Путин добился секретного соглашения с Китаем. Спорный вопрос о стоимости транспортировки нефти решен

 

 

 

 

 

Переговоры в Пекине с участием Владимира Путина и его китайского коллеги Вэнь Цзябао прошли с переменным успехом. Москва добилась урегулирования ситуации вокруг поставок нефти, но так и не смогла договориться по окончательной цене на газ, поставки которого в Поднебесную должны начаться с 2015 года.

— Каждый, кто продает, хочет продать подороже. А кто покупает — купить подешевле, — подвел краткий итог переговорам по газу Владимир Путин.

Но разрешение нефтяного спора, возможно, приблизит и газовую сделку, ведь для китайской стороны эти вопросы связаны.

Вылетевший накануне в Пекин вице-премьер Игорь Сечин, который должен был подготовить все окончательные договоренности по газу и нефти, рассказал «Известиям», что по итогам встречи с китайскими коллегами удалось полностью снять с повестки дня вопрос о стоимости транспортировки нефти в Китай по российскому участку.

Конфликт разгорелся в начале года, когда Китай объявил, что от стоимости барреля нефти, прописанного в контракте, отнимается $13 — так называемый коэффициент Т. В Москве возмутились: тариф на прокачку устанавливается Федеральной службой по тарифам, един для всего маршрута и составляет 0. Потери несли как «Роснефть» (поставщик нефти), так и «Транснефть» (владелец трубы).

В ходе переговоров вычет постепенно снижался, и сейчас КНР платит за нефть, вычитая всего $3. Однако на какой цене в итоге сошлись стороны, Сечин отвечать отказался.

— Все вопросы урегулированы в отношении задолженности. Найдено решение, полностью отвечающее параметрам рынка, — уклончиво ответил вице-премьер на вопрос «Известий», кто в итоге пошел на уступку в цене — китайская сторона или российская.

По информации «Известий», китайцы были готовы на $1.

Окончательно параметры цены будут известны через две недели, когда стороны подпишут дополнительное соглашение к контрактам на поставки нефти. Почему такой секрет? Коммерческая тайна, объясняют участники переговоров.

Что же касается цен на газ, то Москва и Пекин пока не нашли удовлетворяющего всех решения, хотя Сечин заверил, что в переговорах произошел значительный прогресс.

Сам Путин в своем выступлении обошел стороной газовые и нефтяные переговоры, ограничившись лишь общей оценкой сотрудничества с Китаем в сфере энергетики и заверив, что стороны приблизились к финальной стадии переговоров по поставкам газа.

— Здесь наши совместные инициативы приносят ощутимую пользу. Мы реализуем масштабные проекты по добыче и танспорту углеводородов. Мы планируем создание новых энергомаршрутов, — заявил премьер. — Российские и китайские компании обговорили и уже практически приступили к совместной работе по разведке и разработке месторождений, в том числе и на континентальном шельфе.

Эксперты полагают, что теперь переговоры по газу пойдут быстрее.

— О том, что все вопросы решены, говорили в мае во время Энергодиалога «Россия–Китай», когда встречались Игорь Сечин и вице-премьер Госсовета КНР Ван Цишань. Но тогда выплатили только часть. Последнее слово здесь за политиками. Но за политическими договоренностями не всегда следуют реальные дела. Так что и здесь реальный результат предсказать трудно. Понятно, что противоречия должны быть сняты, потому что это ставит под вопрос поставки российского газа в Китай, — говорит аналитик инвесткомпании «Тройка Диалог» Валерий Нестеров. — Если все получится, это снимет один из многих барьеров на пути достижения соглашения о поставках газа.

— Нефтяной и газовый контракты похожи только тем, что речь идет о поставках на 30 лет. В отличие от рынка нефти цены на газ локальные и механизм расчета цены еще только предстоит разработать, — осторожен президент Института энергетики и финансов Владимир Фрейлин.

11 октября 2011 | Анастасия Новикова, Павел Арабов Источник — Известия
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1318405380

Евразийский союз и новая миссия Путина

 

 

 

 

< p>Гюльнара Мамедзаде,

Гендиректор АМИ «Новости-Азербайджан»

В своей недавно опубликованной статье «Новый интеграционный проект для Евразии — будущее, которое рождается сегодня» премьер-министр и без пяти минут президент РФ Владимир Путин обозначил стратегический вектор внешнеполитических инициатив России на ближайшее десятилетие и главную цель своих двух последующих (исключая форс-мажор) президентских сроков.

Владимир Владимирович на пороге нового витка своей государственной и политической карьеры совершил, выверив время, три знаковых шага:

— четко обозначил свои позиции в качестве безоговорочного лидера страны, причем на предусмотренную долгосрочную перспективу,

— известил мировое сообщество о своих грандиозных планах по созданию Евразийского союза (ЕАС)

— и ненавязчиво закрепил данный успех в день своего рождения, вызвав по популярности «сенсацию в твиттере» — как пишет The Wall Street Journal.

Тема Путина в мировых СМИ столь популярна, что вряд ли нуждается в каких-либо дополнительных комментариях, но заявка ВВП на реализацию глобального проекта – Евразийского союза, по своей сути уже дала старт работе общественного мнения в заданном направлении.

Только первая неделя со дня публикации программной статьи ВВП изрядно оживила широкий общественный фон, выявила колоссальный срез весьма противоречивых мнений, смыслов и целей, определяющих характер будущего процесса формирования ЕАС, учитывая риски и дивиденды, как отдельных стран, так и данного пространства в целом.

Почему Путин?

Путь Путина, взошедшего на олимп российской власти ровно 12 лет назад, практически не прерывался, его роль и влияние, как государственного лидера, и не только на судьбу России, лишь укреплялась, включая некую трансформацию в последние четыре года.

Успех политического процесса от «президента Путина-2000-2008» к «президенту Путину – 2012-2024» — это стратегический долгосрочный расчет мастера власти Владимира Владимировича, согласованный с его соратником и преемником еще в 2008 году.

На предстоящем этапе ( 2012 – 2024 г.г.) по идее достигает кульминации судьбоносная роль Путина в истории государства как такового, и влиянии предпринятых им действий на судьбы народов, и не только России, на конкретных людей, на их настоящее и будущее.

Масштаб политических горизонтов Путина, независимо от объективных и субъективных подходов, позволяет на данном этапе ставить вопрос о роли личности в истории и его особой исторической миссии.

Завершается первый двенадцатилетний цикл пребывания Путина у власти. Его историческая миссия на первом этапе президентского срока (2000 – 2008 г.г.) – собрать и «поднять Россию с колен» — как обычно трактуют последствия распада Советской империи сами россияне, в теории своей выполнена, но на практике оставляет не только позитивные результаты.

Россия заметно усилила свои позиции на внешнеполитическом направлении, предпринимаются небезуспешные попытки возвращения утраченных сфер влияния в геополитическом раскладе. Наращивается энергетический фактор, как фундамент будущего экономического благосостояния и инструмент политического влияния. Формируются здоровые патриотические силы в российском обществе.

Но также процветают и фантастически обогащаются элиты, все больше отрываясь от народа. Поражают масштабы коррупции, социальной несправедливости. Наблюдается неравномерное развитие центра и периферии, упадок в социуме, поражающий духовность великой страны (подобные проблемы в той или иной мере характерны для всего постсоветского пространства, но это тема другой статьи).

Страна огромная, проблем много, но это те вопросы, от решения которых зависит совокупный результат второго двенадцатилетнего срока пребывания Владимира Путина на посту президента России.

От успехов РФ на внутреннем уровне не в последней степени зависит и степень стремления потенциальных в перспективе участников так называемого Евразийского союза составить взаимовыгодное партнерство с таким центром стабильности и благосостояния, которым в принципе может стать Россия при благоприятном соединении воли и возможностей.

Путин обладает достаточным системным ресурсом власти и капитала, чтобы позволить России, не взирая на внешнее и внутреннее сопротивление, выйти на новый уровень развития и оказать аналогичное влияние на соседние страны, разделяющие в той или иной мере судьбу и путь России. Пока степень привлекательности России по ряду параметров оставляет желать лучшего.

Как безусловный лидер Путин состоялся, вопрос следующий — какой след оставит этот государственный деятель в истории своего народа?

У Путина еще есть время, и такие качества, как ответственность и дальновидность, чтобы в будущих учебниках истории не оказаться в одном ряду с главными политическими фигурами советского периода.

Будет ли проявлена политическая воля и адекватность переменам?

Интеграция в Евразии: к новой модели без старых методов
Вопрос первый: как следует понимать предложенную Путиным модель Евразийского союза и почему данный союз не следует рассматривать как попытку воссоздания СССР?
Здесь, наверное, следует доверять здравому смыслу российского лидера, который в силу своего опыта и политического чутья прекрасно понимает, что в современных условиях возврат к советскому прошлому, все негативные последствия которого еще до сих пор не изжиты, практически не возможен. Эта модель безвозвратно канула в историю под воздействием новых глобализационных трендов.
Следующий вариант сравнения — модель Европейского Союза, в принципе, взятая за основу, но, как отмечает сам В.Путин, требует учета ошибок и усовершенствования.
Таким образом, можно надеяться, что по идее Евразийский союз – принципиально новая интеграционная модель, дающая шанс ЕАС стать одним из глобальных мировых центров, на внешнем направлении уравновешивающим позиции Китая, США и ЕС, на внутреннем – дающим шанс не только элитам, но и широким массам воспользоваться преимуществами интеграции.
Эта модель полностью укладывается в глобальный амбициозный проект России на окончательное закрепление сфер влияния в ключевых регионах, нанизанных на интеграционную ось, включая Центральную Азию, Кавказ, Каспий и северный блок постсоветских республик.
Не взирая на существующие сегодня все «за» и «против», этот Союз имеет шанс состояться, прежде всего, потому, что в эпоху набирающей ускорение глобализации выживут и выиграют с наименьшими потерями лишь командные игроки.
Но пока понимание этого нюанса отсутствует у большинства постсоветских элит, успешно пожинающих плоды независимости. Толкнуть их в объятия Союза, способного гарантировать им жизнестойкость, могут события, аналогичные потрясениям «арабской весны», или перспективы решения застарелых конфликтов.
Более восприимчивыми могут выглядеть подходы в странах, не столь обремененных природными богатствами или неспособных самостоятельно выйти из тех или иных кризисных ситуаций.
И, наконец, в числе первых фундамент Союза составят страны, чьи цели и задачи, в том числе интеграционного характера, определенным образом совпадают с интересами России.
Поэтому процесс формирования Евразийского союза, в матрице которого уже функционируют его составляющие в виде региональных альянсов – СНГ, ЕЭП, Таможенный союз и др., будет рассчитан, как минимум, на три этапа.
И если первые два этапа пройдут успешно, с точки зрения наполнения потенциала и первых успехов ЕАС, то в перспективе нельзя исключать, что интерес к данному формату проявят даже страны, например, Грузия, находящиеся сегодня в оппозиции к России и ее инициативам.
Вопрос следующий: какие факторы могут обеспечить привлекательность Евразийского союза для его потенциальных участников?
В своей статье В. Путин подробно обозначил основные рычаги экономической интеграции, не только через призму межгосударственных контактов, но и отдельных предпринимателей, конкретных людей, включая упрощение таможенных, налоговых и прочих процедур.
Это серьезные стимулы горизонтальной интеграции, которым Россия ранее не уделяла должного внимания, сохраняя приоритеты лишь в сфере межгосударственных контактов, но держа на периферии интересы обществ, как самой России, так и сопредельных стран.
Вовлеченность в процессы интеграции более широких масс, которые и являются основным фундаментом любого Союза, способно обеспечить успех многим начинаниям, в том числе в формировании интегрированного гуманитарного, информационного пространства.
России на этом ответственном этапе также важно продемонстрировать способность к переменам, начиная с внутренних реалий, и культивировать в обществе Идею сплоченного многонационального государства.
И еще один нюанс из практики: за последнее время Россией озвучено значительное количество прогрессивных интеграционных инициатив, но на стадии реализации нередко имеют место серьезные недоработки, обусловленные использованием методов, унаследованных с советских времен.
Таким образом, новые идеи требуют новых подходов и новых исполнителей, а также контроль над исполнением, учитывая способности отжившего сопротивляться всему, идущему на смену.
Об этом в своей статье упомянул и сам Владимир Владимирович: «Мы объективно подошли к тому, чтобы серьезно модернизировать принципы нашего партнерства — как в СНГ, так и в других региональных объединениях».
http://novosti.az/expert/20111010/296446701.html

Открытие армяно-турецкой границы — не зло

Гюльнара ИНАНДЖ
Решение турецкого парламента актуализировать обсуждения армяно-турецких протоколов, подписанных ранее в Цюрихе, внесло неожиданные коррективы в ситуацию вокруг двух неразрешенных проблем в Южно-Кавказском регионе. Что же послужило причиной для возобновления дискуссий на тему, которая вызывала и продолжает держать в напряжении турецкое, азербайджанское и армянское общества? Вокруг этого вопроса и эксклюзивная беседа корреспондента «Зеркала» с комментатором и редактором английского раздела армянского агентства «Ноян-Тапан» Арутюном Хачатряном:

— Можно ли сказать, что региональные и международные события повлияли на возвращение в повестку турецкого парламента армяно-турецких протоколов?

— Можно назвать много причин возвращения цюрихских протоколов в новый парламент Турции, но для армяно-турецких отношений они не важны. Для этих отношений важно лишь одно обстоятельство: обсуждены и ратифицированы протоколы или нет. Раз нет, значит, и армяно-турецкие отношения как были, так и остались на нулевой отметке. Может, для самой Турции это и имеет значение, но для остального мира — не так уж.

— Общеизвестно, что Турция исходит как из собственных интересов, так и выступает в роли двигателя интересов Запада на Ближнем Востоке и Кавказе. Для Запада одним из важных препятствий в этих направлениях остается Россия. Ведь Анкара, наладив отношения с Арменией, сможет обзавестись новым потенциалом для маневренной игры. Не в этом ли одна из причин буксования армяно-турецкого примирения?

— Без сомнений. Я всегда был склонен считать, что возрастание роли Турции в регионе, ее мобильность в карабахском конфликте может прийтись не по вкусу некоторым странам, в том числе и России.

— Как ратификация армяно-турецких протоколов в турецком парламенте может отразиться на процессе урегулирования карабахского конфликта?

— Основной преградой для разрешения этого конфликта является недоверие между армянами и азербайджанцами. Ведь даже если одна из сторон конфликта откажется от своих позиций, а они сейчас диаметрально противоположны, это все равно не приведет к разрешению конфликта. Смотрите, что происходит в эти дни в Косово между сербами и албанцами. Взаимное доверие не возникает за один день, нужны годы, чтобы оно появилось и укрепилось. Поэтому открытие армяно-турецкой границы будет способствовать снижению напряженности в регионе, а в конечном итоге — нахождению компромисса по Карабаху. Признаться, я ожидал, что руководство Азербайджана это понимает и не будет препятствовать открытию армяно-турецкой границы. Чем раньше она откроется, тем больше шансов на разрешение карабахского конфликта
Недавно один из здешних политологов высказал мнение, что Россия, возможно, и не желает урегулирования карабахского конфликта. А Турция? Мы что, должны жить в вечном конфликте?

— Армянская сторона считает возможным ратификацию протоколов только после того, как это сделает Турция. А какие перспективы для Армении в реализации данных протоколов?

— Армения показала, что заинтересована в открытии границ, иначе она не подписала бы протоколы. Думаю, что она ратифицирует их, как только это сделает Турция. Пока что есть основания полагать, что это произойдет и в следующем парламенте Армении. А дальше… пойдет следующий этап работы.

— Как вы оцениваете позицию армянских оппозиционеров, в частности АНК, общественности в процессе возобновления обсуждений армяно-турецких протоколов?

— Армянская оппозиция в этом вопросе разнородна. Если АНК явно защищает власти, то есть другие, которые требуют, чтобы Армения отозвала свою подпись от протоколов. В обществе же есть сторонники всех оттенков — от тех, кто летом отдыхает в Турции, до тех, кто указывает на «геноцид 1915 года» и кричит: «Турки есть турки». Уверен, что и в вашей стране также имеются такие, кто утверждает «армянин есть армянин». К сожалению, громкий крик — еще не показатель мощи, но этого многие не понимают.

— Встречи глав МИД Азербайджана и Турции свидетельствуют о наличии договоренности между Анкарой и Баку в данном вопросе. Для Азербайджана важно не открытие армяно-турецких границ до разрешения армяно-азербайджанского конфликта. Очевидно, Баку получил согласие Анкары в этом вопросе, и потому Турция несколько притормозила свои шаги в направлении протоколов.

— Что-то я не знаю о возобновлении дискуссий об армяно-турецких протоколах. Турция продолжает свою несамостоятельную политику в этом вопросе. Да, встречались А.Давутоглу с Э.Мамедьяровым, ну и что? Такие встречи всегда были и будут.

— Какие перспективы для региона в реализации армяно-турецких протоколов?

— Если удастся найти решение карабахского конфликта, то от этого выиграет весь регион. Трудно сейчас строить догадки, но, скорее всего, от этого выиграет и Грузия. В общем, пользы достанется всем.

— Некоторые армянские эксперты рассматривают вопрос возвращения Турции к армяно-турецким протоколам как политическую игру. Какая игра, по-вашему, прослеживается за действиями Анкары?

— Можно назвать десяток причин, только не в отношении возврата к протоколам, а по поводу возвращения их в парламент Турции. Вплоть до желания пустить пыль в глаза Европе. Чем на самом деле руководствуются турецкие руководители, мне неизвестно, да и не интересно.

— Одной из причин возвращения Анкары к армяно-турецким протоколам можно считать и геополитическую активность Турции, которую с недавних пор она стала демонстрировать на большом ареале. Ведь для укрепления позиций, скажем, на Ближнем Востоке, Турции необходимы реальные дивиденды из разных регионов, и в том числе из Кавказа, не так ли?

— Я действительно не вижу оснований полагать, что в Анкаре уже вернулись к армяно-турецким протоколам. Однако не стоит торопиться с окончательными выводами. Время все расставит по своим местам.

источник — http://www.zerkalo.az/2011-10-08/politics/23691-protokol-%20armeniya-%20tursiya