Рынок нефти сопротивляется «медвежьим сигналам». Опасения по поводу рецессии отражаются в колебании цен на нефть

© РИА Новости Максим Богодвид

Колебания цен отражают опасения по поводу рецессии крупнейших экономик Европы и стагнации в США, сообщает Al-Eqtisadiya. Россия сможет компенсировать убытки, которые понесет ее финансовая система из-за эмбарго ЕС. А Западу остается надеяться на восстановление спроса и возвращение нормальной экономической активности.

Усама Сулейман

Нефтяные котировки выросли, несмотря на ожидания снижения мирового спроса и возможного значительного повышения процентных ставок.

Некоторые страны ОПЕК+ сталкиваются с производственными и операционными трудностями, что привело к увеличению разрыва между целевой и реальной добычей.

Аналитики отмечают, что западные санкции оказали «ограниченное воздействие» на объемы добычи российской нефти с момента начала военных действий на Украине, а Нигерия годами страдает от нехватки инвестиций в нефтяной сектор.

На долю России приходится около 10% мирового производства нефти. После начала специальной военной операции на Украине она столкнулась с беспрецедентным санкционным давлением со стороны западных стран. Тем не менее страны-члены Евросоюза по-прежнему покупают часть российской нефти, но в декабре введут запрет на большую часть импорта сырой нефти марки Urals, а в феврале — запрет на поставки нефтепродуктов.

Роберт Штерер, директор Венского международного института экономических исследований, сказал: «Надежда на восстановление спроса и возвращение нормальной экономической активности появилась после слухов о том, что правительство Китая намерено постепенно снять ограничения на пересечение границы, введенные в связи с пандемией COVID-19».

Риск наступления глобальной рецессии и повышение процентных ставок вызвали негативные настроения на рынке из-за продолжающихся опасений по поводу замедления экономического роста. Страны ОПЕК+ приняли решение снизить квоту по добыче нефти на 100 000 баррелей в сутки в октябре, после того как они отстали от плана нефтедобычи в июле и августе.

Рудольф Хубер, исследователь в области энергетики, подчеркнул, что все зависит от спроса. Ожидается, что планы Федеральной Резервной Системы США (ФРС) и Центробанков различных стран мира по ужесточению денежно-кредитной политики замедлят экономический рост. В то же время ряд показателей финансового рынка свидетельствуют о том, что ожидается рецессия, которая может замедлить рост мирового спроса на нефть.

Мэтью Джонсон, аналитик из международной консалтинговой компании Oxera, заявил: «Несмотря на последовательные колебания цен и сдерживание негативных настроений, связанных с эскалацией российско-европейского противостояния, в ОПЕК, Управлении энергетической информации и Международном энергетическом агентстве ожидают роста мирового спроса на нефть в 2022 и 2023 годах. Спрос на нефть в следующем году может превысить допандемийный уровень».

Рынок нефти в настоящее время сопротивляется «медвежьим сигналам». Колебания цен отражают опасения по поводу замедления экономического роста в Китае, рецессии крупнейших экономик Европы и замедления экономического роста или стагнации в Соединенных Штатах. По словам аналитика, наблюдается заметное снижение открытого интереса к фьючерсным контрактам на нефть. Многие инвесторы покинули рынки сырой нефти из-за высокой волатильности и снижения ликвидности.

На рынке нефти отсутствует стабильность

20.09.2022

Ирви Нахар, специалист по нефтегазовым вопросам в компании «African Leadership», считает, что цены на нефть противостоят негативной атмосфере и связаны с восстановлением мирового спроса во главе с Китаем. Мировая экономика подвергается сильным потрясениям в последние месяцы. Причиной тому является газовый кризис в Европе, резкое повышение процентных ставок и спад на рынке недвижимости в Китае.

Россия сможет найти новых покупателей на половину объемов сырой нефти, от которой в декабре в рамках эмбарго откажутся страны Евросоюза, сообщают аналитики Kpler. Согласно их оценке, предстоящей зимой Индонезия, Пакистан, Бразилия, ЮАР, Шри-Ланка и некоторые страны Ближнего Востока смогут вместе покупать до 1 миллиона баррелей российской нефти в сутки.

Стоимость фьючерсов на нефть марки Brent выросла на 65 центов (0,71%), до $92,00 за баррель, а WTI — на 62 цента (0,73%), до $85,73 за баррель.

Цены на нефть резко выросли в 2022 году. Стоимость нефти марки Brent в марте приблизилась к своему историческому максимуму —147 долларов за баррель. Причиной тому является угроза возможных перебоев с поставками из-за конфликта на Украине. Позже цены на нефть упали на фоне опасений по поводу более слабого экономического роста и спроса.

Отмечается, что угроза сокращения поставок российской нефти сдерживала падение цен.

«Рынок все еще ощущает последствия от европейских санкций в отношении экспорта российской нефти», — отмечают аналитики ANZ.

По мнению экспертов, ослабление ограничений, введенных для борьбы с COVID-19 в Китае и ухудшивших перспективы спроса со стороны второго по величине потребителя энергии в мире, также вселяет определенный оптимизм.

Сообщается, что цена нефтяной «корзины» ОПЕК снизилась в пятницу, 16 сентября, до 95,70 доллара за баррель, тогда как днем ранее она составляла 97,30 доллара за баррель.

«Корзина» ОПЕК — это средний арифметический показатель физических цен всех сортов нефти, добываемых 13 странами, входящими в организацию. Согласно отчету, ее цена снизилась третий раз подряд. «Корзина» прибавила менее одного доллара по сравнению с тем же днем ​​на прошлой неделе, когда она зафиксировала цену в 95,2 доллара за баррель.

Цены на нефть растут. Запад оказался на грани экономического коллапса | 21.09.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Усиливается ли Китай в ЦАзии?

Воспользуется ли Пекин возможностями увеличить свое влияние в Центральной Азии, которую рассматривают как «мягкое подбрюшье» России, пока Москва воюет в Украине?

Становятся ли пять «станов» зоной ожесточенного соперничества между Западом, Россией и Китаем? Азаттык поговорил об этом с Рафаээло Пантуччи, старшим научным сотрудником Школы международных исследований имени Раджаратнама при Наньянском технологическом университете в Сингапуре, исследователем Королевского объединенного института оборонных исследований в Лондоне.

Министр иностранных дел Китая Ван И в ходе недавнего центральноазиатского турне говорил о планах Пекина углублять сотрудничество с соседями, развивать с постсоветскими республиками региона стратегическое партнерство и создавать с ними «сообщество с единой судьбой». Китайский дипломат провел встречи с высокопоставленными лицами в Ташкенте, Бишкеке и Душанбе. В июне Ван И побывал в Нур-Султане, где призвал страны Центральной Азии держаться подальше от геополитических конфликтов и подтвердил экономические интересы Китая. Он заявил, что регион должен противостоять попыткам внешних сил втянуть его в конфликты крупных держав и заставить его принять чью-либо сторону. За несколько месяцев до визита Ван И казахстанскую столицу посетил министр национальной обороны Китая Вэй Фэнхэ, который выразил заинтересованность в военном сотрудничестве.

Пытается ли Китай усилить свои позиции в Центральной Азии и расширить присутствие? Азаттык побеседовал с исследователем Рафаээло Пантуччи, соавтором книги «Синостан».

ПОСЛЕ ВТОРЖЕНИЯ В УКРАИНУ: КАЗАХСТАН И ВНЕШНИЕ ИГРОКИ

Азаттык: Некоторые эксперты считают, что российское вторжение в Украину изменило отношения между Казахстаном и Россией. Есть мнения, что это открывает возможности для других игроков. Видите ли вы какие-либо признаки того, что вторжение придало смелости Китаю бросить вызов господству России в регионе?

Рафаэлло Пантуччи: Коротко говоря, нет. Я считаю, что Китай и до этого действовал в Казахстане в своих интересах с молчаливого одобрения России. Китай хочет от Казахстана не некоего абстрактного геополитического влияния, а более приземленных вещей, таких как природные ресурсы, доступ к рынкам, инфраструктурные проекты. Китаю хочется также, чтобы Казахстан поддерживал его на международной арене. Все это необязательно должно осуществляться в ущерб России. Россия не стремится покупать природные ресурсы Казахстана: они ей просто не нужны, у нее много своих ресурсов. Россия заинтересована в доступе к казахстанским рынкам и, если сможет, будет конкурировать на них с китайскими игроками. Но это довольно сложно сделать, учитывая высокую конкурентоспособность китайских компаний. Так что в некотором смысле это не тот случай, когда влияние России ослабевает, а влияние Китая возрастает, поскольку я не уверен, что взаимовлияние Китая и России в принципе функционирует таким образом. Обе эти страны хорошо знают позиции друг друга в Казахстане и рады действовать параллельно.

Ситуация с российским влиянием [в Казахстане] очень интересная. С одной стороны, мы совершенно ясно наблюдаем эскалацию напряженности после вторжения России в Украину. Но с другой стороны, если бы в Казахстане случился хаос — подобный тому, который был в начале года, — я думаю, что президент Токаев, вероятно, в первую очередь обратился бы за помощью в стабилизации ситуации к Москве, а не к кому-то другому, поскольку Москва в конечном счете имеет здесь личную заинтересованность и является важной стороной, несмотря на разногласия по поводу Украины.

Азаттык: Но западные эксперты и СМИ утверждают, что Казахстан отдаляется от России. Видите ли вы признаки дистанцирования?

Рафаэлло Пантуччи: У Казахстана есть веские причины желать дистанцирования от Москвы. На севере страны проживают этнические русские, которые составляют примерно пятую часть населения и которые настроены достаточно пророссийски. Государство в последние несколько лет предпринимает попытки дерусификации, продвигая усиление использования казахского языка, отказываясь от кириллицы, распространяя идею идентификации Казахстана как независимой нации. Кроме того, мы видим недавние заявления, откровенно осуждающие действия Москвы в Украине.

Вы можете посмотреть на все эти моменты и с легкостью нарисовать очень схожую с Украиной картину. Вспомните заявления президента России Путина о том, что Казахстан до относительно недавнего времени не был настоящим государством, взгляните на некоторых воинственно настроенных российских комментаторов, которые говорят о возможном вторжении и в Казахстан. Очень похоже на то, что мы видели в Украине. Но ключевое отличие заключается в том, какова альтернатива для Казахстана?

Если говорить об Украине, то она находится в ситуации, когда у нее есть выбор: попытаться вступить в Европейский союз, в НАТО. Она может смотреть в западном направлении. Казахстан может тоже попытаться, но де-факто не получится, он всегда будет обязан Китаю, России. У Казахстана есть два варианта — Китай и Россия, и в настоящее время эти две возможности очень тесно связаны друг с другом. Китай в конечном счете заинтересован не в конкуренции с Россией, а в гармоничных отношениях с ней, ему важнее всего иметь Россию в качестве геополитического партнера в его более широкой конфронтации с Западом.

Безусловно, верно то, что Казахстан попытался немного дистанцироваться от того, что Россия делает в Украине. Но в то же время эта дистанция не приближает его к другому партнеру, который поддержит его против России.

РАСШИРЯЕТ ЛИ КИТАЙ ПРИСУТСТВИЕ В ВОЕННОЙ СФЕРЕ?

Азаттык: Вы упомянули, что Китай заинтересован больше в природных ресурсах Казахстана. Эксперты считают, что в течение многих лет между Москвой и Пекином существовало негласное разделение сфер влияния в Центральной Азии: Россия отвечала за безопасность, а Китай вкладывался в экономику. В конце апреля министр национальной обороны Китая Вэй Фэнхэ посетил Казахстан и встретился с президентом Токаевым. Пекин сообщил, что стороны подписали соглашение об укреплении военного сотрудничества. Означает ли это, что Китай стал уделять внимание надзору за безопасностью?

Рафаэлло Пантуччи: Нарратив о том, что Россия занимается безопасностью, а Китай — экономикой, довольно удобен, но слишком упрощен в том смысле, что у России тоже есть экономические интересы в Центральной Азии. Создание Евразийского экономического союза было отчасти попыткой восстановить влияние России на регион в целом и на Казахстан в частности.

Я думаю, другая сторона медали заключается в том, что при наличии тесных отношений между Россией и Китаем стороны все же не очень доверяют друг другу. Если рассуждать о безопасности в Центральной Азии с точки зрения Китая, то тут в фокусе внимания будет озабоченность Поднебесной в отношении боевиков-сепаратистов, использующих Центральную Азию в качестве базы для разжигания конфликтов в самом Китае. Силы безопасности Китая уже много лет взаимодействуют с коллегами в Центральной Азии.

Китай направляет инвестиции в регион, в который прибывают его граждане, и некоторые из них попадают под удар. Китай полагался на местные силы безопасности, но они, как оказалось, не справляются. Поэтому он счел необходимым усилить свое присутствие в сфере безопасности. Все эти моменты — это то, что Китай хотел бы контролировать сам и не хотел бы отдавать на откуп России. Так что у Китая всегда был скрытый интерес. Сейчас интерес становится более заметным. Я думаю, ситуация в Афганистане (в прошлом году к власти там пришло радикальное движение «Талибан». — Ред.) стала большим стимулом для этого. Нападение на посольство Китая в Бишкеке в 2016 году тоже вызвало беспокойство. Растущее число атак на китайские представительства в Пакистане высветило потенциальные угрозы. Именно поэтому мы видим рост внимания к вопросам безопасности. Но я, опять же, не считаю, что это нанесет ущерб России, поскольку Китай не собирается отправлять в регион своих людей, чтобы вытолкнуть оттуда Россию. Китай говорит: «Мы немного обеспокоены этим, мы собираемся направить наших людей, чтобы с этим разобраться».

Сфера, в которой действительно есть конкуренция, — это торговля оружием. Есть некоторые доказательства того, что Китай обходит Россию в некоторых оружейных контрактах. В частности, подписано несколько довольно крупных контрактов с Казахстаном на поставку вооружения, касающихся беспилотных летательных аппаратов, ракетных систем и даже транспортных самолетов, где альтернативной второй стороной, вероятно, могла бы быть Россия.

«ОДИН ПОЯС — ОДИН ПУТЬ» И РИСКИ ОКАЗАТЬСЯ В ДОЛГОВОЙ ЛОВУШКЕ

Азаттык: Недавно министр иностранных дел Китая Ван И завершил турне по Центральной Азии, в ходе которого он посетил Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан. Он встретился с министром иностранных дел Казахстана Мухтаром Тлеуберди на полях заседания Совета министров иностранных дел стран Шанхайской организации сотрудничества в Ташкенте, где Ван И заявил, что Китай готов «углублять» сотрудничество и назвал основной задачей в этом направлении качественное строительство в рамках инициативы «Один пояс — один путь» (ОПОП). Означает ли это, что Китай переориентирует сухопутную часть «Одного пояса — одного пути» на Центральную Азию? Связано ли это с той же войной в Украине и санкциями против Москвы?

Рафаэлло Пантуччи: Я думаю, что Центральная Азия всегда была ключевым регионом для ОПОП. Впервые об этой инициативе было объявлено именно в Казахстане. Так что этот регион всегда был критически важным.

В последнее время возникла идея попытаться укрепить некоторые маршруты, которые проходят не через Россию. И это, на мой взгляд, прямая реакция на войну в Украине и на тот факт, что санкции постепенно исключат Россию из мировой экономической системы. И китайским трейдерам не хочется с этим сталкиваться. Как и европейским трейдерам, которые хотят торговать с Китаем. Так что есть своего рода взаимный интерес в строительстве альтернативных маршрутов. Думаю, что это коммерческое решение, а не геостратегическое, поэтому я бы не стал интерпретировать это как пощечину России.

Азаттык: Но как на это реагирует Россия?

Рафаэлло Пантуччи: А что она может сделать? Не думаю, что у России здесь есть какой-то выбор. И кстати, строительство таких путей далеко не ново. Всегда были маршруты, которые Китай строил в регионе и которые огибали Россию. Я думаю, что, с китайской точки зрения, идея всегда заключалась в том, что инициатива «Пояс и путь» по своей концепции должна стать своего рода паутиной, соединяющей всю Евразию, которая будет тянуться повсюду, а не охватывать только через Россию.

Самым интересным, что я заметил по этому поводу, были комментарии президента Кыргызстана Жапарова, который заявил, что говорил с Путиным и последний сказал ему, что не против строительства железнодорожной линии [Китай — Кыргызстан — Узбекистан]. Это первое признание того, что Кыргызстану нужно получить одобрение от России. Раньше я такого не видел. Но лично я не думаю, что Россия в состоянии заблокировать строительство.

Все о проекте железной дороги Китай — Кыргызстан — Узбекистан: почему она важна для стран Центральной Азии

Все о проекте железной дороги Китай — Кыргызстан — Узбекистан: почему она важна для стран Центральной Азии
Азаттык: По некоторым оценкам, Китай сокращает финансирование ОПОП, по крайней мере для некоторых проектов. Как вы думаете, будет ли Пекин реально инвестировать в центральноазиатскую часть проекта?

Рафаэлло Пантуччи: Да, пока будет. Сокращение финансирования ОПОП было связано с несколькими моментами, в том числе с экономическим спадом. Денег стало меньше, у Китая есть свои внутренние проблемы. С другой стороны, за последние несколько лет стало понятно, что многие проекты инициативы «Один пояс — один путь» стоят миллиарды долларов, и при этом не работают. Китай провел своего рода оптимизацию, признав, что он инвестировал в некоторые очень рискованные проекты, шансов вернуть деньги из которых довольно мало. Пекин не ведет бизнес по раздаче денег. Он нацелен на их зарабатывание. Так что я думаю, что мы наблюдаем скорее оптимизацию, а не сокращение ОПОП.

Азаттык: В Центральной Азии нередко говорят о долговой ловушке. Обязательства Бишкека перед государственным Экспортно-импортным банком Китая, более известным как Эксимбанк, составляют почти 1,8 миллиарда долларов. Из 3,3 миллиарда долларов, которые Душанбе задолжал международным кредиторам на начало 2022 года, 60 процентов, то есть 1,98 миллиарда, приходится на Эксимбанк. Каковы же риски того, что страны региона задолжают огромные суммы Китаю и не смогут их погасить?

Рафаэлло Пантуччи: Это извечная дилемма. Я не верю в нарратив о долговой ловушке, поскольку видел крайне мало свидетельств того, что китайские кредиторы преследуют цель кого-то разорить, чтобы потом что-то вернуть. Я видел, как китайцы ведут проекты, в которых требуют залога, говоря: «Мы собираемся предложить вам кредит на строительство железной дороги, вы должны будете пользоваться услугами нашей компании и должны будете вернуть долг на конкретных условиях. И если вы не в состоянии будете расплатиться с нами, то вы предоставляете нам концессии на добычу полезных ископаемых в качестве честного бартера». Мне это кажется разумным, если говорить откровенно. Теперь вопрос, думаю, заключается в том, не берут ли Кыргызстан и Таджикистан больше, чем могут унести? И это правильный вопрос, в большей степени применимый к Таджикистану, чем к Кыргызстану, поскольку в случае Таджикистана мы имеем дело с полной непрозрачностью сделок. В Кыргызстане, по крайней мере, существует определенный уровень открытости, что подразумевает наличие обсуждений и понимания происходящих событий.

Хотелось бы отметить, что я не наблюдал свидетельств того, что китайцы требуют что-то взамен, когда условия сделки не соблюдались. Они, как правило, пытаются реструктурировать кредит или найти способ его пролонгации. Обычно они не хотят, чтобы все рухнуло в одночасье, ведь если это случится, они никогда не вернут свои деньги.

Азаттык: А применительно к Казахстану вы таких рисков не видите?

Рафаэлло Пантуччи: Казахстан — богатая страна, у которой есть деньги, ресурсы. Казахстан всегда очень осмотрительно относился к китайским инвестициям. И он на этом выиграл. Лучшим примером является [нефтяное месторождение] Кашаган. Когда в 2003 году компания BG выдвинула свое предложение о продаже, пожелав выйти из проекта, китайцы были очень заинтересованы в покупке, однако правительство Казахстана, «КазМунайГаз» заблокировали, не допустили их до участия в сделке.

Я хочу сказать, что Казахстан контролирует, кого он будет пускать в проекты, и он может это делать, потому что имеет хорошие позиции. Мне трудно представить, что Казахстан может попасть в такую ситуацию, что не вернет долг. У него есть деньги.

ПОДДЕРЖКА НАРРАТИВА МЕСТНЫХ ПРАВИТЕЛЬСТВ И «КАМЕНЬ В ОГОРОД» США

Азаттык: Во время визита в Узбекистан Ван И заявил, что Пекин решительно поддерживает усилия Узбекистана по сохранению национального суверенитета и стабильности. Это было неявным намеком на кровопролитие в Каракалпакстане. Также после январских событий Си Цзиньпин поддержал заявление Токаева о внешних силах. Что показывает этот подход?

Рафаэлло Пантуччи: Китай был удивлен тем, что произошло, и я не думаю, что он этого ожидал. Китай был застигнут врасплох, события в Казахстане его очень удивили. Пекин всегда будут поддерживать местное правительство, что бы оно ни говорило. И это, я думаю, именно то, что мы наблюдали. Си Цзиньпин поддержал нарратив Токаева, а Ван И поддержал нарратив о событиях в Каракалпакстане. Меня это не удивляет. У Китая нет никакого интереса идти против того, что говорит местное правительство.

Азаттык: В июне Ван И посетил Казахстан и встретился с Токаевым. Китайская сторона написала после встречи с Токаевым, что Пекин предостерег Центральную Азию от втягивания в геополитические игры. Ван И также сказал, что Китай никогда не посягал на территориальную целостность своих соседей и не втягивал их в конфронтационные действия. Выглядит как намек на то, что кто-то кого-то втягивает. Что имела в виду китайская сторона?

Рафаэлло Пантуччи: Это камень в огород США. Я думаю, что на самом деле речь идет о Казахстане, поскольку за последние несколько месяцев Китаю стало совершенно очевидно, что Соединенные Штаты наращивают свои усилия в Центральной Азии, которые я считаю весьма успешными. Заместитель госсекретаря посетила регион. США усилили [взаимодействие в формате] «С5+один». В Центральной Азии побывал глава Центрального командования США [генерал Майкл Эрик Курилла]. Обсуждалось повышение уровня безопасности, укрепление сотрудничества по борьбе с терроризмом. США остаются основным инвестором в регионе. США усиливают дипломатические усилия потому, что у них давние отношения с регионом, а также, вероятно, потому, что они видят, что этот регион является тылом России и в какой-то степени Китая. Поэтому я полагаю, что китайцы сделали предупредительный выстрел, попытавшись сказать центральноазиатским странам: «Мы понимаем, что вы играете в то, что Центральная Азия называет многовекторной внешней политикой. И очевидно, что американцы — часть этой игры. Будьте осторожны с тем, как далеко вы позволите этому зайти». Думаю, что это был такой сигнал.

Азаттык: Выходит, конкуренции между Россией и Китаем в регионе нет, но она есть между США и Китаем?

Рафаэлло Пантуччи: Это сложная конкуренция, ведь Соединенные Штаты в конечном счете не являются региональным игроком в такой степени, как Китай и Россия. Кроме того, Центральная Азия — это регион, полностью окруженный странами, которые так или иначе находятся под санкциями США. Так что Соединенным Штатам довольно трудно оказывать такое же влияние и иметь такие же связи. То, что делают США и что я лично считаю очень разумным, — это попытки наладить связи, нарастить свое влияние, сосредоточиться на конкретных проблемах, вызывающих озабоченность. Все эти действия показывают региону, что «мы здесь, чтобы поддержать вас и работать с вами». Так что это можно истолковать как конкуренцию. Я думаю, что сидящие в Пекине или Москве, вероятно, так и интерпретируют это. Но реальность такова, что динамика на местах по-прежнему благоприятствует Китаю и России.

Казахская служба РСЕ/РС

Источник — rus.ozodi.org

Шанхайская организация сотрудничества и региональная резервная валюта

© Sputnik

Главными итогами переговоров Путина и Эрдогана в Сочи стали договоренности о торговле энергоресурсами в рублях и участии Турции в предстоящем заседании ШОС, пишет Yeni Şafak. Торговлю в рублях можно рассматривать как преимущество для обеих экономик, но если страны ШОС решат перейти на юань, мир не будет прежним, считает автор статьи.

Юсуф Динч (Yusuf Dinç)

В последнее время между Турцией и другими странами идут чрезвычайно интенсивные переговоры. Проводятся многочасовые телефонные беседы и личные встречи. Становится понятно, что, помимо глобальной и региональной стабильности, важной темой этих контактов также является экономика. Одним из таких контактов была сочинская встреча на прошлой неделе.

Наряду с вопросами безопасности двумя важнейшими результатами переговоров президента Турции в Сочи стали торговля энергоресурсами в рублях и участие Турции в предстоящем заседании Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Эти решения, привлекающие внимание всего мира, имеют существенное значение с точки зрения момента, на который они приходятся.

Если новость о заседании ШОС возникала на повестке дня десять лет назад, социальные инженеры сыпали заголовками об «осевом сдвиге». А то, что сегодня в турецкой общественности такая дискуссия даже не затевается, свидетельствует о том, что западному блоку следует пересмотреть свои отношения с Турцией. Отныне Турция не является страной, которой можно руководить и управлять со стороны, как раньше. Это государство, чья общественность уже давно убеждена в том, что оно само выстраивает свои игру.

Восток осознает это и развивает доверительные отношения с Турцией. Между тем Запад остается невосприимчивым к тому, что делает или хочет сделать Турция, — может быть, даже с тем, чтобы досадить ей, что вынуждает Турцию проявлять осторожность, основанную на недоверии. Запад, привыкнув, что он может положиться на Турцию при любых условиях, ослеп и утратил ее доверие. Результаты сочинской встречи могут заставить Запад очнуться от забытья, в котором он пребывает, иначе будет слишком поздно. Запад — и, в частности, Европа — должен подумать об установлении более сбалансированных отношений с Турцией.

А для того, чтобы Европа могла построить доверительные отношения с Турцией, ей, похоже, следует отделаться от США. Ведь, идя за США, Европа действует все более иррационально. Только представьте, в то время как даже газохранилища Германии принадлежат «Газпрому», США удается втянуть Европу в санкции. Аналогичным примером может служить и иррациональность в отношениях с Турцией.

Что касается торговли энергоносителями в рублях, это очень интересное решение особенно при его рассмотрении в одном контексте с ШОС. Россия ввела продажу энергии за рубли в недружественные страны. Целью было обойти определенные ограничения, связанные с санкциями. А вот торговлю энергоносителями с Турцией в рублях можно рассматривать как преимущество для обеих экономик. Не знаю, стоит ли за этим сделка своп. Но в принципе Турция нужна России в стратегическом отношении, поскольку Россия находится под санкционным давлением. Россия, вовлекая в эту борьбу Белоруссию, пытается заменить утраченные каналы связи с внешним миром. И такая потребность русских создает возможности и для Турции. Роль рублевой модели торговли энергоносителями в финансировании дефицита счета текущих операций сделает эти возможности еще более очевидными. Турция таким путем может уменьшить свою уязвимость. Нисходящую динамику кредитных дефолтных свопов также следует рассматривать в этом ключе.

Если на заседании ШОС, в котором Турция примет участие, встанет вопрос о торговле в юанях, то история мира начнет меняться, и об этом можно говорить уже сейчас.

На вопрос о том, как изменится история, уже есть общепринятый ответ: замена доллара юанем. Если Турция как страна G20 присоединится к такому шагу, это подкрепит давно озвучиваемое ожидание. Однако лично я не думаю, что доллар уступит свой трон юаню, по крайней мере, сейчас. В то же время я хотел бы обратить внимание на другой момент. Полагаю, что в ближайшие годы может возникнуть архитектура в пользу не столько глобальной резервной валюты, сколько региональных резервных валют, поскольку ЕС показал, что этот опыт может быть успешным.

Пример евро свидетельствует о том, что устойчивая валюта может быть создана даже в регионе без энергетических ресурсов, и уже понятно, что могут быть сформированы гораздо более сбалансированные валютные союзы, нежели евро. Итак, тема региональных валютных союзов становится все более популярной и, возможно, даже войдет в повестку дня Турции, а предстоящее заседание ШОС может стать важной вехой в этом смысле. Полагаю, не будет ошибкой сказать, что глобальная резервная валюта — это вопрос, который какое-то время будет оставаться без внимания, несмотря на сценарии вокруг юаня.

Всего одно решение ШОС навсегда изменит весь мир | 09.08.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Когда Китай вернет Тайвань? 

Фото:Иван Шилов, ИА Регнум

Умение выжидать и нападать — главное умение китайцев. Они не полезут на рожон и лица от этого не потеряют. Импичмента Си Цзиньпину от визита Пелоси и прочих англичан на Тайвань не будет. Как не будет и тотального удушения Тайваня, и его блокады, и острого кризиса в отношениях Китая и Запада. Будет то, что есть сейчас — перетягивание каната с переменным успехом тех или других.


АЛЕКСАНДР ХАЛДЕЙ

Материковый Китай известен как КНР, возникшая в 1949 году в результате победы коммунистов под предводительством Мао Цзедуна в гражданской войне с буржуазно-националистической партией Гоминьдан под руководством Чан Кайши. После поражения 2 миллиона сторонников Чан Кайши бежали на остров Тайвань, на тот момент бывший ничейной территорией и где кроме местных аборигенов проживало 4 миллиона китайцев.

Так как Чан Кайши был на тот момент главой государства Китай, а КНР не существовало, да и с признанием коммунистов буржуазный Запад не спешил, то до начала 70-х Тайвань и был для всего Запада Китаем. Он так и назывался — Китайская Республика, и даже имел место в составе Совета Безопасности ООН. КНР была мятежной провинцией, несмотря на то, что она заняла главную часть материкового Китая.


Тайвань был в составе Китая во времена господства маньчжурской династии Цин, а после ее изгнания в 1911 году стал принадлежать Японии, которая отказалась от Тайваня после поражения в 1945 году. Важным было то, что она отказалась от Тайваня не в чью-либо пользу, а просто отказалась, что впоследствии превратило его в яблоко раздора. С тех пор и началась история борьбы КНР за возвращение исторических территорий в состав единого Китая, куда кроме КНР входили еще и Гонконг, Макао, Сингапур и Тайвань.

Гонконг был под властью англичан, а Макао — португальцев. Сейчас обе территории возвращены в состав Китая в виде специальных административных районов с принципом «одна страна — две системы». Это автономные районы со своими законами, деньгами, таможней и правом участия в международных организациях. Уходя, Запад так вернул территории Китаю, чтобы вернуть по минимуму, формально. Пока только Гонконг интегрируется в состав КНР, все прочие территории независимы.

Если учесть историческое формирование Китая как совокупности веками складывавшихся субэтносов, то КНР является федерацией с элементами конфедерации для Гонконга и Макао. Гонконгу лишь сейчас придается статус федеративной территории, Макао остается в конфедерации, а Сингапур и Тайвань вовсе вне КНР. Тем не менее это осколки исторического Китая, и КНР не успокоится, пока не втянет их в свою орбиту, сколько бы веков для этого ни потребовалось. Спешить Китаю некуда. Получится или нет — другой вопрос.

Существование независимого от КНР Тайваня принципиально для США, и они будут реально всеми военными средствами защищать его от КНР. Это большая геополитика — плацдарм, угрожающий КНР и лишающий ее контроля над главным проливом, через который проходит морская торговля Азии с Западом.

Переход Тайваня под контроль КНР автоматически означает конец мировой гегемонии США, так как они уступают контроль над главной торговой артерией Китаю.

Есть у Китая еще одна особенность: это вековой внутренний конфликт между его Севером и Югом. Именно этот конфликт лежит в основе внутриэлитных интриг в КНР. Южан представляют выходцы из китайского комсомола, северян — сторонники армии, есть арбитражные группы центра Китая, но всех их интегрирует и приводит к консенсусу КПК, в которой есть разные крылья.

Так сложилось, что со времен опиумных войн южане (на Юге все порты) стали коллаборантами с англичанами, и их местные элиты интегрированы в глобалистские теневые и легальные финансовые институты. Северяне стали врагами англичан и коллаборантов-южан.

Все проамериканское лобби Китая — выходцы с Юга. Все сторонники суверенитета — выходцы с Севера и Центра. Юг и Север — это не просто территории, это, по сути, разные народы, имеющие традицию разной государственности и разные языки (диалекты). Поэтому силовая победа в борьбе между «армейцами» и «комсомольцами» означает гражданскую войну в Китае и его распад. Удержать страну от этого сможет лишь сложный арбитраж ЦК КПК, за расклад сил в которой всегда идет скрытая ожесточенная борьба.

Китайский национализм, лежащий в основе всех китайских социальных доктрин, как MS DOS лежит в основе всех более новых языков программирования, играет определяющую роль в мотивации китайских элит, и его значение лишь возрастает. Это может быть имперский или региональный национализм, они могут сталкиваться в борьбе за проекты будущего Китая, но именно национализм, а не социализм или либерализм характеризует парадигму поведения и мышления китайцев.

Именно на почве общих взглядов на национализм тайваньский Гоминьдан сейчас поддерживает КПК в стремлении объединить территории для возвращения Великого Китая. Социализм осознан как временная и поверхностная доктрина, в глубине которой лежит именно китайский национализм. Именно на нем КПК строит общекитайскую идентичность для диалога с отколовшимися территориями.

Именно по этому маркеру бьют англо-американцы, и пока весьма успешно. Если истинные китайцы — это материковая КНР, то жители Гонконга, Тайваня, Сингапура и Макао объявляют себя некитайцами. Они утверждают другую национальную идентичность, как многие украинцы и белорусы в отношении русских. В Индии сипаи не считают себя индийцами. Много стран, где нацменьшинства не считают себя идентичными с титульной нацией. Китай лишь одна из многих таких стран.

В политическом плане китайский национализм не является проблемой для его соседей, будь он внутренним делом самих китайцев. Но КНР имеет острые конфликты со всеми своими соседями, прежде всего потому, что почти ко всем ним он предъявляет какие-то территориальные претензии.

Так, территориальные споры у Китая есть с Тайванем, Японией, Южной Кореей (поддержка КНДР), Индией, Вьетнамом, Тибетом, Внутренней Монголией, Филиппинами, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном. Только Россия уладила с КНР территориальные споры, уступив Китаю в вопросе демаркации границы по реке Амур. Другие государства пока пребывают с Китаем в состоянии пограничных споров.

Это позволяет США и Англии легко формировать в Азии широкие антикитайские коалиции. В них идут не потому, что любят США и их либеральную демократию, куплены американскими ТНК и не имеют к англосаксам исторических претензий, а потому, что боятся Китая и ищут опоры в противостоянии его территориальным претензиям. Ведь любая попытка уступок грозит местным правительствам утратой власти. Опора на американцев у антикитайских альянсов вынужденная.

В военном плане США намного сильнее КНР на море. Совокупная сила американских союзников тоже выше ВМФ Китая. Все вместе они тем более превосходят возможности Китая в Южно-Китайском море. Несмотря на то, что КНР к 2030 году сравняется с возможностями США, американское превосходство в ядерном подводном флоте сохранится. Развивается не только Китай, но и его противники. В обозримом будущем прогнозировать изменение расклада сил на море в пользу Китая не приходится.

Кроме того, сохраняется зависимость КНР от американских и японских микрочипов. Основные рынки сбыта Китая — США и Европа. КНР стремится к 2025–2027 годам создать независимость от внешних поставок микрочипов. Однако технологический отрыв от Запада пока Китаю недоступен, и все прогнозы о сроках его наступления пока лишь гипотезы.

То есть США способны блокировать все китайские рычаги влияния в Юго-Восточной Азии и сдержать его экспансию. Мотивация национальной солидарности китайцев успешно блокируется англосаксами переформатированием местного населения в антикитайском духе, военные рычаги в руках Запада, экономическая мотивация пока тоже в пользу Запада. Процессы технологического суверенитета Китая и ослабления Запада относительны, абсолютное превосходство Запада пока определенно остается и сохранится в будущем. Миф о терминальной стадии Запада — опасная иллюзия.

Именно поэтому, здраво оценивая ситуацию, Си Цзиньпин делает ставку на эволюцию. Просто потому, что у Китая нет сил победить Запад в военном и экономическом столкновении. Именно потому реакция на визит Пелоси в Тайвань была дипломатической, а не военной и не экономической. Китай знает, что проблема Тайваня есть, она возникла не вчера и будет решена не завтра.

Даже надежды на то, что в 2024 году на Тайване к власти придет внук Чан Кайши и мирным способом вернет Тайвань в Китай, тоже очень гипотетичны. Запад имеет все возможности или блокировать его избрание, или не дать ему реализовать замысел, если он возникнет. Не факт, что Тайвань вернется в состав КНР к 2030 году, и не факт, что к тому времени КНР обгонит США и Запад по всем параметрам.

Такие прогнозы делались на том основании, что сохранятся прежние тенденции. Но Запад способен сделать все, чтобы они не сохранились. Обычный бой: все меняется по ходу потому, что противник сопротивляется и старается сам навязать инициативу. Планы на бой никогда не реализуются в чистом виде.

Те, кто считает, что Си Цзиньпин потерял лицо и потому теперь потеряет власть, ошибаются. Китайская теория лица отличается от японской. Это у самурая после неотвеченного оскорбления идут и делают харакири. Это в японском каратэ жесткие блоки потому, что мягкие ставить неприлично для воина.

Вообще вход в азиатскую культуру повсюду совершается через их традиционные воинские искусства. Именно там квинтэссенция их философии и культуры. Так вот, это в Японии не принято отступать перед лицом явно превосходящей силы. В Китае это тысячи лет считается не трусостью, а мудростью, правильной военной тактикой. Глупо лезть в бой, где нет шансов выиграть у явно превосходящего врага.

Лучше убежать, увернуться, уклониться, выжить, накопить силы и потом вернуться и победить. Весь китайский эпос построен на этом. Отступление — такой же военный маневр, как и наступление. Грамотно отступить — это такое же почетное искусство военачальника, как и грамотно наступать. Только в Китае самые смертоносные стили боевых искусств — мягкие, а не жесткие.

«Во всем нужна сноровка, закалка, тренировка,

Умейте выжидать, умейте нападать,

При каждой неудаче давать умейте сдачи,

Иначе вам удачи не видать!»

— пелось в старом советском кинофильме о боксе «Первая перчатка».

Умение выжидать и нападать — главное умение китайцев. Они не полезут на рожон и лица от этого не потеряют. Импичмента Си Цзиньпину от визита Пелоси и прочих англичан на Тайвань не будет. Как не будет и тотального удушения Тайваня, и его блокады, и острого кризиса в отношениях Китая и Запада. Будет то, что есть сейчас — перетягивание каната с переменным успехом тех или других.

Запад умело использует слабости Китая, он знает их и пользуется этим. В одном можно быть твердо уверенным: резких изменений в политике Китая не произойдет. Он продолжит расползаться по планете, формировать свои союзы и выстраивать там свои экономические отношения, как сейчас в ШОС и БРИКС.

Это задача как минимум еще на три десятилетия — проблема в том, что страны ШОС зависимы от Запада. Можно сказать так: пока страны ШОС не решат проблему технологического и финансового суверенитета, Тайвань останется там, где он есть сейчас. Горячей войны из-за него не будет.

Источник — regnum.ru

Дальневосточная экспансия НАТО оформляется противостоянием Китаю

Illustration Shutterstock

Владимир Павленко

В новой Стратегической концепции НАТО Китай провозглашен «угрозой» не потому, что ею действительно является, а в силу расширения и «глобализации» самой НАТО, которая негласно распространяется на Тихий океан. Не Китай «двинулся» в Европу и столкнулся там с НАТО, а НАТО распространила свои амбиции на океаническое подбрюшье Китая, сыграв заодно на поддержке антикитайских сепаратистов на Тайване.

В Мадриде открывается очередной саммит НАТО, куда закоперщики альянса — так называемые «мировые лидеры» Запада во главе с президентом США Джо Байденом — прибывают из Баварии, где только что провели на редкость бессодержательный саммит «Большой семерки». Внимание к натовской встрече на высшем уровне в основном подогревалось запущенным процессом приема в блок Швеции и Финляндии. Но после того как Турция в преддверии Мадрида отказалась снимать свои возражения против скандинавского членства и стало ясно, что прием откладывается, на передний план мировые СМИ вывели тему новой Стратегической концепции НАТО. До этого данный программный документ не обновлялся более десяти лет, и последняя редакция относится к далекому 2010 году, к совершенно другой геополитической обстановке, когда только обозначились первые признаки нынешнего мирового раскола на Запад и Восток.

Быстрые изменения на международной арене руководство альянса попыталось учесть в 2020 году, когда выпустило доклад под названием «НАТО-2030». В нем по итогам консультаций глав МИД стран — членов блока был сделан вывод, что Россия уже не «стратегический партнер», как записано в концепции-2010, а уже «главная военная угроза», каковой останется как минимум все 2020-е годы. Но при этом в отношении Москвы, как рекомендовано в докладе, необходимо проводить политику «мирного сосуществования». Эта риторика до боли знакома представителям старшего поколения, и она однозначно ассоциируется с Холодной войной между разными мировыми социально-политическими системами — капитализмом и социализмом. А по сути — между США и СССР. Но уже два года назад, помимо России, альянс обратил внимание и на Китай, поставив его на второе место в перечне потенциальных угроз. На третье был выведен «международный терроризм», при этом стыдливо умалчивалась роль, сыгранная в его становлении западными спецслужбами и бизнесом.

К Мадриду в НАТО, наконец, окончательно определились с приоритетами. По итогам рижского саммита глав МИД и экспертного обсуждения в формате «Перспективы НАТО до 2030 года», состоявшегося в прошлогоднем декабре, генсек альянса Йенс Столтенберг подчеркнул, что готовящаяся Стратконцепция — это «больше, чем про Россию». Это «про весь комплекс вызовов», включая Китай, по которому он потребовал от участников блока «четких формулировок». Главными приоритетами новой Стратегической концепции Столтенберг назвал «защиту демократии и ценностей альянса», а также «усиление его военной мощи перед лицом «авторитарных режимов» — России и Китая». И обозначил основные элементы такой политики, включив в них также «общественную консолидацию», «институциональный аспект» НАТО и его развитие в качестве «соединительного звена между Европой и Северной Америкой».

После начала российской военной операции на Украине лидеры НАТО в конце марта собрались на еще один, внеочередной, саммит, посвященный осуждению России и помощи Украине. С тех пор это неизменный контекст всей натовской деятельности, включая политику антироссийских санкций и поставок киевскому режиму тяжелых систем вооружений. Одновременно внутри альянса, по сути, если не закончились, то оказались приглушенными споры в отношении Китая. Если до российской операции между двумя берегами Атлантики наблюдались сильные разногласия, то в мартовском Брюсселе Байдену удалось «нажать» на сателлитов таким образом, чтобы убедить их в занятии более агрессивной линии и в отношении Пекина.

Что же записано в проекте новой Стратконцепции, который, назовем вещим своими именами, через два дня станет главным официальным документом блока?

Чтобы своими руками не объединять против себя Россию и Китай, натовские стратеги сделали все, чтобы «развести» мотивационные оценки противостояния нашим странам. Если Россия — «главная (непосредственная) угроза», понятно, что из-за ситуации на Украине, но не только, то Китай — «системный вызов для ценностей и безопасности НАТО». В кулуарах подчеркивается, что «потенциальным противником» Китай, в отличие от России, не считается, но тем не менее натовцы собираются предъявить Пекину целый ряд претензий: «распространение дезинформации», «угрозы кибербезопасности», неготовность «соблюдать порядок, основанный на правилах».

«Мы должны учитывать последствия крупных инвестиций Китая в военный потенциал, ядерное оружие большой дальности и попытки взять под контроль нашу критически важную инфраструктуру», — считает Столтенберг.

И понятно, что он из кожи лезет вон, чтобы угодить Байдену, которому, надо полагать, лично обязан нежданной и негаданной пролонгацией своих генсековских полномочий на целый год вперед, до сентября 2023 года.

Невооруженным глазом видно, что основания для включения Китая в перечень «недружественных» НАТО стран, мягко говоря, натянутые, если не сказать липовые. «Дезинформацию» (здесь, разумеется, имеется в виду тема ковида) продвигают сами США и их сателлиты, пытаясь обвинениями Пекина скрыть роль в распространении коронавируса из своих лабораторий. О масштабах «кибервойны», которую американское АНБ ведет против всей планеты, включая натовских сателлитов, в свое время подробно рассказал Эдвард Сноуден. «Порядок на правилах», ставший притчей во языцех, не имеет никакого отношения к международному праву, базирующемуся на Уставе ООН, стало быть, его продвижение в обход мирового сообщества — претензия не Пекину, а самому Вашингтону. «Военный потенциал» Китая растет пропорционально увеличению военных приготовлений, в том числе с участием НАТО, в регионе Дальнего Востока.

Только за полтора байденовских года у власти миру предъявлены два новых тихоокеанских военных альянса — AUKUS и PBP — и экономический — IPEF, а также планы размещения ядерных вооружений средней дальности в акваториях, прилегающих к берегам Евразии. Поэтому какие вопросы к Китаю? Он что, должен взирать на создание ему целой системы угроз, в том числе ядерных, с «олимпийским» спокойствием? Ну а тезисом про «критически важную инфраструктуру» НАТО попросту эпатирует мир, ибо речь, безусловно, идет о китайском проекте «Пояса и пути», которому Запад уже как минимум раз пять пытался создать альтернативу, только вот как-то ничего не выходит. И с каких это пор инфраструктура Южной Азии, Ближнего и Среднего Востока и других регионов, страны которых вовлечены в «Пояс и путь», стала западной? Да еще и «критически важной»?

Однако что здесь самое главное, скрывающееся за привычным западным словоблудием? Главное то, что Китай в Стратконцепции вообще впервые появился, ибо в редакции 2010 года упоминания о нем не было. Почему это так важно? Нападками на Поднебесную лидеры НАТО, во-первых, реализуют свой комплекс неполноценности перед стремительно укрепляющимся взаимодействием Москвы и Пекина, «не допускать» которого их в свое время заклинал еще покойный ныне Бжезинский. Во-вторых, и это основное: где НАТО, а где, извините, Китай? Если НАТО остается альянсом, сфера ответственности которого ограничена регионом Северной Атлантики (или Евро-Атлантики), то какие у него могут быть «опасения» ситуацией в АТР, или, на новый пентагоновский манер, ИТР — Индо-Тихоокеанском регионе (который в Москве и Пекине считают симулякром)?

А коль такие «опасения» возникли, то совсем не случайно. И виноват в этом не Китай, а сам Запад с его амбициями, которые, этого никто даже не скрывает, с определенного момента вышли за атлантические географические рамки. Китай становится «угрозой» Америке и НАТО не потому, что ею действительно является, а в силу расширения и «глобализации» самой НАТО, которая негласно распространяется на Тихий океан. Не Китай «двинулся» в Европу и столкнулся там с НАТО, а НАТО распространила свои амбиции на океаническое подбрюшье Китая, сыграв заодно на поддержке антикитайских сепаратистов на Тайване. Отдельный вопрос, почему НАТО так себя повела? Очень просто: коль скоро взят курс на «мир на правилах», размывающий международное сообщество выделением из него «группы поддержки» США в виде «саммита демократий», которому противопоставляются все остальные, то экспансия НАТО на Восток («nach Osten») претендует закрепить за альянсом роль мирового жандарма. Но в формате уже не ООН, а нового «демосаммита».

В пользу дальнейшей экспансии Запада, в том числе в регионах, приближенных к Китаю, свидетельствует и еще одно положение проекта Стратконцепции — о «защите суверенитета и территориальной целостности стран-союзников как основной миссии организации». Формально ни к чему не придерешься: скажут, что речь идет о членах НАТО и 5-й статье Вашингтонского договора 1949 года. А на деле? Мы давно уже привыкли, что все инициативы НАТО трактуются строго в расширительном ключе. И поскольку в мадридском саммите примут участие Южная Корея и Япония, которые не являются членами НАТО, но входят в число «стран-союзников» США и Великобритании по AUKUS и PBP, а также по Quad, то при возникновении напряженности у этих стран с Китаем НАТО, возможно, будет готова вмешаться. Есть и еще один деликатный момент, связанный с обещанием нынешнего японского премьера Фумио Кисиды поддержать США в «защите» тайваньского сепаратистского режима.

В НАТО, стараясь обеспечить себе свободу рук, всячески замалчивают и собираются замалчивать дальше вопрос о реакции блока, скажем, на такую провокацию, как провозглашение островными сепаратистскими властями «независимости», которое будет означать переход «красной черты» в отношениях Тайваня с материком.

Разве трудно представить ситуацию, когда Япония (по «тихой» команде из Вашингтона) «впрягается» за островных демосепаратистов, а потом криком кричит о том, что Китай ей угрожает? Как поведет себя НАТО со своей новой Стратконцепцией в этом случае? А в случае, если вслед за Токио за Тайбэй впряжется и сам Вашингтон? Как ни крути, а излюбленное Белым домом и Пентагоном «широкое толкование» любых международных документов и обязательств может привести к прямой конфронтации с Китаем и европейских сателлитов Америки. Хотя они всячески этого избегают, но отсутствие собственного суверенитета, переданного на откуп Вашингтону, не позволяет этим странам не только выступить против такого двусмысленного положения принимаемой концепции, но даже и отважиться на то, чтобы попросить у США официальных разъяснений.

В этом материале мы специально не сосредотачиваем внимания на тех положениях новой Стратконцепции, которые прямо направлены против России, ибо касаются так называемого «восточного фланга» НАТО, на котором, как все виднее с каждым днем, все идет к полномасштабной гонке вооружений, в том числе ядерных. Не будем распыляться, как и в отношении «южного фланга», который политическое руководство блока связывает с Апеннинами и Пиренеями. Между тем сам факт появления этого пункта недвусмысленно указывает на подготовку «глубинным государством», стоящим за плечами властей американской Демпартии, масштабного кризиса в Северной Африке, который может привести к новой волне беженцев в Европу.

Словом, констатируем: перемены в видении натовским блоком геополитической ситуации и мировых раскладов за двенадцать лет произошли колоссальные. Откинув «фиговый листок» борьбы за «высокие» идеалы, НАТО в новой редакции Стратегической концепции — 2022 предстает перед миром вооруженной дубинкой «мирового гегемона». И он ни при каких обстоятельствах, невзирая на меняющийся баланс сил в мире, не собирается сдавать глобально-диктаторских полномочий без большой войны, к которой изо всех сил готовится. И в материальном плане, и с точки зрения идеологически-концептуальной и организационно-политической стороны вопроса. Натовское острие, направленное на Китай, несмотря на все стыдливые полуоговорки, что Пекин-де «не считается противником», никого не может ввести в заблуждение. Как и американско-натовское лицемерие.

Обратим внимание: в перечне «обвинений», предъявляемых Китаю, много пунктов. Но двусмысленно отсутствует главный, собирательный, из которого, как из пальца, все эти претензии высосаны. Речь идет, подчеркнем это еще раз, о движении Пекина навстречу Москве и о тесной координации двух стран в различных сферах двусторонних отношений, включая военно-политические вопросы. Именно это вкупе с расширением НАТО в АТР является главной причиной антикитайского тренда, оформляемого в Северной Атлантике. И это сигнализирует о готовности элит коллективного Запада не к мирному урегулированию споров путем переговоров, а к осуществлению диктата с позиции силы.

Мы, конечно, подождем итогов саммита в Мадриде. Но, по большому счету, в них все уже ясно и предрешено. Жребий — брошен, и новая Холодная война коллективного Запада против коллективного Востока окончательно оформляется в реальность современности.

Источник — СвободнаяПресса

Кто владеет Луной (и её полезными ископаемыми), … тот владеет миром?

Поверхность Луны

© NASA

Перейти в фотобанк

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ

Читать inosmi.ru в

Космическая гонка возрождается, пишет ABC. В этом году запланировано восемь непилотируемых миссий на Луну, и дальше их будет только больше. Автор статьи признает, что страны заинтересованы в добыче ископаемых на спутнике, поэтому каждой из них так важно добраться туда первой.

Карлос Мануэль Санчес (Carlos Manuel Sánchez)

До конца года запланировано восемь миссий на Луну. Это беспрецедентная цифра в истории космонавтики: три американских миссии, две японских и по одной из России, Индии и Южной Кореи. Все они непилотируемые. А в 2025 году, как ожидается, человек вновь ступит на поверхность Луны. К этому времени к миссиям подключатся больше стран. Это будет не просто маленький шаг для человечества, у женщин появится ещё одна возможность оставить свой след.

Желающих завоевать спутник Земли немало как среди правительств, так и среди частных компаний, но никто не строит иллюзий. Во вторую космическую гонку, как и во времена холодной войны, вступили две сверхдержавы: США и, вместо СССР, Китай.

Это будет битва богинь. Миссия НАСА носит имя сестры Аполлона — Артемиды. Американское агентство потратит на неё около 90 миллиардов евро. Китайскую миссию назвали именем богини Чанъэ, живущей в лунном дворце с нефритовым зайцем. Никто не знает, сколько потратит Китай, но в прошлом году азиатский гигант показал, что настроен серьёзно. Тогда китайский зонд доставил образцы лунной поверхности во время своей первой возвратной миссии на спутник. Новая космическая гонка началась после того, как директор НАСА Билл Нельсон (Bill Nelson) заявил во время выступления в Палате представителей, что все эти прорывные технологии, с помощью которых китайский аппарат совершил посадку на Марсе с первой попытки, а также схожесть китайских космических кораблей с американскими говорят о промышленном шпионаже. «Да, красть у них получается, — пожаловался он. — Мы должны очень серьёзно отнестись к кибербезопасности».

Цель номер 1: выстроить Землю, Луну и Солнце в одну линию

Напряжение можно хоть ножом резать. Увидев, как на китайской космической станции используется новое поколение ионных двигателей, которые по своим характеристикам превосходят американские двигатели на химическом топливе, НАСА отложило первый этап «Артемиды» из-за плохо отрегулированного клапана и несвоевременной грозы. Первая возможность предоставится с 26 июля до 10 августа. Всего будет 13 шансов для запуска, и звёзды должны сойтись в буквальном смысле… Земля, Луна и Солнце должны сойтись как шестерёнки часов. Нужно воспользоваться ретроградной орбитой (чтобы планета и спутник двигались в противоположном направлении). Это даст гравитационный толчок кораблю «Орион» (который должен отстыковаться от ракеты «Артемида») и позволит сэкономить на топливе — сверххолодном жидком кислороде и водороде. Траектория должна быть такой, чтобы «Орион» не оставался в темноте больше 90 минут, иначе солнечные панели не будут работать. Угол наклона при возвращении на Землю должен быть таким, чтобы экипаж (в первом полёте будет манекен) не сгорел. Если всё получится, то на втором этапе (2024) четыре астронавта облетят Луну на борту капсулы, прежде чем вернутся на Землю. И, наконец, на третьем этапе (2025) два астронавта — мужчина и женщина — ступят на лунную поверность. Такого не случалось с 1972 года, когда США отменили программу «Аполлон», чтобы направить больше ресурсов на войну во Вьетнаме.

Цель номер 2: колонизация Луны

Обратный отсчёт вот-вот начнётся. В этот раз цель миссии — не только доставить людей на Луну, но и заложить основы для устойчивого присутствия. Почему именно сейчас? На то есть три причины.

Во-первых, технологии и сотрудничество между правительствами и частным сектором позволили снизить затраты на полёт. Транспортировка килограмма снаряжения в космос стоит около 55 тысяч евро, в то время как в начале века на это надо было потратить миллион, а благодаря многоразовым ракетам, которые SpaceX уже тестирует это обойдётся в две тысячи.

Во-вторых, остались ещё научные загадки, которые нужно разгадать. Например, происхождение замёрзшей воды в кратерах лунных полюсов.

В-третьих, это будет огромный бизнес. Именно поэтому Дональд Трамп снял запрет на добычу полезных ископаемых в космосе, несмотря на нерушимый международный статус Луны. На Земле не хватает микрочипов, редкоземельных элементов и лития, поэтому Луну воспринимают как новый Эльдорадо.

На нашем спутнике есть месторождения титана и алюминия, а также драгоценных металлов и полудрагоценных камней. Также есть запасы гелия-3 и тория, которые могут служить в качестве топлива для ядерных реакторов. Раньше, для того чтобы разрабатывать такие месторождения, надо было устранить Договор о космосе, который запрещает предъявлять претензии на космические тела. Договор был подписан 109 странами в 1967 году. В 2020 году Трамп ввёл Соглашения Артемиды, которые позволяют подписантам завладевать лунными ресурсами под предлогом научных исследований. Как во времена золотой лихорадки, кто первый придёт, тот и будет заниматься добычей ресурсов. Поэтому 17 стран уже подписали эти соглашения. Кто последний, тот — дурак… И хотя устанавливать суверенитет над какой-либо конкретной территорией запрещено, можно обозначить зоны временной безопасности или даже зоны, представляющие исторический интерес, как, например, сделали с местом, где остались следы ботинок Нила Армстронга. Некоторые юристы сомневаются в действительности соглашений, но некоторые отмечают, что, поскольку большинство-стран участников пока единственные, кто может добраться до Луны, они фактически установят свои собственные нормы, и будет примерно как в эпоху колониализма.

Все хотят ухватить свой кусок пирога. Консалтинговая компания Emergen Research прогнозирует, что рынок освоения космоса (Луна станет трамплином для Марса, астероидов и других направлений) достигнет оборота в 630 миллиардов долларов к концу этого десятилетия. В свою очередь, аналитики Northern Sky опубликовали отчёт о развитии лунного рынка, в котором говорится, что к 2031 году планируется совершить 70 коммерческих (частных) миссий на Луну. Компания Lonestarхочет установить на Луне центры данных, потому что так дешевле охлаждать системы. Другие хотят использовать реголит в строительстве (в сочетании с магнием он приобретает свойства бетона). Эта технология в будущем позволила бы строить лунные поселения с помощью 3Dпринтеров…

НАСА уже превратило трюм «Артемиды» в некоторое подобие грузового прицепа, в котором множество разных компаний за деньги транспортируют роботов, луноходы, кабины и всякий хлам, чтобы потом протестировать на лунной поверхности. Япония займётся тренировкой точной посадки, а Индия постарается сделать так, чтобы её модуль не взорвался, как в прошлый раз. Арабы и евреи идут под руку (Израиль и ОАЭ готовятся к совместной миссии), в то время как Европейское космическое агентство оборвало связи с Россией из-за Украины, и теперь появилась возможность сотрудничества россиян с китайцами.

Цель номер 3: господствовать над миром

Китай уже обмолвился, что тот, кто господствует в космосе, господствует над миром. Все делают ставку на южный полюс Луны, её скрытую часть, как на подходящее место, чтобы разместиться. Лёд в лунных недрах можно было бы использовать в качестве топлива для полёта на Марс.

Правительства, инвесторы и учёные пребывают в состоянии эйфории. Но осталось придумать, как заразить этой идеей публику. В 60-х был президент Джон Кеннеди. Может, в этот раз Илон Маск (SpaceX) или Джефф Безос (Blue Origin) заразят мечтой? По мнению опрошенных в США, космические исследования должны быть больше сосредоточены на изменении климата и изучении астероидов, которые могут столкнуться с Землёй. Только 8% считают, что приоритетом должна быть отправка астронавтов на Луну. Журнал The Atlantic отмечает: «НАСА годами старалось убедить американцев поддержать освоение космоса и представило „Аполлон” как результат национального единства. Но это было не так. Лунная программа не пользовалась популярностью, если не брать в счёт опрос, который провели сразу после посадки „Аполлона-11” на Луне». Другие считают, что рано или поздно технологический прогресс доберётся до всего общества. Историк Чарльз Фишман (CharlesFishman) вспоминает: «Первым клиентом Кремниевой долины было НАСА, агентство раскупило все единицы нового изобретения: микрочипа».

Космический Эльдорадо: почему люди так стремятся на Луну | 18.06.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Китай активизирует экономическую экспансию в Центральной Азии?

Китай активизирует экономическую экспансию в Центральной Азии?

Министр иностранных дел Китая Ван И выступает по итогам встречи в Токио - ИноСМИ, 1920, 15.06.2022

© AP Photo / Behrouz Mehri/Pool Photo via AP

В Казахстане прошла третья встреча «Центральная Азия – Китай», пишет Eurasianet. Она стала прелюдией к визиту Си Цзиньпина в регион. В статье отмечается, что Пекин продолжает диктовать условия республикам и параллельно укрепляет экономические связи с ними.

Переговоры между Китаем и странами Центральной Азии стали важнейшим событием прошедшей недели. В Казахстане состоялась встреча в формате «Центральная Азия – Китай», в рамках которой представители всех государств ЦА встретились с членом Госсовета и министром иностранных дел КНР Ван И. Темы встреч пересекались: вопросы глобальной безопасности, развитие сотрудничества в разных сферах, борьба с COVID-19, но были и свои особенности. Многие сферы переговоров уже активно развиваются, а какие-то выглядят проблемными.

Приезд Ван И был прелюдией к визиту в регион главы КНР Си Цзиньпина, запланированному на осень этого года. Тот факт, что Си намерен приехать лично, является важным дипломатическим и геополитическим заявлением, особенно учитывая, что он старается избегать личного присутствия на публичных мероприятиях в связи с пандемией (в частности, китайский лидер пропустил встречу «Большой двадцатки» и другие значительные саммиты). Это указывает на повышенный интерес Пекина к региону.

Спецоперация России на Украине, по всей видимости, создала для Китая как дополнительные трудности, так и возможности, которыми Пекин, судя по всему, намерен воспользоваться. На этом фоне, похоже, активизировались крупные проекты в ЦА с участием КНР, включая строительство железной дороги Китай – Киргизия – Узбекистан, а также развитие «Срединного коридора».

Казахстан

Глава Министерства иностранных дел и член Госсовета КНР Ван И посетил Казахстан 6-9 июня. Основной целью приезда было участие в третьей встрече министров иностранных дел в формате «Центральная Азия – Китай» (C+C5), но также он провел двусторонние встречи с представителями Казахстана.

7 июня Ван И встретился с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым. В рамках встречи обсуждались перспективы развития казахско-китайских отношений, в том числе реализацию китайской инициативы «Один пояс, один путь». На фоне сокращения китайского транзита в Европу по территории России наблюдается многократный рост перевозок по Транскаспийскому международному транспортному маршруту (также известному как «Срединный коридор»), который пролегает в том числе по территории Казахстана, что увеличивает важность этой страны для Пекина.

Одним из других примечательных аспектов диалога было обсуждение конфликта на Украине. По результатам встречи МИД Китая опубликовал сообщение, повелев странам Центральной Азии «остерегаться предпринимаемых внешними силами попыток вовлечь страны региона в конфликты крупных держав и заставить их встать на ту или другую сторону» и «стойко противостоять внешним вмешательствам», имея в виду США и остальные страны Запада. В коммюнике Пекин также, похоже, заверяет страны в своем покровительстве, заявляя, что «Китай никогда не позволяет сторонним силам разжигать волнения в этом регионе».

В сообщении о встрече, опубликованном администрацией Токаева, о нотациях, которые читал Ван И, не упоминается. Вместо этого основное внимание уделено той поддержке внутриполитическому курсу Токаева, которую Ван выразил от имени президента Китая Си Цзиньпина. Подчеркивается и намерение Си осенью посетить Казахстан.

В тот же день Ван И встретился с министром иностранных дел РК Мухтаром Тлеуберди. Одним из ощутимых результатов диалога стала договоренность об открытии консульств стран в китайском городе Сиань и казахской Актобе. Казахстанский бизнес надеется, что это поможет пошире приоткрыть двери в Китай. В последние годы экспортеры из РК испытывали значительные трудности с доступом к китайскому рынку из-за все более непредсказуемых и жестких ограничений, вводимых китайскими властями. В частности, в 2021 году резко упал экспорт продовольствия. (Однако, видимо ситуация как минимум частично улучшается: в частности, за январь-апрель 2022-го экспорт подсолнечного масла в КНР увеличился в шесть раз – до 40,3 миллиона долларов).

В дополнение, несмотря на оптимистичные заявления представителей Казахстана и КНР, кроме трудностей с экспортом в отношениях между странами наблюдаются и другие значительные проблемы. В частности, хотя в 2016 году две страны договорились о реализации более 50 совместных проектов, на данный момент реализованы были лишь несколько из них. Также значительная часть казахстанцев с подозрением относится к китайским работодателям, что уже не раз приводило к забастовкам. На этом фоне некоторые китайские инвесторы сворачивают свою деятельность в стране.

Кроме того, с 2020 года Казахстан сокращает поставки газа в Китай, хотя энергоносители по-прежнему являются столпом казахстанского экспорта. 9 июня 2022-го президент РК поручил дополнительно перенаправить 2 миллиарда кубометров экспортного газа на внутренний рынок. Правда, пока неясно, повлияет ли этот шаг на поставки в КНР или в Россию, и когда именно он вступит в силу.

Киргизия

За время поездки Ван И в Казахстан встречи с ним провели представители всех постсоветских государств стран ЦА. Во время общения с министром иностранных дел Киргизии Жээнбеком Кулубаевым 7 июня был сделан акцент на совместной торговле и развитии транспортной логистики. «Стороны договорились создать механизм местной связи и контактов, изучить вопрос об открытии дополнительных портов и обеспечить непрерывный беспрепятственный поток товаров через уже существующие; ускорить подготовку к строительству железной дороги Китай – Киргизия – Узбекистан и в кратчайшие сроки завершить технико-экономическое обоснование проекта; создавать культурные центры в Китае и Киргизии; облегчать условия обмена персоналом», – говорится в заявлении на сайте МИД КНР.

Возвращаясь к новостям о железной дороге, 8 июня президент Киргизии Садыр Жапаров встретился с жителями Токтогульского района Джалал-Абадской области, через которую предположительно пройдет киргизский отрезок проекта. «Если к осени завершится [работа над ТЭО проекта], то строительство дороги начнется в следующем году. Эта дорога будет завершена через три-четыре года, если три страны будут работать совместно. Доход [Киргизии] … составит не менее 200 миллионов долларов», – заявил Жапаров.

Англоязычное издание Global Times, публикуемое Коммунистической партией Китая, уже как минимум дважды в этом месяце коснулось данного проекта. В частности, в статье от 7 июня, начинающейся со слов «Железная дорога Китай – Киргизия – Узбекистан (ККУ) может наконец перейти в стадию строительства», издание упоминает, что к процессу подключилась Национальная комиссия Китая по развитию и реформам – ключевое ведомство КНР, занимающееся планированием. В статье также говорится, что ККУ не только облегчит торговлю Китая со странами ЦА, но и позволит сократить путь до Европы на 900 километров (а это восемь лишних дней пути), а также упростить логистику с государствами Западной, Южной и Юго-Восточной Азии. В схожем тоне по поводу проекта высказалось и крупное китайское издание South China Morning Post, добавив, что он также может «всколыхнуть геополитическое соперничество между Китаем, Россией и США».

Тот факт, что китайская сторона уделяет проекту столько внимания, позволяет предположить, что проект действительно набирает обороты не только в Центральной Азии, но и в КНР.

В связи с сокращением китайского транзита в Европу по территории России и появлением у Китая приоритетного развития наземных маршрутов через Центральную Азию, актуальность ККУ возросла. Это, помимо прочего, даст Пекину возможность и укрепить связи со странами региона.

Узбекистан

Исполняющий обязанности министра иностранных дел Республики Узбекистан Владимир Норов на встрече с Ван И 7 июня тоже обсудил строительства ККУ. Стороны также коснулись вопросов организации саммита ШОС в сентябре в Самарканде и безопасности в Афганистане.

Китайский министр сказал, что потенциал сотрудничества двух стран только растет, и в первом квартале этого года двусторонний товарооборот «достиг значительного рост». Хотя Ван И не назвал конкретных цифр, появились данные Госкомстата РУ, согласно которым Китай снова вырвался на первое место по торговле с Узбекистаном: республика отгрузила в КНР товаров на 800 миллионов долларов, а в обратном направлении было поставлено товаров и услуг на 2,3 миллиарда. Китай был главным внешнеторговым партнером РУ с 2015 года, за исключением 2021 года, когда его с небольшим отрывом обогнала Россия. В текущем году РФ снова скатилась на второе место: узбекский экспорт в Россию составил 700 миллионов долларов, а импорт из РФ – 1,9 миллиарда.

Кроме того, 8 июня в Ташкенте прошло пятое заседание министров здравоохранения государств – членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) под председательством Узбекистана. Помимо обсуждения медицинского сотрудничества в период пандемии коронавируса и реабилитации пациентов после COVID-19, стороны обсудили перспективы обмена опытом в области телемедицины государств – членов ШОС.

Таджикистан

8 июня, после встречи «Центральная Азия – Китай» в Нур-Султане, Ван И провел переговоры с министром транспорта Таджикистана Азимом Иброхимом. Во многом темы диалога совпадали с теми, что обсуждали другие представители стран ЦА. Актуальной повесткой в разговоре с Таджикистаном стали вопросы новой энергетики, экологически чистых технологий, транспорта и связи, а также терроризма, сепаратизма и экстремизма, говорится в заявлении МИД КНР, где также упоминается, что торговый оборот между странами в первом квартале 2022 года вырос «более чем на 100 процентов в годовом исчислении». Кроме того, Китай призвал свои компании вкладываться в Таджикистан, инвестировать и вести бизнес в стране. Таджикистан пообещать способствовать вложениям.

Интересно, что накануне этого разговора Таджикистан объявил, что будет отказываться от доллара в пользу рублей и китайских юаней. «Все импортеры товаров народного потребления, в том числе пшеницы, горюче-смазочных материалов, растительного масла, пиломатериалов, арматуры и сырья для производства отечественных товаров, должны перевести все контракты с долларов США на российские рубли или юани», – говорится в поручении правительства Таджикистана.

Кстати, Китай по-прежнему является главным кредитором Таджикистана, который задолжал КНР 1,1 миллиона долларов. «Общий объем внешнего долга Таджикистана на начало второго квартала текущего года составил чуть более 3,3 миллиарда, сообщает министерство финансов республики. Это на 2 миллиона или на 0,06% больше по сравнению с показателем в начале этого года. Соотношение внешнего долга к прошлогоднему ВВП республики остается на уровне 37,7%, как и в начале нынешнего года», – пишет портал Asia-Plus в новости от 6 июня.

Теперь, чтобы попасть в Китай, гражданам Таджикистана нужно сдавать ПЦР-тест за день до вылета в КНР, и делать его можно только в одной лаборатории, пишет Asia-Plus. В объявлении на дверях посольства говорится, что «при выезде из страны необходимо получить зеленый код, даже если вы летите через Китай транзитом. В случае отсутствия зеленого кода пассажир „застрянет” в стране транзита».

Туркмения

Пекин заверил Ашхабад в своей заинтересованности в продолжении энергетического сотрудничества, являющегося столпом китайско-туркменских отношений. «Независимо от изменений международной ситуации, Китай неизменно стремится расширять двустороннее энергетическое сотрудничество, и позиция Китая в отношении Туркмении как стратегического энергетического партнера остается непоколебимой», – говорится в официальном заявлении МИД КНР по результатам разговора Ван И с министром иностранных дел Туркмении Рашидом Мередовым во время поездки китайского министра в Казахстан.

Остальная часть документа содержала общие фразы о «плодотворном общении и координации» и «укреплении солидарности» между двумя странами в двусторонних, региональных и международных вопросах.

Китай диктует условия в Центральной Азии | 15.06.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Китай тайно строит военно-морскую базу в Камбодже, — The Washington Post

CentralAsia (CA) — The Washington Post со ссылкой на западные официальные лица сообщает, что Китай тайно строит военно-морской объект НОАК в Камбодже исключительно для использования его вооруженными силами, при этом обе страны отрицают это и принимают чрезвычайные меры для сокрытия операции.

По словам источников агентства, которые, как и другие, говорили на условиях анонимности, военное присутствие будет в северной части военно-морской базы Камбоджи в Сиамском заливе, где на этой неделе должна состояться церемония закладки фундамента.

Создание китайской военно-морской базы в Камбодже — второй подобный заграничный аванпост и первый в Индо-Тихоокеанском регионе — является стратегически важной целью Китая по созданию сети военных объектов, заявили источники газеты. Это обусловлено тем, что в Пекин рассматривает этот регион как законную и историческую сферу влияния.

Единственная другая иностранная военная база Китая на данный момент — военно-морской объект в восточноафриканской стране Джибути. По словам источников газеты и аналитиков, наличие объекта, способного принимать крупные военно-морские корабли к западу от Южно-Китайского моря, станет важным элементом стремления Китая расширить свое влияние в регионе и усилит свое присутствие вблизи ключевых морских путей в Юго-Восточной Азии.

«Мы считаем, что Индо-Тихоокеанский регион является важной частью для лидеров Китая, которые считают Индо-Тихоокеанский регион законной и исторической сферой влияния Китая», — сказал один из источников WP. «Они рассматривают подъем Китая там как часть глобальной тенденции к многополярному миру, в котором крупные державы более решительно отстаивают свои интересы в предполагаемой сфере влияния».

Пекин, по словам источников газеты, делает ставку на то, что регион «не желает или не может бросить вызов основным интересам Китая», и с помощью сочетания принуждения, наказания и побуждений в дипломатической, экономической и военной сферах, полагает, что может заставить страны прогнуться под его интересы. «По сути, Китай хочет стать настолько могущественным, чтобы регион уступил лидерству Китая, а не столкнулся с последствиями [за невыполнение этого]», — сказал западный чиновник.

The Wall Street Journal со ссылкой на официальных лиц США и союзников, знакомых с этим вопросом в 2019 году сообщил, что Китай и Камбоджа подписали секретное соглашение о строительстве базы. Пекин и Пномпень опровергли это сообщение, а премьер-министр Камбоджи Хун Сен назвал его «фейковой новостью». Представитель министерства обороны Китая в то время также осудил то, что он назвал «слухами», и сказал, что Китай просто помогал с военной подготовкой и материально-техническим оборудованием.

Однако на выходных китайский чиновник в Пекине подтвердил The Washington Post, что «часть базы» будет использоваться «китайскими военными». Чиновник отрицал, что он предназначен для «исключительного» военного использования, заявив, что ученые также будут использовать объект. Чиновник добавил, что китайцы не участвуют ни в каких действиях на камбоджийской части базы.

Китайский чиновник сказал, что закладка фундамента, запланирована на четверг, добавив, что китайские официальные лица примут в нем участие. По его словам, ожидается присутствие посла Китая в Камбодже.

На просьбу WP дать комментарий посольство Камбоджи в Вашингтоне заявило, что «категорически не согласно с содержанием и смыслом доклада, поскольку это необоснованное обвинение, мотивированное негативным образом для имиджа Камбоджи». В посольстве добавили, что Камбоджа «твердо придерживается» национальной конституции, которая не разрешает присутствие иностранных военных баз на камбоджийской земле. «Реконструкция базы служит исключительно для укрепления военно-морских возможностей Камбоджи для защиты ее морской целостности и борьбы с морскими преступлениями, включая незаконный промысел», — говорится в заявлении.

Министерство иностранных дел Китая не ответило на запрос издания.

Западные источники издания заявили, что ожидают, что на церемонии будет признано участие Китая в финансировании и строительстве расширения военно-морской базы Реам, но не планы ее использования Народно-освободительной армией Китая. Планы расширения были завершены в 2020 году и, что важно, предусматривали, чтобы китайские военные имели «исключительное использование северной части базы, в то время как их присутствие оставалось бы скрытым», — сказал второй чиновник.

По словам источника The Washington Post, оба правительства приложили все усилия, чтобы замаскировать присутствие китайских военных в Реаме. Например, иностранным делегациям, посещающим базу, разрешен доступ только в заранее утвержденные места. По словам источника, во время этих визитов китайские военнослужащие на базе носят униформу, аналогичную униформе их камбоджийских коллег, или вообще не носят униформу, чтобы избежать подозрений со стороны сторонних наблюдателей. По словам источника агентства, когда заместитель госсекретаря США Венди Шерман посетила базу во время поездки в регион в прошлом году, ее передвижения были «очень сильно ограничены».

Находясь в Камбодже, Шерман обратилась за разъяснениями по поводу сноса Камбоджей в 2020 году двух финансируемых США объектов на военно-морской базе Реам. Согласно отчету Пентагона о китайских военных разработках в прошлом году, снос произошел после того, как Камбоджа отклонила предложение США заплатить за ремонт одного из них. Этот шаг, говорится в отчете, «предполагает, что Камбоджа, возможно, вместо этого приняла помощь от [Китайской Народной Республики] для развития базы».

«То, что мы видели, со временем представляет собой очень четкую и последовательную схему попыток запутать и скрыть как конечную цель, так и масштабы военного участия Китая», — сказал второй чиновник. «Ключевым моментом здесь является исключительное использование объекта [НОАК] и наличие в одностороннем порядке военной базы в другой стране».

По словам источников, в прошлом году здание «Совместной вьетнамской дружбы», построенное вьетнамцами, было перемещено с военно-морской базы Реам, чтобы предотвратить конфликты с китайскими военнослужащими. У Китая и Вьетнама уже давно напряженные отношения: Ханой и Пекин уже полвека сталкиваются из-за конкурирующих территориальных претензий в Южно-Китайском море.

По словам второго источника, секретность вокруг базы, по-видимому, обусловлена в первую очередь чувствительностью Камбоджи и ее опасениями по поводу внутренней реакции. Идея создания иностранной военной базы вызывает сильную внутреннюю оппозицию, сказал источник, отметив конституционный запрет на присутствие иностранных военных в стране. Будучи председателем региональной Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), состоящей из 10 членов, Камбоджа в этом году стремится избежать впечатления, что она, как сказал источник агентства, является «пешкой» Пекина.

Камбоджа ходит по тонкой грани между уступчивостью и дистанцированием от Пекина. По словам источника газеты, это был «горячий сторонник» специального саммита США-АСЕАН в Вашингтоне в прошлом месяце. В марте она присоединилась к 140 другим странам в голосовании на Генеральной Ассамблее ООН, чтобы осудить вторжение России в Украину. Пекин воздержался при голосовании и публично подтвердил «безграничное» партнерство с Москвой, которое включает противодействие дальнейшему расширению НАТО. В то же время китайское влияние в Камбодже в последние годы быстро росло, при этом Китай предоставлял существенную помощь и инвестиции, и эта тенденция также вызвала некоторую озабоченность в Пномпене по поводу чрезмерной зависимости от Пекина, пишет WP.

В отчете Пентагона говорится, что помимо своей базы в Джибути, открытой в 2017 году, Пекин преследует военные объекты для поддержки «военно-морских, воздушных, наземных, кибернетических и космических сил». Он «вероятно рассмотрел ряд стран», в котором перечислены более дюжины, включая Камбоджу, Таиланд, Сингапур, Индонезию, Пакистан, Шри-Ланку, Танзанию и Объединенные Арабские Эмираты. В докладе говорится, что глобальная сеть может «как мешать военным операциям США, так и поддерживать наступательные операции против Соединенных Штатов».

В отчете также говорится, что китайские военные ученые утверждают, что такие базы могут обеспечить развертывание вооруженных сил на театре военных действий и разведывательный мониторинг американских вооруженных сил.

Китайский чиновник сообщил The Post, что технология наземной станции для навигационной спутниковой системы BeiDou была расположена в китайской части военно-морской базы Реам. BeiDou является собственной китайской альтернативой Глобальной системе позиционирования, управляемой космическими силами США, и используется в военных целях, включая наведение ракет. Чиновник не имел прямого представления о том, как использовалась эта система.

Согласно мартовскому отчету разведывательного управления Пентагона, китайские военные используют услуги высокоточного позиционирования и навигации BeiDou для облегчения передвижения войск и доставки высокоточных боеприпасов.

Глобальное базирование Китая направлено «не только на проецирование силы, но и на глобальное отслеживание и космические активы», — сказал третий западный источник газеты. Камбоджийский проект Ream — «одно из их самых амбициозных проектов на сегодняшний день».

Китайский флот уже является крупнейшим в мире по количеству кораблей. По данным Исследовательской службы Конгресса, ВМС США имеют 297 боевых кораблей — авианосцев, эсминцев, подводных лодок и т. д., в то время как у Китая их 355, а к 2030 году, согласно прошлогоднему отчету Пентагона, их будет 460.

Но, как сказал директор по исследованиям Китайского института морских исследований в Военно-морском колледже Эндрю Эриксон, «какими бы впечатляющими ни были эти цифры, без значительной сети надежных зарубежных объектов способность использовать их быстро падает по мере удаления от Китая».

По словам исполнительного директора Центра новой американской безопасности Ричарда Фонтейна, Китай и близко не соответствует сети военных баз, которые Соединенные Штаты имеют по всему миру, что является серьезным военным и стратегическим преимуществом США. Но, по его словам, база в Камбодже «дает им возможность проецировать силы, которых в противном случае у них не было бы в этом регионе. Это присуще китайскому стремлению иметь более доминирующее военное присутствие на азиатском крае и в Южно-Китайском море, что позволяет Пекину подвергать риску — и иметь политическое влияние — страны, находящиеся довольно далеко от китайского побережья».

Эриксон сказал, что Джибути была первым логическим шагом для военного аванпоста, поскольку она находится в регионе, далеком от Китая, в котором Пекин хочет иметь присутствие, в данном случае для защиты своих растущих ближневосточных энергетических интересов. Также он отметил, что США, Франция и Япония уже давно имеют там военные базы. «Тогда возникает вопрос, как начать заполнять доску?»

Камбоджа «не вызывает затруднений» в том смысле, что Хун Сен, премьер-министр с 1985 года, «чрезвычайно сговорчив», сказал Эриксон, отметив, что у камбоджийского лидера давние стратегические партнерские отношения с Пекином.

«Но проблема в том, что Камбоджа — маленькая страна, находящаяся в трудной ситуации», — сказал он. «Они пытаются добиться двух направлений: максимальное стратегическое сотрудничество с Китаем при минимальном региональном противодействии. Это противоречие будет выявлено при бесспорном развитии этого объекта».

Сообщается, что Китай также стремился создать объект в ОАЭ. В прошлом году американские спецслужбы узнали, что Пекин тайно строит военную базу в порту недалеко от столицы Эмиратов Абу-Даби, сообщает Wall Street Journal. По сообщению журнала, после встреч и визитов официальных лиц США строительство было остановлено. Текущий статус проекта неясен.

Секретное строительство Китаем камбоджийской базы «напоминает сценарий», который он использовал для восстановления и милитаризации островов Спратли в спорном Южно-Китайском море, начиная с 2015 года, сказал бывший советник Индо-Тихоокеанского командования США Эрик Сэйерс, который в настоящее время не является резидентом. «Все началось тихо, — сказал он, — когда Пекин заявил, что строит искусственные острова на коралловых рифах и атоллах в мирных целях, и пообещал, что эти объекты не будут милитаризованы. Затем, когда было уже слишком поздно, мы увидели постоянную и необратимую милитаризацию».

Сэйерс сказал, что ожидает увидеть эту тенденцию и на Соломоновых островах, южно-тихоокеанской стране, которая недавно подписала соглашение о безопасности с Китаем. В апреле, после того как проект соглашения просочился в социальные сети, Пекин подтвердил пакт, который ни одно из правительств не опубликовало. Согласно просочившейся копии, Китаю будет разрешено направить вооруженную полицию и военный персонал на Соломоновы острова для поддержания порядка. Правительство там отрицает, что это приведет к созданию Китаем военной базы.

Но западные чиновники настроены скептически. «Есть доказательства того, что Китай разрабатывает планы и отправил технические группы на Соломоновы острова для изучения возможностей базирования объектов, которые противоречат некоторым заверениям, которые правительство дало союзным странам», — сказал третий западный источник издания.

Соглашение Соломоновых островов является частью более широких усилий Китая — не всегда успешных — по укреплению влияния в регионе. На прошлой неделе высокопоставленный китайский дипломат Ван И завершил 10-дневную поездку по южной части Тихого океана, но не смог заключить желаемый пакт 11 стран по безопасности и развитию. Вместо повторения дипломатического переворота на Соломоновых островах предложение Китая было отложено на встрече на Фиджи после того, как некоторые страны задались вопросом, не вызовет ли сделка усиление конфронтации между Китаем и соперниками в регионе, пишет WP.

Но было бы ошибкой воспринимать отпор Вана как знак того, что влияние Пекина ослабевает, сказал третий источник. «В том, во что вовлечены китайцы, есть неумолимое качество, и они просто будут продолжать наступать. Так что любой, кто думает, что это сигнал о том, что их затупили или заблокировали, это не так».

Источник — centralasia.media

Россия, США, Китай и глобальная полярность

© AP Photo / Mark Schiefelbein

Мы стоим на пороге нового мироустройства, если России и Китаю удастся создать полицентрическую систему. Однако борьба двух лагерей бесполезна для народов мира: они должны следовать своему пути для освобождения и развития, пишет автор Al Quds.Напряженность на российско-украинских границах приковала внимание всего мира, пока не достигла своего кульминации с началом спецоперации, и эксперты пытаются понять природу конфликта, его последствия и итоги, а также оценить перспективы начала очередной мировой войны, за которую люди будут расплачиваться своей жизнью. Мы наблюдаем рост глобальной нестабильности, в результате подъема одних стран и ослабления других, что отражается на остальном мире, пытающемся устранить последствия глобальных беспорядков и конфликтов. Чтобы раскрыть эту идею, необходимо обозначить некоторые понятия, объясняющие нынешние события и их развитие.

Глобальная полярность

На протяжении истории человечество множество раз становилось свидетелем подъема имперских держав, контролирующих обширные географические пространства, а также сотрудничества и конфликтов между ними. Однако ни в одном учебнике истории не найдётся упоминания об империи, какой бы влиятельной она ни была, господствующей в качестве единственного полюса. Понятие полярности возникло в эпоху холодной войны после окончания Второй мировой войны, как обозначение социалистического (Советский Союз) и либерального (Соединенные Штаты Америки) лагерей, и выходит за рамки традиционного понимания империи, выражая глубину и разнообразие противоречий между двумя господствующими силами.Если термин «полярность» используется для обозначения двух или более доминирующих сил, диаметрально противоположных другу другу по идеологическому, экономическому и культурному признакам, то период после «холодной войны» следует описывать как однополярность, ведь победу одержал либеральный полюс. Полюс не означает внутренней гомогенности господствующего центра силы, так как история человечества всегда была свидетелем борьбы за гегемонию между ведущими державами. Этап, последовавший за холодной войной, был господством одного полюса и одного центра, представленного Америкой. Разумеется, не обошлось без попыток оспорить американскую гегемонию. Некоторые считали Евросоюз восходящей силой, способной конкурировать с Соединенными Штатами, но этого не произошло ввиду многих факторов, важную роль среди которых сыграла неспособность Европы принять единую военно-политическую и даже экономическую стратегию. Затем ряд экспертов сделал ставку на глобальную роль одной из экономически развивающихся стран, таких как Индия, Бразилия, Россия, а также Китай, ставший главной стратегической угрозой для гегемонии Вашингтона, согласно большинству американских и других экспертов.Усиление России и Китая свидетельствует о появлении нового полюса, противостоящего Америке. Перед нами демократический полюс в лице США и Евросоюза и авторитарный полюс, представленный Россией и Китаем. Как следствие, мы наблюдаем борьбу демократической и авторитарной осей на мировом уровне, и одним из самых ярких примеров является конфликт вокруг Украины, способный перерасти в новую мировую войну. Угрозу такого сценария нельзя игнорировать. Так же нельзя отрицать, что речь идёт скорее о конфликте экономических интересов: мы наблюдаем конкурентную борьбу между силами одинакового идеологического, культурного, политического и экономического характера, о чем свидетельствует следующее.1. Конфликт между либеральным и социалистическим лагерями не перерос в третью мировую войну, несмотря на многочисленные противоречия между ними. Вместо этого мы часто были свидетелями региональных конфликтов между периферийными странами обоих лагерей, в то время как сверхдержавы старались избегать прямого столкновения друг с другом.2. Многие политологи и экономисты связывают распад Советского Союза с характером его «неграбительской» гегемонии, в отличие от американского имперского господства. Последнее было нацелено на разграбление подконтрольных стран и изменение их национальной экономики, чтобы она служила американскому капиталу. Советский Союз, напротив, тратил все ресурсы на развитие и защиту лояльных ему сил.3. Опыт Первой и Второй мировых войн указывает на наличие схожих элементов: стороны конфликта не представляли диаметрально противоположные полюса. Это была конкурентная борьба двух колониальных центров силы, конкурирующих за возможность контролировать народы и присваивать чужие богатства, как и сегодня.4. Очевидно, китайско-американский и европейско-российский конфликты — это борьба за господство и контроль с целью подчинения государств для обслуживания интересов и экономики доминирующей стороны. Другими словами, накалившийся сегодня конфликт протекает между двумя колониальными державами, близкими друг другу по своей сущности и несколько отличающимися по форме.5. Пусть характер режимов в Америке и Европейском союзе отличается от режимов в России и Китае, их внешняя политика авторитарна и предполагает насильственное навязывание своих взглядов внутри и вне международных организаций во время всех кризисов. Они также схожи с точки зрения поддержки тиранических и преступных сил по всему миру, особенно в развивающихся странах. Если американцы поддерживают власти в Египте, Колумбии, Эфиопии и сионистское образование, то Россия и Китай оказывают поддержку властям Сирии, Ливии, Венесуэлы и Кубы. Ни одна из двух осей не привержена истинной демократической культуре, основанной на диалоге и уважении к позиции другого и его потребностям.6. В последние годы мы наблюдали признаки структурных противоречий демократической системы в Америке и Европейском союзе, препятствующих реализации главного принципа демократии — власти народа. Вместо этого власть сосредоточена в руках корпораций и крупных экономических институтов. Имеются также процессуальные бреши, противоречащие демократической концепции, которые проявляются в дискриминации граждан по этническому, конфессиональному, культурному и половому признаку.Российский режим начал военную операцию на Украине, защищая безопасность и жизненно важные интересы государства от украинской, европейской и американской угроз, подобно действиям США в 1962 году, когда они пытались помешать Советскому Союзу развернуть ракеты на Кубе. Точно так же американцы оправдывали свои интервенции в Латинской Америке и защиту сионистского образования. Подобным же образом Франция оправдывала свое военное вмешательство в Африке. Однако все ли страны мира имеют право на защиту своих жизненно важных, стратегических интересов?

На самом деле тезис о защите безопасности и стратегических интересов — ярчайший пример тирании и агрессии великих держав, включая Соединённые Штаты, Россию, Китай и Европу, а использовать данный предлог становится возможным ввиду централизации глобальной мощи и слабости остального мира. Другими словами, Украина (как и Куба и другие страны Латинской Америки перед лицом США) не имеет права защищать свое стратегическое пространство от русского медведя и его военного потенциала, включая ядерное оружие. Украина, согласно этой ненавистной нам логике, считается слабым государством, которое должно оставаться в подчинении у России или Европы, подстраиваться под них, а они, в свою очередь, не будут считаться с ее интересами ни в области безопасности, ни экономики, ни политики.

Глобальная борьба за власть

Нынешний конфликт на Украине — это «борьба между пальцами одной руки». Борьба за границы и статус. Конфликт может достичь уровня соперничества за статус центра мировой системы, поскольку Китай стремится сменить теряющие авторитет Соединенные Штаты благодаря расширению собственного политического влияния и увеличению экономической мощи.Что касается России, то она платит за свои действия высокую цену в результате расширения санкций, и ситуация ухудшится, если Европа сможет полностью отказаться от российских нефтепродуктов после прекращения работ по проекту «Северный поток — 2». Разумеется, экономические последствия затронули не только Москву, но и страны Евросоюза, но похоже, последние смогут заменить российский газ африканскими и азиатскими источниками, или за счет развития альтернативной энергетики.Последствия международного конфликта для народов и стран мираМы быстро стали свидетелями экономических последствий конфликта между восточным и западным лагерями — от роста цен на товары и их дефицита до кризиса цепочек поставок. Также можно заметить некоторые политические и другие последствия, отражающие стремление двух конкурирующих сил привлечь на свою сторону периферийные страны, а это означает политические возможности для последних. Мы словно находимся на стадии международного торга, а большинство стран умеют торговаться с США, Китаем и Россией. Это можно заметить на примере маневров Ирана и государств Персидского залива.Есть также далеко идущие последствия, которые мы могли не заметить год назад, представленные в снижении интереса двух лагерей и их способности вмешиваться во внутренние дела стран Это предоставит народам и режимам, стремящимся к политической и экономической независимости, благоприятную возможность встать на самостоятельный, прогрессивный национальный путь, зависящий исключительно от поддержки своего общества, изменить геополитический баланс и добиться радикальных изменений. Для этого им необходимо определить свои цели и программы и организовать борьбу.Наконец, мы стоим на пороге нового мироустройства, если России и Китаю удастся создать полицентрическую систему. Тем не менее конфликт двух враждующих лагерей угрожает общечеловеческим, демократическим ценностям на глобальном уровне, что проявляется в усилении расистского дискурса и упадке индивидуальных и коллективных свобод. Борьба двух лагерей бесполезна для народов мира: они должны следовать своему пути для освобождения и развития.

Россия, США, Китай и глобальная полярность | 09.05.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Украинская головоломка для Китая

© AP Photo / Andy Wong

Китайский политолог в Foreign Affairs пишет о «срединном пути» Китая в отношении украинского конфликта. Разделяя понимание его причин с Россией, Китай, тем не менее «балансирует на проволоке» в отношениях с США. Но, как утверждает автор, это все равно не спасет Пекин от глубокой вражды с США и опасности военного конфликта с Америкой на Тайване.Почему Украина требует от Китая сбалансированного подхода.Спецоперация России на Украине поставила Китай стратегически в затруднительное положение. С одной стороны, конфликт принес миллиардные убытки китайской внешней торговле, усилил напряженность в Восточной Азии и углубил политическую поляризацию внутри Китая, разделив людей на про- и антироссийские лагеря. С другой стороны, Китай обвиняет США в провоцировании России американской поддержкой расширения НАТО и опасается, что Вашингтон будет стремиться затянуть конфликт на Украине, чтобы сорвать продвижение России. Пекин не видит для себя никакой выгоды в присоединении к международному хору, осуждающему Москву.Независимо от того, что Китай говорит или делает в ответ на решение президента России Владимира Путина начать спецоперацию Украине, Вашингтон вряд ли смягчит свою стратегию «глубокого сдерживания» в отношении Пекина. Одновременно Китай не хочет настраивать против себя и самого крупного и боеспособного в военном отношении своего соседа – великую державу Россию. Поэтому китайские лидеры до сих пор пытались избежать ненужного провоцирования обеих сторон, воздерживаясь при голосовании резолюций с осуждением России в Генеральной Ассамблее ООН и тщательно отбирая официальные заявления о спецоперации.Эта стратегия балансирования не обходится без издержек. Отказ осудить Россию в ООН обострил отношения Китая с некоторыми из его соседей и отдалил Пекин от многих развивающихся стран, которые выступили против спецоперации России на Украине. Китай также понес экономические издержки, связанные с войной России, которая может продолжаться еще долгое время. Тем не менее, чтобы свести к минимуму свои стратегические потери, Китай, скорее всего, будет придерживаться этого «срединного пути», пока не закончится конфликт на Украине. Единственное, что может изменить позицию Пекина и подтолкнуть его на сторону России, — это если Соединенные Штаты окажут военную поддержку провозглашению Тайванем независимости «де-юре». В противном же случае Пекин, скорее всего, продолжит балансировать между двумя сторонами, поскольку политика жесткого сдерживания Вашингтона в отношении Китая исключает для Пекина любую возможность встать на сторону США в украинском конфликте.

Китай на распутье

С самого начала конфликта западные державы обвиняли Китай в пассивной или даже активной поддержке военных действий России в Украине. В марте, например, The New York Times сообщила о неподтвержденных заявлениях о том, что Россия поделилась своими военными планами с Китаем еще до начала конфликта. Но, как отметил Цинь Ган, посол Китая в США, в статье в The Washington Post от 15 марта, Китаю было что терять из-за действий России: «На Украине находилось более 6000 китайских граждан. Китай является крупнейшим торговым партнером и России, и Украины, а также крупнейшим импортером сырой нефти и природного газа в мире. Конфликт между Россией и Украиной не идет на пользу Китаю. Если бы Китай знал о надвигающемся кризисе, мы бы сделали все возможное, чтобы предотвратить его».На самом деле Цинь Ган даже преуменьшил то негативное влияние, которое украинский конфликт оказал на Китай. Он взбудоражил товарные рынки и нарушил завязанные на КНР цепочки поставок, что привело к убыткам китайских фирм на миллиарды долларов. Китайский никелевый гигант Tsingshan Holding Group, например, потерял 8 миллиардов долларов на срыве контрактов после того, как война привела к резкому скачку цен на никель. Сбои, связанные с войной, также привели к крупномасштабной отмене экспортных заказов у китайских компаний и снижению производства в китайской промышленности в целом. По данным Национального бюро статистики, менеджерский индекс по закупкам в обрабатывающей промышленности Китая, который отслеживает экономическую активность в производственном секторе, в марте снизился на 0,7%, что намного хуже, чем прогнозировали рыночные аналитики, и является первым месячным снижением с августа 2021 года.

Спецоперация также усилила напряженность между Китаем и некоторыми его соседями. Поскольку на ее фоне противостояние между Вашингтоном и Пекином усилилось, многие страны Восточной Азии приняли стратегию хеджирования (перестраховки) рисков, чтобы выдержать баланс между обеими державами. Но конфликт на Украине заставил некоторые из этих стран сильнее склоняться в сторону Соединенных Штатов. Кроме того, конфликт создал для Вашингтона предлог утвердить еще 95 миллионов долларов военной помощи Тайваню — третий пакет американской военной помощи, который Тайбэй получил с тех пор, как президент США Джо Байден вступил в должность. И пострадали не только отношения Китая с его соседями: в марте две трети государств-членов ООН проголосовали в двух резолюциях на Генеральной Ассамблее за осуждение России, и только пять проголосовали против, а 35 воздержались. Присутствие Китая в последней группе запомнится многим малым и средним, и в особенности — развивающимся странам.Что еще хуже, конфликт сильно обострил отношения между Китаем, Соединенными Штатами и их союзниками. Австралия, Канада, Япония и Великобритания заявили, что присоединятся к Соединенным Штатам и введут вторичные санкции против китайских компаний, которые продолжают вести дела с Россией в обычном режиме.Наконец, война на Украине усилила политическую поляризацию внутри самого Китая. В WeChat и других социальных сетях китайцы объединились в противоборствующие лагеря — один за Россию, другой против. Вскоре после начала конфликта некоторые антироссийски настроенные китайские пользователи Интернета взялись перепевать «несправедливость» пограничного Айгуньского договора 1858 года, по которому Китай уступил России примерно 600 000 квадратных километров китайской территории. Политическая острота этого исторического события в прошлом заставляла Пекин просто уклоняться от поддержки любых действий России в области территориальной экспансии. Однако в нынешней ситуации Пекин уже должен серьезно учитывать антироссийские настроения среди части китайцев.

Масло в огонь

Однако, несмотря на определенное негативное влияние российской спецоперации на Китай, Пекин не готов принять подход Вашингтона к конфликту. С самого его начала китайское правительство утверждало, что Соединенные Штаты спровоцировали Россию, расширяя НАТО на восток. Теперь Пекин считает, что Вашингтон преднамеренно осуществляет эскалацию военных действий, чтобы превратить конфликт в постоянный, тем самым ослабляя и Россию, и Китай. В разговоре он-лайн 5 марта министр иностранных дел Китая Ван И сказал госсекретарю США Энтони Блинкену, что Китай выступает против любых шагов, которые «подливают масла в огонь» на Украине. С тех пор китайские лидеры и журналисты неоднократно повторяли эту фразу, подчеркивая недоверие Пекина к намерениям Вашингтона. Например, 30 марта официальный орган «Жэньминь жибао» опубликовала редакционную статью, в которой утверждалось, что, «подливая масла в огонь», Соединенные Штаты «создают большие препятствия для политического разрешения этого кризиса».Не сумев удержать Россию от спецоперации на Украине угрозами жестких экономических санкций, США сместили свою цель с окончания конфликта на его бессрочное затягивание. В своем выступлении в Польше 26 марта Байден сказал: «Эта битва не будет выиграна ни за дни, ни за месяцы. Нам нужно укрепить наш дух и подготовиться к предстоящей долгой борьбе». Для Пекина это прозвучало как признание того, что Белый дом больше не стремится положить конец военным действиям, а скорее продлить их, чтобы ослабить и нанести поражение России. Когда на следующей неделе российские и украинские переговорщики, похоже, добились прогресса в разработке предварительного мирного плана, высокопоставленные официальные лица США выразили скептицизм по поводу желания России сократить свое военное наступление на города Киев и Чернигов. О предполагаемом прогрессе Байден сказал: «Я ничего пока не вижу в этом, пока не пойму, каковы действия России». На следующий день он сообщил президенту Украины Владимиру Зеленскому, что Соединенные Штаты планируют предоставить Украине дополнительные 500 миллионов долларов в виде прямой помощи из бюджета. По мнению Пекина, Вашингтон специально наращивает военную помощь Украине, чтобы лишить Россию дипломатического пути решения вопроса о выводе войск. Комментарий министра обороны США Ллойда Остина на прошлой неделе о том, что «мы хотим, чтобы Россия была ослаблена до такой степени, что она не смогла бы делать то, что она сделала во время начала спецоперации на Украине», лишь укрепила убежденность Китая в том, что приоритетом Соединенных Штатов является ослабление России, а не стремление к скорейшему окончанию конфликта.

Китай также не считает, что поиск общих позиций с Вашингтоном по поводу спецоперации на Украине может существенно улучшить китайско-американские отношения в целом. Даже если бы Пекин присоединился к международному осуждению России, США не смягчили бы свою политику сдерживания Китая. С самого начала украинского конфликта некоторые страны Восточной Азии публично задавались вопросом, сохранит ли Вашингтон свое внимание к Индо-Тихоокеанскому региону, пока Европа находится в кризисе. В ответ администрация Байдена поспешила их успокоить. 28 марта заместитель министра обороны Кэтлин Хикс заявила журналистам: «Даже когда мы боремся со злонамеренными действиями России, наша оборонная стратегия предписывает, что наше вооруженные силы будут действовать безотлагательно, чтобы усиливать сдерживание КНР как нашего наиболее важного стратегического конкурента и главную угрозу нам». На следующий день Байден сказал премьер-министру Сингапура Ли Сянь Луну, что, хотя Соединенные Штаты и сосредоточены сейчас на Украине, они «решительно поддерживают быстрое продвижение в реализации Индо-Тихоокеанской стратегии».Китайские лидеры не видят оснований полагать, что Вашингтон каким-то образом сместит эти приоритеты, даже если Пекин дистанцируется от Москвы. По их мнению, публичное осуждение России и поддержка тех, кто вводит против нее санкции, только откроет Соединенным Штатам возможность ввести вторичные санкции против самого Китая. Соединенные Штаты уже пригрозили наказать китайские компании, которые ведут бизнес с Россией. 3 февраля официальный представитель Госдепартамента США Нед Прайс заявил журналистам: «У нас есть целый набор инструментов, которые мы можем задействовать, если увидим, что иностранные компании, в том числе в Китае, попытаются помешать действиям США по экспортному контролю, помочь уклониться от них или обойти их».После того, как российские войска пересекли границу с Украиной, США резко усилили дипломатическое давление на Китай. В середине марта, перед тем, как советник по национальной безопасности США Джейк Салливан встретился с Ян Цзечи, руководителем Центральной комиссии по иностранным делам КНР, американец заявил средствам массовой информации: «Мы напрямую, в частном порядке сообщаем Пекину, что крупномасштабные усилия по уклонению от санкций или поддержки России в их обходе встретят наше абсолютное неприятие».

Срединный путь

Это не первый раз, когда Пекин оказывается в ловушке между главными мировыми соперничающими державами. Между 1958 и 1971 годами Китайская Народная Республика столкнулась с самой враждебной международной обстановкой за всю свою короткую историю. В этот период КНР приходилось одновременно противостоять стратегическим угрозам со стороны США и Советского Союза. В ответ китайское правительство направило все свои экономические ресурсы на подготовку к полномасштабной войне против одной из двух держав. Чтобы лучше защитить свою промышленную базу от нападения, Китай перенес многие фабрики из более развитых районов восточного Китая в слаборазвитые и гористые западные районы и скрыл их в искусственных пещерах. Эта крупномасштабная промышленная реорганизация ввергла Китай в серьезные экономические трудности, вызвав острую нехватку товаров потребления и повсеместную бедность.Память об этой ужасной истории повлияла на реакцию Китая на конфликт на Украине и укрепила его стремление не допустить повторного «зажатия» между Вашингтоном и Москвой. Официальные китайские заявления были тщательно выверены так, чтобы не провоцировать Россию. Например, в мартовском интервью Цинь Ган ясно дал понять, что Пекин стремится к отношениям сотрудничества с Москвой, но не поддерживает ее спецоперацию на Украине. «Запретной зоны для сотрудничества между Китаем и Россией нет, но есть и базовая черта, а именно постулаты и принципы, закрепленные в Уставе ООН», — сказал он. На брифинге для прессы 1 апреля Ван Лутонг, директор европейского департамента Министерства иностранных дел Китая, попытался придерживаться той же тонкой линии: «Мы не делаем ничего преднамеренно, чтобы обойти санкции против России, введенные США и европейцами, — сказал он и добавил — Китай не является стороной кризиса на Украине».Выбрав «срединный путь» в отношении Украины, Китай воздержался от оказания военной помощи Москве, но, как и другие страны, сохранил нормальные деловые отношения с Россией. Например, Индия — стратегический партнер США — заняла аналогичную позицию, проводя четкое различие между военными и экономическими делами. Даже некоторые страны НАТО продолжают покупать российский газ для отопления домов зимой. Как представляется, если конфликт на Украине затянется, все больше стран могут начать подражать политике балансирования Китая, чтобы минимизировать собственные экономические потери, вызванные этим кризисом.Будучи второй экономической державой в мире, Китай намерен играть важную роль в формировании глобальных экономических норм. Но у него нет амбиций играть ведущую роль в вопросах глобальной безопасности, особенно в вопросах войны, из-за огромного военного неравенства между самим Китаем и Соединенными Штатами. Важнейшей внешнеполитической задачей Китая остается формирование мирной обстановки на международной арене, благоприятной для экономического развития КНР. Пока Соединенные Штаты не предложат военную поддержку провозглашению Тайванем независимости «де-юре», Китай вряд ли отклонится от этого пути мирного развития.Автор: Янь Сюэтун — китайский учёный-международник, сторонник реализма в теории международных отношений, декан факультета международных отношений Университета Цинхуа, почетный профессор. Входит в ТОП-100 влиятельных исследователей мира по версии американского журнала «Международная политика». Член дискуссионного клуба «Валдай».

Китай балансирует по Украине, но США все равно не откажутся от глубокой вражды с ним | 08.05.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Частные НПЗ Китая тайно скупают российскую нефть, — Financial Times

Foto:Bing.com

Частные нефтеперерабатывающие заводы Китая «тайно» покупают российскую нефть, чтобы не попасть под санкции США, передает РИА Новости со ссылкой на Financial Times.
Согласно сообщению, сотрудник независимого нефтеперерабатывающего завода в Шаньдуне заявил, что с начала спецоперации в Украине он не раскрывал публично данные о сделках с российскими поставщиками нефти, чтобы не привлекать внимание и не попасть под санкции США. Как сообщает газета, сотрудник НПЗ также заявил, что завод получил квоту на закупку российской нефти от государственных трейдеров, которые в основном отказываются подписывать новые контракты на поставку нефти из РФ.

«Покупки частных китайских нефтеперерабатывающих заводов показывают, как некоторые импортеры обходят традиционные пути доступа к дешевой российской нефти, помогая Пекину оставаться в тени, пока Запад обрушивает на Москву санкции», — пишет газета.
ЕС уже принял пять пакетов санкций против физлиц, организаций, финансового сектора и энергетики России. Глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель сообщил, что шестой пакет европейских санкций против РФ будет включать отключение от SWIFT новых банков, новые санкции «за дезинформацию» и ограничения по импорту нефти.

Источник — ru.sputnik.kz

Китайский бизнес – дело тонкое

shutterstock.com

ВАЛЕНТИН КАТАСОНОВ

Китайский бизнес – дело тонкое

Наверное, я не открою Америки своим предположением, что России в нынешней экономической войне с коллективным Западом не следует переоценивать роль Китая как союзника. Китай старательно придерживается правила равноудаленности от США и России. В нынешнем конфликте вокруг Украины Пекин занял позицию нейтралитета. Когда в ООН проходили голосования по резолюциям, направленным против Москвы, Пекин лишь воздерживался от поддержки таких резолюций, но не пользовался имеющимся у него правом вето. С одной стороны, вроде бы Пекин является военным союзником Москвы, выступая совместно с ней против военного блока НАТО. А с другой стороны, он постоянно говорит, что поддерживает целостность Украины и добивается любого мира на ее территории. Некоторые называют это «восточной мудростью».

Не берусь судить, насколько далеко может зайти китайская мудрость в сфере, затрагивающей политические и военные вопросы отношений Пекина и Москвы. А вот в экономической сфере двойственность очевидна и бросается в глаза. И все потому, что Пекин находится в сильной экономической зависимости от Вашингтона, хотя по величине ВВП Китай уже обошел США. По данным МВФ, по итогам 2021 года ВВП США составил 23,0 трлн. долл. А рассчитанный по паритету покупательной способности валют ВВП Китая оказался равным 27,2 трлн. долл. И тем не менее первая экономика мира (Китай) находится в сильной зависимости от второй экономики (США). По итогам 2020 года экспорт Китая в США составил 438 млрд. долл., это примерно 16,5 % всего китайского экспорта. США – главный зарубежный рынок сбыта китайских товаров. Импорт Китая из США составил лишь 122 млрд. долл. В результате профицит баланса китайско-американской торговли достиг 316 млрд. долл.

В апреле обнародованы данные о торговле Китая с Россией и США по итогам 2021 года. Товарооборот российско-китайской торговли составил 146,9 млрд. долл., а американо-китайской – 755,6 млрд. долл. Торговый оборот Китая с США более чем в пять раз превысил торговый оборот Китая с Россией. При этом торговля Китая с Америкой, как я отметил, сильно профицитная, а с Россией – дефицитная (китайский экспорт в Россию существенно меньше российского экспорта в Китай). Географические приоритеты Поднебесной, если их мерить долларом, очевидны.

За счет устойчивого гигантского профицита торговли с Америкой Китай многие годы наращивает свои валютные резервы. По состоянию на конец марта официальные валютные резервы Китая составили астрономическую сумму 3,19 трлн. долл. Основная валюта в составе китайских резервов – американский доллар. В рейтинге стран по величине валютных резервов Китай впереди планеты всей.

Итак, в пылу своей торговой экспансии Китай незаметно попал в зависимость от США. Любые слишком резкие действия против Вашингтона грозят Пекину утратой гигантского американского рынка сбыта китайской продукции и возможной утратой как минимум половины своих резервов, состоящих из долларов США (в случае их заморозки или конфискации Вашингтоном).

В силу этой зависимости китайский крупный бизнес, завязанный на Америку, очень опасается вторичных санкций, которые могут быть применены к нему Соединенными Штатами (в случае поддержания тесных торгово-экономических и финансовых отношений с российским бизнесом). Китайские власти могут позволять себе выражать поддержку России и даже демонстрировать свой антиамериканизм, а китайские крупные корпорации и банки вынуждены осторожничать.

Сверхосторожность китайский бизнес стал демонстрировать еще до санкционной войны 2022 года. Так, в 2018 году были зафиксированы многочисленные случаи того, что китайские банки прекращали работу с российскими физическими и юридическими лицами, ссылаясь на режим американских санкций. Народный банк Китая уже несколько лет рассылает китайским кредитным организациям информацию о действующих в мире (в том числе против России) санкций с рекомендациями «учитывать» их в своей работе.

Самой первой реакцией крупных китайских банков на антироссийские санкции текущего года стало прекращение операций с оказавшимися под санкциями российскими банками в долларах, евро и других западных валютах. Только в национальных валютах, т. е. рублях и юанях. В конце февраля два крупнейших китайских банка – Bank of China и ICBC – перестали выдавать аккредитивы китайским компаниями на покупку российской нефти, чтобы не попасть под вторичные санкции. Поставки нефти продолжились, но для импортеров это обернулось дополнительными издержками.

Как сообщают СМИ, государственные корпорации PetroChina, Sinopec, Sinochem и SBOOC получили рекомендации властей КНР воздерживаться с начала апреля от участия в торгах по новым партиям черного золота из России. Крупный китайский бизнес заявил, что заключенные ранее контракты на поставку нефти из России сохранят свою силу, но новых контрактов он заключать не будет. Средний бизнес в торгах на поставки нефти и природного газа из России участвует, но требует серьезных ценовых скидок с учетом рисков вторичных санкций. Крупный бизнес отказывается от контрактов, какими значительными ни были бы ценовые скидки.

Знаменитая китайская Huawei – одна из крупнейших мировых компаний в сфере телекоммуникаций – достаточно прочно закрепилась на российском рынке. В марте она заявила, что будет выполнять свои обязательства по ранее заключенным контрактам, но новых заключать не будет.

Особо следует сказать о китайской China Union Pay (CUP). Это международная платежная система, учрежденная в 2002 году по инициативе Госсовета и Народного банка Китая, и одноименная компания. Ее акционерами являются более 200 финансовых учреждений. По объему проводимых платежей в 2015 году CUP опередила Visa и Mastercard и стала крупнейшей платежной системой в мире. После того как российские банковские карты были заблокированы в странах, относящихся к группе «недружественных», российские банки стали активно выстраивать свои отношения с CUP. Были достигнуты соглашения о том, что российские кредитные организации будут выпускать карты UnionPay, которые вроде бы имеют иммунитет от блокировок во всех странах (там, где есть терминалы UnionPay, а это 180 стран). Однако 20 апреля прошла новость, что CUP из-за опасения вторичных санкций заморозила выпуск карт для российских крупных банков, оказавшихся под санкциями коллективного Запада. Конкретно речь идет о «Сбербанке», «Альфа-банке», ВТБ, «Открытии», «Промсвязьбанке», «Совкомбанке» и «Новикомбанке».

Есть надежды, что прекращение поставок высокотехнологичных товаров из стран Запада будет компенсировано закупками аналогичных товаров в Китае. По этому поводу руководитель регионального представительства Торгово-промышленной палаты РФ в Восточной Азии (Пекин) Иван Изотов сделал следующее заявление: «Рассуждать о том, что сейчас Европа отвернулась от РФ и вдруг резко в Россию хлынет поток, к примеру, потребительской техники из Китая, по меньшей мере наивно. Надо исходить из того, что практически 80% товаров европейских брендов собирается по лицензии в Китае, и для того, чтобы Китай эту бытовую электронику поставлял, у него должно быть разрешение правообладателя».

2 апреля директор департамента Европы МИД КНР Ван Лутонг даже специально сообщил миру, что Китай сохраняет нормальные торговые связи с Россией, но (внимание!) «не обходит намеренно санкции, введенные странами Запада».

«Восток – дело тонкое», – говорил герой известного советского фильма «Белое солнце пустыни». Об этой восточной тонкости нам следует не забывать и не рассчитывать, что Китай станет «палочкой-выручалочкой», с помощью которой мы решим все свои проблемы, порожденные санкционной войной.

Источник — fondsk.ru

Северные территории «незаконно оккупированы Россией», говорится в дипломатическом документе

https://regnum.ru/

МИД Японии в «Синей книге дипломатии» впервые с 2003 года обозначил Южные Курилы как «незаконно оккупированные» Россией территории, сообщает Yomiuri. В министерстве также заявили о «неподходящей обстановке» для того, чтобы обсуждать перспективы переговоров об этих островах.Спецоперация на Украине – «важный поворотный момент в истории»На заседании кабинета министров утром 22 апреля министр иностранных дел Японии Ёсимаса Хаяси отчитался о «Синей книге по дипломатии» за 2022 год. Он осудил российскую спецоперацию на Украине, назвав ее произволом и «важным поворотным моментом в истории, который угрожает мировому порядку, сложившемуся после холодной войны».Что касается «северных территорий», то в «Синей книге» прописано: «Они принадлежат Японии, но в настоящее время незаконно оккупированы Россией».Хаяси назвал спецоперацию на Украине «вопросом, который касается безопасности Японии» и отметил, что «выбор и действия международного сообщества и Японии в отношении России определят будущее международного порядка». Он подчеркнул: «Санкциями мы покажем, что за ряд действий придется заплатить высокую цену».Комментируя переговоры о заключении мирного договора с Россией, а также «северных территориях», министр заявил: «Сейчас неподходящая обстановка для того, чтобы говорить о перспективах переговоров».

«Северные территории» были названы «исконно японскими» впервые с 2011 года, «незаконно оккупированными» – впервые с 2003 года.В редакции «Синей книги» от 2021 года Южные Курилы назывались «островами, суверенитет на которые принадлежит Японии».Что касается Китая, то Хаяси выразил «серьезную обеспокоенность по поводу безопасности» с учетом непрозрачной военной экспансии и попыток в одностороннем порядке изменить статус-кво в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях.При этом он заявил, что Китай является одним из самых важных партнеров Японии, и отметил необходимость построения конструктивных и стабильных японо-китайских отношений.Южную Корею Хаяси назвал «важным соседом». При этом он отметил, что, если активы японских компаний в Южной Корее будут национализированы в связи с исками по поводу эксплуатации корейских рабочих, это создаст «серьезный прецедент», и призвал японскую сторону как можно скорее выработать приемлемое решение.

Япония пригрозила России за «оккупацию» Курил | 22.04.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман решил «ускорить» свое присоединение к российско-китайской оси и вступить в войну против доллара?

Государственный визит президента РФ В. Путина в Саудовскую Аравию - ИноСМИ, 1920, 19.04.2022

© РИА Новости Алексей Никольский

Наследный принц Саудовской Аравии Ибн Салман решил отвернуться от Америки, которая была стратегическим союзником его страны на протяжении 80 лет, пишет Rai Al Youm. Эр-Рияд хочет присоединиться к новому российско-китайскому альянсу, что сигнализирует о радикальных переменах не только в регионе Персидского залива, но и на всем Ближнем Востоке.

خالد الجيوسي /Халид аль-Джауси

Наследный принц и фактический правитель Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман Аль Сауд провел телефонные переговоры с председателем КНР Си Цзиньпином и президентом России Владимиром Путиным. Ибн Салман, возможно, решил отвернуться от Америки, которая была стратегическим союзником Саудовской Аравии на протяжении 80 лет, и присоединиться к новому российско-китайскому альянсу, что сигнализирует о радикальных переменах не только в регионе Персидского залива, но и на всем Ближнем Востоке. Более того, заявления дипломатического советника главы Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) Анвара Гаргаша лишь подтверждают эти предположения.В ходе состоявшегося телефонного разговора наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман и председатель КНР Си Цзиньпин обсудили аспекты двустороннего сотрудничества, а также договорились приложить больше усилий для укрепления партнерства и стратегических отношений между двумя дружественными странами. Об этом сообщило Саудовское агентство новостей SPA.Китайское информационное агентство «Синьхуа» не раскрыло дополнительных деталей этого телефонного разговора, за исключением того, что председатель КНР подчеркнул важность китайско-саудовских отношений в свете сложной и быстро меняющейся международной ситуации.Как сообщает SPA, председатель КНР Си Цзиньпин высоко оценил ключевую роль Саудовской Аравии в регионе и ее усилия по установлению мира и стабильности в Йемене.Любопытно, что инициатором телефонного разговора глав Китая и Саудовской Аравии стал Мухаммед ибн Салман, несмотря на его отсутствие на торжественной церемонии открытия зимних Олимпийских игр в Пекине. Отношения Эр-Рияда с Вашингтоном ухудшились при администрации Байдена, который заявил, что не намерен сотрудничать с наследным принцем Саудовской Аравии. Ибн Салман, в свою очередь, отказался нарастить добычу нефти для снижения цен на энергоноситель, несмотря на просьбу президента США Джо Байдена. Соединенные Штаты столкнулись с беспрецедентным ростом цен на бензин из-за российско-украинского кризиса и введения санкций против российских углеводородов.Ибн Салман, кажется, специально инициировал телефонный разговор с председателем КНР Си Цзиньпином, чтобы обозначить серьезность своих намерений. Саудовская Аравия сделала политический разворот в сторону Китая, когда США (администрация Байдена) отказались от нее, стали обвинять в нарушениях прав человека и убийстве журналиста Джамаля Хашогги. Но вопрос в том, что обсуждали Ибн Салман и Си Цзиньпин. Были ли достигнуты конкретные договоренности, способные усилить политическое и военное присутствие Китая в Саудовской Аравии, несмотря на союз Эр-Рияда с Вашингтоном? Пообещал ли Ибн Салман отказаться от доллара и использовать китайский юань для расчетов по нефтяным сделкам? Ибн Салман пригласил председателя КНР Си Цзиньпина посетить Саудовскую Аравию и пообещал ему «сердечный прием», но ответит ли китайский лидер на его приглашение? Является ли телефонный разговор двух лидеров очередным «политическим плевком» в лицо Байдена или он и правда не выходит за рамки обтекаемых фраз, о которых сообщают информационные агентства Китая и Саудовской Аравии?

Наследный принц и фактический правитель Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман также провел телефонные переговоры с президентом России Владимиром Путиным, в ходе которых российский лидер положительно оценил позицию Саудовской Аравии и ее отказ увеличить добычу нефти для снижения цен на энергоноситель, несмотря на просьбу президента США Джо Байдена. По данным РИА «Новости», Путин дал положительную оценку совместной работе в формате «ОПЕК+», направленной на обеспечение стабильности мирового рынка нефти. Складывается впечатление, что саудовско-российские отношения выглядят более надежными, чем саудовско-китайские отношения. Рост цен на бензин в Америке на руку Ибн Салману, поскольку служит падению популярности Байдена. Саудовская Аравия надеется на возвращение своего близкого союзника и защитника Дональда Трампа на предстоящих президентских выборах. Беспрецедентный рост цен на нефть, сохраняющаяся потребность Соединенных Штатов и Европы в российской нефти, несмотря на введение жестких санкций в отношении Москвы, попытки найти альтернативы российским углеводородам – все это объясняет необходимость проведения телефонного разговора между лидерами Саудовской Аравии и России. Следует отметить, что он является вторым контактом между Путиным и Ибн Салманом с начала российской военной операции на Украине, вызвавшей резкий рост цен на нефть, которые пробили планку в 100 долларов за баррель.Пока неизвестно, станут ли телефонные переговоры, проведенные Ибн Салманом с главами России и Китая, началом создания альянсов с нетрадиционными союзниками. Вместе с тем следует обратить внимание на то, что эти контакты происходят во время беспрецедентного ухудшения отношений Эр-Рияда и Вашингтона. Лидеры стран Персидского залива, в том числе наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман, начали понимать, что американское влияние в мире снижается, а России и Китая, наоборот, возрастает. Дипломатический советник главы ОАЭ Анвар Гаргаш сделал несколько примечательных заявлений, подтверждающих эти предположения. Он считает, что гегемония Запада доживает свои последние дни, и что изменения естественны, так как постоянство и стабильность есть отклонение от нормы жизни.По его словам, экономическая мощь и развитие технологий в Азии (Китай, Япония, Южная Корея и Индонезия) изменят баланс сил, который долгое время был сильно смещен в сторону Запада. Иными словами, экономика становится менее западной, а 70-летнему господству доллара вскоре придет конец. Многие страны сегодня все еще зависят от доллара. Так было с незапамятных времен, но перемены – это неотъемлемая часть нашей жизни.

Ключевой союзник США променял их на Россию и Китай | 19.04.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Фрэнсис Фукуяма: в основании страны должна лежать сильная нация

Гуру либерализма Фрэнсис Фукуяма на примере Украины утверждает, что миру теперь нужен силовой национал-либерализм. Либерализм, оказывается, не может жить без государственного подавления. Отсюда рукой подать и до оправдания практики нацизма на Украине.

Либерализму нужен национализм

Либерализм в опасности. Основой либеральных обществ являются терпимость к различиям, уважение прав личности и верховенство закона. И все это находится сейчас под угрозой, поскольку мир переживает то, что можно назвать демократической рецессией или даже депрессией. По данным Freedom House, политические права и гражданские свободы во всем мире сокращаются каждый год в течение последних 16 лет. Упадок либерализма проявляется в растущей силе автократий, таких как Китай и Россия, эрозии либеральных — или номинально либеральных — институтов в таких странах, как Венгрия и Турция, и отступлении либеральных демократий в таких странах, как Индия и Соединенные Штаты.В каждом из этих случаев росту антилиберализма способствовал национализм. Нелиберальные лидеры, их партии и их союзники использовали националистическую риторику в стремлении к более жесткому контролю над своими обществами. Они осуждают своих оппонентов как «элиты, оторванные от жизни», как изнеженных космополитов и глобалистов. Они утверждают, что являются настоящими представителями своих стран и их истинными хранителями. Иногда нелиберальные политики изображают своих либеральных коллег просто карикатурно, как ничего не умеющих людей «не от мира сего». Часто они называют своих либеральных соперников не просто политическими противниками, а чем-то более зловещим: врагами народа.Сама природа либерализма делает его восприимчивым к таким атакам. Главный фундаментальный принцип, закрепленный в либерализме, — это принцип терпимости: государство не предписывает верования, понятия идентичности человека или любые другие догмы. С момента своего тогда еще слабого появления в семнадцатом веке в качестве организующего принципа политики либерализм намеренно снижал свои политические цели с достижения «хорошей жизни», к чему всегда призывали религии, моральные доктрины или культурные традиции, на сохранение самой жизни в условиях, когда население не может договориться о том, что такое эта самая «хорошая жизнь». Эта агностическая природа либерализма создает некий духовный вакуум, поскольку люди идут своими путями и испытывают лишь слабое чувство общности. Либеральные политические порядки действительно требуют общих ценностей, таких как терпимость, стремление к компромиссу и здравому смыслу, но они не способствуют сильным эмоциональным связям, характерным для тесно сплоченных религиозных и этно-националистических сообществ. И на самом деле, либеральные общества часто поощряли бесцельную погоню человека за материальным самоудовлетворением.Самой сильной стороной либерализма остается его существовавший веками прагматизм и его способность создавать разнообразие в плюралистических обществах. Тем не менее, тому разнообразию, с которым могут справиться либеральные общества, тоже существуют пределы. Если достаточное множество людей сами отвергают либеральные ценности и стремятся ограничить основные права других, или если граждане прибегают к насилию, чтобы добиться своего, то либерализм сам по себе не может поддерживать политический порядок. И если общества отходят от либеральных принципов и пытаются основывать свою национальную идентичность на категориях расы, этнической принадлежности, религии или каком-либо другом понимании «хорошей жизни», они провоцируют возвращение к потенциально кровавому конфликту. Мир, полный таких стран, неизменно будет более разделенным, более беспокойным и более жестоким.

Вот почему для либералов тем более важно не отказываться от идеи нации. Им следует признать, что на самом деле ничто не делает универсальность либерализма несовместимой с миром наций-государств. Национальная идентичность податлива, и ее можно формировать так, чтобы она отражала либеральные устремления и одновременно прививала широкой публике чувство общности и цели.В качестве доказательства непреходящей важности национальной идентичности достаточно взглянуть на проблемы, с которыми столкнулась Россия, начав свою военную спецоперацию на Украине. Президент России Владимир Путин заявил, что Украина не имеет своей собственной национальной идентичности, отличной от России, и что страна рухнет сразу же, как только начнется операция. Вместо этого Украина упорно сопротивляется России именно потому, что ее граждане привержены идее независимой, либерально-демократической Украины. Они дали понять, что ее граждане готовы умереть за либеральные идеалы, но только тогда, когда эти идеалы укоренены в стране, которую они могут назвать своей собственной.

ДУХОВНЫЙ ВАКУУМ ЛИБЕРАЛИЗМА

Либеральные общества испытывают большие трудности с тем, чтобы представить своим гражданам позитивное видение национальной идентичности. Теория, лежащая в основе либерализма, сталкивается со сложностями в проведении четких границ вокруг сообществ и объяснении того, чем люди могут располагать внутри и вне этих границ. Это происходит потому, что либеральная теория построена на концепции универсализма. Как утверждается во Всеобщей декларации прав человека: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». И далее: «Каждый человек имеет право на все права и свободы, изложенные в настоящей Декларации, без каких бы то ни было различий, таких как раса, цвет кожи, пол, язык, религия, политические или иные убеждения, национальное или социальное происхождение, собственность, место рождения или чего-либо иного». Либералы теоретически озабочены нарушениями прав человека, где бы в мире они ни происходили. Многие либералы не любят окрашенных национальной обособленностью пристрастий националистов и воображают себя «гражданами мира».Заявление об универсализме иногда трудно согласовать с разделением мира на национальные государства. Например, нет четкой либеральной теории о том, как проводить национальные границы, что представляет собой огромный недостаток либеральной теории, который привел к внутрилиберальным конфликтам на основе сепаратизма в таких регионах, как Каталония, Квебек и Шотландия, и разногласиям по поводу миграционной политики и отношения к беженцам. Популисты, такие как бывший президент США Дональд Трамп, очень эффективно воспользовались этим противоречием между универсалистскими устремлениями либерализма и более узкими притязаниями национализма.Националисты жалуются на то, что либерализм разрушил узы национального единения и заменил их глобальным космополитизмом, который заботится о людях в далеких странах так же, как и о своих согражданах. Националисты 19 века основывали национальную идентичность на биологии и считали, что национальные сообщества основаны на общем биологическом происхождение. Это продолжает оставаться важной темой и для некоторых современных националистов, таких как премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, который определил венгерскую национальную идентичность как основанную на мадьярской этнической принадлежности.Другие националисты, такие как израильский ученый Йорам Хазони, стремятся пересмотреть этно-национализм 20 века, утверждая, что нации представляют собой объединенные цивилизационные единицы, которые позволяют их членам разделять между собой прочные традиции еды, праздников, языка и тому подобного. Американский консервативный мыслитель Патрик Денин утверждал, что либерализм представляет собой форму «антикультуры», которая растворила все формы долиберальной культуры, используя власть государства для внедрения во все аспекты частной жизни народа и контроля над ними.Примечательно, что Денин и другие консерваторы порвали с экономическими неолибералами и открыто обвиняли рыночный капитализм в подрыве ценностей семьи, человеческого сообщества и традиций. В результате категории 20 века, которые определяли политических левых и правых с точки зрения экономической идеологии, не вполне соответствуют современной реальности, поскольку правые группы готовы одобрять использование государственной власти для регулирования как общественной жизни, так и экономики.Существует значительное совпадение в точках зрения между националистами и религиозными консерваторами. Среди главных традиций, которые хотят сохранить современные националисты, присутствуют религиозные. Например, партия «Право и справедливость» в Польше была тесно связана с Польской католической церковью и глубоко восприняла выступления последней против поддерживаемых либеральной Европой абортов и однополых браков. Точно так же религиозные консерваторы часто считают себя патриотами. Это относится, скажем, к американским евангелистам, которые составили ядро ​​движения Трампа «Сделаем Америку снова великой».Следует признать, что главная идея критики либерализма консерваторами о том, что либеральные общества не обеспечивают прочного общего морального ядра, вокруг которого может быть построено человеческое сообщество, достаточно верна. Но это особенность либерализма, а не его недостаток. Вопрос для консерваторов заключается в том, существует ли реальный способ повернуть время вспять и восстановить более жесткий моральный порядок. Некоторые американские консерваторы надеются вернуться в воображаемое время, когда практически все в Соединенных Штатах были христианами. Но современные общества гораздо более разнообразны в религиозном отношении, чем во времена религиозных войн в Европе в шестнадцатом веке. Идея восстановления общей моральной традиции, определяемой религиозными верованиями, бесперспективна. Лидеры, которые надеются добиться такого рода восстановления, такие как Нарендра Моди, индийский националист-премьер-министр, призывают к угнетению и межобщинному насилию. Моди слишком хорошо это знает: он был главным министром западного штата Гуджарат, когда в 2002 году его потрясли межобщинные беспорядки, в результате которых погибли тысячи человек, в основном мусульмане. С 2014 года, когда Моди стал премьер-министром, он и его союзники стремились привязать индийскую национальную идентичность к опорным столбам индуизма и языка хинди, что кардинально отличается от светского плюрализма основателей индийского либерализма.

НИКУДА БЕЗ ГОСУДАРСТВА

Нелиберальные силы во всем мире будут продолжать использовать призывы к национализму в качестве мощного электорального оружия. У либералов может возникнуть соблазн отвергнуть эту риторику как ура-патриотическую и грубую. Но нацию своим противникам они все равно уступать не должны.Либерализм с его универсалистскими претензиями может испытывать неловкость в соседстве с кажущимся ограниченным национализмом, но их можно примирить. Цели либерализма полностью совместимы с миром, разделенным на национальные государства. Все общества должны применять силу как для сохранения внутреннего порядка, так и для защиты от внешних врагов. Либеральное общество тоже делает это, создавая сильное государство, но затем ограничивая власть этого государства верховенством закона. Власть государства основана на общественном договоре между независимыми людьми, которые соглашаются отказаться от части своих прав поступать свободно, в обмен на защиту государства. Если мы имеем дело с либеральной демократией, то эта власть узаконена как всеобщим принятием закона, так и всенародными выборами.Либеральные права бессмысленны, если они не могут быть обеспечены государством, которое, согласно известному определению немецкого социолога Макса Вебера, является законной монополией силы на определенной территории. Территориальная юрисдикция государства обычно соответствует территории, занимаемой группой лиц, подписавших общественный договор. Люди, живущие за пределами этой юрисдикции, тоже могут рассчитывать на уважение своих прав, но государство не всегда обязано обеспечивать им их соблюдение.Таким образом, государства с четко определенной территориальной юрисдикцией остаются важными политическими игроками, поскольку они единственные могут осуществлять законное применение силы. В современном глобализованном мире власть осуществляется самыми разными институтами, от многонациональных корпораций до некоммерческих групп, от террористических организаций до наднациональных органов, таких как Европейский Союз и Организация Объединенных Наций. И никогда не была более очевидна необходимость международного сотрудничества в решении таких проблем, как глобальное потепление и борьба с пандемиями инфекционных заболеваний. Но остается фактом то, что одна конкретная форма власти, а именно способность обеспечивать соблюдение правил с помощью угрозы или фактического применения силы, остается под контролем государств-наций. Ни Европейский союз, ни Международная ассоциация воздушного транспорта не используют собственную полицию или армию для обеспечения соблюдения установленных ими правил. Такие организации по-прежнему зависят от силовых возможностей стран, которые наделили их соответствующими полномочиями. Безусловно, сегодня существует большой свод норм международного права, который во многих областях заменяет право национального уровня. Подумайте, например, о acquis communautaire (Acquis communautaire — правовая концепция в системе правовых норм ЕС – Прим. ИноСМИ) Европейского Союза, который служит своего рода общим правом для регулирования торговли и разрешения споров. Но в конечном счете, международное право по-прежнему опирается на правоприменение на национальном уровне. Когда государства-члены ЕС расходятся во мнениях по важным вопросам политики, как это было во время кризиса евро 2010 года и миграционного кризиса 2015 года, проблемы решаются не европейским законодательством, а относительной властью государств-членов. Иными словами, высшая власть по-прежнему остается прерогативой национальных государств, а это означает, что контроль над властью на этом уровне остается критически важным.Таким образом, искать противоречие между либеральным универсализмом и потребностью в национальных государствах не следует. Хотя нормативная ценность прав человека может быть универсальной, правоприменительная сила таковой не является. Это дефицитный ресурс, который обязательно применяется на четко ограниченной территории. И либеральное государство имеет полное право предоставлять разные уровни прав гражданам и негражданам, потому что у него нет ресурсов или полномочий для универсальной защиты прав всех людей. Все люди на территории государства пользуются равной защитой закона, но только его граждане являются полноправными участниками общественного договора, обладающими особыми правами и обязанностями, в частности правом голоса.

Тот факт, что государства остаются средоточием силы принуждения, должен вызывать осторожность в отношении предложений о создании новых наднациональных органов и делегировании им такой власти. Либеральные общества накопили несколько сотен лет опыта, изучая, как ограничивать власть на национальном уровне с помощью верховенства закона и законодательных институтов и как уравновешивать власть так, чтобы ее использование отражало общие интересы. Но эти же общества понятия не имеют, как создавать такие институты на глобальном уровне, где, например, глобальный суд или законодательная власть могли бы ограничивать произвольные решения глобального чиновничества. Европейский союз является продуктом самых серьезных до сих пор усилий, направленных на то, чтобы сделать это на региональном уровне. И то в результате получилась довольно неуклюжая система, характеризующаяся чрезмерной слабостью в одних областях (фискальная политика, иностранные дела) и чрезмерной властью в других (экономическое регулирование). Но у Европы по крайней мере есть некая общая история и культурная идентичность, которых нет на глобальном уровне. Международные институты, такие как Международный суд и Международный уголовный суд, продолжают полагаться на государства в обеспечении исполнения их судебных решений.Немецкий философ Иммануил Кант рисовал в своем воображении «вечный мир», при котором на Земле, заполненной либеральными государствами, международные отношения будут регулироваться посредством закона, а не с помощью силы. К сожалению, спецоперация России на Украине продемонстрировала, что мир еще не достиг этого постисторического момента и что грубая военная сила остается главным гарантом мира для либеральных стран. Поэтому маловероятно, что национальное государство исчезнет как важнейший игрок в глобальной политике.«ХОРОШАЯ ЖИЗНЬ»Консервативная критика либерализма содержит в своей основе разумный скептицизм в отношении того акцента, который делает либерализм на вопросах индивидуальной свободы. Либеральные общества предполагают равенство человеческого достоинства, то самого достоинства, которое основывается на способности человека делать выбор. По этой причине либералы привержены защите этой свободы как основного права человека. Но хотя свобода индивидуума и является фундаментальной либеральной ценностью, это не единственное человеческое благо, которое автоматически превосходит все другие представления о «хорошей жизни».Сфера того, что считается свободой, со временем неуклонно расширялась от свободы выбора в подчинении тем или иным правилам в рамках существующих моральных рамок, до создания этих правил для себя. Но уважение к человеческой свободе предназначалось для того, чтобы управлять и смягчать конкуренцию глубоко укоренившихся убеждений, а не для того, чтобы просто вытеснять эти убеждения во всей их полноте. Не каждый человек думает, что максимизация его личной свободы является самой важной целью жизни или что разрушение любой существующей формы власти обязательно является хорошей идеей. Многие люди с удовольствием ограничивают свою свободу выбора, принимая религиозные и моральные рамки, связывающие их с другими людьми, или живя в рамках унаследованных цивилизационных традиций. Первая поправка к Конституции США предназначалась для защиты свободы вероисповедания, а не для защиты граждан от религии.Успешные либеральные общества имеют свою собственную культуру и свое собственное понимание «хорошей жизни», даже если это видение может быть более тонким, чем то, что предлагают общества, связанные одной доктриной. Они не могут быть нейтральными по отношению к ценностям, которые необходимы для поддержания их существования в качестве либеральных обществ. Им необходимо уделять первоочередное внимание духу коллективизма, терпимости и активному участию в общественных делах, если они хотят быть сплоченными. Им нужно ценить инновации, предпринимательство и готовность идти на риск, если они хотят добиться экономического процветания. Общество обращенных внутрь себя личностей, заинтересованных только в максимизации своего личного потребления, вообще не будет обществом.Государства важны не только потому, что они являются средоточием легитимной власти и инструментами контроля над насилием. Они также являются единственным источником общности людей. С одной стороны, либеральный универсализм бросает вызов природе человеческого общений. Ведь самые сильные узы привязанности человек испытывает к самым близким ему людям, таким как друзья и семья, а по мере расширения этого круга знакомых чувство долга по отношению к ним неизбежно ослабевает. Но на протяжении веков, наряду с тем, как человеческие общества становились больше и сложнее, границы солидарности резко расширились от семей, деревень и племен до целых стран. Однако до сих пор мало кто любит человечество в целом. Для большинства людей во всем мире страна остается крупнейшей единицей солидарности, к которой они испытывают инстинктивную лояльность. И эта лояльность становится важнейшей опорой легитимности государства и, следовательно, его способности управлять. В некоторых обществах слабая национальная идентичность может иметь катастрофические последствия, как это видно в ряде развивающихся стран, таких как Мьянма и Нигерия, и в некоторых несостоявшихся государствах, таких как Афганистан, Ливия и Сирия.

КОНКРЕТИКА ЛИБЕРАЛЬНОГО НАЦИОНАЛИЗМА

Этот аргумент может показаться похожим на аргументы Хазони, консервативного израильского ученого, который в своей книге 2018 года «Добродетель национализма» выступает за глобальный порядок, основанный на суверенитете национальных государств. Он делает важное замечание, предостерегая от склонности либеральных стран, таких как Соединенные Штаты, заходить слишком далеко в стремлении переделать остальной мир по своему образу и подобию. Но он ошибается, полагая, что существующие страны являются четко разграниченными цивилизационными единицами, и что мирный глобальный порядок можно построить, приняв их такими, какие они есть. Сегодняшние страны — это социальные конструкции, являющиеся побочным продуктом исторической борьбы, которая часто включала завоевания, насилие, насильственную ассимиляцию и преднамеренное манипулирование цивилизационными символами. Существуют лучшие и худшие формы национальной идентичности, и общества могут выбирать между ними.Если национальная идентичность основана на фиксированных характеристиках, таких как раса, этническая принадлежность или религиозное наследие, то она становится потенциально не-инклюзивной категорией, нарушающей либеральный принцип равного достоинства. Хотя между потребностью в национальной идентичности и либеральным универсализмом нет обязательного противоречия, тем не менее между двумя этими принципами существует мощная потенциальная точка напряжения. Основанная на фиксированных характеристиках национальная идентичность может превратиться в агрессивный и эксклюзивный национализм, как это произошло в Европе в первой половине двадцатого века.По этой причине либеральные общества не должны официально признавать группы, основанные на фиксированной идентичности, такой как раса, этническая принадлежность или религиозное наследие. Конечно, бывают, бывают и такие случаи, когда это становится неизбежным, и либеральные принципы не действуют. Во многих частях мира этнические или религиозные группы из поколения в поколение занимали одну и ту же территорию и имеют свои собственные прочные культурные и языковые традиции. На Балканах, Ближнем Востоке, в Южной Азии и Юго-Восточной Азии этническая или религиозная идентичность де-факто является существенной характеристикой большинства людей, и ассимилировать их в более широкую национальную цивилизацию практически нереально. В принципе можно организовать некую форму либеральной политики вокруг нескольких цивилизационных единиц. Индия, например, признает несколько национальных языков и в прошлом разрешала своим штатам устанавливать собственную политику в отношении систем образования и права. В таких странах, как правило, необходимо наличие федерализма и сопутствующая передача полномочий субнациональным единицам. Власть может быть формально распределена между различными группами, определяемыми их культурной идентичностью, в структуре, которую политологи называют «консоциональная демократией (политическая система, ориентированная на интересы национальных меньшинств, применимая в государстве, разделённом на сегменты по этническим, религиозным, региональным и другим признакам. Один из примеров – Северная Ирландия – Прим. ИноСМИ). Хотя это сработало достаточно хорошо в Нидерландах, эта практика оказалась катастрофической в ​​таких местах, как Босния, Ирак и Ливан, где группы идентичности оказались запертыми в безысходной борьбе без победителя. В обществах, в которых цивилизационные группы еще не превратились в самоценные единицы, лучше обращаться с гражданами как с индивидуумами, а не как с членами групп идентичности.Наряду с этим, есть и другие аспекты национальной идентичности, которые могут быть приняты добровольно и, следовательно, более широко распространены, такие как литературные традиции, исторические нарративы, язык, еда и спорт. Каталония, Квебек и Шотландия — все это регионы с отличными историческими и культурными традициями, и все они имеют много сторонников национализма, стремящихся к полному отделению от страны, с которой они связаны. Но нет никаких сомнений в том, что эти регионы продолжали бы оставаться либеральными обществами, уважающими права личности, даже если бы они отделились, как это произошло в Чехии и Словакии после того, как они стали отдельными странами в 1993 году.

Национальная идентичность представляет собой очевидную опасность, но также и определенные возможности. Это социальная конструкция, и ее можно формировать так, чтобы поддерживать либеральные ценности, а не подрывать их. Исторически сложилось так, что многие страны сформировались из разнообразного населения, испытывающего сильное чувство общности, основанное на политических принципах или идеалах, а не на детерминированных групповых категориях. Австралия, Канада, Франция, Индия и Соединенные Штаты — все это страны, которые в последние десятилетия стремились конструировать национальную идентичность на основе политических принципов, а не расы, этнической принадлежности или религии. Соединенные Штаты прошли долгий и болезненный процесс переосмысления того, что значит быть американцем, постепенно устраняя барьеры на пути к гражданству на основе класса, расы и пола, хотя этот процесс все еще не завершен и претерпел множество неудач. Во Франции выстраивание национальной идентичности началось с Декларации прав человека и гражданина Французской революции, которая установила идеал гражданства, основанный на общем языке и культуре. В середине двадцатого века Австралия и Канада были странами с преобладающим белым населением и ограничительными законами в отношении иммиграции и гражданства, такими как пресловутая политика «белой Австралии», которая не допускала иммигрантов из Азии. Однако обе эти страны реконструировали свою национальную идентичность на нерасовой основе после 1960-х годов и открылись для массовой иммиграции. Сегодня в обеих странах больше населения, родившегося за границей, причем здесь отмечается гораздо меньший уровень расовой поляризации, чем в США и возрождения белого расизма.Тем не менее, нельзя недооценивать трудность формирования общей идентичности в резко разделенных демократиях. Большинство современных либеральных обществ были построены на основе исторических наций, чье понимание национальной идентичности было выковано нелиберальными методами. Франция, Германия, Япония и Южная Корея были нациями до того, как стали либеральными демократиями. Соединенные Штаты, как многие отмечали, стали государством еще до того, как стали нацией.Процесс формирования американской нации в либеральных политических традициях был длительным, трудным и периодически насильственным. Даже сегодня этот процесс оспаривается как левыми, так и правыми с резко противоречащими друг другу нарративами о происхождении страны.У либерализма будут серьезные проблемы, если люди будут видеть в нем не более чем механизм мирного управления разнообразием без широкого понимания национальной цели. Люди, пережившие насилие, войну и диктатуру, обычно стремятся жить в либеральном обществе, как жили европейцы в период после 1945 года. Но по мере того, как люди привыкают к мирной жизни при либеральном режиме, и воспринимают порядок как должное, они начинают тосковать по той политике, которая направит их к более высоким целям. В 1914 году в Европе почти целое столетие не было разрушительных конфликтов, но массы людей оказались счастливы отправиться на войну, несмотря на огромный материальный прогресс, достигнутый за это время.Возможно, сегодня мир достиг подобной же точки в истории человечества: в нем не было масштабных межгосударственных войн в течение трех четвертей века, и тем временем наблюдался массовый рост глобального процветания, который привел к столь же масштабным социальным переменам. Европейский союз был создан как противоядие от национализма, приведшего к мировым войнам, и в этом отношении своей успешностью превзошел все ожидания. Но ситуация на Украине сулит новые беспорядки и насилие впереди. Если Путину удастся сокрушить украинскую независимость и демократию, мир вернется в эпоху агрессивного и нетерпимого национализма, напоминающую начало двадцатого века. Соединенные Штаты тоже совсем не застрахованы от такого развития истории, поскольку такие популисты, как Трамп, стремятся повторить путинские авторитарные методы.

Фрэнсис Фукуяма договорился: теперь миру нужен сильный национал-либерализм. И учиться ему нужно у Украины. | 17.04.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)

Аналитики считают, что Россия, вероятно, увеличит резервы в юанях на фоне западных санкций

Визит президента РФ Владимира Путина в Китайскую Народную Республику - ИноСМИ, 1920, 14.04.2022

© РИА Новости Алексей Дружинин


США нанесли основной удар по финансовой системе России, пишет Global Times. Но даже западным санкциям не удалось остановить продолжающееся сближение России и Китая, в рамках которого Москва использует юань для укрепления валютных резервов.Ма Цзинцзин (Ma Jingjing)Россия, вероятно, продолжит пополнять свои валютные резервы китайским юанем, попутно снижая зависимость от американского доллара в среднесрочной и долгосрочной перспективах. В результате украинского кризиса и последовавших за ним международных санкций Россия обратила свой взгляд на Восток, заявили во вторник аналитики.Их мнение связано с данными, опубликованными в понедельник Банком России. Согласно им, доля юаня в валютных резервах России, в сравнении с показателями от первого января, подскочила с 12,8% до 17,1%. Доля же доллара, как сообщает китайский портал jiemian.com, по сравнению с прошлогодними показателями, уменьшилась почти двукратно: с 21,1%, до 10,9%.Согласно отчету, в период, предшествующий началу специальной военной операции, доля евро в российских золотовалютных резервах слегка поднялась – с 29,2% до 33,9%, в то время как доля золота, наоборот, опустилась до 21,5%.

Во вторник Сюй Вэньхун (Xu Wenhong), научный сотрудник Института России, Восточной Европы и Центральной Азии при Китайской академии общественных наук, прокомментировал происходящее для газеты The Global Times. По его словам, действия российского Центробанка отражают недоверие к американскому доллару, который Штаты используют не в качестве надежной международной платежной валюты, а как финансовое оружие.После начала специальной военной операции, страны Запада под предводительством США ввели санкции в отношении более чем 5515 российских физических и юридических лиц. Основной целью давления стал российский финансовый сектор, несколько ключевых банков которого были отключены от системы SWIFT. Помимо этого, были заморожены золотовалютные резервы России на сумму, превышающую 300 миллиардов долларов, а российским финансовым институтам был запрещен доступ к проведению долларовый транзакций.Учитывая новые санкции, «Россия без сомнений продолжит наращивать долю юаня в среднесрочной и долгосрочной перспективах, так как на фоне жестких финансовых ограничений со стороны Запада, Москва предпочитает вести двустороннюю торговлю в местных валютах», – заявил Дун Дэньсинь (Dong Dengxin), директор Института финансов и фондового рынка при уханьском Университете наук и технологии.В связи с возрастающей интернационализацией юаня многие страны Запада также используют его в качестве резервной валюты, сказал Дун, отметив, что юань является желанной альтернативой доллару.Общий объем юаня в международных резервах в четвертом квартале 2021 года вырос до 336,1 миллиарда долларов, преодолев отметку в 2,79%, что поставило его на пятое место среди всех мировых валют.

Хуаньцю шибао (Китай): мировая экономика может впасть во вторую рецессию09.04.202200По словам Сюй Вэньхуна, Россия активизировала свои усилия по дедолларизации после 2014 года, а уже к лету 2018 избавилась от большей части американских долговых бумаг.»Беспрецедентные всесторонние санкции, наложенные Западом на Россию, заставляют ее сдвигать свою экономику на восток, в азиатско-тихоокеанский регион», – добавил Сюй и отметил, что увеличение доли юаня в российских резервах отражает значительный потенциал для развития российско-китайской двусторонней торговли и уверенность Москвы в экономическом процветании Китая.Объем двусторонней торговли между Россией и Китаем в 2021 году увеличился на 35,9% и, впервые преодолев отметку в 140 миллиардов долларов, а в общей сложности составил 146,8 миллиарда. Китай двенадцатый год подряд остается главным торговым партнером России.Несмотря на введенные в феврале западные санкции, первые партии российского угля и нефти, оплачиваемые в китайской валюте, будут доставлены независимым китайским нефтеперерабатывающим предприятиям в мае. Это стало возможным, потому что российские продавцы дают китайским покупателям возможность расплачиваться с ними в юанях, о чем в четверг сообщил Bloomberg, ссылаясь на источники, знакомые с деталями сделки.МИД Китая неоднократно высказывался относительно антироссийских санкций и заявлял, что Китай продолжит нормальное торговое сотрудничество с Россией.

Доллар больше не нужен. Москва ставит на юань | 14.04.2022, ИноСМИ (inosmi.ru)