В терминологии международных отношений Китай можно определить как растущую великую державу, а Турцию — как растущую и активную региональную державу
Prof. Dr. Gürol Baba, Nariman Mehdiyev
Стамбул
Преподаватель кафедры международных отношений Университета социальных наук Анкары профессор Гюрол Баба написал для агентства Анадолу-Анализ о значении визита министра иностранных дел Хакана Фидана в Китай для отношений между двумя странами.
***
В области международных отношений за последние пять лет появились новые мнения, посвященные направленности и развитию отношений между Турцией и Китаем. Помимо растущего значения обеих стран в международной политике, особенно в регионах Черного моря, Восточного Средиземноморья, Восточной и Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока, большую роль в развитии этой литературы играют их отчасти критические отношения с западным мировым порядком. Многогранное развитие отношений между Турцией и Китаем окажет влияние на «западные» международные отношения, основанные на Северной Америке и Западной Европе, в дополнение к международной экономической политике Азиатско-Тихоокеанского региона. Это влияние будет в основном зависеть от моделей внешнеполитического поведения Турции и Китая. Обе страны могут работать вместе с нормами, правилами и институтами как Запада, так и Востока, чтобы достичь этого через сбалансированные процессы. Хотя Турция и Китай отличаются друг от друга с точки зрения политических, экономических и стратегических возможностей, решающим здесь является то влияние, которое углубление их отношений окажет на политику Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии и даже Европы.
— Многогранность визита
Знаменательно, что визит министра иностранных дел Хакана Фидана в Китай совпал со временем, когда это академическое, политическое, экономическое и стратегическое любопытство ускоряется. Примечательно также, что визит состоялся в ответ на визит члена Политбюро ЦК Коммунистической партии Китая, директора Центральной комиссии по иностранным делам и министра иностранных дел Ван И в Анкару 25-26 июля 2023 года, что свидетельствует о схожем понимании внешнеполитических деятелей двух стран. Следует также подчеркнуть, что этот визит стал визитом самого высокого уровня в Синьцзян-Уйгурский автономный район со времен визита президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в данный автономный район в бытность его премьер-министром в 2012 году. Этот визит также подчеркивает тот факт, что лица, принимающие решения в Турции и Китае, проанализировали влияние углубления и даже институционализации двусторонних отношений и прилагают усилия для его реализации.
Для создания такого эффекта необходимо углубление отношений не только в политической и стратегической, но и в экономической, торговой и даже социальной и нормативной сферах. Многотемный и многоплановый характер визита министра Фидана демонстрирует это осознание.
Встреча министра Фидана с Чэнь Вэньцином, членом Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии Китая, посвященная развитию турецко-китайского стратегического сотрудничества, является одним из самых ярких моментов визита. Установление сотрудничества в рамках Анталийского дипломатического форума (ADF) с официальными представителями Центра Китая и глобализации также можно отнести к важным встречам с точки зрения двусторонних отношений. Вклад Центрального коридора в реализацию инициативы «Пояс и путь» Подчеркивание Ван И значения, которое Турция и Китай придают нормативной и практической ценности национального суверенитета и их цивилизационной схожести, очень важно с точки зрения углубления сотрудничества двух стран в области экономики, торговли, энергетики, инвестиций в инфраструктуру, высоких технологий и цифровой экономики в рамках Среднего коридора.
С другой стороны, принятие необходимых мер для обеспечения прекращения огня в Газе и решения проблемы двух государств, вступление Палестины в ООН, а также усилия по выработке общего знаменателя по «консенсусу из шести пунктов» в отношении кризиса на Украине являются общими целями для обоих государств. После совместных заявлений, сделанных во время визита с вице-президентом Китая Хань Чжэном, о развитии стратегического сотрудничества с учетом национальных интересов Китая, визиты министра Фидана в Урумчи и Кашгар подчеркнули геокультурное присутствие Турции в регионе и раскрыли широкий спектр двусторонних контактов.
В терминологии международных отношений Китай можно определить как растущую великую державу, а Турцию — как растущую и активную региональную державу. Хотя великие державы обладают потенциалом действовать самостоятельно, современная международная политика заставляет их действовать в соответствии с принципами взаимозависимости. Другими словами, в современной глобальной политике исчезло различие между великой, средней и малой державой времен холодной войны. В зависимости от вопроса, области или региона, по которому ведется борьба, средние державы могут быть более ценными партнерами по альянсу, чем многие великие державы. Геостратегическое и геокультурное значение Турции на Ближнем Востоке, ее влияние на западные стратегические и экономические институты, а также роль, которую она хочет играть в инициативе «Пояс и путь» в контексте Центрального коридора, ставят Турцию в очень важное положение в стратегических расчетах Пекина.
— Азиатско-Тихоокеанская политика Турции
Как региональная держава, Турция сталкивается с большими ограничениями, чем Китай, в достижении своих политических результатов, действуя в одиночку. Существует несколько моделей внешнеполитического поведения, которым региональные проактивные державы, такие как Турция, должны отдавать приоритет в своей внешней политике, особенно в Азиатско-Тихоокеанском регионе, который одновременно обширен и фрагментирован, и где соперничают многие великие державы. Прежде всего, в отношениях с великими державами в этих регионах следует избегать вопросов и процессов, в которых эти державы находятся в тесной конкуренции.
Вторым направлением внешней политики Турции в Азиатско-Тихоокеанском регионе является придание большего значения отношениям с институтами. Однако процессы формирования, функционирования и динамики институтов региона не имеют таких четких правил и поведенческих моделей, как западные институты. Эти организации больше похожи на платформы, на которых их члены вырабатывают общую точку зрения на меняющиеся глобальные и региональные повестки дня и обсуждают шаги, которые необходимо предпринять, чтобы воплотить эту точку зрения в жизнь. Расширение взаимодействия Турции с этими организациями позволит ей улучшить свою осведомленность и влияние на региональные повестки дня. Две региональные организации, к которым Турция может обратиться в этом контексте, — это АСЕАН и Шанхайская организация сотрудничества, обе они также упоминаются в риторике президента Эрдогана. Для улучшения взаимодействия с обеими организациями углубление отношений с Китаем будет играть решающую роль. То, что министр Фидан во время своего визита к Чэнь Вэньцину подчеркнул необходимость укрепления сотрудничества Турции и Китая в сфере безопасности, является важным аргументом, особенно для расширения взаимодействия с Шанхайской организацией сотрудничества.
Наконец, будучи активной региональной державой, Турция может также обратиться к министоронним объединениям с государствами Азиатско-Тихоокеанского региона, с которыми она «единомышленница». У Турции есть дипломатический и стратегический опыт участия в таких группах, как это видно на примере MIKTA, в которую входят Мексика, Индонезия, Южная Корея, Турция и Австралия. То, что министр Фидан подчеркнул общие черты Турции и Китая, особенно в плане нормативных и цивилизационных элементов, соответствует принципу «единомышленников» и может проложить путь для будущих институциональных разработок, которые может создать этот принцип.
Профессор Гюрол Баба является преподавателем кафедры международных отношений Университета социальных наук Анкары.
Луноход совершил мягкую посадку в «Блюде Аполлона» — кратере на южном полюсе Луны
Emre Aytekin, Nariman Mehdiyev
ПЕКИН
Согласно заявлению Китайского национального космического управления, лунный зонд, являющийся основной частью ровера, начал спускаться с орбиты с помощью посадочного аппарата утром 2 июня.
Луноход совершил мягкую посадку в «Блюде Аполлона» — кратере на южном полюсе Луны — «Блюде Эйткена».
После посадки на Луну ровер начал раскапывать лунную поверхность с помощью зонда и собирать образцы грунта и горных пород с помощью роботизированной руки. Ожидается, что сбор образцов будет завершен через 14 часов.
После того как собранные образцы будут запечатаны в контейнере, они будут доставлены с поверхности на орбитальный спутник и возвращаемый шаттл. Затем возвращаемый шаттл доставит образцы на Землю.
Chiang’i 6 станет первой в истории исследовательской миссией, которая соберет образцы горных пород и грунта с темной поверхности Луны.
Темная сторона Луны
Поскольку скорость вращения Луны вокруг Земли и вокруг себя одинакова, одна и та же сторона Луны всегда обращена к Земле. Дальняя сторона Луны, которая не видна с Земли, называется «темной стороной».
Термин «темная» означает не отсутствие света, а то, что эта область менее известна, чем ближняя сторона Луны.
Советский спутник «Луна» впервые сфотографировал темную сторону Луны в 1959 году, а Советская академия наук опубликовала подробный атлас темной стороны Луны в 1960 году.
Астронавты, участвовавшие в американской пилотируемой лунной экспедиции «Аполлон-8» в 1968 году, стали первыми людьми, которые лично увидели темную сторону Луны.
Китай — первая страна, высадившая ровер на темной стороне Луны
Исследовательские миссии, названные в честь китайской мифологической богини Луны «Чанъи», начались со спутников «Чанъи-1» и «Чанъи-2», отправленных на лунную орбиту в 2007 и 2010 годах. Исследовательские миссии, целью которых было составление карты Луны, должны были подготовиться к мягкой посадке на поверхность.
В рамках миссии «Чанъи-3» в декабре 2023 года на поверхность Луны был высажен «Юйту (Нефритовый кролик)».
В рамках миссии «Чанъи-4» Китай открыл новые возможности, высадив «Юйту-2» на темной стороне Луны в январе 2019 года.
В рамках миссии «Чанъи-5» Китай отправил на Луну свой первый аппарат, целью которого был сбор образцов горных пород и грунта. Аппарат вернулся на Землю в декабре 2020 года с 1,73 килограммами образцов горных пород и грунта, собранных после запуска в ноябре 2020 года.
В ближайшие годы Китай планирует продолжить исследования Луны с помощью новых миссий. В связи с этим после «Чанъи-6» в 2026 году запланированы миссии «Чанъи-7» для исследования южного полюса Луны, а в 2027 году — «Чанъи-8» для проверки возможностей и наличия природных ресурсов и проведения испытаний для строительства космодрома на лунной поверхности.
Начиная с 2030 года страна намерена организовать пилотируемые экспедиции на Луну и подготовить почву для дальнейших исследований, создав Международную базу лунных исследований.
Трое тайконавтов провели вне станции около 8 часов, в течение которых занимались ремонтом солнечных батарей
Emre Aytekin, Ulviyya Amoyeva
ПЕКИН
Команда тайконавтов пилотируемого корабля «Шэньчжоу-17», работающая на национальной орбитальной станции КНР «Тяньгун» («Небесный дворец»), совершила свой второй выход в открытый космос.
Как сообщили в Управлении программы пилотируемых полетов КНР (CMSA), тайконавты Тан Хунбо, Тан Шэнцзе и Цзян Синлинь успешно выполнили вторую миссию команды за пределами станции.
Тайконавты провели вне станции около восьми часов, в течение которых занимались ремонтом солнечных батарей, установленных на модуле «Тяньхэ», а также провели другие работы по обслуживанию модуля.
Это был 13-й выход в открытый космос на космической станции и второй выход в открытый космос команды тайконавтов, отправленной на станцию в рамках миссии «Шэньчжоу-17».
Команда тайконавтов прибыла на «Тяньгун» 26 октября прошлого года и будут работать на орбите в течение шести месяцев. В числе задач команды -космические научные эксперименты, технические испытания и установка внекорабельных модулей.
Китайская модульная космическая станция «Тяньгун»
Китай построил собственную космическую станцию на орбите, поскольку США запретили сотрудничество в освоении космоса и заблокировали Пекину участие в программе Международной космической станции (МКС).
Станция«Тяньгун», состоящая из основного модуля, двух лабораторных модулей и включающая в себя космический телескоп, была построена по модели российской космической станции «Мир», которая больше не действует.
Основная часть станции, модуль под названием «Тяньхэ» (небесная гармония) была запущена 29 апреля 2021 года, первый лабораторный модуль «Вэньтянь» (поиск неба) — 24 июля 2022 года, а второй лабораторный модуль «Мэнтянь» (мечты о небе) — 31 октября 2022 года.
Орбитальный телескоп под названием «Сюньтянь» (вращающийся по небу) также планируется добавить к станции в качестве отдельного модуля.
«Тяньгун» рассчитана на работу трех тайконавтов (от китайского тайкун — «космос»). В их распоряжении — 110 кубических метров жилого пространства. Во время пересменки на станции может одновременно находиться шесть человек. Стандартная пилотируемая миссия длится полгода.
Билал Карими и Си Цзиньпин. Кадр из репортажа CCTV
Председатель КНР Си Цзиньпин принял верительные грамоты у нового посла Афганистана в Китае. Об этом сообщает пресс-служба китайского МИД.
На церемонии в Доме народных собраний, прошедшей 30 января, верительные грамоты Си Цзиньпину вручили послы 42 стран. Среди них был Билал Карими, ранее занимавший пост заместителя официального представителя правительства движения «Талибан»*.
Ранее Китай стал первой страной, официально назначившей нового посла в Афганистане после прихода талибов к власти. Чжао Шэн вручил верительную грамоту главе фактического правительства Афганистана Мохаммаду Хасану Ахунду на церемонии в Кабуле 13 сентября. Власти Китая не конкретизировали, является ли назначение Чжао Шэна сигналом о готовности официально признать правительство талибов.
«Это обычная ротация посла Китая в Афганистане, и она направлена на дальнейшее развитие диалога и сотрудничества между Китаем и Афганистаном. Политика Китая в отношении Афганистана ясна и последовательна», — подчеркнули тогда в МИД КНР.
ℹ️ Движение «Талибан» захватило Кабул 15 августа 2021 года, спустя три недели объявило о назначении нового правительства. Но ни одна страна мира до сих пор официально не признала это движение в качестве законной власти Афганистана. Международное сообщество требует от новых властей сформировать коалиционное правительство, куда были бы включены представители различных этнополитических сил Афганистана, а также женщины, чьи права при талибах оказались серьезно ограничены. В свою очередь, талибы заявляют, что хотят иметь хорошие отношения со всеми, и призывают страны Европы вновь открыть свои посольства в Кабуле.
*Движение «Талибан» признано террористическим и запрещено в РФ и многих других странах (указываем по требованию российского законодательства).
Министерства иностранных дел Узбекистана, Казахстана, Таджикистана и Туркменистана выступили с заявлениями о поддержке принципа «одного Китая» после выборов в Тайване, которые прошли 13 января.
«Вновь заявляем, что твердо поддерживаем принцип «одного Китая» и то, что правительство Китайской Народной Республики является единственным законным правительством Китая, а Тайвань – неотъемлемой частью территории Китая», — говорится в сообщении МИД Узбекистана.
«В связи с так называемыми выборами 13 января 2024 года в китайском Тайване Таджикистан твердо поддерживает политику »одного Китая» и считает Правительство Китайской Народной Республики единственным законным и представительным правительством всего Китая. Признавая Тайвань неотъемлемой частью территории Китая, Таджикистан решительно выступает против любых попыток внешнего вмешательства во внутренние дела этой дружественной страны», — подчеркнули в Таджикистане.
В МИД Туркменистана, сообщая о твердой поддержке единого Китая, сослались на Устав Организации Объеденных Наций (ООН), одним из основных принципов которого является соблюдение территориальной целостности государств.
Казахстан также заявил о поддержке усилий правительства КНР «по осуществлению мирного воссоединения страны».
В самой КНР отметили, что принцип «одного Китая» служит прочным якорем мира и стабильности в районе Тайваньского пролива.
«Мы убеждены, что международное сообщество будет и впредь придерживаться принципа одного Китая, проявлять понимание и поддерживать справедливое дело китайского народа, выступающего против сепаратистской деятельности по достижению »независимости Тайваня» и стремящегося к национальному воссоединению», — приводит «Женьминь Жибао» позицию МИД КНР.
ℹ️ Тайвань управляется собственной администрацией с 1949 года, когда туда бежали остатки сил Гоминьдана во главе с Чан Кайши (1887-1975), потерпев поражение в гражданской войне в Китае, напоминает ТАСС. Пекин считает Тайвань одной из провинций КНР.
13 января на Тайване прошли выборы президента и депутатов Законодательного юаня (парламента). Победу в борьбе за высший пост с результатом 40,05% голосов избирателей одержал действующий заместитель главы администрации острова Лай Циндэ, который выступает за независимость Тайваня. Лай Циндэ пообещал защищать остров в случае военной агрессии Китая, но заверил в готовности развивать сотрудничество с Пекином.
Южно-Китайское море: новый зигзаг конфронтации? США и Китай ведут переговоры, в то время как Япония укрепляет военное сотрудничество с Филиппинами
Некоторое время назад официальные лица в Маниле рассказали о том, что корабль береговой охраны Китая и сопровождающее его судно без предупреждения протаранили два филиппинских военных судна снабжения вблизи спорных вод в Южно-Китайском море (ЮКМ): обошлось без пострадавших. МИД островного государства выразил протест; в свою очередь, в Пекине на разных уровнях периодически заявляет, что практически весь этот бассейн является составной частью Китая, что вполне продолжает аналогичную политику Поднебесной еще 1970 – 1980-х годов.
Потому неудивительно, что этот морской бассейн и особенно его сектор, примыкающий к Малайзии, Брунею, Филиппинам, Камбодже и «бывшему» Южному Вьетнаму, со второй половины 2010-х годов, периодически патрулируется ВМС и ВВС США.
Ранее, в конце сентября с. г., Филиппины выразили решительный протест действиям Китая, установившего на границе спорных вод в ЮКМ широкое плавучее заграждение, из-за чего филиппинские рыбопромысловые суда не могут проходить в большую часть примыкающей акватории, не говоря уже о невозможности освоения сопредельных запасов нефтегазового сырья, оцениваемых не менее чем в 300 млрд. тонн, в том числе промышленные – минимум в 240 млрд. тонн. Около 70% этих запасов находится в оспариваемых соседями секторах акватории ЮКМ, примыкающих к побережью Вьетнама, Малайзии, Филиппин и Брунея.
В июне 2021 г. освоение ЮКМ начал первый в мире глубоководный нефтегазовый комплекс Шэньхай-1, причем ресурсная экспансия КНР расширяется вопреки протестам соседних стран.
Примечательна в этой связи публикация 28 августа 2023 года Китаем официальной карты своей территории, включающей (как и ранее на аналогичных картах) не менее 70% бассейна ЮКМ. В то же время, как водится, и другие страны Юго-Восточной Азии тоже высказывают претензии на ту же часть бассейна, небезосновательно аргументируя их географией и конфигурацией своих их побережий (в отличие от китайского). Как следовало ожидать, Филиппины, Малайзия, Бруней и даже пользующийся поддержкой Америки мятежный Тайвань заявили о непризнании столь претенциозных морских границ КНР.
Как и в других потенциально богатых энергоресурсами и стратегически важных регионах мира (например, в Средиземноморье) бывшие метрополии (такие как США, Великобритания, Франция) и постколониальные государства так и не удосужились провести четкие разграничения морских владений, целенаправленно закладывая почву для будущих конфликтов и столкновений. В 1970-х гг. Тайвань и Южный Вьетнам предлагали странам региона общерегиональное разграничение в том бассейне, но без участия режима Мао Цзэдуна, без которого эти договоренности мало что бы значили, несмотря на то что Тайвань с Южным Вьетнамом смогли договориться друг с другом и с Филиппинами, а также к британским Гонконгом и португальским Макао по принадлежности ряда участков ЮКМ. Понятное дело, в Пекине эти договоренности не признают и по сей день.
Вместе с тем «тайванские» договоренности с Филиппинами, Гонконгом и Макао (стали автономиями КНР в 1997-2000-м гг.) по ЮКМ Пекин пока не нарушает, что до некоторой степени нивелирует риск военного конфликта КНР с Тайванем, старательно провоцируемого американскими империалистами. Не в последнюю очередь потому, что позиции «гоминдановского» режима и «Китайской Республики» на Тайване (соответственно до и после 1949 г.) и «коммунистического» Пекина по морскому разграничению в ЮКМ почти идентичны. Хотя Тайвань «напоминает» о своем военном присутствии в данном регионе, проведя летом 2022 г. учения, встретившие протесты в Пекине и Ханое, но не где-либо еще – вероятно, от того, что остальные заведомо более слабые в военном отношении соседи полагают Тайбэй противовесом Пекину в бассейне ЮКМ.
Еще в конце марта Министерство обороны КНР предупредило Вашингтон о «серьезных последствиях» в связи с маневрами эсминца USS Milius, маневрировавшего недалеко от Парасельских островов в северном секторе ЮКМ: «Действия американских военных серьезно нарушили суверенитет и безопасность Китая, грубо нарушили международное право и стали неопровержимым доказательством того, что США преследуют навигационную гегемонию и милитаризацию Южно-Китайского моря». Давний китайско-вьетнамский спор Парасельских островов решился в 1974 году военной победой Пекина над тогдашним Сайгоном (Южный Вьетнам), что вызвало протест и со стороны Демократической Республики Вьетнам, позиция которого остается неизменной. В 2020 г. Вьетнам выразил протест после заявления о формировании на Парасельских островах (китайское название Сиша) и архипелаге на Спратли (Наньша) двух уездов: «Вьетнам выступает решительно против действий Китая и считает, что подобные решения не имеют законной силы и противоречат духу добрососедства в отношениях двух стран. Такие шаги китайской стороны серьезно нарушают суверенитет Вьетнама, способствуют осложнению обстановки в Восточном море, в регионе и в мире в целом». Аналогичную, но менее жесткую позицию по этому инциденту высказали Малайзия с Брунеем; периодически выражают озабоченность и другие страны региона, но тщетно, позиция в отношении ЮКМ и его ресурсов остается неизменной.
Острые разногласия между соседями по берегам ЮКМ активно используются Белым домом в его антикитайских комбинациях и построениях. Ареал действия созданного в 2021 г. блока АUKUS распространяется и на Юго-Восточную Азию, включая бывший британский «нефтегазовый» Бруней, получивший независимость только в 1984 г. Сохраняющееся британское присутствие (сухопутные войска и ВВС) оправдывается в том числе и притязаниями КНР и на 70% брунейского сектора Южно-Китайского моря. Никуда не делись и претензии Филиппин на бывший протекторат на востоке Малайзии (штат Сабах на острове Калимантан) и на примыкающую к нему акваторию, и здесь уже китайская сторона «сочувствует» спорщикам, стремясь продвинуть собственные позиции по чувствительным вопросам приграничного размежевания.
Вялотекущие конфликты и территориальные споры в Восточной Азии – неплохая кормушка для ВПК западных стран. К примеру, военное ведомство Малайзии использует закупаемые в Италии самолеты базовой патрульной авиации для обнаружения подлодок НОАК в акватории ЮКМ, особенно возле штата Сабах, заявил в парламенте министр обороны Мохамад Хасан. Ранее правительственная Malay Mail со ссылкой на заявление МИД страны сообщала, что Куала-Лумпур не признает обозначенные на новой китайской карте претензии Пекина на часть акватории в исключительной экономической зоне Малайзии в ЮКМ. Среди прочего там нашли отражение и претензии Китая на морские районы Малайзии в восточных штатах Сабах и Саравак (северное Борнео).
В отсутствие эффективной системы региональной безопасности активизировалась американо-китайская дипломатия в преддверии предполагаемой встречи Джо Байдена и Си Цзиньпина в кулуарах запланированного на 15-17 ноября саммита АТЭС в Сан-Франциско. Череда дипломатических контактов последнего времени, в основном по инициативе Вашингтона, направлена на спасение быстро ухудшающихся отношений между двумя крупнейшими военными державами мира.
3 ноября в Пекине прошли «содержательные, конструктивные и откровенные» переговоры между координатором департамента по Китаю Марком Ламбертом и Генеральным директором КНР по вопросам границ и океана Хун Ляном. По версии Госдепа, встреча стала частью «усилий по поддержанию открытых линий связи и ответственному управлению американо-китайскими отношениями». В Вашингтоне подтвердили необходимость возобновления военных каналов, «чтобы избежать недопонимания и просчетов», а также «подчеркнули обеспокоенность опасными и незаконными действиями КНР в Южно-Китайском море», имея в виду вышеупомянутый инцидент с филиппинскими судами, а также «небезопасный» перехват американского самолета 24 октября. На ближайшие дни намечены двусторонние «консультации по контролю над вооружениями и нераспространению», а также отдельные переговоры по морским делам и другим вопросам.
Тем временем в ходе визита в Манилу премьер-министр Японии Фумио Кисида заявляет о трехстороннем сотрудничестве между этими двумя странами и Америкой «по защите свободы моря», включая начало переговоров о взаимном доступе войск для укрепления военного сотрудничества на фоне «все более напористого» поведения Китая в регионе. Филиппины и Япония, два ближайших азиатских союзника Штатов, занимают жесткую позицию относительно того, что они считают агрессивным поведением китайских судов на фоне многолетних споров о морском суверенитете. «Япония будет продолжать вносить свой вклад в укрепление потенциала безопасности Филиппин, тем самым способствуя региональному миру и стабильности», – заявляет Кисида. В марте Япония наблюдала за американо-филиппинскими военными учениями, а через три месяца филиппинская и японская береговые охраны впервые провели совместные учения. Токио предоставил Маниле радары слежения за побережьем, что стало первым в мире проектом сотрудничества в рамках программы официальной помощи в области безопасности, направленной на повышение потенциала сдерживания партнеров Токио.
Отношения своей страны с Филиппинами воинственный японец сравнивает с «золотым веком» и останавливаться на достигнутом явно не собирается. Таким образом, сил, заинтересованных в превращении ЮКМ в очередной очаг очередного военного конфликта с далеко идущими последствиями, более чем достаточно.
Музей расположен в центре озера Цзинжун на территории Нового города науки и инноваций района Пиду в Чэнду. Это огромное сооружение в форме звезды площадью 59 тысяч квадратных метров, которое будто парит над водой. Здание соответствует трехзвездочным стандартам китайской программы зеленого строительства.
Основное наполнение музея — выставочные пространства, зоны для конференций, галереи, атриум, зрительские залы, открытый парк, ресторан, кафе и другие удобства для посетителей. Переходы между пространствами выглядят как туннели из научно-фантастических фильмов.
Инициатива создает новые глобальные сети с проектами взаимодействия в инфраструктуре, транспорте, энергетике, коммуникациях и других областях
Elmira Ekberova
АНКАРА
Инициатива «Один пояс — один путь» — концепция, предложенная в 2013 году председателем КНР Си Цзиньпином для активизации торговли между Востоком и Западом вдоль исторического маршрута Шелкового пути.
Инициатива создает новые глобальные сети с проектами взаимодействия в инфраструктуре, транспорте, энергетике, коммуникациях и других областях.
К инициативе уже присоединились более 150 государств и более 30 международных организаций.
Форум международного сотрудничества «Один пояс — один путь» состоится в Пекине 17-18 октября. В Пекин планируют приехать представители более 130 стран, в том числе главы 23 государства.
— Согласно данным Хайкоуской таможни, за первые три дня каникул по случаю праздника Середины осени и Дня образования КНР в провинции Хайнань на юге Китая было продано товаров в рамках оффшорной беспошлинной торговли на сумму 426 млн юаней. Прирост показателя в годовом исчислении составил 40,3 проц. Количество людей, которые совершили оффшорные беспошлинные покупки за указанный период, составило 61,6 тыс., что на 84,1 проц. выше, чем годом ранее.
Санья /пров. Хайнань/, 3 октября /Синьхуа/ — Согласно данным Хайкоуской таможни, за первые три дня каникул по случаю праздника Середины осени и Дня образования КНР в провинции Хайнань на юге Китая было продано товаров в рамках оффшорной беспошлинной торговли на сумму 426 млн юаней. Прирост показателя в годовом исчислении составил 40,3 проц. Количество людей, которые совершили оффшорные беспошлинные покупки за указанный период, составило 61,6 тыс., что на 84,1 проц. выше, чем годом ранее.
Санья /пров. Хайнань/, 3 октября /Синьхуа/ — Согласно данным Хайкоуской таможни, за первые три дня каникул по случаю праздника Середины осени и Дня образования КНР в провинции Хайнань на юге Китая было продано товаров в рамках оффшорной беспошлинной торговли на сумму 426 млн юаней. Прирост показателя в годовом исчислении составил 40,3 проц. Количество людей, которые совершили оффшорные беспошлинные покупки за указанный период, составило 61,6 тыс., что на 84,1 проц. выше, чем годом ранее.
Санья /пров. Хайнань/, 3 октября /Синьхуа/ — Согласно данным Хайкоуской таможни, за первые три дня каникул по случаю праздника Середины осени и Дня образования КНР в провинции Хайнань на юге Китая было продано товаров в рамках оффшорной беспошлинной торговли на сумму 426 млн юаней. Прирост показателя в годовом исчислении составил 40,3 проц. Количество людей, которые совершили оффшорные беспошлинные покупки за указанный период, составило 61,6 тыс., что на 84,1 проц. выше, чем годом ранее.
Санья /пров. Хайнань/, 3 октября /Синьхуа/ — Согласно данным Хайкоуской таможни, за первые три дня каникул по случаю праздника Середины осени и Дня образования КНР в провинции Хайнань на юге Китая было продано товаров в рамках оффшорной беспошлинной торговли на сумму 426 млн юаней. Прирост показателя в годовом исчислении составил 40,3 проц. Количество людей, которые совершили оффшорные беспошлинные покупки за указанный период, составило 61,6 тыс., что на 84,1 проц. выше, чем годом ранее.
Президент РФ выступил на Восточном экономическом форуме (ВЭФ)
Olga Keskin
Созидательная энергия, открытость, нацеленность на конкретный результат становится мощным конкурентным преимуществом Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), ключевым фактором, который определяет его глобальное лидерство по темпам экономического роста. Об этом сообщил президент РФ Владимир Путин, выступая на Восточном экономическом форуме (ВЭФ).
«Отмечу, что в прошлом году товарооборот России со странами АТР увеличился на 13,7 процента, а за первую половину текущего года прибавил ещё 18,3 процента. Рассчитываю, что наша торговля с государствами АТР да и в целом экономические отношения продолжат своё развитие, ведь Россия, наш Дальний Восток, открыта для укрепления торговых, кооперационных связей, и потенциал такого сотрудничества просто невозможно переоценить», -сказал российский лидер.
По его словам, масштабы проектов, которые РФ реализует на Дальнем Востоке, требуют такого же масштабного обновления дальневосточной энергосистемы.
«В наших планах – связать между собой газопроводы «Сила Сибири» и «Сахалин–Хабаровск–Владивосток», а затем включить их в единую систему газоснабжения страны. То есть решить, по сути, не побоюсь этого слова, историческую для нашей страны, глобальную задачу – интегрировать в одно целое газотранспортные сети запада и востока Российской Федерации»,-отметил президент.
По мнению российского лидера, к 2030 году производство СПГ в Арктической зоне России должно вырасти втрое – до 64 миллионов тонн в год.
При этом Путин выразил несогласие с утверждениями, что в экономике России становится «слишком много государств».
«Мы об этом слышим, об этом говорят постоянно. Это не так. Да, у нас есть крупные компании, особенно в сфере энергетики, но частные структуры развиваются быстрыми темпами. Мы их поддерживаем, в том числе и здесь, на Дальнем Востоке», — сказал глава государства.
Кроме того, Путин сообщил, что не видит непреодолимых проблем и сложностей с курсом рубля.
«Это, конечно, вопрос, который требует своего кропотливого исследования Центрального банка и правительства Российской Федерации, финансовых властей так называемых. Но в целом я не думаю, что здесь совсем непреодолимые проблемы и сложности», — отметил российский лидер.
Говоря о борьбе с инфляцией президент сказал, «здесь нет хороших и очень хороших решений» . «Здесь есть сложные решения. Но их нужно принимать своевременно. И Центральный банк, и правительство до сих пор это делали весьма эффективно», — сказал Путин
По его словам , нельзя упускать ситуацию, это может привести к неконтролируемому росту инфляции, в конечном итоге для экономики это будет еще хуже, тогда в условиях большой инфляции строить бизнес-планы практически невозможно.
Российский лидер также прокомментировал тему изъятия средств России за рубежом. По его словам, такие инициативы «переходит все границы».
«Дело же не в 300 миллиардах, мы уже заработали в два раза больше. Дело в подрыве доверия к тем, кто это делает», — отметил глава государства.
Путин акцентировал внимание на том, что Запад в данной ситуации не понимает негативных последствий для себя. Так, ограничения расчетов в долларах привело к тому, что страны задумались о создании собственных систем расчетов, отметил он.
По словам президента, сложившаяся ситуация в мировой экономике лишь простимулировала работу на дальневосточном направлении.
VIII Восточный экономический форум проходит во Владивостоке 10–13 сентября 2023 года. Это одна из крупнейших российских международных площадок, которая с 2015 года ежегодно принимает гостей на острове Русский(Приморский край).
Российская деревня неумолимо вымирает. По данным последней переписи, села потеряли более 700 тысяч жителей. Сейчас в России лишь четверть сельского населения; это столько же, как и в городах-миллионниках. Либеральные реформы уничтожили почти 25 тысяч сел, деревень и аулов: чиновники парадоксально называют их «населенные пункты без населения».
К ним стоит приплюсовать еще 35 тысяч сел, где проживает менее 10 человек. Точнее, официально числятся: как правило, это последние доживающие свой век старики, которым просто некуда уехать. Или люди, которые уже давно уехали в поисках работы в другие места, а выписаться из родного села не успели.
Больше всего вымерших поселков в средней полосе: больше тысячи сел полностью обезлюдели в Костромской, Смоленской, Ярославской, Тверской областях. Деревенские жители в отсутствие работы и жизненных перспектив бежали в более крупные села и города.
Огромная депопуляция характерна для сел Северо-Запада: больше тысячи полностью вымерших сел остались в Архангельской, Вологодской и Псковской областях. Это результат деиндустриализации, когда закрывались последние производства, дававшие надежду и работу.
Истории китайских умов могут многому научить Россию Абсолютно иная ситуация на Северном Кавказе, где село не вымирает, а скорее наоборот. Численность сельского населения не снизилась, а выросла в последнее десятилетие в Дагестане, Чечне, Кабардино-Балкарии, Адыгее.
На этом фоне российская урбанизация признана самой стремительной в Европе. Многие российские города признаны самыми быстро растущими, в том числе подмосковная Балашиха, Тюмень и Сургут, южные Краснодар и Сочи. Однако российская урбанизация — это просто миф. Мегаполисы увеличивают население не за счет высокой рождаемости (как, например, столица Албании Тирана, растущая на 1,6% в год), а за счет «высасывания» сельского населения.
Как спасти российское село от вымирания, федеральные власти должны были бы спросить у Пекина. Именно китайцы спасают, например, от обнищания и депопуляции села в соседнем Непале.
Непальцы еще позавидуют россиянам: у нас хотя бы сельские врачи есть
Си Цзиньпин еще во время своего второго председательского срока официально запустил проект по обеспечению безопасности поселений вблизи китайских границ. Задача китайских властей — сокращение масштабов бедности в странах Южной Азии. Пилотным населенным пунктом была выбрана высокогорная провинция Синдхупалчок на границе Непала и Китая.
Проблемы здесь такие же, как и, например, на российском Северо-Западе. Суровый горный климат выдерживают далеко не все, земледелие трудное. Вот население и уезжает: за последние десять лет жителей в высокогорной провинции уменьшилось более чем на 10%. Десятки деревень сейчас остались вообще без жителей.
Правда, непальцам еще стоило бы позавидовать россиянам. На 270-тысячную провинцию всего 6 докторов и ни одной крупной больницы. Если серьезно прихватило, то нужно лететь санитарным вертолетом в Катманду.
И вот теперь китайское правительство запускает в провинции Синдхупалчок проект «Оживленная деревня». Реализует его китайский Центр по борьбе с бедностью и сотрудничеству в целях развития. Помощь непальцам прежде всего в интересах самого Китая: чтобы у его восточных границ было спокойствие. Тем более что рядом расположен Тибет.
Так что выбор Синдхупалчока неслучаен: китайская комиссия тщательно отбирала территории, которые нуждаются в китайской помощи. И теперь проекты «Оживленная деревня» хотят запустить вдоль всей непальско-китайской границы.
«Оживленная деревня» поможет кастам неприкасаемых
Китайское правительство окажет финансовую и техническую поддержку бедным муниципалитетам: для них закупят сельхозтехнику, помогут построить животноводческие комплексы. Например, непальскую деревушку Кувинде хотят превратить в один из центров молочного животноводства. А это, понятное дело, позволит создать рабочие места, и значит, остановит отток населения. А заодно улучшит имидж Китая в глазах соседей.
Также китайцы будут строить инфраструктуру: дороги, школы, водопроводы, заявил консул по экономическим и коммерческим вопросам посольства Китая в Непале Ши Юй. По его словам, китайские правительство уже построило у соседей, в деревушке Джугал, новую школу. Предыдущее здание было в аварийном состоянии, проводить уроки было невозможно.
Китайские правительство выделило на стройку более 1 млрд непальских рупий (это примерно 1,1 млрд рублей). В новом здании будет 24 классных комнаты, 22 административных помещения, а также научная лаборатория, библиотека и компьютерный класс. Предусмотрели даже общежитие для учеников, что удобнее всего для представителей каст неприкасаемых (далитов).
На торжественной церемонии запуска «Оживленной деревни» присутствовал бывший спикер непальского парламента Агни Прасад Сапкота. Он, кстати, представитель Коммунистической партии Непала, которая, понятное дело, очень близка Компартии Китая.
На церемонии были также китайские чиновники и ученые из Юго-Западного университета. Профессор Ли Чуенг рассказал, что его вуз готовит «дорожную карту» (план мероприятий) для развития непальских деревень. Все по науке!
Согласятся ли японцы таскать каштаны из огня для дяди Сэма?
В японских правящих кругах немало деятелей, которые, не желая смириться с ведущей в Восточной Азии экономической и военной силой, пытаются применять против Пекина опасную политику. К таким деятелям можно отнести бывшего премьер-министра Японии, а ныне заместителя председателя правящей Либерально-демократической партии Таро Асо. Похоже, этот представитель правого крыла японского истеблишмента до сих пор смотрит на Китай, как на государство, с которым можно говорить свысока, прибегая к чуть ли не запугиванию великого соседа.
Как иначе можно охарактеризовать поведение Асо во время скандальной поездки на Тайвань и проведение официальных переговоров с руководством этой островной территории? Понятно, что Асо оказался на «мятежном острове» не только по своей воле и поездка согласована с японским правительством и верхушкой ЛДП. Не исключено, что она согласована и с Вашингтоном, который в последнее время, испытывая терпение Пекина, направляет на Тайвань высокопоставленных политиков, демонстрируя, что американская военная мощь позволяет игнорировать недовольство китайского руководства.
Находясь в Тайбее, Асо провел официальные переговоры с главой администрации острова Цай Инвэнь, замглавой местной администрации Лай Циндэ и руководителем внешнеполитического ведомства Джозефом У. А также выступил с речью, где заявил, что в регионе, включая Тайваньский пролив, не должно быть войны, призвав психологически подготовиться к использованию мощной устрашающей силы и ведению боя. В ряде изданий слова экс-премьера были переданы как призыв к Японии, США и Тайваню быть «готовыми к драке».
Провоцирующий Пекин призыв был не без тревоги воспринят в Японии, где от правительства потребовали объяснений. В японском народе еще сохраняется устойчивая аллергия к вовлечению страны в реальные военные конфликты, тем более с таким сильным противником, как Китай. Хотя среди японцев и есть сторонники «драки с Китаем», мнение большинства выразил один из комментаторов статьи в издании Yahoo News Japan: «Японцы войны не хотят, но в других странах призывная система, и у всех есть армейский опыт. Если начнется война, Япония проиграет за один день. Что касается США, то им нужны только японские базы, и, если что-то произойдет, они тут же уйдут, как это было в Афганистане».
Зная об этих настроениях и беспокоясь нарастанием недовольства политикой премьера Кисиды, японское правительство сочло за благо дистанцироваться от воинственных призывов Асо. Тем не менее в прессе появилась информация, что высказывания бывшего японского премьера о Тайване согласованы с действующим правительством. «Мы в курсе подобных сообщений, однако хотели бы воздержаться от комментариев действий депутатов и политических партий», — заявил на регулярной пресс-конференции заместитель генерального секретаря кабинета министров Есихико Исодзаки. Заявление, прямо скажем, странное. Выходит, Кисида и его министры снимают с себя ответственность за поведение на международной арене депутата и второго лица партии? Тем более что сопровождавший Асо в поездке на Тайвань депутат ЛДП Кэйсукэ Судзуки в эфире на японском телевидении отметил, что слова Таро Асо о том, что Токио, Вашингтон и Тайбэй должны быть готовы применить силы сдерживания для сохранения мира и стабильности в Тайваньском проливе, стали «результатом согласования, в том числе и с правительством» Японии. Тем самым признано, что попытку бряцать оружием одобрили и спровоцировали в Вашингтоне и Токио.
Однако такая позиция не может быть принята китайским руководством. Пекин осудил посещение острова Тайвань японским действующим высокопоставленным политиком, что произошло впервые после установления признания «одного Китая». Официальный представитель МИД КНР заявил, что своими действиями Япония нагнетает напряженность между двумя берегами Тайваньского пролива: «Китай предпринял серьезный демарш Японии с решительным осуждением посещения японским политиком тайваньского региона Китая, в том числе по поводу сделанных им безответственных высказываний, направленных на нагнетание напряженности по обе стороны Тайваньского пролива».
«Это серьезно нарушает принцип одного Китая и дух четырех китайско-японских политических документов, а также серьезно попирает основные нормы, регулирующие международные отношения», — подчеркнули во внешнеполитическом ведомстве Китая.
В заявлении китайского представителя говорится, что «полное воссоединение Родины является общим стремлением всех сыновей и дочерей китайской нации и неудержимой исторической тенденцией. Никто не должен недооценивать твердую решимость, волю и способность китайского народа защищать суверенитет и территориальную целостность страны».
Вместе с тем в МИД КНР назвали поездку Асо «визитом некоего японского политикана» на Тайвань. А в китайском посольстве в Токио высказывания бывшего японского премьера, прозвучавшие в ходе визита, назвали абсолютной чепухой, выходящий за рамки его полномочий.
Токио решил не доводить отношения с могущественным соседом до крайности и тут же предложил организовать японо-китайский саммит на уровне премьер-министров двух стран. Как сообщает японское информационное агентство «Киодо ньюс» со ссылкой на дипломатические круги, Пекин якобы согласился с этим предложением.
Высказывается предположение, что встреча главы правительства Китая Ли Цяна с премьер-министром Японии Фумио Кисидой может состояться на полях саммита АСЕАН в Индонезии. В случае реализации такого плана это станет первой встречей двух лидеров.
По мнению агентства, на встрече может быть обсуждена проблема, связанная с решением правительства Японии в августе-сентябре начать сброс радиоактивной воды с АЭС «Фукусима-1» в Тихий океан. Как известно, Китай не отказался от своей отрицательной позиции по данному вопросу после публикации МАГАТЭ своей оценки плана по сбросу воды.
Сообщение о предстоящей встрече сопровождается приведением противоречащей ему позиции дипломатического представителя Китая Ван И, который в июле заявил главе японского МИД, что страны не находятся в ситуации, при которой возможны контакты на высоком уровне.
Тем не менее «Киодо ньюс» продолжило зондаж, отметив, что председатель КНР Си Цзиньпин посетит предстоящий саммит G20 в Индии и форум лидеров стран Азиатско-Тихоокеанское экономического сотрудничества (АТЭС), на которых он также может встретиться с японским лидером.
В этой ситуации позиция японского правительства по крайней мере нелогична, а то и парадоксальна. Если Токио действительно заинтересован в попытке нормализовать отношения с Пекином, организовав для этого встречу в верхах, зачем нужна была поездка Асо на Тайвань? Возникает подозрение, что за кулисами этого «активного мероприятия» стоят американцы, которым важно убедить китайское руководство в том, что Япония, не ограничиваясь логистической поддержкой и иными вспомогательными действиями, напрямую готовится воевать с КНР своими окрепшими «силами самообороны» бок о бок с армией и флотом США.
Первый визит новый глава МИД КНР совершил в Турцию Владимир Скосырев
Министр иностранных дел КНР Ван И и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган не обвиняли РФ в срыве зерновой сделки. Ван И, вновь назначенный на пост министра иностранных дел КНР после неожиданной отставки с этого поста Цинь Гана, свой первый визит в этой должности совершил в Турцию. В ходе переговоров в Анкаре с президентом страны Реджепом Тайипом Эрдоганом и главой МИД Турции Хаканом Фиданом обсуждались, в частности, события в Украине и возможность транспортировки зерна по Черному морю. Как видно из сообщений СМИ двух стран, они не встали на позицию Запада, который обвиняет РФ в срыве сделки. Но договоренности о путях выхода из тупика достигнуто не было. Переговоры Эрдогана и Ван И прошли в закрытом для прессы режиме, без ответов на вопросы журналистов по ее окончании. На брифинге официальный представитель МИД КНР Мао Нин заявила о том, что оба собеседника обменялись мнениями по двусторонним отношениям. «Что касается кризиса в Украине и соглашения о транспортировке зерна по Черному морю, то обе стороны согласились с тем, что эти вопросы должны быть надлежащим образом урегулированы путем диалога и переговоров», – отметила она.
Как напоминает Reuters, сделка, позволившая Украине вывозить зерно по Черному морю, была подписана при посредничестве ООН и Турции. США и несколько европейских стран призвали Китай использовать влияние на Россию, чтобы побудить ее вернуться к условиям соглашения по экспорту зерна, а также помочь прекратить военные действия в Украине.
Почему политики во многих странах сейчас так много говорят о продовольственном положении в мире, понятно. Мировые цены на зерно могут вырасти на 15% после разрыва зерновой сделки, указал главный экономист Международного валютного фонда Пьер-Оливье Гуриншас. Как передали индийские телеканалы, правительство Индии, самого крупного экспортера риса в мире, запретило его экспорт. Такое же ограничение касается и экспорта пшеницы. Индия – самая большая по населению страна в мире, и ее власти обязаны заботиться прежде всего о питании своих граждан, подчеркивают индийские комментаторы. Как передал ТАСС, пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сказал, что Москва готова вернуться к соглашению, когда касающаяся ее часть будет выполнена.
Официальные медиа и в Турции, и в Китае не раскрывают того, что намерены сделать обе стороны для спасения зерновой сделки. По другим темам повестки переговоров комментаторы Турции и Китая выступают в основном в одном ключе. Например, турецкий сайт 19 views передал: Эрдоган призвал к усилению кооперации между двумя странами, особенно на основе программы «Один пояс – один путь». Анкара, явно стремясь потрафить Пекину, также указала, что Турция, член НАТО, не поддерживает расширение деятельности этого блока на Азиатско-Тихоокеанский регион.
Газета Global Times, голос Пекина для заграницы, подчеркивает, что Китай стремится укрепить взаимное доверие в отношениях с Турцией, выступает против вмешательства любых внешних сил во внутренние дела этой страны. Это, очевидно, намек на то, что в США находятся политические противники Эрдогана – в частности, проповедник Фетхуллах Гюлен. Впрочем, эта тема в ходе визита Ван И, по крайней мере если судить по официальным сообщениям, не затрагивалась.
В отличие от переговоров с Эрдоганом министры иностранных дел с прессой пообщались. В частности, Ван И указал, что Китай и Турция – это крупные развивающиеся государства. Поэтому у них громадный потенциал сотрудничества. По словам Ван И, правительство КНР поощряет китайские частные фирмы создавать предприятия в Турции, поддерживает использование местных валют в расчетах по торговле и намерено так делать и впредь. О важности и хорошей динамике двусторонних контактов говорил и Фидан.
Словом, отношения двух стран развиваются без проблем. Правда, западным журналистам удалось все же обнаружить один спорный момент, который обсуждался в ходе визита Ван И. Оказывается, министры иностранных дел затронули вопрос о судьбе уйгуров – этнического, в основном мусульманского, меньшинства в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Правозащитники на Западе обвиняли Китай в дискриминации уйгуров, даже использовании принудительного труда. Китай отверг эти обвинения.
В беседе с «НГ» Александр Лукин, научный руководитель Института Китая и современной Азии РАН, отметил: «Восстановить зерновую сделку возможно. Для этого нужно устранить те факторы, из-за которых РФ ее не продлила. Россия выполняла условия сделки, страны Запада не выполняли. Если Пекин и Анкара смогут добиться соблюдения этих условий, то поставки зерна будут продолжены. Но вряд ли это получится. Что касается упоминания конфликта в Украине, который тоже обсуждался в Анкаре, то Запад давно пытался побудить Китай занять менее близкую России позицию. Думаю, версия, что Эрдоган хотел склонить китайцев изменить свой подход, – это слухи, дезинформация. Китай выдвинул свой мирный план из 12 пунктов. Там сказано, что нужно объявить перемирие, а потом вести переговоры. Запад от этого отказывается. Думаю, склонить Китай изменить свой курс кому-то постороннему не удастся. Китай все решает сам».
Отношения Китая и Турции – «конкуренция прагматиков». С одной стороны, Турция как член НАТО видит в КНР системного оппонента. С другой стороны, Пекину и Анкаре удается поддерживать стратегические отношения, развивать трансевразийскую транспортно-логистическую инфраструктуру и наращивать успехи в торгово-экономической и инвестиционной сферах. Подробнее – в материале Ia-centr.ru.
КНР и Турция: успех на стыке политики и экономики
Дипломатические отношения КНР и Турции были установлены в августе 1971 года, а их активизация связана с началом политики реформ и открытости в Китае.
Нормативно-правовая база отношений включает в себя два документа. Первый — «Совместное коммюнике об установлении дипломатических отношений» от 4 августа 1971 года, согласно которому отношения Пекина и Анкары строятся на основании уважения суверенитета и территориальной целостности, невмешательства во внутренние дела и взаимовыгодного сотрудничества. Турция признает принцип «одного Китая».
Второй — «Совместное коммюнике между КНР и Турецкой Республикой» от 19 апреля 2000 года, в котором стороны подтверждают рамки двустороннего сотрудничества, а также указывают, что перспективное возрождение Шелкового пути будет способствовать их партнерству в будущем.
В 2010 году Пекин и Анкара заявили об установлении отношений стратегического сотрудничества, нацеленных на поддержание мира и стабильности в регионе, реагирование на глобальные вызовы, содействие развитию многополярного мира и демократизации международных отношений. С 2015 года функционирует межправительственный механизм по сотрудничеству, нацеленный на координацию политических, экономических и торговых отношений сторон, развитие взаимодействия в сфере безопасности, регулярно проходят встречи лидеров КНР и Турции.
Прагматичное взаимодействие КНР и Турции предполагает отказ от политических разногласий ради укрепления экономических отношений.
Оно и понятно, ведь в 2001 году объем двусторонней торговли составлял всего 1 млрд долларов, а к концу 2022 года товарооборот превысил 38 млрд долларов.
Поставки китайских товаров доминируют в структуре китайско-турецкой торговли.
Сложившаяся ситуация таит в себе большие риски: она способна привести к недовольству турецкого бизнеса из-за доминирования китайского импорта на рынке.
Основные экспортные товары Турции — это мрамор, драгоценные металлы, свинец, хром, медь, железо, цинк, руды, оксиды бора и борные кислоты.
Анкара заинтересована в увеличении экспорта сельскохозяйственной продукции в Китай.
Учитывая рост зависимости КНР от импорта продовольствия, Турция приобретает новые возможности для укрепления позиций на китайском рынке.
КНР поставляет в Турцию средства связи и автоматической обработки данных, иное цифровое оборудование.
Турция заинтересована в привлечении туристов из КНР. В 2018 году число китайских туристов, посетивших Турцию, увеличилось сразу на 60 % и составило 394 тысячи человек, а в 2019 году их количество превысило 500 тысяч человек. По состоянию на 2021 год в Турции было зарегистрировано более 1000 китайских компаний. Основной объем инвестиций пришелся на период с 2014 по 2019 год.
Тем не менее инвестиционная активность Китая в Турции невелика, его вложения составляют около 4 млрд долларов и сосредоточены в энергетической сфере, инфраструктурных проектах, логистике, финансах, телекоммуникационной сфере и животноводстве.
Значительную роль приобретает формирование континентального транспортно-логистического моста между Европой и Азией.
С конца 2000-х годов Анкара предпринимает попытки по развитию «Транскаспийского транспортного коридора «Восток — Запад» (Trans-Caspian East-West-Middle Corridor), также известного как «Средний коридор» (The Middle Corridor), который должен связать паромные терминалы Каспийского и Черного морей с железнодорожным транспортном КНР, Казахстана, Азербайджана, Грузии, Турции, Украины и Польши.
МИД Турции отмечает, что в течение года порядка 96 % грузовых контейнеров из КНР в Европу идут морем, тогда как оставшиеся 4 % – по Транссибирской железнодорожной магистрали.
Таким образом, турецкий проект нацелен на формирование альтернативного пути в Евразии, способного перехватить часть грузовых потоков, что превратит Турцию в континентальный логистический хаб.
Нельзя не обратить внимания на то, что китайская инициатива «Пояса и Пути» предполагает формирование маршрута Китай — Центральная Азия — Западная Азия посредством транзита через государства Центральной Азии, Иран и Турцию, фактически повторяя турецкий маршрут.
Совпадение видения КНР и Турции позволило сторонам в ноябре 2015 года подписать меморандум о взаимопонимании, предполагающий согласование их действий при развитии новой инфраструктуры.
Толчком к развитию коридора послужило строительство Трансказахстанской железнодорожной магистрали, запуск железной дороги Баку — Тбилиси — Карс, а также начало железнодорожного грузового сообщения между Турцией и КНР в 2020 году.
Особую важность приобретает факт, что в 2022 году объем транскаспийских перевозок по сравнению с 2021 годом увеличился в три раза, продемонстрировав растущую экономическую значимость маршрута.
Участие Турции в проектах китайской инициативы создает для Анкары дополнительные возможности по привлечению инвестиций из КНР и открывает доступ к технологиям, что способствует экономическому развитию страны.
Как итог, китайско-турецкие отношения строятся вокруг экономических интересов, выгода от реализации которых перекрывает политические противоречия, выливаясь в укрепление торгового сотрудничества и согласование международных стратегий развития.
Конкуренция Пекина и Анкары: риски для деградации отношений
Несмотря на успехи китайско-турецкого сотрудничества, согласно опросам 2021 года, 53 % граждан Турции негативно относятся к растущему влиянию КНР в международных отношениях, тогда как 47 % турков видят в Китае соперника.
Позиция граждан Турции неслучайна и связана с двумя составляющими: участием Анкары в Североатлантическом альянсе и критикой Китая в связи с нарушением прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР).
Турция ищет механизмы, которые бы позволили ей нивелировать издержки членства в НАТО при выстраивании диалога с КНР. Например, Турецкая Республика — партнер по диалогу в ШОС, и президент Эрдоган высказывался о желании добиться для Анкары членства в организации.
Тем не менее эти заявления идут вразрез со стратегической концепцией НАТО, называющей Китай системным оппонентом и конкурентом альянса. Эксперты альянса видят в Турции важнейшего союзника как против России, так и против Китая. Тем не менее опыт показывает, что Турция прежде всего заинтересована в достижении собственных интересов, а значит, эволюция позиции Анкары в НАТО будет зависеть от уступок и возможностей, полученных в ходе политического торга.
Другой барьер для китайско-турецких отношений — регулярные обвинения КНР в притеснении прав человека в СУАР.
В Турции проживает крупная диаспора уйгуров, что делает проблематику Синьцзяна частью политической повестки дня Турции.
В частности, в 2009 году Эрдоган назвал ситуацию в СУАР «геноцидом», тогда как в 2019 году Анкара выступила с призывом к ООН принять меры в отношении действий Китая в Синьцзяне.
Уйгурская диаспора используется турецкими элитами для внутриполитических целей. В начале 2023 года, в преддверии выборов президента в Турции участились заявления об ухудшении отношений с КНР из-за «уйгурского вопроса», который также становится «козырем» в случае экономических противоречий сторон.
Китайско-турецкие отношения обладают потенциалом для ухудшения под влиянием двух факторов.
Первый фактор — динамика американо-китайской конкуренции. Эскалация противоречий КНР и США неминуемо повлечет за собой активизацию усилий Вашингтона по координации действий со своими союзниками, включая партнеров по НАТО. Как следствие, Анкара столкнется с необходимостью либо поддержать подходы союзников, либо найти политические лазейки для сохранения партнерства с Китаем.
Второй фактор — эволюция интересов действующей турецкой элиты или в перспективе приход новой, что активизирует использование «уйгурского вопроса» в политической жизни страны.
«Конкуренция прагматиков»: международное влияние
Пересечение интересов Пекина и Анкары на современном этапе — ключевая причина позитивной динамики их отношений.
Увеличиваются возможности реализации транспортно-логистических проектов Китая и Турции. Возникшие в 2022 году проблемы на маршрутах инициативы «Пояса и Пути», связанные с кризисом взаимоотношений России, Белоруссии и Европейского союза, открывают небывалые перспективы для транскаспийских перевозок. Хотя пропускная способность транскаспийского коридора несопоставима с Транссибом, обозначившийся интерес к диверсификации евразийских транспортных маршрутов дает КНР и Турции карт-бланш для реализации совместных проектов. Как следствие, любые успехи развития транскаспийских перевозок будут означать утрату уникального логистического значения Транссибирской магистрали.
Дополнительно пересечение интересов КНР и Турции проявилось в украинском кризисе, где Пекин и Анкара демонстрируют политический потенциал в качестве международно признаваемых медиаторов.
Однако сохранение политических противоречий сторон при их сознательном перемещении на второй план может выступить причиной деградации партнерства.
Нельзя не заметить возрастающее экономическое и политической влияние Китая в Центральной Азии. При этом Анкара не отказывается от собственных амбиций по укреплению региональных позиций, в том числе через деятельность Организации тюркских государств. Продолжают укрепляться экономические позиции КНР на Балканах, тесня турецкие интересы.
В итоге, несмотря на экономические возможности, политические разногласия и зарождающееся геополитическое соперничество в перспективе могут внести неопределенность в будущее китайско-турецких отношений.
Первое интервью можно прочитать здесь: Что мы знаем и чего не знаем о корейцах Центральной Азии. (Много нового.) (ia-centr.ru)
– Герман Николаевич, насколько я знаю – вы автор исследовательской работы по корейскому этническому предпринимательству. Это монография?
– Не совсем. Речь идет о детальном, стостраничном финальном отчете по завершению научного проекта в Институте Развивающихся Экономик в Японии (IDE) Он был издан в трудах этого института на английском языке. Не уверен, как обозначить эту публикацию – то ли брошюрой, то ли книжицей, ясно одно, что это не монография.
– А когда это было?
– Стажировка длилась 6 месяцев в 2008/2009 году, поэтому книга вышла из печати в 2009 году. На русском она не издавалась, хотя по ее теме вышли мои статьи на русском, английском и корейском языках.
– Хорошо. Теперь, собственно, о предмете разговора. Начать хочется с корейского этнического предпринимательства советского времени. Представляется, что оно имело легальные формы, полулегальные и нелегальные. Впрочем, одни плавно переходили в другие, поэтому границу часто провести непросто. Легальные – начиная с продажи на базаре выращенной своими руками клубники до вполне официальных старательских артелей где-нибудь в Магаданской области, работавших на свой страх и риск. Полулегальные – это такие неформальные бригады, выполнявшие работы по соглашениям с официальными советскими организациями, но, благодаря нечеткости нормативной базы и слабости контроля, имевшие возможность зарабатывать «не по-советски». Ну, и нелегальные – начиная от тех, кого тогда называли «спекулянтами», т.е. перепродавцов дефицитной потребительской продукции, и кончая так называемыми «цеховиками» – организаторами негосударственной производственной деятельности. Где в этой системе координат находились советские корейцы?
– Прежде всего надо отметить, что эта сторона советской жизни находилась под табу для исследований. О ней редко писалось в газетах, показывалось по телевизору – при том, что все все знали. Официально многие вещи назывались не такими, какие они были на самом деле. Вот скажем, вещевой рынок – «барахолка». Он дозволен властями как бы для того, чтобы люди продавали и покупали ненужные личные вещи, старье. Но в действительности туда все ехали не за старьем, а за вещами новыми, за так называемым «дефицитом». Знали, у кого нужно спросить импортные женские сапожки или польскую косметику. Понятно, что предприимчивые люди искали способы заработать. А у корейцев стремление к достатку или, говоря прямолинейнее, любовь к деньгам – часть культурной традиции. О том, как разбогатеть, как найти сокровище, как стать богатым – это одна из основных тем корейского фольклора, стандартные пожелания у корейцев – здоровья и богатства. Деньги постоянно фигурируют в сказках, байках, легендах. Соответственно, когда появились возможности, корейцы заняли определенную нишу в этой полулегальной экономике.
Тут, как известно, у разных этнических групп были разные ниши предпринимательства. Армяне, к примеру, занимались обувью. Цветами занимались азербайджанцы. То же касается и цеховиков – там тоже имелась тенденция к этнической консолидации. Что же до корейцев, то они нашли свою нишу в сельском хозяйстве. Тут надо понимать, что такое советское сельское хозяйство. Официально заявлялось, что оно почти все – коллективизировано, это колхозы и мало от них отличающиеся совхозы. Но даже ученые советского времени (в частности, оказавшиеся на Западе) отмечали, что «серая» часть советского сельского хозяйства давала по определенным видам продукции больше, чем «социалистическая» экономика. К примеру, производство яиц – 70% были из домашних хозяйств – несмотря на огромные советские птицефабрики и все такое. Картофель – до 40% собирался с приусадебных и дачных участков. Я уже не говорю про фрукты. Ну, а корейцы, как все, видели неэффективность колхозного производства в смысле заработка – эти трудодни, которые в конце года чем-то как-то покрывались. Такая система не позволяла зарабатывать – при постоянной нехватке продовольствия в стране. И корейцы увидели, что определенные культуры никто не будет выращивать так же эффективно, как они. Тут нужен и навык, и трудолюбие, и готовность к тяжелой работе, и умение договариваться. В результате придумали, точнее, вспомнили дореволюционную схему работы на арендованной земле за долю урожая – тогда на таких условиях арендовали землю у казаков на Дальнем Востоке. И корейцы решили – надо уезжать. Уезжать с мест, где они жили, скажем, из Казахстана, куда-нибудь на Украину или в Россию – не важно, куда. И арендовать у местных совхозов/колхозов землю. Корейцы называли этот вид отходнического промысла кобончжи, где слово кобон означает надел арендуемой земли, а суффикс –чжи указывает на вид деятельности.
От кобончжи колхоз получал возможность выполнить план по сдаче государству сельхозпродукции за счет выращенного корейцами урожая, помимо того, получал оплату аренды земли. Так что люди в колхозе были непосредственно заинтересованы: председатель получал что-то себе в карман, колхозники имели возможность подработать на полях у корейцев за живые деньги, а не за трудодни. Трактористы, шофера, машины – все это охотно работало на корейцев, потому что они платили живые деньги. Кобончжи, конечно, нельзя назвать бизнесом, поскольку не было четкой регламентации деятельности, правовых основ, защиты интересов, недвижимой собственности и т.д. Кобончжи правильнее назвать предпринимательством, и я дал такое ему такое авторское определение:
«Кобончжи — специфическое, присущее именно советским корейцам полулегальное занятие овощеводством и бахчеводством, основанное на групповом арендном подряде земли, руководимое лидером–бригадиром и связанное с сезонными территориальными миграциями».
Организационную основу кобончжи составляли бригады, которые носили первоначально чисто семейный характер. Кто-то выступал лидером, бригадиром, который должен был договориться где-то с каким-то председателем колхоза…
– А эта деятельность как-то формально оформлялась – какими-то договорами или еще как-то?
– Да. Формально это оформлялось договором.
– Кого с кем? Колхоза с частными лицами?
– Колхоза с бригадой. В СССР в разное время разрешались семейные подряды, бригадные подряды и т.д. Это были вполне легальные договоры о том, что она арендует землю у колхоза и обязуется выплачивать аренду продуктами и, возможно, деньгами.
– Это примерно аналогично строительным бригадам – вот, я знаю, чеченцы ездили – подряжались, к примеру, возвести где-то коровник?
– Да. Единственно – то, что значилось в договоре и что происходило реально – это были разные вещи. Неофициальная часть договора представляло собой «джентльменское соглашение» с учетом личных интересов. Еще одна важная деталь: когда договаривались, корейцам естественно нужно было возвести какое-то временное жилье у полей. Где они бы жили с ранней весны до поздней осени. Строили землянки и временные жилища. А чтобы найти для этого стройматериал – договаривались с колхозом, и он выписывал их на себя. Колхоз получал за одни деньги и продавал корейцам за другие. Важным предметом была виниловая пленка. Сколько она стоила по госцене и во сколько она обходилась корейцам, когда они ее покупали… а именно она позволяла получать лучшие урожаи, чем на колхозных полях: под ней все всходило раньше. Потом, когда становилось тепло, ее убирали. В итоге урожай поспевал раньше, а это сказывалось на цене овощей: чем раньше они попадали на рынок, тем дороже можно было продать. Или удобрения и гербициды – это тоже требовало предприимчивости бригадира. Он мог поехать в соседнюю область или куда-то на химзавод договариваться, и предмет договора перепадал колхозу.
– Вы сказали, что корейцы еще и нанимали местное население…
– Это были женщины, которые часто в колхозе не имели работы, считались домохозяйками. А тут – выдавали от 3 до 5 рублей за день работы, да еще и обедом кормили. В шестидесятые – семидесятые годы 5 рублей – это были хорошие деньги.
То есть, корейцы вкладывали во все свои деньги – и несли при этом риск. Урожай мог быть неудачным – все-таки погода есть погода. Или наоборот – в соседней области выдающийся урожай тех же культур и закупочные цены падают. И не продать на базаре то, что осталось после расчетов с колхозом. Собственно, на базарах – на так называемых колхозных рынках – корейцы эти свои овощи продавали вполне легально.
– Про продажу на базарах. Продавали только поблизости или кто-то занимался отправках в отдаленные районы какие-то?
– Нет, вывозили на дальние расстояния не сельхозпродукты, а самих корейцев. Которые уже на месте, так сказать, решали проблему. Это было выгодно стране – не надо ничего перевозить на дальние расстояния, складировать. Приезжает совсем немного людей и живут в крайне некомфортных условиях, без бытовых удобств, часто без электричества – и производят достаточно, чтобы удовлетворить местный спрос. Этой сетью корейских овощников был охвачен весь Советский Союз. А с другой стороны – почти все корейцы так или иначе в этом участвовали. Корейцы-горожане, имевшие хорошие должности, даже кандидаты наук ездили в отпуск к родственникам и помогали им, ползая на карачках. Нет советского корейца, который не знает, что такое кобончжи. Школьники, студенты – корейская молодежь знала, что такое труд и жизнь на поле, многому научившие их.
– Такой вопрос. Обычно, когда есть этническое предпринимательство, оно опирается на внутриэтнические механизмы мобилизации денег. Возможность аккумулировать капитал, занимая у своих родственников, соплеменников, подпольных ростовщиков и т.д. Были ли у корейцев какие-то структуры, позволявшие кредитоваться у своих же?
– Да, конечно. Как я говорил, первоначально это были семейные бригады – семейные или родственные. Попасть в бригаду к пробивному, удачливому бригадиру было непросто. Потом, по мере расширения деятельности, членами бригад становились коллеги по работе, знакомые, земляки, и даже не только корейцы, в частности, благодаря межэтническим бракам. И деньги – готовили. Решались на риск. Потому, что надо было тысяч шесть-десять , чтобы взять в аренду гектар или два гектара и сезон отработать. И эти вложенные денежные средства могли превратиться и в двадцать пять и в сорок, а могли прогореть. И люди скидывались, делили риски. Иногда имели место неформальные сделки по передаче участка земли в том состоянии, в каком он в текущий момент, от одной бригады к другой. Бывало, что бригадиру удавалось договориться с колхозом, а чаще – с совхозом о том, чтобы его людей оформляли там на зарплату. Это были небольшие деньги, но они облегчали текущую ситуацию. В общем, деньги как-то находили – случаи, чтобы отсутствие денег не позволило отработать как надо, были крайне редки.
– Меня интересует, а не было ли тех, кто чисто деньгами занимается, специализируется на этом. Такой нелегальный банк: собирает деньги, кредитует бригады, а потом вкладчикам возвращает?
– Мне об этом не доводилось слышать. Но были по советским меркам богатые люди – те, кто несколько лет удачно проработал – и у них кто-то из родных мог вполне взять в долг. Но чтобы профессиональный ростовщик – я о таком не слышал. Хотя и не исключаю, что ссуды под определенные проценты могли иметь место.
– А какая непосредственно по сельхозкультурам специализация?
– Первое – это лук. Корейцы производили в некоторых регионах до 90% товарного лука в СССР. Второе – бахчевые. Арбузы и дыни. И третье – прочие овощи. Не занимались техническими культурами, картофелем, зерновыми культурами – это считалось низкорентабельным.
– Еще в СССР, помню, в Средней Азии на любом базаре всегда было место, где корейцы торгуют солениями. И сейчас в любом большом магазине или на рынке – тоже самое. Стоят кореянки и торгуют теми же солениями. Меня всегда интересовало, где и как они это производят.
– Да, все это видят, но мало кто задается вопросом, откуда эта пресловутая корейская морковка. Так вот, это – продукт именно советских корейцев! Этой корейской морковки не было раньше нигде, не было ее 70 лет назад. И вот такой распространенности корейских солений на базарах СССР не было в пятидесятых, шестидесятых и даже ранних семидесятых. Почему? Потому, что корейцы жили компактно, производили это все для собственного потребления. Но в конце шестидесятых они начали массово выезжать в города – произошла форсированная урбанизация, все побежали из колхозов. А в городах – кто-то стал искать, чем заняться, а кто-то стал изготовлять на продажу привычные соления. Но чтобы сделать из этих солений товарный продукт – надо было прикормить народ, добиться, чтобы горожане-некорейцы распробовали и привыкли к нему. И к восьмидесятым годам во всех крупных городах на рынках появились ряды, где сидели корейские женщины и продавали всевозможные салаты.
— А как все это делали?
– Первоначально все производилось дома, членами семьи. Начиная с закупок овощей на рынках, потом их надо вымыть, потом нашинковать, насолить, поперчить, потом надо было правильно упаковать. Это – большое дело. Советская промышленность тогда не выпускала подходящих пакетиков…
– Я помню, были такие полиэтиленовые колбаски…
– Их делали дома. Обыкновенным утюгом. Нужно было полиэтилен накрывать бумажным пергаментом, чтобы пленка не приклеивалась к утюгу. Из большого, фабричного производства, пакета нарезалось 3-4 полосы, которые потом сваривались. При этом каждый пакетик надо было надуть и проверить герметичность, чтобы не потекло. В каждой семье было распределение ролей – кто чем занимался. Кто мыл, кто резал – сперва ножами, потом появились станочки такие. Потом появились приборы, типа резаков для фотобумаги, которые вместо утюгов склеивали пакетики. А овощи можно было мыть в стиральной машине – помните старые такие бочкообразные стиральные машины?
– А сейчас?
– То, что вы сейчас видите в продаже – частично такое же, семейного производства, а частично – уже сделано на предприятиях, в цехах. Там все уже в ином масштабе.
– А во времена СССР были такие подпольные цеха?
– Нет. Тем более, что пищевая промышленность очень жестко контролировалась санэпидстанциями и т.д. А «бабушкины» соления контролировали на глазок прямо на базаре, где они продавали свою продукцию. Считалось, что это выращенные на личном подсобном хозяйстве овощи – все было легально.
– Ну, морковь, капуста, даже спаржа – примерно понятно, где их взять. Но там же есть довольно экзотические компоненты: папоротник, грибы разные специальные…
– Вижу, вы любитель и ценитель корейских солений! Да, конечно, для успеха тут важна привлекательность продукта – вот этот запах, он нос щекочет. Да, использовались продукты, которые имеются на Дальнем Востоке, но отсутствуют в Центральной Азии. Скажем, папоротник «орляк», который раньше заготавливали корейцы, живущие на Сахалине и Дальнем Востоке и отправлявшие в посылках своим родственникам и знакомым в Ташкент, Алма-Ату, Фрунзе, Москву и т.д. Потом возникли бригады, специально для поездок на сбор этого папоротника. Они все лето заготавливали его в тайге, сушили и отправляли в Ташкент, в Алма-Ату. Или, допустим, сяу – икринки креветок, которые квасят и добавляют в разные маринады.
– А специи?
– Что касается специй. Есть две базовые, которыми пользуются корейцы при приготовлении большинства блюд. Это соевая паста твенчжан – она бывает такого густо-коричневого цвета. Сейчас стали ее много завозить из Китая и Южной Кореи. И даже из Северной Кореи. И вторая специя – соус из соевых бобов – кангчжан,который советские корейцы называли на своем диалекте «чирей». Так вот, раньше все это производилось корейцами дома. Практически, в каждой семье готовили это для себя. И у каждого был даже свой оттенок вкуса, которым гордились. А вот после переезда в города этим стали заниматься уже отдельные семьи – и они этим кормились. Они закупали в больших количествах сою, у них были специальные приспособления, большие котлы. И люди приходили к ним и покупали – было такое полулегальное предпринимательство в советское время. А уже после СССР полезло отовсюду фабричное производство импортное – из Китая, Вьетнама. Сейчас доминирует Южная Корея. К китайскому относятся с подозрением – хотя оно и дешевле. А тех, кто сам производит, осталось совсем немного. Мне недавно привезли из Ташкента соевую пасту и сказали, что она «суперкачественная». Я дал своей старшей сестре, которая хорошо разбирается, и она подтвердила, что действительно продукт отменный.
– Ну и последний, наверное, сюжет, связанный с советским периодом – про подпольные корейские рестораны. Помню, я в 1988-м году гулял по Ташкенту, меня водила местная жительница. И вот в Старом городе она в одном месте мне говорит – вот эта махалля, если пройти туда и туда – будет подпольный корейский ресторан. Вывесок, понятно, нет, с улицы туда не пустят, но кому надо, те знают, приходят туда и все в порядке.
– Я называю домашними харчевнями такие заведения. В Казахстане, в отличие от Узбекистана, их было мало. Потому что общепит в Узбекистане в советское время был намного более развит, он был намного ярче. Простых столовых, где пловом кормили хорошим, и чайхан было множество. Не даром говорили – Ташкент город хлебный. А у нас в Алма-Ате в советское время, помню, было всего три ресторана. Но, с другой стороны, всегда были люди, которые любили и умели хорошо готовить – и к ним приходили поесть. За деньги. И только в перестройку появились первые заведения – опять же, как семейные предприятия. Но в Узбекистане еще в семидесятые годы можно было запросто поесть-перекусить в махаллях, где все друг друга знают. В Узбекистане популярностью пользовались корейские харчевни, где подавали не просто еду, а блюда, вообще немыслимые в общепите, вроде супа из собачатины. В них ходили, ели, и не только корейцы.
– Теперь мы подобрались к постсоветскому времени. Что изменилось в корейском бизнесе?
– Если посмотреть статистику изменений социальной структуры корейцев – я ее по Казахстану знаю хорошо – так вот, по переписи 1999-го года (первой в истории независимого Казахстана) и по статистике города Алма-Ата, которая была мне доступна, видно, как корейцы стали уходить в легальное предпринимательство, малый и средний бизнес. Можно сразу сказать – в целом, корейцы достигли успеха. Почему? Тут много факторов: и хорошее образование, руководящие должности, давшие широкие связи, отличное владение русским языком и, конечно, навыки предпринимательства с советских времен. И немаловажно еще, что у корейцев часто был изначальный капитал – пусть не очень большой. Личный, семейный.
– А какие направления были предпочтительны?
– Сперва, как и все – в торговлю. Но есть и особенности. Благодаря корейцам стали появляться частные медицинские учреждения. Очень много. Туда ушли корейцы-врачи из государственных больниц. Юридические компании. Страховые общества. В торговле стали специализироваться на сложных товарах – электроника, компьютеры. До сих пор среди крупнейших ритейлеров электроники в Казахстане владельцы крупных компаний –корейцы. А в девяностых годах практически весь рынок контролировался корейцами. Примерно то же самое – в Узбекистане: крупнейшие IT-компании, поставщики оборудования принадлежали корейцам Узбекистана. Да что там – в Украине компания MTI – это Владимир Цой. Когда к нам сюда заходили Самсунг, LG Electronics, также срабатывал этнический фактор.
– Ага, вот я и хотел спросить. Как-то это играло роль в контактах с южнокорейскими компаниями?
– Безусловно. Ну, представьте: приходит к представителям южнокорейской компании человек по фамилии Ким. Уже другое отношение. А дальше: кто у него папа? А папа, оказывается, замминистра, или вице-президент Академии наук (это я конкретные случаи держу в голове). И это срабатывало. И южные корейцы вполне осознанно при входе на рынок намеревались использовать диаспоральный ресурс. А еще надеялись, что те знают корейский язык – ну, с этим просчитались, конечно. Но зато английский был получше, чем у других. С другой стороны, корейцы никогда б не стали заниматься продажей военной техники. Или иметь дело с почтой или железной дорогой – там им с советских времен было запрещено работать.
– Я помню, в начале двухтысячных был в Нижнем Новгороде, вот там крупнейшая компания…
– …Линдекс. Любомир Тян, зерновой король. Был такой.
– Сейчас его нет?
– Он жив- здоров, но в зерновом бизнесе его нет. Говорят, в пору своей пиковой бизнес-карьеры он был дружен с Немцовым и преуспевал в Нижегородской области и Поволжье. Но потом он двинулся в политику, стал депутатом Госдумы, оставил дело своему брату. А потом у них пошли какие-то проблемы… Теперь этой компании нет. Парадоксально, но в целом в сельском хозяйстве каких-то крупных корейских комплексов или фермерских хозяйств – нет. Даже в Узбекистане. Зато в банковской системе – да, в ритейлинге бытовых приборов и электроники – да, в строительном бизнесе – да. Много известных банкиров-корейцев, что в Казахстане, России, что в Узбекистане. Что касается миллиардеров в Казахстане, то в пятерке самых богатых людей – зять и дочь первого президента страны, два корейца и грузин.
А из всего списка ФОРБС Казахстан человек 8 корейцев, а это 16 %., в то время как доля корейцев в населении страны – 0.01%. Это обстоятельство, понятно, не может не возбуждать некоторых людей.
– А в Узбекистане?
– Там сложнее. Но можно точно сказать, что там есть корейцы, располагающие капиталом в десятки миллионов долларов.
Пекин тесно взаимодействует с Москвой на фоне давления Запада, стремящегося добиться от РФ прекращения войны в Украине
Emre Aytekin |
ПЕКИН
Пекин делает все большую ставку на развитие экономических связей и стратегического взаимодействия с Москвой на фоне давления Запада, пытающегося задействовать влияние КНР на РФ с целью прекращения войны в Украине.
После мартовского визита председателя Китая Си Цзиньпина в Москву, Китай и РФ предприняли новые практические шаги по углублению сотрудничества, что проявилось в ходе двухдневных переговоров председателя правительства России Михаила Мишустина в КНР.
Мишустин стал первым высокопоставленным лицом России посетившим Китай после ввода российской армии в Украину.
В первый день визита, стартовавшего 23 мая, российский премьер принял участие в бизнес-форуме в Шанхае, а затем направился в Пекин на встречу с руководством КНР.
Мишустин заявил, что российская экономика выдержала санкционное давление Запада и продолжает развиваться, важным стимулом к чему является и сотрудничество с Китаем.
КНР остается самым крупным торговым партнером России. Товарооборот между двумя странами по итогам 2022 года превысило 190 млрд долларов, а в первом квартале текущего года достиг 52 млрд долларов, что на четверть больше показателя января-марта 2021 года. Стороны наметили для себя новую цель: довести к концу текущего года товарооборот до отметки в 200 млрд долларов.
При этом на стадии реализации 79 российско-китайских проектов на общую сумму в 165 млрд долларов. Небезынтересно, что 70 процентов приграничной торговли между РФ и КНР осуществляются в национальной валюте, что снижает зависимость сторон от американского доллара.
Москва уделяет большое внимание и соглашению с КНР по проекту «Нового сухопутного зернового коридора «Россия-Китай», которую начали реализовывать в 2016 году.
Тогда российское ООО «Забайкальский зерновой терминал» и китайская Muyang Holdings подписали соглашение о строительстве Забайкальского зернового терминала. Предполагалось, что за 2018–2019 гг через «новый коридор» будет экспортировано около 1,5 млн тонн сельхозпродукции.
Уже в 2022 году российская группа компаний «Новый сухопутный зерновой коридор» (НСЗК) вела строительство семи узловых линейных элеваторов вдоль Транссибирской магистрали, а также морского терминала на Дальнем Востоке и зерновых хабов в Казахстане.
На фоне войны в Украине, Китай вышел на передовые позиции и в вопросе закупок нефти и газа из России.
Визит Мишустина в КНР состоялся вскоре после саммита «Большой семерки» в Японии, что было воспринято многими в качестве «сигнала» для США и других стран.
Аналитики сходятся во мнении, что Китай углубляет сотрудничество с Россией вопреки давлению Запада.
Двухдневный саммит «Китай — Центральная Азия» был организован впервые по инициативе Пекина
Emre Aytekin, Elmira Ekberova
Город Сиань на северо-западе КНР принял 18-19 мая первый саммит «Китай — Центральная Азия» (C+C5).
Мероприятие, организованное по инициативе Пекина в городе, который считается отправной точкой «Великого шёлкового пути», прошло в непростой для геополитических процессов период с прицелом на углубление экономических и политических связей КНР со странами Центральной Азии.
C+C5 пришелся на время, когда влияние Москвы в Центральной Азии снижается на фоне ввода российской армии в Украину, и параллельно активизируются действия США в Индо-Тихоокеанском регионе. Поэтому обсуждения в Сиане были восприняты в качестве сигнала на курс продвижения интересов КНР в Центральной Азии, о чем свидетельствовали и заявления Пекина по вопросам суверенитета, развития и безопасности стран этого региона.
При этом даты саммита C+C5 были приближены ко времени проведения саммита «Большой семерки» G7 в Хирошиме, что стало показателем геополитической борьбы двух крупнейших экономик мира.
Председатель КНР Си Цзиньпин, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, президент Кыргызстана Садыр Жапаров, президент Таджикистана Эмомали Рахмон, президент Туркменистана Сердар Бердымухамедов и президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев приняли итоговую декларацию саммита, согласно «Китай твердо поддерживает путь развития государств Центральной Азии, усилия по защите национальной независимости, суверенитета и территориальной целостности, а также проводимую ими самостоятельную, независимую внешнюю и внутреннюю политику».
Стороны выразили единую позицию, что развитие плодотворного многопланового сотрудничества между государствами Центральной Азии и Китаем отвечает коренным интересам всех стран и их народов. «На фоне беспрецедентных за столетие перемен стороны, исходя из благоприятных перспектив для народов региона, подтверждают стремление в совместном создании более тесного сообщества единой судьбы Центральной Азии и Китая», — говорится далее в тексте Декларации.
При этом стороны подтвердили поддержку защите коренных интересов друг друга в духе взаимопонимания. В документе содержится пункт о неуклонном соблюдении принципа «одного Китая».
При этом власти Китая заявили о готовности выделить 26 млрд юаней (3,7 млрд долларов) на развитие стран Центральной Азии.
Тем самым, участники саммита фактически объявили о «новом этапе» сотрудничества с КНР.
