Беженцы, хаос и Рамадан дома. Как коронавирус изменил жизнь на Ближнем Востоке

Ксения Гогитидзе
Би-би-си

Рамадан — месяц единения, массовых собраний и общения. Но не в этом году

Пандемия коронавируса пришла в страны Ближнего Востока, ослабленные внутренними противоречиями, гражданскими войнами, наплывом беженцев, падением цен на нефть, бедностью и недовольством населения. Эпидемия добавит проблем главной горячей точке планеты, и без того измученной конфликтами и экономическими кризисами.

Коронавирус временно поставил на паузу региональные конфликты и способствовал осторожному дипломатическому потеплению среди традиционных противников, но при этом обнажил вековые межконфессиональные противоречия и продемонстрировал недоверие населения к властям.

Обвал цен на нефть из-за падения спроса и неспособности ОПЕК+ договориться о снижении добычи ударит по карману самых богатых стран региона — государств Персидского залива, а в целом, по прогнозам МВФ, экономики стран Ближнего Востока, Северной Африки, Афганистана и Пакистана сократятся на 3,1% в этом году, после прошлогоднего роста в размере 0,7%.

Для некоторых региональных лидеров пандемия обернулась возможностью покончить с многомесячными протестами: во имя коронавируса и необходимости не собираться больше двух зачистили от недовольных улицы Ирака и Ливана, где протестные акции не прекращались с осени прошлого года.

Год массовых протестов в мире. Ждать ли новую «арабскую весну»?
Революция женщин. Почему протесты в Ливане приобрели женское лицо

Больше всего опасения у гуманитарных организаций вызывают находящиеся в лагерях беженцы — проконтролировать то, как люди выполняют советы врачей в переполненных лагерях, не представляется возможным. «Как вы себе представляете чаще мыть руки там, где воды не хватает? Как поддерживать социальную дистанцию там, где сотни ютятся в одном месте?» — вопрошает глава сирийского подразделения организации Save The Children Соня Хуш.

«Ближний Восток по горло в проблемах. Коронавирус — просто еще одна из них», — считает глава Института исследования национальной безопасности (INSS) Тель-Авивского университета Амос Ядлин.

Как считает эксперт, пандемия вряд ли серьезно изменит расстановку сил в регионе: противоречия между шиитами и суннитами останутся, палестино-израильский вопрос не будет урегулирован, региональные гражданские войны разгорятся с новой силой. «Коронавирус лишь добавит еще один слой трудности, еще один слой проблем в и без того перегруженный проблемами регион», — добавляет он.

Если верить официальной статистике, пандемия затронула Ближний Восток в гораздо меньшей степени, чем остальной мир. В низкую смертность в одном из самых горячих регионов на планете, однако, верят немногие: не доверяют официальным цифрам не только критики местных властей, но и чиновники ВОЗ. Причин несколько: в странах региона не хватает тестов, власти не хотят признаваться в масштабах пандемии, системы здравоохранения разрушены кровопролитными войнами, сами люди предпочитают умирать дома и не обращаться в больницы.

Почти все страны региона ввели ограничительные меры в попытке остановить распространение эпидемии, во многих — в Иордании, Сирии — действуют режимы комендантского часа. Страны Персидского залива, как более богатые, пытаются помогать бедным соседям: Кувейт — Ираку, ОАЭ — Ирану.

Начавшийся накануне Рамадан в условиях пандемии, вероятно, будет отличаться от традиционного празднования в кругу родственников и друзей, но смогут ли все страны региона соблюдать все рекомендации, будет понятно по прошествию священного для мусульман месяца.

Подробнее о некоторых ключевых странах региона — ниже.

Недоверие к властям, заниженные цифры, враг где-то там

Первым эпицентром заболевания стал Иран, и именно оттуда инфекция пришла в другие страны региона. Власти исламской республики не сразу осознали опасность вируса и вовремя не остановили поток паломников, направлявшихся в священный для шиитов город Кум, а также полеты в Китай. Поначалу во вспышке инфекции иранская верхушка винила американцев, а верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи говорил о некой «биологической атаке» со стороны США. Сейчас власти признают, что коронакризис в стране надолго, но заверяют население, что контролируют ситуацию. Иранцы же властям долго не верили и отказывались сидеть дома, многие, невзирая на запреты, праздновали иранский Новый год Навруз.

Журналистка Радио Фарда — иранской службы Радио Свобода — Ханна Кавиани называет отсутствие доверия людей одной из причин, по которой власти не сумели быстро взять под контроль эпидемию. Президент Хасан Роухани назвал болезнь «божественным испытанием» и предупредил иранцев, что в обозримом будущем вирус никуда не денется. Дали о себе знать и американские санкции против Ирана, осложнившие закупку за границей медицинского оборудования для больниц. Несмотря на призывы ослабить санкции, США их действие продлили.

Сирийские власти в Дамаске моют улицы

Власти Сирии лишь в конце марта объявили, что в стране появился первый заболевший, и до сих пор рапортуют о трех умерших от вируса, но эксперты подвергают сомнению столь низкие цифры. Вплоть до начала марта мечети около Дамаска были открыты для посещения паломников из Ирана и Ирака, воюющие на стороне сирийской армии военные спокойно перемещались. В начале марта Сирия все же ввела комендантский час и запретила людям перемещаться между разными провинциями, закрыла школы, базары и рестораны.

За несколько дней до начала Рамадана сирийские власти разрешили некоторым владельцам бизнеса, в том числе парикмахерским и салонам красоты, открыться на несколько дней в неделю с 8 до 15 часов. Официальные СМИ не скупились на сюжеты об опасности заражения и призывали людей оставаться дома. При этом неофициальные СМИ критикуют руководство страны в утаивании настоящих масштабов эпидемии. Базирующийся в Британии Центр мониторинга за соблюдением прав человека ссылается на источники в кругах медиков и называет цифру в 98 против официальных 39 заболевших, и утверждает, что многие случаи были завезены иностранными бойцами, воюющими на стороне Асада.

Сирия уже 10 лет охвачена кровопролитной войной, конец которой пока не виден, и есть серьезные сомнения в правдивости данных, которые передают сирийские официальные власти. Официальный Дамаск контролирует почти всю Сирию, но доподлинно не знает, что происходит в районах, находящихся под контролем повстанцев в Идлибе или курдских сил на севере и северо-востоке. Тесты доступны в основном в контролируемых официальными властями районах, да и те, что делают, немногочисленны.

19 апреля сирийские власти разрешили некоторым владельцам бизнеса вновь открыться

ВОЗ предупреждала, что именно север Сирии, находящийся под контролем повстанцев, может быть следующим эпицентром пандемии. Перемирие между союзником Сирии Россией и Турцией 5 марта совпало с началом эпидемии и поставило региональный конфликт на паузу. Официально ни об одном случае инфекции в районах, подконтрольных протурецким силам и джихадистским повстанцам, пока не сообщается.

Годы войны почти полностью разрушили сирийскую систему здравоохранения в этих районах, а последние годы не раз в адрес сирийских и российских сил звучали обвинения в намеренном обстреле больниц в районах под контролем повстанцев. Сирия и Россия отвергали обвинения.

Еще в середине марта шиитскую группировку Хезболла в Ливане обвиняли в том, что их паломники завезли инфекцию в страну из Ирана. На критику Хезболла не ответила, решив вместо этого воспользоваться вспышкой коронавируса, чтобы вернуть утраченную во время протестов осенью и зимой легитимность. Ее лидер Хасан Насралла сравнивает коронавирус с войной и говорит, что вся страна объединилась, чтобы победить.

Хезболла мобилизовала тысячи волонтеров, медсестер и врачей, развернула мобильные госпитали, арендовала частные клиники — многие ливанцы, еще недавно протестовавшие против вездесущей Хезболлы, одобряют действия радикальной организации. Параллельно с борьбой с коронавирусом Хезболла, как говорит эксперт Вашингтонского института Ханин Гаддар, пытается повлиять на ключевые назначения в ливанском центробанке, а также арестовывает участников осенних протестов.

Эпидемия совпала в Ливане с тяжелейшим экономическим кризисом,в резуьтате которого, по прогнозам МВФ, экономика упадет в этом году на 12% — это самый серьезный спад в регионе. Ни в Ливане, ни в соседней Сирии у правительств нет денег на выделение помощи потерявшим работу, и люди опасаются скорее умереть от голода, чем от коронавируса, говорит Орна Мизрахи, один из исследователей Тель-Авивского университета. Люди готовы, невзирая на эпидемию, идти вновь протестовать, самые активные участники акций протестуют теперь, не выходя из собственных машин.

Коронавирус было прекратил протестные акции, но особо активные участники теперь высказывают недовольство, не выходя из машин

Похожая ситуация сложилась и в Ираке, где коронавирус добавился к политическому кризису — в стране до сих пор не сформировано правительство — и экономическому после падения цен на нефть почти на 50%. Ирак — второй производитель нефти в ОПЕК, и 93% всех государственных доходов страна получает от продажи нефти. Как сказал ливанскому изданию L»Orient-Le Jour иракский врач из Нассирии, у иракцев есть такой выбор: «Или ты рискуешь и выходишь на улицу, где ты можешь подхватить вирус, но потенциально остаться в живых, или ты сидишь дома, где умираешь от голода и недоедания».

Из казны лишь 2,5% уходят на систему здравоохранения, изрядно потрепанную годами войн и конфликтов, последний из которых борьба с группировкой «Исламское государство» (запрещена в России). В стране, по данным Всемирной организации здравоохранения, в среднем на 10 тысяч человек приходится 14 коек в больницах.

Многолюдный рынок в Багдаде. Власти немного ослабили карантин, и люди забыли о социальной дистанции

В Ираке насчитывается около 1600 случаев заражения и 83 смерти, но, как говорит эксперт по Ближнему Востоку и Северной Африке из Chatham House Ренад Мансур, многие в Ираке боятся обращаться в больницы, опасаясь, что на них навесят ярлык — больной коронавирусом. Боязнь стигмы очень сильна, многие предпочитают умирать дома, не доверяя официальной системе здравоохранения, что делает точный подсчет случаев заражения невозможным.

При этом, как описал ситуацию в стране антрополог и автор книги о состоянии иракской медицины Омар Девачи, Ирак последние 16 лет живет в состоянии политического карантина, люди держатся в стороне и боятся межконфессиональных стычек. Пока же власти Ирака в преддверии Рамадана немного ослабили действующие в стране карантинные меры, и на фотографиях видно, как люди устремились на рынки закупаться для ифтара — традиционного разговения после захода солнца.

«Бомбой замедленного действия» называют то, что происходит в центрах для беженцев в Сирии и соседних Турции, Иордании и Ливане, а также лагерях с заключенными. Многочисленные войны и конфликты сделали беженцами в мире около 70 млн человек, больше половины находятся, по словам сотрудницы международной гуманитарной организации «Норвежский совет по делам беженцев» Басмы Аллуш, на Ближнем Востоке — Сирии и соседних с ней странах.

В секторе Газа, уже 13 лет живущем в условиях блокады со стороны Израиля и Египта, на два миллиона человек, по подсчетам гуманитарной организации Save The Children, приходится всего 7 коек в реанимации и 62 аппарата искусственной вентиляции легких.

Нефть и помощь

Страны Персидского залива действовали довольно быстро, смогли выделить деньги на тестирование населения, установили карантинные меры и начали помогать некоторым соседям. Кувейт, например, выделил помощь Ираку, ОАЭ — Ирану, Катар — Ливану, Йемену и палестинским территориям. Не обошлось и без обострения вековых распрей — населенные преимущественно суннитами Саудовская Аравия и Бахрейн сначала обвинили шиитский Иран в распространении инфекции, а министр внутренних дел Бахрейна пошел дальше, назвав действия Ирана биологической агрессией, и подал на них в суд.

Саудовская Аравия одной из первых отменила паломничество в Мекку и Медину, запретила массовые религиозные мероприятия и настоятельно рекомендовала весь Рамадан сидеть дома и не ходить, как это принято, в гости к родственникам. Судьба хаджа — традиционного ежегодного паломничества, которое должно было начаться в июле, — висит на волоске.

Хадж: семь фактов, о которых вы могли не знать
Площадь вокруг Каабы — главной святыни мусульман — никогда не была такой пустынной

У стран Персидского залива сейчас две проблемы: коронавирус и резкое падение цен на нефть — почти исключительно на ней основаны экономики арабских монархий региона. У стран Персидского залива больше ресурсов, чтобы справиться со вспышкой коронавируса — Саудовская Аравия, Катар и ОАЭ выделили миллиарды долларов в помощь пострадавшему от карантина частному сектору, в других — Бахрейне и Омане — подушки безопасности не хватит для того, чтобы пережить кризис, и им придется залезать в долги.

Подготовка к Рамадану заставляет забыть о социальной дистанции

Пандемия сведет на нет надежды наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Салмана провести реформы в стране для вхождения в постнефтяную эру. Как говорит эксперт Chatham House Кристиан Ульрихсен, бин Салман ставил на развитие сектора туризма, гостеприимства и сферы услуг — отрасли экономики, которые наиболее пострадают от последствий коронавируса.

Главный геополитический кризис региона — действующая почти три года блокада Катара Саудовской Аравией и другими странами Персидского залива — также постепенно отходит на второй план. В 2017 году Катар, давно поддерживающий связи с Ираном, обвинили в финансировании различных террористических групп в регионе, Доха обвинения отрицает.

Другие страны арабского мира

— В Иордании несколько дней назад чуть ослабили один из самых жестких карантинных режимов — о начале комендантского часа каждый день в 6 вечера объявляет сирена. Режим действует до 10 утра следующего дня. В течение светового дня люди могут передвигаться только в своем районе, пешком, чтобы дойти до ближайшего магазина. На машинах ездить нельзя. Работники ключевых отраслей с соответствующими пропусками могут пользоваться автомобилями. Все мероприятия, включая молитвы, церковные службы и похороны, запрещены.

— В Северной Африке пока довольно мало случаев, но, как и в странах Ближнего Востока, существуют опасения, что власти просто делают недостаточно тестов.

— 9 апреля в Йемене объявила о двухнедельном прекращении огня коалиция во главе с Саудовской Аравией, поддерживающая йеменское правительство в войне против шиитских повстанцев-хуситов. В самой бедной стране региона война продолжается уже шесть лет, при этом официальная статистика говорит лишь об одном случае заражения.

— В Ливии гражданская война не только не закончилась, но, в отличие от других стран региона, бои усилились. Глава официального ливийского правительства Фаиз Саррадж начал наступление на силы, действующие на востоке страны под руководством генерала Халифа Хафтара. При этом заболевших в стране, где с 2011 года после свержения Муаммара Каддафи фактически так и не появилось сильной централизованной власти, всего 51 человек. Для сравнения, в соседнем Тунисе заразившихся 900 человек, в Египте — 3 тысячи человек.

Источник — BBC

Опубликовано

в

от

Метки: