в регионе рассматривается Анкарой в качестве краеугольного камня в вопросе прочности турецкой позиций в конфликте вокруг морских границ в Восточном Средиземноморье.

Бойцы Правительства национального согласия Файеза Сарраджа во время перестрелки с Ливийской национальной армией Халифы Хафтара

Показательно, что особую обеспокоенность действия Турции в Ливии вызвали в Греции, на Кипре и в Египте: урегулирование вопроса по ливийско-турецкому участку морской границы усиливает дипломатическую позиции Турции и в вопросе определения суверенных прав на газоносные морские участки южнее Республики Кипр.

СМИ сообщили о решении парламента Ливии разорвать отношения с Турцией

Из-за своей позиции по статусу Турецкой республики северного Кипра Турция сегодня остается вне региональных механизмов по освоению богатых газом участков. Так, 2 января Греция, Израиль и Кипр подписали соглашение о трубопроводе EastMed, способный в будущем обеспечить до 10% потребностей Европейского союза. Проект по прокладке 1900 км трубы по дну Средиземного моря до берегов Италии должен занять семь лет и потребует инвестиций объемом $6 млрд. В ответ на это Турция расширила зону действия своего растущего национального исследовательского флота в спорных районах.
Изоляция в регионе подтолкнула Анкару к осознанию того, что неподкрепленная военной силой дипломатия неэффективна, а пассивность в вопросе определения статуса морских границ недопустима для благополучного будущего страны. Чувство срочности усиливается изменением глобального баланса сил: рост напряженности в отношениях Турции и США заставляет Вашингтон укреплять сотрудничество с Грецией и Кипром.

Прекращение американского оружейного эмбарго в отношении Кипра 18 декабря 2019 года, заключение договора с Грецией о размещении военных баз США 26 сентября, планы Афин по модернизации F-16 и возможной покупке F-35 — лишь часть веских причин, которые содействуют изменению баланса дипломатии и военной силы во внешней политике Турции.
Морской бой

Гордиев узел: противостояние вокруг Кипра резко обострилось
Москва оказалась втянута в многосторонний конфликт с ведущими мировыми игроками
По мере ослабления политического влияния растет внимание Анкары к военному потенциалу турецкой армии. Власти планируют ввести в состав национальных ВМС в период 2022–2027 годов шесть подводных лодок Type-214, в 2020-м поставить на боевое дежурство уникальный универсальный корабль-амфибию «Анадолу», а также построить морскую базу на территории Кипра, где с 16 декабря находятся новейшие ударные турецкие БПЛА «Байрактар». Все это говорит о серьезности намерений Анкары.

Опора на силовой компонент в решении острых региональных вопросов создает запрос на идеологическое обоснование милитаризации внешней политики. Руководство страны не оставляет попыток склонить общественное мнение к допустимости участия Турции в будущих вооруженных конфликтах. Набирает популярность концепция «Голубой родины» (Mavi Vatan). По словам ее идейного вдохновителя адмирала в отставке Джема Гюрдениза, пространство «Голубой родины» турков — аналог входящих в Национальный обет территорий, на которых предполагалось построить Турецкую Республику после войны за независимость 1919–1923 годов. Как и не вся территория национального обета вошла в состав в нового государства, так и не все морские границы были закреплены за Турцией.

Политические амбиции Анкары требуют от Москвы серьезной ответной работы
Идеи адмирала Гюрдениза об установлении турецкого суверенитета над спорными морскими территориями официально звучат на самом высшем уровне в Анкаре. Необходимость сохранения за Турцией обширного пространства южного морского приграничья продиктованы как экономическими, так и геополитическим расчетом. Из всего объема внешней торговли страны — примерно 89% приходится на морские перевозки. Неспособность отстоять свое право на владение исключительной экономической зоной может дискредитировать политику Анкары по превращению страны в региональный транспортный и энергетический коридор.

Система приоритетов

Нет сомнений в том, что на примере сирийского конфликта Россия давно поняла особое отношение Турции к собственным приграничным регионам и ее растущую обеспокоенность по поводу ослабления своих позиций. Поэтому Москва разумно решила привлечь Анкару к соучастию в урегулировании конфликта, а не изолировать ее. В итоге обеим сторонам удалось, не толкаясь локтями, решить собственные первоочередные задачи в Сирии.

Кроме того, активность Турции способствует поддержанию контролируемой напряженности в Средиземноморье, тем самым снижает коммерческую привлекательность проекта, который составляет конкуренцию российским газопроводам. С другой стороны, военное присутствие в Восточном Средиземноморье дает возможность России проявить свой дипломатический потенциал.

При этом главное для России — иметь четкий приоритет интересов. Прежде всего не становиться прямым участником региональных конфликтов и, ведя диалог с Турцией, не допускать дисбаланса отношений с другими странами. Наконец, не забывать, что Турция — член НАТО и развитие турецкого флота укрепляет потенциал НАТО в других регионах, граничащих с Россией, прежде всего в Черном море.

Источник — iz.ru
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1579937100

Туркмения (с помощью Турции) будет строить транс-афганскую ЛЭП в Пакистан. Проект «TAPP-500»

https://www.newsfactory.su/ru/

Туркменистан подписал с турецкой компанией соглашение о строительстве ЛЭП для поставок электроэнергии в Афганистан

CentralAsia (TM) — 24 январе в Ашхабаде состоялось подписание Соглашения по сотрудничеству в реализации проекта линии электропередачи Туркменистан-Афганистан-Пакистан. Оно было заключено между министерством энергетики Туркменистана и компанией «TAPP-500 Power Transmission Line FZE», являющейся дочерним предприятием компании «Çalyk Holding A.Ş.» (Турция).
Как сообщает Turkmenportal, нынешняя встреча организована по поручению президента Гурбангулы Бердымухамедова в целях разработки правовой базы взаимного партнерства по строительству линии электропередачи напряжением 220 kW. В соответствии с постановлением главы государства, были согласованы вопросы, связанные с прокладкой транснациональной энергетической магистрали непосредственно по территории нашей страны до туркмено-афганской границы по направлению Марыйская ГЭС – город Герат Исламской Республики Афганистан.
В январе 2018 года уже был подписан Меморандум о взаимопонимании между министерством энергетики Туркменистана и компанией «Çalyk Holding A.Ş» по данному направлению.

Напомним, во время закладки фундамента участка газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ) в феврале 2018 года было подписано Соглашение о линии электропередачи Туркменистан-Афганистан-Пакистан (ТАП) между Правительствами стран-участниц проекта.
Помимо энергоснабжения всех инфраструктурных объектов данной магистрали, будущая ЛЭП даст возможность экспорта электроэнергии в Пакистан и другие страны Южной Азии транзитом через Афганистан.

Источник — centralasia.media

Пять ведущих ГЭС приносят Турции доходы в размере 11,1 млрд. турецких лир

Пять крупнейших ГЭС с водохранилищами в прошлом году принесли Турции доходы в размере 11,1 млрд турецких лир

Пять ведущих ГЭС приносят Турции доходы в размере 11,1 млрд. турецких лир
https://www.aa.com.tr/ru/info/%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%BA%D0%B0/17044

Смерть Сулеймани дала шанс России и Израилю

Ria.ru

Путин и Нетаньяху обсудят судьбу иранских сил в Сирии

Форум памяти Холокоста пройдет в мемориальном комплексе «Яд-Вашем».
Владимира Путина ожидают на Всемирном форуме памяти Холокоста, который состоится 23 января в мемориальном комплексе «Яд Вашем» в Иерусалиме. Путин встретится с премьер-министром Биньямином Нетаньяху, который среди прочего затронет проблему влияния Ирана на Сирию. Ситуация с созданием иранского стратегического коридора, ведущего к Средиземному морю, качественно изменилась после убийства Сулеймани.

Форум приурочен к 75-й годовщине освобождения нацистского концлагеря Аушвиц-Биркенау в Освенциме. Официальные лица Израиля высоко оценили решение Путина посетить мероприятие. «Израиль считает важным вклад Советского Союза в освобождение концентрационных лагерей, – заявил глава МИД Израиля Исраэль Кац. – Мы считаем, что увековечивание памяти жертв Холокоста – долг каждой страны».
По мнению Каца, мероприятие в Иерусалиме «связывает мрачное прошлое с современной реальностью процветающего Государства Израиль». Важно не забывать о Холокосте, чтобы трагедия не повторилась, подчеркнул министр.

Как следует из слов Каца, на этот раз Путину и Нетаньяху предстоит обсудить комплекс вопросов, которые касаются как двусторонних отношений, так и ситуации в мире. В конце 2019 года российско-израильские отношения оказались осложнены растущим числом отказов российским туристам во въезде на Святую землю и последовавшей в ответ на это проверкой израильтян в российских аэропортах. Несмотря на то что суровость израильской пограничной службы объяснили позже растущим интересом россиян к получению убежища, Россию такой ответ вряд ли удовлетворил. Кроме того, израильтяне призывали Нетаньяху решить тет-а-тет с Путиным и судьбу туристки Наамы Иссахар, которая осуждена в России на 7,5 года за провоз 9,5 грамма гашиша.
В 2019 году в израильской прессе часто появлялись сообщения о том, что российская авиация стала препятствовать расширению диапазона авиаударов Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) по сирийской территории. Несмотря на то что реальная ситуация говорит о другом (в январе израильские самолеты беспрепятственно атаковали базу Тияс в Центральной Сирии), российская и израильская стороны все равно обсудят функционирование механизма устранения конфликтов. Как сказал Кац, для еврейского государства принципиально важно, чтобы нескоординированность действий не привела к ненужной конфронтации. В 2018 году полет израильской авиации над Сирией привел к случайному удару сирийских военных по российскому Ил-20.

В числе вопросов, которые предстоит обсудить, важное место занимает иранское многоуровневое присутствие в Сирии, реальность которого серьезно изменилась после того, как американским ударом на территории Ирака был убит генерал Сулеймани, возглавлявший силы «Кудс» в составе Корпуса стражей исламской революции – влиятельнейшей в Иране военно-политической организации. Военачальник фактически координировал действия иранских союзников в ближневосточных странах, создавая фундамент для стратегического коридора – пути через территорию Сирии и Ирака, который бы открыл Ирану доступ к Средиземному морю. То, что эту работу сможет продолжить новый командующий силами «Кудс» Эсмаил Каани, сомнительно.

«Закрепление Ирана на территории Сирии является угрозой для безопасности Израиля, и мы не можем допустить такого развития событий, – заявил Исраэль Кац. – Иран несет угрозу не только нашей стране, но и всему региону». Министр подчеркнул, что РФ играет важную роль на Ближнем Востоке. «Израиль действует в координации с Россией в решении региональных задач. В Израиле ценят понимание президентом Путиным необходимости обеспечения безопасности Государства Израиль», – отмечал Кац. Следует признать, что разговор между Путиным и Нетаньяху о безопасности израильского государства, вероятнее всего, будет двигаться легче на фоне устранения влиятельного иранского военачальника.

«Смерть Сулеймани дала Владимиру Путину возможность усилить влияние России в Сирии за счет Ирана, – сказал «НГ» бывший спецпредставитель Госдепа США по политическому переходу в Сирии Фредерик Хоф. – Путин скорее всего не станет реагировать негативно, когда израильский премьер выразит удовлетворение в связи с кончиной Сулеймани. Вместо этого он (Путин. – «НГ») выразит понимание и даже сочувствие по поводу тревог Израиля». По мнению эксперта, президент РФ может намекнуть на продолжение дальнейшей маргинализации Ирана. «Путин вполне может предложить Иерусалиму оказать давление на Вашингтон, чтобы тот примирился с Асадом с целью минимизировать влияние Ирана в Сирии», – заключил Хоф.

«Сулеймани курировал и создавал ополчения под крылом Ирана, но этот процесс будет продолжаться и после его смерти», – отметил «НГ» эксперт Российского совета по международным делам Антон Мардасов. По его словам, измениться может только рвение иранских посредников, которые уже начали передвигаться по Сирии на автобусах оппозиции – опасаясь нападения с воздуха. «Важно и то, что Каани не знает арабского языка», – отмечает эксперт, комментируя фигуру преемника Сулеймани. По словам Мардасова, Россия могла бы использовать устранение иранского генерала для качественного укрепления своего влияния в сирийской военной и политической элите, однако пока неясно, насколько она готова к этому.

Игорь Субботин
Обозреватель-международник при главном редакторе НГ
22.01.2020

Источник — ng.ru

Ливийский тупик. Куда нефть вывезет

Источник: http://dk.com/

Антон ВЕСЕЛОВ | 23.01.2020

В Ливии находятся крупнейшие разведанные запасы нефти в Африке
19 января в Берлине прошла очередная конференции по Ливии. В отличие от аналогичных встреч в Палермо и Москве, это мероприятие по составу участников было весьма представительным – по приглашению канцлера Ангелы Меркель в столицу ФРГ прибыли президенты РФ, Турции, Франции, Египта, премьер-министр Великобритании, председатель Еврокомиссии, генсек ООН, глава Госдепа США, высокопоставленные представители Африканского союза, ЛАГ, Катара, ОАЭ, Саудовской Аравии.
Влияния даже трети собравшихся было достаточно, чтобы решить ливийскую проблему в течение даже не дней, а часов, но этого не произошло. Появился текст очередного коммюнике – многостраничного, невнятного и невыполнимого. А госсекретарь М. Помпео призвал ливийцев «взять судьбу страны в свои руки и построить безопасное будущее, свободное от насилия и иностранного вмешательства». Невероятное по смеси кощунства c цинизмом заявление представителя страны, которая превратила жизнь ливийцев в ад на земле!

Впрочем, неверно обвинять в случившемся только США. События в Ливии были частью «арабской весны» получили одобрение ООН – в ночь с 17 на 18 марта 2011 года Совет Безопасности принял резолюцию 1973, вводившую запрет на полеты ливийской авиации и разрешавшую «принятие любых мер для защиты ливийского населения». Уже на следующий день ВС США и Франции приступили к операции «Рассвет Одиссеи»; вскоре к ним присоединились сателлиты из числа европейских и арабских стран.

Встреча по Ливии в Берлине
Примечательно, что сами ливийцы на конференции 19 января никак себя не проявили. Делегации противоборствующих сторон прибыли в Берлин из Триполи и Тобрука, но ограничились двусторонними протокольными беседами с несколькими лидерами, в общей дискуссии не участвовали, а от прямых переговоров категорически отказались. Особого внимания этому никто не придал, так как оставалось непонятным, кого они, собственно, представляют. Как известно, ООН и ЕС поспешили признать правительство национального согласия (ПНС) в Триполи, но его не утвердил парламент. Большинство в составе ПНС – ярые исламисты, и немало тех, кто не скрывает свои связи с ИГ (запрещено в России) и «Аль-Каидой» (запрещена в России). ПНС отклонило все предложения ООН о развертывании международных стабилизационных сил. Что касается парламента, то он вместе с временным кабинетом министров вынужденно находится в Тобруке. Для них попытаться провести сессию в Триполи означает одно – принять смерть.

Отношения Триполи и Тобрука быстро приняли форму вооруженной борьбы в масштабе страны, и территория между Египтом и Тунисом превратилась в бесконтрольную зону, где решение любого вопроса зависит от калибра оружия и количества боевиков за твоей спиной. Там, где до 2011 года существовало процветающее государство Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия, возник центр контрабанды и работорговли, появились перевалочный пункт нелегальных мигрантов из Африки в Европу и зона влияния террористических организаций.

Больше трех лет мир безучастно наблюдал, как сотни банд вооруженных «революционеров» делили в Ливии зоны влияния. Столица Триполи оказалась под контролем сразу нескольких группировок, которые нередко вступали в перестрелки из-за «спорной» улицы или микрорайона. К 2014 году определились внешние игроки – часть из них встала на сторону ПНС, другие сделали ставку на Тобрук, а точнее – на Халифу Хафтара, который создал и возглавил «Ливийскую национальную армию» (ЛНА), присвоив себе звание фельдмаршала. К слову, его пресс-секретарем стал Ахмед Мисмари – бывший шеф протокола Каддафи, который одним из первых предал его и сбежал во Францию. Сегодня он выступает от имени «главного командования ЛНА» в военной форме с погонами генерал-майора.
Кто же сражается в Ливии, что это за две армии? Вооруженные силы ПНС в основном состоят из ополченцев Мисураты и Зинтана. Первоначально в них входили также отряды исламистов, которые взяли частичный контроль над Бенгази и полный – над Дерной. Сегодня эти формирования контролируют только столицу, ключевой город Мисурату и несколько относительно небольших районов близ Зинтана и Адири. Численность ВС ПНС составляет, по оценкам, 20-25 тыс. человек, но эта цифра очень условная.
Что касается ЛНА, то, несмотря на название, это что угодно, но не «ливийская» армия. Лишь около 7 тыс. ее бойцов являются ливийцами; по меньшей мере треть из них – мадхалиты (одно из течений салафитов), дезертировавшие из правительственной армии, и примерно 18 тыс. – наемники из Судана, Южного Судана, Чада, племен туарегов и десятки других формирований.

Доступ к месторождениям нефти в западных районах Ливии обеспечил Хафтару стабильный доход, что позволило нанимать «живую силу» и заручиться весомой поддержкой в обмен на щедрые обещания. Однако нашлись спонсоры и у ПНС – тоже достаточно влиятельные. В первые годы войны противоборствующие стороны использовали в основном то, что осталось в местных арсеналах: по паре десятков самолетов, по полсотни вертолетов; с артиллерией и бронетехникой проблем не было – их при Каддафи в Ливию было поставлено несколько тысяч единиц. Боевые потери быстро возмещали спонсоры, хотя первоначально поставки ограничивались устаревшей техникой. К примеру, ЛНА получила из Египта около 20 самолетов МиГ-21, из ОАЭ – 12 штурмовиков AT-802 производства компании IOMAX, а также дюжину боевых вертолетов Ми-24. Украинские специалисты восстановили до летной годности несколько МиГ-21 и МиГ-23.

В дальнейшем объемы поставок боевой техники и вооружения возрастали. Оружие обеим сторонам конфликта поставляли не менее десяти стран. И это притом, что с 26 февраля 2011 года действует эмбарго, установленное резолюцией СБ ООН. Очередное продление запрета было оформлено 10 июня 2019 года единогласным решением 15 членов СБ, принявших резолюцию 2473. Так что странным выглядит пункт заключительного коммюнике Берлинской конференции 19 января, в котором содержится призыв воздержаться от поставок оружия в Ливию.
В Ливию стали поступать самые современные образцы вооружения, нередко – с экипажами, расчетами, системами боевого управления. К примеру, войска Хафтара получили из ОАЭ три ЗРПК «Панцирь» российского производства, американские MIM-23 Hawk, китайские ударные БЛА Wing Loong II. Не будет преувеличением сказать, что поставленное по качеству и количеству многократно превышает то, что находится на вооружении армий большинства стран НАТО.

Несмотря на потоки оружия, выяснилось, что с таким воинством (с обеих сторон) много не навоюешь, а потому в конфликт в той или иной степени на одной из сторон оказались вовлечены США, Франция, Великобритания, Италия, ОАЭ, Катар, РФ, Египет, Турция, Саудовская Аравия и др. Так, ВВС США начиная с 1 августа 2016 года неоднократно выполняли бомбометание по целям в Ливии. Не остался в стороне и Египет: в мае 2017 года самолеты «Рафаль» ВВС Египта в течение трех суток наносили бомбоштурмовые удары.

К 2019 году ажиотаж с поставками вооружений в Ливию вырос еще больше. Заработать, однако, получилось не у всех, у иных вышли одни убытки – частная украинская компания «Скайавиатранс» потеряла в Ливии три из своих четырех самолетов Ил-76ТД. 29 июля 2019 года два из них прибыли с военным грузом для ЛНА из ОАЭ и были уничтожены турецким БЛА Bayraktar TB2. Еще один доставил из Анкары в Мисурату «гуманитарную посылку» (по утверждению МИД Украины) для сил ПНС, попал под обстрел и сгорел.

При поддержке Египта, ОАЭ, России, Саудовской Аравии, Франции, некоторых других государств ЛНА стала получать перевес и существенно расширила зону своего контроля. 4 апреля 2019 года Хафтар начал наступление на Триполи для «освобождения от террористов», а в ПНС объявили о встречной операции «Вулкан гнева». В последующих боях обе стороны потеряли несколько сот человек убитыми, тысячи были ранены. ЛНА смогла добиться ряда тактических успехов, а в январе 2020 г. установила контроль над важным городом Сирт с прилегающим портом и крупным аэродромом. В декабре-январе поставки оружия Хафтару достигли пика – в Ливию совершали полеты эмиратские самолеты Ан-124 «Руслан» и С-17, прибывали транспортные самолеты других стран, были отмечены даже два С-17 ВВС США, доставившие груз с крупнейшей американской военной базы в Рамштайне (ФРГ).

Этим можно объяснить крайне жесткую позицию, занятую Хафтаром на переговорах в Москве и Берлине, – он отказался подписывать любое соглашения, полагая, что от полной победы его отделяют несколько шагов. Небольшой нюанс – Сирт был занят группировкой под командованием человека по имени Мабрук аль-Газави. Это сын фельдмаршала Хафтара и, естественно, генерал ЛНА. Какой любящий отец сможет остановить наступательный порыв сына, если тот к тому же талантливый полководец? Тем более что оборонявший Сирт 604-й батальон сил ПНС в полном составе перешел на сторону Хафтара.
Продвижение ЛНА вызвало резкую реакцию Турции – поток поставок в адрес ПНС боевой техники значительно возрос. Помимо бронемашин, в Ливии появились самоходные комплексы ПВО ACV-10, дополнительные партии разведывательно-ударных БЛА, средства РЭБ и высокоточные боеприпасы. 2 января Эрдоган добился согласия турецкого парламента на отправку в Ливию подразделений регулярной армии сроком на год (с возможностью продления мандата). Правда, турецкий президент отметил, что его военные не будут непосредственно участвовать в боевых действиях, они станут советниками, консультантами и инструкторами сил ПНС. А в качестве «мяса» Эрдоган направил в Ливию боевиков «Сирийской свободной армии». По данным СМИ, им предложили зарплату до 1,5 тыс. долларов в месяц и гражданство Турции после шести месяцев командировки в зону ливийского конфликта. Численность сирийских боевиков в Ливии уже достигла 2000 человек. Это серьезная сила, способная приостановить наступление войск Хафтара, но недостаточная для того, чтобы обеспечить победу ПНС.

В Анкаре подчеркивают, что решение направить воинский контингент в Ливию было принято «после получения запроса о военной помощи от признанного ООН правительства Ливии». Однако Эрдоган не стал маскироваться и заявил прямо: «Если нападения так называемой ЛНА не будут остановлены… это негативно скажется на интересах Турции в бассейне Средиземного моря и Северной Африке».
В ноябре 2019 года президент Турции и глава ПНС подписали меморандумы о сотрудничестве в военной сфере и о взаимопонимании по морским зонам. Согласно произведенной ими перекройке карт исключительных экономических зон, Турция и Ливия теперь соседи, а Греция оказалась в еще более затруднительном положении относительно спорных районов шельфа. Речь идет о перспективах добычи углеводородов в Средиземном море, и Турция настроена в высшей степени решительно. А союзников у Анкары, кроме ПНС, здесь нет, если не считать непризнанную Республику Северного Кипра.
Египет и Саудовская Аравия также настроены воинственно, но в отношении ПНС, которое они считают «террористическим режимом «Братьев-мусульман» (организация запрещена в России. – А.В.), поддерживаемым Турцией и Катаром». Интерес Москвы сводится к желанию восстановить влияние в Ливии, где до 2011 года Россия имела очень сильные позиции. Согласно официальным заявлениям, РФ поддерживает контакты со всеми заинтересованными сторонами, но отношения с Хафтаром гораздо теснее.

Италия готова поддержать кого угодно, лишь бы в Ливии не вернулись к «Соглашению о дружбе и сотрудничестве». Этот документ был подписан в Бенгази 31 августа 2008 года Муаммаром Каддафи и премьером Сильвио Берлускони и содержит признание Италией ущерба, нанесенного Ливии за годы колонизации с обязательством его компенсировать. «Соглашение предусматривает выделение 200 млн долл. ежегодно в течение 25 лет в форме инвестиций в проекты развития инфраструктуры в Ливии», – объявил тогда Берлускони. А в Париже крайне незаинтересованы в новом расследовании «ливийских взносов» на президентскую кампанию Саркози и связанную с этим роль Франции в физическом устранении Каддафи.

Политика США витиевата – там сначала поддержали ПНС в борьбе с отрядами ИГ, входившими в состав «правительственной армии» и занимавшими Сирт. После ликвидации отъявленных бандитов под черными флагами Сирт перешел под контроль формирований из Мисураты, и Вашингтон стал оказывать помощь Хафтару. Американцы полагают, что гражданин США Халифа Хафтар не забыл, кому он обязан в жизни; если понадобится, кураторы из ЦРУ всегда напомнят это своему недавнему подопечному.
В сентябре 2019 г. Хафтар объявил о создании Brega Petroleum Marketing Co (BPMC) – филиала Национальной нефтяной корпорации (NOC) с прицелом на дальнейшее отделение филиала с соответствующими последствиями в плане контроля за экспортом нефти. Через несколько дней появилось совместное заявление США, Великобритании, Германии, ОАЭ, Италии и Турции, в котором NOC была названа единственным органом, имеющим право торговать ливийской нефтью. Такое единение показало, что именно интересует эти страны в Ливии; ссылки на «необходимость обеспечить стабильность и равные права всех граждан страны» выглядели здесь издевкой.
Следующий шаг Хафтара не заставил себя ждать – в начале 2020 г. он заблокировал нефтяные терминалы на западе страны, парализовав не только экспорт, но и добычу, поскольку резервуары для хранения уже заполнены. Представитель NOC заявил 20 января, что экспорт нефти из Ливии может упасть в 16 раз, а добыча сократится с 1,2 млн до 72 тыс. баррелей в день, что будет самым низким уровнем с августа 2011 года. NOC уже объявила форс-мажор, чтобы юридически приостановить контракты по поставкам.

Карта нефтяной инфраструктуры Ливии с заблокированными протестующими нефтяными терминалами (голубые стрелки).Источник: petroleum-economist.com
С учетом того, что в Ливии находятся крупнейшие разведанные запасы нефти в Африке, а также на фоне снижения добычи в Ираке, неопределенности вокруг Ирана и вероятными новыми ударами по нефтегазовой инфраструктуре Саудовской Аравии, последствия могут быть глобальными. По расчетам Хафтара, это должно повлиять не только на скорость подготовки очередной конференции по Ливии, намеченной в Алжире, но и на позиции заинтересованных сторон. Есть вероятность, что это побудит их принять действенные меры для прекращения войны в Ливии.

А пока наблюдается не только отсутствие единства в оценках происходящего, но и размежевание стран, поддерживающих кто одну сторону, кто другую, а кто и всех сразу. Встреча в Берлине это ясно показала.

Источник — fondsk.ru
Постоянный адрес статьи — https://centrasia.org/newsA.php?st=1579765500

США-Иран: цивилизационное противостояние. Заметки на полях событий, — Рашид Гани Абдулло

Рашид Гани Абдулло

США-Иран: цивилизационное противостояние. Заметки на полях событий.

«Пока Иран будет развиваться в рамках реализации собственной, а не западной модели модернизации, бесконфликтное сосуществование этих государств невозможно»

1.Где корень противостояния?

Ранним утром 3 января с.г. в ходе специальной операции, разработанной и осуществленной американскими военными по приказу президента Дональда Трампа, был убит командующий корпусом «Ал-Кудс» Корпуса стражей исламской революции генерал Касем Сулеймани. Операция против него была проведена на территории третьей страны — Ирака. Убийство видного иранского военноначальника спровоцировало резкое обострение и без того весьма конфликтных американо-иранских отношений.

Своими корнями американо-иранские конфликтные отношения уходят ко дням победы исламской революции в Иране. После свержения последнего иранского монарха, упразднения самой монархии и основания народным волеизъявлением на всеобщем референдуме Исламской Республики Иран страна под водительством своего безусловного лидера великого аятуллы Хомейни взяла курс на преодоление глубокой и многоаспектной зависимости от США. С тех самых дней и по настоящее время американо-иранские отношения в значительной степени являются выраженным в острой и открытой форме противостояния двух цивилизаций — западной, базирующегося в наше время на западном христианстве и либерализме, и исламской цивилизаций в их американской и шиитской ипостасях соответственно.

О том, что дело в этом аспекте отношений между двумя странами обстоит именно таким образом, свидетельствует угроза Дональда Трампа подвергнуть уничтожающим ударам цели на территории Ирана, в том числе и имеющие культурное значение, если руководство страны предпримет ответные действия против американцев в отместку за убийство ими генерала Касема Сулеймани.

Понятно, что Дональд Трамп, говоря о подобных целях, имел в виду не кинотеатры, театры, концертные залы и даже не телецентры и библиотеки. Из реакции и комментариев иранских, и не только, СМИ — новостных теле- и радиоканалов, интернетсайтов, социальных сетей, обычной прессы, следует, что в самом Иране и в других исламских странах однозначно восприняли угрозу американского президента как его намерение подвергнуть ударам цели, имеющие для иранцев цивилизационное значение.

В Иране сразу же заявили, что удары нанесенные по таким целям, будут ничем иным, как военным преступлением. Профессиональное военное руководство США, кстати, наиболее прагматичная и трезвомыслящая часть политического истеблишмента страны, практически сразу же заявило, что оно будет соблюдать принятые правила ведения войны. Да и сам Дональд Трамп в последующих своих заявлениях уже не упоминал о культурных объектах. Скорее всего, вняв увещеваниям некоторых из своих советников, хорошо осознающих чем могут обернуться для американских интересов угрозы уничтожить культурные объекты, имеющие для иранцев цивилизационное значение.

Кстати, осенью 2001г. президент Джордж Буш-младший в преддверии вторжения американских войск в Афганистан говорил о крестовом походе против международного терроризма. В исламском мире эти походы однозначно воспринимаются как война западных крестоносцев против ислама и исламских государств. Соответственно, в подавляющем большинстве исламских стран слова президента были интерпретированы как отождествление им исламского мира с международным терроризмом. Помощники, советники, пресс-секретари президента поспешили тогда заявить, что интерпретаторы неправильно истолковали его слова и что он ни в коей мере не отождествляет ислам, исламский мир и мусульман с международным терроризмом. Но в обоих случаях слова были сказаны. И в обоих случаях содержащийся в них посыл был воспринят ровно в том ключе, в котором он был вербально изложен (в случае с Дональдом Трампом твиттерные послания являются, по своей сути, скорее формой вербальной, нежели письменной коммуникации).

2.Ставки и их последствия

В конце 80-х гг. прошлого столетия на фоне резкого ослабления позднеперестроечного СССР развернулся процесс трансформации политически преимущественно двухполюсного мира в преимущественно однополюсный. И так сложились обстоятельства, что Иран был одним из немногих государств, твердо, не на словах, а на деле, противостоявших утверждавшейся политической однополярности мира. Противостоянием разного рода санкциям. Организацией современной высококлассной системы образования. Развитием фундаментальных наук с упором на реализацию программ по обретению компетенций в области освоения мирных атомных технологий, нано- и биотехнологий. Созданием современной промышленности, ВПК и армии и т.д. . При этом, с умом распорядившись занятостью США установлением своего мирового военно-политического доминирования в балканских войнах конца прошлого столетия, в войнах в Афганистане и Ираке.

Когда в середине прошлого десятилетия США, обвинив Иран в стремлении обзавестись ядерным оружием, попытались оказать на него военно-политическое давление, они столкнулись с новым Ираном во главе с харизматичным и решительным руководителем исполнительной власти страны президентом Махмудом Ахмади Неджадом. В свое время он, также, как и Касем Сулеймани, ушел добровольцем на фронт, чтобы в рядах Корпуса стражей исламской революции воевать со вторгшимися в страну иракскими войсками.

«Арабская весна», в ходе которой миру явился такой феномен, как ИГИЛ, и все, что за этим последовало, превратило Иран во влиятельную региональную державу, без которой нельзя решить ни одну из «горячих» проблем на Ближнем Востоке. Находившийся в то время у власти в США президент Барак Обама, которого в цивилизационном конфликте с Ираном в большей степени волновал не столько религиозный, сколько либеральный аспект, счел, что для его страны будет полезным несколько снизить градус взаимного противостояния, достичь с Ираном разумного ядерного соглашения и наладить нечто подобное сотрудничеству в вопросах, по которым интересы двух стран могут или реально совпадают. Они действительно совпали в вопросе противостояния ИГИЛ.

Президент Трамп, придя к власти и приступив к реализации объявленной им формулы «сделаем Америку снова великой», отправил в архив многое из политического наследия своего предшественника, в том числе и ядерное соглашение с Ираном, и сотрудничество с ним даже там, где оно отвечало интересам США. Более того, наряду с противостоянием Китаю в экономической и Россией в экономической и военной сферах, он вновь перешел к тотальному противостоянию с Ираном. Его и стоящих за ним сил никак не устраивал, помимо всего прочего, возросшие статус и влияние Ирана в регионе.

Вот уже сорок лет, с того самого момента, как свершилась исламская революция, государство Израиль и Иран видят друг в друге экзистенциальную угрозу себе и действуют в отношении друг друга соответствующим образом. В этом взаимном противостоянии Израиль пользуется поддержкой США. Вместе с тем, отношение президента Обамы к нынешнему руководству Израиля, активно выражавшим свое недовольство его стремлением достичь ядерного соглашения с Ираном, было довольно прохладным. В президентство Трампа в американских отношениях с Израилем, в целом, и в вопросе противостояния Ирану, в особенности, не только все вернулось на круги своя, но и поднялось на качественно новый уровень.

Арабские союзники американцев в Персидском заливе, которых во всех отношениях — от сугубо политических до сугубо религиозных, никак не устраивает возросшая роль Ирана в региональных делах, с энтузиазмом восприняли возвращение США при Дональде Трампе к открытому противостоянию с Ираном. Не будучи в состоянии самостоятельно противостоять росту иранского влияния, они всячески поддерживают американского президенте в его открытой конфронтации с Ираном.

Наконец, нельзя не отметить и такой фактор, как внутриамериканская политическая борьба, вылившаяся в конфронтацию палаты представителей Конгресса с президентом Трампом. Дело дошло до принятия палатой представителей решения об импичменте главы государства.

Воздействие всех названных факторов, помноженное на стремление Дональда Трампа переломить внутриполитическую ситуацию в США в свою пользу, сделало неизбежным его желание резко поднять ставки в противостоянии с Ираном. Появление такого желания в складывавшихся, не без участия самого президента Трампа, внешних и внутриамериканских условиях было всего лишь вопросом времени. В принципиальном плане, судя по всему, временное пространство достаточно жестко определялось необходимостью осуществить это желание до начала активной фазы предвыборной президентской гонки, к которому он должен был подойти с возросшим рейтингом и заметно укрепившимися позициями.

Необходимо было найти и подходящую форму реализации этого желания. Она была найдена в коллективно подготовленном и принятом президентом Трампом решении провести спецоперацию в отношении генерала Касема Сулеймани, предварительно обвинив его во всех возникающих для американцев проблемах на Ближнем Востоке и всех бедах их союзников в регионе. Выбор Касема Сулеймана в качестве объекта спецоперации был преодопределен прежде всего тем, что именно он стал для всех в регионе символом внешнеполитических и военных успехов иранцев.

Как показали события, исполнение принятого решения должно было сопровождаться заявлением президента Трампа о том,что он лично отдал приказ на ликвидацию иранского генерала и угрозами обрушить на Иран уничтожающие удары, если его вооруженные силы предпримут какие либо либо ответные действия. Все это, в совокупности, должно было обернуться для него существенными внутриполитическими дивидендами.

3. Кто остался в выигрыше?

Сразу после выполнения военными США приказа своего верховного главнокомандующего руководство Ирана оценило произошедшее как военное преступление и заявило, что генерал Касем Сулеймани будет обязательно отомщен и непременно в ближайшем будущем. Жестко заявив о своем намерении и никак не определив характер и направление ответных действий, иранцы крепко взволновали и регион и, в еще большей степени, Европу, для которой трансформация американо-иранского конфликта в большую войну могло обернуться еще более мощным потоком беженцев из региона, чем это было прежде, со всеми вытекающими для европейцев проблемами и последствиями. Затем в разных выступлениях самих иранцев и их союзников в регионе было обозначено вероятные характер и направление ответных действий — удар по американским базам, пропорциональный тяжести нанесенного американцами удара по Ирану.

В конечном итоге, так оно и случилось. Соответствующие подразделения Корпуса страже исламской революции нанесли удар по американской авиабазе Айн-ул-Асад на западе Ирака и аэродрому в Эрбиле в Иракском Курдистане. Иранская сторона заявили, что их удар пропорционален тяжести нанесенного им американцами удара и если США не нанесут нового удара, то иранцы также воздержаться от обострения ситуации. Президент Трамп, выдержав паузу, выступил с заявлением, суть которого свелась к тому, что удары не обернулись для американских войск человеческими потерями, следовательно, можно считать конфликт исчерпанным и что стороны могут сотрудничать в борьбе против общего врага — ИГИЛ.

Руководство Ирана не было бы самим собой, если бы не постаралось превратить потерю одного из своих лучших военноначальников в крупную политическую победу. Приложив соответствующие усилия, эту задачу оно успешно решило.

Главной политической победой Ирана стало сплочение иранцев вокруг своего руководства, проявившего необходимую степень твердости и решимости постоять за свою страну, за свои цивилизационные ценности, за выбранный ими путь развития, правильность которого была доказана хотя бы уже тем, что выдержав широкое международное давление, они не отказались от создания собственных ракетных систем.

Тех самых систем, благодаря которым и всем тем, что обеспечивает их точное наведение на цели, Иран обрел возможность ответить ударом на удар и не абы куда, а точно по американской базе в Ираке, откуда и взлетели беспилотники, нанесшие ракетный удар по колоне автомашин, на которых прибывший из Ирака генерал Касем Сулеймани и встречавшие его иракцы направлялись из багдадского аэропорта в иракскую столицу. А это значит, что санкционные трудности и лишения иранцев были не напрасны, что они практически вошли в небольшую когорту государств, способных собственными силами разрабатывать и производить эффективное оружие, вышли на передовые рубежи современного научно-технического прогресса.

Это также значит, что руководство страны не обмануло иранцев и выдало результат, позволяющий им ощутить гордость за свою страну. Свидетельством тому стали миллионы иранцев заполнившие улицы и площади Тегерана, религиозных центров страны — Мешхеда и Кума, а также Кирмана -родного города погибшего генерала, а до того святых для всех шиитов мира городов Неджеф и и Кербала, по которым пронесли останки погибших в ходе американской спецоперации Касема Сулеймани и принимавших его иракцев.

Отказ президента Дональда Трампа от дальнейшего нагнетания военного напряжения после ответного ракетного удара стало несомненным политическим успехом, по крайней мере, во внутриполитическом аспекте, иранского руководства.

Еще одной его победой стал фактический, но не формальный выход Ирана из ядерной сделки. Дальнейшее пребывание в ней, когда Соединенные Штаты в одностороннем порядке вышли из нее, западноевропейцы, устрашенные американскими санкциями, перестали выполнять свои договорные обязательства, Выход Ирана из ядерной сделки в форме принятия решения о пятом шаге снижения обязательств страны по ней сразу же после гибели генерала Касема Сулеймани, не вызвал, как прежние шаги иранцев в этом направлении, серьезных протестов европейцев. Данное обстоятельство также стало очевидным успехом иранцев. Вероятно западноевропейцы поначалу не очень внятно прореагировали на пятый шаг снижения Ираном своих договорных обязательств просто потому, что и их самих решение американского президента ввергло в состояние шока. Тем не менее, формально Иран продолжает оставаться в ядерном соглашении, оставляя его европейским участникам возможность все же возобновить выполнение взятых на себя обязательств, а не просто предъявлять иранцам свои претензии.

Что же касается США, то сплочение иранцев вокруг своего руководства и рост антиамериканских настроений в самом Иране и в Ираке стало для них главным негативным результатом нанесения беспилотниками ракетного удара пл кортежу Касема Сулеймани. Другим крупным негативным результатом для них, вне всякого сомнения, является принятие иракским парламентом решения о выводе всех иностранных войск из страны. Еще одним негативным последствием можно считать внезапно возникшая угроза формирования неблагополучной атмосферы для американского военного присутствия во всем регионе. Крайне неприятным результатом для самого президента Дональда Трампа стало отсутствие какой либо политической поддержки своему решению и соответствующих действий американских военных со стороны западноевропейских союзников. Еще более неприятным для него является осуждение его решения и действий не только членами палаты представителей Конгресса от Демократической партии, но и некоторыми республиканцами. Принятое 9 января с.г. палатой представителей Конгресса решение, ограничивающее возможности действующего президента принимать самостоятельно и в одностороннем порядке решения, ведущие к развязыванию войны против Ирана, естетственно, никак не может радовать Дональда Трампа.

4. Что думает Ближний Восток и остальной мир?

Для ближневосточного региона, да и для всего мира, явным откровением стала решимость Ирана ответить на удар президента Трампа своим ударом. Еще большим для всех откровением стало, то, что Иран обещание свое сдержал и полутора десятком своих ракет такой удар нанес. Ну а самым большим откровением, для всех стран региона, особенно для союзников США, стал отказ президента Трампа от собственных угроз нанести, если иранцы посмеют ответить ударом возмездия на гибель своего военноначальника, уничтожающие удары по 52 целям на территории Ирана.

Еще одним и совсем неожиданным для них стало сделанное американским президентом им предложение иранцам сотрудничать в борьбе против общих врагов. Тут им бы впору задаться вопросом, если всего лишь в ходе одного выступления нынешний хозяин Белого дома от угроз и метания грома и молний переходит к приглашению объекта угроз к сотрудничеству, то не станут ли они сами, если не сегодня, то в некоем недалеком будущем объектом угроз и санционного давления своего самого большого союзника. Например, если вдруг, по каким либо причинам откажутся покупать американское вооружение и предпочтут, например, приобрести российские или китайские системы. Ведь угрожали же США Турции уничтожающими санкциями, если она не откажется от приобретения российских ЗРК С-400. После случившейся американской -иранской стычки, завершившейся попыткой действующего американского президента призвать иранцев к сотрудничеству против общих врагов, для них самое время задуматься о характере своих отношений с Ираном, столь очевидным образом проявившего не только свою силу, но верность сказанным свои словам и данным обещаниям.

Для остального мира последнее обострение американо — иранских отношений стало еще одним проявлением специфического подхода президента Дональда Трампа к международному праву, к принятым в международных отношениях нормам, к заключенным его предшественникам договорам и соглашениям. Вместе с тем, произошедшее показало, что продемонстрированное иранцами манера реагирования на действия Дональда Трампа является достаточно эффективной и плодотворной. Глядишь, мир может и принять ее на вооружение.

5. Что за последней чертой?

Под последним всплеском американо-иранского конфликта подведена черта. Обе стороны будут осмысливать то, что произошло, извлекать уроки, делать необходимые выводы и готовиться к очередному его витку.

Ясно одно — пока США будут находиться в статусе глобальной сверхдержавы, а Иран быть исламской республикой и в рамках реализации не западной, а собственной модели модернизации успешно трансформировать себя в передовое в образовательном, научном, индустриальном, аграрном и военном плане государство, бесконфликтное их сосуществование не возможно, по определению.

Если США не могут сегодня бесконфликтно сосуществовать даже с пребывающими с ними в едином цивилизационном пространстве послушными и покладистыми западноевропейскими союзниками, то говорить о возможности бесконфликтного их сосуществования с таким своим цивилизационным антиподом, как Исламская Республика Иран никак не приходиться.

Американцы уже заявили о своем намерении и дальше наращивать санкционное давление на Иран, что, рано или поздно, но обязательно приведет к новому всплеску напряженности между ними.

6.Позиция Таджикистана

В сложившейся не простой ситуации, если Таджикистану необходимо будет открыто определиться со своей позицией в отношении произошедших событий в американо-иранских отношениях на территории Ирака, то самым выигрышным для республики может быть одна позиция- миротворческая, а именно призвать две противостоящие стороны разрешать свои конфликты мирным путем, через равноправный диалог.

Для Таджикистана не самым приятным результатом последнего обострения и без того конфликтных американо-иранских отношений может стать их негативное воздействие на темпах реализации достигнутых в прошедшем году ряда между Ираном и Таджикистаном. В том числе и договоренности по доведению до необходимых кондиций тоннеля Истиклол, соединяющий центральный и южный регионы страны с ее северным регионом. Просто потому, что Ирану будет необходимо сконцентрироваться на противостоянии заявленных и уже введенных президентом Дональдом Трампом новых антииранских санкций.

Остается надеяться, что такого не случиться и что иранская и таджикская стороны найдут возможности и ресурсы для выполнения достигнутых договоренностей и продолжат проведение курса на дальнейшую нормализацию двусторонних отношений.

Сокращенный газетный вариант статьи размещен на: https://www.asiaplustj.info/

Источник — ЦентрАзия