Силовики Киргизии готовы взять власть

http://www.centrasia.ru/news.php?st=1273559820

Выразитель интересов спецслужб Кыргызстана впервые объявил о своих политических притязаниях в интервью порталу IzRus. Главной задачей он считает наведение порядка в стране, затем намерен расставить акценты во внешней политике, в том числе касательно иранской активности в регионе…

Ссылаясь на сотрудников израильских госструктур, которые занимаются Центральной Азией и поддерживают связь с представителями спецслужб Кыргызстана, 21 апреля портал IzRus сообщил, что силовики этой республики решили выдвинуть собственного кандидата на власть в стране. Отмечалось, что этот человек, начинавший карьеру в КГБ СССР, пока намеренно не привлекает к себе внимания, но когда «осядет революционная пыль» (после переворота 7 апреля) заявит о своих политических амбициях. По просьбе указанных источников, мы не стали называть его имя. Это лишь подстегнуло интерес к данной персоне со стороны официальных структур в США, России, Казахстане и Узбекистане.

58-летний Мирослав Ниязов прослужил в органах с 1974-го по 2001 год и ушел в отставку будучи заместителем министра национальной безопасности Кыргызстана. В 2005-2006 годах он занимал пост секретаря Совбеза. Теперь «железный» Мирослав фактически стал выразителем интересов элиты силовых структур. Многие его единомышленники, как и он сам, окончили Высшую школу КГБ, и по широте кругозора, уровню образования и корпоративной дисциплины заметно превосходят осколки местной советской номенклатуры, составившие костяк политического истеблишмента республики. Не случайно Ниязова поддерживают бывшие и действующие офицеры спецслужб, в том числе члены руководства Службы национальной безопасности.

17 марта, за несколько недель до переворота, он заявил российскому интернет-изданию Regnum: «Негативное отношение к институтам власти у всего населения уже сформировалось… Пришло время честно и открыто заявить о профессиональной непригодности, и даже опасности, буквально всех институтов власти». Ниязов предупреждал, что «будущее страны становится все более непредсказуемым», а сохранить суверенитет можно лишь путем консолидации киргизов и организации национально-патриотического движения. Через две недели после переворота, еще не раскрывая своих собственных планов, он сообщил российскому сетевому ресурсу Gzt.ru, что к власти в Кыргызстане могут прийти силовики. И вот, наконец, Ниязов решил посредством портала IzRus публично заявить о своих политических притязаниях.

Общение с этим человеком оставляет впечатление, полностью соответствующее его профессиональному кредо. С одной стороны, Ниязов очень приятный собеседник: внимательно выслушивает своего визави, отвечает спокойно, размеренно, с мягкой интонацией в голосе. Но вместе с тем, он излагает мысли не как обычный политик: более лаконично, без всякой витиеватости, порой даже жестко.

Как Вы оцениваете нынешнюю ситуацию в Кыргызстане через месяц после переворота? Около двух недель назад Вы заявили, что новые власти допускают серьезные ошибки, которые раздражают народ…
После этого заявления положение в стране не улучшилось. Имеется тенденция ухудшения обстановки в целом по республике. Это: серьезные ошибки временного правительства, его непоследовательность, кадровая чехарда. Алогичность действий руководства ведет к дальнейшей дестабилизации. Практически нынешняя власть не контролируют обстановку в стране. События развиваются стихийно и не подчинены интересам временного правительства. Оно держится пока лишь на честном слове.

Сколько еще, по Вашему мнению, продлится такая ситуация?
Не так долго, как это может показаться. Ситуация может получить совершенно неожиданный поворот. Я имею в виду и возможность очередной смены власти.

Две недели назад Вы заявили, что к власти могут прийти силовики.
Совершенно верно. Сама обстановка требует решительного вмешательства во имя сохранения единства нации, территориальной целостности государства и наведения порядка. Как известно из истории, в условиях хаоса и анархии возникает естественная потребность в «сильной руке». Поэтому такое развитие событий я не исключаю.

Вы ощущаете, что у населения есть потребность в «сильной руке»?
Да есть. Народу нужны спокойствие и порядок. Сейчас уже все больше говорят о необходимости сильной власти. Народ по ней скучает. Ведь сегодня о себе очень громко заявляет криминал. Под его давлением находится практически весь бизнес. В Бишкеке по вечерам уже не много народа — люди остерегаются насильственных действий. Бесконтрольность ощущается и на периферии. На местах постоянно меняется власть. Набирают обороты межнациональные конфликты.

Вы лично готовы возглавить процесс смены власти на более жесткую и стабильную?
Мне претит всякое беззаконие. Я сторонник конституционной смены власти. Вместе с тем в условиях полной анархии не исключаю смены власти на более жесткую во имя политической стабилизации в стране. Я заявляю: нас не спасет никакая очередная конституция. Сама по себе конституция — ничто иное, как декларация, пока она не будет наполнена конкретным содержанием. Только сильная власть может навести сегодня порядок и обеспечить стабильность. И лишь затем можно будет говорить о конституционных реформах. В настоящее время для этого нет никаких условий. Тот проект конституции, который предлагает временное правительство, не пройдет через референдум. При нынешнем положении никакие выборы не состоятся. В условиях охлократии, вакханалии, анархии не может быть и речи о благополучном проведении референдума и выборов. Это приведет к очередному конфликту, вплоть до мощного гражданского противостояния, до локальных вооруженных конфликтов.

И последний вопрос, который нельзя обойти вниманием, о Ваших внешнеполитических ориентирах, что особенно актуально на фоне соперничества внешних сил за влияние в республике?
О внешней политике может идти речь лишь когда появится легитимная власть. Значит первая задача – легитимизироваться. Следующим этапом должно стать установление дружеских отношений с ближайшими соседями и Россией. Это — наши традиционные партнеры. Что же касается дальнего зарубежья, мы должны очень активно сотрудничать буквально со всеми. Хотя Кыргызстан входит в зону влияния России, это не является препятствием для активного сотрудничества с Западом. Во имя чего? Во имя привлечения инвестиций. В течение 20 лет подрывалось доверие к институтам власти. И они не пользовались большим доверием за рубежом. Поэтому теперь нужно создать такую атмосферу, чтобы получить вотум доверия со стороны международного сообщества.

За месяц с небольшим до переворота Кыргызстан оказался в центре скандала, явно вызванного противостоянием Ирана и США в регионе. У Вас есть какая-то позиция по данному вопросу?
Всему свое время. Возможно, эта проблематика станет актуальной после того, как в стране будет наведен порядок. Сегодня говорить на эту тему — преждевременно. Проблем внутренних гораздо больше, чем внешних. А внешние проблемы находятся в прямой зависимости от внутренних проблем. Чем быстрее мы наведем порядок, тем быстрее сможем заняться налаживанием нормальных отношений с внешним миром. Тогда-то и будут расставлены акценты во внешней политике…
Михаил Фальков

Почему спецпосланник Алиева ездил в Израиль ?

http://izrus.co.il/dvuhstoronka/article/2010-05-10/9815.html

Александр Гольденштейн
На прошлой неделе спецпосланник президента Азербайджана провел в Израиле переговоры с главой иерусалимского офиса Американо-израильского комитета по общественным связям (AIPAC). Баку пытается заручиться поддержкой влиятельного еврейского лобби на уровне Конгресса и Сената.
На прошлой неделе, 6 мая, заместитель министра иностранных дел Азербайджана Араз Азимов провел переговоры с главой иерусалимского офиса Американо-израильского комитета по общественным связям (AIPAC) Уэнди Зингер. Как заявил порталу IzRus пресс-секретарь представительства AIPAC в Израиле Дэйвид Трэвельман, их встреча носила частный характер, и по этой причине о ней не было никаких сообщений в СМИ. Он отказался оглашать содержание разговора Азимова и Зингер, отметив лишь, что подобные встречи оно проводит «на постоянной основе». В свою очередь, компетентные источники в Иерусалиме сообщили, что на этих переговорах затрагивались вопросы об оказании поддержки Азербайджану лоббистами AIPAC на уровне Конгресса и Сената. Отдельно обсуждалось взаимодействие некоторых еврейских организаций США с армянским лобби.

Кстати, нейтрализацией армянского влияния в последнее время активно занимается посол Турции в Вашингтоне (бывший посол в Израиле) Намик Тан. Он ведет контакты по данному вопросу с Еврейским комитетом Америки, Американо-израильским комитетом по общественным связям и Антидиффамационной лигой.

Араз Азимов считается одной из наиболее сильных фигур в дипломатическом ведомстве Азербайджана, являясь также спецпредставителем президента Ильхама Алиева по урегулированию нагорно-карабахского конфликта. В ходе визита в Израиль он также встречался с главой МИД Авигдором Либерманом, и его заместителем Дани Аялоном. Директор Департамента Центральной Европы и Евразии МИД Пини Авиви сообщил порталу IzRus, что на этих встречах обсуждались вопросы, касающиеся двухсторонних отношений и региональной политики на Ближнем Востоке и на Южном Кавказе. По его словам, встречи подобного формата проходят два раза в год – в прошлый раз сам Авиви посещал Баку в декабре 2009 года.

Договор между Анкарой и Баку нейтрализует США и Израиль на Южном Кавказе

Ризван Гусейнов

Отказ президента Азербайджана принять участие во встрече глав стран СНГ в Москве 8 мая, имеет совершенно определенные мотивы и причины, которые возможно с первого взгляда не совсем понятны российскому читателю. Заявленной причиной встречи глав СНГ являлось совместное торжественное празднование 65-ой годовщины Победы в Великой Отечественной Войне: великой победы, в которой есть немалая заслуга Азербайджана и нефтяного Баку. Достаточно отметить, что из 3,2 миллионного населения Азербайджана на фронты Великой Отечественной в 1941-1945 гг. отправилось около 700 тысяч человек, то есть фактически каждый четвертый азербайджанец, при этом половина из них погибли в боях от Москвы, Сталинграда и до Берлина.

Также будет уместно сказать, что 85% нефти и 95% авиационного топлива фронту дал Баку, в котором сотни тысяч оставшихся женщин и детей в нечеловеческих условиях круглосуточно ковали победу за станками и в нефтяных скважинах. Азербайджанские женщины собрали и передали для фронта около 1 тонны золота и серебра из своего приданного. Поэтому Великая Отечественная оставила глубокий след азербайджанцев, у которых не найдется семьи, не познавшей в те годы потери родных и близких.

Победа в этой войне является праздником и предметом гордости для азербайджанского народа. Чтобы подчеркнуть это президент Ильхам Алиев примет участие на торжествах 9 мая на Красной Площади в Москве. А что касается встречи глав СНГ, то на ней Алиев не принял участие потому, что не желает сидеть за одним столом с президентом Армении Сержем Саргсяном, поскольку до сих пор официальный Ереван так и не признал обновленные Мадридские принципы как документ для продолжения мирных переговоров по разрешению Карабахского конфликта. Эти самые Мадридские принципы разработанные сопредседателями Минской группы ОБСЕ: США, Россией и Францией, несмотря не некоторые спорные моменты были одобрены официальным Баку, но уже несколько месяцев армянская сторона хранит молчание и не может выразить свою позицию по этому вопросу. Самое парадоксальное, что в этой ситуации, международные посредники в лице США, России и Франции не оказывают никакого серьезного влияния на Ереван.

У Баку есть и другие причины для разочарования в эффективности посредничества МГ ОБСЕ. Между президентами Ильхамом Алиевым и Сержем Саргсяном только в 2009 году президенты Азербайджана и Армении встречались шесть раз. А с участием президента России, в общей сложности, начиная с ноября 2008 года, было проведено пять трехсторонних встреч Медведев-Алиев-Саргсян. Два года интенсивных встреч на высшем и высоком уровнях и… никаких результатов. Все усилия посредников направлены на стремление и далее удержать статус-кво и убедить Азербайджан не проводить военную кампанию по освобождению оккупированных Арменией территорий. Но, чтобы убедить Азербайджан, нужны были хоть какие-нибудь подвижки в мирном переговорном процессе, свидетелями чего мы так и не стали.

За прошедшие почти два года, после августа 2008-го мы стали свидетелями усиления позиций России на постсоветском пространстве. Российская политика уверено решает вопросы восстановления своего влияния в Украине, Центральной Азии. Официальная Москва смогла убедить Запад в бесполезности попыток ограничить значимость российских энергоресурсов на европейских рынках и доказала, что российские энерготранзитные интересы нельзя просто так взять и отменить по указке из Вашингтона. Россия смогла договориться с США по многим вопросам мировой политики, найти компромиссы и доказать, что Вашингтон нуждается в российской поддержке, не меньше чем Москва в американской.

Что касается дальнейшего развития ситуации на постсоветском пространстве, то оно во многом зависит от того, чем закончатся большие политические изменения, происходящие в Украине после прихода там к власти президента Януковича. После того, как определится конкретная устойчивая точка нынешнего российско-украинского сближения, можно будет судить о степени усиления российского влияния в других регионах, в первую очередь на Южном Кавказе, который для России всегда являлся самой уязвимой точкой в концепции безопасности и защиты своих интересов на постсоветском пространстве.

Дело в том, что сегодня Южный Кавказ является, пожалуй, единственной точкой постсоветского пространства, где США и Россия не обладают четкой концепцией и вынуждены наощупь, с осторожностью искать пути защиты своих геополитических и энергетических интересов. На Южном Кавказе у Москвы есть некоторые преимущества: Россия лучше США разбирается в тонкостях восточной кавказской политики, а также может оказывать сильное влияние на Азербайджан и Армению, поскольку держит в своих руках ключи от разрешения Карабахского конфликта. Но дело в том, что Россия держит эти ключи, однако пока еще смутно представляет как ими воспользоваться в меняющейся геополитической ситуации на Южном Кавказе. А ситуация меняется и основными акторами в ней становятся Турция и Азербайджан.

Азербайджан уже открыто наращивает свой военно-политический потенциал, строит ВПК и не скрывает намерения любым путем восстановить свою территориальную целостность. Уже сегодня военный бюджет Азербайджана превышает весь бюджет Армении, которая ищет дополнительную опору в лице России и Запада и официальный Ереван надеется, что международное сообщество сможет и далее удерживать Азербайджан от начала военной кампании в Карабахе. Многочисленные эксперты, в том числе и армянские, отмечают, что при нынешнем раскладе сил, Азербайджан способен в течение 2-3 дней провести успешную военную операцию по освобождению оккупированных армянскими войсками территорий. Но это произойдет обязательно, поскольку рано или поздно региональные изменения вынудят международное сообщество занять нейтральную позицию или хотя бы прекратить явно поддерживать агрессора Армению. То есть сейчас Азербайджан, терпеливо выжидает изменения расклада сил и позиции ведущих стран или того когда Армения станет предметом торга, тем более, что уже есть некоторые симптомы того, что Россия и США готовы пожертвовать интересами Армении. Это может произойти ради разблокирования Южного Кавказа и превращения его в транзитный маршрут доставки прикаспийского газа в Европу и передислокации натовских войск из Ирака, через Турцию, Южный Кавказ, Центральную Азию в Афганистан. В этом более всего заинтересованы США, и остается ждать сможет ли Вашингтон заинтересовать этим планом Россию, которой больше по душе сохранение нынешнего статус-кво на Южном Кавказе.

Стоить отметить, что дополнительным катализатором изменений на Южном Кавказе стал провал попытки международного сообщества нормализовать турецко-армянские отношения, и таким путем разблокировать регион, сделав его транзитным в интересах США и Европы. Теперь, после неудачи в армяно-турецком диалоге, отношения между Турцией и Азербайджаном, прежде недовольным попытками разблокировать армяно-турецкую границу в обход разрешению карабахского конфликта, переживают настоящий ренессанс. Анкара и Баку не только договорились по ценам и объемам транзита азербайджанского газа в Европу, намерены отменить визовый режим, но и что самое важное готовят подписание военно-стратегического Договора, который станет серьезным сигналом для ведущих держав.

Дело в том, что все эти годы Турция старалась придерживаться нейтралитета в Кавказской политике, чтобы не раздражать Россию в первую очередь. Теперь на фоне широкого российско-турецкого сотрудничества, Москва не выступает против усиления турецкого влияния на Южном Кавказе и военно-стратегического сближения с Азербайджаном, поскольку это может существенно нейтрализовать присутствие США и Израиля в регионе.

Подведя итоги можно отметить, что пожалуй, самой актуальной угрозой для кавказской региональной безопасности остается неразрешенность карабахского конфликта и, что по этому вопросу ни США, ни Россия не обладают набором политических инструментов, позволяющих или разрешить или же на худой конец и далее удерживать ситуацию в состоянии «ни мира, ни войны». Южный Кавказ является взрывоопасной точкой, где ни США, ни Россия не обладают полным контролем над ситуацией и во многом идут на поводу развития ситуации, которая все больше начинает зависеть от регионального лидера Азербайджана и соседней Турции, вошедшей уже в двадцатку сильнейших держав мира. Официальный Баку неоднократно отмечал, что предоставляет Еревану возможно последний шанс: или одобрить обновленные Мадридские принципы, разработанные международным сообществом как план поэтапного освобождения азербайджанских территорий или же готовиться к тому, что Азербайджан начнет другими путями принуждать Армению вывести свои войска из Нагорного Карабаха и прилегающих семи районов.

Постоянный адрес новости: www.regnum.ru/news/1282093.html

Ситуация в Турции: апрель 2010 г.

http://www.iimes.ru/rus/stat/2010/06-05-10c.htm

А.А. Гурьев

События в апреле вновь продемонстрировали многовекторную, целеустремленную и динамичную внешнюю политику Анкары. При этом, Турция еще раз доказала, что многовекторность в понимании турецких дипломатов не означает распыление сил и средств всех заинтересованных ведомств, а подтверждает оптимальную координацию их действий, режиссером которых выступает министр иностранных дел А. Давутоглу.

Думается, именно на эти аспекты обратила внимание и авторитетная французская газета Ле Монд, опубликовавшая аналитическую статью, посвященную внешней политике нынешнего руководства Турции под красноречивым заголовком «Турецкие дипломаты отправляются на завоевание мира».

Главу министерства иностранных дел Турции А. Давутоглу Ле Монд с уважением называет «турецким Киссинджером» и считает, что при нем Турция перестала быть «дипломатическим карликом», а Анкара все больше превращается в «маяк для всего региона». К этому следует добавить, что «маяк» все чаще и жестче отстаивает свое видение решения ряда сложных региональных проблем.

По мнению газеты, пользуясь ослаблением Египта и Саудовской Аравии и улучшая отношения с соседями — Сирией, Ираком, Грецией и Арменией, Турция превращается в «ведущего игрока» на Ближнем Востоке. При этом опорой внешнеполитического курса страны, по словам А. Давутоглу, остается ориентация на ЕС и НАТО. Одновременно, подчеркивает французское издание, Анкаре удается укреплять отношения «с Россией и всей Восточной Европой» и вести «настоящее наступление» на африканском направлении.

Примечательным в этом плане стал визит премьера Р. Эрдогана в США, в рамках которого были, в частности, обсуждены вопросы турецко-армянского урегулирования, иранской ядерной программы, состоялась его встреча с президентом Армении С. Саргсяном. Эксперты обращают внимание, что по обеим жизненно важным для Турции вопросам заинтересованным сторонам не удалось достичь взаимоприемлемых договоренностей.

Как известно, главы МИД Армении и Турции Эдвард Налбандян и Ахмед Давутоглу 10 октября 2009 года подписали в Цюрихе «Протокол об установлении дипотношений» и «Протокол о развитии двусторонних отношений». Документы после подписания должны были быть одобрены парламентами обеих стран. Попытка США на самом высоком уровне убедить лидеров Турции и Армении выполнить достигнутые в Цюрихе договоренности не увенчалась успехом. Призыв Б. Обамы остался ими не услышанным.

Протоколы о нормализации отношений с Арменией в настоящее время не могут быть ратифицированы парламентом Турции из-за неблагоприятной «политической атмосферы». Именно такое заявление турецкого премьера Р. Эрдогана прозвучало на прошедшей 12 апреля в Вашингтоне встрече с президентом Армении С. Саргсяном. По его мнению, неблагоприятная политическая конъюнктура обусловлена прежде всего недавним принятием резолюций о признании геноцида армян в 1915 году в Османской империи комитетом по международным делам Палаты представителей Конгресса США и парламентом Швеции.

Р. Эрдоган, вернувшись в Турцию в интервью турецкому телеканалу NTV подчеркнул, что «решение карабахского конфликта не является нашим предусловием для ратификации Протоколов, это условие Азербайджана. Однако мы тесно связаны. Поэтому мы очень желаем решения этого конфликта». Он отметил необходимость освобождения всех оккупированных азербайджанских районов по формуле 5+2 (на первом этапе армянские военные покидают 5 районов вокруг Нагорного Карабаха, затем еще два — Кельбаджарский и Лачинский).

«Армянская сторона относится к этому достаточно холодно. В настоящее время Баку, Ереван и Минская группа ОБСЕ обсуждают этот вопрос. Если они не отнесутся к этому серьезно, достичь результата будет невозможно. В Вашингтоне мы говорили об этом полтора часа. Нам рекомендуют не смешивать проблемы Нагорного Карабаха и турецко-армянских границы. Но мы ответили, что верны обязательствам и не нарушим данного слова. Стоим на том же, что было подписано в Швейцарии. Однако в тексте протоколов есть и такое выражение — «для обеспечения мира в регионе». В настоящее время достижению этой цели препятствует проблема между Азербайджаном и Арменией. Мы должны стремиться к обеспечению мира, потому что отсутствие стабильности и является причиной закрытия границ. Мы должны решить эту проблему. Пока она не будет решена, наш парламент не даст согласия на ратификацию Протоколов. Мы не хотим от своего парламента негативного решения», — заявил Р. Эрдоган. По словам премьер-министра, армяно-турецкие протоколы были подписаны в надежде на то, что вопрос об освобождении оккупированных районов будет решен до вынесения этих документов на ратификацию в парламент.

Тезис турецкого премьера о невозможности нормализации турецко-армянских отношений без стабилизации ситуации на Южном Кавказе был сразу же дополнен и развит главой турецкого дипломатического ведомства. Министр на пресс-конференции констатировал: «в Анкаре всегда знали, что для создания мира и стабильности на Южном Кавказе недостаточно перемирия между Арменией и Турцией». «Только всестороннее разрешение вопроса создаст в регионе атмосферу перемирия, сотрудничества, станет возможным преодоление существующих преград для установления мира. Для этого необходима политическая воля и смелость. Мы стараемся объяснить администрации США, что без решения нагорно-карабахского конфликта невозможно добиться мира в регионе. Мы твердо верим, что оккупация Арменией азербайджанских земель препятствует сотрудничеству в регионе и на Кавказе. Единственным средством для мирного решения проблемы остается Минская группа ОБСЕ», — сказал он.

Это заявление турецкого министра говорит о том, что Анкара в апреле активизировала усилия, направленные на нормализацию отношений с Баку. Их охлаждение из-за подписания турецко-армянских Протоколов, в т.ч. в энергетической сфере, поставило под угрозу срыва проекты транспортировки азербайджанского газа в Европу через турецкую территорию, включая «Набукко», способствовало повышению для Турции цены на азербайджанский газ. Тем не менее, по мнению некоторых экспертов, Армения уже обеспечила себе «две стратегические победы» Во-первых, она инициировала «серьезное ухудшение» отношений между Турцией и Азербайджаном, продемонстрировав нежизнеспособность принципа «одна нация — две страны» (этот принцип провозглашен Анкарой и Баку в качестве основы турецко-азербайджанских отношений – авт.). Во-вторых, Ереван все же добился признания Москвой и Вашингтоном отсутствия связи между процессом армяно-турецкого урегулирования и решением проблемы Нагорного Карабаха.

В связи с заявлением турецкой стороны об увязке ратификации Протоколов с урегулированием карабахской проблемы процедуру утверждения в парламенте этих документов приостановил 22 апреля своим указом и президент С. Саргсян, поскольку, по мнению Еревана, Турция заняла деструктивную позицию и затягивает процесс нормализации двусторонних отношений. Президент Армении подтвердил, что Ереван исключает обсуждение с Анкарой каких-либо предусловий с целью размораживания процесса ратификации армяно-турецких протоколов.

Анализ сложившейся ситуации говорит о том, что обе стороны не заинтересованы в «похоронах» цюрихских Протоколов. Для того, чтобы обозначить продолжение процесса нормализации Анкара и Ереван могут в ближайшей перспективе пойти на ряд мер гуманитарного характера вне рамок Протоколов. К ним можно отнести по обоюдному согласию разрешение на ограниченный переход закрытой сегодня границы, официальную приграничную торговлю, туристические поездки.

Об этом свидетельствует и последующее заявление президента С. Саргсяна. «Мы не захлопнули дверь, но и не будем предпринимать каких-либо дальнейших шагов. Мы рассмотрим возможность продвижения вперед, когда убедимся, что в Турции наличествует соответствующая атмосфера, когда мы увидим в Анкаре руководство, вновь готовое к нормализации взаимоотношений. Армения оставит свою подпись под Протоколами, поскольку мы желаем сохранить возможность нормализации взаимоотношений, поскольку мы желаем мира. Наши политические цели нормализации армяно-турецких отношений остаются в силе», — констатировал президент Армении.

Наряду с этим, заинтересованность Анкары в продолжении диалога с Ереваном подтверждают итоги состоявшегося 29 апреля заседания Совета национальной безопасности /СНБ/, который в течение 6,5 часов обсуждал ситуацию на Южном Кавказе. На заседании присутствовали президент Турции А. Гюль, премьер-министр Р. Эрдоган, начальник Генштаба ВС И. Башбуг и другие высокопоставленные лица.

В заявлении по итогам заседания СНБ отмечалось, что «история турецко-армянских отношений может быть изучена научными и академическими кругами, основываясь только на объективных и проверенных фактах. Турция готова и далее прилагать усилия для установления мира и стабильности на Кавказе». Вице-премьер Турции Джемиль Чичек после заседания заявил, что подписанные армяно-турецкие протоколы продолжат оставаться в повестке Турции.

А. Давудоглу, отвечая на вопрос о том, может ли президент США Барак Обама испортить стратегические отношения с Турцией признанием 24 апреля в традиционном выступлении событий, произошедших в начале 20-го века в Османской империи, геноцидом армян, подчеркнул, что «каждую весну мы со страхом ожидаем кризис в отношениях между Турцией и США. У Вашингтона есть два варианта: свести к минимуму все достижения между Турцией и Арменией, в особенности по Южному Кавказу, либо способствовать развитию мира в регионе». «Думаю, что они выберут второй путь»,- констатировал турецкий министр.

Глава турецкого дипломатического ведомства оказался прав, но частично. Б. Обама 24 апреля в День памяти жертв геноцида армян не произнес слово «геноцид». Он повторил близко к тексту собственные слова, сказанные в прошлом году, охарактеризовав события 1915 года как «большое бедствие». Он опять призвал Турцию и Армению к продолжению процесса по налаживанию отношений и отметил, что благодаря таким усилиям две страны будут только сильней. Обещание признать факт геноцида армян Б. Обама давал во время предвыборной кампании, однако пока так его и не выполнил. «Я приветствую поступки тех турок, которые спасали армян в 1915 году, и меня радует диалог между турками и армянами, равно как и диалог в Турции вокруг ее болезненной истории», — подчеркнул президент США.

Тем не менее, это специальное заявление президента США Б. Обамы, сделанное им 24 апреля, вызвало негативную реакцию в МИД Турции. Глава внешнеполитического ведомства Турции А. Давутоглу назвал использование Б. Обамой выражения «большое бедствие» неверным и неприемлемым.

Турецкий министр отметил, что его страна выступает против интерпретации заведомо политизированных исторических событий, и добавил, что не считает правильным заявление Б. Обамы. «Неприемлемо, чтобы исполнительная власть или парламенты выступали с такого рода историческими осуждениями. Односторонние усилия по изложению истории лишь порождают несправедливость», — сказал он.

Напомним в связи с этим, что факт геноцида армянского народа признан многими государствами. Первым это в 1965 году сделал Уругвай, примеру которого последовали Россия, Франция, Италия, Германия, Голландия, Бельгия, Польша, Литва, Словакия, Швеция, Швейцария, Греция, Кипр, Ливан, Канада, Венесуэла, Аргентина, 42 штата США. Геноцид армян признали также Ватикан, Европейский парламент и Всемирный совет церквей.

На иранском направлении многовекторной внешней политики Турции в апреле также происходили важные события. Так, министр иностранных дел А. Давутоглу в рамках саммита по ядерной безопасности в Вашингтоне провел ряд двусторонних встреч, основной темой обсуждения которых стали вопросы, связанные с Ираном. Министр в ходе переговоров еще раз подчеркнул, что Турция считает «санкции не подходящим средством» в решении данной проблемы. Примечательно, что эту позицию Анкары поддержала Бразилия.

Как сообщил министр иностранных дел Бразилии Сельсу Аморим, президент США Б. Обама провел трехстороннюю встречу с участием президента Бразилии Луиса Инасиу Лулы Да Силвы и премьер-министра Реджепа Эрдогана, в ходе которой был обсужден вопрос санкций в отношении Ирана. Бразильские и турецкие дипломатические источники отмечают, что американскому президенту было заявлено о «неодобрении сторонами новых санкций в отношении Ирана».

Эта же позиция Турции была вновь озвучена в ходе встреч А. Давутоглу с представителями иранского руководства в Тегеране. По словам турецкого министра, в случае применения новых санкций в отношении Ирана, Турция по сравнению с другими странами региона больше всего подвергнется негативным последствиям подобного развития ситуации. Поэтому Анкара прилагает усилия для поиска такого решения, при котором Совет Безопасности ООН не стал бы рассматривать вопрос санкций.

Глава внешнеполитического ведомства также отметил, что Турция и Иран продолжают сотрудничество в энергетической сфере, темпы которого в последнее время значительно выросли. Важное место занимают работы, связанные с иранским месторождением природного газа Южный Парс, — сказал он. В Тегеране А. Давутоглу провёл встречи с президентом страны Махмудом Ахмадинежадом, своим иранским коллегой Манучехром Моттаки, спикером парламента Али Лариджани и председателем Совета национальной безопасности Ирана Саидом Джалили.

С предложением Турции вести в отношении Ирана дипломатию, а не вводить санкции, на чем настаивают западные страны, начали соглашаться и многие другие государства, — заявил на очередной еженедельной пресс-конференции официальный представитель МИД Турции Бурак Озюгергин. Он отметил, что Турция не единственная страна, считающая, что прежде чем настаивать на применении санкций в отношении Ирана, нужно испробовать все дипломатические пути. Такого же мнения, констатировал он, придерживаются Китай, Бразилия и Россия. Турция пытается убедить Тегеран в необходимости демонстрации транспарентности, а Запад в том, что Иран — это страна, которой можно доверять, — сказал он.

Ядерная тема прозвучала в Турции в апреле и в связи с дислоцированным на ее территории ядерным оружием США. Американские тактические ядерные ракеты находятся неподалеку от Стамбула, а не на базе американских войск в Инджирлике. С таким откровенным заявлением выступил бывший глава пресс-службы министерства обороны Турции, дипломат Танер Байток. По его словам, близ Стамбула уже давно расположены американские ракеты, но их месторасположение известно лишь узкому кругу лиц.

«Эти ракеты управляются из Вашингтона, и турецкое военное командование не имеет права вмешиваться в работу группы, обслуживающей эти ракеты. Ракеты находятся под двойным замком, один ключ — в Вашингтоне, другой — в Анкаре. Они были доставлены сюда во времена холодной войны и не обновлялись с тех пор», — сказал он. «У правительства Турции имеется всего одно решение по ядерному оружию, которое было принято еще в 1972 году. Оно гласит, что Турция не желает размещения новых ракет, но и со старыми прощаться не намерена», — подчеркнул Т. Байток.

На израильском треке турецкой внешней политики в апреле эксперты вновь зафиксировали рост напряженности. МИД Турции выступил с официальным заявлением относительно заявлений, сделанных министром иностранных дел Израиля Авигдором Либерманом, в которых последний сравнил турецкого премьера Реджепа Тайипа Эрдогана с Уго Чавесом и Муаммаром Каддафи.

В связи с этим турецкий МИД заявил, что «израильская сторона переходит все границы и нормы дипломатического этикета». Официальный представитель МИД Турции отметил, что «турецкая сторона категорически отвергает подобные заявления и призывает израильскую сторону следить за своими словами и заявлениями. У нас вызывает сожаление, что подобные заявления звучат из уст человека, называющего себя министром иностранных дел Израиля». «Анкара еще раз призывает Тель-Авив отказаться от такого подхода в своей политике и руководствоваться признанными международным сообществом дипломатическими нормами», — говорится в заявлении МИД Турции.

Премьер-министр Р. Эрдоган, находясь во Франции, также подверг резкой критике политику Израиля на Ближнем Востоке. «Главная проблема на Ближнем Востоке — это Израиль. Израиль продолжает придерживаться оккупационных настроений и провокационной политики. Пока он не изменит этот подход, проблемы Ближнего Востока не будут урегулированы», — сказал турецкий премьер.

Резкие заявления в адрес Израиля глава турецкого правительства продолжил и на открытии нового телеканала ТРТ с вещанием на арабском языке, которое охватит аудиторию численностью до 350 миллионов человек. Он заявил, что не воспринимает министра иностранных дел Авигдора Либермана в качестве возможного собеседника. Это был ответ турецкой стороны на заявление МИД Израиля, в котором указывалось, что «складывается впечатление, будто Р. Эрдоган намерен сблизиться с исламским миром за счёт принесения в жертву отношений с Израилем». Турецкое внешнеполитическое ведомство, в свою очередь, осудило А. Либермана, отметив, что «критика действий Израиля, препятствующих установлению в регионе обстановки доверия и прочного мира, продолжится».

Посол Израиля в Турции Габи Леви попытался сгладить обострившуюся конфликтную ситуацию. Он заявил, что его страна никогда не была и не будет врагом Турции. «Есть много причин для налаживания и развития наших отношений, которые в последнее время обострились», — отметил посол Израиля. «Наши отношения уходит корнями в прошлое и насчитывают 500 лет. Однако прошлое наших отношений, к сожалению, игнорируется и специалистами по международным отношениям, и политиками», — подчеркнул Габи Леви.

На президентских выборах, прошедших в апреле в Турецкой Республике Северного Кипра (ТРСК), победил лидер Партии национального единства (ПНЕ) и премьер-министр страны Дервиш Эроглу. Он одержал победу в рамках первого тура голосования, набрав 50,38 % голосов избирателей. Премьер-министр Р. Эрдоган после объявления результатов выборов в ТРСК, заявил, что, независимо от того, кто возглавит республику, переговорный процесс по урегулированию ситуации на острове должен продолжаться.

Турецкие эксперты и СМИ обратили внимание на статью, опубликованную в журнале Time и посвященную организации последователей турецкого проповедника Фетхуллаха Гюлена. Как пишет американское издание, несколько лет назад тысячи учителей-добровольцев по призыву Гюлена отправились работать в страны Центральной Азии. Таким образом было положено начало самому грандиозному процессу исламизации в глобальном масштабе.

На сегодняшний день в 100 странах мира действует около тысячи школ, «близких Гюлену», который руководит этой «империей» из своего дома в Пенсильвании. В одном Казахстане ежегодно 30 тысяч человек сдают вступительные экзамены в 28 таких школах, а зачисляется в них лишь около 400 лучших учеников.

Сам 68-летний Фетхулла Гюлен в Центральной Азии ни разу не был. По мнению журнала, цель Гюлена — взрастить «новую религиозную тюркскую элиту», ориентирующуюся в вопросах науки и высоких технологий, успешно работающую на мировых рынках. Получающие качественное, современное образование ученики много времени посвящают также постижению «мусульманских семейных ценностей». Time сравнивает деятельность организации Гюлена с работой ордена иезуитов и напоминает, что первые его последователи получили образование у христианских миссионеров, накопивших опыт в Африке и Южной Америке.

По мнению некоторых турецких экспертов, выступающих за светский путь развития своей страны, проповедник готовит кадры для «Великой исламской революции». Считается, что число его последователей во всем мире превышает шесть миллионов человек. При этом организация Гюлена все еще скрыта от глаз общественности. В частности, неизвестными остаются источники ее финансирования.

В апреле в Турции продолжалась активная подготовка к предстоящему 11 – 12 мая с.г. официальному визиту президента РФ Дмитрия Медведева. Более 110 российских экспертов, представляющих различные министерства и ведомства, крупнейшие холдинги и нефтегазовые компании России уже находятся в Турции и ведут подготовку к российско-турецкому саммиту. Готовится к подписанию более 10 межгосударственных Соглашений, которые значительно укрепят договорно-правовую базу отношений двух стран. Впервые в истории российско-турецких отношений планируется выступление президента России в парламенте Турции.

Турецкая сторона придает важное значение предстоящему российско-турецкому саммиту, который должен дать ответы на многие вопросы дальнейшего развития двусторонних отношений. Речь идет, прежде всего, о строительстве в Турции атомной станции с участием российских компаний, о создании новой совместной российско-турецкой структуры – Совета сотрудничества высшего уровня. Он будет разрабатывать стратегию развития отношений двух стран по всем направлениям. Турецкие СМИ обратили внимание на эксклюзивное интервью радио «Голос России» заместителя премьер-министра Турции, государственного министра Бюлента Арынча, который будучи председателем парламента страны неоднократно посещал Россию с официальными визитами.

Турецкий вице-премьер констатировал, что «отношения с Россией динамично развиваются. Это подтверждают и темпы роста двустороннего товарооборота. Наши подрядные фирмы с большим успехом работают на российском рынке. Российско-турецкие отношения с каждым годом укрепляются и расширяются во всех областях, прежде всего в сфере энергетики. Это сотрудничество двух стран носит сегодня стратегический характер. Мы поддерживаем прекрасные отношения с президентом РФ Дмитрием Медведевым и премьер-министром Владимиром Путиным. У нас налажено полное взаимопонимание между правительствами двух стран. Наш премьер-министр несколько раз посещал Россию». С точки зрения российско-турецких межпарламентских связей, по мнению Бюлента Арынча, у двух стран также установились очень хорошие отношения и с Государственной Думой, и с Советом Федерации.

«Мы испытываем глубокое удовлетворение от многопланового партнерства между Россией и Турцией – двумя влиятельными и важными государствами с точки зрения мировой политики. И сегодня мы с нетерпением ожидаем визита президента России. Уверен, в рамках этого визита будут подписаны очень важные документы, будет открыта новая страница в российско-турецких отношениях и наше сотрудничество значительно укрепится», — подчеркнул вице-премьер турецкого правительства.

Турция позитивно отреагировала на факт подписания Россией и США нового Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений. Анкара охарактеризовала его как важный шаг в укреплении системы мировой стабильности. В заявлении МИД Турции отмечается, что «Анкара ещё раз напоминает о своем стремлении к созданию мира, свободного от ядерного оружия, и поддерживает каждый шаг, предпринятый в этом направлении».

Российская тема прозвучала в Турции и в связи с трагическими событиями в Киргизии. Первый вице-премьер временного правительства Киргизии Алмазбек Атамбаев находился с кратким рабочим визитом в Анкаре. Он провел переговоры с президентом Турции Абдуллахом Гюлем, председателем парламента Мехметом Али Шахином, премьер-министром Реджепом Эрдоганом, вице-премьером Али Бабаджаном. С турецкой стороной были обсуждены вопросы финансовой и иной помощи, которую Турция может предоставить Киргизии.

Алмазбек Атамбаев на пресс-конференции в Анкаре подверг резкой критике политику «двойных стандартов» США, высоко оценил позицию России с самого начала трагических событий в Киргизии. Он отметил точную и выверенную оценку, которая дается событиям в Киргизии со стороны руководителей России. «Я убежден в том, что будущее Киргизии в тесном сотрудничестве с Россией, в едином Таможенном союзе, едином экономическом пространстве с Россией, Казахстаном, другими соседними государствами», — заявил в Анкаре первый вице-премьер временного правительства Киргизии.

Общие убытки турецких компаний, работающих на киргизском рынке, в результате апрельских беспорядков составили 7 миллионов долларов. Об этом заявил председатель насчитывающей 120 членов киргизско-турецкой ассоциации бизнесменов в Киргизии Хюсейн Муслу. По его мнению, крупный ущерб причинен также российским и китайским компаниям.

Из вопросов внутренней политики важнейшим на нынешнем этапе является обсуждение в парламенте по инициативе правящей ПСР пакета поправок в Конституции. Всего в пакет конституционной реформы, подготовленный ПСР, входит 27 поправок. Апрельские парламентские дебаты не принесли ПСР и ее лидеру Р. Эрдогану особого беспокойства. Парламентская фракция правящей партии набирала необходимое для принятия поправок большинство голосов. В мае обсуждение поправок будет продолжено во втором чтении.

По мнению лондонской Financial Times, возможный референдум по конституционной реформе «несет риск дестабилизации внутриполитической обстановки» в связи с ростом недовольства в обществе растущей безработицей и усилением националистических настроений в ответ на провозглашенную правительством «курдскую инициативу». Власти могут вынести обсуждение своих «чрезмерно политизированных», по определению газеты, предложений на референдум в случае, если они не будут одобрены парламентом.

В комментарии ВВС подчеркивается, что конституционные предложения правительства направлены на ограничение светской системы правосудия и влияния армии в обществе, против чего выступают националистически настроенные круги. В случае же успеха, от правительства Р. Эрдогана следует ожидать более кардинального пакета конституционных инициатив, включающих перестройку государственной системы в направлении «президентской республики» по образцу Франции и США.

Премьер-министр Р. Эрдоган подтвердил реальность такого прогноза. Он принял участие в телевизионной передаче, в ходе которой ответил на вопросы журналистов и прокомментировал наиболее важные моменты внутриполитической жизни страны. Глава правительства сообщил, что может встать вопрос о переходе к президентской системе правления. По словам Р. Эрдогана, после парламентских выборов 2011-го года данный вопрос может быть вынесен на референдум вместе с новой конституцией. Работу, направленную на внедрение процедуры избрания главы государства народом, премьер, в свою очередь, охарактеризовал как своеобразную подготовку в плане перехода к системе президентского правления. Чтобы ознакомиться с тем, как работает последняя, можно обратиться к примерам Соединённых Штатов и Германии, отметил премьер. На вопрос о том, может ли он сам в дальнейшем заинтересоваться постом президента страны, Р. Эрдоган заявил, что по этому поводу пока ничего сказать не может. Глава правительства выразил надежду на то, что пакет изменений в основной закон страны удастся провести через парламент и необходимости в проведении референдума не возникнет.

Наряду с конституционной реформой правительство ПСР намерено реорганизовать и Национальную разведывательную организацию /МИТ/ по американскому образцу. Реорганизация МИТ предполагает ее разделение на «внешнюю» и «внутреннюю» службы — аналоги ЦРУ и ФБР. По информации газеты Акшам, предложение выдвинуто Хаканом Фиданом — наиболее вероятным кандидатом на пост нового главы секретной службы Турции. В своей докторской диссертации Х. Фидан заявляет, что МИТ не имеет опыта работы за рубежом и остается «отгороженным от внешнего мира». К тому же, — считает он, — нельзя ожидать от союзников, что они и в дальнейшем также щедро будут делиться с Турцией разведывательной информацией, как это было в годы «холодной войны».

По мнению вероятного будущего руководителя турецкой разведки, МИТ должна решать следующие задачи: поддерживать турецкую дипломатию, отслеживать выполнение межгосударственных договоров, разрабатывать планы обороны, вести экономическую разведку, противостоять внешним угрозам, направленным против интересов Турции, поддерживать органы исполнения наказаний и восстановления правопорядка, собирать и анализировать экологическую информацию, участвовать в «информационной войне». Специалисты считают, что реформирование МИТ не должно проводиться в спешке и его следует осуществить в рамках доктрины национальной безопасности страны.

Ветераны МИТ, с которыми удалось побеседовать корреспондентам газеты, приветствуют такое разделение полномочий, но подчеркивают, что нельзя, сосредоточившись на работе за рубежом, пренебрегать внутренней информацией. Это помешает предотвращать операции, «исходящие извне». Работу по сбору информации внутри страны нельзя поручать полиции. По их словам, внешние источники, например, задавшись целью «переориентировать» турецкую экономику, используют в этих целях некоторых националистов, курдов, леваков или ультраправых. МИТ должна отслеживать такие действия. Исходя из этого, специалисты считают, что МИТ следует активно работать как на территории иностранных государств, так и отслеживать «операции извне» в самой Турции.

Что касается участия турецкой разведки в информационном противоборстве, то для ее успешного ведения в стране уже существуют реальные предпосылки. Оказывается, Турция занимает одно из первых мест в Европе не только по распространению мобильных телефонов, но и, согласно недавно проведенному исследованию, по использованию Интернета. Исследование, проведенное всемирно известной компанией, занимающейся программным обеспечением, показало, что треть населения Турции пользуется Интернетом. 60% этих людей, по крайней мере, один раз в день заглядывают в виртуальный мир, когда в Европе этот показатель на уровне 53%. Больше всего граждане Турции любят общаться по Интернету. Имеющиеся данные показывают, что эти показатели будут увеличиваться ускоренными темпами.

МВФ в апреле опубликовал доклад о перспективах экономического развития различных стран мира. В разделе, посвященном Турции, говорится, что в прошлом году объем производства в этой стране снизился на 4,7%, но уже в этом Турция «наверстает упущенное» и продемонстрирует самую высокую динамику развития в Европе. При этом рост потребительских цен в Турции в этом году должен достичь 9,7%, а в 2011-м — 5,7% (за 2009 год цены выросли на 6,3%). Ожидается, что среди государств Европы первыми окончательно избавятся от последствий глобального кризиса Турция и Польша.

Махмуд Ахмадинежад — говорящий то, о чем думают другие

http://www.centrasia.ru/news.php?st=1273350060

Выступление президента Ирана Махмуда Ахмадинежада 4 мая в Нью-Йорке, на Конференции 2010 года по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), вызвало нервную реакцию делегации США, которая покинула зал заседания вместе с делегациями Великобритании и Франции.

Подобная конференция проходит каждые пять лет. ДНЯО — основной механизм предотвращения разработки и распространения ядерного оружия. И пока единственный. Как считают комментаторы агентства Reuters, Ахмадинежад не без оснований подверг критике Организацию Объединенных Наций за беспомощность и лицемерие в вопросах распространения ядерного оружия. При этом Ахмадинежад, по оценке Reuters, был «единственным человеком в зале, говорившим то, о чем все остальные только думают…».

Утверждение иранского президента о том, что «ядерное разоружение и нераспространение не стали реальностью и МАГАТЭ не смогло выполнить свой мандат», очень близко к истине, считает Reuters. ДНЯО «провалился… не только потому, что не смог помешать таким странам, как Северная Корея, Израиль, Пакистан и Индия, разработать ядерное оружие, но и потому, что он основан на ошибочной предпосылке, будто никому, кроме пяти постоянных членов Совета безопасности ООН, нельзя позволять разрабатывать, испытывать и иметь ядерное оружие». Действительно, если любой кандидат физических наук обладает теперь знаниями, необходимыми для создания ядерного устройства, то проблема распространения ядерного оружия — вопрос лишь времени и денег.

Трудно не согласиться с Ахмадинежадом, когда он говорит, что производство, накопление и качественное улучшение ядерного оружия в одной стране служит лучшим оправданием для других стран разрабатывать свои собственные арсеналы – и эта тенденция развивается последние 40 лет в нарушение обязательств, содержащихся в Договоре. Без Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, который Сенат США отказался ратифицировать, вооруженные ядерным оружием страны вынуждены постоянно модернизировать и улучшать свои арсеналы, чтобы не отстать друг от друга. Как, например, должны реагировать Россия или Китай на решение администрации Обамы модернизировать свое ядерное оружие?

Статья 1 ДНЯО, заявил Ахмадинежад, ясно запрещает ядерным государствам прямо или косвенно помогать разработке ядерного оружия странами, не подписавшими Договор. А Сенат США санкционировал многомиллиардную ядерную сделку с Индией, в которой не проводится никакого разграничения между гражданским и военным сегментами индийской ядерной программы. «Что мешает России или Китаю подписать схожую сделку с Ираном или Сирией?» — задается вопросом Reuters.

Касаясь позиции президента ИРИ по вопросу превращения Ближнего Востока в безъядерную зону, Reuters пишет: «Соединенные Штаты отказались поддержать свою собственную приверженность свободной от ядерного оружия зоне на Ближнем Востоке из-за еще большей приверженности по охране ядерного арсенала Израиля от международных проверок. Глупо думать, что мы можем сконцентрировать все свое внимание на ядерных амбициях Ирана, игнорируя другие ядерные государства в регионе – Израиль, Индию и Пакистан – которые получают миллиарды долларов из США, несмотря на свои незаконные программы по производству ядерного оружия».

К выступлению Ахмадинежада было приковано внимание мировой прессы не в последнюю очередь потому, что от него ждали ответа Тегерана на предложения по обмену низкообогащенного урана на ядерное топливо для иранского исследовательского реактора, которое может быть изготовлено в России и Франции, что дало бы гарантию его неиспользования для разработки ядерного оружия.

Принять это предложение МАГАТЭ призвал Ахмадинежада генсек ООН Пан Ги Мун. Ответ иранского президента прозвучал обнадеживающе. «Иран всегда был готов на это, я хочу еще раз объявить, что для Ирана это приемлемо и мы сделали свое предложение на этот счет. Теперь мяч находится на стороне других государств, которые должны принять наши предложения». Реакция Хиллари Клинтон на слова Ахмадинежада остудила энтузиастов: «Среди других вещей, о которых говорил сегодня президент Ирана, — заявила она, — было его заявление о том, что он согласился с предложением МАГАТЭ по поставкам топлива для исследовательского реактора. Иран ранее неоднократно делал путанные, противоречивые и неточные заявления, чтобы создать впечатление, что он занимает гибкую позицию по отношению к этому предложению. Но мы не видим до сих пор никаких признаков того, что Иран действительно намерен принять октябрьское предложение МАГАТЭ или какой-либо вариант этого предложения, который служил бы достижению цели создания доверия».

Много откликов на конференции вызвало требование президента Ирана реформировать структуру руководящих органов МАГАТЭ — приостановить членство в Совете управляющих МАГАТЭ Соединенных Штатов и других стран, «угрожающих неядерным странам применением ядерного оружия». «Как может правительство США быть членом Совета управляющих, если оно не только применило ядерную бомбу против Японии, но и использовало оружие с обедненным ураном в войне против Ирака?» — задал Ахмадинежад убийственный для американцев вопрос. Справедливой схемой установления ядерной безопасности в мире Ахмадинежад назвал демонтаж ядерного оружия на военных базах США в других странах, включая Германию, Италию, Японию и Нидерланды.

Откровенно говоря, я с удовольствием подписалась бы вместе с Ахмадинежадом под этим требованием. Мир, особенно незападный, устал от постоянного давления американского образа мыслей. Ни один народ не хочет считать себя «зоной стратегических интересов США». У каждого народа – свое, неамериканское лицо. Американцы же, считающие, что долларом они уже застолбили себе дорогу в будущее, пока понять это не готовы. Что ж, еще поймут. Придется.

Елена ПУСТОВОЙТОВА

Морская мощь Ирана — от вымысла к реальности

фото — club.xronika.az

http://www.centrasia.ru/news.php?st=1273350060

В.Евсеев

В феврале 2010 года состоялось важное событие в сфере развития военно-морских сил (ВМС) Исламской Республики Иран (ИРИ). На воду был спущен первый эскадренный миноносец собственного производства с управляемым ракетным оружием, который получил название «Джамаран». Водоизмещение эсминца составило 1420 тонн, а его длина — 94 м. Экипаж корабля, способного развивать скорость до 30 узлов, включает до 140 человек. Вооружение корабля состоит из 76-мм автоматической артиллерийской установки OTO Melara, малокалиберных автоматов и двух спаренных пусковых установок противокорабельных крылатых ракет Noor (иранская версия китайской ракеты С-802). Боевой корабль имеет вертолетную площадку и место для пуска переносных зенитно-ракетных комплексов, а так же, по-видимому, противолодочный бомбомет.

По заявлению иранской стороны, эсминец «Джамаран» разработан исключительно иранскими специалистами и стал технологическим прорывом в военной промышленности ИРИ. С целью подтверждения этого отмечается, что эсминец является многоцелевым быстроходным боевым кораблем и может вести одновременно борьбу с подводными лодками, летательными аппаратами и кораблями противника в условиях радиоэлектронной борьбы.

Анализ имеющейся информации позволяет сделать вывод, что в реальности иранские специалисты построили многоцелевой сторожевой корабль ближней морской зоны (по западной классификации – корвет). Российский аналог – корабль проекта 20380 («Стерегущий») имеет вертолетную площадку для противолодочного вертолета Ка-27, водоизмещение 2220 тонн, длину 105 м, скорость движения 27 узлов и экипаж в составе 99 человек. Боевой корабль такого типа действительно предназначен для борьбы с надводными кораблями и подводными лодками противника, а также для артиллерийской поддержки морского десанта и патрулирования зоны ответственности с целью блокады. Однако его возможности по противовоздушной обороне достаточно ограничены, а запас хода ограничен 4 тыс. морских миль (водоизмещение иранского аналога меньше на 36%, что существенно уменьшает приведенную величину).

Российский корабль проекта 20380 имеет стальной гладкопалубный корпус и надстройку из многослойных композиционных материалов, трудногорючих и значительно снижающих его видимость в радиолокационном и инфракрасном диапазонах. Помимо этого приняты специальные архитектурные решения, позволившие встроить в корпус корабля ракетное вооружение и антенные посты, а также технические средства, оказывающие существенное влияние на заметность и понижающие уязвимость для воздушных, надводных и наземных средств нападения. В результате, вероятность наведения на корабль противокорабельных крылатых ракет (ПКР) снижена в пять раз. Всего этого иранский аналог не имеет, что явно видно по опубликованным фотографиям. Его корпус и архитектура, во многом, повторяют размеры и конструкции кораблей типа Alvand, построенных британской фирмой Vosper для иранских ВМС в конце 1960-х годов.

Российский корабль проекта 20380 оснащен различными комплексами ударного, противовоздушного и противолодочного оружия (одна 100 мм артиллерийская установка А-190 «Универсал», две артиллерийских установки АК-630, шесть торпедных аппаратов, восемь корабельных ракетных комплексов «Уран» с противокорабельной крылатой ракетой типа Х-35 и два зенитных ракетно-артиллерийских комплекса типа «Кортик»), боевого управления, обнаружения, целеуказания, защиты и связи. В частности, корабль оборудован четырьмя пусковыми установками ПК-10 комплекса выстреливаемых помех «Смелый» для самозащиты от средств обнаружения противника и его противокорабельных ракет, а также двумя тумбовыми 14,5 мм пулеметными установками и двумя гранатометами ДП-64 от пиратов и подводных диверсантов

Радиоэлектронное вооружение российского корабля включает боевую информационно-управляющую систему «Сигма», радиолокационную станцию (РЛС) общего обнаружения «Фуркэ-2», РЛС целеуказания управляемого ракетного оружия «Монумент-А», гидроакустический комплекс «Заря-2», гидроакустическую станцию «Минотавр-М» с протяженной буксируемой антенной, опускаемую гидроакустическую станцию «Анапа-М», автоматизированный комплекс связи «Рубероид», средства радиоэлектронной борьбы и навигации. Приведенное оборудование и вооружение рассматриваемых боевых кораблей в целом несопоставимы, так как иранский «Джамаран» создан, в основном, на базе технологий 1960-1970-х годов.

Отдельного рассмотрения заслуживает установленное на иранском корабле ракетное вооружение. Так, «Джамаран» уже провел успешный пуск ПКР Noor на расстояние 100 км. Использование ПКР именно этого типа не было случайным, так как еще в 2002 году на судоремонтных верфях г. Бендер-Аббас (Иран) находилась группа из восьми китайских специалистов с задачей адаптации противокорабельной крылатой ракеты С-802 (китайский прототип) на 1000-тонные корветы типа «Моудж» ВМС ИРИ. Несколько ранее адаптация таких ракет была выполнена на иранские противолодочные вертолеты типа See King.

ПКР С-802 (YJ-82) предназначена для оснащения надводных кораблей, подводных лодок, береговых батарей и самолетов. Она разработана Китайской электромеханической технологической академией (China Electro-Mechanical Technology Academy — CHETA), расположенной в г. Хайдянь, и впервые продемонстрирована в 1989 году. Ракетами этого типа оснащены китайские эсминцы, фрегаты и ракетные катера различных классов. Возможностью подводного запуска ракет C-802, через торпедные аппараты, обладают дизель-электрические подводные лодки проекта 039 (Song Class). В 2005 году был разработан модернизированный вариант ракеты, получивший обозначение C-802A.

Ракета С-802 отличается от своего прототипа ПКР С-801А (YJ-81) тем, что она использует турбореактивный двигатель (ТРД) вместо твердотопливного. Благодаря этому максимальная дальность стрельбы ракеты увеличена на 50% и достигла 120 км (у модификации C-802A до 180 км). Ракета С-802 выполнена по нормальной аэродинамической схеме со складывающимся крестообразным треугольным крылом малого удлинения. Она имеет твердотопливный ускоритель, стартовую массу 715 кг и бронебойно-фугасную боевую часть весом 165 кг. На ракете установлена активная моноимпульсная радиолокационная головка самонаведения, работающая в диапазоне 10-20 ГГц, и аппаратура приема команд коррекции, которая используется на начальном участке траектории до захвата цели головкой самонаведения. Возможно оснащение ракеты подсистемой спутниковой навигации ГЛОНАСС/GPS.

По китайским данным, вероятность поражения ПКР С-802 цели, в условиях противодействия со стороны противника, составляет 75%. При этом малая эффективная площадь рассеяния ракеты, предельно малые высоты полета, а также комплекс подавления помех затрудняют задачу ее перехвата. Высота полета этой дозвуковой ракеты на маршевом участке траектории составляет 50-120 м, на конечном участке траектории ракета снижается до высоты 5-7 м и выполняет противозенитный маневр.

Иран планировал закупить в Китае крупную партию ПКР С-802 и С-801. Частично эти закупки были осуществлены, что позволило получить, например, 80 ракет С-802. Но под американским давлением Китай был вынужден отказаться от продолжения дальнейших поставок в Иран ракетного оружия в обмен на расширение военных и экономических связей с США. Тем не менее, в октябре 2000 года Иран объявил о проведении восьмидневных морских учений в Ормузском проливе и Оманском заливе, во время которых была испытана новая версия ракеты С-802, разработанная при тесном сотрудничестве с северокорейскими специалистами. Пока трудно оценить характеристики этой иранской ПКР, но можно предположить лишь увеличение дальности ее стрельбы (по иранским данным до 170 км). Однако достичь качественного прорыва, как это сделали китайцы при создании сверхзвуковой ПКР YJ-83, скорее всего не удалось.

Российская ПКР типа Х-35 предназначена для поражения надводных целей в условиях интенсивных помех и огневого противодействия со стороны противника. По своим тактико-техническим характеристикам, она ничем не уступает китайской ракете С-802: при дальности стрельбы порядка 130 км обеспечивается круговое вероятное отклонение всего 4-8 м. Управление ракетой в полете, ее стабилизация на заданной траектории и вывод в район расположения цели осуществляется инерциальной системой управления. На конечном участке траектории полета используется помехозащищенная активная радиолокационная головка самонаведения. Поражение цели обеспечивается проникающей осколочно-фугасной боевой частью, достаточной для надежного поражения надводных целей водоизмещением до 500 тонн. Боевая эффективность ракеты повышается за счет сложной траектории полета на предельно малых высотах.

Учитывая вышеизложенное становится очевидным, что иранский корабль «Джамаран» имеет достаточно современное ракетное вооружение, но устаревшие системы боевого управления, обнаружения, целеуказания и связи. Последнее будет существенно ограничивать реальную дальность применения имеющихся противокорабельных крылатых ракет. Кроме этого, иранский корабль не имеет серьезной противовоздушной (противоракетной) обороны, что в условиях значительной заметности в радиолокационном и инфракрасном диапазонах сделает его легкоуязвимой целью для сильного противника. Но такая задача, скорее всего, и не ставится, учитывая наличие в ВМС Ирана всего девяти корветов, водоизмещением до 1500 тонн (некоторые из них были построены еще в 1960-х годах), и трех дизельных подводных лодок российского производства проекта 877ЭКМ. Более важно – продемонстрировать свою кажущуюся военно-морскую мощь и подтвердить претензии на региональное лидерство.

Реально же Иран готовится к совершенно другой – диверсионной войне. Для этого в Италии закуплены быстроходные военные катера, способные развивать скорость до 130 км/час. Продолжается строительство ракетных катеров, общее количество которых приближается к двадцати. В первую очередь для их оснащения китайцы построили в ИРИ завод по производству ПКР Nasr-1 (иранский вариант ракеты С-704). Противокорабельная крылатая ракета этого типа имеет активную головку самонаведения и дальность стрельбы до 40 км. Помимо этого, проведена закупка в Северной Корее сверхмалых подводных лодок типа «Йоно» водоизмещением около 100 тонн (иранский вариант – «Наханг», а также построены три дизельные мини-подводные лодки типа «Гадир» водоизмещением около 500 тонн.

Одновременно под руководством Корпуса стражей исламской революции на побережье Персидского залива создается необходимая для осуществления диверсионной деятельности инфраструктура. Первый такой пункт базирования был открыт в октябре 2008 года в Ормузском проливе на территории порта г. Джаск. Позднее было открыто еще не менее четырех аналогичных пунктов базирования вдоль всего побережья. При этом Тегеран учел негативный опыт ирано-иракской войны, когда сотни катеров пытались атаковать противника одновременно, и в результате становились легкой добычей его авиации. Теперь основной расчет делается на децентрализацию управления множества мобильных отрядов и фактор внезапности, когда один или несколько катеров атакуют такую крупную морскую цель как танкер. Для этого предполагается на постоянной основе осуществлять разведку водной обстановки, соблюдать режим радиомолчания и проводить операции по дезинформации противника.

Таким образом, морская мощь ИРИ еще не стала реальностью. По сути, она является ширмой, за которой осуществляется широкомасштабная подготовка к диверсионной деятельности в Персидском заливе и прилегающих акваториях с целью максимального затруднения, в случае необходимости, транспортировки отсюда углеводородного сырья. Именно это представляет серьезную опасность и требует адекватного ответа со стороны международного сообщества.