Америка уже хотела разделить Иран на семь независимых государств

Американский проект раздела Ирана на семь независимых государств

8 мая американский президент Дональд Трамп в ходе своего выступления, продолжавшегося 11 минут, заявил, что США выходят из ядерного соглашения 2015 года и вновь вводят против Тегерана санкции, отмененные прежде данным соглашением.

Трамп также сообщил, что, помимо этих санкций, США намерены инициировать против Ирана жесткое экономическое эмбарго, а если международные корпорации не будут соблюдать данные ограничения, то они столкнуться с серьезными контрмерами.

Подобного рода денонсация международного договора вызвала недовольство почти всех стран, за исключением немногих, решивших поддержать американцев. Однако достаточно вспомнить об истории отношений Соединенных Штатов с другими странами, и в частности с Ираном, как становится ясным, что США и прежде нарушали данное слово. Об этом мы решили побеседовать с известным иранским историком и радиоведущим Хосровом Мотазедом (Khosrow Motazed).

Fars: В какой период начались отношения Ирана с США?

Хосров Мотазед: Получив независимость от Англии, США старались быть свободной страной. Впервые ирано-американские отношения установились при известном реформаторе, шахском премьер-министре Амир-Кабире (1807 — 1852). Тогда Иран подписал с США договор о дружбе и судоходстве. Об этом документе упоминает историк Ферейдун Адамият (Fereydun Adamiyat) в своей книге «Амир-Кабир и Иран».

Амир-Кабир считал, что от России и Англии исходит опасность, Франция постоянно вмешивается в дела других стран, а Германии и Австрии нет дела до Ирана. Поэтому премьер-министр стремился как-то привлечь к Ирану Германию и Австрию и немцы постепенно начали сотрудничать с нашей страной. Насреддин-шах (1831 — 1896) написал письмо германскому императору, которое приводит в своих мемуарах Мехди Кули-Хедаят, занимавший пост премьер-министр Ирана в 1927 — 1933 годах. Насреддин-шах даже купил корабль у Германии.

По мнению Амир-Кабира, США из-за своей вражды с Англией, от которой отделились около 70-80 лет тому назад, находили поддержку в Иране. Своему поверенному в делах в Стамбуле премьер-министр дал указание подготовить соответствующий договор и заняться установлением отношений с Соединенными Штатами. Дело в том, что иранцы всегда придерживались идеи о необходимости наличия третьей силы, поскольку Россия и Англия считались врагами.

— Эти отношения были только экономическими? Ведь США не обладали влиянием в Иране.

— Англия и Россия не позволяли другим странам активно развивать отношения с Ираном. США начали экспортировать в Иран некоторую продукцию и даже отправили христианского проповедника, но это не имело никаких последствий. Спустя полвека американский посол заявил, что отправлять в Иран христианских миссионеров было неразумно.

— В какое время США начали оказывать влияние на Иран?

— Насреддин-шах прилагал все усилия для того, чтобы США начали вкладывать инвестиции в иранскую экономику. Он предложил американцам заняться разработкой артезианских колодцев и даже отправил своего посла в Вашингтон, но США ничего на это не ответили. Все дело в том, что тогда у американцев действовала доктрина Монро, согласно которой они не могли вмешиваться в дела государств восточного полушария, поэтому долгое время американское правительство придерживалось этого правила.

В годы правления Насреддин-шаха иранским послом в США был назначен Хаджи Садр Ас-Салтане (Haji Sadr As-Saltane). Основными статьями американского экспорта в Иран на тот период были кожа, свинина и алкоголь, которые не пользовались особым спросом у иранцев.
Американский посол писал, что в Иране жаркий климат, поэтому кожаные изделия раскупаются неохотно. Особый интерес к Ирану у США появился после изобретения автомобиля, а к концу XIX века сотрудничество между двумя странами расширилось за счет торговли нефтью. Иран даже импортировал нефть из американских скважин. Однако по сравнению с Россией доля американской нефти, поставляемой на иранский рынок, была ничтожно мала. Когда же была налажена добыча нефти в самом Иране, американская нефть вообще перестала пользоваться спросом.

В 1921 году США стали добиваться получения доли в нефтяном рынке Ирана. Для этой цели была задействована крупная нефтяная корпорация «Стандарт Оил» (Standard Oil) и ряд других более мелких компаний. В тот же период американскому правительству удалось завоевать высокий авторитет в Иране благодаря деятельности американского финансиста Моргана Шустера, получившего должность генерального казначея.

После Конституционной революции в Иране (1905-1911) шахское правительство наняло Моргана Шустера для того, чтобы тот наладил работу в стране финансовой системы. Этот человек очень помог Ирану, давая отпор чрезмерным требованиям русских и англичан. Прежде любой иранец, не желавший платить налоги, мог объявить себя подданным Российской Империи, как это сделал сын Мозафереддин-шаха принц Шах-Ас-Салтане. Однако Моргану Шустеру удалось силой принудить шахского отпрыска заплатить налоги. Американский финансист успел проработать в Иране только девять месяцев, как Россия выставила ультиматум иранскому парламенту с требованием о выдворении Шустера. Простой народ решил поддержать американца и организовали массовое шествие к зданию парламента, в котором даже приняли участие женщины в чадрах. Демонстранты требовали не соглашаться с давлением русских, а женщины даже угрожали депутатом оружием. Однако иранское правительство все же пошло на требование России и депортировало Шустера из страны.

Англичане считали, что из-за деятельности американского финансиста иранцы становятся все более заносчивыми. После своего отъезда из Ирана Шустер написал книгу под названием «Удушение Персии», в которой описал преступления русских и англичан. Иранский поэт Ареф Казвини (1882 — 1934) даже сложил стихи о Моргане Шустера, в которых написал:

Позор тому дому, откуда прогонят гостя.

Умри, но не позволяй ему уйти.

Если Шустер покинет Иран, страна пропадет.

О, люди, не дайте этому случиться!

Еще одной заслугой США перед Ираном в тот период можно считать то, что американский посол в Тегеране официально заявил о несогласии правительства своей страны с договором 1919 года, согласно которому Иран попадал под протекторат Великобритании, хотя сами англичане между тем сообщили об обратном.

В годы правления Резы-шаха (1925 — 1941) ирано-американские отношения были уже другого плана. В то время Соединенные Штаты поставляли в Иран автомобили, обладавшие отличным качеством. В 1914 году иранским послом в США отправили Джаляла Мохтара. Он был женат на англичанке и разъезжал на личном автомобиле. Как-то раз за превышение скорости его остановила американская полиция, однако его супруга, работавшая прежде обычной горничной, что не помешало послу без ума влюбиться в нее и сделать ее своей женой, натравила на полицейских свою собаку, после чего стражи порядка арестовали дипломата. На следующий день в американских газетах появилась фотография задержанного посла. Данный инцидент сильно разозлил Реза-шаха и тот на целых четыре года разорвал отношения с США.

В своей книге «12 сентября 1939 года и отстранение от власти Реза-шаха» историк Али-Голи Моджед (Ali-Goli Mojed) приводит критику поверенного в делах США в адрес монарха и всей внутриполитической ситуации в Иране с ее диктатурой и коррупцией.

На мой взгляд, США лишь косвенно были осведомлены о реальном положении в стране. Тем не менее все дипломатические отчеты свидетельствуют о банкротстве иранской экономики, о преобладании государственного сектора и ликвидации частного.

Тем не менее Соединенные Штаты не желали вмешиваться во внутренние дела Ирана. Когда союзники по антигитлеровской коалиции СССР и Великобритания напали на Иран, Реза-шах написал письмо президенту США Франклину Рузвельту, в котором указал, что поддерживает хорошие отношения с американцами, и попросил их оказать помощь, чтобы Великобритания и СССР не начали бомбовые удары под тем предлогом, что Иран находится под влиянием фашистской Германии. Конечно же, это больше напоминало психологическую войну, потому как Германия на тот момент и не думала начинать военные действия на территории Ирана, ведь война уже шла по многим фронтам.

Рузвельт жестко ответил Реза-шаху, что Гитлер — очень опасный человек, который пытается завоевать весь мир, поэтому США вынуждены отказать Ирану в помощи. Дело в том, что тогда у американцев не было особых интересов в Иране и они послушно выполняли все требования англичан. Спустя несколько лет в Иране собрались лидеры антигитлеровской коалиции. Тогда в Тегеране прошла конференция с участием Франклина Рузвельта, Иосифа Сталина и Уинстона Черчилля. Рузвельт встретился с шахом на территории советского посольства, где тогда остановился Сталин. Американский президент считал это место самым безопасным, потому что в любом другом его могли убить немецкие шпионы. Шах обратился к американскому президенту с просьбой о том, чтобы союзники изменили его место ссылки и отправили его в США или Канаду, но Рузвельт ничего на это не ответил.

В 1945 году, когда Советский Союз находился на пике своего могущества, заместитель госсекретаря США Джейм Бронз (James Bronze) впервые предложил проект о разделе Ирана. После кончины Рузвельта американское правительство считало недопустимым, чтобы Иран стал причиной войны между США и СССР. Потратив много сил на войну с Италией и Японией, американцы решили не предавать большое значение Ирану и разделить его на семь самостоятельных государств.

В 1945 году о письме Бронза стало известно широкой общественности. Когда его напечатали в иранской газете Darya Мохаммад Мосаддык (будущий премьер-министр Ирана, национализировавший нефтяную промышленность страны) расплакался в парламенте, упрекая правительство тогдашнего премьер-министра Ибрагима Хакими в том, что оно приняло письмо, которое ставит под вопрос суверенитет Ирана.

Советский Союз на тот момент тоже полагал, что сумеет добиться отделения от Ирана Курдистана и Азербайджана и большая часть других иранских земель окажется под коммунистическим влиянием, поэтому не поддержал в этом вопросе Соединенные Штаты. Таким образом, разгласив содержание злополучного письма, пресса во главе с Мосаддыком положили конец обсуждению данного вопроса.

Спустя два года американская политика в Азии резко изменилась. После того как сразу семь азиатских стран стали коммунистическими, президент США Гарри Трумэн отправил в Иран одного из своих ярых апологетов коммунистической идеологии Джорджа Аллена. В ходе борьбы с азербайджанскими сепаратистами Соединенные Штаты поддержали Иран и предоставили ему авиацию, танки, оружие и финансовые ресурсы, чтобы выдворить из страны Джафара Пишевари и его сторонников, добивавшихся отделения Иранского Азербайджана. Приехав в СССР, премьер-министр Ахмад Кавам Ас-Салтане долго добивался встречи со Сталиным, но в конце концов хитростью все же смог добиться его расположения, так что Советскому Союзу пришлось вывести свои войска из Азербайджана.

Оригинал публикации: طرح تجزیه ایران به ۷ کشور کوچک توسط آمریکا
Опубликовано 12/05/2018

Источник — inosmi.ru

Торговая война как новый сюрприз от Трампа

google

Президент США Дональд Трамп своим решением о вводе пошлин на импорт стали и алюминия из Евросоюза, Канады и Мексики разжег торговую войну между союзными странами, которая может продлиться несколько лет, считают эксперты.

Несмотря на то, что после неожиданной победы Трампа на выборах прошло около полутора лет, президент США продолжает удивлять мировое сообщество крайними мерами.

Многие полагали, что, став президентом США, Трамп будет действовать в соответствии с нормами дипломатии. Но за прошедшее время американский президент подписал ряд соглашений, которые можно назвать самыми радикальными за всю историю США.

Кандидат, победивший на выборах под лозунгом «Америка превыше всего», став президентом, принял решение о выходе США из Парижского соглашения по климату, Трансатлантического партнерства и ЮНЕСКО, что тоже наделало немало шума.

Последним сюрпризом от Трампа стало решение о вводе пошлин на сталь и алюминий из Евросоюза, Канады и Мексики.

Вашингтон обосновал ввод пошлин соображениями национальной безопасности, что еще больше усложнило ситуацию. Если эксперты ранее долго обсуждали, как скажется на мировой экономике торговая война между Китаем и Соединенными Штатами, то теперь они пытаются предугадать, как повлияет решение Трампа на отношения США и ЕС в сферах политики и обороны.

Как сказал агентству «Анадолу» эксперт Института мировой экономики Петерсона Гарри Клайд Хафбауэр, переговоры между США и ЕС принесут результаты, предположительно, через четыре-пять месяцев. «За это время торговые отношения между двумя важнейшими союзниками в мире изрядно пошатнутся. ЕС быстро введет таможенные пошлины на американскую продукцию, список которой уже представил ранее. Пошлина в размере 25 процентов будет введена на широкий перечень американской продукции на сумму до четырех миллиардов долларов», — сказал Хафбауэр.

По его мнению, поскольку США требуют от ЕС пойти на ряд уступок, переговоры могут затянуться. Эксперт напомнил, что главной мишенью Трампа стала Германия, которую Штаты осуждают за положительное сальдо торгового баланса. «Но поскольку Всемирная торговая организация не может вмешиваться в сферу национальной безопасности стран и говорить о том, что хорошо, а что — плохо для их безопасности, то, скорее всего, решение будет вынесено в пользу Вашингтона», — сказал Хафбауэр.

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F-%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B0-%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D0%B9-%D1%81%D1%8E%D1%80%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B7-%D0%BE%D1%82-%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BC%D0%BF%D0%B0-/1165931

Как США становятся сырьевым придатком Китая

КАК США СТАНОВЯТСЯ СЫРЬЕВЫМ ПРИДАТКОМ КИТАЯ
По мере публикации деталей торговой сделки США и КНР, триумф Трампа превращается в пиррову победу

Александр Запольскис

Как и следовало ожидать, на американо-китайских торговых переговорах никакого чуда не случилось. Просто в пиар-службе президента США решили изобразить очередную «перемогу», но Китай горячие головы решительно остудил. Никаких уступок на 200 млрд. долл. не было и нет. Дефицит торгового баланса США с КНР по прежнему составляет 375 млрд. Единственный достигнутый успех переговоров сводится к обоюдному пониманию нежелательности прямой торговой войны. На этом все.

Однако тут кроется весьма важный момент, как раз из категории — так кто же кого в итоге победил. И получается так, что лидером, правда только по очкам, оказался как раз Пекин. Вашингтон столкнулся с обширным негативом оборотной стороны заявленных им санкций. Выбивая из китайцев доллар, сами американцы в результате теряли два, что делало такую войну занятием достаточно глупым. Так что отказ от нее это явно победа спокойной позиции Китая, чем результат медийной атаки США. Впрочем, дело не в том, кто кого переупрямил, куда интереснее, о чем стороны продолжают договариваться и к чему эти договоренности могут или не могут привести.

Судя по всплывающим сейчас в американской прессе деталям, наши предположения о характере процесса оказались верны: Америка сумела убедить Поднебесную больше покупать, но была вынуждена для этого отменить ряд своих же ограничений.

К примеру, теперь Китай может купить в США до 50 млн. тонн сои, что на 20% больше ранее ему разрешенной квоты. Министерство торговли не позволяло брать больше потому, что на Китай и так приходилось свыше 30% ее сбыта за пределы США, что считалось угрозой для экономической безопасности. Теперь будет 36%, и это почему-то угрозой не считается. Сейчас важнее нарастить объемы и отжать долю рынка у ключевого конкурента — Бразилии. Однако тот факт, что биржевые цены на сою уже подскочили на 2,4% и продолжают расти, говорит, что дополнительных объемов ее производства в США нет. Речь идет преимущественно о перераспределении существующих квот. Значит, другим покупателям ее достанется меньше.

Аналогичная картина с хлопком, обеспечивающим Америке экспорт на 5,8 млрд. долл. в год. Попытавшись перекрыть китайцам доступ к внутреннему рынку хлопка-сырца, Вашингтон вдруг выяснил неприятное: КНР потреблял до трети производимых в США объемов, немногим меньше, чем главные покупатель — Вьетнам. А больше в мире покупателей такого масштаба просто нет. Можно ли считать победой Трампа его согласие отменить заявленное эмбарго и сохранить за Китаем квоты 2017 года в объеме 894 тыс. тонн — вопрос неоднозначный. Скорее нет, чем да. Причем китайцы за это заплатили всего лишь согласием остановить в ВТО расследование против незаконных американских субсидий на производство сорго, которого Китай закупает на 1 млрд. долл.

Считается американской победой и согласие КНР расширить закупки американского этанола, используемого в качестве топлива. В 2017 году Пекин забирал 86% общего объема его американского экспорта. Судя по открытым источникам теперь станет забирать около 95-98%. Это значит, что остальным его импортерам продавать станет нечего, следовательно, с ними проблема дефицита торгового баланса усложнится. В то же время, если сельхозпроизводители попытаются воспользоваться конъюнктурой и нарастить производство, то сделать это они могут лишь за счет снижения объемов выращивания кукурузы, для продовольственной корзины Америки имеющей чрезвычайно важное значение.

Как мы и предполагали, сумел Трамп продать китайцам и дополнительные объемы энергоносителей. В первую очередь СПГ. Точнее – продать воздух, так как Китай согласился к 2030 году выйти на приобретение в США сжиженного газа на 82 млн. тонн в год, в то время как собственные американские планы по наращиванию мощностей для сжижения к этому периоду обещают всего 42,5 млн. тонн. К тому же абсолютное большинство анонсированных заводов по производству СПГ запланированы к постройке на атлантическом побережье, в то время как китайцам они будут нужны на тихоокеанском. Так что «выигранные» тут примерно 20 млрд. долл. в год «сокращения дисбаланса», по сути, являются лишь ожиданиями, которые имеют все шансы не сбыться.

В то время как китайцы этот «воздух» уже начали превращать в деньги. Во всяком случае, China Petrochemical Corp. получила разрешение построить СПГ на Аляске, а китайский Gas Holdings Ltd. — право на приобретение 3 млн. тонн СПГ в год на заводе Delfin в Мексиканском заливе. Это значит, что вопрос по поставкам СПГ в Европу закрывается окончательно. Все американские мощности переключаются только на Китай. То же самое касается всего нефтегазового экспорта США. Пекин «расширит» закупки как сырой нефти, так и попутного газа, становясь по нефти вторым, а по попутному газу крупнейшим партнером Америки.

Таким образом, у Трампа сократить дисбаланс с Пекином на примерно 100 млрд. долл. в год, скорее всего, получится, но победа начинает выглядеть пирровой. Потому что она носит исключительно сиюминутный и лишь перераспределительный харакер. Ни по одному из направлений США не располагают потенциалом по существенному наращиванию объемов производства. Даже с СПГ пришлось пустить в Америку китайский капитал.

Так что сэкономив на 100 млрд. с Китаем, Трамп примерно на такую же сумму увеличил дефицит с другими партнерами. С той лишь разницей, что их число больше, а потому негатив станет заметен меньше. Но, по сути, для общего состояния США результат особого значения иметь не будет. У Трампа не вышло заставить Китай больше покупать американских самолетов, станков или любого другого высокотехнологичного оборудования с высокой прибавочной стоимостью. Выходит так, что кроме сырья и топлива Вашингтону вообще оказалось Пекину нечего предложить.

Источник — iarex.ru

Нетаньяху нужен конфликт с арабами, чтобы сохранить власть


Prime Minister Benjamin Netanyahu attends the weekly cabinet meeting at the Prime Minister’s office in Jerusalem January 7, 2018. . (photo credit: ABIR SULTAN / REUTERS)

Граждан Израиля больше интересует вопрос о том, кто сможет лучше справиться с кризисной ситуацией, а не о том, кто сможет принести мир

В 2015 году начался четвертый срок Биньямина Нетаньяху в должности премьер-министра Израиля. В течение нескольких месяцев эксперты выдвигали гипотезы о том, когда падет его правительство. До настоящего момента преобладал лишь один ответ — никогда, пишет Далия Шейндлин (Dahlia Scheindlin) в статье для издания The Foreign Policy.

Вскоре после выборов 2015 года Нетаньяху столкнулся с проблемами, включая отставку некоторых министров и полицейское расследование. За последний год ситуация осложнилась: полиция порекомендовала генеральному прокурору выдвинуть против Нетаньяху обвинения в коррупции на основании результатов расследования четырех отдельных случаев. Обострилась ситуация в секторе Газа, непрестанно поступают предупреждения о возможной войне с ливанским движением «Хезболла». После того, как мирные переговоры между Палестиной и Израилем потерпели крах в 2014 году, не было достигнуто никакого прогресса в процессе урегулирования палестино-израильского противостояния. В 2011 году Израиль столкнулся с экономическими трудностями и ростом социального неравенства, тогда Нетаньяху также занимал должность премьер-министра. За последние семь лет социально-экономическое положение Израиля не улучшилось.

Так почему же у Нетаньяху как никогда прежде высокий уровень поддержки? Поддержка в первую очередь связана со сферой безопасности. Под безопасностью подразумевается предотвращение любых угроз, исходящих от Палестины, начиная с палестинских девочек, вооруженных ножницами, и заканчивая попытками палестинских протестантов пересечь границу в секторе Газа или запуском с территории Палестины ракет «Кассам». На счету Нетаньяху две военные операции против ХАМАС, он также имел дело с волной ножевых нападений против сотрудников службы безопасности Израиля и кризисом на Храмовой горе, а сейчас сталкивается с эскалацией противостояния в секторе Газа.

Нетаньяху успешно использует кризисы для укрепления собственного рейтинга поддержки. Периодические эскалации напоминают почти половине израильских избирателей о том, в чьих руках должна оставаться власть. Только четверть избирателей уверена, что возможно мирное урегулирование. В настоящий момент менее половины граждан Израиля поддерживают принцип сосуществования двух государств — Израиля и Палестины. Таким образом, граждан Израиля больше интересует вопрос о том, кто сможет лучше справиться с кризисной ситуацией, а не о том, кто сможет принести мир. По словам одного из избирателей, ценность Нетаньяху заключается в том, что он знает, когда нужно прекратить военную эскалацию. Другими словами, Нетаньяху не обвиняют в развязывании войн, его хвалят за сдержанность.

Региональные угрозы, такие как Иран, «Хезболла» и ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), также относятся к сфере обеспечения безопасности, однако они носят более теоретический, нежели практический характер. Последняя война с «Хезболлой» была 12 лет назад, в Израиле нет ячеек ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но эти угрозы твердо укоренились в общественном сознании, особенно благодаря тому, что Нетаньяху использует любую возможность, чтобы напомнить о том, что Иран представляет экзистенциальную угрозу, а приход к власти левых партий приведет к возникновению террористических ячеек ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Иерусалиме.

Выход США из ядерного соглашения с Ираном — это один из самых драгоценных камней в короне Нетаньяху. И речь идет не том, нужно ли было сохранять ядерное соглашение и сдерживало ли оно ядерную программу Ирана. Суть заключается в том, что Нетаньяху сделал заявление относительно ядерной программы Ирана, а через несколько дней к его словам прислушался самый влиятельный человек в мире. Вот в чем сила и оправдание его пребывания у власти. После прихода президента США Дональда Трампа Нетаньяху смог добиться колоссальных политических побед, сюда можно отнести и выход Вашингтона из ядерного соглашения, и перенос американского посольства в Иерусалим.

С другой стороны, очень немногим израильским коалиционным правительствам удавалось избежать кризиса, который каждый раз приводил к досрочным выборам. За 70 лет в Израиле было 34 коалиционных правительства. Правительству Нетаньяху, находившемуся у власти с 2009 по 2013 год, удалось избежать кризиса, оно продержалось весь положенный срок. Пока нет признаков того, что нынешнее правительство Нетаньяху не сможет продержаться до 2019 года. Таким образом, Нетаньяху привнес в Израиль определенную политическую стабильность.

Логика избирателей заключается в следующем: лучше Нетаньяху, который борется с кризисами или убивает протестующих в Газе, которые осмеливаются противостоять Израилю, чтобы прорвать 11-летнюю блокаду, чем презренный представитель левого политического крыла. Как бы там ни было, рано или поздно Нетаньяху придется покинуть политическую сцену. Но учитывая определенные достижения Нетаньяху и тот факт, что каждый последующий кризис усиливает его позиции, маловероятно, что политический маятник может в ближайшее время склониться в другую сторону.

Максим Исаев

Источник — REGNUM

Смогут ли США воевать на два фронта?

© AP Photo, Tim Sharp

Смогут ли США воевать на два фронта?
ответы адмирала Дэвидсона, «китайская угроза» для США и союз Москвы и Пекина

Константин Душенов

17 апреля Конгресс США опубликовал один весьма любопытный документ. Он называется «Policy Questions for Admiral Philip Davidson, USN Expected Nominee for Commander, U.S. Pacific Command. Это 50 страниц текста, который представляет собой письменные ответы адмирала Филиппа Дэвидсона, будущего командующего Тихоокеанским командованием США, на вопросы конгрессменов.

Для справки: Тихоокеанское командование (U.S. Pacific Command, USPACOM), сформировано в 1947 году. Зона ответственности – Китай, Индия, Монголия, Япония, государства ЮВА, Австралия, Антарктида, весь Тихий океан, кроме прибрежных американских акваторий и восточная часть Индийского океана. Штаб командования находится в Гонолулу, на Гавайях.

Понятно, что в современных условиях наибольшее внимание адмирал и конгрессмены уделили Китаю и Северной Корее. Я думаю, всем нам будет полезно узнать позицию военно-политической элиты США по этому поводу не в пересказе журналистов и политологов, а из первых уст. Поэтому я взял на себя смелость перевести некоторые, наиболее интересные, с моей точки зрения, фрагменты этого документа.

Китай

Вопрос. Могут ли США при определенных обстоятельствах проиграть войну в Индо-Тихоокеанском регионе?

Ответ. Предсказать исход такой войны невозможно и у меня все больше озабоченности относительно наших перспектив в будущем. Китай осуществляет быструю военную модернизацию и приближается к паритету с нами в целом ряде критических областей. У нас больше нет гарантии того, что США выиграют в будущем войну с Китаем. Чтобы избежать победы Китая в такой войне, мы должны своевременно развивать высокие технологии, укреплять сеть наших союзников и готовить лучших в мире американских солдат, матросов, летчиков и морских пехотинцев.

Вопрос. Надо ли США выходить из ДРСМД или развитие американских средств Глобального быстрого удара компенсирует ограничения, накладываемые на США этим договором? Каковы ваши рекомендации по сохранению ДРСМД или выходу из него?

Ответ. Оружие ГБУ нам могло бы помочь, но я думаю, мы прямо сейчас должны найти дополнительные системы вооружения, чтобы сбалансировать большое количество китайских ракет, которые они уже разместили в регионе. Если мы выйдем из ДРСМД, это позволит нам получить дополнительные возможности противостоять китайскому ракетному потенциалу. Я считаю, сегодня ДРСМД несправедливо ставит США в невыгодное положение и ограничивает наши возможности противостоять Китаю, поскольку он не связан в этой области никакими обязательствами и ограничениями.

Вопрос. Какие силы нам нужны, чтобы выиграть противоборство с Китаем?

Ответ. Нужен общенациональный подход к проблеме. Мы должны готовиться к долговременному противоборству. Необходимо постоянно поддерживать наши силы в современном и боеготовом состоянии, в котором они способны сдерживать китайскую агрессию, защищать интересы США в регионе и безопасность страны в случае, если сдерживание все же не сработает.

Учитывая быстрые темпы военной модернизации Китая, наша возможность противостоять китайской мощи будет очень сильно зависеть от высоких военных технологий: от авиации 5-го поколения, от нашей способности проникать в китайские зоны закрытого доступа (т.н. зоны A2/AD), от превосходства в подводной войне, жизнеспособной логистики и надежности наших союзников в регионе.

Сегодня Китай, постоянно расширяя пространство конфронтации, успешно конкурирует с США, не доводя, однако, дело до прямого конфликта. Мы тоже должны расширять пространство противоборства, вкладываясь в военные технологии будущего, например, в гиперзвуковые ракетные технологии. Одновременно надо понимать, что Китай уже обладает военными возможностями в космосе и киберпространстве, а в некоторых областях (например, в ракетах среднего радиуса действия) вырвался вперед, и нам нужно напрячь все силы, чтобы достойно ответить на этот вызов.

Вопрос. Как вы можете охарактеризовать текущие отношения США и Китая?

Ответ. Наша Стратегия национальной безопасности гласит, что Соединенные Штаты выступают за свободный и открытый Индо-Тихоокеанский регион, за уважение международного права, свободу мореплавания и свободный обмен товарами и идеями.

Китай может выбирать: поддержать эти принципы и связанное с ними процветание, или отвергнуть их. США остаются приверженными к сотрудничеству с Китаем на основе наших национальных интересов, но Китай хочет переформатировать мир под свою авторитарную модель, идущую вразрез с нашими принципами. Посредством «дипломатии принуждения», хищной экономической политики и быстрой военной экспансии Китай подрывает основы мирового порядка.

Мы должны сотрудничать с Китаем там, где это возможно, и настойчиво и бескомпромиссно противостоять ему, когда поведение Китая подрывает международную стабильность или наносит ущерб интересам США в регионе.

Вопрос. Каковы цели Китая и его программы военной модернизации?

Ответ. Китай проводит долгосрочную стратегию по ограничению доступа и влияния США в Индо-Тихоокеанском регионе с целью стать бесспорным региональным гегемоном, и Пекину многое удалось сделать на этом пути. Китай уже не развивающаяся страна, это сформировавшаяся великая держава, главный конкурент и соперник США в этом регионе. Китай стремится вытеснить и заместить США в роли основного гаранта безопасности стран региона.

Что касается военных инструментов, то НОАК, используя быстро растущий военный бюджет, осуществляет самую амбициозную в мире программу военной модернизации. Военное строительство Китая жестко ориентировано на создание продвинутых оружейных носителей и ударных образцов оружия дальнего действия, включая баллистические и гиперзвуковые ракеты, космические аппараты и кибертехнологии.

Эта стратегия направлена на то, чтобы вытеснить США из прибрежных китайских морей, изолировать соседей Китая и предотвратить вмешательство Соединенных Штатов в любой конфликт на китайской периферии. Кроме того, я обеспокоен попытками Китая разрушить наши военно-политические союзы в регионе, которые он объявил «реликтом холодной войны».

Вопрос. Каковы масштабы угрозы нашим базам со стороны китайских ракет?

Ответ. Они существенные и все время растут. НОАК обладает растущим количеством ракет средней и меньшей дальности, которые способны угрожать как нашим базам в регионе, так и действиям наших ВМС в океанской зоне. Нам предстоит пройти долгий путь для того, чтобы научиться сдерживать эти постоянно растущие ракетные возможности, учитывая скорое появление на вооружение Китая гиперзвуковых образцов оружия.

Нам нужны вложения в технологии, позволяющие перехватывать ракеты противника на стартовом участке траектории. Нужно также повысить эффективность наших противоракет и расширить наземный и космический эшелон средств раннего обнаружения ракетных пусков. Только это поможет повысить надежность и эффективность системы ПРО США.

Вопрос. Для США важно поддерживать свое критическое преимущество в подводной войне. Каковы угрозы со стороны Китая этому преимуществу?

Ответ. Пока в этой области у нас есть существенное преимущество, но Китай не стоит на месте. Подводная война объявлена там приоритетным направлением, на котором китайцы упорно стремятся увеличить свои боевые возможности и одновременно сократить наши. У них появляются все менее шумные подлодки, оружие которых постоянно совершенствуется. На вооружение поступают необитаемые подводные аппараты, новые системы обнаружения подводных лодок и новые образцы самолетов противолодочной авиации.

Наше преимущество в этой области тает. Отсутствие необходимых инвестиций и постоянных инноваций приведет к тому, что мы потеряем свое превосходство в этой критически важной области.

Вопрос. Каковы возможности и темпы развития ВВС Китая?

Ответ. ВВС Китая быстро модернизируются. Это часть долговременных усилий Пекина по созданию группировки сил и средств, способных контролировать и оборонять воздушно-космическое пространство в регионе, одновременно проецируя силу на дальние расстояния. Хотя ВВС Китая не так хорошо оснащены, как наши, они быстро сокращают этот разрыв, развивая авиационные технологии 4-го и 5-го поколений, в числе которых технологии авианосной авиации, стратегических бомбардировщиков, высокоэффективных зенитных ракет и т.д. Их самолеты постоянно патрулируют Западную часть Тихого океана и Южно-Китайское море.

В результате китайская авиация представляет серьезную угрозу не только для наших ВВС, но и для военно-морского флота, и для сухопутных войск.

Вопрос. Каковы космические и противокосмические военные возможности Китая? Осуществляет ли Китай милитаризацию космоса?

Ответ. Да, Китай осуществляет милитаризацию космического пространства. Он ускоренными темпами наращивает свои возможности использовать космос для военных операций и одновременно препятствовать нам делать то же самое, увеличивая риски для нашей орбитальной группировки. Китай наращивает не только возможности своих ракет-носителей космических аппаратов, но и космические системы точной навигации, используя новые, гораздо более совершенные спутники.

В области космического оружия НОАК развивает широкий спектр возможностей кинетических перехватчиков в сочетании с некинетическими средствами борьбы, конечной целью которых является нарушение нормальной работы и уничтожение спутниковой группировки противника. Это и оружие направленной энергии, и системы радиоэлектронного подавления, и противоспутниковые ракеты наземного базирования, которые Китай испытал в 2007 и 2014 гг.

Вопрос. Каковы возможности Китая в Южно-Китайском море?

Ответ. Развертывание передовых китайских баз в Южно-Китайском море началось в 2013 году. К 2015 году стало ясно, что Китай использует морские рифы для создания искусственных островов. С этого момента Пекин разместил на таких островах свою обширную военную инфраструктуру, включающую казармы, ангары для авиации, подземные хранилища топлива и воды, а также бункеры для размещения наступательного и оборонительного вооружения.

Сегодня создание этих передовых баз завершено. Единственное, чего пока не хватает – размещения личного состава для их полноценной эксплуатации. Когда это произойдет, Китай получит возможность распространить свое влияние на юг на тысячи миль. Используя эти базы, китайские вооруженные силы смогут бросить вызов самому нашему присутствию в регионе. Короче говоря, Китай уже сейчас способен контролировать Южно-Китайское море при любом сценарии развития событий, кроме полномасштабной войны с США.

Вопрос. Каковы мировые претензии Пекина и есть ли они? Каковы стратегические военные цели Китая в проекте «Один пояс, один путь»? Каковы последствия этого проекта для США?

Ответ. Пока усилия Китая в основном сосредоточены на региональном уровне, но в конечном итоге Пекин стремится получить возможность проецировать силу по всему миру. Проект «Один пояс – один путь» доказывает, что Китай все активнее стремится выйти за рамки Индо-Тихоокеанского региона. Реализация этого проекта позволит ему распространить свое влияние и проецировать военную силу на огромном удалении от своей национальной территории. Хищнический характер китайских инициатив не оставляет сомнений, что Пекин использует проект «Один пояс – один путь», как механизм вовлечения других стран во все большую зависимость от Китая.

Если проект будет реализован, китайская военная экспансия приобретет глобальный характер за счет доступа ко множеству иностранных транспортных центров, аэродромов и портов. Такой доступ позволит Китаю проводить разведывательные и военные операции от Южно-Китайского моря до Аденского залива. Более того, Пекин сможет использовать свои новые возможности, чтобы понудить страны, оказавшиеся под его влиянием, отказаться от американского военного присутствия, от предоставления транзита и любых других видов поддержки наших сил.

Северная Корея

Вопрос. Каковы стратегические и военные риски потенциального конфликта с Северной Кореей? Действительно ли такой конфликт станет причиной огромных человеческих жертв не только для США, но и для наших союзников в Южной Корее и Японии?

Ответ. Несомненно, стратегические и военные риски конфликта на Корейском полуострове огромны. Но определение таких рисков и управление ими является частью нашего военного планирования, и данный случай – не исключение.

Вопрос. Могут ли наши силы оперативно эвакуировать из Южной Кореи 250 000 граждан США? Мы вообще когда-либо осуществляли такую масштабную эвакуацию?

Ответ. Недавние учения показали необходимость дополнительно проанализировать этот вопрос. США никогда ранее не осуществляли эвакуационных мероприятий такого масштаба. Хочу подчеркнуть, что в случае конфликта США должны будут также эвакуировать граждан наших союзников, а это потребует дополнительных сил и средств. Кроме того, одновременно с нами Южная Корея тоже должна будет эвакуировать с полуострова огромное число своих граждан, что еще более осложнит операцию.

Вопрос. Какие военные возможности нам нужны, чтобы повысить способность надежно сдерживать Северную Корею, даже если она успешно продемонстрирует возможность нанести ядерный удар по территории США?

Ответ. Необходима всесторонняя модернизация наших стратегических ядерных сил. Нужно разработать новые боеголовки для баллистических ракет подводных лодок и создать новую крылатую ракету морского базирования с ядерным боезарядом. Так мы пошлем всем своим противникам, включая Северную Корею, мощный сдерживающий сигнал. Это обеспечит нам дополнительную гибкость: разнообразие носителей, дальностей поражения, повышение живучести наших сил. Таким образом модернизация поможет нам сдерживать риски неожиданных ядерных сценариев. Наши союзники, Южная Корея и Япония, поддерживают такой подход.

Вопрос. Какие перемены нужны нам для того, чтобы лучше сдерживать Северную Корею в долговременной перспективе?

Ответ. Сейчас у нас достаточно сил для сдерживания Северной Кореи. Но если говорить о перспективе ближайших пяти лет, я считаю, что мы должны продолжать улучшать весь спектр наших ракетных и противоракетных возможностей. Это включает в себя и противоракетные комплексы THAAD, размещенные в Южной Корее и на Гуаме, и морскую составляющую нашей противоракетной обороны. Нужно повысить возможности наших локаторов системы предупреждения о ракетных пусках на собственной территории, нужен новый локатор на Гавайях, нужны дополнительные тяжелые ракеты-перехватчики наземного базирования и детальные исследования целесообразности их размещения на Гавайских островах. Короче, необходимо улучшение потенциалов и возможностей наших перехватчиков для дальнейшего усиления защиты территории США и ключевых региональных узлов от агрессивных устремлений Северной Кореи.

Вопрос. Национальная стратегия безопасности и Национальная стратегия обороны утверждают долговременное соперничество с Китаем в качестве высшего приоритета американской политики. Может ли риск конфликта на Корейском полуострове поставить под угрозу нашу способность успешно соперничать с Китаем? И как избежать такого риска?

Ответ. Да, определенный риск есть. Но мы должны иметь возможность противостоять одновременно всем нашим противникам в этом регионе, а не только Китаю и Северной Корее. Если сдержать Северную Корею не удастся, то в ходе конфликта наши передовые силы будут иметь решающее значение для локализации конфликта и нашей победы на полуострове. Поэтому наша передовая инфраструктура, включающая в себя узлы коммуникации и топливные ресурсы, медицинские учреждения и транспортные возможности, должна быть улучшена и расширена.

Что в сухом остатке?

1. Америка считает Китай, а не Россию, главной долговременной угрозой своему доминированию. Соответственно, большая часть американских ресурсов на длительную перспективу будет сосредоточена в Азиатско-Тихоокеанском регионе, для действий против Пекина. Нам это выгодно. Нам будет легче нейтрализовать тот остаточный потенциал, который США смогут задействовать для «сдерживания» Москвы.

2. Главным направлением китайской экспансии надолго останется регион Юго-Восточной Азии. Даже в далекой перспективе Китай намерен расширять свое влияние не на север, а на юг. Это создает условия для длительного и тесного, стратегического партнерства Пекина и Москвы, геополитические интересы которых не вступают в противоречие.

3. Россия является мировым лидером в области военных технологий, добычи углеводородов, в целом ряде областей сельского хозяйства (например, наш зерновой экспорт достиг 43 млн. тонн, а по пищевой пшенице мы вышли на первое место, обогнав американских фермеров). Китай лидирует в финансово-экономической области, одновременно являясь крупнейшим покупателем оружия, импортером нефти и газа, потребителем сельскохозяйственной продукции. Это объективно создает предпосылки для плодотворного и взаимовыгодного сотрудничества.

4. Уникальное географическое положение России делает ее незаменимым участником всех китайских евразийских проектов (например, «Один пояс, один путь»). Геополитические амбиции Китая, в свою очередь, могут стать локомотивом и для экономического развития России.

5. Прочный геополитический союз Москвы и Пекина обусловлен наличием общего врага – Вашингтона с его претензиями на мировое господство. Поэтому можно предположить, что Россия и Китай просто обречены на тесное сотрудничество, как минимум, до тех пор, пока не произойдет крушение геополитической мощи Запада во главе с США и радикальное переформатирование нынешнего миропорядка.

Мы русские, с нами Бог! Господи, благослови!

Источник — Завтра

Иранский сценарий США обкатают и на России

http://naspravdi.info

Вашингтон продолжает раскачивать правящий режим в Тегеране

Антон Чаблин
Материал комментируют:
Михаил Рощин

Выход США из «ядерного соглашения» с Ираном — лишь один из последовательных шагов «ястребов» из команды Дональда Трампа, направленных на смену политического режима в Тегеране. Причем точно такое же давление американцы применяют и в отношении России.

Кого пугают жупелом изгоя

Во вторник президент Дональд Трамп заявил, что выведет США из международного ядерного соглашения с Ираном и планирует восстановить американские экономические санкции против Тегерана. Произошло это незадолго до трехлетия подписания соглашения, которое было инициировано предыдущим президентом Бараком Обамой и государственным секретарем Джоном Керри.

США и Иран — далеко не единственные стороны соглашения. Под документами, подписанными в июле 2015 года в Женеве, стоят подписи руководителей Великобритании, Франции, России, Китая, Германии и Европейского Союза.

Ядерная сделка предусматривала отмену санкций, которые были наложены на Иран со стороны США, ООН и Евросоюза в ответ на то, что Тегеран занимался тайной разработкой ядерного оружия. Взамен на отмену санкций Иран приостановил свою военную урановую программу (ему было разрешено заниматься обогащением урана для энергетики и мирных медицинских исследований).

Едва оказавшись хозяином Овального кабинета, Дональд Трамп принялся метать молнии в сторону Ирана. Причем в выражениях глава сверхдержавы, как водится, не стеснялся: выступая 19 сентября 2017 года на Генеральной ассамблее ООН, Трамп во всеуслышание назвал Иран «страной-изгоем»: якобы Тегеран поддерживает террористические организации на Ближнем Востоке. Следом Трамп подписал указ об ограничении въезда на американскую территорию иранских граждан.

Следом американцы принялись действовать более изощренно. В конце декабря в Иране вспыхнули антиправительственные протесты, которые горячо поддержал опять-таки Дональд Трамп. Жертвами волнений, которые продолжались всего десять дней, стали три десятка человек.

Тегеран и Москва — собратья по несчастью

Министр внутренних дел Ирана Абдолрехман Фазли заявил, что провокаторы были подготовлены и внедрены иностранными разведками, а верховный аятолла Али Хаменеи прямо возложил ответственность на США и Израиль. Кстати, за пределами Ирана тоже проходили массовые акции протеста иранцев — самые массовые именно в американских городах (в том числе в Лос-Анжелесе).

И вот теперь — обещание Дональда Трампа в кратчайшие сроки (180 дней) восстановить все предыдущие экономические санкции против Ирана. Эффект это будет иметь не столько экономический, сколько политический — Вашингтон пытается расшатать правящий режим. В этом косвенно признался и недавно назначенный государственным секретарем Майк Помпео: «Правительство Ирана является теократическим режимом, который смотрит назад, а не режимом, который с нетерпением ждет, чтобы сделать жизнь своего народа лучше… Я полностью рассчитываю на то, что вы увидите, как иранский народ будет продолжать восставать против этого правительства!».

Вашингтон готов оказывать политическую и финансовую поддержку как умеренным оппозиционерам из Национального совета сопротивления Ирана (НКРИ), который базируется во Франции, так и радикалам из Организации моджахедов иранского народа (ОМИН). Это левацкая организация, признанная террористической многими странами мира (США исключили ОМИН из своего «черного» списка в 2012 году).

В общем, уже никто не питает иллюзий относительно того, чего в конечном итоге добивается Дональд Трамп в Иране. «Ястребы» из его ближайшего окружения диктуют ему список «врагов Америки», в котором с Ираном соседствует Россия. Ведь методы политического и экономического давления со стороны Вашингтона на обе страны — абсолютно идентичны. На следующий день после заявления Дональда Трампа о возвращении санкций против Тегерана была введена новая порция санкций против России (конкретно — против трех десятков структур Минобороны).

Иранская политическая система устойчива

— Выход США из соглашения по иранскому ядерному досье не означает прекращение самого соглашения, а следовательно нет обязывающих нас обстоятельств поддерживать американские санкции против Ирана. Скорее наоборот, новый антииранский курс США и дальше будет сближать нас с Ираном тем более, что наши экономические связи с американцами итак незначительны, — говорит в интервью «Свободной прессе» старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Михаил Рощин.

«СП»: — Израиль уже начал готовиться к возможной войне. А как отразится решение Трампа на российском положении на Ближнем Востоке?

— Я думаю, на нашем статусе на Ближнем Востоке решение Трампа принципиально никак не отразится. Обстановка на Ближнем Востоке в целом непростая, и она такой и останется. Общая ситуация в регионе развивается явно иначе, чем в предшествующие десятилетия. Я имею в виду, например, отношения с Израилем.

Вполне очевидно, что участие израильского премьера Биньямина Нетаньяху в праздновании Дня Победы в Москве — шаг неслучайный, и говорит о дальнейшем сближении наших стран по ряду направлений. Нетаньяху понимает, что именно Россия сегодня обладает самыми сильными в мире рычагами воздействия на Иран.

«СП»: — Мы ведь имеем и серьезные экономические интересы в Иране.

— Я думаю, Россия скорее выигрывает от происходящего. Если американцам удастся по-настоящему прижать Иран в плане экспорта его нефти, это, безусловно, приведет к росту цен на нефть, что для нас станет скорее позитивным моментом.

Кстати, неслучайно Западная Европа сопротивляется новому иранскому курсу Трампа. Даже Британия, традиционный и самый верный союзник Штатов, возмущена заявлением Трампа.

«СП»: — Но ведь помимо экономических санкций американцы задействовали в отношении Ирана и политические инструменты. Я говорю о поддержке антиправительственных протестов.

— Американцы будут стараться раскачивать ситуацию, но сомневаюсь, что у них что-то серьезное получится. Вспомните январские протесты: там были определенные внутренние причины, но Иран смог тогда решить возникшие проблемы. Иранская политическая система сегодня вполне устойчива.

Источник — СвободнаяПресса

Решение Трампа по Ирану подобно осколочной бомбе

Выход из ядерной сделки с Ираном подрывает мультилатеральную систему

По мнению обозревателя Le Monde Сильвии Кауфман, американское решение выйти из ядерной сделки с Ираном запускает кризис трансатлантических отношений.

«Подобно осколочной бомбе, решение Дональда Трампа атакует его европейских союзников и вслед за ними — либеральный международный правопорядок, главнейшими защитниками которого они являются», — считает автор статьи.

Кандидат, избранный под лозунгом «Америка превыше всего», после прихода к власти уже открыл военные действия, выведя США из Парижского соглашения по климату. И продолжил их, когда покинул торговое соглашение Транстихоокеанское партнерство (TPP), а затем установил ввозные пошлины на сталь и алюминий, игнорируя международные торговые правила, говорится в статье.

«Завершением этой грубой сверхдержавной логики стал выход из JCPOA (Совместный всеобъемлющий план действий -техническое название соглашения по иранской ядерной программе), что также подрывает мультилатеральную систему, которая определяет международные отношения после окончания второй мировой войны. Систему, необходимо об этом напомнить, внедренную США», — пишет Кауфман.

Почему расторжение данного соглашения оказывается более серьезным, чем предыдущие? Потому что речь идет о безопасности и о распространении ядерного оружия в особо взрывоопасной зоне. Потому что оно сводит на нет упорные усилия дипломатов Франции, Германии и Великобритании, которые четыре месяца контактировали с их американскими коллегами ради спасения соглашения, пусть несовершенного, но сочтенного теми же дипломатами наилучшим средством помешать Ирану создать свою ядерную бомбу, рассуждает журналистка.

Наконец, потому, что оно стирает в порошок основной принцип международного права: Pacta sunt servanda — «Договоры должны соблюдаться».

«Для европейцев это звонкая пощечина, — продолжает Кауфман. — Будучи европейской инициативой, JCPOA является результатом десятилетия упорных и трудных переговоров, чистым плодом мультилатеральной дипломатии — соглашение было подписано в июле 2015 года уже упомянутыми тремя странами Старого Света, а также Ираном, США, Китаем, Россией и Евросоюзом».

«Усилиям европейцев, призыву генсека ООН Антониу Гутерреша и силе международного права американский президент предпочел медийную манипуляцию израильского лидера Биньямина Нетаньяху и силу как таковую», — считает Кауфман.

«И что теперь? Париж, Берлин и Лондон доблестно докладывают о сохранении своей линии и своих усилий в отношении Ирана: их единство благотворно. Но отныне начинается тяжелый кризис трансатлантический отношений, более тяжелый, чем кризис 2003 года, связанный с войной в Ираке: Европа тогда разделилась на страны, последовавшие за Вашингтоном в его иракской авантюре, и на страны, устоявшие перед ней», — напоминает автор.

«Вдобавок к сильной напряженности по вопросам торговли между Вашингтоном и Брюсселем иранский кризис стравливает США с Европой по столь фундаментальным вопросам, что можно задуматься, существует ли еще трансатлантическое сообщество в принципе», — анализирует обозреватель.

«В момент подготовки других переговоров — о денуклеаризации Корейского полуострова — международная система сильно расшатана, деловая репутация ее установлений поставлена под сомнение, в то время как они должны быть востребованы для процедур верификации и демонтажа. Пекин и Москва в недоумении», — пишет Кауфман.

«Мы оказываемся в том периоде истории, который французский дипломат Янаина Эррера назвала «эрой брутализации дипломатии», — заключает Кауфман.

9 мая 2018 г.

Сильвия Кауфман | Le Monde

Источник — inopressa.ru

National Interest: Как США прокладывали для Ирана путь к успеху?

google.ru

Сегодня Соединенные Штаты с горечью осознают, что жертвы, принесенные на Ближнем Востоке, в значительной степени сыграли на руку Ирану

Администрация президента США Дональда Трампа утверждает, что все ее усилия, направленные на попытки внедрения либеральных идей на Ближнем Востоке, были разрушены действиями Ирана. Трамп заявил, что политика США, оплаченная деньгами и кровью, получила в награду лишь злоупотребления со стороны Тегерана, пишет Алиакбар Киани в статье для издания The National Interest.

Насколько справедливы заявления Трампа? Ближний Восток в целом и Передняя Азия в частности представляют собой мозаику идентичностей и политических структур. Евреи, христиане, мусульмане (шииты и сунниты) и различные другие зависимые и независимые религии и культы, а также различные этнические идентичности, такие как арабы, персы, турки и курды, формируют Переднюю Азию — уникальный регион мира.

У каждой из этих групп своя собственная идентичность и интересы, которые имеют тенденцию сталкиваться, но иногда они совпадают. На протяжении веков этот регион был разделен между Османской империей и Персидской империей. После того как влияние турок и персов уменьшилось и началась эпоха европейских морских держав, регион начал разрушаться. Великобритания, Франция. Португалия, Нидерланды и Россия получили свою часть этого «пирога».

После Первой мировой войны появилась новая карта региона. После Второй мировой войны и вывода европейцев Соединенные Штаты пришли им на смену и столкнулись с СССР. Структура наций и идентичностей оставалась неизменной (за исключением случая с Израилем), однако на протяжении прошлого столетия в регион приходили и уходили из него, потерпев неудачу, различные державы. Лишь один эскалационный фактор оставался неизменным: хаос.

С 1940-х годов в регионе наблюдалась тенденция к росту напряженности, США и СССР пытались вмешаться в урегулирование различных региональных кризисов, включая арабо-израильскую войну, революцию в Омане, многочисленные перевороты в Турции, введение советских войск в Афганистан, Исламскую революцию в Иране, а затем войну в Ираке, Афганистане и бесконечную вражду между Израилем и палестинцами и так далее. Соединенные Штаты заплатили очень высокую цену, но мало что выиграли. Примечательно, что бывший президент США Барак Обама решил, по большей части, покинуть регион из-за его неукротимых проблем. Это решение означало передачу региона в руки опосредованных сил тех или иных игроков.

Иран — единственная страна, которая неоднократно вмешивалась в региональные интересы США. Большинство американских стратегов считают, что Иран формирует ось зла, поэтому его необходимо сдерживать. Однако в последние годы большинство американских операций в регионе служили интересам Ирана и способствовали росту его регионального влияния. Например, свержение бывшего президента Ирака Саддама Хусейна расчистило дорогу к власти для шиитских групп. Получилось так, что союзники Ирана пришли к власти в Ираке.

К аналогичному результату привела война США в Афганистане. Победа над «Талибаном» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) открыла для Тегерана дополнительное поле возможностей. В обоих случаях Иран смог установить связи с побежденными силами и использовать их против американских вооруженных сил в Ираке и Афганистане. Однако после четырех десятилетий с момента Исламской революции политический ландшафт в Иране претерпел изменения. Теперь у власти оказались более практичные силы, которые могут извлечь выгоду из всех возможностей, возникающих на внешнеполитическом и региональном уровнях, чтобы нанести ущерб своему главному врагу: Соединенным Штатам.

Иран может усилить свое влияние в регионе, который был расчищен для Тегерана в результате военных операций США. Самый последний пример — это Сирия, в которой США, Россия, европейцы, арабы, турки, иранцы борются с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Распад ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — это самое большое достижение сирийского правительства, которое является союзником Тегерана. После поражения ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в США и Израиле утверждают, что Иран сможет переориентировать освобожденные территории на борьбу с западными силами в Сирии.

Таким образом, дилемма в сфере безопасности, возникшая в Передней Азии, не имеет ни дешевого, ни легкого решения. Попытки Вашингтона привлечь Саудовскую Аравию и его поддержка воздушной кампании арабской коалиции в Йемене лишь усложняют региональную ситуацию. Вашингтон также пытается создать единый фронт из Саудовской Аравии и Израиля для борьбы с Ираном. Нынешняя координация между Россией, Турцией и Ираном в Сирии является еще одним очевидным провалом региональной стратегии США.

Теперь, похоже, крайне нелегко будет вытеснить Иран из тех районов, где ему удалось укрепиться. В целом разнонаправленные интересы в регионе продолжают сталкиваться друг с другом, а хаос продолжает увеличиваться. На Ближнем Востоке иранцы известны как хорошие дипломаты и храбрые воины. Сегодня Соединенные Штаты с горечью осознают, что жертвы, принесенные на Ближнем Востоке, в значительной степени сыграли на руку Ирану.

Максим Исаев

Источник — REGNUM

Боится ли Россия танков «Леопард»?

© flickr.com, U.S. Army Europe Images

 В Сирии, как сообщала пресса, турецкая армия уже лишилась примерно десяти танков «Леопард-2А6». В связи с этим в польских СМИ (в первую очередь патриотического толка) появились негативные мнения на тему применения этих машин в польской армии.

В сети кто-то (в основном советские «тролли») регулярно размещает фотографии и видеоролики, изображающие танки «Леопард», подбитые или захваченные исламскими террористами. То, на что следует обратить внимание нашей армии, — это оружие, которое в этих целях использовали боевики. Из опубликованного в сети доклада следует, что в шести случаях из десяти применялся российский ПТРК «Корнет-Э». Часть танков «добила» турецкая авиация, чтобы они не попали в руки врага.

В состав комплекса «Корнет» входит ПТУР 9М133 — противотанковая управляемая ракета, первые версии которой появились в середине 1990-х годов. Эти вооружения попали в распоряжение ИГИЛ (запрещенная в РФ организация, — прим.ред.) из сирийских арсеналов. В 2013 году руководство Сирии закупило 100 пусковых установок и 1000 ракет, а в следующие годы — еще 1500. Часть оружия захватили боевики.

Когда в декабре 2016 года Турция обнародовала данные о потерях в своих танковых войсках, немецкая газета «Вельт» написала, что «боевики ИГИЛ уничтожили немецкую танковую легенду». Этот тезис подхватила и польская (в особенности правая) пресса, которая начала критиковать «Леопарды» и сравнивать их с танками «Абрамс».

Портал «Незалежна» писал: «Броня обладает достаточной толщиной, позволяющей защитить машину, только спереди, по бокам и сзади она гораздо тоньше, чем, например, в танке «Абрамс» модификации М1А2 или британском «Челленджере-2», поэтому «Леопард» может сильнее пострадать от ударов противотанкового оружия. Кроме того, у него нет динамической брони или системы активной защиты, при помощи которых он мог бы ликвидировать угрозу в виде противотанковых ракет».

Никто, однако, не вспомнил, что в Ираке «Абрамс» подбивали тоже. С конца 2014 года иракцы потеряли больше 30 машин, которые передали им из своих запасов американцы. Большинство машин пострадало от ударов ПТРК «Корнет».

Старая военная пословица гласит, что танк хорош тогда, когда им управляет обученный экипаж. О турецких танкистах этого сказать нельзя. На опубликованных в сети видеороликах четко видно, что турки ведут огонь с открытых позиций, не меняют своего положения после выстрела и рискуют своей машиной. Кроме того, как подчеркивают эксперты, танки не получали поддержки пехоты, что совершенно недопустимо. Противник смог приблизиться к ним на относительно небольшое расстояние и выпустить противотанковые ракеты в боковую и заднюю часть танка, которая защищена слабее.

Следует также учитывать, что в турецкой армии сейчас нет опытных командиров. После провалившейся попытки переворота в вооруженных силах начались чистки. Многих представителей командного состава, в том числе из танковых войск, арестовали. Помимо этого несколько лет назад в армии прошла серия отставок офицеров, которые «не соответствовали ожиданиям» новой власти. Это наложило отпечаток на уровень подготовки и качество планирования не только на стратегическом, но и на техническом уровне.

Какие выводы из событий в Сирии следует извлечь польским военным? В первую очередь такие, что нам следует модернизировать собственные танки. Турки потеряли те машины, которые не прошли модернизацию. Польские танки «Леопард-2А4» можно значительно улучшить.

В прошлом году Варшава подписала договор о сотрудничестве в рамках программы по модернизации польских танков до версии «Леопард-ПЛ». К 2020 году новое оснащение появится у 128 машин. Дополнительную баллистическую защиту получит башня танка: ее оснастят модульной броней компании «Дайзенрот инжиниринг» и противоосколочным внутренним покрытием. Система стабилизации пушки и приводы башни станут не гидравлическими, а электрическими. Помимо этого будут модернизированы приборы наблюдения и прицеливания командира и наводчика. К сожалению, из-за того, что у министерства обороны возникли проблемы со средствами, пришлось отказаться от активных систем обороны, укрепления днища корпуса и установки системы управления полем боя. Возможно, последнюю установят позже на основе приложений к договору. Жаль, что у нас не появятся такие активные системы защиты, как немецкий комплекс, который способен сбить практические любую противотанковую управляемую ракету (в том числе все постсоветские модели таких ракет).
Как пишут эксперты «Группы военной аналитики и исследований», «польские танки «Леопард» — это машины не первой свежести, но, к счастью, их модернизируют до одной из версий с самой лучшей защитой. Было бы хорошо дополнить систему пассивной защиты системой защиты активной, это бы помогло избежать части турецких проблем». Работы над такой системой ведутся, однако, неизвестно, найдет ли оборонное ведомство деньги на оснащение ей боевых машин.

Следующий важный аспект — это обучение танковых подразделений и механизированной пехоты. В операциях, которые проводили турки, было заметно, что танки и пехота (которая должна оказывать им поддержку) плохо взаимодействуют друг с другом. Из-за этого потенциал танковых сил не использовался в полной мере.

В Польше танки «Леопард» несут службу в 11-й бронетанковой дивизии, дислоцирующейся в городе Жагань. Она располагает четырьмя танковыми батальонами: двумя в 10-й бронетанковой бригаде («Леопард-2А4», которым предстоит модернизация) и двумя в 34-й бронетанковой бригаде («Леопард-2А5»). К сожалению, один из батальонов «Леопардов» будет на ротационной основе находиться в населенном пункте Весола под Варшавой, где нет технической и тренировочной базы.

Многие специалисты полагают, что это может значительно снизить боевой потенциал подразделения. Одновременно в военных кругах можно услышать мнение, что министерство обороны решило перевести «Леопарды» под Варшаву, поскольку на парадах они выглядят значительно лучше, чем машины ПТ-91 «Твердый», которые находились там до сих пор. Напрашивается вопрос, так ли должна выглядеть задача танкового батальона?

«Леопард» после модернизации — это серьезное оружие

«Леопард-2ПЛ» в конфигурации близкой к той, какую заказало польское министерство обороны, впервые показали в этом году на Международном салоне оборонной промышленности в городе Кельце, хотя говорилось, что согласно установленному графику прототип должен появиться в марте 2018 года. Конфигурация — результат компромисса и учета трех основных требований: технико-тактические возможности требовалось повысить в рамках, которые задает максимальная конструктивная масса машины, а при этом не выходить в расходах за разумные пределы.

Цель программы модернизации заключается не только в том, чтобы повысить технико-тактический потенциал машины и привести ее в соответствие с требованиями современного поля боя, но и в том, чтобы польские предприятия научились обслуживать, ремонтировать и модернизировать ее. Польский военно-промышленный концерн (PGZ), холдинг «Бумар-Лабенды» и министерство обороны уже подписали соответствующий договор. В программе будут задействованы Военный автомобильный завод в Познани, Тарнувский механический завод, Центр исследования и разработки механического оборудования в Гливицах и компания «Росомак», а заграничным партнером выступит «Рейнметалл».

После модернизации вес танка увеличится с 55 до 59 тонн (хотя ключевые элементы подвески могут выдержать нагрузку в 63 тонны). В рамках модернизации была установлена новая система наблюдения и прицеливания командира танка, прицел командира и наводчика снабдили инфракрасной камерой третьего поколения, пушка получила электрическую систему стабилизации, а башня — электрический привод, кроме того, у машины появилась дополнительная баллистическая защита. Кроме того, экипаж сможет вести действия в режиме управления огнем «охотник-стрелок». Пушку оснастили электронным спусковым механизмом и элементами, которые позволят использовать снаряды ДМ63А1 и ДМ11 (модернизирована система управления огнем, введены данные новых снарядов).

Водитель танка получил ночную и дневную камеру производства компании «Центр промышленной оптики» для движения и маневрирования задним ходом, кроме того, был улучшен весь узел управления машиной. Дополнительно была модернизирована противопожарная система моторного отсека, усовершенствована противовзрывная система, добавлена вспомогательная силовая установка мощностью 17кВт (это позволило уменьшить количество аккумуляторов с восьми до шести), контейнеры для оборудования и внешние поручни, а буксирное устройство было адаптировано к увеличившейся массе машины.

На башне появилась дополнительная броня, не закрывающая амбразуру прицела наводчика, разработанная в сотрудничестве с компанией «Дайзенрот инжиниринг». Как сообщают представители холдинга «Бумар-Лабенды», модули брони не идентичны тем, которые были представлены в концепции модернизации основных боевых танков (MBT Revolution) — это новый этап развития и результат опыта установки таких модулей, в частности, на сингапурских машинах. Система крепежа позволит легко заменять модули в будущем. Броня размещается таким образом, что водитель может покинуть танк при любом положении башни. При этом она получит более надежную защиту, чем башня в танке «Леопард-2А5».

В планах нет, в свою очередь, укрепления днища и установки нового кресла водителя, смягчающего последствия взрыва под машиной (такое решение позволило бы снизить массу танка при относительно небольших затратах). Также известно, что использование снарядов ДМ63А1 потребует модификации противооткатного устройства (будут заменены левый и правый тормоза отката, накатник) и контейнера для стреляных гильз.

Танки «Леопард-2ПЛ» пока не получат системы управления полем боя. Ее внедрение позволило бы экипажу лучше оценивать ситуацию, так что в будущем ее следует установить. В рамках программы модернизации, которую приняло министерство обороны Польши, не планируется также менять использующиеся сейчас системы связи. Ведомство не решилось внедрять новинки, в частности, потому, что в момент подписания договора не было ясно, какую систему следует в итоге выбрать.

Вне зависимости от того, как будет продвигаться процесс модернизации, в итоге он потребует внедрения изменений в систему эксплуатации и обучения. По мере того, как польские предприятия учатся ремонтировать и обслуживать модернизированные танки, нужно создавать запасы запчастей, налаживать (выгодный в экономическом плане) выпуск деталей, которые требуют частой замены, а также формулировать собственные требования к следующим этапам модернизации. Министерству обороны можно адресовать вопрос, насколько широко и с каким экономическим результатом идеи, реализованные при создании модификации «Леопард-2ПЛ», будут использоваться в новых версиях танка «Леопард 2А5».

Процесс модернизации тренажеров для огневой подготовки и симуляторов поля боя будет проходить в рамках другого договора, однако, он будет вестись с учетом будущих возможностей танка «Леопард-2ПЛ». Модернизация может в итоге затянуться, кроме того, согласно доступной информации, в программе нет требования объединения всех симуляторов и новых тренажеров для водителей в единую систему.

В будущем следует активизировать сотрудничество между Польским военно-промышленным концерном и концерном «Райнметалл» в таких сферах, как разработка и производство новых видов танковых боеприпасов, а также развитие систем управления огнем, обработки данных, защиты танка и программирования снарядов. Это принесет эффекты не только в программах, связанных с дальнейшей модернизацией танков, или в создании новых, но и в программах, связанных с разработкой новых бронетранспортеров и БМП.

https://inosmi.ru/military/20180430/242120585.html

Россияне, расстроенные невозможностью получить визы, отказываются от планов провести отпуск в США

© РИА Новости, Александр Гальперин

Москва — Теперь россиянам, которые хотят своими глазами увидеть американскую мечту, придется подождать.

Рост напряженности в отношениях между Москвой и Вашингтоном срывает планы россиян, рассчитывавших провести отпуск в Америке. Простые граждане попали под дипломатический перекрестный огонь, в котором отчетливо звучат ноты холодной войны. Год назад туристическую визу в США можно было получить менее чем за неделю. Теперь визу приходится ждать до восьми месяцев.

«Я жду, когда случится чудо. Может быть, завтра Россия и США решат, что они снова будут дружить, все сотрудники вернутся в посольство, и я получу визу», — сказал Мохамед Торки, шеф-повар «Холидей Инн» (Holiday Inn) на севере Москвы.

Торки планировал провести свой отпуск в июле в США, посетить знаменитый Лас-Вегас и съесть стейк в Техасе. Он даже раздумывал над тем, чтобы осуществить свою детскую мечту и прокатиться на «Форд мустанге» (Ford Mustang) по американским дорогам. Но вместо этого ему придется отдыхать в соседней Грузии или Египте. 32-летний шеф-повар в ярости. «Путин не страдает, Трамп не страдает — страдают такие люди, как я», — сказал он.

После того как в марте Россия выслала 60 американских дипломатов и закрыла американское посольство в Санкт-Петербурге, что стало очередным проявлением конфронтации между Москвой и Западом, следующая доступная для записи дата в посольстве США — через 250 дней. Россия выслала американских дипломатов после того, как Великобритания и ее союзники выслали в общей сложности более 150 российских дипломатов в связи с отравлением бывшего двойного агента Сергея Скрипаля, причастность к которому Москва отрицает. На прошлой неделе министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что отношения России и Запада стали даже хуже, чем во времена холодной войны.

Ситуация с визами заставила Москву и Вашингтон обменяться на прошлой неделе новой порцией колкостей. Кремль обвинил США в преднамеренном создании трудностей с визами для пилотов «Аэрофлота» — крупнейшего российского авиаперевозчика и единственной авиакомпании, имеющей прямые рейсы в США. Чиновники Госдепартамента отвергли эти обвинения, назвав их «бесполезными и просто ложными».

Двум танцорам из знаменитого московского Большого театра, включая приму-балерину, отказали в визах в последний момент, несмотря на запланированное выступление в Нью-Йорке. В субботу, 21 апреля, Министерство иностранных дел России обвинило США в попытке возвести «визовую стену» и «сделать поездки наших граждан в США практически невозможными… Такого не бывало даже во времена холодной войны».

Представители Бюро по гражданству и иммиграции, которое отвечает за визы для артистов, отказались прокомментировать ситуацию, сославшись на необходимость соблюдать конфиденциальность.

Чтобы не ждать 250 дней, сотни россиян едут в соседние бывшие советские республики, такие как Латвия, в надежде воспользоваться услугами американских посольств в странах, которые не ссорятся с Вашингтоном. На Кавказе даже возникла целая кустарная отрасль туров «вина и визы», когда соискатели виз могут ожидать их получения, совершая экскурсии по грузинским виноградникам.

Но далеко не у всех россиян есть время и средства на дополнительный отпуск в соседней стране, в течение которого у них есть шанс получить американскую визу, поэтому число россиян, отправляющихся в США, резко упало.

«Теперь поток туристов стал гораздо меньше. На самом деле туристов почти не осталось», — сказала Майя Ломидзе, исполнительный директор Ассоциации туроператоров России. Торки и другие соискатели, которые уже подали документы, но столкнулись с задержкой, не смогут вернуть 160 долларов визового сбора.
Обычные россияне, у которых не было возможности ездить за границу в советские времена, получают особое удовольствие от поездок в другие страны. Миллионы россиян ежегодно приезжают на пляжи Таиланда и Средиземного моря. Но число российских туристов, отправляющихся в США, никогда не было особенно высоким. Согласно официальным данным, подавляющее большинство из тех 240 тысяч россиян, которые посетили США в прошлом году, были либо бизнесменами, либо студентами. Многим США кажутся чем-то недостижимым, и мысли о поездке в эту страну больше похожи на фантазии, внушенные голливудскими фильмами.

Одним из пострадавших россиян стал 27-летний Владислав Ковалев, который отчаянно пытается исполнить свою мечту о сказочной свадьбе на пляже Западного побережья. Этот москвич и его возлюбленная, 27-летняя Настя Клюева, хотят устроить скромную церемонию, где будут присутствовать только самые близкие люди, на фоне «красивых скал и солнечного света» Лос-Анджелеса.

«Мы подумали: где можно устроить свадьбу? Какое особенное место выбрать?» — рассказал Ковалев, который работает дизайнером пользовательского интерфейса и менеджером по продукции в «Альфа-Банке». Он носит очки в широкой оправе и часы «Эппл» (Apple), и его легко можно принять за хипстера, живущего по другую сторону Атлантики. «Для нас Лос-Анджелес — романтичное место. Это сердце киноиндустрии, и оттуда недалеко до Кремниевой долины. Мы могли бы съездить на киностудии, увидеть „Гугл» и „Эппл»». Согласно законам Калифорнии, иностранцы, не имеющие статуса резидентов, могут вступать в брак в этом штате, и такой союз станет законным, как только будет зарегистрирован в России.

Теперь Ковалев размышляет над тем, что ему и его невесте, которые никогда не были в США, придется ехать в Киев, чтобы подать заявление на получение американской визы. «Свадьба в России, — сказал он, — будет простой и скучной».

Вероятно, Кремль очень рад тому, что теперь еще меньше российских граждан смогут подвергнуться воздействию мягкой силы Запада. На волне патриотизма Путин призвал россиян проводить отпуск на родине. После аннексии Крыма в 2014 году Москва вложила массу денег и энергии в полуостров в попытке восстановить за ним прежний статус лучшего места для отдыха.

На прошлой неделе Россия призвала своих граждан, обучающихся в «недружественных странах», вернуться на родину и отказаться от образования за рубежом ради обучения в одном из ведущих российских вузов. В названии этой программы — «С высокой вероятностью пора домой» («Highly Likely Welcome Back) — содержится саркастичный намек на заявление премьер-министра Великобритании Терезы Мэй о том, что «с высокой вероятностью» за отравлением Скрипалей стоит Россия.

«В глазах мира Россия стала злом… и эта ситуация очень напоминает какой-то мультфильм или фильм о Джеймсе Бонде», — сказал Ковалев. Тем не менее молодой россиянин уже устал от антироссийской истерии Запада. «Если вас долго бьют, — сказал он, — в какой-то момент вы начинаете защищаться, и уже неважно, кто все это начал».

https://inosmi.ru/politic/20180423/242050484.html

Что не так с твитом Трампа об ударе по Сирии

© AP Photo, Evan Vucci

 Рано утром в среду президент Дональд Трамп написал в «Твиттере»: «Россия обещает сбивать любые ракеты, выпущенные по Сирии. Готовься, Россия, потому что они прилетят — хорошие, новые и „умные»! Нечего сотрудничать с животным-убийцей, которое травит свой народ газом и получает от этого удовольствие!»

Вот как!

В этом твите есть много чего — и много неправильного. Давайте посчитаем допущенные оплошности.


1. «Твиттер» — это не то место, где можно объявлять о военном ударе

Да, я знаю, что «Твиттер» увеличил количество знаков для сообщений с 140 до 280. Но даже 280 знаков, наверное, недостаточно, чтобы угрожать (или, может быть, не просто угрожать?) России и Сирии ракетными ударами. И даже если бы в «Твиттере» было бы неограниченное количество символов для сообщений, разве сайт микроблогов действительно является подходящим средством для объявления военных действий против иностранной державы и одновременных насмешек в связи с этим над другой иностранной державой? (В этом абзаце — 414 символов).

Во время предвыборной кампании 2016 года Трамп громче всего критиковал Хиллари Клинтон и Барака Обаму за то, что они слишком открыты и откровенно говорят о том, как они будут задействовать наши вооруженные силы, позволяя врагу узнать о наших следующих шагах и подготовиться к ним.

«Она говорит нам, как бороться с ИГИЛ (террористической организацией, запрещенной в РФ — прим. ред.), — заявил Трамп, говоря о Клинтон во время первых дебатов с ней осенью 2016 года. — Просто зайдите на ее сайт. Она на своем сайте рассказывает вам, как бороться с ИГИЛ. Не думаю, что генералу Дугласу Макартуру это бы очень понравилось». Позже он добавил: «Вы говорите противнику обо всем, что хотите сделать».

 

А еще вот это:

Трамп: «Почему мы продолжаем трубить на весь мир, когда собираемся атаковать Сирию. Почему мы не можем просто помолчать и, если мы вообще нападаем, застать их врасплох?»

 

07:45, 29 августа 2013 г.

И это:

Трамп: «Прежде чем атаковать Сирию, президент должен получить одобрение Конгресса — и будет большой ошибкой, если он этого не сделает!»

 

02:02, 31 августа 2013 г.

Да уж…

Разве публикация твита «Готовься, Россия!» по поводу запуска «хороших, новых и „умных» ракет» — не то же самое? А то, может, и еще хуже, учитывая, что Трамп не излагает публично общую стратегию решения проблем, связанных с президентом Сирии Башаром Асадом, а скорее предварительно просматривает фактические запуски ракет?


3. Никто не знает, насколько серьезно к этому относиться

Перспектива нанесения ракетных ударов по Сирии — запуска ракет, которые Россия пообещала сбивать — это дело очень серьезное, и принять такое решение не так-то просто. Проблема в том, что никто на самом деле не знает, действительно ли Трамп решил это сделать или нет.

Был ли этот твит осознанным разрешение» на запуск ракеты? И знает ли об этом армейское начальство? Одобрило ли оно язык и стиль твита и время его публикации?

Или это был просто гневный выпад Трампа? Смотрел себе рано утром передачи по кабельному, увидел репортаж о том, что Россия собирается сбивать ракеты, направленные в сторону Сирии. И подумал: «Я им покажу»?

И твит, который он опубликовал следом — менее чем через час после твита «Готовься, Россия!» — похоже, означает последнее. «Наши отношения с Россией сейчас хуже, чем когда-либо, даже чем во времена холодной войны. Оснований для этого нет. России нужна наша помощь в экономике, что было бы очень легко сделать. Нам нужно, чтобы все страны работали вместе. Может, прекратим гонку вооружений?».

Но разве он только что не написал в «Твиттере» о России и Сирии, которым надо готовиться к тому, что в их сторону полетят ракеты?

https://inosmi.ru/politic/20180412/241966244.html

 

Влияние Ирана в Ираке все более усиливается

В мае в Ираке должны пройти парламентские выборы. Участие в них примет, по меньшей мере, 28 партий, связанных с вооруженными формированиями, которые воевали против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Из-за тесных связей многих из этих партий и вооруженных формирований, которые они представляют, с Ираном, велика вероятность еще большего закрепления позиций Тегерана в Багдаде, пишет Исаак Кфир в статье для австралийского издания «The Strategist». Автор указывает на то, что большая часть этих вооруженных формирований была образована после захвата «Исламским государством» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) города Мосула. Тогда великий аятолла Али аль-Систани, самый влиятельный священнослужитель шиитов Ирака, выступил с фетвой, объявив борьбу с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) «священной защитой», а тех, кто в ходе нее погибнет, — мучениками.

За объявлением фетвы последовало образования «Хашд-аль-Шааби» — Сил народной мобилизации (СНМ), — в ряды которых встали около 60 тыс. человек, образовавших около 60 подразделений. Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи руководит, по меньшей мере, 44 из этих 60 шиитских формирований. Остальные же находятся в ведении аль-Систани или аффилированы с радикальным лидером иракских шиитов Муктадой ас-Садром. Эти бойцы сыграли центральную роль в противостоянии с ИГИЛ  в городах Фалуджа, Рамади и Байджи. В Ираке многие уверены в том, что именно СНМ спасли Багдад от «Исламского государства».

Для понимания того, почему Иран стремится получить в Ираке сговорчивое правительство, необходимо вспомнить два ключевых события, которые произошли после Исламской революции в 1979 году и которые определили стратегию национальной безопасности исламской республики. Во-первых, правительство США попыталось освободить 53 дипломата, взятых в заложники в ноябре 1979 года после захвата иранскими студентами посольства США в Тегеране. В апреле 1980 года на фоне дипломатических переговоров об их освобождении Вашингтон направил в страну военных.* Попытка освободить заложников таким образом провалилась, а Иран смог убедиться в вероломстве США. Во-вторых, в течение нескольких месяцев после революции иракский лидер Саддам Хусейн начал широкомасштабное наступление на Иран. В ходе восьмилетнего конфликта погибло от 300 тыс. до 1 млн. граждан Исламской республики.

Все эти события вселили в правящий в Иране класс, большая часть представителей которого еще застала эту войну, убежденность, что республика находится под постоянной угрозой. Одной из стратегий обеспечения собственной безопасности было создание и поддержка подконтрольных Тегерану сил, таких как шиитская «Хезболла» в Ливане, «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Афганистане** и шиитские формирования в Ираке и Йемене. Эти образования продвигают национальные интересы Тегерана, противостоя врагам Ирана, будь то Израиль, США или Саудовская Аравия.

После свержения режима Хусейна, установление в стране проамериканской администрации было для Тегерана неприемлемым. Иран боится оказаться в окружении США. У него уже 920-километровая граница с Афганистаном и 960-километровая с Пакистаном, которые являются союзниками США. Теперь Тегеран стремится к созданию проиранского правительства в Багдаде, что обезопасит западную границу страны, позволит оказывать влияние на стоимость нефти — Ирак располагает пятыми по объему доказанными запасами нефти — и даст возможность Исламской республике продолжать бросать вызов Саудовской Аравии в регионе.

Растущее влияние Ирана в Ираке стало очевидным в 2008 году, когда тогдашний глава объединённого центрального командования ВС США Дэвид Петреус получил сообщение от командующего элитными частями «Кудс» Касема Сулеймани. «Генерал Петреус, вы должны знать, что я, Касем Сулеймани, контролирую политику Ирана в отношении Ирака, Ливана, Газы и Афганистана. Более того, посол в Багдаде — член «Кудс». Человек, который его заменит, будет также членом «Кудс», — отметил иранский военный. Это сообщение демонстрирует решительность Сулеймани и Ирана в том, что касается Ирака. Оно также иллюстрирует то, почему бывший советник по национальной безопасности Ирака Муваффак аль-Рубаи указал на то, что в Ираке ничего не делается без одобрения Сулеймани.

После парламентских выборов 2010 года, когда премьер-министр страны Нури аль-Малики натолкнулся на ряд препятствий в формировании правительства, группа иракских парламентариев отправилась в иранский город Кум для празднования Ид-аль-Фитр. Они встретились с Сулеймани, который затем убедил Муктаду ас-Садра поддержать аль-Малики. В обмен на это аль-Малики согласился предпринять шаги в сторону устранения американских сил из Ирака.

Через семь лет влияние Ирана на территории Ирака по-прежнему очевидно. С появлением и уничтожением ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) у Ирана появляется еще одна возможность сформировать политический курс Ирака, что неизбежно вызовет беспокойство его соседей, прежде всего Саудовской Аравии, которые решительным образом настроены остановить усиление влияния Ирана в регионе.

Максим Исаев

Источник: https://regnum.ru/news/polit/2388012.html

Примечания редакции IRAN.RU:

* Автор имеет в виду операцию «Орлиный коготь» («Eagle Claw»), которая была проведена 24 апреля 1980 года спецподразделениями Вооружённых сил США на территории Ирана с целью вызволения 53 заложников из посольства США в Тегеране. Однако операция закончилась полным фиаско. Провал операции произошел, в основном, из-за непрофессионализма американских военных и спецназовцев, пыльных бурь и поломок техники.

** Автор явно заблуждается насчет того, что движение «Талибан» было создано и контролируется Ираном. Эта радикальная организация является суннитской и по этой причине с шиитским Ираном не может иметь ничего общего. Для суннитов, шииты — это вероотступники и сектанты, которые приравнены к остальным «неверным». Террористы из «Талибана» не раз устраивали провокации на границе с Ираном и вступали в боевое столкновение с силами безопасности Исламской Республики.

Руководство Ирана многократно заявляло о своей непричастности к созданию и руководству «Талибаном», чего оно никогда не делало в отношении остальных движений, перечисленных в списке автора статьи в «The Strategist».

Ряд политических и военных деятелей Запада не раз уличали спецслужбы США в создании «Талибана» и его ответвления «Аль-Каиды», в, частности, бывший парламентский статс-секретарь министерства обороны ФРГ Андреас фон Бюлов.

Кроме того, в финансировании и политической поддержке «Талибана» многократно были замечены Саудовская Аравия и ОАЭ — основные геополитические противники Ирана в регионе Персидского залива, что исключает какое-либо даже гипотетическое отношение Ирана к созданию «Талибана». Иначе, если поверить автору, то получается, что враг Ирана в регионе — Саудовская Аравия — поддерживает проиранское военное формирование, что является абсурдом.

http://www.iran.ru/news/analytics/108818/Vliyanie_Irana_v_Irake_vse_bolee_usilivaetsya

 

Демонизируя Иран, США подрывают безопасность Ближнего Востока

Системное воздействие США на ситуацию на Ближнем Востоке обернулось ростом конфликтного потенциала во многих странах. В регионе отмечаются ослабление и разрушение государственности, углубление межконфессиональной, межэтнической, межклановой вражды, милитаризация отдельных государств, изменение традиционного баланса сил и формирование новых альянсов. В первый год президентства Д. Трампа его администрация действует исходя из тезиса, что нестабильность в регионе является результатом роста влияния Тегерана. На Мюнхенской конференции по безопасности Иран в очередной раз оказался в центре внимания.

Советник по национальной безопасности президента Д. Трампа США Герберт Макмастер в своем выступлении заявил, что «настало время… действовать против Ирана». Там же, в Мюнхене, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху назвал Иран «самой большой угрозой во всем мире». Обращаясь к присутствовавшему при его выступлении иранскому министру иностранных дел Джаваду Зарифу, израильский премьер предупредил: «Мы будем действовать в случае необходимости не только против посредников Ирана, но и против самого Ирана». США и Израиль снова акцентируют внимание международного сообщества на возможности войны с Исламской Республикой.

Дж. Зариф вышел на трибуну через несколько часов после выступления Нетаньяху. Не упомянув израильского лидера по имени, он сказал, что сегодня собравшиеся стали свидетелями «мультяшного цирка», а претензии израильского премьера назвал «недостойными ответа». Глава внешнеполитического ведомства ИРИ уклонился от дискуссии вокруг израильских обвинений и представил иранские предложения по созданию новой архитектуры региональной безопасности на Ближнем Востоке. Он призвал отказаться от концепции коллективной безопасности с акцентом на создание враждебных альянсов и перейти к инклюзивным концепциям, таким как использование «сетей обеспечения безопасности». Как пояснил Дж. Зариф, сеть обеспечения безопасности – это игра с нулевой суммой, основанная на том, что безопасность неделима, в отличие от концепции альянсов и военных блоков, которые уповают на безопасность одних за счет отсутствия безопасности других.

Иран предлагает применить на Ближнем Востоке опыт решения проблем европейской безопасности на основе Хельсинского процесса времен холодной войны. Акцент должен быть сделан на соблюдении всеми государствами региона и внешними игроками стандартов, закрепленных в Уставе ООН. Речь идет о признании суверенного равенства государств, отказе от угрозы силой или ее применения, стремлении к мирному разрешению конфликтов, уважении территориальной целостности и неприкосновенности границ, невмешательстве во внутренние дела государств.

Прозвучали у Дж. Зарифа и предложения по укреплению доверия в Персидском заливе. Иран предлагает перейти к предварительному уведомлению о военных учениях, принять меры по обеспечению прозрачности при закупках вооружений в целях сокращения военных расходов, создать совместные группы по вопросам безопасности – от нераспространения ядерного оружия до борьбы со стихийными бедствиями. Тегеран готов к заключению регионального пакта о ненападении. При этом Иран настаивает на выводе американских войск из государств Залива.

В настоящее время Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), в который входят шесть государств (Бахрейн, Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты, Оман и Саудовская Аравия), остается главной опорой в реализации региональной стратегии США. Иран и Ирак в эту региональную организацию не входят несмотря на то, что являются прибрежными государствами Залива. Отсюда иранская позиция, состоящая в том, что ССАГПЗ не может быть площадкой для полноценного регионального диалога по проблемам безопасности. ССАГПЗ в его нынешнем виде фактически представляет собой военный альянс во главе с Соединенными Штатами, направленный против Ирана.

Тезис американской администрации о дестабилизирующем влиянии Тегерана на Ближнем Востоке формирует ложную картину региональной обстановки. На это указывает, в частности, недавняя статья в Foreign Affairs: нестабильность на Ближнем Востоке не связана с амбициями Тегерана, она является результатом вторжения США в Ирак в 2003 году, которое разрушило баланс сил между арабскими государствами и Ираном, вытеснив Саддама Хусейна и позволив распространить в регионе хаос. Автор статьи Вали Наср пишет, что Иран настойчиво преследовал свои национальные интересы, добиваясь влияния, но не пытаясь распространять исламский фундаментализм. Больше того, Тегеран оказался на переднем крае борьбы с суннитскими террористическими группами, такими как «Исламское государство» [организация запрещена в России. – Ред.]. Тем не менее президент Д. Трамп называет Иран «ведущим государственным спонсором терроризма в мире».

О том же пишет и известный ближневосточный обозреватель Фарид Закария, который отмечает, что администрация Д. Трампа ошибочно исходит из стремления «удвоить антииранский запал» в целях укрепления союзнических отношений с Израилем и Саудовской Аравией. При этом, по мнению Фарида Закарии, США и Израиль, будучи в арабском мире аутсайдерами, в основном полагаются на воздушные удары, тогда как у Ирана в этом мире есть сильные местные союзники в Ираке, Сирии, Йемене. Саудовская Аравия в этой геополитической игре затерялась. В Сирии сегодня решающая роль принадлежит неарабским силам – русским, иранцам, туркам, американцам и израильтянам, которые и будут формировать конфигурацию арабского мира, прогнозирует Ф. Закария.

Упоминание Израиля в числе новых активных участников боевых действий в Сирии не случайно. Израильские ВВС впервые с 2011 года начали нанесение ударов по сирийским объектам, в последнем воздушном рейде участвовали восемь истребителей-бомбардировщиков F-16, один из которых был сбит. Дэвид Иври, бывший глава израильских ВВС, признал, что это первая потеря израильской авиации с тех пор, как она начала в 1980-х годах использовать эти самолеты. Пол Р. Пиллар, эксперт Центра исследований безопасности Джорджтаунского университета, назвал удары израильских ВВС по Сирии началом новой войны между Израилем и его соседями. По его мнению, эта война будет связана с ливанской «Хезболлой», хотя ни Иран, ни сама группировка не ищут вооруженного столкновения с еврейским государством. В стремлении противостоять Тегерану в Сирии Вашингтон и Тель-Авив создали опасность открытия в сирийской войне еще одного фронта.

К союзу с Израилем администрация Д. Трампа подталкивает и Саудовскую Аравию. В мае прошлого года США подписали контракты на поставки вооружений Эр-Рияду стоимостью 350 млрд. долларов в течение 10 лет, соглашения на сумму 110 млрд. долларов вступили в силу немедленно. В частности, США продадут саудовцам 150 вертолетов Black Hawk на сумму 6 млрд. долларов, а также поставят противоракетные комплексы Patriot и THAAD. По словам госсекретаря США Рекса Тиллерсона, эта сделка направлена на то, чтобы воспрепятствовать «злокачественному влиянию Ирана и угрозам со стороны Ирана, существующим на границах Саудовской Аравии».

19 февраля министр иностранных дел России Сергей Лавров, выступая на открытии конференции «Россия на Ближнем Востоке: игра на всех полях» международного дискуссионного клуба «Валдай», призвал США «не играть с огнем и выверять все свои шаги». Это было сказано в отношении американских действий в Сирии, которую администрация Д. Трампа, с одной стороны, превращает в арену борьбы с Ираном, а с другой – пытается противодействовать там росту влияния России.

Николай БОБКИН | 19.02.2018

Источник — Фонд Стратегической Культуры

Конфликт Ирана и Израиля ставит под удар американские базы

Тегеран грозит Вашингтону ракетной атакой

Израиль и Иран, которые недавно оказались на грани полномасштабной военной конфронтации в Сирии, продолжают обмен угрозами. Еврейское государство обещает, что будет и впредь жестко отвечать на действия внешних игроков в соседней стране, которые, по его мнению, могут нанести ущерб национальной безопасности. В Иране и вовсе грозят уничтожить все военные базы на Ближнем Востоке главного союзника Израиля – США.

«Мы будем реагировать на любую провокацию, продолжим защищать наши жизненно важные интересы, – заявил глава израильского Министерства обороны Авигдор Либерман. – Мы ведем себя решительно и ответственно, нет никаких ограничений, да мы и не приемлем никаких ограничений». Относительно военного инцидента, произошедшего в минувшие выходные с участием израильской, сирийской и иранской сторон, глава оборонного ведомства заметил: «Перефразируя известную поговорку, можно сказать: настало время не лаять, а кусать. Мы будем кусаться сильно, хотя, я надеюсь, нам не придется этого делать».

Отвечая на вопрос, что может стать «красной линией» для Израиля в вопросе иранского влияния в Сирии, израильский посол в РФ Гарри Корен заявил Интерфаксу: «Иранский режим вместе со своими союзниками вооружен до зубов, и если эта сторона говорит о новых военных планах против нас, то у нас нет выхода, кроме как пресечь эти планы. Каким образом? Мы готовы к самым экстремальным мерам, если понадобится. Но мы надеемся, что такой необходимости не возникнет».

В том, что Соединенные Штаты готовы поддержать Израиль, сомневаться не приходится. Представленный накануне проект бюджета Государственного департамента США на 2019 финансовый год свидетельствует, что еврейское государство должно остаться крупнейшим получателем американской военной помощи в ближайшей перспективе, по мнению Белого дома. На эту статью расходов действующая американская администрация запрашивает у Конгресса около 3,3 млрд долл. Приоритетом при этом в проекте бюджета обозначено строительство американского посольства в Иерусалиме. Ранее президент США Дональд Трамп признал древний город столицей Израиля, чем вызвал бурю негодования в мусульманском мире – даже со стороны государств, которых связывали с Вашингтоном партнерские отношения.

На фоне военной эскалации иранская сторона также заняла жесткую позицию по отношению к Израилю и его главному союзнику – США. Командующий иранской армией генерал Абдель Рахим Мусави заявил, что Исламская Республика не нуждается в советах американского руководства, которые касаются вопросов национальной безопасности. «Сегодня уже никто в мире не сомневается в том, что США – короли воров. Мы сделаем стены своего дома еще выше, чтобы вор не смог в него проникнуть», – пообещал военачальник. «Иран продолжит укреплять свою военную мощь и не будет спрашивать на это разрешения», – подчеркнул Мусави.

Заместитель главы Корпуса стражей исламской революции генерал Хоссейн Салами сделал более грозное заявление. Он напомнил, что все американские базы в регионе Ближнего Востока находятся в зоне досягаемости иранских ракет, и Исламская Республика может применить силу в том случае, если возникнет необходимость. «Например, у США есть военная база, которая находится в Бахрейне, – заявил «НГ» замдиректора Института стран СНГ, военный эксперт Владимир Евсеев. – Конечно, Иран ее может достать. Или он может достать ту базу, которая находится в Катаре. Дальность стрельбы иранских ракет – это, конечно, зависит от их типа – составляет от 1,5 до 2 тыс. км. Ее хватает до Израиля, если стрелять с правильных территорий. Поэтому такая дальность позволяет наносить удары по всему Персидскому заливу, по базам США в Ираке и даже по американским военным базам в Сирии. Нетрудно догадаться, что простреливается ракетами весь Афганистан. Как правило, у иранцев ракеты мобильного типа базирования. Им может иногда требоваться перебазирование. Иными словами, такая возможность есть. Другой вопрос – насколько иранцы смогут доставить заряд в условиях наличия систем ПВО. Реализовать возможность удара в условиях, когда осуществляется противодействие, трудно. Противодействие может быть разного рода – оно может проявляться как в нанесении ударов по ракетам, которые готовятся к старту, так и в их перехвате».

Напомним, что в минувшие выходные израильские военные сообщили о ликвидации вторгшегося со стороны Сирии беспилотного летательного аппарата, который, как отмечалось, принадлежал иранской стороне. Ответом Военно-воздушных сил Израиля стал удар по военным объектам в Сирии, которые предположительно принадлежали Исламской Республике. Так, был уничтожен сам пункт контроля беспилотника. Вслед за ударом еврейского государства атака последовала со стороны сирийских ПВО: обстрелу подвергся израильский истребитель F-16. Самолет был уничтожен. В результате чего Военно-воздушные силы Израиля ударили еще по 12 объектам в Сирии.

13.02.2018
Игорь Субботин

Источник — ng.ru

Эрдоган угрожает американским союзникам в Сирии

Инга Рогг | Neue Zürcher Zeitung

«Американцы хотят создать на северо-востоке Сирии пограничные силы безопасности из курдских бойцов. Президент Турции назвал это «армией террористов». Он вступил в спор не только с американцами, но и русскими», — пишет швейцарская газета Neue Zürcher Zeitung.

«Американцы готовятся к долгой военной операции в Сирии. После того как экстремисты «Исламского государства»* территориально разгромлены, для Вашингтона речь идет о том, чтобы предотвратить повторное распространение джихадистов», — пишет автор публикации Инга Рогг. Не последнюю роль в этом играет охрана границ: именно уязвимые границы три года назад в значительной степени способствовали победному продвижению джихадистов, говорится в статье.

Пока план американцев находится в зародыше. «Однако ни Асад, ни его союзник Россия, ни Турция не хотят смиряться с таким намерением. Дамаск назвал его вопиющим нарушением территориальной интеграции страны. Похожим образом высказался и министр иностранных дел России Сергей Лавров. По его мнению, запланированное создание пограничных сил безопасности не будет способствовать стабилизации положения. Тем не менее, Лавров сдержался от жестких словесных выпадов против США», — передает журналистка.

Президент Турции тем временем пригрозил пресечь на корню инициативу США. «Ранее Эрдоган несколько раз угрожал проведением военной операции в регионе. Однако он никогда ее не осуществлял, потому что и он не хочет радикального разлома в отношениях с союзником по НАТО. Вероятно, так произойдет и в этот раз, однако следующий кризис в отношениях Анкары и Вашингтона, и без того отягощенных, неизбежен», — считает автор статьи.

Эрдоган также пригрозил военным наступлением на регион Африн. «Похожие угрозы он высказывал и ранее. На северо-западе путь туркам преграждали американцы, на северо-востоке — русские. В прошлом году Москва отправила войска в район около Африна. Военное наступление неизбежно привело бы Эрдогана к конфронтации с Москвой и подорвало его попытки настроить американцев против русских и наоборот», — полагает журналистка.

Тем временем периодически появляются догадки о том, что Москва может отказать курдам в поддержке. Однако, судя по словам Лаврова во время пресс-конференции в понедельник, признаков такого развития событий нет, передает издание.

*»Исламское государство» (ИГИЛ) — террористическая организация, запрещенная в РФ.

Источник: Neue Zürcher Zeitung

Источник — inopressa.ru

Недостающий элемент в стратегии национальной безопасности Трампа

Стратегия национальной безопасности США
Америка должна сфокусировать свое внимание на нахождении и использовании в своих интересах асимметрий в долгосрочном соревновании великих держав.

В течение всей своей легендарной карьеры в качестве главы внутреннего исследовательского центра Пентагона, сфокусированного на разработке долгосрочных стратегий, Энди Маршалл (Andy Marshall) разработал концепцию «соревновательной стратегии» (competitive strategy) как ключевого элемента продвижения национальных интересов Америки в безжалостно конкурентном мире геополитики. Внимание Маршалла было сосредоточено на Советском Союзе во время холодной войны, и он внес свой вклад в успешное нанесение Рейганом поражения СССР. Позднее он переключил свое внимание на восхождение Китая. Однако все американские президенты в период после окончания холодной войны избегали принятия откровенно соревновательной стратегии в отношении таких ревизионистских держав как Китай или Россия. Недавняя опубликованная администрацией Трампа Национальная стратегия безопасности (National Security Strategy) является весьма убедительным свидетельством того, что подобная ситуация скоро изменится.

В большинстве Национальных стратегий безопасности, разработанных после окончания холодной войны, соперники или конкуренты не указывались. Часто публиковавшиеся президентом Клинтоном Национальные стратегии безопасности беспечно представляли мир в неконкурентном свете. Вот как начиналась опубликованная в 2001 году Национальная стратегия безопасности президента Клинтона: «Вступая в новое тысячелетие, мы благословенным образом являемся гражданами страны, которая обладает рекордными показателями процветания, не имеет у себя дома глубоких разногласий и, кроме того, не сталкивается со значительными внешними угрозами за границей». Опубликованные в 2002 году и в 2006 году в период президентства Буша варианты Национальной стратегии безопасности были сфокусированы, в основном, на угрозе международного терроризма, а в документе 2006 года Китай и Россия были названы «ключевыми партнерами Соединенных Штатов». В первой Национальной стратеги безопасности президента Обамы, опубликованной в 2010 году, подчеркивалась возможность сотрудничества с Россией и Китаем, а конфликты при этом минимизировались. Однако достаточно короткая Национальная стратегия безопасности 2015 года была уже намного более пессимистичной относительно ландшафта международной безопасности. В ней, в частности, говорилось о том, что «российская агрессия на Украине ясно указывает на то, что… международные правила и нормы, направленные на предотвращение территориальной агрессии, нельзя воспринимать как нечто само собой разумеющееся».

Новая национальная стратегия безопасности, опубликованная в период правления Трампа, идет уже значительно дальше в признании возвращения интенсивной конкуренции между великими державами. Сегодня перед стратегами Белого дома и Пентагона, работающими, по слухам, над секретной версией Национальной стратегии безопасности, стоит более сложная задача — они в ответ должны представить то, что Маршалл называл «соревновательной стратегией». Такого рода стратегия должна, в основном, быть сфокусирована на обнаружении и исследовании асимметрий в долгосрочном соревновании великих держав. Для артикулирования такой стратегии нужно провести то, что Маршалл называл «всесторонней оценкой» (net assessment) своей относительной позиции, а также позиции своего соперника в военной, экономической и дипломатической сферах. А что же будет элементами Соревновательной стратегии в ответ на все более напористые действия Пекина и возрождающуюся Москву?

Российская Федерация усилила свою глобальную политическую роль за счет, в основном, тех же средств, что и Советский Союз — она направила более значительную часть своих национальных ресурсов на соревнование с великими державами, чем ее соперники. Ее ограниченная экономическая база стала в результате ее явной уязвимостью. С учетом относительно меньшего размера российской (в сравнении с советской) экономики, российское государство стало сильно зависеть от экспорта энергоносителей. Доходы от продажи нефти и природного газа сегодня составляют 36% российского национального бюджета. А заключенные Россией контракты в области экспорта атомных технологий оцениваются в сумму, превышающую 300 миллиардов долларов, что составляет 60% мирового рынка в области ядерных реакторов.

Содержащееся в Национальной стратегии безопасности предложение относительно «энергетического доминирования», позволяет сосредоточить внимание на этой зависимости России и воспользоваться преимуществами растущего влияния американского энергетического сектора. Соединенные Штаты опередили Российскую Федерацию и стали в 2009 году крупнейшим в мире производителем природного газа. Трамп постоянно говорит об экспорте американского сжиженного природного газа (СПГ) как о средстве, позволяющем решить проблему баланса в американской торговле. Кроме того, подобного рода экспорт направлен на то, чтобы бросить вызов российскому влиянию на европейском энергетическом рынке, о чем сам Трамп заявил в своем выступление в Варшаве в июле прошлого года. Но существуют и другие возможности — оживление экспорта американских ядерных технологий, особенно с помощью новых правительственных контрактов с недавно обанкротившейся компанией Westinghouse также может сократить российский экспорт в области ядерных технологий. Возможно, подобные действия помогут улучшить отношения Соединенных Штатов с Индией, Египтом и Венгрией (все они являются покупателями российского оборудования).

Обращая внимание на Китай, Национальная стратегия безопасности Трампа явно исходит из того, что попытки включить Пекин в либеральный международный порядок в качестве ответственного партнера закончились неудачей. Однако демографические факторы, устойчивый экономический рост и относительная гомогенность населения Китая — все это свидетельствует о том, что влияние Пекина в долгосрочной перспективе будет возрастать. А как новая Соревновательная стратегия может помочь лучше защитить интересы Соединенных Штатов перед лицом восхождения Китая?

Главой стратегической уязвимостью Китая в настоящий момент является отсутствие у него союзников — как на региональном, так и на глобальном уровне. Так, например, партнеры Китая в Азии и в Африке пользуются его финансовой щедростью, однако они все более осторожно начинают относиться к более широкому стратегическому партнерству.

Главные инфраструктурные проекты в Пакистане, Непале и в Ньянме были остановлены в течение прошлого года, а причиной этого является недоверие по отношению к мотивам Китая и его своеволию.

В целом можно говорить о том, что все более уверенный в своих силах Китай имеет сложные отношения с целым рядом своих соседей, включая Индию, Японию и Вьетнам. Все более агрессивная внешняя политика генерального секретаря Си Цзиньпина в Южно-Китайском море усугубила некоторые из этих напряженностей, что позволило Соединенным Штатам улучшить свои отношения со несколькими странами. А продолжающееся партнерство Китая с Северной Кореей продолжает оставаться тяжелым бременем, мешающим Пекину наводить мосты в отношениях со своими соседями. Америка обладает соответствующими инструментами и может воспользоваться этой уязвимостью за счет усиления своих региональных альянсов, сохраняя при этом — или, на самом деле, расширяя — свое вызывающее доверие военное присутствие в этом регионе.

Кроме того, как Россия, так и Китай имеют одну общую уязвимость — речь идет о непрозрачной структуре их политических систем. В то время как Россия и Китая считают американскую открытость слабостью, Америка традиционно считает это силой. Возможно, президент Путин уже не будет президентом после 2024 года, однако в стране нет очевидных преемников или политических институтов, способных обеспечить передачу власти. Самый большой страх у правящей клики в Москве продолжают вызывать «цветные революции», которые привели к смещению посткоммунистических авторитарных правителей в Грузии и на Украине. Коммунистическая партия Китая (КПК) тоже страшно боится потерять свою власть. Проведенная недавно чистка в рядах КПК, а также усиление давления на реформаторов, НКО и некоммунистов свидетельствует о том, что Пекин считает политическую оппозицию своей главной и увеличивающейся уязвимостью. Противодействие иностранным новостным нарративам и политическому вмешательству может осуществляться теми средствами, которые были разработаны в Соединенных Штатах во время холодной войны. Возможно, это будет противоречить политическим инстинктам Трампа, однако возрождение Информационного агентства США (United States Information Agency) для координации контрпропагандистского ответа может в определенной мере компенсировать американскую уязвимость и позволит воспользоваться преимуществами в отношениях со своими соперниками.

И, наконец, если перейти от слабостей других к асимметричным преимуществам Америки, можно сказать, что новая Национальная стратегия безопасности соответствующим образом обращает внимание на два ключевых вопроса: «Новые достижения в компьютерной области, в автономности и в производстве уже изменяют способы борьбы, находящиеся в распоряжении Соединенных Штатов. Если соединить все это с сильными сторонами наших союзников и партнеров, то преимущество возрастет». Эти два преимущества, на самом деле, должны стать основой большой стратегии Америки в отношении наших соперников. Однако администрация в настоящее время должна провести серьезную работу по инвестированию экономического и политического капитала в каждую из этих областей, а также связать их вместе в рамках согласованного подхода на долгую перспективу. Если говорить более конкретно, то ситуация с неопределенным статусом стратегии Пентагона относительно третьего ассиметричного противовеса (Third Offset), связанного с инвестированием в технологический скачок, должна быть немедленно исправлена, тогда как управление Вашингтоном своими альянсами на ключевых геополитических театрах должно быть лучше интегрировано в общие рамки соревновательной стратегии великой державы.

Новый документ свидетельствует о значительном изменении в американской стратегии. Чтобы она заработала, требуется особое долгосрочное осмысление, пионером которого был Энди Маршалл и Управление общих оценок (Office of Net Assessment).

Иэн Джонсон — заместитель директора Программы Брэди и Джонсона (Brady-Johnson Program) в области Большой стратегии Йельского университета.

Йонут Попеску — доцент кафедры политических наук Университета штата Техас.

Оригинал публикации: The Missing Element in Trump’s NSS: A Competitive Strategy
National Interest, США
Опубликовано 02/01/2018

Источник — inosmi.ru

Чем грозит США новая война на Ближнем Востоке?

American Conservative: Чем грозит США новая война на Ближнем Востоке?

Неужели США в очередной раз собираются развязать войну на Ближнем Востоке, только уже против более сильного противника в сравнении со всеми предыдущими? И все это ради того, чтобы покончить с кровопролитием в регионе, которое Вашингтон сам спровоцировал предыдущими военными вмешательствами?

Для каждого гражданина США, возможно, было бы интересно узнать, что именно знаменует собой совещание на военной базе Джойнт Бейс Анакостия-Боллинг в Вашингтоне? Данное мероприятие, на котором также присутствовала постоянный представитель США при ООН Никки Хейли, выглядело как брифинг военного руководства в преддверии новой войны на Ближнем Востоке, пишет Грэг Кили и Кайл Лэндри в статье для The American Conservative.

Позади Хейли находился обломок, который якобы является частью иранской ракеты, запущенной в направлении аэропорта в Эр-Рияде. Хотя на ракете была указана иранская маркировка, она не была запущена с территории Ирана, а с территории Йемена. На протяжении нескольких лет арабская коалиция во главе с Саудовской Аравией использует самолеты, ракеты, бомбы и беспилотники американского производства в военной компании против хуситов в Йемене. Представители хуситов заявили, что ракета была запущена в направлении Саудовской Аравии в качестве ответа за то, что Эр-Рияд сделал против Йемена и его населения. Если это так, то данный ракетный запуск является закономерным следствием войны.

Граждане Йемена действительно очень сильно пострадали от действий арабской коалиции, в стране не хватает пищи и медикаментов, некоторые районы охвачены эпидемиями. Даже президент США Дональд Трамп призвал руководство Саудовской Аравии облегчить условия воздушной, морской и наземной блокады Йемена.

Нет каких-либо доказательств, указывающих на время и место, где хуситы приобрели иранскую ракету. Поэтому возникает вопрос: какие цели преследует Хейли, когда выдвигает обвинения в адрес Ирана? Являются ли ее заявления составной частью новой пропагандистской кампании, чтобы оправдать необходимость развязывания новой крупной войны на Ближнем Востоке? Ряд признаков указывают на то, что это именно так.

«На Ближнем Востоке нет ни одного конфликта или террористической организации, к которым Иран не приложил свою руку», — заявила Хейли.

Но постойте. Иран придерживается шиитского направления ислама, в то время как террористические группировки «Аль-Каида» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и многие другие состоят из суннитов, а не из шиитов.

Что можно сказать о ближневосточных конфликтах, к которым Иран якобы приложил свою руку? Именно США развязали войны в Афганистане и Ираке. НАТО начало боевые действия в Ливии. США спровоцировали ужасную сирийскую войну, вооружив мятежников. Когда оказалось, что президент Сирии Башар Асад находится на грани краха, только тогда Россия и Иран вмешались, чтобы исправить ситуацию.

Что касается так называемого шиитского полумесяца, который протянулся от Тегерана через Багдад и Дамаск в Бейрут, сначала нужно ответить на вопрос о том, кто способствовал его созданию?

Когда бывший президент Ирака Саддам Хусейн находился у власти, в стране преобладало влияние суннитов. Именно Вашингтон способствовал свержению Хусейна, в результате чего в Багдаде возобладали шииты.

В Сирии США поддержали группы суннитов, некоторые из которых имели связи с «Аль-Каидой» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Это привело к ответной реакции Ирана, который выступил на стороне Асада.

Неужели США в очередной раз собираются развязать войну на Ближнем Востоке, только уже против более сильного противника в сравнении со всеми предыдущими? И все это ради того, чтобы покончить с кровопролитием в регионе, которое Вашингтон сам спровоцировал предыдущими военными вмешательствами?

Прежде чем пускать в ход Хейли, Трампу следовало бы задуматься о тех последствиях, с которыми могут столкнуться США, если на Ближнем Востоке начнется новая война. В случае конфликта в Персидском заливе цены на нефть взлетят вверх, а фондовая биржа рухнет.

Конечно, вооруженные силы США будут преобладать в воздухе и на воде, только откуда возьмутся войска для оккупации Тегерана и дальнейшей «демократизации» иранской нации? В Вашингтоне думают, что с Ираном очень легко справиться? Разве в данной ситуации ливанское движение «Хезболла» не станет атаковать граждан США в Бейруте? Иракские шииты не станут совершать атаки против солдат США? Шиитское население в Бахрейне и в богатом нефтью северо-восточном регионе Саудовской Аравии не станет поднимать бунт?

И последний вопрос: кто станет великим арабским союзником США в будущей войне? Наверное, им станет новый друг советника президента США Джареда Кушнера 32-летний наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман Аль Сауд, который прославился тем, что потратил по $500 млн на покупку замка под Версалем, яхты и картины Леонардо да Винчи.

Максим Исаев

Источник — REGNUM

Эр-Рияд «зачистят» под Штаты. Дворцовый переворот в Саудовской Аравии

Исраэль Шамир о недавнем дворцовом перевороте в Саудовской Аравии

Такого еще не было, и вот опять, как говаривал Черномырдин. Не иначе новый 37-й год? Но не в России, а в Саудовской Аравии, где десятки министров и бывших министров, принцы крови, миллионеры и миллиардеры оказались под стражей в результате (пока) бескровного дворцового переворота в минувший уик-энд. Смещен и арестован последний силовой министр, все еще остававшийся независимым от Салманыча, как называют русские арабисты наследного принца Мухаммада бин Салмана (на Западе его именуют МБС). Теперь все силовые ведомства, армия, королевская гвардия, службы МВД сосредоточены в руках молодого (32 года) МБС.

Размеры чистки производят огромное впечатление. Вспомним, что несколько недель назад в королевстве прошла первая волна чистки, когда сотни интеллектуалов и служителей духовенства оказались за решеткой. Сейчас пошла вторая волна. Арестованные содержатся в пятизвездочном отеле «Ритц-Карлтон», откуда срочно выписали обычных гостей, мол, особ королевской крови в тюрьме не содержат. Среди арестованных и один из самых богатых саудовских миллиардеров, принц аль Валид бин Талал, владелец заводов, газет, пароходов, и даже «Твиттера». Все они обвиняются в коррупции, хотя что значит «коррупция» в стране, где нет четкого разделения между личной королевской казной и государственной — неясно. Коррупция — модное обвинение, и звучит понятнее, чем обвинение в ереси, колдовстве и связи с японской разведкой.

Пройдет некоторое время, пока мы сможем до конца понять значение и последствия этих событий. Пока видны некоторые его составляющие. Первое и очевидное — происходит консолидация власти в руках МБС. Все принцы, претендовавшие на власть, отстранены. Разрушен механизм раздела власти между потомками основателя династии короля Сауда. Саудовская Аравия, и раньше не самая демократическая страна в регионе, переходит к режиму личного правления, не сдерживаемого никакими традиционными препонами.

Вторая составляющая — поддержка американского президента. Самый известный заключенный, принц Валид, в свое время ссорился с Трампом, и назвал его «позором Америки». Трамп в ответ назвал его «обдолбанным принцем, который хочет своими взятками поставить себе на службу американский политический класс». Утверждают, что Валид лично забанил Трампа в Твиттере несколько дней назад, хотя администрация Твиттера возложила ответственность на уволившегося сотрудника. Некоторые из пострадавших при чистке были связаны с кланом Клинтонов, другие — с кланом Бушей, и поэтому некоторые обозреватели видят в саудовском перевороте — укрепление про-трамповской линии в Саудовской Аравии. По просьбе Трампа, саудиты решили продавать акции своей нефтяной компании на нью-йоркской бирже. Сам МБС считается рьяным сторонником президента Трампа. Более того, за несколько дней до чистки Эр-Рияд посетил с секретным визитом Джаред Кушнер, зять и личный советник президента Трампа.

Третья составляющая — усиление анти-иранской линии. В субботу, в Эр Рияде и по велению МБС, подал в отставку премьер-министр Ливана Харири, считавшийся ставленником саудитов. В его заявлении, предположительно написанном саудитами, он обвинил в своей отставке — Иран и союзную Ирану (и России) ливанскую партию «Хезболла». Одновременно саудовская авиация нанесла несколько бомбовых ударов по гражданским целям в Йемене, где королевство ведет уже два года войну против местных сил. В ответ йеменцы направили баллистическую ракету на аэродром Эр Рияда, которую смогла сбить саудовская ПВО. Немедленно президент Трамп обвинил в этом — Иран. Иран отрицал связь с пуском ракеты.

«Саудовская Аравия пытается ввязать Израиль в войну с Ираном и „Хезболлой» в Ливане и Сирии» — заявил бывший посол США в Израиле, который призвал израильское руководство не поддаваться до поры до времени. Впрочем, в Израиле есть силы, которые считают, что такую оказию для войны грех упустить: «Хамас» в Газе нейтрализован соглашением с Рамаллой, США и саудиты хотят конфликта с Ираном, и сейчас было бы удобно ударить по «Хезболле», а если Иран вступится — то и по Ирану. Хотелось бы верить, что победит более вменяемая линия и Израиль воздержится от эскалации.

Ситуация, действительно, непростая. Нет признаков какой-то особенной народной поддержки или симпатии к принцу Салманычу. Пока неясно, куда ведут его разговоры о реформах, об открытости и подотчетности. На его стороне — молодые принцы из княжеств Персидского Залива, которые якобы направляют развитие событий в Эр-Рияде. Они — активисты, хотят войны, хотят отбросить Иран, а также ослабить позиции духовенства в своих странах.

Недавний визит саудовского руководства в Москву позволяет предположить, что для России нынешний переворот не стал полным сюрпризом. Россия традиционно не вмешивается во внутренние дела своих партнеров. Саудовский король, видимо, заверил Путина в том, что курс на ограничение производства нефти и на поддержание цены на нефть сохранится, а также что саудиты не будут предпринимать неожиданных мер, направленных на подрыв законного правительства в Дамаске. Слова МБС о том, что некоторые арестованные были связаны с джихадистами, можно понимать как подтверждение этого курса.

Понимание процесса затрудняется активным влиянием саудовского руководства на западные «мозговые тресты» и СМИ. Они в последнее время потратили — или инвестировали — внушительные суммы денег в западную систему принятия решений и выработки позиций. Попросту говоря — трудно сегодня найти на Западе эксперта, не подкупленного саудитами. А значит, и их мнения навряд ли вполне объективны и адекватны. Показательно, что Запад, обычно быстро реагирующий на арест борца за права геев или вороватого чиновника, на этот раз отмалчивается и воздерживается от осуждений. Так же отмалчивается пока и официальный Тель-Авив, да и Тегеран ограничивается общими фразами о «крахе дома Сауда». В Катаре осудили авантюризм Салманыча, а также подстрекательство некоторых советников президента Трампа, в особенности Баннона, который призвал вмазать не только по Ирану, но и по Турции.

Если мы вспомним, что в эти дни президент Трамп обсуждает возможность ядерного удара по Пхеньяну в Токио, то мы поймем, что мир переживает очень критическое время, когда российскому руководству нужно особенно бдительно стоять на своей вахте у штурвала страны.
8.11.17

Источник — svpressa.ru

Путин и Трамп поделят Сирию

President Donald Trump meets with Russian President Vladimir Putin at the G20 Summit, Friday, July 7, 2017, in Hamburg. (AP Photo/Evan Vucci)

Переговоры о послевоенном урегулировании состоятся уже на днях

Антон Чаблин

Путин и Трамп поделят Сирию

Материал комментируют:

Михаил Рощин

На полях саммита АТЭС, который начался во Вьетнаме, американский и российский президенты обсудят «сирийский» вопрос. И совершенно неясно, смогут ли они прийти к общему знаменателю, ведь поучаствовать в послевоенном разделе Сирии стремится все больше государств.

Кто травил сирийцев ипритом

Вьетнамский саммит АТЭС, который стартовал с 5 ноября, проходит в Дананге. И, похоже, станет одним из самых обсуждаемых мероприятий в глобальной политике 2017 года. Американский президент Дональд Трамп готовится провести здесь первые в своей карьере встречи с главами Гонконга (Кэрри Лам), Южной Кореи (Мун Чжэ Ин) и Новой Зеландии (Джасинда Ардерн). Это произойдет 10−11 ноября, когда запланированы встречи глав государств.

Но, конечно, самое главное, что Трамп встретится в Дананге с Владимиром Путиным и главной темой для их обсуждения станет ситуация в Сирии. Об этом Трамп заявил в субботу, подтвердив, что ждет встречи с президентом России Владимиром Путиным во время своего азиатского турне.

Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков сообщил, что у лидеров обеих сверхдержав будет достаточно времени, чтобы обсудить все вопросы по Ближнему Востоку.

А накопилось их немало. Достаточно напомнить, что 25 октября Россия воспользовалась своим правом вето в Совете безопасности ООН, когда здесь обсуждались полномочия международной комиссии по расследованию химических атак в Сирии. Комиссия, получившая название «Механизм совместного расследования» (Joint Investigative Mechanism), была созвана в августе 2015 года совместно ООН и Организацией по запрещению химического оружия (OPCW).

Комиссия во главе с Эдмоном Мулетом (бывший спикер парламента Гватемалы) подсчитала, что за годы гражданской войны в Сирии произошло как минимум шесть десятков химических атак.

В них использовались различные отравляющие вещества, в том числе зарин, хлор, иприт и BZ (субстанция 78). Чаще всего химатаки происходили в трех провинциях — Хама, Идлиб и Дамаск, где проходила линия соприкосновения правительственных и повстанческих войск.

Одной из самых крупных стала атака в местечке Хан-Шейхун в северной сирийской провинции Идлиб: в апреле на город совершили налет самолеты без опознавательных знаков, сбросившие бомбы с зарином. По официальным данным департамента здравоохранения Идлиба, погибли 87 человек и 557 получили отравления.

Комиссия ООН дала ясно понять, что вину за химатаку она собирается возложить на правительственные войска Башара аль-Асада. И на заседании Совбеза ООН, где обсуждался вопрос о продлении мандата комиссии до ноября 2018 года, Россия наложила вето на это решение. Будет ли продолжена работа комиссии, и на какой именно срок, до сих пор непонятно. Вероятней всего, этот вопрос и станет одним из предметов обсуждения Путина и Трампа на полях саммита АТЭС.

Кто даст $ 200 млрд. на восстановление Сирии

Продолжать ли работу спецкомиссии ООН по химическому оружию или нет — это лишь частный вопрос. Противоречия России и США в сирийском вопросе коренятся куда глубже, о чем заявил Владимир Путин в своем выступлении на дискуссионном клубе «Валдай». По его мнению, официальный Вашингтон заинтересован вовсе не в окончательной победе над терроризмом на Ближнем Востоке, а в постоянном поддержании нестабильности.

В августе New York Times опубликовали сенсационное расследование о том, что за последние четыре года ЦРУ потратило более $ 1 млрд. на прямую поддержку сирийской оппозиции… умеренной и не очень. Часть закупленного американцами оружия попали в руки террористических группировок.

Американский политолог Хуан Коул из Университета Мичигана напоминает, что многие союзники США на Ближнем Востоке с начала гражданской войны были заинтересованы в том, чтобы вытеснять так называемую умеренную оппозицию в сторону жесткого фундаментализма.

В частности, как указывает профессор Коул, Саудовская Аравия напрямую поддерживает группировку «Джейш аль-Ислам» *, которая активно действует в окрестностях Дамаска. Ее боевики организовали в 2012 году теракт, унесший жизни двух министров обороны Сирии — действующего Дауда Раджихи и бывшего Хасана ат-Туркмани.

А ведь «Джейш аль-Ислам» может стоять за химическими атаками в оазисе Восточная Гута близ Дамаска в августе 2013 года (по крайней мере, такой версии придерживается российский МИД). Отец основателя и многолетнего лидера «Джейш аль-Ислам», шейх Абдалла Аллуш, учился и живет в Саудовской Аравии.

Россия неоднократно пыталась добиться, чтобы «Джейш аль-Ислам» и еще несколько подобных группировок были признаны террористическими на уровне ООН. Однако, безуспешно. И вину за это российский МИД, естественно, также возлагает на США: заявляя об американских двойных стандартах.

Не находя общего языка с западными державами, у которых свои представления, кого в Сирии считать террористом, а кого — нет, Россия сейчас формирует собственный пул договороспособных политиков.

Представителей 33 группировок и партий пригласили в Сочи, где 18 ноября состоится саммит по сирийскому урегулированию: будут обсуждать здесь формирование переходного правительства национального единства и проведение конституционной реформы. А вот еще один важнейший вопрос, увы, пока остается «вне повестки» — это послевоенное восстановление страны. По подсчетам МВФ, оно обойдется минимум в $ 200 миллиардов. Но кто будет оплачивать восстановление Сирии и на каких условиях, до сих пор непонятно.

Асад — «друг» временный или постоянный?

Каковы же сегодня основные цели России в Сирии? Об этом «Свободная пресса» беседует с нашим постоянным экспертом, старшим научным сотрудником Института востоковедения РАН Михаилом Рощиным.

«СП»: — Михаил Юрьевич, на днях на саммите в Астане, посвященном сирийскому урегулированию, было объявлено, что Россия готовится к постепенному выводу своей группировки войск из Сирии.

— Насчет вывода войск России из Сирии, я бы не стал с этим торопиться. Успехи налицо, но победу еще необходимо закрепить. Остались зоны в Сирии, контролируемые оппозицией: Идлиб, Ракка, Восточная Гута и некоторые другие.

Теперь Россия могла бы оказать содействие сирийцам в послевоенном урегулировании и примирении, а здесь работы, как мне кажется, осталось много: есть десятки тысяч погибших и перемещенных лиц. Остались разрушенные города и села. Взаимная ненависть тех, кто в течение ряда лет враждовал, тоже никуда сама собой не исчезла.

«СП»: — А ведь главная претензия США к России в «сирийском вопросе» — в том, что мы вмешались в войну не для победы над терроризмом, а чтобы поддержать режим Асада.

— Положительной стороной российского вмешательства в дела Сирии стало именно то, что удалось спасти страну от распада, сохранить светское государство, которое действительно стремится защищать интересы всех сирийцев вне зависимости от их религиозных и политических убеждений.

В результате эффективных военных усилий, прежде всего ВКС России, удалось продемонстрировать наши возможности решать сложные задачи в условиях острого вооруженного конфликта. Этот позитивный результат был замечен странами Ближнего и Среднего Востока, которые видят сегодня в нашей стране хорошего посредника в разрешении проблем, накопившихся в этом регионе.

* «Джейш аль-Ислам входит в состав группировки «Джебхат ан-Нусра», которая решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Источник — svpressa.ru

Политика США на Ближнем Востоке: возвращение на круги своя

Вашингтон продолжает усиливать давление на Иран

Последние две недели были отмечены резким усилением американского внешнеполитического давления на Иран, свидетельствующим о том, что в повестке дня новой администрации США — возвращение к политике конфронтации с Ираном.

Первым сигналом стали антииммиграционные меры, введенные Вашингтоном. 27 января президент США Дональд Трамп подписал указ, вводящий 90-дневный запрет на въезд в Соединенные Штаты беженцев с тем, чтобы «не допустить в страну радикальных исламских террористов». В черный список попали семь стран – Иран, Ирак, Сирия, Йемен, Ливия, Судан и Сомали. Теперь в США не смогут въехать даже те граждане этих государств, которые имеют постоянный вид на жительство в США (green card).

Обращает на себя внимание, что в дискриминационный список не попали монархии Персидского залива. 30 января состоялись важные телефонные разговоры короля Саудовской Аравии Сальмана бин Абдель Азиза с президентом США Трампом и нового шефа Пентагона генерала Джеймса Мэттиса с министром обороны КСА наследником наследника престола Саудовской Аравии принцем Мухаммедом бин Сальманом. Д. Трамп предложил саудовскому королю создать зоны безопасности для беженцев в Сирии и в Йемене (?!), хотя к гуманитарной катастрофе в Йемене привели именно саудовские бомбардировки этой страны. При этом в США действует закон JASTA (Justice Against Sponsors of Terrorism Act) – «Правосудие в отношении спонсоров терроризма», одобренный конгрессом в сентябре прошлого года и острием своим направленный против Саудовской Аравии.

В Иране антииммиграционный указ Трампа вызвал крайне негативную реакцию. Новую американскую инициативу осудил президент ИРИ Хасан Роухани. «Сегодня не время возводить стены между нациями. Американцы забыли, что Берлинская стена рухнула более двадцати лет назад», — заявил Роухани. Министр иностранных дел Ирана Мохаммед Джавад Зариф написал 29 декабря в своем «Твиттере»: «Запрет на въезд мусульман будет отмечен в истории как большой подарок экстремистам и тем, кто их поддерживает… Запрет на въезд мусульман показывает неосновательность заявлений США о дружбе с иранским народом и о том, что все проблемы у американцев — лишь с нашим правительством». Али Акбар Велаяти, влиятельный советник по внешней политике верховного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи, подчеркнул: «Гордостью иранцев является то, что они не нуждаются в одобрении своей политики со стороны Трампа. Несомненно, эти меры нанесут в будущем ущерб Соединенным Штатам». Спикер иранского парламента Али Лариджани, также осудивший указ Трампа, заметил, что американское правительство «боится даже собственной тени». А консервативная газета «Кейхан», сделав вывод внутриполитического свойства, написала: «Сложившаяся сегодня ситуация является результатом слабости, проявленной в свое время нашей переговорной командой, и результатом доверия наших переговорщиков к лживым обещаниям Соединенных Штатов».

Еще одним шагом начатой Вашингтоном антииранской кампании стало обвинение Ирана в «колонизации» соседнего Ирака. Европейские СМИ выделили запись Трампа в «Твиттере» о том, что Иран занят «поглощением Ирака» и «распространяет свое влияние в стране, на которую США потратили 3 миллиарда долларов». О том, какие колоссальные беды принесла Ираку американская оккупация, одни только прямые человеческие потери от которой составили полтора миллиона человек, президент США, разумеется, не вспомнил.

4 февраля Госдепартамент США объявил о введении санкций против ряда иранских компаний и физических лиц, связанных с иранской ракетной программой. Согласно документам, опубликованным на сайте американского министерства финансов, Вашингтон добавил в санкционные списки по Ирану 13 человек, включая иностранных граждан, и 12 организаций. Ограничения вводятся против тех, кто причастен к программе разработки Тегераном баллистических ракет или же каким-либо образом оказывает поддержку Корпусу стражей исламской революции. В частности, в санкционный список включена одна из крупнейших иранских компаний гражданской авиации Mahan Air, которая, по мнению американских официальных лиц, «помогает Корпусу в распространении терроризма и воинственности».

Два слова по поводу ракетной программы Ирана. Она началась не сейчас, а в далекие 80-е годы, во время ирано-иракской войны. В связи с международными санкциями против ИРИ Тегеран был лишен возможности закупать современные боевые самолеты, а ВВС Саддама Хусейна безнаказанно бомбили иранские города. Использование боевых ракет стало альтернативой боевой авиации. Первые военные ракеты иранские конструкторы и инженеры создавали с помощью специалистов из Китая и КНДР. К слову, иранская авиация и сейчас едва ли не худшая в регионе; ее основу составляют американские военные самолеты 40-летней давности.

Курс на обострение отношений с Ираном, избранный новой администрацией США, сопровождается обновлением стратегического партнерства с Израилем и Саудовской Аравией — основными антагонистами Ирана в регионе. Первые телефонные контакты с лидерами ближневосточных государств состоялись у Дональда Трампа с саудовским королем Сальманом бин Абдель Азизом, премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и президентом Египта Абдель Фаттахом ас-Сисси. А первым ближневосточным лидером, прибывшим в Вашингтон после вступления Трампа в должность, стал король Иордании Абдалла, который еще в 2004 году заговорил об опасности образования «шиитского полумесяца» под эгидой Ирана. По мнению видного арабского журналиста Абдельбари Атвана, ближневосточная стратегия новой американской администрации состоит в образовании противостоящей Ирану коалиции суннитских государств в составе монархий Персидского залива, Египта и Иордании.

Таким образом, американская политика на Ближнем Востоке возвращается на круги своя, к образцам 2010-2013 годов, когда в СМИ всерьез обсуждалась возможность бомбардировок иранских военных объектов.

Александр КУЗНЕЦОВ | 08.02.2017

Источник — fondsk.ru