Конец «арабской весны»

Google

О ситуации на Ближнем Востоке, о том какие тенденции развиваются в этом регионе, рассказал в интервью # главный эксперт Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу  Алексей Синицын.

 — Война в Сирии, ирано-израильское противостояние на территории этой страны, борьба с ИГИЛ, да и в целом весь ближний Восток, были поставщиками топ-новостей на протяжении всего этого года. Сегодня о ближневосточных проблемах, кажется,  почти забыли. Мировая пресса пишет о бунте «желтых жилетов» во Франции, опасной напряженности в российско-украинских отношениях, Брекзите, Трампе и пр. и пр. Надо ли понимать, что «арабская весна», которая принесла на Ближний Восток перманентный хаос, в какой-то степени выдохлась?

 — «Арабская весна» действительно умирает. Во всяком случае, руководимые Катаром «Братья мусульмане», на которых ставила Хиллари Клинтон, будучи госсекретарем, удержаться у власти в ближневосточных странах так и не сумели. Но до «умиротворения» Ближнего Востока еще очень далеко.

Все помнят, как президенты разных стран и, прежде всего, Дональд Трамп выступали с победными реляциями о полном разгроме ИГИЛ. Однако «гидра терроризма» оказалась необыкновенно живучей. Самозваному «халифату» во многом удалось восстановить свои ряды – в Сирии и Ираке различные разведки мира насчитывают не менее тридцати тысяч активных штыков ИГИЛ.

Большая часть непримиримых радикалов находится в «суннитском поясе» Ирака и на сирийско-иракской границе. Достаточно крупная группировка террористов оперирует и в самой Сирии к востоку от Евфрата. Именно их позиции бомбят сейчас самолеты американской коалиции. Об этих налетах читатель знает по информации сирийского агентства САНА, акцентирующего свое внимание на гибели мирных жителей. Это, конечно, прискорбно, но это война.

Отдельные группы ИГИЛ действуют сейчас в различных сирийских провинциях. А есть еще и «спящие ячейки» террористов, которые пока себя ничем не проявляют. Так что, борьба с «мировым злом», в лице самопровозглашенного «халифата»,  еще далеко не закончена.

— Вы обратили внимание на налеты авиации международной коалиции. Однако ничего не сказали о действиях российских ВКС. Россия, что, приостановила воздушную войну в Сирии?

 — В какой-то степени так и есть. Недавно в открытом доступе появились очень качественные спутниковые снимки российской авиабазы Хмеймим. По ним видно, что авиационная группировка РФ значительно сокращена. Надо полагать, что постоянно в сирийском небе находятся только два российских самолета, осуществляющих боевое патрулирование. Москва сейчас перешла в режим ожидания, сконцентрировав все свое внимание на Идлибе.

— Кстати об Идлибе. Не так давно российское Министерство Обороны и многие эксперты, включая Вас, утверждали, что в этой провинции готовится очередная провокация «белых касок» с применением химического оружия. В его использовании Запад, якобы, собирался обвинить официальный Дамаск, что стало бы предлогом для нанесения американцами и их союзниками по НАТО мощного ракетно-бомбового удара по сирийским военным объектам. Однако ничего подобного не произошло. Этому есть рациональное объяснение?

— Конечно, есть. Но сначала уточним позиции. Во-первых, химическое оружие, пусть даже не заводского производства, у боевиков Идлиба есть. Не так давно снарядами с «хлорной начинкой» они обстреляли пригороды Алеппо. Во-вторых, сам президент Трамп не раз говорил об «ударе возмездия», который неминуемо последует, если Асад применит химическое оружие. В-третьих, американцы сконцентрировали вокруг Сирии достаточно сил и средств, чтобы атаковать ее военные объекты сотнями крылатых ракет. Количество «томагавков» и авиабомб  должно было значительно превышать количество боеприпасов, которое американцы использовали в ходе неудачной атаки 14 апреля.

Но, вот, буквально на днях, Institute For Study of War (IFSW) опубликовал обширное исследование, в котором убедительно доказывается тот факт, что «Россия завершила создание интегрированной системы ограничения доступа/блокирования и электронной войны, как минимум, на подконтрольной Дамаску территории Сирии». IFSW – это весьма солидный «мозговой центр» Пентагона.

Его аналитики считают, что таким образом все сирийское ПВО, ныне насыщенное современными средствами поражения, полностью перешло под командование Москвы. Это совершенно меняет всю военно-политическую обстановку на сирийском театре военных действий, исключает всякую возможность создания американцами «бесполетной зоны» в сирийском небе и таит для них массу рисков при возможной атаке коалиции на сирийские аэродромы и центры управления. В Пентагоне, безусловно, учли эти новые реалии и решили воздержаться от «тестирования» качественно новых сирийских средств противовоздушной обороны.

— А что сейчас происходит в этой мятежной провинции? После Сочинского соглашения между Путиным и Эрдоганом о создании там зоны деэскалации прошло достаточно много времени. Однако разномастные боевики, согнанные в Идлиб со всей Сирии, не спешат сложить оружие.

— Конечно, Турции не удалось создать полностью зону деэскалации. До 15 декабря не будут разблокированы автомагистрали Хама-Алеппо и Латакия-Алеппо, как это подразумевалось Сочинским соглашением.

Впрочем, отрадно то, что между российскими, турецкими, сирийскими и иранскими военными установилась некое взаимопонимание в подходе нейтрализации «непримиримых» боевиков. Турки лояльно относятся к тому, что сирийская армия наносит удары по террористам на опасных направлениях, применяя при этом тяжелую артиллерию, РСЗО и даже авиацию. Это, прежде всего, северо-восточная Латакия, Эль-Латаминский выступ и пригороды Алеппо.

Сами турки весьма успешно проводят зачистку своих бывших союзников по операции «Щит Евфрата», которые вновь обратились к радикальной идеологии. В основном, это происходит в провинции Африн и на севере Идлиба. Не исключено, что идлибский «узел» будет разрублен к весне 2019 года. Тогда война в Сирии фактически закончится, и разные стороны конфликта смогут перейти к реальным переговорам по возрождению сирийского государства. Однако это – самый оптимистичный вариант, который никто гарантировать не может.

«Арабская весна» умирает, но до «умиротворения» Ближнего Востока еще  очень далеко

«Арабская весна» не сможет проникнуть в Азербайджан

 

 

 

Гюльнара Инандж.

Одной из самых дискуссируемых в мире  тем последних месяцев является  ситуация в Сирии и варианты ее  разрешения. 
Данную тему в эксклюзивном интервью агентству Новости-Азербайджан (http://novosti.az/expert/20120313/297048346.html)

комментирует директор Центра стратегических исследований Ближнего Востока (ORSAM) Хасан Канболат (Hasan Kanbolat).

— Многие эксперты сходятся в том, что Россия рано или поздно под давлением
  Запада, точнее, резким снижением цен на природные ресурсы, изменит свою позицию  по вопросу военного вторжения в Сирию.

— Согласно заявлениям, озвучиваемым из Кремля, Россия до конца будет стоять за Сирией. Новоизбранный президент России Владимир Путин также в своих обращениях демонстрирует, что не будет поддерживать военные операции против Сирии.
Что касается искусственного снижения цен на энергоресурсы, могу сказать, что РФ имеет олигархическую структуру. В таком положении цены не стабильны. Это в США и  странах Европы цены постоянные. Поэтому в вопросе вето на военные санкции против Сирии  разногласия между РФ и Западом не возможны.

— Но позиция Турции в отношении Сирии поменялась. Что повлияло на изменение сирийской политики Анкары, ведь ранее позиции сторон сблизились?

— Нужно относиться с пониманием к изменению политики Анкары. Турция неоднократно призывала Дамаск к проведению экономических и политических реформ. Башар Асад не прислушался к советам. Турция всегда как щит защищала Сирию от нападок Запада.

После начала «арабской весны» за Тунисом, Египтом ожидался всплеск антиправительственных волнений и в Сирии, которые  начались год назад. Здесь Турция ничего не может сделать. Анкара поддерживает,  и будет поддерживать не власти Сирии, а благоденствие сирийского народа.

— Но сирийская оппозиция была сформирована и подпитана Турцией и Западом…

— Ни в одной стране мира нельзя искусственно создавать оппозицию, можно только поддерживать оппозицию, действующую в той или иной стране.
Наличие небольшой или крупной оппозиционной силы в стране  — это нормально. Власти всегда пытаются показать оппозицию слабой, представляют ее, как силу, финансируемую из-за рубежа.

Это нормально. Но нужно заметить, что сирийская оппозиция всегда была активна, и ранее были народные волнения, которые подавлялись беспощадно, проливалась кровь собственного народа.

— Визит в Сирию министра иностранных дел России Лаврова демонстрировал мощь проасадовских сил, что нельзя игнорировать…

— Безусловно, в Сирии есть определенная поддержка Асаду. Сторонники Асада Россию расценивают,  как спасителя.

Но реальность заключается в том, что поддержка Асада постоянно сокращается. Если президент применяет против своего народа оружие, разрушает их дома, то, естественно, теряет поддержку народа.

В начале народных волнений в Сирии матери не хотели участия их детей на митингах. После они просили своих детей быть внимательными во время участия на митингах. Согласно последним данным, полученным из Сирии, матери сами хотят участия своих  детей на митингах и скорейшего прекращения этого кровопролития.

— Разве военные операции США и их союзников прекращают кровопролитие? Афганистан, Ирак, Ливия превратились в кипящий котел именно после военных операций.

— Никто не говорит, что после ухода Башара Асада в Сирии будет стабильность. Может быть, воцарится еще больше нестабильности. Сирия может стать вторым Ираком, или Ливией. Но с Асадом ведь тоже нет стабильности. 

Очевидно, что время правления под руководством партии Баас иссякло, и это нужно принять. Останется или не останется Асад, появится ли новая Сирия с новыми понятиями, экономикой и политикой, покажет время.

США своим военным вторжением не задумываются о стабильности в этих странах. Цель одна — сломать хребет властей, не подчиняющихся США и Израилю.

Белому Дому нужно создать власти, подчиняющиеся их воле.  

 

— Судьба Сирии решена. А кто следующий?

— Последующими будут те страны, которые обходят процессы глобализации, не входят в свободный рынок, где не проводятся свободные выборы.
Очень часто обсуждается вопрос переброски арабских волнений на Кавказ. Хочу сказать, что Азербайджан не входит в те вышеназванные рамки, которые могут включить его в список, куда может проникнуть «арабская весна».

Азербайджан активно участвует в программах глобализации, открыт всем современным новшествам, рыночной экономике, демократическим изменениям.

Заметьте, во время недавних событий в Губе президент Азербайджана предупредил о невозможности открытия огня по митингующим. Это был очень правильный шаг.

Нужно привыкать к митингам, протестам. В Турции ежедневно проводятся акции протеста. Конечно, речь не идет о терактах и насилиях, провоцируемых определенными силами, к которым привыкать нельзя, их нужно пресекать.

Противники Башара Асада хотят повторить ливийский сценарий

В сирийском противостоянии назревает серьезный поворот. В минувшие выходные в окрестностях города Хомс начались ожесточенные бои между сторонниками и противниками президента Башара Асада, едва ли не самые кровопролитные с начала гражданской войны. По оценкам экспертов, правительственные войска испытывают все большее давление со стороны повстанцев. Силовым структурам приходится иметь дело не только с демонстрантами, но и с вооруженными отрядами, которые называют себя Свободной сирийской армией. «Ъ» выяснил, что представляет собой эта армия и в состоянии ли она противостоять военной машине Дамаска.

В минувшие выходные правительственные войска обстреливали старые кварталы Хомса из танковых орудий. В ответ во многих провинциях Сирии активизировались революционные отряды, состоящие из бывших военных. Они развернули против армии Асада настоящую партизанскую войну. Общее число жертв сирийского противостояния, по данным ООН, уже превысило 3 тыс. человек. Власти Сирии утверждают, что среди убитых — более 1100 солдат и полицейских. Все это подтверждает информацию о том, что правительственным войскам и полиции противостоят вооруженные формирования.

О создании Свободной сирийской армии (ССА) объявил 29 июля полковник Рияд аль-Асад, перешедший на сторону «восставшего народа». Некоторое время параллельно с ССА существовала другая структура — Движение свободных офицеров. Но после того, как его основатель подполковник Хусейн Хармуш был похищен в Турции сирийскими спецслужбами, две группировки приняли решение о слиянии. Объявлено о нем было 23 сентября.

Командиры ССА утверждают, что в их подчинении находится 22 бригады, которые действуют практически во всех провинциях страны. Данные о численности армии разнятся. Одни источники говорят о 8 тыс. бойцов, другие — о 15 тыс. Но в любом случае правительственные войска имеют подавляющее превосходство в живой силе: 200 тыс. солдат и офицеров плюс 280 тыс. резервистов. Однако, по мнению экспертов, в партизанской войне, которая разворачивается сейчас в Сирии, далеко не все будет определять численность противостоящих сил. На первое место выходят мотивированность, боевая подготовка, дисциплина.

В этом отношении оппозиционные отряды пока также уступают армии Асада. Их основу составляют вчерашние инженеры, лавочники, врачи, учителя, в послужном списке которых в лучшем случае 30-месячная воинская служба. Но в последнее время ситуация начинает меняться. В ряды ССА вливается все больше дезертиров — кадровых военных, повернувших оружие против правительства по идеологическим соображениям. Эти люди сражаются отчаянно, так как терять им нечего: попавшие в плен дезертиры не могут рассчитывать на снисхождение.

В правительственных войсках тоже немало идеологически мотивированных бойцов, готовых идти до конца. Это в первую очередь алавиты — единоверцы президента Асада. Если его режим рухнет, участь алавитов, составляющих от 10% до 15% населения страны, незавидна. Так что им есть за что сражаться.

Но в армии и спецслужбах алавитов меньшинство. От остальных же конфессий Башару Асаду вряд ли стоит ждать абсолютной лояльности и самопожертвования. Поэтому далеко не все армейские части можно использовать при подавлении акций протеста, не опасаясь волны дезертирств. Вот и перебрасывают власти одни и те же «пожарные команды» из Деръа в Хаму, оттуда — в Хомс, затем — в Идлиб, после чего снова в Деръа. Именно на эти отборные подразделения режима и устраивают охоту отряды ССА.

Стратегическая цель противников Асада — установить контроль над частью территории страны, превратить эти районы в оплот сопротивления и перевести туда провозглашенное на оппозиционном съезде в Стамбуле правительство в изгнании. После этого иностранным государствам было бы легче оказывать помощь революционерам, особенно если их вотчина будет располагаться вблизи границы с Ираком, Турцией или Иорданией.

По мнению опрошенных «Ъ» экспертов, если ССА сумеет закрепиться в одной или нескольких провинциях, в Сирии вполне реально повторение ливийского сценария. Как в случае с Бенгази, ставшим центром ливийского восстания, Запад, Турция и некоторые арабские страны могут взять под свое покровительство революционные районы Сирии. Потом запретить войскам Асада вести на них наступление — во избежание массовой резни и гуманитарной катастрофы. А если Дамаск откажется выполнить ультиматум, пригрозить ему ударами с воздуха,- технология успешно отработана на полковнике Каддафи.

Максим Юсин
Газета «Коммерсантъ», №204/П (4745), 31.10.2011

Источник — kommersant.ru
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1320042060

Тунис снова на грани революции: беспорядки вспыхнули на родине «арабской весны»

В Тунисе вспыхнули массовые беспорядки вскоре после объявления результатов голосования в Национальную учредительный совет (НУС). Выборы в стране состоялись 23 октября, и победу в них, согласно опубликованным накануне данным, одержала умеренная исламистская партия «Ан-Нахда» («Возрождение»). С этим не согласились жители города Сиди-Бу-Зид, где в основном поддерживают партию «Народный список».

Лидером «Народного списка» является уроженец этого города и бизнесмен Хашми Хаадми. Демонстранты закидали камнями штаб-квартиру местной администрации, а неизвестные обстреляли штаб-квартиру партии «Ан-Нахда». Полиция в ответ применила слезоточивый газ и произвела предупредительные выстрелы в воздух. В целях предотвращения дальнейших беспорядков в городе этой ночью будет введен комендантский час с семи вечера до пяти утра.

Лидер «Ан-Нахда» Рашид Ганнуши призвал погромщиков успокоиться. Всю ответственность за произошедшее он возложил на сторонников свергнутого экс-президента страны Зин аль-Абидина бен Али.

Стоит отметить, что Сиди-Бу-Зид является родиной так называемой «арабской революции». Именно здесь 18 декабря 2010 года произвел акт самосожжения торговец Мохаммед Буазизи, протестовавший против действий полиции. Вскоре после этого по стране начались народные волнения, которые привели к отставке и бегству из страны президента Зин аль-Абидина бен Али. Затем революции начались в Египте и Ливии, где также привели к краху действовавших там режимов.

Согласно подведенным в ночь на пятницу итогам, партия «Ан-Нахда» получила 90 из 217 мест в НУС, их ближайший преследователь партия «Конгресс за республику» ограничится 30 местами. Поздравить победителя поспешил Евросоюз в лице главы дипломатии Кэтрин Эштон и еврокомиссар по расширению и политике добрососедства Штефан Фюле.

«Мы приветствуем кандидатов и партии, принявшие участие в демократическом процессе. Мы также поздравляем партию «Ан-Нахда», получившую самый высокий процент голосов», — говорится в их совместном заявлении. Там же сообщалось, что ЕС окажет новым властям Туниса политическую и финансовую поддержку, пишет «Российская газета».

Тем временем, победители уже начали вести переговоры с другими партиями о формировании коалиционного правительства в стране. Об этом заявил председатель политбюро партии «Ан-Нахда» Хамади Джебали. По его словам, основным приоритетом нового правительства станет возрождение экономической сферы Туниса, передает ИТАР-ТАСС.

Национальный совет должен будет опередить будущее устройство страны, принять новую конституцию и порядок формирования законодательной и исполнительной власти. Депутатам также предстоит выбрать нового временного главу государства. Все эти политические процессы, вероятнее всего, займут не менее года.

Источник — newsru.com
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1319834880

«Арабская весна», Турция и большой Ближний Восток


Н.К.Тер-Оганов

Социальный бунт, охвативший арабские страны Cеверной Африки, прозванный «арабской весной», с точки зрения его цели и полученных результатов, оказался весьма сложным событием. Все мы были свидетелями того, как массовые выступления преподносились как стремление к большей либерализации и демократизации мусульманского общества. Были свергнуты диктаторские режимы в Египте, Ливии и Тунисе, говорят, что теперь на очереди находится Сирия. Вместе с тем, СМИ каким-то странным молчанием обходили обсуждение вопроса о возможных изменениях в арабских монархиях Персидского Залива, которые также не могут похвастаться своим пристрастием к демократии и борьбой с исламским террором. Более того, как известно, исламский террор не в малой степени получает финансовую поддержку именно из этих стран. Достаточно взглянуть на список участников террористической атаки на США 11 сентября 2001 года, а также терактов на территории Европы и России, чтобы понять роль выходцев из этих стран в организации террористической деятельности далеко за их пределами.

Теперь, когда прошло несколько месяцев после начала «арабской весны», можно не только оспорить ее название, но и подвергнуть сомнению ее результаты. Многие теперь характеризуют упомянутые события как «арабскую осень», подчеркивая тем самим необходимость переосмысления упомянутых событий, исходя из их результатов. Одним словом, глубокое разочарование охватило многих — тех, кто в свое время с таким вожделением ждал коренных перемен.

Что же, на самом деле, получили в итоге? Ровным счетом – ничего (за исключением нефти). Диктатура пала, но на ее место претендуют силы, приход которых во власть может резко изменить ситуацию не только в самих странах, но и сложившийся баланс сил в регионе, конечно, не в пользу демократии и процветания этих стран. После падения диктатур на волю вышли десятки тысяч исламских экстремистов и террористов, с которыми бывшие диктаторы, как может показаться странным, вели бескомпромиссную борьбу, загоняя их в глубокое подполье.

Может быть, исламский экстремизм есть новая форма самоидентификации мусульманских стран, где исламизм, как идеология, станет заменой национализма? Многовековое общение Запада с мусульманским Востоком показало, что западные культурно-духовные ценности, включая демократию, совершенно чужды последнему. Неоспоримый факт, что в странах Ближнего Востока последователи христианства, из-за своей религиозной принадлежности, терпели много притеснений от мусульманских общин не только в средние века, но продолжают терпеть их и теперь, причем географический ареал их обитания с каждым годом катастрофически сокращается. Вопрос о религиозной толерантности на Ближнем Востоке весьма условное понятие – попробуйте поставить вопрос о строительстве христианского храма в какой-либо отдельно взятой мусульманской стране. Очень сомнительно, что это у вас получиться.

Что же касается положения мусульманских общин в Европе, то следует признать, что нескончаемые потоки выходцев из мусульманских стран арабского и неарабского Востока направляются в Европу не за европейскими, общечеловеческими культурно-духовными ценностями, а для удовлетворения своих социально-материальных потребностей. Они входят в европейский монастырь со своим уставом, строго соблюдая религиозно-правовые нормы ислама. Селятся компактно, потому, что они считают себя составной частью мусульманской общины, им чужд европейский индивидуализм и свобода личности. При таком положении вещей, когда в европейских городах создаются мусульманские гетто, говорить о приобщении мусульманской уммы к европейскому обществу просто не приходится. С этой точки зрения, весьма характерны и диаметрально противоположны высказывания германского канцлера Ангелы Меркель и турецкого премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана о роли турецкой общины в жизни в Германии. Тогда как Ангела Меркель призывала проживающих в Германии турков к тому, чтобы те стали составной частью германского общества, турецкий премьер, находившийся не так давно с визитом в этой стране, наоборот, призывал своих соотечественников крепко держаться своих национально-религиозных корней и не ассимилироваться.

Вопрос о том, почему Европа так беспомощна перед засильем ислама, на наш взгляд, требует отдельного исследования. Тем не менее, совершенно очевидно, что потеряв свою национально-духовную идентичность, единая, аморфная Европа становится легкой добычей исламского наступления. Очевидные признаки роста национализма в унифицированной Европе стали сигналом тревоги для пребывавших в летаргии последователей многокультурности. Хотя отдельные проявления исламофобии не являются характерной особенностью европейской культуры, тем не менее, они являются отрыжкой на массовое засилье ислама на европейском континенте. Гиперболизируя эту концепцию, можно выразиться кратко: того, чего не смогли достичь османы в XVII веке, стоя под стенами Вены, — завоевать Европу, теперь этого без кровопролития можно добиться путем постепенной ее исламизации.

Нет необходимости утверждать, что усиление позиций исламистских сил в мире последовал за нарушением сложившегося баланса сил между Западом и Востоком. Развал СССР дал старт многополярному миру. Сразу несколько государств западного и восточного полушарий стали претендовать на роль стремительно развивающихся стран, чьи доли в международной политике также стали высоко котироваться. Но развал СССР дал старт и исламскому террору не только на постсоветском пространстве.

Распад СССР на отдельные независимые государства имел далеко идущие последствия в плане изменения геополитической ситуации в регионе, в том числе и на большом Ближнем Востоке.

Турция стала одной из стран, которая получила максимальную выгоду от изменившейся геополитической реальности. В начале 90-х Турции были делегированы права первопроходца, которому Запад доверил святое дело демократизации народов Кавказа и Центральной Азии. Не будем спорить о том, какой именно вклад внесла Турция в деле продвижения демократических институтов на Кавказе и Центральной Азии, но известно, что эта страна воспользовалась представившейся ей возможностью продвигать свои финансово-экономические и политические интересы в этом регионе. Можно безошибочно утверждать, что выход на новый, не освоенный никем потребительский рынок этого обширного региона, дал мощный стимул для развития аграрно-промышленного комплекса Турции. Прокладка нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан и перспектива превращения Турции в крупнейший центр по транзиту энергоресурсов из Кавказа и Центральной Азии, не только принесла ей экономические дивиденды, но повысила ее вес в международных торгово-экономических отношениях. Без сомнения, повысился ее международный рейтинг, позволивший ей претендовать на лидерство в регионе восточного Средиземноморья.

Вместе с тем, весьма симптоматично, что Турция продолжает играть ту же самую роль, какую она играла в период «холодной войны» – она и ныне остается форпостом НАТО на Востоке. Являясь членом этой организации, тем не менее, это не мешает ей все громче заявлять о своих претензиях на лидерство в качестве локомотива мусульманского мира.

Это стремление Турции особенно четко стало вырисовываться в ее ближневосточной политике, в которой последнее время значительное место занимает ее отношение к Израилю. Играя на волне усиления исламизма в регионе, Турция видит себя в роли региональной супердержавы. Демонстративные выпады турецкого руководства в адрес Израиля, закрепленные заключением стратегического союза с исламистским государственным образованием в Египте, служат главной стратегической цели Турции – стать ведущей державой в восточной части Средиземного моря. Конечно, вызывает удивление тот факт, что член НАТО, бывший союзник Израиля, готов пойти на разрыв дипломатических, экономических и военных отношений с этой страной и даже стал делать первые шаги в этом направлении. Такое положение вещей порождает много вопросов.

С одной стороны, согласие Турции на установку радара ПРО на юго-востоке страны, в Малатье, направленный якобы только на Иран, указывает на ее желании находится под натовским зонтом, но с другой стороны, смыкание с исламистскими силами, наводит на тревожные мысли. Не трудно себе представить, какую цель может преследовать Турция установлением тесных военно-экономических и политических отношений с исламистским Египтом. Не будем забегать вперед, но на данном этапе, вполне возможно, что целью подобного военно-политического альянса является оказание массированного давления на Израиль для получения нужного результата по палестинскому вопросу. Для начала был максимально использован инцидент с турецкой флотилией для обострения отношений с Израилем. Создается такое впечатление, что это событие послужило не причиной, а поводом для панисламистской и панарабской риторики турецкого премьера в адрес Израиля. Недавние высказывания турецкого лидера относительно прорыва морской блокады Газы и призывы к обузданию Израиля, после погрома израильского посольства в Каире, нашли плодородную почву» среди восторженных египтян из числа сторонноков «Братьев-мусульман», назвавших турецкого гостя «новым Салах эд-Дином»

Прослеживая динамику перемещения в географическом пространстве так называемой «арабской весны», можно высказать предположение, что она выйдет из узко-арабских, национальных рамок и последует далее на восток. Благо, там есть готовая почва для победы исламского экстремизма.

Скорее всего Афганистан станет плацдармом для аппробации исламского фундаментализма в самой махровой его форме. Как известно, коалиционные силы в скором времени собираются покинуть Афганистан, так и не добившись стратегической цели – уничтожения терроризма. Последние вылазки афганских боевиков в самой столице, направленные против сил коалиции, свидетельствуют о неспособности вооруженым путем подавить исламистское движение «Талибан». В условиях враждебного окружения и сложного ландшафта, отсутствия безопасных дорог, массовая эвакуация вооруженных сил, без сомнения, вызовет рост военно-подрывной активности талибов в Афганистане и Пакистане. Принимая во внимание слухи об отдельных попытках представителей сил военной коалиции сесть за стол переговоров с талибами, рассуждения о поиске компромисса с последними могут быть и не беспочвенными, что вполне ложится в канву нынешних событий.

Если обобщить результаты «арабской весны» на Ближнем Востоке, то можно обнаружить три закономерности:

1. В странах, оказавшихся в объятиях «арабской весны», идет легальное становление исламистских военно-политических, в том числе и террористических, структур.

2. Предоставленная впервые исламистам разных мастей легальная возможность участвовать в политической жизни своих стран может оказаться завуалированной попыткой устранения угрозы исламского террора, как внутри этих стран, так и за их пределами.

3. Если компромисс с исламистскими силами в рамках Большого Ближнего Востока окажется удачной затеей, то не исключено, что по аналогичному сценарию могут развиваться события и в других мусульманских регионах.

Источник — Институт Ближнего Востока
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1316637060