«Курдистана» не будет: Россия, Германия и Франция солидарны с Турцией

Kayhan Ozer/Pool via REUTERS

Российские эксперты выразили свое отношение к прошедшему в Стамбуле саммиту по сирийскому урегулированию, на котором сторонам удалось достигнуть некоторых договоренностей.

Александра Зуева. В ходе стамбульского саммита по сирийскому урегулированию стороны переговоров подтвердили территориальную целостность Сирии, сказал Sputnik Азербайджан руководитель экспертно-аналитической сети PolitRUS Виталий Арьков.

 

В Стамбуле 27 октября прошел саммит лидеров России, Турции, Франции и Германии – президентов Владимира Путина, Реджепа Тайипа Эрдогана, Эммануэля Макрона и канцлера Ангелы Меркель – в ходе которого были обсуждены пути урегулирования сирийского кризиса.

Предмет торга

Одним из ключевых итогов стамбульского саммита является подтверждение его участниками территориальной целостности Сирии. А это значит, что Россия, Германия и Франция солидарны с Турцией, выступающей категорически против создания суверенного «Курдистана», считает Арьков.

Данный проект, как известно, активно продвигают США, однако его практическая реализация неминуемо приведет к разрушению исторически сложившихся государственных границ и к еще большей дестабилизации в регионе, объяснил эксперт. При этом он указал и на то, что в последнем крайне заинтересованы Вашингтон и Эр-Рияд, несмотря на все их заявления о приверженности миру и стабильности.

К сожалению, заметил собеседник Sputnik, Вашингтон по-прежнему располагает достаточным числом эффективных рычагов давления на Берлин и Париж. Поэтому весьма сомнительным представляется хотя бы уменьшение его влияния на ситуацию в САР, не говоря уже о выдавливании из региона, о чем мечтают все участники саммита в Стамбуле – не только Москва и Анкара.

«Не стал бы исключать такого развития сценария, при котором и территориальная целостность Сирии, и признание справедливости интересов, разгромивших запрещенную радикальную террористическую организацию «Исламское государство» (ИГ) России и Турции, станут предметом торга Германии и Франции с США», — подчеркнул Арьков, заметив, что подобное в мировой истории, даже в новейшей, случалось уже не единожды.

По его мнению, вероятен и непосредственный торг Вашингтона (заодно и Эр-Рияда) с Москвой и Анкарой: признание их интересов в САР и регионе в целом (разумеется, с оговорками и условиями) в обмен на сворачивание совместных проектов с Тегераном и поддержку нового пакета антииранских санкций.

Важно отметить, что транслируемые Белым домом позиции и по Сирии, и по Ирану (равно как и по России, и по Турции) не отражают мнения всех группировок даже внутри самой Республиканской партии. Говорить о солидарной позиции всей политической элиты США не приходится. На месте Москвы и Анкары ошибкой было бы этим не воспользоваться, заключил Арьков.

Серьезнейший импульс

Итоги саммита в Стамбуле, те положения, которые попали в выступления лидеров и документы встречи свидетельствуют, что здравый смысл, к которому так долго призывала Россия, постепенно возвращается и в головы других участников внешнего контура сирийского урегулирования, считает заместитель директора, координатор ближневосточных исследований Института стратегических исследований и прогнозов РУДН Дмитрий Егорченков.

Курдестан

По итогам переговоров недвусмысленно признан суверенитет Сирии, право сирийского народа самостоятельно определять свою судьбу. Подтверждено стремление к окончательному решению вопроса террористического интернационала в провинции Идлиб, в том числе зарезервирована возможность делать это силовыми средствами, если все прочие покажут свою неэффективность, напомнил эксперт. Он также добавил: отдельно отмечено, что исправление гуманитарной ситуации возможно только в комплексе, а не отдельными разовыми акциями.

«А значит, необходимо полноценно восстанавливать инфраструктуру страны, снимать искусственные санкционные ограничения на медицинскую помощь и так далее», — отметил собеседник Sputnik.

Если все заявленные позиции удастся воплотить в жизнь, то сирийскому урегулированию будет придан серьезнейший импульс, а многие сюжеты – от миграционной проблемы до подготовки новой конституции страны – сделают несколько ощутимых шагов вперед, заключил Егорченков.

Читать далее: https://ru.sputnik.az/expert/20181029/417632463/russia-turkey-germany-france-sammit-syria.html

Ближний Восток и новая игра России

Возникает ли независимое курдское государство на территории Иракской Республики, образованной на руинах рухнувшей в 1958 году монархии? Да, если мы говорим про Иракский Курдистан. Но неясно, каковы границы этой страны, за которую началась война. Особенно в свете постоянных разногласий, например, по вопросу статуса города Киркук. Неизвестно также, что будут делать курды Турции, Ирана и Сирии «на земле» в случае образования независимого государства в Иракском Курдистане.

Когда процесс переформатирования региона станет необратимым, курды в Ираке будут вынуждены придерживаться даты референдума о независимости 25-ого числа этого месяца. Голосование предоставит им возможность отстаивать свои права гораздо серьезнее, чем если бы в случае объявления независимости. Их действительно беспокоит успех референдума. Что касается независимости, то она может подождать. Не по каким-то причинам, а потому что все указывает на то, что единого Ирака, который мог бы быть воскрешен после этого дня, нет. Иракский кризис кажется настолько глубоким, что невозможно восстановить единство страны, которая была основана в 20-е годы прошлого века после распада Османской империи. Война с Иракским Курдистаном началась еще до референдума. Как подтверждали неответственные за этот вопрос курдские официальные лица, в том числе бывший министр иностранных дел Хошияр Зебари, результаты референдума не означают автоматического объявления независимости. В конце концов, курды могут подождать. Но недолго, так как региональные ветры дуют в соответствии с тем, чего они хотят, вожделеют и к чему они стремятся в долгосрочной перспективе на территориях за пределами Ирака.

Существует большой вопрос, который останется на столе, несмотря на то, будет ли Иракский Курдистан независим или этого не будет объявлено. И этот вопрос: что делать с турецкими, сирийскими и иранскими курдами?

Учитывая серьезность постановки данного вопроса, мы находим коалицию нового типа. Она включает в себя сирийский режим, Иран и Турцию. Прежде чем выступать против Иракского Курдистана, она противостоит курдам Сирии. Образование этой коалиции объясняет предпринятые усилия «Хезболлой», которая в конечном счете является бригадой иранского Корпуса стражей исламской революции, с тем чтобы перевезти боевиков ИГИЛ (запрещена в РФ — прим. ред.) с их семьями с сирийско-ливанской границы в Дейр-эз-Зоре. «Хезболла» не только обеспечила прекращение боевых действий между ливанской армией и террористами ИГИЛ, чтобы армия не смогла их уничтожить, но и стремилась создать всю ту атмосферу и использовать средства по обеспечению их переезда в Дейр-эз-Зор. Это, похоже, следующее место боевых действий с сирийскими курдами, чьи позиции укрепляются на севере Сирии и вдоль сирийско-иракской границы при воздушной поддержке со стороны США.

То, что ливанцы должны понимать и хорошо усвоить, заключается в том, что происходящее в регионе выходит за пределы Ливана. Сохранение самого Ливана уже само по себе остается достижением. Речь идет о таких крупных странах, как Ирак и Сирия, которых больше не вернуть обратно. Дело связано также и с продолжающимся кризисом в Турции, которая никогда не знала ни как управлять своей сирийской политикой, ни как справляться с курдами, в том числе и своими. Что касается Ирана, то вопреки тому, что говорят про его экспансионистские проекты, которые получили новый толчок после падения режима в Ираке в 2003 году, он находится в глубокой беде. Да, у Ирана большие проблемы даже в его отношениях с шиитами Ирака, которые день изо дня находят, что они арабы, а не иранцы. Они понимают, что их интерес в том, чтобы их страна имела хорошие отношения с ее арабским окружением прежде всего остального.

Ливанцам будет сложно понять комплексные проблемы региона, как и то, почему «Хезболла» играет ту роль, которую от нее требует Иран в свете войны с курдским референдумом. Чтобы ливанцам упростить эти дела, им сначала придется убедиться в реальности, от которой они постоянно хотят убежать. Эта реальность говорит, что «Хезболла» является ничем иным, как этноконфессиональной милицией, ливанским образованием, находящимся на службе Ирана. По крайней мере, так говорит генеральный секретарь «Хезболлы» Сейид Хасан Насралла. Он публично отмечает, что источником всего имеющегося у «Хезболлы» является Иран. Ливан является только «площадкой», которую Иран использует для того, чтобы продвигать свою политику в регионе и наносить ущерб арабским государствам, а также для того, чтобы избежать переживаемый им глубокий кризис. Он связан в первую очередь с тем, что Иран не обладает достаточными средствами, особенно сильной экономикой, которые бы позволяли ему продолжать нападать на все арабское, что есть в регионе.

Перед референдумом о независимости Иракского Курдистана некоторые силы, включая Турцию и Иран, заняли осторожную позицию, боясь, что инфекция распространится за пределы иракских границ, что сказалось бы на курдах Турции и Ирана. Естественно, что внимание было обращено на происходящее на севере Сирии и на использование ИГИЛ в стремлении противостоять курдскому расширению, поддерживаемому американцами в том регионе. Отвлекаясь на свои внутренние дела, ливанцы не думают о том, что игра в регионе не просто большая, а очень большая.

То, что началось в 2003 году с оккупацией Ирака Соединенными Штатами и передачей этой страны на серебряном блюдце Ирану, стало землетрясением, которое продолжает ощущаться по всему Ближнему Востоку и в Персидском заливе.

То, чем занимаются сейчас Соединенные Штаты — это любование тем, что происходит в регионе. Они вмешиваются, когда на то есть необходимость. Они запретили конвою ИГИЛ переместиться с сирийско-ливанской границы в зону, близкую к сирийско-иракской границе, а затем остановились. Пойдут ли на что-то большее, чем это? Американцы не предпримут никаких шагов, пока все идет по подготовленному ими плану. Все это выливается в еще большую фрагментацию региона под руководством Ирана, России и «сопротивляющегося» сирийского режима, который всегда играл требуемую Израилем роль.

Безусловно, ничто не происходит случайно, в том числе раскрытие существующих отношений между сирийским режимом и «Хезболлой» с одной стороны и ИГИЛ — с другой. Три стороны оказывают друг другу взаимные услуги. ИГИЛ предоставляет возможность сирийскому режиму и «Хезболле», а за ней и Ирану, утверждать, что они ведут войну с терроризмом.

Иракский Курдистан станет независимым. Неизвестно только когда это произойдет. Известно, что такая маленькая страна, как Ливан, должна сохранять свою голову и убедить свой народ в том, что ведущаяся в регионе игра больше него. Что еще важнее, ливанцы должны усвоить, что это весьма деликатный и опасный этап. Несомненно, существующая на всех уровнях от Сирии до Ирака и до Курдистана американо-израильская координация не может быть недооценена. Америка принципиально не против курдского референдума. Ее возражение связано со сроками его проведения. Что касается Израиля, то ничего не указывает на то, что он на что-то сердится, особенно на участие «Хезболлы» в подготовке переезда боевиков ИГИЛ на север Сирии… как и на концентрацию внимания Ирана и Турции на курдском референдуме, их реакции и заблуждения.

Хейралла Хейралла (Heirallah Heirallah)
Al Rai Kuwait, Кувейт
Оригинал публикации: في ظلّ حرب على الاستقلال الكردي
06/09/2017

Источник — иноСМИ

Нет ни одной курдской партии, включая РПК, ни одного племенного союза, которые не имели бы связей с американцами и не были бы к ним лояльны.

Создание так называемого «Иракского Курдистана», который нависнет над территорией, контролируемой Багдадом, может разрушить далеко идущие иранские планы.

Референдум о независимости «Иракского Курдистана» назначен на 25 сентября 2017 года. О том, чего ждать от данной ситуации Ближнему Востоку, Sputnik Азербайджан расспросил главного эксперта Американо-азербайджанского фонда содействия прогрессу Алексея Синицына.

— Чем вызвано это решение иракских курдов, на поспешность которого обращают внимание многие эксперты?

— Проведение референдума – это эпизод практической реализации американского плана по кардинальному переформатированию всего Большого Ближнего Востока. Ее началом можно считать афганскую и иракскую военную кампании, которые развернул еще президент Буш-младший.

Но тогда у американцев все как-то не задалось, военные победы обернулись рождением запрещенной радикальной террористической организации «Исламское государство» (ИГ) и других террористических организаций, хаосом «арабской весны», интернационализацией ближневосточных конфликтов. Теперь же администрация Трампа будет пытаться склеить новые государства из разбитой ими посуды в арабской политической лавке. В нашем случае — «Независимый Курдистан». А некоторая поспешность объясняется тем, что сейчас Иран получил (по крайней мере, так думают в Тегеране) уникальную возможность осуществить свой проект создания «Шиитского полумесяца». Этот термин король Иордании Абдалла II ввел в оборот еще в 2004 году, и сейчас под ним понимают политический, идейный, военный, логистический коридор по линии Иран, Ирак, Сирия, Ливан. Иранцы чувствуют себя вполне комфортно в Ираке, а с разгромом ИГ они стремятся взять под контроль арабскую зону сирийско-иракской границы. Именно с этой целью иранский Корпус стражей исламской революции (КСИР) нанес удар баллистическими ракетами по террористам, блокирующим сирийский Дейр-эз-Зор.

Сейчас на границу со стороны Ирака вышла бригада афганских шиитов «Фатемийун». А это, как утверждают патронирующие афганцев офицеры КСИР, 20 тысяч бойцов. Не самые отважные и умелые, но Тегерану преданные. Проасадовские шиитские отряды милиции тоже рвутся к сирийско-иракской границе со стороны Пальмиры и на юго-восточном направлении. Именно по их боевым порядкам наносят удары самолеты проамериканской коалиции. Это ползучее наступление отдельных шиитских отрядов на сирийской территории американцы остановить бомбардировками не могут. Проводить же против них наземную операцию, используя свою арабскую «повстанческую» креатуру, не рискуют. Но вот создание так называемого «Иракского Курдистана», который нависнет над территорией, контролируемой Багдадом, все далеко идущие иранские планы гарантировано разрушит. Тем более, если вслед за иракскими курдами о своей независимости объявят и их сирийские соплеменники, которые контролируют большую часть сирийско-турецкой и северо-восточную зону сирийско-иракской границы.

— Но США должны понимать, что курдский сепаратизм пышным цветом расцветет не только в Сирии и Иране, но и в Турции, одном из самых сильных в военном отношении государств НАТО. Разве не этого так опасаются турецкие власти?

— Конечно, расцветет, хотя и в этом контексте мы сталкиваемся с удивительным парадоксом. В курдском сообществе наиболее убежденным противником независимости так называемого «Иракского Курдистана» является признанная террористической и в Азербайджане Рабочая партия Курдистана, злейший враг Турции.

Ее лидеры одержимы идеями местного самоуправления, мощной коммунальной власти, опирающейся на собрания жителей (прямая демократия) всего Ближнего Востока. Узнаете «старый, добрый» анархизм в формате идей «самоуправления независимых коммун» Михаила Бакунина до «коммунализма» американского радикала Мюррея Букчина? Реализовать эти наивные теории на ближневосточном пространстве абсолютно невозможно. Поэтому рано или поздно курдский национализм окончательно овладеет умами членов РПК, и они перейдут в ряды поборников «Независимого Курдистана», захватывающего земли Ирана, Ирака, Сирии и Турции. Сейчас без всякого энтузиазма к идее референдума о независимости относятся курдская партия Горран и Патриотический союз Курдистана, имеющие весьма тесные связи с Ираном. Но с ними, как говорится, «работают» и думаю, они рано или поздно поддержат инициативу Масуда Барзани.

— Вы считаете, что США окончательно поставили на курдов?

— Никакого единства взглядов по Ближнему Востоку не существует не только в американском истеблишменте, но и в самой администрации Трампа.

Недавно издание Foreign Policy сообщило о столкновении позиций директора Совета национальной безопасности Белого дома по разведке Эзра Коэн-Ватника и советника СНБ по Ближнему Востоку Дерека Харви, которые хотят, чтобы США перешли в наступление на юге Сирии, с министром обороны США Джеймсом Мэттисом, несколько раз отклонившим их предложение. Но по курдской проблематике они солидарны – курды являются самым надежным американским союзником на Ближнем Востоке. На днях США утвердили кредит иракскому правительству, из которого 200 миллионов долларов будут напрямую предоставлены министерству пешмерга (вооруженным силам) «Регионального правительства Курдистана».

«Кредит» — это только эвфемизм безвозмездных поставок американской техники и вооружений. Причем, далеко не первый. И вот что интересно, между курдами нет никакого единства – слишком много племенных, религиозных, политических противоречий. Но не существует ни одной курдской партии, включая РПК, ни одного племенного союза, которые не имели бы связей с американцами и не были бы к ним лояльны.

— Если референдум состоится и его результаты уже предопределены, то какие государства могут признать так называемый «Иракский Курдистан»? В СМИ проскользнула информация, что среди них может быть даже Россия.

— Это частное мнение лишь небольшой группы политологов, которое наиболее откровенно выражает доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ Геворг Мирзаян. Его аргументация, извините, никакой критики не выдерживает – мол, Москва готовится признать независимость «Курдистана», поэтому Роснефти разрешили проводить какие-то сделки с иракскими курдами. Но не только Роснефть имеет свои интересы в «Иракском Курдистане», там давно работают и американские ExxonMobil и Chevron и даже турецкая Genel Energy. Это что значит? Турки признают независимость Эрбиля от Багдада? Позиция Москвы давно определена – Россия категорически выступает против раздела как Сирии, так и Ирака.

Скажу больше, любые итоги подобного референдума вовсе не означают, что независимость «Иракского Курдистана» признают сами США, а вслед за ними Израиль, саудиты и другие. Сейчас почему-то не говорят о том, что подобный референдум уже проводился 12 лет назад, 98% жителей «Курдистана» проголосовали за независимость, но о нем американцы благополучно забыли, увлекшись концепцией «Нового Ближнего Востока», которая уже не подразумевала полную перекройку ближневосточных государств. Сегодня ситуация в Сирии и Ираке меняется с калейдоскопической быстротой – те же поддерживаемые США курдские формирования «Союза демократических сил» забуксовали при штурме столицы «Халифата» сирийской Ракки, а потенциально мощным сирийским игроком становится «Новая сирийская армия», которую США тренируют в районе иорданской границы. К тому же все ощутимее назревает шиитско-суннитское противостояние, главными фигурантами которого должны стать Иран и Саудовская Аравия. Так что, до «курдской независимости» могут руки и не дойти. Но она останется тем «чеховским ружьем», которое может выстрелить в последнем акте. Только каким он будет и когда настанет, предугадать невозможно.

Читать далее: https://ru.sputnik.az/world/20170620/410794440/aleksej-sinicyn-kurdskaja-nezavisimost-ostanetsja-chehovskim-ruzhem.html

Чего Тегеран хочет избежать любой ценой

Курдский вопрос делает войну в Сирии внутренней проблемой Турции: интервью Андре Банка.

Эксперт гамбургского Института по изучению Ближнего Востока Андре Банк. Иллюстрация: tagesschau.deСовет безопасности ООН никак не может найти общий знаменатель по вопросу «Что же делать с Сирией». Твердая позиция России и Китая пока еще сдерживает агрессию Запада во главе с США, которые постоянно твердят о «необходимости более жестких решений». Между тем, пока в Совбезе ООН обмениваются мнениями и упреками в адрес друг друга, в Сирии идет гражданская война. По данным той же ООН, число жертв конфликта в этой ближневосточной стране уже достигло 30 тысяч человек. Как развернется сирийский сценарий — в интервью ИА REGNUM свое мнение изложил эксперт гамбургского Института по изучению Ближнего Востока (GIGA) Андре Банк.

ИА REGNUM: Конфликт в Сирии продолжается. Совместный спецпредставитель ООН и Лиги арабских государств Лахдар Брахими на днях представил очередной план по урегулированию сирийского конфликта, который подразумевает участие нескольких тысяч миротворцев в принуждении «сторон конфликта» к миру. Насколько продуктивна эта идея и какова вероятность ее реализации?

Мне представляется важным то обстоятельство, что совместный представитель ООН и ЛАГ выступил с планом по мирному урегулированию сирийского конфликта. Думаю, однако, что данная инициатива обречена на провал. Ее постигнет участь «плана Аннана», который также потерпел фиаско, как мы помним, ранее в этом году. Обе конфликтующие стороны, если о таковых можно говорить, имея в виду оппозицию и, в частности, повстанцев, все еще воюют. Вдобавок, иностранное давление, направленное на прекращение насилия, не претерпело никаких качественных изменений: США, Евросоюз и Турция давят, когда дело касается повстанцев, также как и Россия или Иран используют свои рычаги давления, когда дело касается армии и режима президента Башара Асада.

ИА REGNUM: Тот же Брахими на пресс-конференции в Ливане заявил, что конфликт «неизбежно выйдет за пределы Сирии, охватит соседние страны и весь регион, если не будет своевременно остановлен». С другой стороны, Запад сам искусственно нагнетает этот конфликт, поддерживает действующих на территории Сирии террористов, снабжает их гуманитарной и не только помощью и пытается надавить на Москву и Пекин, чтобы те уступили в Совете безопасности ООН. Фактически западные союзники во главе с США в открытую грозятся придать сирийскому конфликту более масштабный характер. Какой реакции стоит ожидать от России и Китая?

Для политики Запада по части сирийского вопроса характерно отсутствие согласованности и последовательности. Однако, Запад не занимается вооружением оппозиции непосредственно, а позволяет это делать через Турцию, Саудовскую Аравию и Катар. В то же время Россия, которая поддерживает Асада, продолжает поставку вооружений в страну в самый разгар гражданской войны. На мой взгляд, обе стороны в равной степени несут ответственность за продолжение и эскалацию военного конфликта в Сирии, также как и за возможное распространение военных действий на соседние Ливан, Турцию и Иорданию. Стороны должны немедленно начать совместную работу, если действительно хотят избежать более масштабной региональной войны.

ИА REGNUM: В последнее время резко обострилась ситуация на турецко-сирийской границе. Давно известно, что Турция свободно проталкивает через свою границу боевиков на территорию Сирии, теперь же она бьет им в спину. Зачем?

Перед началом «Арабской весны», Турция, возможно, могла считаться самой мощной державой на Ближнем Востоке. Отчасти это было связано с ее прагматичной, бизнес-ориентированной позицией по отношению к авторитарным режимам на Ближнем Востоке: не только к Сирии, но и к Ливану, Ирану, Иракскому Курдистану и государствам Персидского залива. Когда начались протесты, Турции было необходимо некоторое время, чтобы отреагировать на изменение политических «созвездий» в странах Ближнего Востока, особенно в арабских. Соседняя Сирия представляет собой отдельную проблему — взаимосвязь особенно сильна. Курдский вопрос — вот почему Сирия является не только вопросом региональной важности для Турции, но и отчасти ее внутренней проблемой. В настоящее время Турция решительно поддерживает ослабление режима Асада в Сирии и, следовательно, предоставляет свою территорию различным воинствующим элементам. Однако действительно ли Турция позволяет террористам салафито-джихадисткого толка проникать в Сирию через свою территорию — вопрос спорный. В конце концов, у Турции собственное понимание политического ислама, сильно отличающееся от ислама суннитского толка, который поддерживается Саудовской Аравией и, частично, Катаром.

ИА REGNUM: В продолжение турецкой темы: лидеры стран Евросоюза, США расходятся в мнениях о необходимости военного вторжения в Сирию, тогда как Турция в тандеме с монархиями Персидского залива твердо стоят на необходимости именно свержения Башара Асада. Если Саудовская Аравия и Катар ограничиваются агрессивной риторикой и засылкой в Сирию боевиков исламистского толка, то Турция в придачу к словам перешла к делу и уже ведет там боевые действия. Возможен ли сценарий, при котором сирийский конфликт перерастет в турецко-сирийскую войну? Если да, то как поведет себя при таком раскладе НАТО?

Я бы не стал исключать вероятность турецко-сирийской войны как таковой, но это маловероятно на данном этапе. Ситуационные атаки и контратаки через границу до сих пор проходили без особых последствий, и носят единичный характер. Стороны рискуют слишком многим. Нападение или вмешательство со стороны Турции может сильно ослабить сирийское правительство во главе с Асадом, так как в этом случае им придется вести не только гражданскую, но и межгосударственную войну одновременно. Кроме того, вероятность последующего вмешательства стран-челнов НАТО или, по крайней мере, косвенной поддержки Турции достаточно высока. Для турецкого правительства во главе с премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом война с Сирией также чревата потенциальными негативными последствиями. Во-первых, военный конфликт с Сирией неизбежно повлечет эскалацию внутреннего конфликта с Курдской рабочей партией (PKK). Во-вторых, большая часть турецкого населения, в том числе большинство сторонников правящей партии «Справедливости и развития», выступают против войны с Сирией. И, в-третьих, такой расклад может породить проблемы на региональном уровне. В этом случае многие арабы на всем Ближнем Востоке будут рассматривать Турцию как неоимпериалистическую державу, что нанесет сокрушительный удар по ее имиджу и поставит под сомнение ее существование в качестве ключевого регионального игрока в настоящем и будущем.

ИА REGNUM: Гипотетическое размещение западных миротворцев в Сирии никак не устраивает Иран. Что может предпринять Тегеран, чтобы предотвратить реализацию такого плана в случае его принятия?

Так как размещение миротворцев маловероятно на данном этапе, иранское правительство не будет слишком «заморачиваться» по этому поводу. Но Иран продолжит, возможно молчаливо, поддерживать режим Асада, так как это гарантирует Тегерану выход на Ближний Восток и дает возможность влиять на старый палестино-израильский конфликт. В то же время, если ситуация в Сирии в дальнейшем ухудшится, а позиции Асада будут слабеть с каждым днем, я не исключаю развитие сценария, в рамках которого иранское правительство будет всерьез рассматривать альтернативное будущее для Сирии, где Асад, возможно, уже не будет ключевой фигурой. Для Тегерана крайне важно сохранить свои геостратегические позиции на Ближнем Востоке, включая союз с Хезболлой в Ливане. То, чего Тегеран хочет избежать любой ценой — это союз Саудовской Аравии, Катара и Турции с новым сирийским правительством, который неизбежно выльется в стратегический союз с Израилем и западными государствами.

6.11.2012

Источник — ИА REGNUM
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1352202960

Отношения Багдада с Анкарой вступают в критическую фазу

Пожалуй, самым неожиданным сюрпризом так называемой «арабской весны» в Северной Африке и на Ближнем Востоке, становится рост влияния Ирака в регионе. После того, как американцы и их союзники в 2003 году оккупировали эту страну, о ней в мировых СМИ писали как уже «приговоренной к расколу». Ирак действительно оказался разделенным на три зоны- шиитскую, суннитскую и курдскую. Хотя США вроде бы договорились с местными политическими и конфессиональным силами о том, что до 2013 года Ираком будет править триада этнополитических религиозных групп, но вперед резко выдвинулся Иракский Курдистан.

Он получил широкую автономию и стал де-факто полунезависимым. Более того, курдские формирования и политические партии, возглавляемые Массудом Барзани и Джальялем Талабани, повели отличную от Багдада тонкую политико-дипломатическую игру, постепенно самостоятельно интегрируясь в региональную политику. Да и в Москве полагали, что развал Ирака на несколько государств — вопрос времени, если, как заявлял глава МИД России Сергей Лавров, «не будет перелома и не начнется подлинное единение».

О единения в Ираке сегодня говорить пока сложно, однако можно констатировать факт активизировавшейся борьбы Багдада за сохранение территориальной целостности страны. Связано это с личностью влиятельного политика, нынешнего премьер-министра Нури Камаль Аль-Малики. Именно ему удалось активизировать процесс консолидации власти в стране после ухода из Ирака контингентов регулярной армии США. Именно его правительство выдало ордер на арест вице-президента Ирака, суннитского политика Тарика аль-Хашими, обвинив его в создании террористических отрядов. В настоящее время аль-Хашими находится в Турции, власти которой отказываются выдавать его. Теперь же аль-Малики заявляет о необходимости сохранения территориальной целостности Ирака и недопущения независимости Курдистана, выступает с поддержкой Дамаска.

В начале сентября аль-Малики выступил с заявлением против военного вмешательства внешних сил в дела Сирии, потребовав разрешения кризиса в этой стране политическими средствами. Его предложение состоит из трех пунктов: правительственные войска Сирии и оппозиция должны немедленно прекратить огонь, необходимо создать коалиционное переходное правительство, и провести выборы под наблюдением ООН и Лиги арабских государств. В данном случае у Багдада существуют свои геополитические позиции — не допустить падение алавитского режима Асада а Сирии, чтобы не усилить влияние радикальных суннитских сил, а также сузить возможности для иракских курдов в совершении самостоятельных политических маневров. Более того, на днях, как сообщил Аркан аз-Зибари, член парламентского комитета по внешним связям Совета представителей Ирака (нижняя палата иракского парламента), в ближайшее время парламент намерен вынести на голосование решение, отменяющее соглашение с Турцией, разрешающее ее военное присутствие на севере Ирака. Такая акция рекомендована Кабинетом министров Ирака. В случае его принятия, Турции утратит юридическое право вести боевые действия на территории Ирака против боевиков Курдской Рабочей партии. Это означает, что отношения Багдада с Анкарой вступают в критическую фазу.

Конечно, в этой политической интриге есть и другие острые сюжеты. Недавно, к примеру, Багдад сообщил, что прекращают регистрацию новых турецких компаний в стране. По некоторым прогнозам, это может привести к снижению товарооборота между двумя странами. По итогам 2011 года он составлял $8,3 млрд. Ирак также выразил свой протест Турции в связи с несанкционированным центральными властями визитом в Киркук турецкого министра иностранных дел Ахмеда Давутоглу. В то же время у Багдада есть свои проблемы с Эрбилем. Они касаются, главным образом, энергетических контрактов, заключаемых администрацией Северного Ирака фактически в обход центрального правительства. Но эксперты полагают, что главной причиной разногласий между Турцией и Ираком в данный момент является все же Сирия. Кстати, по этой причине иракский премьер отказался от личного предложения своего турецкого коллеги Реджепа Эрдогана посетить недавно состоявшийся Конгресс правящей партии Справедливости, куда съехались самые видные на Ближнем Востоке политики. Таким образом, Ирак дает понять Турции, что эпоха, когда она свободно участвовала в внутрииракских политических раскладах, уже позади.

Что касается Турции, то, как видим, ей не удается сохранить сбалансированный подход в отношениях, как с Дамаском, и с Багдадом, так и с Эрбилем. В итоге, как пишет турецкая газета Vatan, аль-Малики, инициируя в парламенте решение отказа на турецкое военное присутствие на севере Ирака, «подгадал подходящий момент, когда Анкара занята Сирией, чтобы продемонстрировать силу и заявить, что теперь они играют с Турцией в одной политической лиге». Это — новое политическое явление на Ближнем Востоке, когда Ирак начинает активно восстанавливать систему экономического и военно-технического сотрудничества со многими странами мира, включая и Россию. Во время недавнего визита в Москву Аль-Малики подписал контракт почти на пять миллиардов долларов на закупку российского вооружения и боевой техники. Кстати, ранее Багдад подписал и соглашение с НАТО о сотрудничестве в сфере обеспечения безопасности, приобретя одновременно официальный статус «глобального партнера» альянса. Так что на Ближнем Востоке наступает время для новых самых неожиданных решений.

Российский политолог Станислав Тарасов

17.10.2012

Источник — ИА REGNUM
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1350462960

Сирийский Курдистан против Турции

 

 

 

 

 

Уже более года продолжаются военные действия в Сирии, в которых Турции играет не последнюю роль. Анкара занимает «жесткую» позицию по отношению к режиму в Дамаске, призывает к «немедленному уходу Башара Асада», а также оказывает помощь сирийской оппозиции. Турция регулярно проводит встречи «друзей Сирии», в которых сама принимает активное участие. В конце прошлого месяца в турецком городе Адана была открыта база, предназначенная для оказания военной и материальной помощи сирийской оппозиции. Базу в Адане финансируют помимо Турции Саудовская Аравия и Катар.

Однако не все так гладко складывается для Турции в сирийском кризисе. Главной проблемой для Анкары является возрастающая активность сирийских курдов. Курдское меньшинство Сирии составляет примерно 10% населения. Сирийские курды компактно проживают на северо-востоке Сирии вдоль сирийско-турецкой границы. Турция, прежде всего, обеспокоена возможными претензиями курдов на автономию после свержения режима Асада.

26 июля 2012 года на сайте британской широковещательной корпорации BBC была опубликована статья под названием «Кризис в Сирии вдохновляет местных курдов». В статье говорится о том, что «события в Сирии не могут не затронуть другие страны Ближнего Востока, особенно соседей Сирии». Такой соседкой является Турция, которая ежедневно принимает сотни сирийских беженцев на своей территории. Однако вопрос беженцев это незначительная проблема по сравнению с проблемой курдов и независимого Курдистана, которая может вылиться из сирийского кризиса. Сирийские курды, безусловно, используют беспорядки в Сирии себе во благо. В статье отмечается, что для Турции усиление позиций сирийских курдов — это как «красная тряпка для быка». Лидер движения сирийских курдов — Демократического союза Салих Муслим в интервью BBC News отметил, что «мы готовы управлять самостоятельно». Салих Муслим заявил, что «на данном этапе мы не призываем образовать независимый Курдистан, но настаиваем на получении автономного статуса в рамках нового демократического сирийского государства».

В другой статье BBC уже от 10 августа 2012 года под названием «Смогут ли сирийские курды извлечь выгоду из кризиса?», отмечается, что «сирийские курды смогут в значительной степени выиграть после свержения режима Башара Асада. Страна распадается и маловероятно, что кому-либо удастся централизовать страну подобно Асадам. Именно сейчас сирийские курды имеют возможность заявить о себе и в этом деле их вдохновляет курдское меньшинство Ирака и Турции».

Действительно лидер Иракского Курдистана Масуд Барзани немедленно отреагировал на заявления Салиха Муслима. Как пишет турецкая оппозиционная газета Hürriyet от 1 августа 2012 года, Барзани заявил, что «мы должны сохранить союз курдов и защитить курдский народ».

Подобного рода заявления вызывают беспокойство у Турции, которая на протяжении десятилетий ведет борьбу с курдскими сепаратистами на юго-востоке страны. 2 августа 2012 года министр иностранных дел Турции Ахмед Давутоглу посетил столицу Иракского Курдистана город Эрбиль, где встретился с Барзани, днем ранее призывавшим «сохранить союз курдов» и помочь «сирийским братьям». Турция, таким образом, пошла на «превентивные» переговоры с иракскими курдами с целью не допустить создания еще одного автономного Курдистана уже на сирийской территории.

Силы, которые объявили курдские районы Сирии в качестве самоуправляемых районов, это Демократический союз и Курдский национальный совет. Курдский национальный совет — это коалиция различных курдских групп и организаций, в то время как Демократический союз представляет собой хорошо организованное движение, имеющее связи с Рабочей партией Курдистана, с которой Анкара ведет борьбу с 1984 года.

Как пишет международная газета The Financial Times, Башар Асад не упустил возможность воспользоваться ситуацией в курдских районах Сирии и сыграть на «курдской слабости» Турции. Одной из конкретных мер, предпринятых Асадом, является предоставление гражданства части сирийским курдов, которые до этого вообще не имели гражданства. Асад также возобновил связи с Рабочей партией Курдистана, которые были прерваны в 1998 году, когда Турция сконцентрировала свои танки на границе с Сирией и тогдашний президент Сирии Хафез Асад перестал оказывать помощь Абдулле Оджалану, ныне находящемуся под стражей курдскому лидеру. Действия Башара Асада были направлены в первую очередь на недопущение участия курдов в революции и создание при помощи Рабочей партии Курдистана и Демократического союза своего рода «жандарма» на границе с Турцией, которая оказывает военную и финансовую помощь повстанцам, ведущим борьбу с Асадом.

Сейчас Турция внимательно следит за происходящим в курдских районах Сирии. Анкару беспокоит укрепление позиций Рабочей партии Курдистана на севере Сирии. Особенно после теракта на юго-востоке Турции в провинции Мардин, совершенного курдскими боевиками 6 августа 2012 года. В результате был взорван участок нефтепровода, который идет от города Киркук на севере Ирака к одному из турецких средиземноморских портов. Анкара видит непосредственную угрозу безопасности страны и территориальной целостности, исходящую от курдских районов Сирии. Как заявил в июле 2012 г. премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган, «мы не допустим появления террористических групп на севере Сирии, которые будут угрожать нашей безопасности». Турецкий премьер также не исключает возможность применения силы в случае исходящей угрозы интересам Турции со стороны курдского анклава Сирии.

Однако громкие высказывания Эрдогана не обязательно приведут к конкретным действиям. По мнению российского востоковеда Сергея Дружиловского, «сирийская армия продолжает оставаться одной из самых сильных на Ближнем Востоке, и власти Турции это понимают. Они также понимают, что курды симпатизируют Асаду, и в случае вторжения против турецких войск будет развязана жестокая партизанская война. Все понимают, что справиться с Асадом при помощи внешнего вторжения будет очень сложно, потому что за оружие может взяться значительная часть взрослого населения страны. Но обеспокоенность Турции тоже можно понять, так как беженцы могут серьезно ударить по ее экономике, именно поэтому Анкара может наращивать свою военную группировку на границе».

В связи со сложившейся обстановкой нельзя не отметить визит госсекретаря США Хиллари Клинтон в Турцию 11 августа 2012 года. Стороны обсудили ситуацию в Сирии, не обойдя стороной курдскую проблему. Как отметил министр иностранных дел Турции Давутоглу на совместной пресс-конференции с Хиллари Клинтон, «мы обладаем общим стремлением в вопросе принятия любого рода мер против террористических группировок и, прежде всего, Рабочей партии Курдистана, которые могут воспользоваться вакуумом власти в Сирии». Госсекретарь США, в свою очередь, заявила, что «США будут продолжать оказывать оппозиции помощь, за исключением обеспечения оружием. Мы будем стараться прекратить связь Сирии с Ираном и «Хизбаллой». После падения режима Асада наша поддержка в борьбе с Рабочей партией Курдистана будет продолжаться». Таким образом, США «рассеяли» опасения Турции, связанные с возможным образованием автономного Сирийского Курдистана и с возможной поддержкой курдских сепаратистов в Турции со стороны США.

Кроме того, как сообщает BBC, многие эксперты по Сирии полагают, что создание независимого Сирийского Курдистана маловероятно. Профессор Лондонской экономической школы Ф. Джорджес считает, что «в будущем проблема сирийских курдов будет такой же значительной, как некогда проблема иракских курдов. Однако маловероятно, что курды Сирии смогут создать свою автономию. Ни США, ни международное сообщество не пойдут на это». С ним не согласна профессор Тель-Авивского университета Офра Бенджио. Она полагает, что в будущем возможно создание Сирийского Курдистана. Профессор отмечает, что «вполне вероятно, что в будущем курдский вопрос примет другое измерение, что будет связано с ослаблением стран, где сейчас проживают курды. США и страны Запада не будут препятствовать образованию курдской автономии, что связано с ранее проявленной лояльностью курдов Западу и отсутствием религиозного экстремизма среди курдов». Интересна точка зрения эксперта по Сирии из Оклохомского университета Джошуа Ландиса, который не верит в возможность создания курдской автономии в Сирии. Ландис отмечает, что «сирийские курды — это меньшинство даже на северо-востоке страны, где оно составляет 30-40%. Остальные 60-70% проживающих на северо-востоке Сирии — это арабы-сунниты, которые рассматривают так называемый «Сирийский Курдистан» как ограниченную часть Сирии, к тому же богатую нефтью, которая жизненно важна для сирийской экономики».


Как бы то ни было, маловероятно, что курды сумеют создать отдельное государство на фоне происходящих в Сирии событий: каждый из курдских кланов имеет своего лидера, свой язык, свою религию и не планирует терять власть во благо объединения. Однако у Анкары есть все основания опасаться «возрастания активности» Рабочей партии Курдистана. Ведь, как отметил корреспондент Milliyet Мелих Ашык, «Рабочая партия Курдистана сейчас как никогда опасна и сильна». Турции необходимо возобновить диалог с активистами Рабочей партии Курдистана ради своей же безопасности и заручиться «нейтралитетом» Барзани. Что касается ситуации в Сирии, то тут очевидно лишь одно — это необходимость остановить кровопролитие. Какое-либо вмешательство извне вряд ли нормализует обстановку, а, скорее всего, приведет к еще более ожесточенным военным действиям, настоящему хаосу, в который будут вовлечены различные силы. Поэтому единственным решением могут быть только переговоры правящего режима и оппозиционных групп и поиск совместного решения, устраивающего в той или иной степени всех. Политической элите Сирии, представленной алавитами, а также сторонникам режима Асада следует задуматься о «кадровой перестановке». Пока Башар Асад будет у власти, какой-либо диалог с оппозицией не представляется возможным.

Владимир Аватков — турколог, преподаватель военной кафедры и кафедры языков стран Ближнего и Среднего Востока МГИМО, главный редактор ИА портала «Русориент» Екатерина Чулковская — турколог, сотрудник ИА портала «Русориент», специалист по турецким и немецким СМИ

Подробности: http://regnum.ru/news/polit/1561874.html#ixzz23hYh59se
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM