Ситуация на Ближнем Востоке угрожает рынку

АА

Политика США привела к эскалации напряженности в регионе Персидского залива

Ebru Şengül,Barış Sağlam,Hicran İsmayılova 

Ужесточение Вашингтоном санкций против Ирана, информация о переброске 120-тысячной группировки американских войск в район Персидского залива, атаки на танкеры и нефтепроводы на Ближнем Востоке усилили опасения по поводу сокращения поставок нефти на мировой рынок.

Ормузский пролив является одним из основных маршрутов поставок нефти и газа на мировой рынок, поэтому эскалация напряженности в районе Аравийского полуострова грозит мировым энергетическим кризисом.

Эксперты сходятся во мнении, что мировой рынок не сможет найти быстрой альтернативы поставкам энергоносителей с Ближнего Востока.

Одной из основных причин эскалации напряженности в регионе является решение президента США Дональда Трампа об одностороннем выходе из ядерного соглашения с Ираном и возобновление режима санкций в отношении Тегерана.

Найти замену нефти того же качества, что и иранская, непросто, а санкции в отношении Венесуэлы в краткосрочной перспективе и вовсе грозят серьезным дефицитом сырья в мире.

Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты выражают готовность занять нишу Ирана на глобальном рынке нефти. Но до следующего заседания ОПЕК, которое запланировано на 25-26 июня, Эр-Рияд и Абу-Даби вряд ли пойдут на активные шаги по этому вопросу.

Тем не менее, эксперты полагают, что эти страны не откажут президенту США в требовании увеличить поставки нефти на мировой рынок ввиду обеспокоенности ростом цен на сырье.

Иранский экспорт нефти снижается с мая 2018 года на фоне санкций США, и, по мнению экспертов, эта тенденция сохранится.

Реакция нефтяных рынков зависит от переговоров между США и крупнейшими импортерами иранской нефти, а также от того, как скоро Саудовская Аравия и ОАЭ смогут занять нишу Ирана на рынке энергоносителей. Кроме того, мировые рынки внимательно следят за ситуацией в двух других крупных производителях нефти — Венесуэле и Ливии.

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D1%81%D0%B8%D1%82%D1%83%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D0%BD%D0%B0-%D0%B1%D0%BB%D0%B8%D0%B6%D0%BD%D0%B5%D0%BC-%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%BA%D0%B5-%D1%83%D0%B3%D1%80%D0%BE%D0%B6%D0%B0%D0%B5%D1%82-%D1%80%D1%8B%D0%BD%D0%BA%D1%83-%D0%BD%D0%B5%D1%84%D1%82%D0%B8-/1480665

Политические элиты Турции и Ирана лихорадит

Turkey’s Prime Minister Recep Tayyip Erdogan (L) welcomes Iranian President Hassan Rouhani (R) before their meeting in Ankara on June 9, 2014. Rouhani began a landmark trip to Turkey on June 9 stressing the need to improve ties that have been undermined by competition for regional influence and deep differences over Syria’s civil war. AFP PHOTO / ADEM ALTAN (Photo credit should read ADEM ALTAN/AFP/Getty Images)

Американское военное усиление в районе Персидского залива, похоже, сыграло на руку «ястребам» в иранском политическом истеблишменте. Комментируя решение администрации США отправить дополнительные силы к иранским берегам, президент Исламской Республики Хасан Рухани заявил, что, возможно, настают более тяжелые времена, чем 40 лет назад. «Давление со стороны противников – это беспрецедентная в истории нашей исламской революции война, – заявил глава иранского государства. – Но у меня нет повода испытывать отчаяние – я надеюсь на будущее и верю, что мы сможем преодолеть эти сложные условия, если будем едины». Панарабский телеканал Al-Jazeera трактует слова Рухани как призыв к консолидации, адресованный всем политическим фракциям в Иране. Самого Рухани, как известно, часто относят к условным реформаторам. Это может означать, что действия США окончательно нивелировали разницу между политическими группами в Иране.

Военно-политическое руководство республики обещает Соединенным Штатам мощный ответ в том случае, если американское командование решится на силовой сценарий в Персидском заливе. Командующий иранским Корпусом стражей исламской революции (КСИР) бригадный генерал Хосейн Салами в минувшие выходные заявил, что «Иран не стремится к войне, но и не боится ее». «Разница между нами (жителями Ирана. – «НГ») и ними (американцами. – «НГ») состоит в том, что у них нет желания воевать и они боятся войны», – сказал военачальник. Незадолго до этого Салами говорил, что Тегеран находится на грани полномасштабной конфронтации с врагом. Позже он указал, что Исламская Республика нанесет США «удар в голову», если Вашингтон предпримет против Тегерана какие-либо силовые действия. В минувший четверг президент Трамп выразил надежду на то, что конфликт между США и Ираном все-таки не перерастет в войну.

Настоящая война, но внутри политических элит назревает у тактического союзника Ирана – Турции. Критический манифест бывшего премьер-министра Турции Ахмета Давутоглу по поводу слабости правящей Партии справедливости и развития (ПСР) подал пример и другим видным функционерам этой политической организации, основателем которой является президент Реджеп Тайип Эрдоган. В Анкаре обсуждают вероятность того, что из ПСР выйдут бывшие соратники турецкого президента – бывший глава республики Абдуллах Гюль и экс-министр экономики Али Бабаджан. В ветеранах турецкой политики видят острое недовольство тем комплексом проблем, которые накопились внутри партии за последнее время. Местные выборы, которые прошли в Турции 31 марта, привели к тому, что правящая партия фактически «потеряла» Измир, Анкару и даже важный с точки зрения политической карьеры Эрдогана Стамбул. Даже с учетом того, что власти Турции приняли решение перезапустить голосование в Стамбуле, это не меняет дела. Поражение в мегаполисах часть членов ПСР считает результатом неумелой политики Эрдогана.

Тем временем наблюдателей заинтриговали сообщения о том, что оппозиция и правительство Венесуэлы провели переговоры на норвежской площадке. В четверг советник по коммуникациям МИД северной страны Ингрид Кваммер Эккер сообщила, что ее страна поддерживает контакты со сторонами конфликта и призывает их к мирному разрешению политического кризиса в Боливарианской Республике. Впрочем, второй заместитель председателя Национальной ассамблеи Венесуэлы Сталин Гонсалес отрицает, что венесуэльская оппозиция вела прямой диалог с правительством страны в Норвегии. «Мы находимся на этапе изучения ситуации, не было никаких прямых контактов, не было встреч в одном месте, в одном конференц-зале», – сказал парламентарий. По словам Гонсалеса, норвежцы встречались с представителями правительства и оппозиции Венесуэлы по отдельности, и по итогам этого процесса не было достигнуто никаких договоренностей.

Накануне глава МИД Венесуэлы Хорхе Арреаса заявил: «Пришло время дипломатии. Мы готовы сесть за стол переговоров». Глава внешнеполитического ведомства также отметил: «США потерпели поражение в своих действиях».

19.05.2019

Об авторе: Игорь Субботин – заместитель заведующего отделом международной политики «НГ»

Источник — независимая газета

Боязнь войны в Персидском заливе с долей блефа

Пьер Алонсо | Libération

«На этот раз иранский верховный лидер и глава американской дипломатии пришли к согласию. Никто не ищет войны, заявили во вторник вечером два высокопоставленных чиновника, Али Хаменеи в речи, выложенной на его сайте, и Майк Помпео из Сочи, в России, на пресс-конференции со своим коллегой Сергеем Лавровым. Однако уже в среду утром решение Вашингтона подтвердило и подпитало крайнюю напряженность, которая царила в регионе в течение недели. США отдали распоряжение своему второстепенному персоналу покинуть посольство в Багдаде и консульство в Эрбиле. В тот же день Госдеп опубликовал предостережение по безопасности, в котором путешественникам рекомендовалось не посещать Ирак из-за «многочисленных террористических и повстанческих группировок и антиамериканских конфессиональных ополченцев». Конкретно об Иране не упоминалось, хотя в течение нескольких дней США уверяли, что Ирак станет полем противостояния по доверенности, поскольку Тегеран сможет рассчитывать на мощные шиитские ополчения на месте», — пишет журналист Liberation Пьер Алонсо.

«Это утверждение привело к одному из нечастых инцидентов между союзниками, объединенными в коалицию против «Исламского государства» под названием операция «Непоколебимая решимость», — сообщает автор статьи. — Заместитель командующего, британский генерал Кристофер Гика, сказал во вторник, что «нет, угроза, исходящая от сил, которые Иран поддерживает в Ираке и Сирии, не увеличивается».

За его заявлением последовало коммюнике от Центрального командования, подразделения Пентагона, которое контролирует операции в этом регионе мира: «Недавние комментарии со стороны заместителякомандующего противоречат реальным угрозам от проиранских сил в регионе, о которых получены данные от американской разведки и союзников».

«Максимальное давление», переходящее от экономических санкций к демонстрациям военной силы, ставит Иран в щекотливое положение», — говорится в публикации. — По словам Ариан Табатабай, политолога из американской организации «Исследования и разработка», хотя на поверхности режим выглядит сплоченным, внутри ведутся дебаты о том, как лучше на него реагировать. Возникают разногласия: «Сторонники жесткого режима, те, кто давно предупреждал, что Вашингтону нельзя доверять, и кто выступал против переговоров с администрациями США и ядерной сделки, сегодня объясняют, что администрация Трампа, несмотря на свою риторику, не склонна вступать в войну, и что ее недавние военные развертывания, широко комментируемые в средствах массовой информации, не являются чем-то необычным», — пишет она в израильской газете Haaretz.

И наоборот, «реформаторы и умеренные считают, что к американским угрозам нужно относиться серьезно», -продолжает политолог.

«Процесс принятия решений в области национальной безопасности основан на поиске консенсуса», — добавляет Ариан Табатабай.

«Чтобы дать гарантии самой консервативной и все более нетерпеливой части режима и отреагировать на одностороннее и постоянное введение санкций США в течение прошлого года, Тегеран объявил, что он больше не будет соблюдать отдельные пункты ядерного соглашения, представленные как второстепенные. Среднее и консенсуальное положение вынуждает Иран терпеть и сносить экономический застой и при этом оказывать давление на другие державы, подписавшие ядерное соглашение. Но не доходить до его расторжения, что в нынешнем контексте могло бы явить собой повод к войне», — резюмирует Пьер Алонсо.

Источник: Libération

Источник — инопресса

Иран и монархии: лучший по конфессии

План «200 долларов за баррель» известен, но пока откладывается

Противостояние между арабами и персами имеет многовековые традиции, но в последнее время обострилось до крайности. И этнический фактор в данном противостоянии, по-видимому, далеко не главный.

Конфессиональное измерение – персы-шииты против арабов-суннитов – гораздо важнее. Но вполне вероятно, что еще более значим геополитический и экономический расклад – борьба за влияние на Ближнем Востоке и в исламском мире в целом, за контроль над нефтяными потоками и ценами.

Проявлением этого противостояния стала жесточайшая ирано-иракская война 80-х годов, которую фактически проиграли обе стороны. Затем эстафету противостояния Тегерану приняли аравийские монархии во главе с Саудовской Аравией. По сути между ними и Ираном с 2009 года идет война, только опосредованная. В Сирии силам Исламской Республики, поддерживающим официальный Дамаск, противостоят радикальные суннитские группировки, финансируемые монархиями. В Йемене, наоборот, их войскам с союзниками из местных, считающихся «законным правительством», противостоят повстанцы-хоуситы, поддерживаемые Тегераном. Понятно, что в такой ситуации переход к войне непосредственно между монархиями и Ираном весьма вероятен.

» Воевать против Ирана в одиночку саудиты точно не захотят «
Суммарный военный потенциал стран – членов ССАГПЗ (Саудовской Аравии, ОАЭ, Кувейта, Бахрейна, Катара, Омана) выше, чем у Ирана. За арабами превосходство в технике всех классов как количественное, так и в значительной степени качественное – у монархических армий очень много самых современных образцов, каковых у персов почти нет. Лишь под водой сила на стороне Ирана – он имеет три ПЛ проекта 877 и несколько десятков малых ПЛ, у противной стороны подлодок нет вообще. Но это ни на что не повлияет. Еще у Ирана есть превосходство в людских ресурсах, при этом армия призывная, что обеспечивает более высокую мотивацию военнослужащих. Конфликт в Йемене продемонстрировал безобразно низкий уровень боевой и морально-психологической подготовки личного состава монархических армий. Но опыт сирийской войны показывает, что у персов то и другое ненамного выше. Если же монархическую коалицию усилят Иордания и Египет, ситуация для Ирана окажется совершенно безнадежной.

В реальности все отнюдь не так плохо. Оман с его уникальным ибадитским исламом (нечто среднее между суннизмом и шиизмом) состоит в ССАГПЗ чисто формально, он всегда находился в нормальных отношениях с Ираном и воевать против него точно не станет. Не будет воевать против него и насмерть рассорившийся с Саудовской Аравией и ОАЭ Катар. Уже давно не проявляет энтузиазма в поддержке авантюр Эр-Рияда Кувейт, который географически находится ближе всего к Ирану, соответственно ему в случае войны достанется больше всех. Вряд ли таскать каштаны из огня для саудитов захочет Иордания, в еще меньшей степени это относится к Египту, чья светская военная власть очень сильно тяготится финансовой зависимостью от ваххабитской Саудовской Аравии. Да и по большинству политических вопросов взгляды Каира и Эр-Рияда очень сильно разнятся. Более того, не факт, что даже Эмираты захотят воевать против Ирана, позиции этой страны и Саудовской Аравии в последнее время расходятся все сильнее, причем на ОАЭ, которые гораздо умереннее в политическом и религиозном плане, чем КСА, ныне переориентировался Египет. Таким образом, Эр-Рияд может оказаться в полном одиночестве. Гарантированным союзником саудитов остается только Бахрейн, где три четверти населения составляют шииты, но правящая династия – сунниты. Само ее существование зависит от Саудовской Аравии и ОАЭ, что и проявилось во время шиитского восстания 2011 года. Пользы от такого союзника Эр-Рияду никакой, а в одиночку воевать против Ирана саудиты точно не захотят, особенно, если учесть уязвимость инфраструктуры монархий. Исламская Республика в этом плане гораздо устойчивее.

Отсутствие сухопутной границы между Ираном и монархиями войне не помеха. Разделяющий стороны Залив довольно узкий, при обмене авиационными и ракетными ударами через него важнейшими целями сторон станут нефтяные объекты. В такой ситуации можно было бы ожидать цен на черное золото хоть по 200 долларов за баррель, особенно с учетом взаимного перекрытия Ормузского пролива. Нельзя полностью исключать высадку персами воздушно-морского десанта в Бахрейне (в расчете на помощь от местных шиитов) и даже на северо-востоке Саудовской Аравии, где проживает угнетаемое правящими в стране ваххабитами шиитское меньшинство. Возможна и сухопутная война через Ирак. В этом случае его ВС тоже будут втянуты в этот конфликт и скорее всего разделятся по конфессиональному признаку. Поскольку доминируют в Ираке шииты, то более значительную поддержку получит Иран. В итоге десант персам может и не понадобиться, их танки доберутся на нефтеносный северо-восток Саудовской Аравии посуху.

Хотя в этом случае война почти наверняка сильно расширится по составу участников, будет уже другой сценарий. Саудиты все равно понесут колоссальный ущерб, на восстановление уйдут многие годы и сотни миллиардов долларов. Но и Ирану, на который ополчатся многие страны региона, а также государства, от Ближнего Востока очень далекие, придется ничуть не легче. Поэтому обе стороны конфликта продолжают, пока возможно, воевать чужими руками, нанося друг другу серьезный, но далеко не фатальный ущерб. Сколько времени будет продолжаться такая опосредованная война, закончится она миром или, наоборот, описанным выше полномасштабным открытым столкновением – зависит от слишком многих условий и факторов.

Александр Храмчихин,
заместитель директора Института политического и военного анализа
Опубликовано в выпуске № 18 (781) за 14 мая 2019 года

Источник — ВПК

Бряцание оружием у Персидского залива

Петер Винклер | Neue Zürcher Zeitung

«Вообще-то президент Трамп хотел освободить Америку от роли мирового полицейского. Но сегодня США обостряют ситуацию в нескольких очагах международной напряженности. Недавний пример — Иран», — пишет швейцарское издание Neue Zürcher Zeitung .

В отличие от правительства Барака Обамы, одним из главных стратегических решений которого был поворот к западному тихоокеанскому региону, правительство Трампа расставило свои собственные приоритеты, отмечает журналист Петер Винклер. В частности, оно нашло точки соприкосновения с региональной политикой Израиля, где Иран считается крупнейшей угрозой. «В середине апреля в рамках целенаправленной эскалации США объявили иранский Корпус стражей Исламской революции террористической организацией. Вскоре после этого они заявили о намерении прекратить в начале мая согласовывать покупки иранской нефти, в результате чего все страны, по-прежнему закупающие нефть у Тегерана, попадут под американские санкции. А теперь эта тенденция впервые вылилась в переброску крупного формирования американской армии. В воскресенье вечером советник по национальной безопасности Джон Болтон заявил об отправке в регион авианосной ударной группы «Авраам Линкольн», а также оперативной группы бомбардировщиков», — говорится в статье.

«Хотя Болтон этого не произнес, очевидно, что американский шаг является реакцией на угрозу Тегерана закрыть судоходные пути через Ормузский пролив между Персидским и Оманским заливами. Этот пролив имеет огромное значение для транспортировки нефти в танкерах, — отмечает издание. — По этой узкой полоске воды между Ираном и Оманом проходит почти треть всего мирового объема нефти. (…) Его закрытие, несомненно, спровоцировало бы резкий подъем цен на всех нефтяных рынках».

«В прошлом Тегеран неоднократно угрожал атакой на этот судоходный путь. (…) Режим, наблюдающий за тем, как под вопрос ставят основу его существования, определенно, был бы готов к большим рискам. Однако вооруженный конфликт — это обоюдоострый меч. Конфронтация с внешним врагом может (…) способствовать сплоченности, но также и дестабилизировать существующий порядок», — полагает Винклер.

«Изначально Дональд Трамп намеревался прекратить бесконечные войны и позаботиться о том, чтобы США смогли снять с себя форму мирового полицейского. Но теперь он, кажется, готов ускорять эскалацию напряженности сразу на нескольких аренах, удаленных друг от друга на десятки тысяч километров, — указывает журналист. — Будь то Северная Корея, Венесуэла — и в этой связи также Куба — или Иран: не всегда ясно, в какой мере за американской политикой скрывается какая-либо стратегия или же она сталкивается лишь с нежелательными побочными эффектами собственных тактических маневров».

В своей статье для The New York Times Сьюзан Райс, экс-советник президента США по вопросам безопасности, предполагает, что главной движущей силой внешней политики Трампа является постоянное стремление удержать базовый электорат. «Это, конечно, не новый упрек, и он часто задевал за живое и прошлые правительства, — отмечает Винклер в заключение. — Что делает особенным случай Трампа, так это многоголосие указаний: зачастую вовсе непонятно, кто на самом деле определяет направление пути».

Источник: Neue Zürcher Zeitung

Источник — инопресса

Вашингтон и Тегеран играют на обострение. Европа поставлена перед сложным выбором

Вашингтон и Тегеран играют на обострение

Президент Ирана Хасан Рухани, объявивший о прекращении выполнения Тегераном ряда обязательств по ядерной сделке, заявил, что дает 60 дней европейским странам на переговоры. Речь идет о выходе Ирана из ограничений по запасам обогащенного урана и тяжелой воды. Рухани также заявил, что Тегеран направил пять писем странам — членам соглашения по иранской ядерной программе о приостановке выполнения части обязательств. В этой связи министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф уточнил, что «это станет реакцией на неспособность других участников соглашения, в частности Европейского союза, противостоять давлению США».

Ход со стороны Тегерана прогнозируемый и носит, как видим, адресный характер. Но его последствия могут иметь неоднозначные последствия. Когда президент США Дональд Трамп в одностороннем порядке вышел из ядерной сделки с Ираном, европейские союзники Вашингтона, включая и Великобританию, выступили с призывом сохранить соглашение, считая его «принципиально важным с токи зрения региональной безопасности». Берлин предупреждал о «рисках отката назад и возникновении новых военных рисков». Париж уточнял важные нюансы: не исключал присоединения к санкциям, но только в случае, если «Тегеран нарушит, даже частично, условия сделки». Однако до сих пор нет доказательств нарушений соглашения со стороны Ирана, что, по его мнению, должно стимулировать ЕС сохранять с ним торгово-экономического сотрудничество в условиях американских санкций.

Действительно, Брюссель озвучивал планы, анонсировал вступление в силу «блокирующего статута», который обяжет европейские корпорации игнорировать антииранские санкции со стороны США, первая часть которых вроде бы вступила в силу. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини говорила, что «работают экспертные группы, которые занимаются целым рядом вопросов, в том числе и по сохранению поставок иранских энергоносителей, поддержанию контактов в банковской сфере, наращиванию инвестиций, сотрудничества в сфере инфраструктуры и транспорта, помощью в улучшении делового климата в Иране и защиты интересов европейских экономических субъектов в Иране». Но судя по нынешней реакции Тегерана, Брюссель не спешил делать конкретные шаги на этом направлении, сохраняя свою позицию всего лишь на уровне, по словам Могерини, «намерений, а не конкретных мер».

При этом она открыто предупреждала, что «из-за ограничений на торговлю с США Иран будет искать другие источники доходов и вернется к урановой и плутониевой программам». И все равно Брюссель явно выжидал, а ставка Тегерана на раскол союзников американцев на этом направлении не срабатывает. В таких условиях Вашингтон и Тегеран стали играть на обострение. Помощник президента США по национальной безопасности Джон Болтон заявил, что Вашингтон направляет на Ближний Восток авианосец «Авраам Линкольн» и целевую группу бомбардировщиков в ответ на «тревожные и эскалационные заявления и предупреждения из Ирана», хотя не обозначил, какие именно «тревожные» сигналы спровоцировали такое военное развертывание. По версии американского издания The American Conservative, «Израиль предупредил Болтона, что Иран вот-вот нанесет удар по американским интересам в Ираке».

Тегеран считает, что таким образом в Вашингтоне приступила к действиям так называемая «группа Б», в которую входят такие близкие к Трампу люди, включая Болтона, как премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху и наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Зайеда. Помимо того, государственный секретарь США Майк Помпео, отменив визит в Берлин, «неожиданно» прибыл с визитом в Багдад, где провел переговоры с главой иракского правительства Аделем Абдулом Махди. По данным телеканал Al Arabiya, Помпео обсуждал «рост активности соседнего с Ираком Ирана». Говоря иначе, пишет The New York Times, «Вашингтон, угрожая Ирану войной, вбивает клин между Европой и Ираном, ставя Брюссель перед сложным выбором: либо присоединиться к санкциям в отношении Ирана, либо оказаться по другую сторону баррикад».

На наш взгляд, в настоящее время американцы вряд ли решатся на вооруженную эскалацию с Ираном, но «напугать» Европу они в состоянии. Во всяком случае, просматривается следующий сценарий: заставить ЕС изменить свое отношение к ядерному соглашению под предлогом заявлений Тегерана о прекращении выполнения части обязательств по ядерной сделке, загнать Брюссель в ситуацию между молотом и наковальней, балансируя на грани серьезной эскалации. Выход отсюда один: создать механизм предотвращения кризисных ситуаций, обозначить границы допустимого. Возможно, что к этому подталкивают и Россию, у которой, по оценке израильских экспертов, «есть собственная повестка дня в Сирии и амбиции в регионе». От Москвы будут добиваться ответа, с кем она, сразу две страны — Иран и Израиль. Посмотрим, что из этого выйдет.

Станислав Тарасов, 8 мая 2019,

Источник — regnum.ru

Россия призвала не сворачивать экономические связи с Ираном

МИД РФ прокомментировал введение новых санкций против Исламской республики Emre Gürkan Abay,Abdulrahman Yusupov

МИД России подверг критике новые антииранские санкции США и призвал международное сообщество не сворачивать экономические связи с Исламской республикой, в т.ч. закупку иранской продукции, в первую очередь энергоносителей.

Во внешнеполитическом ведомстве подчеркнули, что в Москве с пониманием восприняли решение ИРИ о приостановлении выполнения части её добровольно принятых обязательств по Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД).

«Осуждаем действия США, которые не только год назад вышли из СВПД, а затем демонстративно и вызывающе в нарушение резолюции СБ ООН 2231 ввели односторонние ограничения против Ирана», -сказано в пресс-релизе.

В МИД РФ обвинили Вашингтон в попытках применять меры экономического и политического давления, чтобы побудить и другие государства не выполнять упомянутую резолюцию, воспрепятствовать их нормальному экономическому сотрудничеству с ИРИ.

В документе выражена готовность РФ и дальше сотрудничать с Тегераном как в рамках СВПД, так и для продвижения других двусторонних проектов. «В частности, намерены продолжить работы по перепрофилированию бывшего уранообогатительного предприятия в Фордо под производство стабильных изотопов, а также по строительству АЭС «Бушер»»,-отмечается в коммюнике.

Кроме того, в МИД РФ указали на необходимость кардинально ускорить запуск специального платежного механизма «Инстекс», призванного содействовать обслуживанию торговых сделок с Ираном.

Президент США Дональд Трамп подписал в среду указ о введении санкций в отношении добычи и производства металлов в Иране.

Ограничительные меры коснутся производства железа, стали, алюминия и меди в Исламской республике.

Ранее президент Ирана Хасан Рухани заявил, что если интересы Тегерана в рамках ядерной сделки не будут учтены, то Иран в течение 60 дней возобновит обогащение урана.

Восьмого мая 2018 года президент США Дональд Трамп объявил о выходе Вашингтона из ядерной сделки с Ираном и введении первого этапа санкций против этой страны. 

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%BC%D0%B8%D1%80/%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8F-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B7%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D0%B0-%D0%BD%D0%B5-%D1%81%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%B0%D1%87%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D1%82%D1%8C-%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5-%D1%81%D0%B2%D1%8F%D0%B7%D0%B8-%D1%81-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%BC/1474726

ИРАН: КУРС НА НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ

Джавад Зариф: Иран ни при каких обстоятельствах не уступит американскому давлению

Министр иностранных дел Ирана Мухаммед Джавад Зариф четко и твердо заявил, что Исламская Республика Иран ни при каких обстоятельствах не уступит американскому давлению. Он выступил с этим утверждением на встрече, проходившей в кулуарах Диалога по сотрудничеству в Азии (ACD) в городе Доха (Катар), сообщает IRNA.

«Иран найдет свой путь таким, каким он был на протяжении 40 лет, и это будет продолжаться, что является трудной работой, но мы никогда не потерпим давления на нашу страну и ни при каких обстоятельствах не уступим их давлению и всегда приветствуем тех, кто подает нам руку дружбы», — сказал М.Дж.Зариф.

Следует заметить, что это не пустые слова. В настоящее время руководство Ирана делает все возможное, чтобы воспрепятствовать пагубному влиянию людоедских санкций США и ведет страну по пути возрождения. И об том говорят многочисленные факты. Например, в результате проведенных переговоров Индия выделила 21 миллионов долларов на развитие иранского порта Чабахар, о чем сообщил министр экономики Индии Пиюш Гоял. А всего Индия выделила 500 миллионов долларов на развитие этого иранского порта, а также связанных с ним автомобильных и железнодорожных линий.

Недавно был открыт морской маршрут между Индией и Чабахаром и готовится первая партия грузов из Афганистана в Индию через этот порт. Напомним, Чабахар является первым крупным ирано-индийским проектом, старт которому был положен в 2015 году. Порт Чабахар должен стать крупным звеном в развитии коридора Чабахар-Захедан-Зарандж и он позволит Индии выйти в Среднюю Азию в обход Пакистана, с которым у индийцев довольно сложные отношения.

Яндекс.Директ
Кредитная карта Тинькофф за 5 минут
tinkoff.ru

Финансовые услуги оказывает: АО «Тинькофф Банк», АО «Тинькофф Страхование»

ЖК Жизнь на Плющихе
life.grand-deluxe.ru

Проектная декларация на рекламируемом сайте. Застройщик: ЗАО «СК ДОНСТРОЙ»
Продолжается активная работа по запуску международного транспортного коридора «Север-Юг», создаваемый Россией, Индией и Ираном. Протяженность данного инфраструктурного проекта составит 7,2 тыс. километров железных дорог и водных путей, предполагается, что новый коридор станет более дешевой и короткой альтернативой Суэцкому каналу.

Проект предполагает перемещение товаров морским путем из Индии в иранский город Бендер-Аббас на побережье Персидского залива, затем через территорию Ирана железнодорожным маршрутом на побережье Каспийского моря, откуда товары пойдут по морю в Астрахань, а затем железной дорогой, через территорию РФ будут поставляться в Европу. Предполагается, что таким образом время и стоимость перевозки грузов будут сокращены на 30–40%. Потенциальный грузооборот коридора «Север-Юг» оценивается в 20–30 млн тонн в год.

В течение многих лет идет реализация различных инфраструктурных проектов, связывающих европейские и азиатские рынки через территорию России. В различных проектах участвуют Россия, Иран, Китай, Казахстан, Индия, Северная и Южная Кореи. Строительство новых транспортных путей способствует экономическому росту стран-участниц проектов и регионов, через которые пролегают новые логистические маршруты. Особенно важным это является для Ирана, поскольку намечаемые проекты способствуют ослаблению американских санкций против этой страны.

Одновременно Иран стремится к совместным проектам с Россией и Азербайджаном. Заявление о том, что Иран готов развивать трехстороннее сотрудничество с Россией и Азербайджаном путем реализации различных совместных проектов, сделал президент Ирана Хасан Рухани, сообщает информационное агентство Тasnim. Заявление сделано на встрече президента с министром иностранных дел Азербайджана Эльмаром Мамедъяровым в Тегеране.

«В регионе есть различные проекты, которые мы можем осуществлять на трехсторонней и многосторонней основе», — заявил Х. Рухани. Он также отметил возможности сотрудничества между тремя странами в области энергетики, строительства плотин и электростанций. В Иране недавно вошла в строй железнодорожная линия, соединяющая город Казвин со столицей провинции Решт на севере страны. Новая колея представляет собой крупный участок железнодорожной линии, получившей название «Зеленый коридор», которая соединяет Каспийское море с Персидским заливом.

Несмотря на незаконные и жесткие американские санкции Иран активизировал свои усилия по завершению участков международного транспортного коридора Север — Юг, проходящего через его территорию.

Важность введения в строй железной дороги Стамбул — Тегеран — Исламабад, также известной как «маршрут Гюль» или «маршрут ECO», подчеркнули министр железных дорог Пакистана Рашид Ахмад и посол Ирана в Исламабаде Мехди Хонардуст во время их официальной встречи, сообщило иранское правительственное информационное агентство Мehrnews.

Посол Ирана выразил готовность своей страны наращивать двустороннее сотрудничество с Пакистаном во всех областях, представляющих взаимный интерес. Он отметил, что вопросы укрепления потенциала сотрудничества в области железнодорожного транспорта стоят на повестке дня двух стран. М.Хонардуст призвал к созданию совместного комитета по изучению и обновлению предыдущих соглашений между двумя странами в области железнодорожного транспорта.

В свою очередь Рашид Ахмад заявил, что модернизация железнодорожной линии Кветта — Тафтан имеет важное значение для укрепления экономических связей с Ираном. Железнодорожный маршрут Стамбул — Тегеран — Исламабад создавался для интенсификации сотрудничества в Организации экономического сотрудничества. Первый грузовой поезд по этой линии прошел в августе 2009 года.

Однако в феврале 2016 года по этому маршруту прошел первый грузовой поезд из Китая. Для преодоления маршрута от китайской провинции Чжэцзян (находится южнее Шанхая) до Тегерана, составляющего 6 462 километра, потребовалось 14 дней, что на 30 дней меньше, чем морское путешествие из Шанхайского порта в иранский порт Бандер-Аббас. Китай рассматривает маршрут как часть более крупного проекта — инициативы Шелковый путь.

Необходимо заметить, что в последнее время улучшаются ирано-пакистанские отношения. Президент Ирана Хасан Рухани и премьер-министр Пакистана Имран Хан договорились объединить усилия для содействия достижению мира в Афганистане путем проводимого диалога, а также достижения регионального консенсуса по этому вопросу. В МИД Пакистана сообщили, что Имран Хан, находящийся с двухдневным визитом в Иране, и Хасан Рухани приняли совместное заявление, которое определяет приоритетные сферы сотрудничества двух стран.

В Исламабаде сообщили, что стороны обменялись мнениями по вопросам безопасности ирано-пакистанской границы и содействия пакистанским паломникам, ежегодно путешествующим в Иран. Также обсуждалось открытие новых пограничных пунктов и расширение сотрудничества в области энергетики, консульских отношений, здравоохранения. «Премьер-министр обратился к деловым кругам Ирана и Пакистана, подчеркнув необходимость активной роли частного сектора в реализации всего потенциала двусторонних торгово-экономических отношений», – сообщает МИД Пакистана.

Залогом выполнения всех этих планов Ирана является постоянно крепнущее всестороннее сотрудничество с Россией, в том числе и военные и военно-технические связи, которые укрепляет безопасность двух стран, делает более предсказуемой и адекватной политику коллективного Запада на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и Северной Африке. На полях VIII Московской конференции по международной безопасности, в ходе переговоров с министром обороны Ирана Амиром Хатами, глава российского военного ведомства Сергей Шойгу заявил, что военное сотрудничество Москвы и Тегерана достигло высокого уровня. «На сегодняшний день складываются очень хорошие отношения между Исламской Республикой Иран и Российской Федерацией в области обороны, в области вопросов безопасности», – подтвердил Амир Хатами.

Военно-техническое сотрудничество России и Ирана базируется на межправительственных соглашениях, подписанных Москвой и Тегераном еще в 1989–1991 годах. Присоединившись в 2010 году к антииранским санкциям ООН, Россия заморозила военно-техническое сотрудничество и потеряла на этом более 12 миллиардов долларов (осталось неясным, кому из региональных соседей могла угрожать поставка Ирану российских оборонительных ЗРК С-300).

И все же с 1990-го по 2000-й год Москва поставила Тегерану вооружений на сумму около 4 миллиардов долларов, в том числе – 24 истребителя МиГ-29, 12 фронтовых бомбардировщиков Су-24, 413 боевых машин пехоты (БМП-2), 126 танков Т-72С и 300 комплектов для сборки танков этого типа.

Министры обороны Сергей Шойгу и Хосейн Дехган в январе 2015 года в Тегеране подписали новое соглашение о военном сотрудничестве. В дальнейшем стороны расширили практику совместных маневров в Каспийском море и заходов боевых кораблей в порты России и Ирана.

Чувствуя все растущую политику ряда государств, в том числе России, иранское руководство продолжает смело проводить свою независимую политику. Только что в Иране заявили о совместных с Россией военно-морских учениях «в южных водах» Исламской Республики. Эксперты полагают, что маневры с большой вероятностью пройдут в Оманском заливе, то есть в непосредственной близости от Ормузского пролива, который Тегеран периодически грозит перекрыть в ответ на давление США и их союзников. В таком случае учения могут быть расценены мировым сообществом как поддержка Москвой иранских действий, направленных на отстаивания своих национальных интересов.

Иран и Россия в текущем году намерены провести совместные военно-морские учения «в южных водах», заявил командующий ВМС иранской армии контр-адмирал Хоссейн Ханзади. Военачальник не сообщил точную дату маневров, но добавил: флоты Ирана и России продолжат сотрудничество «в различных оперативных, образовательных и технических областях».

Примечательно, что в начале января Х.Ханзади уже анонсировал совместные ирано-российские учения, но в акватории Каспийского моря. Как отмечает региональная пресса, решение о проведении учений недалеко от Персидского залива, скорее всего, было принято после переговоров министров обороны на 8-й Московской конференции по международной безопасности.

Все эти факты свидетельствуют о явном стремлении Тегерана, несмотря на варварские санкционные действия Вашингтона, направленные на удушении иранского народа, всеми средствами и методами проводить свой национальный курс и жестко отстаивать интересы страны. Прошло то время, когда американские «демократы» правили бал на нашей земле и указывали всем, как им жить и какими американскими законами руководствоваться. Ныне вырисовывается новый мир, где каждому государству, как бы мал он не был, предоставлено его законное право жить по своим законам при четком соблюдении международного права.

Виктор Михин
5 мая 2019

Источник — iarex.ru

В Тегеране заявили об угрозе развала ОПЕК

Министр нефти Ирана Бижан Зангане заявил, что ОПЕК находится под угрозой распада из-за односторонней позиции ее некоторых членов, сообщает РИА Новости со ссылкой на агентство Shana.

«Я сказал (генеральному секретарю ОПЕК Мухаммеду) Баркиндо, что ОПЕК находится под угрозой из-за односторонней позиции некоторых членов и существует вероятность развала этой организации», — заявил Зангане после встречи с Баркиндо.

Зангане отметил, что «если какие-либо члены ОПЕК хотят угрожать Ирану, Иран не станет уклоняться от ответа им». Он добавил, что обсудил с Баркиндо «нефтяной рынок, трудности, а также уязвимость рынка».

США в прошлом году в одностороннем порядке вышли из сделки с Ираном по ядерной программе и вновь ввели санкции против Тегерана. При этом Китаю, Индии, Италии, Греции, Японии, Южной Кореи, Тайваню и Турции до 2 мая 2019 года были даны исключения, то есть Штаты обязались не вводить против них санкции за покупку определенных объемов иранской нефти.

Администрация президента США Дональда Трампа 22 апреля объявила, что не будет продлять эти исключения. Белый дом рассчитывает, что благодаря этому решению экспорт иранской нефти сократится до нуля, а ОАЭ и Саудовская Аравия согласились принять меры во избежание возможного дефицита нефти. После этого министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф заявил, что Иран продолжит продавать нефть и покажет США, что с ним «нельзя говорить через давление».

Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих 30 апреля заявил в интервью РИА Новости, что ОПЕК+ в июне примет решение о дальнейшей судьбе сделки по сокращению нефтедобычи. Он допустил продление сделки до конца 2019 года. Комментируя влияние ситуации с Ираном на рынок нефти, министр заявил, что нехватки предложения на мировом рынке нет и беспокоиться в этом отношении не о чем.

https://novosti.az/economy/59655.html

«США и Израиль пустились в опасную эскалацию, чтобы «обрезать крылья Ирану», — Le Figaro

Жорж Мальбрюно | Le Figaro
Будут ли Трамп и Нетаньяху накалять обстановку на Ближнем Востоке?
«США и Израиль пустились в опасную эскалацию, чтобы «обрезать крылья Ирану» в арабских странах», — пишет обозреватель Le Figaro и специалист по Ближнему Востоку Жорж Мальбрюно.

«По мнению Дональда Трампа, переизбрание премьер-министра Израиля Беньямина Нетаньяху укрепит мир на Ближнем Востоке. У большинства наблюдателей такое заявление вызывает скептическое отношение и обеспокоенность по поводу последних действий двух лидеров. Впервые США признали аннексию Израилем сирийских Голанских высот, в то время как Нетаньяху больше не скрывает своего намерения полностью или частично аннексировать оккупированный Западный берег реки Иордан. Администрация США, раздувая угли, только что включила иранских стражей революции в список «иностранных террористических организаций». От Ирака до Сирии через южный Ливан и сектор Газа множится число зон прямой или косвенной конфронтации между американо-израильской осью и проиранской «осью сопротивления». Ниже приводится обзор разнообразных угроз», — отмечает автор статьи.

«Из всех зон влияния Ирана и США — в Ливане, Сирии или Афганистане — конфронтации между иранцами и американцами обычно вызывают опасения в такой стране, как Ирак. США удерживают там более 5 тыс. солдат, укоренившихся на нескольких базах, в то время как Тегеран обладает многогранным влиянием, выходящим далеко за рамки иракского ополчения, имеющегося у него в подчинении», — говорится в статье.

«7 апреля верховный правитель Ирана Али Хаменеи принял премьер-министра Ирака Адель Абдель-Махди и призвал своих иракских соседей «как можно быстрее вывести американские войска из Ирака». Тегеран может рассчитывать на предложение, представленное в иракском парламенте в начале этого года, призывающее к отмене «всех военных соглашений», заключенных между Багдадом и Вашингтоном, отмечает эксперт. Однако ни правительство, ни парламент к этому не готовы. Ирак нуждается в военном сотрудничестве с США в своей незаконченной войне против недобитых джихадистов, разбросанных по всей стране».

«После ужесточения позиции США президент Исламской Республики Хасан Рухани размахивал угрозами возобновления ядерной программы, — отмечает Le Figaro. — Однако помимо разглагольствований заинтересован ли Иран в расторжении ядерной сделки, как это сделал Дональд Трамп в прошлом году? Не факт. Тегеран потерял бы поддержку своих европейских союзников, которые защищают подписанное ими соглашение. Еще хуже для Тегерана то, что Совбез ООН занялся бы таким нарушением. И тогда Тегеран рискует быть осужденным, теряя роль жертвы, навязанной ему выводом американских войск, тем более, что до сих пор Иран уважает ядерное соглашение», — поясняет Мальбрюно.

«Тегеран делает ставку на поражение Трампа в 2020 году», — утверждает эксперт.

«Война в Сирии позволила «Хезболлах» и Ирану установить военное присутствие у ворот Израиля. С учетом своих прав на юге, на границе с Голанскими высотами, «Хезболлах» и Иран могут открыть второй фронт против еврейского государства, после фронта на юге Ливана. Подвергаясь давлению со стороны израильских военных и российских политиков, тандем Иран-«Хезболлах», в конце концов, вывела своих людей из окрестностей Голанских высот, при этом вербуя других бойцов, мобилизируемых при необходимости. Севернее последовали неоднократные израильские удары с воздуха, направленные на уничтожение военных складов Ирана в Сирии. При этих рейдах погибли иранцы. До сих пор Тегеран, осознавая, что он находится не в сильной позиции, воздерживался от ответных мер. Сколько еще продлится терпение Ирана?»- задумывается автор публикации.

«Никогда в истории Израиля еще не было настолько правого правительства. Никогда прежде перспективы аннексии оккупированного Западного берега реки Иордан не были так близки, что рискует разрушить всякую надежду на мир с палестинцами. И тем не менее, арабский мир никогда еще не был так снисходителен к Израилю», — комментирует Мальбрюно.

«Благодаря сирийскому конфликту, в который «Хезболлах» вмешивалась в военном отношении с 2013 года, чтобы спасти Башара Асада, проиранское шиитское ополчение расширило свое стратегическое присутствие на территории своего соседа. «С момента последней войны 2006 года между нами и Израилем действует режим прекращения военных действий», — сказал источник, близкий к «Хезболлах». Перед лицом партнерства Трампа-Нетаньяху-Мухаммеда Бен-Салмана проиранская «ось сопротивления» укрепила свои позиции, установив «территориальный коридор», соединяющий Тегеран с Бейрутом через Ирак и Сирию», — пишет Le Figaro.

«Американское давление на Иран направлено именно на то, чтобы сломать эту «ось сопротивления» и остановить «регионализацию» «Хезболлах» — участника войн в Сирии, а также в Йемене и в Бахрейне в поддержку шиитов. Нет никакой уверенности в том, что это давление даст желаемый результат. Сегодня ни Израиль, ни «Хезболлах» не заинтересованы в столкновении, в котором обе стороны окажутся проигравшими. Но в акватории Персидского залива нельзя исключать инцидента между иранскими скоростными катерами и американскими кораблями. Оба по-прежнему смотрят друг на друга с неприязнью, но «иранцы высокопрофессиональны, а американцы очень осторожны», — замечает один высокопоставленный француз. Тегеран не проявляет признаков большей агрессивности в водах Персидского залива. До каких пор?» — задается вопросом Мальбрюно.

Источник: Le Figaro

Источник — Инопресса

Тегеран «рубит окно» в Средиземное море, договорившись лишь с Дамаском и Багдадом

Виктор Сокирко

Идея не нова — Иран давно уже присматривается к планам создания собственной военно-морской базы на Средиземноморском побережье. Другого варианта, кроме использования одного из портов именно Сирии (хоть по географическим, хоть политическим соображениям) попросту нет. Поэтому сообщение о том, что Иран арендует с 1 октября порт города Латакии в собственных целях, было вполне ожидаемым. Предполагается, что подобное соглашение было подписано президентами Башаром Асадом и Хасанам Рухани во время февральской встречи в Тегеране. И уже сейчас началась логистическая подготовка причалов и портовой инфраструктуры к заезду новых «хозяев».

Естественно, что оценивать подобное событие мы будем исключительно с точки зрения на выгодность или невыгодность его для России. В этой ситуации, как водится, есть и свои подводные камни. Один из них — совершенно очевидно, что президент Сирии Асад плавно выходит из-под влияния Москвы, уже не так часто как прежде совещается с российским президентом Владимиром Путиным и не просит военной помощи. Это нормальное явление для Ближнего Востока, когда падишах начинает забывать о тех, кто помог защитить дворец и все выше поднимает голову, над которой уже не рассекают сталью воздух острые ятаганы.

В общем, с Путиным Асад не посоветовался, решив, что коль была трехлетней давности договоренность с Рухани, то нет смысла по прошествии времени напоминать о ней сейчас. Башар Асад все увереннее чувствует себя в последнее время в президентском кресле и становится более самостоятельным политиком, что тоже вполне объяснимое явление. Естественно, что для Сирии сейчас крайне важно восстановление связей с соседями — Ираком, Ливаном, Иорданией, Турцией и Израилем.

С первыми тремя все относительно ясно и понятно, особых конфликтных ситуаций нет. С Турцией сложнее — там и территориальные споры, и разное отношение к Курдской рабочей партии (Курдистан находится на территории обеих стран), и последствия нынешней гражданской войны в Сирии. В качестве некой третьей сдерживающей силы выступает именно Россия.

С Израилем — вообще все плохо. И хотя военные действия за Голанские высоты не велись уже сорок лет, Сирия считает их своей незаконно захваченной территорией. Плюс авиация Тель-Авива регулярно проводит ракетные удары по территории Сирии, целясь, якобы, в находящихся там иранских военнослужащих.

Иран, несмотря на отсутствие общей сухопутной границы с Сирией, является главным союзником Дамаска на Ближнем Востоке, а его военнослужащие из состава КСИР (Корпус Стражей исламской революции) в количестве не менее 12 тысяч человек принимали (принимают) участие в боевых действиях на стороне правительственных войск. Понятно, что Асад с готовностью идет на контакты с Ираном, в том числе, по предоставлению военно-морской базы на территории своей страны. Возможно, держа в уме и то обстоятельство, что иранские средства ПВО, которые разместят в Латакии для прикрытия военных объектов, будут сбивать и израильские самолеты. Чего не делает сейчас Россия.

Россия поставила армии Сирии зенитные ракетные комплексы С-300 и обучила работе с ними сирийские экипажи. Предполагалось, что С-300 «Фаворит» во многом изменят стратегию противовоздушной обороны Дамаска. Тем более что в Сирию были поставлены наиболее «продвинутые» комплексы — С-300ПМУ-2, способные уничтожать аэродинамические цели на дальности от 3 до 200 километров, баллистические — на дальности от 5 до 40 километров. При этом обнаружение целей происходит на удалении в 300 километров.

Насколько известно, на сегодняшний момент в Сирии находятся 3 дивизиона зенитных ракетных комплексов С-300 «Фаворит» (по 8 мобильных установок в каждом). Для того чтобы создать «пояс» ПВО вокруг Дамаска и ряда прилегающих аэродромов, этого вполне достаточно, но не для отражения масштабных воздушных налетов на территории всей страны. При этом утверждается, что Россия создает в Сирии полноценную классическую ПВО, которая будет включать в себя систему ракетного огня дальнего и ближнего радиусов, прикрытие ЗРК, а также «всевысотное» радиолокационное поле.

Но сейчас сложилась такая ситуация, что российские военные советники в Сирии могут лишь обучать своих коллег мастерству противовоздушного боя, не вмешиваясь в сам ход боевых действий. А те силы российских ПВО, которые прикрывают базы в Тартусе и Хмеймиме, отвечают только за безопасность своих военных объектов от воздушного нападения. В противном случае — русские сбивают американцев или израильтян — скандал с последствиями не минуем. Вероятно, что и сирийским военным не дают возможность сбивать самолеты Израиля из комплексов С-300, чтобы не спровоцировать конфликтную ситуацию. Или, что еще хуже, сбить гражданский пассажирский самолет где-нибудь на подлете к ливанскому Триполи.

Понятное дело, что Дамаск крайне не доволен такой «беззубой» позицией Москвы и готов привлечь Тегеран, который уж точно с израильскими самолетами церемониться не будет. Тем более что на вооружении иранской армии стоят российские комплексы С-300ПМУ-1, которые будут использоваться для прикрытия военных объектов.

Для России более широкое вовлечение какой-либо третьей стороны, пусть даже дружественного Ирана, имеет еще и чисто имиджевое значение, ведь считается, что именно Москва является основным гарантом стабильности и будущего мира в Сирии. Усиление роли Тегерана приведет к утрате таких позиций. Серьезно пострадают и российско-израильские отношения, ведь Тель-Авив будет считать, что любой удар со стороны находящихся в Сирии иранских военных согласован с Москвой, которой, на самом деле, не так просто «попридержать» Тегеран.

Есть и другой, не озвучиваемый план Москвы, которая на самом деле могла санкционировать подобную сделку между Дамаском и Тегераном, и не стала препятствовать возможности размещения иранской военно-морской базы в Латакии. Утверждения о том, что близость этого города на берегу Средиземного моря к Тартусу, где находится российская военно-морская база, и к Хмеймиму, где дислоцированы основные силы ВКС РФ, может поставить их под угрозу удара со стороны США и Израиля, не совсем корректны.

От Латакии до Тартуса — 72 километра по прямой, до Хмеймима — 24 километра, что исключает «случайность» попадания ракет, тем более, что российские объекты защищены своими средствами ПВО (ЗРК С-400, ЗРПК «Панцирь-С1» и «Тунгуска»).

Вероятно, что подобная «уступка» со стороны Москвы по размещению военно-морской базы Ирана в Сирии связана и с возобновлением планов соединения железных дорог Ирана, Ирака и Сирии в единое целое. Этот стратегический проект был начат еще до начала сирийского кризиса в 2011 году и был приостановлен по понятным причинам. Предполагалось, что таким образом Ирак и Иран получат через сирийские порты доступ к Средиземному морю, а сама железная дорога в перспективе продлится и на восток — до Китая. Сирия даже успела реализовать проект на 97 процентов, но во время боевых действий значительная часть дороги была разрушена. В Ираке не хватает всего пару километров железнодорожного полотна, а в Иране они действуют до иракской границы в районе города Басра.

Россия посредством такого железнодорожного пути также может получить возможность сухопутного выхода через Сирию в Средиземное море — через иранские морские терминалы на Каспии. Здесь видится не только возможность снабжать свои военные базы в Сирии, но и наладить более выгодный товаропоток на весь Ближний Восток.

По странному стечению обстоятельств, две эти новости — иранская база в Латакии и железная дорога между Сирией и Ираном, появились практически одновременно. Может, все логично?

Источник — СвободнаяПресса

КСИР – симбиоз армии, политики и экономики

США включили в список иностранных террористических организаций Корпус стражей исламской революции (КСИР) — элитные части ВС Ирана. Впервые в истории в антитеррористическом списке США оказалась структура признанного государства.

https://www.aa.com.tr/ru/info/%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%BA%D0%B0/14003

Число террористов в Сирии, на Ближнем Востоке и в мире в целом увеличилось

Обмен заявлениями между Вашингтоном и Тегераном о признании террористическими организациями, соответственно, КСИР Иранa и ВС США резко увеличил число террористов в Сирии, на Ближнем Востоке и в мире в целом.

Как известно,до последнего времени большинством членов мирового сообщества на территории Сирийской Арабской Республики (САР) официально признавались террористическими лишь радикальные исламистские группировки типа ИГИЛ и «Джабга ан-Нусра» (запрещены в РФ).

Кроме этого, Дамаск и Тегеран пытались навесить ярлык террористов на не желающих складывать оружия бойцов сирийской вооруженной оппозиции (ССА) и расценивали вторжение ВС Турции в северные районы Сирии как акты государственного терроризма. Эрдоган, в свою очередь, объявлял режим Асада и сирийских курдов террористами, а Лига арабских государств (ЛАГ) даже исключила асадовскую Сирию из своего состава и внесла в список террористических группировок союзников Дамаска – ливанскую «Хизбаллу». Примерно на таких же позициях были США, НАТО, монархии Персидского залива во главе с Эр-Риядом и Иордания.

Израиль считал террористическими все проиранские шиитские иностранные группировки в Сирии(«Хизбаллу», афганских, пакистанских, палестинских, йеменских, иракских наемников и добровольцев). Соответственно, иранские аятоллы называли Израиль террористическим государством.

Таким образом, после последних взаимных заявлений Вашингтона и Тегерана все участники сирийского вооруженного конфликта, за исключением группировки ВС России, оказались террористами. Эта враждебная риторика не только отодвигает сроки мирного урегулирования сирийского кризиса, но и провоцирует его дальнейшую эскалацию в регионе.

Очевидно, что озвученное в ходе очередного визита Б.Нетаньяху в Москву совместное российско-израильское предложение по созданию международной рабочей группы по нормализации ситуации в Сирии и проработки вопроса об удалении из Сирии иностранных сил было направлено на снижение напряженности в этой стране и вокруг нее.Ясно, что рано или поздно все иностранные войска должны будут покинуть Сирию. Но сроки реализации этого предложения и состав рабочей группы остаются под большим вопросом.

Формально, ВС РФ, КСИР Ирана и его иностранные шиитские сателлиты находятся в САР легитимно, по приглашению официальных властей. ВС Турции, США, Великобритании, Франции, Германии действуют без разрешения Дамаска и после завершения операции по разгрому основных сил ИГИЛ и «Джабга ан-Нусра» должны были покинуть страну. И хотя в условиях продолжающейся гражданской войны легитимность обеих сторон конфликта и позиция пока нейтральных курдов многими внешними игроками подвергаются сомнению, все же международное право на стороне Дамаска.

Американо-иранская чехарда со взаимными обвинениями в терроризме сводит на нет все предыдущие усилия по мирному урегулированию сирийского кризиса. Вряд ли в условиях нарастающей конфронтации и, по сути, гибридной или прокси-войны между США, Израилем, Турцией и Саудовской Аравией, с одной стороны, и Ираном, — с другой, можно найти компромисс по будущему государственному устройству Сирии. Скорее всего, эта страна надолго останется полигоном вооруженного противостояния вышеуказанных внешних сил.Фактический распад ее на три анклава (проиранский, протурецкий и курдско-американский)сохранится на неопределенное время. Вашингтон и Тегеран своими агрессивными действиями лишь загнали сирийскую проблему вглубь. В результате, все попытки мирных инициатив ООН и РФ в Женеве, Астане, Сочи или на других возможных площадках по Сирии пока не имеют никаких перспектив.

Ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Иванов Станислав Михайлович

http://ethnoglobus.az/index.php/vse-novosti/item/3526-%D1%87%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C-%D1%82%D0%B5%D1%80%D1%80%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%B2-%D0%B2-%D1%81%D0%B8%D1%80%D0%B8%D0%B8-%D0%B8-%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%B5-%D1%80%D0%B5%D0%B7%D0%BA%D0%BE-%D0%B2%D0%BE%D0%B7%D1%80%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B0

YPG/PKK хочет вновь захватить сирийский Африн

AA

Вывод ДЕАШ из Багоза облегчил YPG/PKK задачу по Африну

Levent Tok,Selen Temizer,Ülviyya Amuyeva,Ekip 

Террористическая организация YPG/PKK в Сирии вновь планирует захватить район Африн, и эту задачу упростил вывод террористов ДЕАШ из провинции Дэйр-эз-Зор при поддержке США. Об этом сказал один из главарей YPG/PKK Алдар Халил в интервью американскому новостному сайту Defense Post.

По его словам, захват сирийского Африна является главной стратегической целью YPG/PKK. 

«Эта цель никак не связана с выводом террористов ДЕАШ из населенного пункта Багоз в провинции Дэйр-эз-Зор. Для нас это — главная стратегия, цель, а не сиюминутное решение», — сказал Халил. 

Главарь боевиков утверждает, что группа террористов YPG/PKK находится в сирийском районе Африн и ежедневно проводит военные операции. 

«YPG/PKK намерена ускорить проведение операции по захвату Африна», — сказал Халил. 

По его словам, вывод ДЕАШ из Багоза облегчил YPG/PKK задачу по Африну. 

США под видом борьбы с ДЕАШ с 2014 года оказывают поддержку YPG/PKK. 

Впервые террористы PKK заявили о себе в 1984 году. В последующие годы террористы РКК совершали кровавые теракты, чтобы дестабилизировать ситуацию и расколоть Турцию. США и Европейский союз внесли PKK в списки террористических организаций.

Террористическая организация PKK совершает вооруженные нападения на государственные структуры и граждан Турции.

Несмотря на попытки Анкары найти пути урегулирования создавшейся ситуации, террористическая организация PKK с июля 2015 года возобновила вооруженные нападения. С этого времени погибли около 500 мирных жителей и 800 сотрудников сил безопасности.

В ходе операций сил безопасности уничтожено или арестовано более 10 тысяч террористов PKK.

В последние годы PKK стремится переложить ответственность за кровавые преступления в регионе на свои ответвления.

В Сирии террористы PKK прикрываются названиями PYD и YPG, а в последние два года называют себя «Сирийскими демократическими силами». В Иране PKK действует как «Партия свободной жизни Курдистана» (PJAK). 

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%BC%D0%B8%D1%80/%D1%81%D0%BC%D0%B8-ypg-pkk-%D1%85%D0%BE%D1%87%D0%B5%D1%82-%D0%B2%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D1%8C-%D0%B7%D0%B0%D1%85%D0%B2%D0%B0%D1%82%D0%B8%D1%82%D1%8C-%D1%81%D0%B8%D1%80%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9-%D0%B0%D1%84%D1%80%D0%B8%D0%BD-/1443118

ХАМАС — новый союзник Асада

У сирийского правительства может появиться еще один союзник

Лидеры ХАМАС хотят возобновить отношения с Дамаском

Руководство палестинской группировки ХАМАС восстанавливает связи с шиитской «осью сопротивления», которые ослабли на фоне гражданского конфликта в Сирии. О соответствующих контактах изданию Al-Monitor рассказал высокопоставленный иранский чиновник. По его словам, организация, контролирующая сектор Газа, хочет вернуться к прежнему уровню отношений – на это указывают ее последние заявления. Однако необходим ли государствам «оси» партнер, который, как считается, годами оказывал не только политическую, но и военную поддержку сирийской оппозиции, пока остается интригой.

Сирийское правительство – единственная сторона «оси сопротивления», которая не поддерживает идею отката к прежнему уровню отношений с ХАМАС. Роль дипломатического посредника между официальным Дамаском и палестинской группировкой сейчас выполняет Иран. Это признал в разговоре с Al-Monitor один из официальных представителей Исламской Республики. Тегеран пытается уговорить сирийское руководство смягчить свою позицию, однако Дамаск неуступчив. Иранский собеседник Al-Monitor выразил надежду, что ситуация вокруг суверенитета Голанских высот изменит что-то в политике сирийского правительства. Накануне ХАМАС сделал реверанс в сторону Дамаска, раскритиковав решение президента США Дональда Трампа признать израильский суверенитет над Голанами. Глава Политбюро движения «Исмаил Хания» выступил с заявлением, сказав, что американцы не должны навязывать свои решения арабам.

Связи между шиитской «осью сопротивления» и суннитской группировкой были серьезно испорчены из-за конфликта в Сирии: ХАМАС сделал ставку на оппозицию, разозлив Дамаск и его спонсоров. Тогдашний лидер движения Халед Машаль не стеснялся даже публично поддерживать противников сирийского правительства. Палестинской группировке представители Дамаска также приписывали военную и финансовую помощь оппозиционерам. Реабилитировать свои связи с участниками «оси сопротивления» движение начало только после смены своего руководства – в 2017 году. Первой, с кем удалось договориться, была ливанская «Хезболла», которая считается одним из сателлитов Ирана. Лидеры палестинской группировки также преуспели в налаживании отношений с Исламской Республикой – они наносили визиты в Тегеран в 2017 и 2018 годах. По некоторым данным, иранская сторона даже возобновила финансовую поддержку ХАМАС.

О своих связях с сектором Газа иранское руководство высказывается крайне противоречиво, то называя ХАМАС и палестинский «Исламский джихад» исключительно местными силами, получающими лишь моральную поддержку Тегерана, то хвастаясь рычагами влияния на эти же группировки. Впрочем, как показывает практика, финансировать группировки можно, а контролировать – не всегда.

После того как у ХАМАС начался разлад с Ираном и Сирией, палестинское движение «подсело» на финансовую подпитку со стороны Катара, напоминают в экспертной среде. «Но на фоне, с одной стороны, катарско-саудовского конфликта, а с другой – усиления милитаристской политики Израиля ХАМАС все больше и больше сомневается в том, можно ли добиться от Израиля нужных позиций без прямого силового воздействия, – заявил «НГ» старший преподаватель департамента политической науки НИУ ВШЭ Григорий Лукьянов. – Никто, кроме Ирана и Сирии, не может проспонсировать такого рода силовой вариант развития ситуации в Палестине. Перед ХАМАС в данной ситуации стоит достаточно специфический выбор. Принимая участие в палестинских переговорах, даже при посредничестве России, ХАМАС выигрывает немного, поэтому в руководстве движения есть та группа политических лидеров, которые считают: возвращение к конфронтации может вдохнуть новую жизнь в ХАМАС, восстановить его поддержку и его позиции не только в секторе Газа, но и на Западном берегу реки Иордан».

Такая позиция имеет под собой основание, говорит эксперт. «До этого все политические подъемы ХАМАС были связаны исключительно с его военной активностью, – отмечает Лукьянов. – Чем сильнее была радикальная риторика ХАМАС, тем оно становилось заметнее, тем больше на него обращали внимание, тем больше акторов были готовы воспринимать его как самостоятельного участника политического процесса. С другой стороны, нужно понимать, что сегодня у ХАМАС не такое большое пространство для маневра как в самой Палестине, так и на международной арене. Египет занимает серьезную антихамасовскую позицию, Сирия и Иран не оказывают такой поддержки, которая была раньше. У ХАМАС нет серьезных союзников, и это тоже для него проблема». Катар, который был готов оказывать финансовую поддержку, не желает брать на себя излишнюю ответственность, заключает аналитик. По его словам, лидеры движения остались один на один не только с другими палестинскими группировками и не только с Израилем, но и со всем миром. Поэтому у ХАМАС есть выбор – перейти к радикальной повестке и налаживать отношения с Сирией и Ираном, либо продолжить мирные переговоры с Израилем.

Игорь Субботин

3 апр. 2019

Источник — независимая газета

Ирану приписывают создание секретной армии в Афганистане


Игорь Субботин

Правительство в Кабуле выражает тревогу в связи с тем, что тысячи шиитских бойцов, воевавших на стороне президента Башара Асада в Сирии, возвращаются в Афганистан. Об опасениях сил безопасности Исламской Республики со ссылкой на свои источники сообщает издание Asharq Al-Awsat. С учетом того, что перемещение афганских шиитов в Сирию для участия в боевых действиях считается инициативой иранского руководства, есть подозрение, что, вернувшись на родину, боевики станут инструментом внешнеполитических амбиций Ирана.

Министерство внутренних дел Афганистана утверждает, что в Исламскую Республику уже вернулись 10 тыс. бойцов, которые принимали участие в боевых действиях в Сирии на стороне официального Дамаска. Источники Asharq Al-Awsat в афганских органах безопасности обращают внимание, что некогда завербованные иранскими офицерами из Корпуса стражей исламской революции (КСИР) афганские шииты представляют опасность у себя на родине. Как предполагают в Кабуле, бывшие участники боевых действий могут стать неплохим политическим инструментом, которым снова может воспользоваться Иран – но на этот раз для того, чтобы укрепить свои позиции в Афганистане. Факт, что афганскую территорию может покинуть американский контингент, делает ситуацию еще опаснее: после себя Соединенные Штаты рискуют оставить политический и военный вакуум, который могут заполнить другие, враждебные США иностранные силы.

Наиболее известными формированиями, укомплектованными из афганцев, являются бригады «Фатимиюн». Эти вооруженные формирования, первые данные о сирийской миссии которых появились в 2013 году – когда к боевым действиям в Арабской Республике вполне открыто присоединилась ливанская «Хезболла», состоят преимущественно из хазарейцев. Представители этой этнической группы, населяющей центральную часть Афганистана, принадлежат к шиитам. Это делает их удобным объектом для иранского воздействия. Как предполагали наблюдатели, участие бригад «Фатимиюн» в войне на стороне Асада обусловлено большими потерями внутри КСИР, офицеры которого, как декларируется иранским руководством, выполняют в Арабской Республике исключительно консультативную роль. Эксперты нередко говорили, что переброска в Сирию бойцов-единоверцев является частью планов Ирана по изменению конфессионального дисбаланса в пользу шиитов.

«Фатимиюн» до сих выполняет роль иранского иностранного легиона в Сирии, – заявил «НГ» эксперт Российского совета по международным делам Антон Мардасов. – Подразделение из хазарейцев имеет довольно большую историю. Оно принимало участие в ирано-иракской и афганской войнах. Его назначение в Сирии менялось постепенно – от силы, которая охраняла шиитские святыни в Дамаске, до формирования, находящегося под оперативным командованием КСИР и воевавшим практически во всех частях Сирии. Однако его боеспособность вызывает вопросы. В первую очередь это связано с кадрами, пополняющими в данном случае экспедиционные силы. По признанию хазарейцев, не все из них являются добровольцами, которые воевали за зарплату и перспективу получения иранского гражданства, – некоторые из них были завербованы под давлением. В то же время большое число потерь связано не только с уровнем квалификации (боевики проходят через тренировочные лагеря либо в Сирии под началом «Хезболлы», либо в Иране, либо в Афганистане), но и с тем, что подразделение нередко выполняло роль пушечного мяса».

Например, бойцы «Фатимиюн», по словам эксперта, принимали участие в боевых действиях на наиболее опасных направлениях – это Дамаск, Алеппо, Дераа, Дейр эз-Зор. Формирования дислоцировались при этом непосредственно возле линии боестолкновения. «Вместе с пакистанским «Зайнабиюном» (воюющая в Сирии бригада ополчения, укомплектованная из пакистанских шиитов. – «НГ») составляет часть шиитской «оси сопротивления». В этом смысле понятны попытки иранцев натурализовать хазарейцев в Сирии. Их поселения находятся возле ливанской границы: через такой плацдарм можно скрыто осуществлять инфильтрацию в Сирию, в Ливан и обратно, а также сохранять оперативные связи в случае вывода боевых групп».

Ранее британская Times приписывала Ирану тренировку бойцов «Талибана» (запрещен в РФ), которая якобы преследовала цель подорвать попытки США урегулировать афганский кризис. По данным издания, боевики проходили обучение на территории Ирана. В их тренировке, как утверждалось, принимали участие сами офицеры КСИР.

Источник — НГ

Иран: интервенты снимают маски

Противники Ирана допускают возможность военных действий. Для этого сколачивается альянс, в который, помимо арабских монархий, втягиваются европейские государства. Вместо уступок Тегеран наращивает боевую мощь и развивает экономику.

Страну тянут в прошлое

Весь февраль в Иране продолжалось празднование 40-летия Исламской революции. Для жителей это не просто юбилей далекого уже события. Память о революции до сих пор сплачивает иранцев. В ходе нее был свергнут режим шаха Пехлеви, являвшегося верным союзником Вашингтона. Прибрав к рукам сырьевые богатства страны, западные покровители монарха закрывали глаза и на чудовищное социальное расслоение, и на жестокий террор в отношении несогласных.

Нынешняя годовщина революции имела острый политический подтекст. Участники праздничных манифестаций не только вспоминали события 1979 года, но и возмущались попытками вернуть Иран в ненавистное прошлое. А такие попытки становятся все настойчивее. Вводимые США ограничения направлены на полное лишение страны доходов. Эта логика проста в своем изуверстве: довести народ до отчаяния и заставить его выступить против своей власти. Только этим можно объяснить беспрецедентные санкции, вступившие в силу в конце прошлого года. Затронув свыше семи сотен юридических и физических лиц, они вводят полную блокаду топливной, транспортной и банковской сфер. Странам мира запрещено торговать с Тегераном, иначе им самим придется столкнуться с санкциями.

Но и на этом нападки не закончились. В середине февраля минфин США расширил санкционные списки, внеся в них девять человек и две организации. Среди последних оказался Международный институт независимых мыслителей и работников искусства «Новые горизонты». Как утверждают в Вашингтоне, на организуемых им конференциях вербовались агенты и собирались разведданные.

Не дожидаясь вожделенных протестных выступлений, враги Ирана пытаются расшатать ситуацию кровавыми терактами. 13 февраля в провинции Систан и Белуджистан смертник направил заминированный автомобиль в автобус с военнослужащими. Погибли свыше 40 человек, включая находившихся поблизости мирных жителей. Преступление стало кульминацией других нападений, произошедших в этом же регионе.

29 января в городе Захедан от взрыва пострадали несколько полицейских, а 1 февраля боевики атаковали базу Корпуса стражей Исламской революции в Никшехре, убив одного и ранив пятерых военнослужащих.

Ответственность за все эти теракты взяла на себя группировка «Джейш аль-Адль»*. Она была создана бывшими членами «Джундаллы» — террористической организации, разгромленной в 2010 году. Лидера последней — Абдулмалика Риги — арестовали на борту самолета Киргизских авиалиний, когда он направлялся в Бишкек для встречи со спецпредставителем США по Афганистану и Пакистану Ричардом Холбруком. Преемница «Джундаллы» является такой же игрушкой в чужих руках. Как заявил недавно министр разведки Ирана Махмуд Алави, за организацией террористических групп у границ страны стоят спецслужбы США, Израиля и арабских монархий.

Антииранский шабаш

То, что руководство перечисленных стран вынашивает планы насильственной смены власти в Тегеране, доказала международная конференция по Ближнему Востоку. Она проходила 13-14 февраля в Варшаве и формально была посвящена обсуждению всех значимых проблем региона: от палестино-израильского конфликта до войны в Йемене. Однако США сделали все для его превращения в смотр враждебных Ирану сил. Королевский дворец в польской столице напоминал в те дни штаб по подготовке интервенции. Тон задавали сами Соединенные Штаты, представленные сразу двумя тяжеловесами — вице-президентом Майком Пенсом и госсекретарем Майком Помпео, а также Израиль в лице премьер-министра Биньямина Нетаньяху.

Впрочем, информационная канонада началась еще до открытия конференции. В Варшаву свезли иранских диссидентов со всей Европы, дав им задание изобразить «народ, жаждущий освобождения». Среди дирижеров толпы оказался личный адвокат Дональда Трампа, экс-мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани. Подхватив крики «Нет — умиротворению! Да — свержению!», он предложил объявить президентом Ирана Мирьям Раджави. Эта женщина возглавляет Организацию моджахедов иранского народа, ответственную за множество терактов и еще относительно недавно признававшуюся США и Евросоюзом одной из террористических группировок.

В самом дворце делались не менее шокирующие с точки зрения международного права заявления. Глава израильского правительства назвал главной целью встречи «продвижение общих интересов для войны с Ираном». Представители США избегали столь однозначных терминов, но суть их выступлений сводилась к тому же. «Нельзя добиться стабильности на Ближнем Востоке, не столкнувшись с Ираном, — уверял Помпео. — Необходимо больше санкций и больше давления!» В свою очередь Майк Пенс призвал страны мира «присоединиться к благородной цели противостояния кровавому режиму мулл», который «становится все более агрессивным».

Разумеется, конференция не ограничилась словесными выпадами. И хотя большинство заседаний велось за закрытыми дверями, можно выделить две главные задачи, которые ставили организаторы. Во-первых, это сколачивание «ближневосточного НАТО», о котором говорится давно, но реальные очертания которого проглядывают только сейчас. Впервые за много десятилетий арабские монархии пошли на открытый контакт с Израилем. В «Твиттере» Нетаньяху появилась видеозапись его переговоров с главами МИД Саудовской Аравии, Бахрейна и Объединенных Арабских Эмиратов. По ней можно судить о том, как дипломаты выражают поддержку израильским авиаударам по Сирии и говорят о необходимости совместной борьбы с Ираном.

Сам Нетаньяху назвал переговоры «историческим переломным моментом», демонстрирующим «единство в отношении общей угрозы». Не счел нужным скрывать своего удовлетворения и глава госдепа США. «Мы создаем новую коалицию, с помощью которой добьемся великих результатов», — хвастливо заявил он.

Вторая цель заключалась в давлении на Евросоюз. Напомним, ЕС выразил несогласие с выходом США из «ядерной сделки» и обещал приложить все силы для ее сохранения. В частности, еще до конца прошлого года планировалось создать специальный механизм взаиморасчетов (SPV), призванный уберечь сотрудничающие с Тегераном европейские компании от американских санкций. В реальности большинство корпораций ушли из Ирана, а правительства разводили руками, признаваясь в неспособности повлиять на крупный бизнес.

Лишь месяц назад власти Великобритании, Германии и Франции объявили о запуске инструмента для поддержки торговых расчетов (INSTEX). Он оказался весьма далек от первоначальных обещаний. Если SPV должен был стать общеевропейским механизмом и касаться широкого круга товаров, то его замена распространяется лишь на три указанные страны и затрагивает продовольствие и лекарственные средства. Которые, отметим, под санкции не подпадают.

Но даже этот суррогат официально не вступил в силу и неизвестно, заработает ли вообще. Евросоюз пошел на поводу у США, фактически обусловив продолжение сотрудничества с Ираном рядом жестких условий. Совет ЕС обвинил Тегеран в незаконных испытаниях баллистических ракет, создании напряженности на Ближнем Востоке, подрывной деятельности в самой Европе и потребовал немедленно пересмотреть политику. Чуть ранее тот же Совет впервые с 2015 года расширил санкции, включив в список террористических организаций одну из структур министерства разведки Ирана. Конференция в Варшаве должна была додавить ЕС, и эту цель можно считать достигнутой. Так, Великобритания присоединилась к антииранской декларации США, ОАЭ и Саудовской Аравии.

В Тегеране отвергают нападки, подчеркивая, что «болезненная зацикленность» Соединенных Штатов и их сателлитов угрожает стабильности на Ближнем Востоке. Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф отметил, что куда логичнее обвинять по вмешательстве не исламскую республику, а Вашингтон, который заполонил регион своими базами. Также, по его словам, в условиях саботажа «ядерной сделки» со стороны Европы Иран не сможет в одиночку нести бремя исполнения договора.

Двуглавая политика Кремля

Оказавшись перед дилеммой — капитулировать или продолжать сопротивление, Тегеран выбирает второй вариант. «Враги Ирана не смогут добиться своих целей, и страна продолжит идти тем же курсом, который был выбран 40 лет назад», — заявил президент Хасан Роухани. Он указал, что стране не нужно разрешения на то, чтобы укреплять оборону. Касается это, в том числе, ракетной программы. В феврале прошли испытания новой ракеты «Ховейзех», способной поражать цели на расстоянии до 1350 км, а также первый в истории страны пуск крылатой ракеты с подводной лодки. Спущена на воду новейшая субмарина «Фатех», а ВМС страны пополнились эсминцем «Саханд».

Отличительная особенность этих видов вооружений в том, что они от начала до конца спроектированы и построены иранскими специалистами. Проявить свои возможности корабли и подводные лодки смогут на учениях и в дальних походах. В марте начнется пятимесячная миссия иранского флота в Атлантическом океане, в конце февраля состоялись масштабные маневры ВМС в Индийском океане.

Несмотря на санкции, экономика не демонстрирует признаков краха. Этому способствует ее ускоренная диверсификация. За последний год экспорт сельскохозяйственной и пищевой продукции из Ирана вырос на 15 процентов, металлопродукции — на 12, цемента — на 10, одежды и текстильных изделий — на 28 процентов. Страна достигла практически полной продовольственной самообеспеченности.

Выстраиваемая Вашингтоном блокада дает явные сбои. Главный покупатель иранской нефти — КНР — лишь наращивает импорт сырья. Китайская государственная корпорация «Синопек» выступила с инициативой инвестировать 3 миллиарда долларов в нефтегазовую промышленность Ирана. Готовность укреплять сотрудничество была подтверждена 19 февраля, когда Китай посетила представительная делегация исламской республики. Отказываются присоединяться к режиму санкций и в Багдаде. Премьер-министр Ирака Адель Абдель Махди заявил о продолжении тесных экономических связей, включая импорт иранского газа и электроэнергии.

А вот Москва в столь сложное для Тегерана время заняла двойственную позицию. С одной стороны, она осуждает давление на Иран и отказалась участвовать в варшавском шабаше. С другой — эта поддержка отличается крайней непоследовательностью. «Роснефть» после введения антииранских санкций вышла из переговоров о совместной добыче нефти. Углубляются контакты Кремля с противниками Тегерана. Директор Службы внешней разведки РФ Сергей Нарышкин посетил в январе Саудовскую Аравию, где был принят наследным принцем Мухаммедом бен Салманом. Арабские СМИ со ссылкой на источники в королевстве сообщили, что на переговорах обсуждалось сдерживание Ирана. В частности, Нарышкин предложил арабским странам более активно участвовать в достижении мира в Сирии и отметил, что Москва работает над снижением иранского влияния.

Информацию можно было бы посчитать газетной уткой, однако ее опровержения со стороны российских властей так и не поступило. То же самое касается визита в ОАЭ секретаря Совета безопасности Николая Патрушева, который, по данным тех же изданий, имел там беседы со схожей повесткой. 27 февраля состоялся визит в Москву Нетаньяху. По его словам, главная цель переговоров с Путиным — выдавливание Ирана из Сирии.

Израильские налеты на Сирию между тем продолжаются. Удары, нанесенные в конце января, оказались самыми массированными за несколько месяцев. Их целями стали полсотни объектов в провинциях Дамаск и Даръа. Под предлогом нейтрализации «иранской угрозы» израильская военщина уничтожает гражданскую инфраструктуру. Так, в результате обстрела провинции Кунейтра 11 февраля были разрушены больница и обсерватория.

Характерное для российской власти расщепление проявилось здесь в полной мере. Замминистра иностранных дел России Сергей Рябков в интервью американской телекомпании Си-Эн-Эн осудил авиаудары. «Но это не означает… что мы не должны заботиться о безопасности Израиля, — тут же уточнил он. — Для нас безопасность Израиля имеет первостепенное значение». Отвечая на вопрос, является ли Тегеран союзником Москвы, Рябков сказал, что «не стал бы использовать подобный термин». «Мы всего лишь сотрудничаем в Сирии», — добавил он. И подчеркнул, что «Москва… не поддерживает антиизраильские шаги со стороны Ирана».

Пока неизвестно, отречется ли Кремль от Тегерана трижды, как библейский апостол Петр. Но что подобная политика не красит официальную Москву, заявляющую о независимом курсе, можно сказать уверенно.

Сергей Кожемякин

Источник — Правда

Что стоит за демаршем министра иностранных дел?

google

Когда стали поступать сообщения о том, что министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф подал в отставку и принес в своем блоге в социальных сетях извинения перед иранским народом «за все недоработки, которые произошли за то время», когда он был министром, мы решили не спешить комментировать это важное событие. Важное не только для Ирана, но и всего Ближнего Востока.

59-летний Зариф — опытнейший иранский дипломат. Служил послом Ирана в ООН и стал министром иностранных дел в 2013 году после того, как был избран на свой пост президент Хасан Рухани. Есть сведения, что он участвовал в неформальных переговорах между Ираном и США в период боевых действий американцев против режима талибов (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Афганистане. Однако главным его дипломатическим достижением на посту главы МИД Ирана можно считать заключение в 2015 году ядерного соглашения, известного как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), что создавало шансы для страны начать возрождение экономики и выйти из международной политической изоляции. Зарифа позитивно встречали на Западе, где его воспринимали как умеренную фигуру в иранском руководстве, с которой «можно договориться и которая желает договориться». И не его вина, что после известных решений Вашингтона о выходе из ядерного соглашения события стали развиваться по иному сценарию.

Но итогом является то, что министру иностранных дел все чаще и чаще приходится вступать в жесткую политическую схватку с политическими оппонентами. В последний раз, месяца два-три назад, когда он схватился с Корпусом стражей революции (КСИР) из-за коррупционных дел, стало казаться, что удержаться на послу главы МИД ему не удастся. Однако пронесло. Зариф тогда признал факт внутренней напряженности и заявил, что на данном этапе «внутренняя сплоченность важнее, чем хлеб и вода». Правда, ставшие вдруг сейчас словоохотливыми некоторые депутаты иранского парламента, в частности, член комитета по национальной безопасности и внешней политике Джавад Карими Годуси, сообщают, что, оказывается, министр 13 раз обращался с просьбой об отставке, которую не принимали. По словам Годуси, «примерно два месяца назад Зариф уединился у себя дома на девять дней и не ходил на работу, ожидал, что ему позвонят Рухани и глава администрации президента Ваези, но они не позвонили».

Исходя из этого, некоторые эксперты стали рисовать образ Зарифа как «капризного, самолюбивого человека». Сейчас депутат Годуси утверждает, что отставка министра уже принята, хотя на момент подготовки этой статьи официального подтверждения еще не было. Deutsche Welle со ссылкой на заявление администрации президента Ирана, утверждает, что «отставка Зарифа отклонена». Гром прогремел, молния блеснула — и обозначился фактор международного эффекта: Запад в большинстве своем воспринял сообщение об отставке Зарифа как политическую победу консервативных кругов в Иране и соответственно отреагировал на демарш министра. А некоторые аналитики снова обратились к теме «неминуемого» острого кризиса в высшем руководстве страны, где разворачивается острая борьба между теми, кого традиционно именуют «реформистами-технократами» и «консерваторами».

Обозначим то, что лежит на поверхности. Иранское агентство Fars утверждает, что в этот раз причиной заявления Зарифа об отставке стало то, что он не был проинформирован и приглашен на встречу с прибывшим в Тегеран президентом Сирии Башаром Асадом. Определенную правдоподобность данной версии придает то, что Асад с момента начала сирийского кризиса только второй или третий раз выбрался за границу, на сей раз в Иран, для чего должны были быть серьезные причины. Если Зариф действительно об этом не был извещен, это является признаком проявления к нему со стороны определенных кругов в руководстве страны, как утверждает иранский информационный портал Entekhab, «утраты политического доверия в качестве министра иностранных дел». И тогда уже возникает вопрос о причинах такого к нему отношения.

Возможно, глава МИД Ирана предлагал свой сценарий выстраивания отношений с США по ядерной программе, что встретило не только жесткое сопротивление со стороны так называемых консервативных кругов, но и разногласия с президентской канцелярией. Впрочем, вопрос о том, стоит ли ожидать изменений во внешнеполитическом курсе Тегерана остается пока открытым. По мнению The Associated Press, даже заявление Зарифа об отставке ослабляет позиции Рухани, который в последнее время все больше и больше сталкивается с растущим политическим давлением со стороны сторонников жесткой линии в правительстве, недовольных ухудшением из-за санкций состояния экономики страны. Что будет дальше?

Станислав Тарасов

Источник — REGNUM

Пакистан меняет ближневосточную политику

Dr. Necmettin Acar,Ülviyya Amuyeva 

АА

|

Пакистан может отказаться от политики беспристрастности применительно к Ближнему Востоку и присоединиться к антииранской коалиции в тандеме с Саудовской Аравией и ОАЭ. Об этом сказал турецкий эксперт по вопросам безопасности и ближневосточной политики Неджеметтин Аджар. 

Эксперт отметил, что пакистанские СМИ пестрят заголовками о предстоящем визите наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Салмана в Исламабад. 

По его словам, принц Салман, являющийся де-факто главой Саудовской Аравии, совершит двухдневный визит в Пакистан в рамках турне по странам Азии, которое начинается 18 февраля.

Пакистанские СМИ пишут, что в Исламабаде с волнением ждут визита наследного принца Саудовской Аравии, и при официальной встрече будет соблюден беспрецедентный дипломатический протокол, сказал Аджар.

По его словам, вопрос смены курса Пакистана, в частности его отдаление от Ирана и сближение с тандемом Эр-Рияд-Абу-Даби, актуализирует недавний визит в Исламабад наследного принца ОАЭ и подписание документов о сотрудничестве.

«Внимание мирового сообщества привлекли даты визитов наследных принцев Саудовской Аравии и ОАЭ в Пакистан. Теракты, совершенные в регионе за последнюю неделю, позволяют понять смысл этих визитов. В первом случае целью террористов стали индийские военнослужащие в штате Джамму и Кашмир, во втором — иранские военнослужащие в провинции Белуджистан. Атака на индийских военнослужащих привела к еще большей напряженности в отношениях Пакистана и Индии. А атака на иранских военнослужащих является первым признаком нового витка напряженности в отношениях между Тегераном и Исламабадом», — сказал Аджар.

Кроме того, эти визиты приобретают особый смысл с учетом того, что совершаются после антииранской конференции по Ближнему Востоку в Варшаве, считает эксперт.

«Пакистан, сконцентрировавшийся на исторической и геополитической конкуренции с Индией на Ближнем Востоке и в исламском мире, придерживался традиционной беспристрастной политики. События прошедшей недели позволяют предположить, что Пакистан откажется от политики беспристрастности и присоединится к антииранской коалиции в тандеме с Саудовской Аравией и ОАЭ», — сказал Аджар.

По его мнению, главной причиной такого развития событий может стать напряженность последнего времени в отношениях Пакистана с Ираном и Индией, а также усугубление экономических проблем в стране.

Если Исламабад присоединится к антииранской коалиции, это может вызвать разногласия между шиитами и суннитами в Пакистане, инициировать антиправительственную кампанию фронта «Джамаат-и Ислами» (традиционно поддерживает движение «Братья-мусульмане»), сказал Аджар.

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D0%BF%D0%B0%D0%BA%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD-%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%8F%D0%B5%D1%82-%D0%B1%D0%BB%D0%B8%D0%B6%D0%BD%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%87%D0%BD%D1%83%D1%8E-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D1%83-/1395953


Варшава vs. Сочи: качество перевесило количество

АА

Prof. Dr. Cengiz Tomar,Ülviyya Amuyeva

На прошлой неделе внимание всего мира было приковано к двум международным мероприятиям, связанным с событиями на Ближнем Востоке.

Первое мероприятие прошло в Варшаве — столице страны ЕС, где в свое время был подписан Варшавский договор — документ о создании военного союза европейских социалистических стран при ведущей роли СССР. Вторая международная встреча состоялась в Сочи — крупнейшем курортном городе России. 

Ближневосточную конференцию в Варшаве можно иронично охарактеризовать как «смешанный концерт Восточно-Западного оркестра», на котором солировал Израиль под руководством США, а некоторые арабские страны стали неким «вокальным сопровождением». 

События на Ближнем Востоке, в частности в Сирии, привели к формированию в мире двух коалиций — «северной» (Россия, Турция и Иран) и «южной» (США, Израиль, Египет, ряд стран Персидского залива и Европы). 

Варшава, возможно, специально была выбрана местом проведения конференции, призванной стать своеобразным посланием России. Москва же решила ответить на это сотрудничеством с Ираном, вечным врагом США, и Турцией, стратегическим партнером Соединенных Штатов по НАТО. По сути, трио Россия-Турция-Иран проигрывает по числу участников, но выигрывает по степени влияния в регионе Ближнего Востока.

Больше всего от варшавской конференции, несомненно, выиграл премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. В преддверии выборов в Израиле Нетаньяху встретился с руководством арабских стран, которые годами отказывались признавать Тель-Авив. Таким образом премьер получил возможность продемонстрировать израильтянам свою популярность на международном уровне.

Больше всего от участия в варшавской конференции проиграют арабские страны, сотрудничающие с Израилем, в особенности если Вашингтон и Эр-Рияд в ближайшее время объявят «Столетний план» по Палестине. 

США же планировали заручиться большей поддержкой в «южной» коалиции, которую им удалось создать против Ирана. Однако планы Вашингтона смешало низкое участие в варшавской конференции европейских и арабских стран.

Профессор Дженгиз Томар, и.о. ректора Международного казахско-турецкого университета имени Ходжи Ахмеда Ясави

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D0%B2%D0%B0%D1%80%D1%88%D0%B0%D0%B2%D0%B0-vs-%D1%81%D0%BE%D1%87%D0%B8-%D0%BA%D0%B0%D1%87%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE-%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%B2%D0%B5%D1%81%D0%B8%D0%BB%D0%BE-%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE-/1399080