В каспийском регионе оживились транспортные проекты

В марте в Баку в рамках программы ТRACECA пройдет семинар для представителей транспортных структур Азербайджана, сказал национальный секретарь TRACECA по Азербайджану Акиф Мустафаев.

По его словам, организация семинара на тему транспортного моделирования и долгосрочного планирования предусмотрена с целью развития в стране широко распространенного в мире планирования на долгосрочную перспективу в сфере транспорта. «Долгосрочное планирование в сфере транспорта в Азербайджане не распространено. У нас применяется планирование в основном сроком на пять лет. Именно с этой целью было принято решение о проведении подобного семинара», — сказал А.Мустафаев.

По его словам, в семинаре примут участие 11 представителей различных транспортных структур, в частности, подразделений Министерства транспорта, Бакинского порта. Семинар проведет специалист Европейского Союза.

Также национальные секретари транспортного коридора TRACECA (Европа-Кавказ-Азия) 11-12 февраля в Брюсселе обсудят новый проект в рамках коридора.

В обсуждении нового проекта «Транспортные маршруты в Черном и Каспийском морях, перевозки, транзит и логистика» будут участвовать, наряду с национальными секретарями, также представители транспортного сектора стран-участниц коридора, сказал А.Мустафаев.

По его словам, после того, как новый проект будет рассмотрен и утвержден, европейская комиссия объявит тендер для определения компании, которая займется его реализацией.

А.Мустафаев не уточнил подробности и сроки реализации нового проекта, поскольку данные вопросы будут обсуждены участниками TRACECA на предстоящей встрече. TRACECA является международной программой сотрудничества в области транспорта между ЕС и его странами-партнерами в Восточной Европе, на Южном Кавказе и в Центральной Азии. Организация имеет постоянный секретариат в Баку.

В настоящее время государствами-участниками TRACECA являются Азербайджан, Болгария, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Армения, Молдова, Румыния, Таджикистан, Туркменистан, Турция, Украина, Иран («Тренд»).

Отметим, что одним из важных сегментов транспортного сектора является железнодорожный транспорт. Азербайджану в этом секторе предстоит проделать большой объем работ, которые, естественно, потребуют немало денег.

Кстати, Государственный комитет по ценным бумагам (ГКЦБ) Азербайджана зарегистрировал первичный проспект эмиссии простых именных бездокументарных акций ЗАО «Азербайджанские железные дороги» на общую сумму 599 миллионов манатов, говорится в сообщении госкомитета, распространенном в пятницу.

В рамках эмиссии выпущены 299,5 миллиона акций, каждая номинальной стоимостью в два маната. Эмиссия будет реализована посредством закрытого размещения. Данная эмиссия является первым размещением акций ЗАО «Азербайджанские железные дороги» после преобразования его в акционерное общество.

ЗАО «Азербайджанские железные дороги» — национальный оператор сети железных дорог Азербайджана со 100-процентным государственным капиталом. ЗАО создано летом 2009 года на базе Азербайджанской государственной железной дороги, функционально заменив ее.

На сегодня наиболее важным проектом в регионе следует считать создание железнодорожного сообщения Баку-Тбилиси-Карс.

До конца января в Тбилиси состоится заседание министров транспорта и рабочих групп в рамках создания железнодорожного сообщения Баку-Тбилиси-Карс, призванного соединить железнодорожные системы Азербайджана, Грузии и Турции, сказал в пятницу источник в Министерстве транспорта Азербайджана. По его словам, в настоящее время сроки заседания еще уточняются, но предполагается, что оно состоится в конце этого месяца.

На заседании планируются рассмотрение и обсуждение всех вопросов в рамках строительства железной дороги, в частности, вопроса дополнительного финансирования строительства грузинского участка данного сообщения.

Как ранее отмечал источник в ЗАО «Азербайджанские железные дороги», правительство Азербайджана готово предоставить дополнительно 500 миллионов долларов на финансирование строительства грузинского участка железной дороги. Для строительства грузинского участка Азербайджаном уже были выделены 200 миллионов долларов из средств Госнефтефонда страны. Этот кредит рассчитан на 25 лет по годовой ставке в один процент.

В рамках проекта «Баку-Тбилиси-Карс» планируется построить новую 105-километровую ветку железнодорожной магистрали, 76 километров которой пройдут по территории Турции, 29 километров — Грузии. Помимо этого, в Грузии будет реконструирован участок железной дороги Ахалкалаки-Марабда-Тбилиси, что повысит его пропускную способность до 15 миллионов тонн грузов в год. В Ахалкалаки планируется построить и пункт по переходу поездов с существующей в Грузии колеи на европейскую.

Как ранее говорил министр транспорта Азербайджана Зия Мамедов, завершение строительных работ запланировано на первую половину 2012 года. Но, несмотря на согласованные сроки реализации проекта, стороны работают над тем, чтобы ускорить процесс и завершить большую часть работ до конца 2011 года. Пиковая пропускная способность железнодорожного коридора составит 17 миллионов тонн грузов. На начальном этапе этот показатель будет составлять один миллион пассажиров и 6,5 миллиона тонн грузов («Тренд»).

Если работы в направлении Грузии идут полным ходом, то такого не скажешь о проекте «Север-Юг» и соединении железных дорог России, Азербайджана с Ираном. Пока информация о ходе работ по строительству железнодорожной ветки Астара (Азербайджан) — Астара (Иран) — Решт — Казвин отсутствует.

В то же время наши соседи по Каспию весьма успешно ведут строительство железнодорожного полотна.

Строительство нового железнодорожного «моста» из Европы в Азию идет полным ходом, сообщает газета «Нейтральный Туркменистан». Речь идет о магистрали Север-Юг, которая свяжет Туркменистан (на территории которого пройдет самый протяженный участок) с Ираном и Казахстаном и будет построена к 20-летию независимости Туркменистана, то есть к 27 октября 2011 года.

«Реализация этого важнейшего транспортного проекта откроет новые возможности для осуществления международных перевозок между странами Европы и Азии», — сказано в статье.

Уже в конце этого года по вновь воссозданному транспортному и торговому пути грузы смогут беспрепятственно переправляться в страны Персидского залива, к Индийскому океану, вывозиться в Европу и другие регионы мира.

По предварительным расчетам, годовой объем перевозок собственных и транзитных грузов составит 10-12 миллионов тонн. Причем этот коридор будет на 600 километров короче, чем существующий вход через Бейнеу-Туркменабат-Серахс, и сократит время нахождения грузов в пути на двое суток и затраты клиентуры на перевозку каждой тонны грузов. Прокладку железнодорожного полотна, оборудование близлежащей территории и организацию сервисного обслуживания новой дороги ведут совместно железнодорожные службы трех государств, каждое из которых ответственно за возведение своего участка магистрали, при финансовой поддержке Азиатского банка развития и Исламского банка развития. «Нейтральный Туркменистан» отмечает, что, кроме укладки рельсов, на трассе обустраиваются запасные и боковые пути, оборудуются тупики, возводятся объекты инфраструктуры, локомотивные депо, здания станционных вокзалов и другие вспомогательные объекты. На самом протяженном — северном — участке завершается обустройство участка Узень — граница с Туркменистаном, точнее, трасса проложена на территории Казахстана до станции Болашак. Туркменские строители магистрали работают по ускоренному графику и прокладывают железнодорожный путь встречным курсом. За их плечами уже более 360 километров железнодорожного полотна, проложенного от станции Берекет на север к границе Казахстана. До стыковки рельсов на этом направлении осталось около 85 километров.

В настоящее время работы ведутся и на южном туркменском участке дороги Север-Юг, который пройдет вдоль западных отрогов Копетдага от города Берекет до этрапского центра Этрек на границе Туркменистана и Ирана.

Протяженность этого отрезка основного пути составляет свыше 256 километров и 68,5 километра станционного пути. На четырехсоткилометровом участке пути уже построено и строится более ста различных сооружений. В песчаной пустыне вокруг пути возводятся защитные полосы, в горных районах — мосты и селевые переходы разной степени сложности, на плато Устюрт — многочисленные искусственные сооружения («Тренд»).
Источник: http://news.day.az/economy/art248173y.html

Цена Манаса выросла


Идея о повышении арендной платы для российских военных формирований на территории КР родилась в администрации президента, а не в Минобороне. В нынешнем году Россия и Кыргызстан намерены подписать межправительственное соглашение об объединенной российской военной базе. По словам министра обороны республики Абибиллы Кудайбердиева, «за те объекты, которые обеспечивают интересы России, планируется увеличить в несколько раз размеры компенсационных выплат». По предварительным данным, объемы компенсационных выплат за пребывание российских военных в республике могут возрасти в три-четыре раза. В настоящий момент эта плата в год составляет около $4,5 млн… Комментарий Паруса. В данном случае, Отунбаева открыто демонстрирует свою анти-российскую политику, только и всего. Она столь же открыто демонстрируют и свою проамериканскую политику. Достаточно того, что летом, не имея на то законных полномочий, пользуясь отсутствием парламента и легитимного правительства, она самовольно продлила срок пребывания авиабазы США в аэропорту «Манас».

По мнению военного эксперта Токтогула Какчекеева, на территории Кыргызстана сегодня нет военных объектов, которые дислоцированы исключительно в интересах российской стороны.

— Как показали в свое время баткенские события, наша страна не в состоянии самостоятельно обеспечить безопасность своих рубежей. Учитывая, что различные деструктивные силы, которые находятся как внутри, так и за пределами Кыргызстана, наращивают свою активность по дестабилизации ситуации в стране, присутствие военных баз России в интересах самой республики, – считает эксперт.

На его взгляд, в этом случае ставить вопрос об увеличении арендной платы абсурдно.

— Я полагаю, что подобные инициативы исходят не из Министерства обороны, где военные специалисты прекрасно понимают важную роль для нашей страны российского военного присутствия. Вероятнее всего, идея о повышении арендной платы родилась в администрации президента, – отметил Какчекеев. Вести.кг

Комментарий Белого Паруса

Ничего удивительного в этом шаге нет. В данном случае, Отунбаева открыто демонстрирует свою анти-российскую политику, только и всего. Разве это новость для мирового сообщества? Вовсе нет. Она столько же открыто демонстрируют и свою проамериканскую политику. Достаточно того, что летом, не имея на то законных полномочий, пользуясь отсутствием парламента и легитимного правительства, она самовольно продлила срок пребывания авиабазы США в аэропорту «Манас».

Сейчас бы депутатам самое время поставить вопрос о законности такого шага. Они имеют возможность даже его отменить. Но, учитывая, что другие проамериканские силы в Кыргызстане – та же оппозиционные теперь партия «Ата-Мекен» и без того с ходу начали вести агрессивную деятельность против «пророссийского» правительства, – дальновидные депутаты этого предпочитают не делать. Лучше хрупкий мир, чем громкий скандал.

Тем более, что скандалы и без того пытается раскачать Текебаев – как самый проамериканский политик в стране. Он откровенно пытается сделать все, чтобы ущемить российские интересы в Кыргызстане, тем самым рассорить Москву и Бишкек, и ослабить позиции нынешнего правительства во главе с Атамбаевым. Выпад Текебаева против российской компании Эвентис, которой по судам вернули нынче захваченный рейдерским путем в пользу Максима Бакиева контрольный пакет акций сотового оператора МегаКома, – яркое тому доказательсво. Текебаев требует, чтобы МегаКом сейчас национализировали полностью, игнорируя тот факт, что российская компания и без того подарила Кыргызстану 49-процентную долю. И ясно, что цель Текебаева – спровоцировать Москву, которой, конечно, не понравится столь циничный и агрессивный наезд…

Примерно то же самое – вот это требование Отунбаевой об увеличении арендной платы для российской авиабазы. Это есть открытый вызов Москве. Тем более, что в прессу уже просочилась информация о том, что Отунбаева тайно снизила арендную плату для американской авиабазы в «Манасе» – с 150 миллионов долларов, которые получал Бакиев, до 60 миллионов нынешних. Этот факт только сейчас становится достоянием гласности и он, конечно, только усиливает анти-российскую направленность политики Отунбаевой.

Есть во всем этом, правда, один нюанс: сейчас уже не июль, когда переходный президент могла позволить себе любое политическое решение без оглядки на какие-либо другие силы внутри страны. Сейчас такие вещи, как сроки пребывания иностранных баз в Кыргызстане и размеры оплаты за это, решаются прежде всего в парламенте. И вовсе не факт, что депутаты поддержат инициативу Отунбаевой. Большинство парламентариев прекрасно понимают, что в то время как американцы всеми силами вносят напряженность в политическую жизнь Кыргызстана, тайно способствуя появлению на юге, а теперь и в столице всякой нечисти – боевиков, террористов, исламистов-экстремистов, – то Россия готова, напротив, всячески помогать восстановлению экономики Кыргызстана. И для этого она предоставит правительству Атамбаева немалые гранты и льготные кредиты.

Отунбаевой, Текебаеву и прочим «друзьям» Америки эти факты и аргументы, конечно, по барабану, они у них только досаду вызывают. Вот и придумывают они, как еще ущемить российские интересы в Кыргызстане. Впрочем, – прав эксперт Вестей – тем самым они ущемляют даже больше интересы самого Кыргызстана. Но что взять с временщиков? Они ж преследуют только сиюминутные цели, не думая, что будет со страной завтра.

Источник — Белый парус
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1295246640

Проблему должны урегулировать сами стороны конфликта

Интервью с экспертом издания «Каспийский еженедельник»
(caspianweekly.org), турецким аналитиком Фатихом Озтарсу Читать далее «Проблему должны урегулировать сами стороны конфликта»

Превращение Турции в региональную державу с самостоятельной внешней политикой

Октай Танрисевер о стабилизации Кавказа и европеизации Турции

Caucasus Times, продолжая «Кавказский меловой круг» — цикл интервью с экспертами по Кавказу, политологами из США, Европы и Азии, представляет вашему вниманию интервью с Октайем Танрисевером

Октай Танрисевер (Oktay Tanrisever) — турецкий эксперт, доцент (Associate Professor) и руководитель Центра региональных исследований Средневосточного Технического Университета в Анкаре (1) . Он читает курсы на факультете международных отношений данного вуза по таким дисциплинам, как «Российская внутренняя и внешняя политика», «Проблемы евразийской безопасности», а также теоретические курсы. Октай Танрисевер опубликовал большое количество работ и глав в научных изданиях на английском и турецком языке по проблемам российско-турецких отношений, политической ситуации на Кавказе и в Черноморском регионе, теоритическим аспектам международной безопасности и этно-территориальным конфликтам. Наиболее важные его работы включают такие исследования, как «Почему федерализм не панацея от этнического национализма? Уроки из постсоветского опыта России» (2009), «Турция и Россия в будущей турецкой внешней политики в Евразии» (2004) и ряд других.

Интервью подготовил для Caucasus Times Сергей Маркедонов, приглашенный научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований (Вашингтон, США), кандидат исторических наук

Caucasus Times: — В настоящее время Турция переживает серьезные трансформации своих политических институтов. Некоторое время назад в Вашей стране состоялся конституционный референдум (2) . Какое влияние все это будет иметь на определение приоритетов турецкой внешней политики в целом, и на кавказском направлении в частности?

О.Т.: Эти конституционные изменения, весьма вероятно, будут способствовать укреплению западной ориентации Турции. Турция уже прошла через серьезную трансформацию в западном духе, начиная с саммита Европейского союза в Хельсинки в 1999 году, когда ЕС признал за Турцией статус страны-кандидата на полное членство в этой организации (2) .

Процессы европеизации Турции повлекли за собой существенные изменения в ее политической структуре, так же, как и в ее внешнеполитических и социально-экономических приоритетах. Значительное число этих изменений было реализовано еще до фактического начала переговоров о присоединении к ЕС 3 октября 2005 года (4) .

Недавние конституционные изменение, которые были приняты 12 сентября 2010 года, были необходимы, чтобы процесс этих переговоров продвинулся бы вперед. До сих пор Турция была открыта для переговоров только по 10 разделам, в то время, как 13 других оставались заблокированными Европейской комиссией (5) в связи с отказом Турции соблюдать Дополнительный протокол (6) , а также озабоченностью со стороны стран-членов Евросоюза (в особенности Франции) экономическими последствиями по поводу турецкого присоединения к ЕС. Это означало, что для Турции конституционные изменения давали некоторые подвижки в процессе выполнения критериев по оставшимся разделам. Таким образом, конституционная реформа консолидировала западный выбор Турции. Изменения Основного закона могут также оказать значительное влияние на политику Турции в отношении Кавказа. Укрепление отношений между Турцией и ее западными союзниками, особенно с США и с ЕС могло бы также способствовать укреплению их отношений с кавказскими государствами. Армения, Азербайджан и Грузия являются участника проекта ЕС «Восточное партнерство» (7) , в который Турция также вносит значительный вклад. Эти конституционные изменения, вероятно, будут способствовать и поддержанию (и оживлению) процесса нормализации между Турцией и Арменией, а также для прогресса в переговорах о достижении мира в Нагорном Карабахе.

Caucasus Times: — Некоторые политические аналитики и историки в странах Кавказа определяют Грузию в качестве «Центрального Кавказа», а в понятие «Южный Кавказ» помимо Азербайджана и Армении включают также части современных Турции и Ирана . Что Вы думаете по этому поводу? Насколько обоснованы такого рода политико-географические/геополитические выводы?

О.Т.: В регионалистике часто бывает трудно определить и четко зафиксировать границы регионов. Это в особенности справедливо для Старого Континента. Ученым потребовалось очень много времени, чтобы определить границы между Азией и Европой. До сих пор такого консенсуса нет по поводу Ближнего Востока. Происходит своеобразное соревнование концепций, таких как «Передняя Азия», «Ближний Восток», «Большой Ближний Восток». Кавказ здесь — не исключение из правил. Разные ученые определяют границы Кавказа по-разному, и эти концепции время от времени меняются. В прошлом кавказоведы пытались сдвинуть географические границы Кавказа многократно. Некоторые попытки расширить или же наоборот сузить эти границы предпринимались также и в постсоветский период. Успех или неудача таких попыток зависит в первую очередь от общей готовности научного сообщества принять их. Недавние попытки переопределения Южного Кавказа, как «Центрального Кавказа» не получили и вероятно в обозримом будущем не получат значительной внешней поддержки со стороны ученых и экспертов кавказоведов из-за существующего консенсуса в понимании географических границ региона, как состоящего из двух частей, Северного и Южного Кавказа.

Caucasus Times: — Исторически Турция играла значительную роль в жизни Кавказа. Насколько часто исторические темы (не только «армянский вопрос», который известен лучше других) обсуждаются среди ведущих политиков Турции? И каким образом сюжеты истории влияют на острые актуальные проблемы сегодняшней повестки дня?

О.Т.: Кавказ остается для нашей страны важным регионом, несмотря на определенное снижение влияния Турции здесь. Историческое присутствие Оттоманской империи на Кавказе связало истории России, Азербайджана, Армении и Грузии и с историей Турции. В богатой истории всех этих народов можно найти сюжеты, которые их объединяли и разделяли. Существуют конкурирующие нарративы, касающиеся оценок исторических событий. Некоторые из этих нарративов испытывают на себе влияние современной повестки дня Турции, особенно тогда, когда дело доходит до отношений с армянами и азербайджанцами. Черкесское и грузинское сообщества также имеют свои версии истории, относящиеся к их отношениям с Россией. Эти исторические дебаты нередко занимают очень важное место во внутренней политической дискуссии. Эти споры иногда пытаются преувеличить или, напротив, сузить роль Турции в региональных процессах на Кавказе. Доминирующим подходом турецких политических элит в отношении сюжетов кавказской истории является стремление быть осторожными и выносить уроки из прежних поражений и провалов. Таких, как поражение Турции во время Саракамышского сражения от русских войск, в котором многие турецкие солдаты потеряли свои жизни из-за плохого военного планирования в суровых зимних условиях (9) .

Когда мы смотрим на исторические воззрения политических элит в современной Турции, то мы можем также увидеть подходы, ориентированные преимущественно на будущее. Исторические вопросы рассматриваются как вопросы прошлого, в то время, как настоящее формируется с прицелом на перспективу.

Caucasus Times: — Турецкая Республика — страна, в которой живут многие люди, имеющие кавказское происхождение (выходцы и из Северного, и из Южного Кавказа). Как бы Вы охарактеризовали общественную активность этих людей? Какие НПО наиболее влиятельные? Есть ли специальные «кавказские» СМИ? Какие виды этнополитического лоббирования имеются в Турции? И есть ли случаи вражды, например, между абхазскими и грузинскими организациями в Турции?

О.Т.: В самом деле, приблизительно 10% населения Турции ведет свое этническое происхождение с Кавказа. Здесь большие черкесские и тюркские диаспоры с Северного Кавказа, главным образом в Центральной Анатолии. Они прибыли в Анатолию главным образом после войны между Российской и Оттоманской империей в 1877-1878 гг (10) . Также есть и грузины, азербайджанцы, армяне, живущие в разных частях Турции. Эти сообщества имеют тесные отношения с грузинами, армянами и азербайджанцами в самом Кавказском регионе. Эти общины создали различные ассоциации и фонды, организовались с неправительственные структуры. Их общественная активность состоит из культурной деятельности, которая позволяет им сохранить свои традиции и культурную идентичность и в то же время лоббировать политические вопросы, которые они считают важными для своих этнических групп и собратьев на Кавказе. Хотя есть местные газеты, которые фокусируются на жизни этих кавказских сообществ и некоторые представители масс — медиа прослеживают свое происхождение с Кавказа, специальных СМИ, которые бы освещали исключительно Кавказ и жизнь кавказских общин, на общенациональном уровне в Турции нет.

Среди наиболее влиятельных кавказских НПО мы можем назвать следующие структуры: «Kafkas Derneği» («Кавказская Ассоциация»), «Kafkas Vakfı» («Кавказский Фонд») and «Birleşik Kafkas Dernekleri Federasyonu» («Объединенная Федерация кавказских ассоциаций»), которые созданы черкесами. Есть также «Çeçen Dayanışma» Grubu («Группа чеченской солидарности»), сформированная чеченцами. Схожим образом азербайджанская и грузинская диаспора имеют свои организации «Azerbaycan Dostluk Derneği» («Азербайджанская Ассоциация дружбы») «Gürcistan Dostluk Derneği» («Грузинская Ассоциация дружбы»). Среди кавказских общин мы можем наблюдать активное этнополитическое лоббирование среди черкесов и азербайджанцев. Можно увидеть умеренный незначительный уровень враждебности между грузинской и абхазской диаспорой. Чеченцы использовали активный лоббизм в 1990-е годы, но не после окончания второй чеченской войны. Важно отметить, что все эти сообщества не представляют собой монолита, они разделены часто по политическим и идеологическим, а также по личностным причинам.

Caucasus Times: — Кавказский регион полон конфликтами. Как бы Вы оценили роль этнических и религиозных факторов в них? Какие факторы играют, с Вашей точки зрения наиболее важную роль?

О.Т.: Хотя этнические и религиозные факторы и играют очень важную роль в конфликтах на Кавказе, мы можем увидеть и мирное сосуществование христиан, мусульман и иудеев в разных его частях, если не повсюду. Также известны конфликты между представителями одной и той же религиозной системы, как например, конфликт южных осетин и грузин, а также конфликт азербайджанцев и лезгин (11) . Значительные трения мы фиксируем и среди приверженцев различных ответвлений одной и той же религии. Например, между так называемой «традиционной» и «ваххабитской» версией ислама на Кавказе (12) . Схожим образом этнические сообщества могут сталкиваться в одном регионе, но не сталкиваться в другом. Например, есть этнический конфликт между армянами и азербайджанцами в Армении и Азербайджане, но в Грузии, где проживают и те, и другие, нет конфликтов между ними. Или напряженность между Россией и Грузией не привела к этническим конфликтам между русскими и грузинами на территории РФ. Представляется, что главной причиной конфликтов на Кавказе является этно-территориальная проблема. Поэтому этничность по сравнению с другими факторами играет более эмоциональную и мобилизующую роль по всему Кавказу. Советское наследие также играет важную роль во всех конфликтах. Этнические и религиозные факторы цементируют уже имеющиеся потенциальные конфликтные точки, обеспечивая политических игроков культурно-символическими инструментами, которые они используют для доминирования над другими в этно-территориальной конфликтной зоне. Большинство из крупных конфликтов происходят вокруг суверенитета и территориальной целостности кавказских государств, где нелегко сочетать одновременно конфликтующие друг с другом принципы единства государства и права народов на самоопределение.

Caucasus Times: — Последний (по порядку, но не по важности) вопрос. В предыдущие столетия исторический предшественник Турецкой Республики Оттоманская империя противостояла России и Ирану на Кавказе. Что Вы думаете по поводу сегодняшних отношений между Ираном и Турцией и Турцией и Россией именно на кавказском направлении?

О.Т.: Несмотря на видимое потепление отношений Турции и с Россией, и с Ираном, Анкара продолжает рассматривать и Москву, и Тегеран, как потенциальных конкурентов на Кавказе. В настоящее время Турция воздерживается от антагонизма с этими государствами, поскольку это может подорвать ее стратегию расширения экономического влияния в регионе. Так как Турция стремится превратиться в экономический центр Кавказа, открытое соперничество с Россией и Ираном будет подрывать основы для регионального экономического сотрудничества, где Турция имеет некоторое преимущество. Региональная поляризация и милитаризация конфликтов укрепит позиции России и Ирана, потому что в отличие от Турции эти страны могут выступать за эскалацию конфликтов и балансирование на грани войны, когда они полагают, что эта тактика необходима.

Турция как член НАТО стремится координировать свою политику в отношении России и Ирана с интересами Соединенных Штатов и других европейских союзников. Анкара также не заинтересована в ослаблении ее полноправного членства в ЕС, конфликтуя с Россией и Ираном на Кавказе. Таким образом, Анкара следует позиции ЕС по поводу роли этих двух стран на Кавказе. В самом деле, Турция выступила с инициативой «Платформы стабильности и сотрудничества на Кавказе» (13) надеясь, что это может увеличить поддержку ЕС для Турции в качестве посредника на Кавказе, но без противодействия России. Тот факт, что Иран не был приглашен к участию в «Платформе» показывает, что Турция не рассматривает Иран в качестве значимого регионального игрока в Кавказском регионе.

Примечания:

1 Средневосточный Технический университет основан в ноябре 1956 года. Сегодня является одним из наиболее известных вузов Турции, в котором обучается свыше 23 тысяч студентов и реализуется 159 образовательных программ в различных областях как естественных, точных, так и гуманитарных наук.

2 Конституционный референдум в Турции состоялся 12 сентября 2010 года. По его итогам были внесены 26 изменений к Основному закону Турецкой республики, действовавшей после военного переворота 1980 года. 58% участников голосования поддержали проект реформы, предложенной правящей Партией справедливости и развития, 42 % высказались против поправок. Изменения направлены на приведение Конституции в соответствие со стандартами ЕС (ограничено влияние армии на общественную жизнь, в частности уменьшена роль военных трибуналов).

3 Саммит постановил, что «Турция является страной-кандидатом на присоединение к Союзу на основе тех же критериев, которые применяются в отношении других стран-кандидатов. Поэтому Турция, переживающая процесс модернизации на основе принятой европейской стратегии для стимулирования и поддержания процесса реформ, подобно другим странам-кандидатам, будет пользоваться преимуществами «предвступительной стратегии (pre-accession strategy)».

4 В ноябре 2000 г. Еврокомиссия подготовила для Турции «Документ о партнерстве на время процесса вхождения» (был принят 8 марта 2001 года). Это была своего рода «дорожная карта» присоединения Турции к ЕС, представлявшая собой подробную разработку кратко- и среднесрочных реформ, которые должны быть проведены в стране. В ответ турецкое правительство 19 марта 2001 года обнародовало «Общую стратегию Национальной программы». Было подготовлено 3 пакета конституционных реформ – «Пакеты мер по адаптации» (первый был принят в октябре 2001 года, второй – в марте 2002 года, а третий — в августе 2002 года) — и подвергло серьезному пересмотру Гражданский кодекс.

5 Европейская комиссия- высший орган исполнительной власти Евросоюза. Отвечает за выполнение решений Союза, контролирует соблюдение его законов в странах-членах и, если требуется, возбуждает в суде Европейского союза иск против стран-членов за нарушение членских обязательств.

6 Речь идет о Дополнительном Протоколе, касающемся таможенного союза с ЕС, который предусматривал распространение и на 10 новых стран ЕС (вступивших в Союз в 2004 году), включая и Кипр. Между Анкарой и ЕС возникла коллизия в связи с тем, что Турция не признает Республику Кипр (которая входит в ООН и в 2004 году вошла в ЕС), и напротив, поддерживает и признает независимость Турецкой Республики Северного Кипра (это образование признано только Турцией). Заявления МИД Турции о том, что подписание протокола не означает признания Республики Кипр, вызвали жесткую реакцию со стороны европейских чиновников всех уровней.

7 «Восточное партнерство»- проект ЕС, инициаторами которого были МИД Польши и Швеции. Проект нацелен на сближение Европейского Союза с 6 постсоветскими странами (Армения, Азербайджан, Белоруссия, Грузия, Молдова, Украина).

8 См. подробнее: Беридзе Т., Исмаилов Э., Папава В. Центральный Кавказ и экономика Грузии. Баку: Нурлан. 2004.

9 Саракамышское сражение- сражение в ходе Первой мировой войны(9 (22) декабря 1914 — 4 (17) января 1915 года между русской армией и войсками Османской империи. Одержав победу, русские войска открыли себе путь вглубь Анатолийского плоскогорья. Подробнее см.: Масловский Е.В. Мировая война на Кавказском фронте 1914–1917 гг.. Париж.1933.

10 Русско-турецкая война 1877—1878 годов — война между Российской империей и союзными ей балканскими государствами с одной стороны и Османской империей с другой. В результате войны, а также последовавшей за ней сложной дипломатической игры (Берлинский конгресс, состоявшийся летом 1878 года) Россия вернула себе южную часть Бессарабии, а также присоединила Карс, Ардаган и Батуми. Была восстановлена государственность Болгарии (хотя и в урезанном виде, формально, как вассальное княжество Болгария), признавалась на международном уровне государственность Румынии, увеличивалась территория Сербии, Черногории, а Босния и Герцеговина переходила под управление Австро-Венгрии. См. подробнее: Троицкий Н. А.. Русско-турецкая война 1877—1878 гг. // Россия в XIX веке. Курс лекций. М.: 1997.

11 После массового отъезда из Азербайджана армянского и русского населения, лезгины вышли на второе место по численности среди этнических групп этой республики. Согласно переписи населения в Азербайджане их численность составляет 178 тыс. чел (это 2, 2 % населения самого крупного по количеству населения государства Южного Кавказа). Однако различные экспертные оценки дают гораздо более крупную цифру (250 тыс. чел.). В начале 1990-х годов активность лезгинского движения Баку нередко связывал с активностью армянских спецслужб (которым вменялась в вину организация и финансовая подпитка лезгинских сепаратистов). Тогда среди активистов лезгинского движения обсуждался вопрос об объединении лезгинских земель, разделенных новыми госграницами, создании Лезгистана. Был в ходу тезис, что в начале XIX столетия лезгины не входили в Азербайджан, а непосредственно в Российскую империю (которую лидеры лезгинского движения считали в качестве предшественника нового Российского государства). В 1994 году произошел террористический акт в бакинском метро, в котором были обвинены «лезгинские экстремисты» (по делу было арестовано 12 человек, весной 1996 года они были осуждены). Однако как бы то ни было, в середине 1990-х гг. «лезгинский вопрос» утратил свою былую остроту. Подробнее см.: Юнусов А. Азербайджан в начале XXI века: конфликты и потенциальные угрозы. Баку: Адилоглу. 2007.

12 «Ваххабизм»- религиозно-политическое течение в исламе, окончательно оформившееся в XVIII веке. Само понятие «ваххабизм» — производное от имени Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба (1703-1792 гг.), выходца из Неджда (центральная часть современной Саудовской Аравии). Следует отметить, что последователи Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба никогда не называли себя «ваххабитами». Они идентифицируют себя, как «единобожники» («муваххидун») или приверженцы первоначального (чистого) ислама, «идущими по пути предшественников» («салафийун» или «салафиты»).

13 Инициатива «Платформа стабильности и сотрудничества на Кавказе» стала частью официальной повестки дня в ходе визита премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в Москву и в Тбилиси 13-14 августа 2008 года, то есть почти через неделю после начала августовской войны.

«Погромы» 13 января 1990 года в Баку – о чем молчит армянская сторона?

Армянский агитпроп, как и в предыдущие годы с особым вдохновением начал пропагандистскую кампанию, приуроченную к трагическим январским событиям 1990 года. Как всегда эта тема рассматривается с «армянской точки зрения», авторов которой мало интересует: соответствуют выдвигаемые ими тезисы и «факты» действительности или нет.

Одним из таких материалов стал «скорбный труд» армянского эксперта Ивана Гарибяна, который не долго мучаясь просто «скопипейстил» основные лживые клише армянского агитпропа по теме январских событий в Баку, добавив туда чуток своих «эксклюзивных» домыслов и выдав свой «чудо»-опус.

По версии Гарибяна, 13 января 1990 года, после «очередного митинга национал-фашистского Народного фронта Азербайджана несколько тысяч озверелых «людей» стали громить квартиры коренных армянских жителей города… по заранее подготовленному плану – по спискам армянских жителей, вывешенным перед штаб-квартирой НФА». Откуда у Гарибяна информация о том, что был список армянских жителей Баку, да к тому же «вывешенный перед штабом НФА»? Или Гарибян, наподобие Эдуарда Григоряна (основного зачинщика и участника сумгаитских событий в феврале 1988 года, лично убившего и изнасиловавшего несколько армян) сам участвовал в январских событиях в Баку и видел своими глазами этот «список»? Затем Гарибян допускает еще одну ошибку «забывая» указать, что те, кого он называет «озверелыми людьми» являлись в основном азербайджанскими беженцами, изгнанными в течение 1987-89 гг. из Армении и НКАО. На глазах у этих людей армянские националисты убивали их родных, близких, детей, сжигали, живьем закапывали людей, отрезали им головы, замуровывали детей в печные трубы.

Одна из выживших и свидетель изгнания азербайджанцев из Армении Санубар Сараллы подробно рассказала об увиденном, в своей книге «Украденная история. Геноцид».

«Мы пытались сообщить о массовых убийствах азербайджанцев на территории Армении, о случаях насилия и вандализма. Этих фактов неисчислимое множество. Вот один из них. В Хамалинском районе заживо замуровали в трубе малолетних детей. После землетрясения (7 декабря 1989 года – Спитакское землетрясение – Ред.) их обнаружили французские спасатели, которые сразу же после этого покинули Армению.

И что интересно, Генеральная прокуратура СССР была в курсе этих зверств. На вопрос бывшего жителя учителя Ноемберянского района Шарифа Мансурова о 30 замурованных детях заместитель генерального прокурора СССР В.И.Андреев уточнил: «Не 30, замурованных азербайджанских детей было 23». Как будто цифра меняет суть нечеловеческой жестокости армянского вандализма», — говорит Сараллы.

В период 1987-1989 года из Армении силой, под дулом автоматов, были изгнаны около 200 тысяч азербайджанцев, 18 тысяч курдов мусульман, тысячи русских. 255 азербайджанцев было убито: двоим отрезали головы; 11 человек сожгли живьем, 3-их разрезали на части; 23 задавили машинами; 41 избили до смерти; 19 замерзли в горах; 8 пропали без вести и т.д. Также жестоким образом было убито 57 женщин, 23 ребёнка тела, которые были найдены заживо замурованными в печных трубах.

Десятки тысяч жителей азербайджанских сел Армении, в частности Араратского района, не выдержав погромов, убийств и насилия со стороны армянских националистов, бежали летом 1988 года к советско-турецкой границе и в течение четырех месяцев жили под открытым небомна берегу приграничной реки Араз. Мало того, что руководство Армении и пальцем не шевельнуло, чтоб помочь этим людям, но как стало ясно позже, нападения на азербайджанские села возглавляли не только руководители района, но и некоторые ответственные работники республики, в частности бывший заместитель председателя Совмина Арутюнян, председатель Масисского райисполкома Геворкян и начальник РОВД Искандарян.

В ноябре-декабре 1989 года в Армянской ССР под лозунгом «Армения без турков» широко отмечалось изгнание последних азербайджанцев, организованное и осуществленное при непосредственном участии партийного руководства республики. Организатором массового изгнания азербайджанцев был первый секретарь Центрального Комитета Компартии Армении Сергей Арутюнян. Тот самый рядящийся в коммунистическую тогу дашнак, который еще в 1965 году, в связи с 50-летием «геноцида армян» организовывал студенческие манифестации в Ереване.

4 ноября 1988 года на митинге в Ереване один из активистов комитета «Карабах» Рафаэль Казарян (ныне — академик АН Армении) открыто призвал: «с помощью отрядов, которые были созданы заранее, всячески обеспечить эмиграцию. «Впервые за эти десятилетия нам предоставлена уникальная возможность очистить Армению от этих турок. Я считаю это самым большим достижением нашей борьбы за эти десять месяцев», — отметил Казарян на митинге с участием представителей партийного руководства и правоохранительных органов Армении. («Армения: двадцать месяцев борьбы». Сборник документов. Самиздат АОД. Ереван, 1989, с.15).

В этом связи было даже постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 6 декабря 1988 года, согласно которому поручалось наказать за прямое участие в погромах и депортации «отдельных должностных лиц местных партийных, советских и хозяйственных органов». Однако в Армении это постановление было полностью проигнорировано и никто не был наказан, тем более, что Союзный центр не стал контролировать ситуацию. То есть руководство Армении именно при попустительстве и молчании союзного руководства безнаказанно изгнало к концу 1989 года 200-тысячное азербайджанское население.

Как минимум армянский агитпроп и его «солдаты» вроде Ивана Гарибяна должны признать вышеуказанные факты насильственной депортации азербайджанцев из Армении, а затем и НКАО, и что в них принимало лично руководство Армянской ССР. Только после того как армянская сторона признает все это, она может иметь право рассуждать о причинах и последствиях январских событий в Баку. Однако у Гарибяна и ему подобных есть заказ «сверху» продолжать «вешать лапшу» об «армянских погромах», забывая о том, что до этого по всей Армении было зверски убито около 255 азербайджанцев — от младенческого и до преклонного возраста.

Но если армянский агитпроп желает оставаться «слепым» по этому поводу, то это совсем не значит, что мировое сообщество не знает об истинных причинах армяно-азербайджанского противостояния и январских событий 1990 года в Баку. Во всяком случае, азербайджанская сторона прилагает и далее будет прилагать все усилия, чтобы примитивная агитационная «лапша» оставалась висеть на ушах ее создателей из армянских СМИ.

Ризван Гусейнов
http://www.1news.az/analytics/20110113034628435.html

Иран активизируется на Кавказе

Сергей Маркедонов

«Иранская проблема» по-прежнему остается одним из главных вопросов мировой политики. Реализация ядерной программы, публичная фронда Тегерана в отношении Вашингтона, претендующего на глобальную гегемонию, а также заявки Ирана на роль лидера всего мусульманского мира – вот далеко не полный перечень проблем, интенсивно обсуждаемых сегодня. Между тем, «иранский вопрос» намного более широк и разнообразен, нежели стремление Тегерана обзавестись «исламской ядерной бомбой».

И хотя сегодняшний Иран демонстрирует стремление играть в глобальные геополитические игры, он остается, в первую очередь, региональной державой, имеющей серьезные позиции на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и на Южном Кавказе. Исторически амбиции Ирана обращены, прежде всего, в сторону Персидского залива. Однако значение кавказского региона традиционно было и остается для Ирана высоким. Иран имеет 660 километров границы с Арменией и Азербайджаном. За годы президентства Ахмадинежада кавказское направление иранской политики было весьма активным. В канун нового 2011 года Тегеран серьезно дал о себе знать именно в плане безопасности Южного Кавказа.

23 декабря на своей пресс-конференции иранский президент заявил, что его страна готова содействовать урегулированию нагорно-карабахского конфликта на основе закона и справедливости. По словам Ахмадинежада, отношения Ирана с Арменией и Азербайджаном «создают для этого удобный повод». Время для данного заявления было выбрано удачно, учитывая тот факт, что в нынешнем году существенных подвижек в процессе карабахского урегулирования не было. Маленьким проблеском стала достигнутая при участии президента России договоренность по гуманитарным аспектам во время встречи в Астрахани 27 октября этого года. Однако вскоре это соглашение было сильно девальвировано жесткой воинственной риторикой двух сторон.

Практически параллельно с заявлениями Махмуда Ахмадинежада в рамках саммита ОЭСР в Стамбуле главы иранского, турецкого и азербайджанского МИД провели трехстороннюю встречу. Заметим, что в таком формате дипломаты трех стран ранее не встречались. По итогам же декабрьской встречи было подписано совместное заявление. В этом документе подчеркивается общность истории и культурного наследия трех стран, а также их воля и готовность к региональной кооперации, разрешению неурегулированных конфликтов. Главы МИД Ирана, Турции и Азербайджана договорились о продолжении консультаций на постоянной основе для обсуждения проблем терроризма, трансграничной преступности, борьбы с наркоторговлей. Следующая встреча намечена в Тегеране.

Трехстороннее соглашение в Стамбуле, естественно, не могло не вызвать откликов в Ереване. Означает ли подпись иранского представителя под документом, в котором содержится призыв к разрешению неурегулированных конфликтов «на основе территориальной целостности» поворотом Тегерана в сторону Азербайджана? И не будет ли дальнейшее развитие трехстороннего формата Тегеран-Баку-Анкара новой формой региональной изоляции Армении?

Ответы на эти вопросы отчасти попытался найти президент Ирана на уже упомянутой пресс-конференции. Так, говоря о тесных ирано-азербайджанских связях, он заявил: «У нас с Арменией также имеются хорошие отношения. Мы не отрицаем этого». Впрочем, и после таких комментариев определенная настороженность поведением Тегерана в Ереване сохранилась.

Впрочем, Армения и Азербайджан – далеко не единственные партнеры Ирана на Кавказе. К Грузии эта страна, несмотря на радикальные проамериканские настроения ее лидера, также испытывает интерес. Свидетельством тому стали ноябрьские договоренности между Тбилиси и Тегераном об открытии иранского консульства в Батуми, возобновлении прямого авиасообщения и о либерализации визового режима.

Каковы же основные иранские внешнеполитические приоритеты на Большом Кавказе?

Во-первых, Тегеран крайне болезненно относится к появлению по соседству тех или иных внешних игроков. Наиболее ревностно и остро он реагирует на присутствие американцев в Каспийском регионе, который непосредственно примыкает к Кавказу. Отсюда и те колебания, которые возникают в иранской внешней политике. Вспомним хотя бы жесткую реакцию Тегерана по поводу совместных американо-азербайджанских военных учений. Иранские власти абсолютно убеждены в том, что проблемы Кавказа могут быть решены только самими странами региона, а присутствие нерегиональных игроков, таких, как Великобритания, Китай, США или Израиль только ухудшает ситуацию. При этом многие иранские эксперты полагают, что Москва, занятая сегодня внутриполитической проблематикой, недостаточно сильна для того, чтобы отстоять Каспий и Кавказ от внешних посягательств. В итоге Тегеран пытается найти некое подобие регионального содружества, которое, с его точки зрения, могло бы обезопасить интересы всех стран кавказского региона. В понятие «региональных стран» иранские стратеги включают тру государства Южного Кавказа, а также Турцию, Россию и сам Иран.

Во-вторых, Тегеран рассматривает многие проблемы Кавказа, как продолжение ближневосточной игры. Отсюда и трения между Ираном и кавказскими странами по вопросу о развитии отношений с еврейским государством. Как только в мае 2009 года весть о визите президента Израиля Шимона Переса в Баку достигла иранской столицы, начальник иранского генштаба Хасан Фирузабади заявил о том, что этот визит создаст проблемы во взаимоотношениях Ирана и Азербайджана, и о необходимости закрыть посольство Израиля в Баку. В начале апреля этого года в парламенте Ирана был представлен специальный доклад о проникновении Израиля в страны Южного Кавказа. Кстати говоря, подобные подходы характеры и для главного оппонента Тегерана – Израиля. Заметим, что в 2008 году МИД этой страны создало в своей системе профильные подразделения, которые должны целенаправленно работать со странами Южного Кавказа и Центральной Азии. Несколько лет назад известный израильский востоковед Узи Рабин заявил, что еврейское государство должно проявлять большую активность в странах, окружающих Иран.

В-третьих, на Южном Кавказе Тегеран выступает сторонником сохранения статус-кво. Резкие движения, такие, как поддержка этнополитического самоопределения, изменение межгосударственных границ, иранские власти не приветствуют. В частности, Исламская Республика публично выразила свою неготовность к признанию независимости Абхазии и Южной Осетии.

В-четвертых, в двусторонних отношениях с кавказскими государствами Иран предпочитает опираться скорее на национальный эгоизм, нежели на религиозную догматику. Азербайджан – государство, где, как и в Иране, доминирует шиитское исламское вероучение. Тем не менее, партнерство Баку с США и Израилем в прошлые годы нередко заставляло Тегеран отложить в сторону идеи «религиозного братства». И, напротив, отношения с христианской Арменией, Грузией (которой в 2006 году Иран даже оказал серьезную помощь во время топливного кризиса) и суннитской Турцией говорят в пользу преобладания национального эгоизма над вопросами «чистоты веры».

Российско-иранские отношения, конечно же, не ограничиваются одним лишь кавказским контекстом. У Тегерана и Москвы непростая история двустороннего взаимодействия. Очень часто за фасадом регулярных встреч и заверений в поддержке скрываются противоречия. Иногда они, впрочем, вырываются наружу. В этом плане мы можем вспомнить о прошлогодней инициативе Ахмадинежада (напоминающей, скорее балтийские или польские идеи) по поводу выплаты Россией (правда, вместе с Великобританией) компенсации за оккупацию Ирана в августе 1941 – мае 1946 годов.

Что касается северокавказского исламизма, то политики и эксперты в Тегеране любят подчеркивать, что идеологически это течение связано не с шиизмом, а с салафией (тем течением, которое поддерживает другой исторический оппонент Ирана – Саудовская Аравия). Но, с другой стороны, нельзя сбрасывать со счетов поддержку Ираном различных исламистских организаций («Хизбалла», «Монафегин»), которые готовы рассматривать кавказских исламистов как союзников.

Кавказским контекстом не ограничиваются и сложные двусторонние отношения Ирана и Турции. В последние годы Анкара пытается принципиально изменить свое геополитическое позиционирование, как в регионе Большого Кавказа, так и во всей мировой политике. В частности, сегодня Анкара уже не собирается ограничивать себя лишь «родственными обязательствами» в отношении Азербайджана, ей интересна игра на нескольких «кавказских досках».

В то же время становится все более очевидно, что турецкие внешнеполитические усилия выходят за пределы кавказского региона. За несколько лет Анкара сделала серьезнейший прорыв в отношениях с Сирией. И немало продвинулась в развитии конструктивных отношений с Ираном. Все это меняет отношение Тегерана к турецкой политике, как внутри Большого Кавказа, так и в рамах Большого Ближнего Востока, в лучшую сторону. Соглашение от 23 декабря недвусмысленно свидетельствует об этом.
Источник: http://www.novopol.ru

Европейский союз начинает газовую игру на Каспии

Официальный представитель Еврокомиссии Марлен Хольцнер выступила с заявлением. Она сообщила, что Европейский союз «в ближайшее время не рассматривает идею объединения газопроводов NABUCCO и «Южный поток»…» «Мы открыты для любых возможностей диверсифицировать пути снабжения газом, в частности, через «Южный поток», — говорила она. — Но мы выступаем в поддержку «седьмого транспортного коридора», и NABUCCO — это одно из наших главных орудий на этом направлении. В настоящий момент мы не предусматриваем никакого проекта подобного рода». Это заявление сделано не случайно.

В середине апреля нынешнего года «Газпром» планирует принять инвестиционное решение по «Южному потоку», после чего начнется строительство сухопутной части газопровода на территории Европы. Пока предполагается, что основная трасса европейского сухопутного участка проекта пройдет по Болгарии, Сербии, Венгрии, Словении до Австрии и Северной Италии. От нее будут сделаны отводы в Хорватию, Македонию, Грецию и Турцию. С другой стороны, появились сообщения, что в середине нынешнего года планируется подписание первых контрактов по NABUCCO. Одновременно в недрах самого «Газпрома» развернулась нешуточная борьба различных лоббирующих группировок. Свидетельство тому появляющиеся публикации относительно того, что России следует отказаться от «Южного потока» «из-за дороговизны трубы», пойти на создание совместного с Украиной газотранспортного предприятия, провести модернизацию украинской системы передачи газа. При этом называются следующие цифры: стоимость «Южного потока» определена в 23 млрд. долларов, в то время как модернизация газовой сети Украины оценивается в 4,5 млрд. долларов. Напоминают и о том, что для обеспечения подачи газа в газопровод «Южный поток» в необходимом объеме России придется заняться расширением газотранспортной системы на территории страны: построить дополнительных 2300 км линейной части и 10 компрессорных станций общей мощностью 1473 МВт. То есть в Киеве понимают, что после введения в эксплуатацию «Северного потока» и «Южного потока» украинский транзит вместо прогнозируемых к 2020 году 60 млрд. куб. м газа не превысит 5 млрд куб. м в год. Это — утрата не только транзитного значения Украины, но и смещение акцентов в геополитике на постсоветском пространстве. Но интрига этим не исчерпывается.

По некоторым сообщениям, недавно Италия выступила с идеей включить Туркмению в так называемый проект «Южный коридор», что фактически подразумевает объединение двух газопроводов-конкурентов — «Южного потока» с NABUCCO. Ранее итальянцы предложили Азербайджану принять участие в транспортировке до 8 млрд. куб. м газа из Туркменистана в Европу. При этом близкие к Киеву источники утверждали, что Москву якобы не устраивает идея включить Туркменистан в проект «Южный коридор».

Теперь после заявления представителя Еврокомиссии Марлен Хольцнер все становится на свои места. Неслучайно чуть ранее иранская газета Tehran Times опубликовала заявление премьер-министра России Владимира Путина: «Основная проблема NABUCCO — отсутствие гарантированных объемов поставляемого сырья и источников заполнения этой системы. Россия ничего не будет поставлять по этому газопроводу, иранские месторождения еще не исследованы, а азербайджанские объемы сырья малы. Более того, Азербайджан подписал контракт о поставках с Россией». К тому же, как заявил вице-президент ГНКАР Эльшад Насиров, еще два конкурента NABUCCO — проект Интерконнектор Турция-Греция-Италия (ITGI) и Транс-Адриатический трубопровод (TAP). могут «оказаться более привлекательными для Азербайджана». Баку дал понять Брюсселю, что имеет и свои собственные — альтернативные NABUCCO — варианты транспортировки газа на европейский рынок.

Тем не менее, появились сообщения о том, что в ближайшее время в Баку и Ашхабад нанесут визиты председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу и еврокомиссар по энергетике Гюнтер Эттингер. Первый уже выразил уверенность в том, что представители ЕС смогут обеспечить поставки энергоресурсов в Европу из региона Каспия: «Я ожидаю некоторого прогресса в вопросе реализации NABUCCO и думаю, что определенный прогресс уже достигнут. Существуют лучшие перспективы для NABUCCO. Я верю, что этот проект будет успешным. Наша цель — определить четкие обязательства с этими странами в отношении Южного газового коридора и, конечно, NABUCCO». Говоря иначе, главная задача предстоящего визита высокопоставленных европейских чиновников в регион Каспия заключается в выявлении четкого отношения Баку и Ашхабада к двум конкурирующим проектам. Но и тут существует одна загвоздка: в изображении западных СМИ и многих европейских политиков проект NABUCCO приобретает какие-то не совсем ясные очертания. То утверждается, что он ориентируется на использование газовых запасов Азербайджана, Туркмении и Ирана. То называется только Ирак. А то вообще все сводится к трубопроводу между Ираном и Турцией, или Ираком и Турцией. Но Запад отказывается от сотрудничества с Ираном во всех областях, включая энергетику, а в Ираке налицо политическая дестабилизация. К тому же в ближайшие два года Европа не будет нуждаться в дополнительных поставках газа с учетом запасов сжиженного газа и возможностей разработки месторождений сланцевого сырья. Тем не менее, «игра» Брюсселя на этом направлении не только продолжается, но и по многим признакам, может эволюционировать в сторону конфронтации. В то время как в регионе Черное море-Каспий уже сложилась относительно сбалансированная система экспортных маршрутов. Азербайджан для выхода на мировые рынки использует нефтепроводы Баку-Тбилиси- Джейхан, Баку-Супса, Баку-Новороссийск, газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум, Казахстан экспортирует свое сырье через российские маршруты Тенгиз-Новороссийск и Атырау-Самара, а также в восточном направлении по нефтепроводу Атасу-Алашанькоу, в западном — через азербайджанские проекты, а также посредством своповых операций через Иран. Туркменистан получил полноценное восточное направление для экспорта газа в Китай и Иран, развивает сотрудничество с Россией. Какой смысл Ашхабаду лезть в «кавказский котел» при условии неопределенного правового статуса Каспия. Напомним, что по итогам октябрьского (2010 года) визита президента РФ Дмитрия Медведева в Ашхабад было принято решение отложить строительство газопровода вдоль побережья Каспийского «из-за низкого спроса на газ в Евросоюзе». Тогда вице-премьер Игорь Сечин заявил, что «с учетом оценок туркменской стороны, европейских экспертов и мировых экспертов, текущая рыночная ситуация на газовом рынке позволяет сказать, что перспектив у NABUCCO нет».

В этой связи реалистично выглядят прогнозы руководителя Центра Нефтяных Исследований Азербайджана (ЦНИА) Ильхама Шабана. По его словам, NABUCCO имеет много проблем, связанных с финансированием, а также отсутствием покупательского спроса. Излишки газа на региональном уровне желают реализовать Россия, Иран, растет удельный вес азербайджанского газа на грузинском рынке. Возможно, чуть больше — вместо 6 до 7 миллиардов кубометров газ.

Тогда зачем же едут в Баку и Ашхабад председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу и еврокомиссар по энергетике Гюнтер Эттингер? Изменить сырьевую конъюнктуру в Европе они не в состоянии. Другое дело, если у них в портфеле заготовлен проект пакта Баку-Ашхабад с поддержкой со стороны Евросоюза и Соединенных Штатов, чтобы ослабить российский контроль над экспортом энергоносителей в регионе Каспия, попытаться изменить геополитические реалии в Евразии. Примечательно, что первого визита Баррозу в Туркмению ожидали еще весной 2009 года — планировалось его участие в международной конференции ООН по обеспечению безопасности транзита энергоносителей. Однако Баррозу тогда не приехал. Но туркменским топ-менеджерам ТЭК удалось прослушать его специальное видеопослание со словами о том, что «следует связать Туркменистан с европейским рынком через Южный Кавказ», и «важности долгосрочного партнерства». Раньше Брюссель акцентировал внимание на несогласованности в вопросах транзита между Москвой и Киевом. Теперь, видимо, он готовит новый политический проект, о котором скоро станет известно во всех подробностях и деталях.

Источник: http://www.regnum.ru/news/polit/1363381.html