ВОЗМОЖНА ЛИ РАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА НА КАВКАЗЕ: ВЗГЛЯД ИЗ ИЗРАИЛЯ

Израильский политолог и публицист Авигдор Эскин, который уже более 30 лет занимается практическим изучением информационных войн и организацией эффективной работы диаспор разных стран в лоббизме их интересов, в интервью ИА REX ответил на вопросы о начале новой информационной войны между Азербайджаном и Арменией, отношениях с Израилем и ситуации на Кавказе.
ИА REX: По мнению политолога, первого вице-президент Центра моделирования стратегического развития Григория Трофимчука, громкие заявления Азербайджана, которые делаются без подготовки — заявка на проигрыш в информационной войне. Согласны ли вы с этим заявлением?
Я не считаю, что у Азербайджана всё так плохо, как это утверждает Григорий Трофимчук. Дело не в громких заявлениях, а в постановке правильных целей. В чётком понимании порядка приоритетов. Жёсткие высказывания президента Ильхама Алиева привели к прорыву на переговорах о мире. Если 25 июня стороны смогут на самом деле продвинуться в вопросах мирного урегулирования, то в этом будет огромная заслуга именно президента Азербайджана.
ИА REX: О взаимоотношениях Азербайджана и Израиля есть множество весьма противоречивой информации. Правда ли, что в последнее время отношения между государствами ухудшились?
Можно говорить об ошибках внешнеполитических ведомств. Отсутствие в Израиле посольства и консульства Азербайджана выглядит странно и вызывающе в свете того, что в Тель-Авиве действует множество представительств мусульманских и даже арабских стран.
Иногда мы сталкиваемся со странными высказываниями со стороны наших бакинских друзей. Возьмём недавнее заявление главы МИДа Азербайджана Эльмара Мамедьярова арабским СМИ о том, что его страна не открыла пока посольства в Израиле, ибо ратует за существование двух государств: Израиля и Палестины. А если Израиль ответит тем, что начнёт ратовать за независимость Карабаха и называть его словом Арцах. Думаю, в Баку это бы не понравилось многим.
Если формулировать это более дипломатично, то выскажем предположение, что правительство Азербайджана поспешило бы открыть посольство в Израиле и забыло бы о «Палестине», покажи им наш МИД, насколько серьёзно мы относимся к этим двум вопросам. Неплохо бы заодно напомнить о многолетнем союзе армянских боевиков с арафатовскими извергами и их последователями. Отряды Монте Мелконяна проходили обучение в Ливане у Ясира Арафата. И не ливанские ли вертолеты с палестинскими боевиками помогали осуществить бойню в Ходжалы? Но глава МИДа Израиля загружен в эти дни внутренними проблемами и руководствуется внутренними соображениями и просто не доносит до азербайджанской стороны серьёзности наших вышеупомянутых претензий. Такие проблемы нельзя откладывать на завтра.
ИА REX: В чём причина этих ошибок? Только ли о недопонимании идёт речь?
К сожалению, мелкие деляческие соображения некоторых чиновников вновь перевесили реальные национальные интересы Израиля и Азербайджана. Политика Либермана по отношению к Баку привела, по сути, к ухудшению отношений между нашими странами. Израиль давно уже открыл посольство в Баку и проявляет чуткость к интересам Азербайджана, а в ответ получает декларативное равнение на Турцию перед запуском очередной провокации-флотилии. К сожалению, фиаско настигло Либермана и его ведомство и в Грузии. Правительство Саакашвили тоже предпочитает равняться на Турцию и Иран. Что касается Израиля, то Грузия отказалась платить по задолженностям и поместила в тюрьму двух израильских бизнесменов после белыми нитками шитой провокации. Сейчас другая израильская компания (Elbit Systems Ltd) подала в лондонский суд иск на сумму 100 миллионов долларов против правительства Грузии.
ИА REX: Есть мнение, что политическая ситуация на Кавказе это всегда такой запутанный узел, что любой посторонний не может в нём не запутаться?
Если Восток — дело тонкое, то Кавказ — это вершина и острие восточной тонкости. Тем не менее, там особо уважают силу, патриотизм, убеждённость и готовность стоять до конца. Любые уступки или проявления непоследовательности трактуются там как презренная для джигита слабость.
К примеру, за две недели до публикации заявления о передаче Турции консульских полномочий в Израиль прибыло несколько эмиссаров от председателя Комитета по делам диаспоры Назима Ибрагимова. Они были озабочены голосованием в Кнессете по вопросу резни армян в 1915 году в Турции, вследствие которого намечается обсуждение предмета на комиссии по делам просвещения. После контактов посланцев Ибрагимова с представителями Либермана фракция НДИ сделала сенсационное заявление о том, что будет препятствовать признанию армянской версии тех событий вплоть до выхода из правительственной коалиции. Мы не располагаем уликами о передаче там взяток или приглашений на посещение Баку, но интересы Израиля не стояли там на повестке дня. Скорее, интересы отдельных политиков и отдельных бизнесменов.
ИА REX: Стоит задаться вопросом: почему Ибрагимов и его эмиссары пекутся о непризнании Израилем армянской версии трагедии 1915 года? Речь ведь идёт о конфликте между армянами и турками, а при чём здесь правительство Азербайджана? Они вовсе не были участниками тех кровавых событий в Турции. Более того, они сами были в немалой степени жертвами в смутные дни Гражданской войны. Какое им дело до армяно-турецкой распри? Или они хотят сказать нам и всему миру, что Турция и Азербайджан — одно и то же?
Это очень правильные вопросы, которые должно задать себе азербайджанское руководство, для того, чтобы выстроить более эффективную внешнюю политику. Именно из-за отсутствия шкалы приоритетов терпит неудачу работа этого комитета, поэтому на фиаско обречен грядущий съезд диаспоры в Баку.
Политический реализм — это трезвое осознание тех собственных национальных интересов, коими нельзя поступиться во имя любой абстрактной бижутерии. Если определить основные интересы Азербайджана сегодня, то речь может идти о победе на переговорах по Карабаху, об отпоре армянской пропаганде за рубежом, о консолидации диаспоры, об укреплении своей армии и экономики, и об отмене поправки Джексона-Вэника. Вместо того чтобы заниматься вопросами консолидации диаспоры, активизации её в политическом аспекте и вместо начала кампании за возвращение азербайджанцев домой ведомство Ибрагимова берёт на себя сомнительную роль убеждения израильских политиков не голосовать в поддержку армянской позиции по 1915 году.
Это серьёзная дипломатическая ошибка. Израиль нужен Азербайджану как оптимальный стратегический партнер. Практически все важнейшие отрасли военной промышленности Азербайджана замыкаются сегодня на Израиле. Но надо понимать, что в эти дни отношения между Иерусалимом и Анкарой достигли своей низшей точки. Желание израильтян напомнить туркам о том, как они соблюдали права человека, продиктовано нашими сущностными интересами и никаким боком не касается Азербайджана. Зачем же Азербайджану портить отношения с Иерусалимом вопреки собственным интересам только по причине того, что Анкара просит помочь…
ИА REX: Но и само государство Израиль тоже не спешит признать события 1915 года геноцидом?
У Израиля есть веская причина резко и жестко отвергнуть армянскую версию, но это уже по причине собственных интересов. Поэтому вмешательство извне вовсе не целесообразно. Дело в том, что армянская версия сегодня включает обвинения в адрес евреев, будто резню 1915 года организовали именно они и будто лидерами младотурок были евреи и члены секты «дёнме». Речь идёт не о маргинальных антиисторических изысках. Кровавый навет на евреев превратился в Армении в «мейнстрим». По этой причине Израиль обязан дать самый решительный отпор армянской пропаганде, исходя из собственных интересов. Однако отсюда никак не следует, что турки с курдами не совершали в те времена страшных преступлений. К их чести заметим, что многие тогда были судимы в самой Турции, и было даже несколько случаев смертных приговоров. (В самой Армении нет и речи о привлечении к ответственности тех, кто осуществил резню в Ходжалы…)
ИА REX: В чём причина того, что армянские диаспоральные организации, армянское лобби и армянская внешнеполитическая пропаганда оказываются более успешными?
Причина, как я уже указал, в неправильной постановке приоритетов. Активное лоббирование непризнания армянской трагедии со стороны Баку наносит прямой удар по имиджу самого Азербайджана. Посмотрите сами: сегодня в российской Госдуме вы найдете больше дюжины армянских депутатов и ни одного азербайджанца. Так же дела обстоят и в СМИ России, и в культурном пространстве.
Армения выигрывает пропагандистскую войну повсеместно. На примере Израиля мы видим, как грамотно и удачно выбрали армяне для себя главного лоббиста в лице депутата Зеэва Элькина. Они начали работать с ним ещё осенью 2006 года, вскоре после избрания Элькина. Последние годы он является главой правящей коалиции. Это был идеальный выбор для армян. Каждая вложенная в этот проект копейка принесла несколько рублей.
Азербайджанское лобби в то же время возглавил депутат от партии Либермана Йосеф Шагал. Он почти не знал иврита и вошел в историю Кнессета благодаря скандалу, когда кричал на Элькина в зале заседаний прямо по-русски (в плохом смысле слова) и грозился снять с проармянского депутата ермолку с головы и засунуть её ему прямо туда…
При этом азербайджанцев Шагал тоже не шибко жаловал, называя их просто «зверьём». Ему на смену пришел депутат Роберт Илатов, владеющий ивритом, но совершенно не образованный, не эффективный и не заметный.
ИА REX: Можно согласиться с вашим утверждением, что политический реализм — это трезвое осознание собственных национальных интересов, которыми нельзя поступиться…. Но возможен ли рациональный подход к политике, когда речь идет о Кавказе?
Нынешняя размолвка между Израилем и Азербайджаном — наглядный пример того, как портятся отношения между странами от торгашеской безответственности одних и прислуживания чужим интересам со стороны других. Если бы оба субъекта руководствовались своими собственными интересами, то дружба Израиля с Азербайджаном процветала бы вплоть до запуска совместного спутника имени Гейдара Алиева в космос. Нет сомнения, что Алиев был на самом деле выдающимся государственным деятелем. Его по сей день вспоминают с глубоким уважением все израильские политики, встречавшиеся с ним. Нам всем недостает сегодня государственных деятелей уровня Гейдара Алиева.

Напомним, ИА REX провело опрос о роли диаспоры в пропагандистской войне. В нём приняли участие представители России, Грузии, Армении и Азербайджана. Большинство экспертов согласилось, что наиболее успешными в вопросах внешнеполитической пропаганды и взаимодействии государства и диаспоры является Армения. Как известно, азербайджанская диаспора в России многочисленнее армянской, но армянская диаспора лучше мобилизована и успешнее действует в поддержку Армении. Политика Государственного комитета по работе с диаспорой во главе с Назимом Ибрагимовым потерпела неудачу, что вынудило власти Азербайджана срочно искать ему замену.

Исламский радикализм на Северном Кавказе трансформируется на национализм

Гюльнара Инандж

Кажется, процессы исламского и национального радикализма на Северном Кавказе отошел на второй план на фоне арабских волнений. В регионе набирают силу новые общественные силовые элементы в борьбе с исламским радикализмом вооруженные национализмом.
Как отражаются события на Востоке на общественном мнении, религиозной и политической жизни на Северном Кавказе?
Тему в эксклюзивном интервью для www.turkishforum.co.uk комментирует эксперт Государственной Думы Российской Федерации, эксперт по этноконфликтам Виталий Трофимов-Трофимов.

-Череда выступлений на Ближнем Востоке и стран Магриба это продолжение «оранжевых» событий Украины, Грузии, Киргизии и Узбекистана, в измененном виде, но с тем же сценарием. Они имеют один очень серьезный «наследственный» изъян, который свидетельствует о подготовке этих событий извне: правящим режимам, которые в рамках имеющихся социально-экономических и геополитических реалий делают что могут для сохранения стабильности, противостоит группа т.н. «оппозиционеров», которые чаще всего сколочены из самых разных слоев населения – от студентов до фермеров, бездомных и откровенных авантюристов-международников. Их не объединяет ни какой-то выдающийся лидер, ни какая-то конкретная идея.

Очень часто в таких ситуациях процесс возглавляет тот, кто на момент этих событий имеет наибольший финансовый вес и может «перекупить» процесс, захватить в нем управление и возглавить. В «оранжевой» революции на Украине революционные волны прибили к власти прозападную олигархию, в Киргизии – «южан», в частности, главу родов ичкилик Курманбека Бакиева, в Узбекистане процесс пытались взять под контроль наркоторговцы, как это было еще ранее в Косово.

На территории российского Кавказа единственной альтернативной силой являются исламисты. И народ это понимает: в случае каких-то выступлений, обязательно появятся эмиссары бандподполья, которые попробуют спровоцировать толпу и использовать ее в своих целях. Поэтому, несмотря на накопившееся недовольство, каких-то крупных выступлений на Северном Кавказе на данный момент нет. Лидеры некоторых республик – Ю-Б. Евкуров, Р.Кадыров – весьма уважаемые и популярные в народе лидеры. А глава Дагестана М.Магомедов весьма отзывчивый на просьбы дагестанцев человек, его руководство республикой отличается оперативным решением проблем и аварцев, и лезгинов, и других народов. Поэтому особых потрясений в связи с событиями в арабском мире ожидать на Кавказе не приходится. В основном это одни разговоры, во многом беспокоящие.

-До Олимпиады осталась не долго, но взрывы на Северном Кавказе не прекращаются. Как может государство гарантировать безопасность спортсменов, когда взрывы происходят в туристических центрах. Возможно ли искоренить банподполье, терроризм, который 20 лет терроризирует регион за короткий срок?

-В настоящее время проблема терроризма в республиках, непосредственно прилегающих к Краснодарскому краю, это тема номер один на всех совещаниях, посвященных Олимпиаде, на региональном и президентском уровне. Национальный антитеррористический комитет России, который регулярно собирается и вырабатывает стратегию борьбы с терроризмом, постоянно обращается к этой проблеме. Особенно последние месяцы, когда единичные теракты начали совершаться также и в относительно благополучных республиках северо-западного Кавказа.

Угрозу при этом могут представлять не только исламистское подполье, но и черкесские группы, которые независимо от «Адыгэ Хосе» и других легальных организаций попытаются заработать политические очки, прибегая к террористическим или экстремистским методам.

Профилактика терроризма не ограничивается работой профильных служб. Общественные организации, в частности Общественная палата, пытаются организовать гражданское общество Кавказа на борьбу с межэтнической рознью, экстремизмом и терроризмом, наладить обмен информацией между различными общественными объединениями и государством в борьбе с терроризмом, помогают общественным легальным организациям выражать свою позицию.

Эти меры правильные и должны привести к снижению террористической угрозы. Однако, на мой взгляд, они недостаточны. Олимпиада проводится именно в Сочи в том числе и для того чтобы придать экономический импульс развитию региона, но на деле торговые места на олимпийских объектах уже бронируют крупные фирмы и торговые сети, а местные торговцы-челноки остаются «за воротами». Надеюсь, что ситуация изменится в ближайшие годы и жителям Кавказа будет предложено большее участие в олимпийской экономике в 2014 году. Тогда бремя борьбы с терроризмом, имеющим на Кавказе глубокие экономические и социальные причины, государству будет не так тяжело нести.

-В Кабардино-Балкарии начали действовать антиваххабитское вооруженное формирование «Черные ястребы». Как эта организация может повлиять на распространение исламского радикализма на Северном Кавказе?

-Появление «Черных ястребов» очень интересно с той точки зрения, что фактически отбирает у исламистов основной козырь. Как известно, для агитаторов «Имарат Кавказа» очень важно утвердить идею, что Северный Кавказ – это колония России, русские на Кавказе – это колонисты, оккупанты, и долг любого порядочного кавказца – бороться с русскими в лице, прежде всего, силовиков и руководства республик, проводящих «имперскую» оккупационную политику Москвы.
«Черные ястребы» показывают, что русские и «неоимприализм» тут ни при чем. Что есть часть народа, которая не согласна с исламистами. И каждый молодой человек, который решит уйти в горы, теперь должен понимать, что он и его родственники могут столкнуться с организацией, которая не имеет ничего общего с Москвой, и, может быть, в ней есть даже его родственники. Это очень важный психологический фактор, который в принципе должен останавливать потенциальных радикалов.
У многих моих коллег эта организация вызывает скепсис, одни сомневаются, реальная ли это организация, не создана ли спецслужбами, другие задаются вопросом, не бросит ли она свою борьбу с терроризмом, когда столкнется с реальными трудностями. Потому что борьба с терроризмом убийствами и угрозами не решается, для этого необходимо внедрять комплекс мер, в том числе социального характера, который одной вооруженной организации не под силу.
Очень много вопросов вызывают методы организации. Самосуд возносится организацией в публичных заявлениях как добродетель, к которой следует прибегать. Это, конечно же, средневековые методы. Но они действенны. Во всяком случае, террористы сталкиваются с другой риторикой, отличной от политкорректности западных и российских политиков. Риторикой, им очень хорошо понятной.
-Почему «Черные ястребы» появились в Кабардино-Балкарии и почему они избрали адыгские атрибуты? Или как утверждают отдельные эксперты «подполью противопоставляется национальная адыгская идея».
-В настоящее время национализм видится единственной реальной альтернативой вненациональному исламизму. Во всяком случае, к нему прибегают и Рамзан Кадыров и другие лидеры мусульманских регионов России. Идеология национализма несет сопоставимый с джихадизмом (в салафитском понимании) эмоциональный заряд, особенно когда речь заходит о борьбе с чем-то. Поэтому вполне закономерно, что организация взяла на вооружение националистические лозунги. В этом нет ничего страшного, адыги (кабардинцы, шапсуги и черкесы) вполне имеют право на национальное самоопределение. К тому же подавляющее большинство из них не видят никакой формы самоопределения кроме как в границах России.
То, что организация возникла в среде кабардинцев, вполне закономерно. В конце прошлого года этот адыгский народ впервые столкнулся с реальной угрозой ползучей исламизации. В Кабардино-Балкарии проявилась устойчивая исламистская ячейка, которая пытается в своих целях использовать насущные социальные проблемы, например, нерешенный вопрос о межселенных территориях. Столкнувшись с исламизмом, и видя к каким последствиям он привел, в Дагестане, Ингушетии и Чечне, вполне естественно, что кабардинцы пытаются дать жесткий ответ. Даже в такой форме.

-Все кажется очень запутанным. Ведь демонстрируя адыгские атрибуты, они в принципе раскрывают свои карты и этим дискредитируют, или может наоборот прикрывают расширяющийся последние годы адыгский национализм.

-Организация «Черные ястребы» неполитическая, она решает совсем другие задачи, поэтому особых опасений в плане распространения националистических идей она не вызывает. В превращении ее в политическую не заинтересованы ни республиканские власти, ни Москва. Поэтому шанс превратиться радикально-антиисламистской организации в радикально-националистическую не очень высок.

К тому же политизация организации означает выход из тени, обретение публичности ее активистов, а в свете сделанных заявлений и совершенных действий не многие ее члены горят желанием на это пойти. Легальные организации вроде «Адыгэ Хосе» если и имеют какие-то связи с «Черными ястребами», то никогда не будут их афишировать по той же причине – причине выбранных организацией методов.

— Исследования показывают, что этническое сознание как более древний слой подсознания преобладает над религиозным слоем. В религиозной среде, в том числе среди радикалов любого толка можно проследить этот элемент. В салафитских джамаатах тоже этот фактор имеет достаточно серьезное место.

-Этнический фактор – один из тех, по которым работают общественные организации и силовики, пытаясь расколоть исламистское бандподполье. Это тот случай, когда межэтнический конфликт несет позитивное значение. У различных представителей своих народов внутри «Имарат Кавказа» есть свои претензии друг к другу, которые они предъявляют. Это ослабляет боевиков и ограничивает мобильность боевых групп, вызывает споры в руководстве.

Насчет того, преобладает этническая идентичность над религиозной или нет, говорить сложно: есть группы с ярко выраженной религиозной идентичностью, региональной (например, в Ставропольском крае), этнической. Но то, что этническая идентичность у народов Кавказа ярко проявлена, это точно. И этот факт всегда учитывается в разработке стратегий по борьбе с терроризмом.

-Член Национального антитеррористического комитета (НАК), первый вице-спикер Совета Федерации Александр Торшин фактически поддержал «Черных ястребов» и предложил использовать их силу. Если они часть общества, те, кто недоволен бандформировании, то почему не использовать просто силу и поддержку общества без каких либо сомнительных формирований?

-«Черные ястребы» в чем-то отражают, во многом очень стихийно, направление куда двигаться Российскому государству в реформе системы общественной безопасности. В настоящее время в нашей стране проходит реформа МВД, милиция переименовывается в полицию, подписан и исполняется федеральный закон «О полиции».

Но это не просто смена вывесок. Полиция – от слова «полис». Это силы правопорядка в городах, изначально выполнявших политические функции (в греческом значении слова – общественные). Милиция – это милитаризованная организация, своеобразная народная форма, некоммерческая общественная организация в области общественной безопасности. Полицию в СССР назвали милицией для того, чтобы подчеркнуть народный характер полиции, способ рекрутации ее кадров.

Во времена Хрущева милиция фактически превратилась полицию, и сейчас настало время вернуть ей истинное юридическое наименование, освободив термин «милиция» для собственно милиции, общественной вооруженной организации, на которую должны опираться силовые службы. В разных европейских странах милиция именуется по-разному, но везде состоит из общественных активистов, которые имеют членство, посещают сборы, повышают навыки владения огнестрельным оружием, они привлекаются для ликвидации стихийных бедствий, пресечения бунтов, патрулировании районов. Сейчас никакой милиции в России нет. Ее функции выполняют т.н. «внутренние войска» и добровольные народные дружины.

Этот пробел пытаются восполнить различные организации, в том числе и политические, создавая свои нелегальные вооруженные формирования. Например, националисты Владимира Квачкова, прославившегося нападением на Чубайса и рядом других акций. Многих в настоящий момент арестовали.

«Черные ястребы» — это такая разновидность милиции, гражданских сил самообороны, которые государству еще предстоит создать, под которых необходимо писать закон, создавать службы и системы контроля и т.д. Надеюсь, такая общефедеральная общественная структура как милиция в России в ближайшее время появится. Она будет использовать иные методы, чем методы «Черных ястребов», но цели будут те же – противодействие экстремизму, терроризму, межэтническим конфликтам, патрулирование криминогенных районов российских городов. Я думаю, Александр Порфирьевич видит эту перспективу, и понимает социальное значение «Черных ястребов».

-Национализм северокавказских народов или радикализация ислама сейчас разрушительно опасна ли для региона? Как понимается, власти, держа оба элемента под контролем, периодически одним подавляют другого в случае ее активизации.

-В основе и национализма и исламизма лежат социальные проблемы региона. Люди, недовольные безработицей, отсутствием перспектив, территориальными проблемами, ищут способы направить свое неприятие порядка вещей. И исламизм и национализм, особенно радикальный, является выражением неудовлетворенности. Противопоставить им кроме друг друга нечего, нет адекватных позитивных альтернатив, имеющих такой же информационный багаж и эмоциональный заряд. Поэтому неудивительно, что региональные элиты пытаются бороться с исламистами поддержкой национальных идей. Если социальные проблемы Кавказа не будут решены до окончательной победы над исламистскими бендформированиями, то Россия вернется к тому, с чего начала – к террористической войне националистов, как это было в первую чеченскую кампанию, потому что социальное недовольство никуда не денется, оно приобретет иную форму, форму национализма.