Как получилось, что Центральная Азия увязла в китайских кредитах

http://www.ca-portal.ru

Растущая зависимость от китайских кредитов — тема, которая волнует страны Центральной Азии и зачастую описывается термином «неоколониализм». Китай дает правительствам долгосрочные (от 20 лет) кредиты с низкими процентными ставками — около 2% годовых. Обычным условием выдачи кредита на зарубежные проекты становится привлечение китайских подрядчиков — рабочей силы, технологий и бизнеса. Кредиты выдаются по преимуществу на реализацию инфраструктурных проектов: строительство и реконструкция автомобильных и железных дорог, энергетических объектов. Центральная Азия для Китая — прежде всего, ресурсы и транзитные территории.

В марте американский аналитический центр Center for Global Development опубликовал доклад о должниках Китая, в котором определил восемь наиболее финансово уязвимых стран. Из стран Центральной Азии «высокий риск» долговых затруднений выявлен у Кыргызстана и Таджикистана, задолженность которых перед китайским банком близка к 50% от всего внешнего долга. Они оказались в одном ряду с такими странами, как Лаос, Джибути, Мальдивы, Черногория, Монголия и Пакистан. «Фергана» попыталась разобраться, насколько страны центральноазиатского региона увязли в китайских кредитах, кто должен Поднебесной больше всех, а кто меньше, и чем это грозит для чрезмерно закредитованных республик.

Казахстан

Это несомненный лидер по объему китайских кредитов и прямых инвестиций среди стран Центральной Азии. Долг Астаны Китаю по данным Нацбанка на 1 января 2018 года — $12,6 млрд. Внешний долг Казахстана составляет $167,5 млрд. При этом крупнейшими кредиторами Астаны являются Нидерланды (почти $50 млрд), затем Великобритания ($27,7 млрд) и США ($13,2 млрд), а Китай лишь на четвертом месте.

Китайские кредиты используются в строительстве автодорог, заводов, энергетических объектов. Так, в Казахстане существует проект «51 новый завод», который должен быть осуществлен на деньги китайских инвесторов. Среди проектов: костанайский автозавод «СарыаркаАвтоПром», на котором запущена линия по производству автомобилей JAC (китайская компания China National Vehicles Import And Export Corporation приобрела 51% акций АО «Группа компаний «Аллюр» — собственника костанайского автомобильного завода), маслоперерабатывающее предприятие «Тайынша Май» в Кокшетау, Атырауский нефтеперерабатывающий завод (АНПЗ), актауский завод «Каспий Битум», Шымкентский нефтеперерабатывающий завод.

Китай никогда не требует быстрой отдачи долга — наоборот, Пекин обычно заинтересован в углублении финансовой зависимости другой страны. Выросший со временем долг может быть реструктурирован и отдан в виде предоставления доступа к сырьевым ресурсам страны, передачи контрольных пакетов акций различных предприятий — и землей.

В случае с Казахстаном эта тема очень болезненна. Напомним, что в 2016 году стало известно, что Казахстан планирует выставить на торги 1,7 млн га земли. В стране начались стихийные массовые выступления, никто не верил, что земля не будет продана иностранцам, и формулировка в законе, что иностранцы смогут только взять землю в аренду, никого из протестующих не устраивала: люди считали, что «китайцам только дай возможность — потом они уже никогда с нашей земли не уйдут». Эта уверенность базировалась на памяти об унизительной для Казахстана ситуации середины девяностых, когда между Китаем, Россией, Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном было подписано соглашение по отводу военных сил от бывшей китайско-советской границы. «Соглашение 1996 года, по сути, стерло линию, служившую китайско-советской границей, и потребовало новой демаркации, — написал Брюс Панниер. — К началу 1999 года Казахстан был готов уступить почти половину из 34 тысяч квадратных километров территории, оспариваемой Китаем. В Казахстане это было весьма непопулярным решением. В то время в парламенте были легитимные оппозиционные депутаты, общественные движения и независимая пресса, у которой по сравнению с настоящим временем было гораздо больше места для маневров. Эти группы выступили с критикой этого шага. Как сообщалось, государственная пресса подчеркивала тот факт, что Казахстан получил «56,9 процента» оспариваемой территории, однако критики указывали на то, что оставшиеся 43,1 процента были землей Казахстана до нового соглашения с Китаем. Соглашение о границе с Китаем было одобрено мажилисом парламента 3 февраля 1999 года, 10 марта оно было одобрено в сенате, и 24 марта его подписал президент Казахстана Нурсултан Назарбаев».

Земельные протесты 2016 года привели к тому, что на внесение поправок в земельный кодекс был наложен мораторий до 31 декабря 2021 года. Но вопрос возможности продажи земли иностранцам остается открытым.

Кыргызстан

Из центральноазиатских республик Киргизия занимает второе место по величине долга Китаю. По данным Министерства финансов, на 28 февраля 2018 года общий объем госдолга Кыргызстана $4402,67 млн (почти 300 млрд сомов), из них Китаю — $1711 млн. Крупнейший внешний кредитор — китайский государственный Экспортно-импортный банк (Эксимбанк), долг перед которым ежедневно растет на $470 тыс.

В Кыргызстане Китай финансирует развитие автомобильных дорог, энергетику (ЛЭП «Датка-Кемин»), промышленность (нефтеперерабатывающий завод в Кара-Балте, золоторудное месторождение Талды Булак Левобережный и т.д.)

Участок ЛЭП «Датка-Кемин». Фото с сайта Gov.kg

По сравнению с январем 2018 года сейчас госдолг немного уменьшился — на $222,14 млн. впервые с октября 2017 года. По подсчетам ИА «24.kg», чтобы его погасить, каждый кыргызстанец должен отдать по 703 доллара (это более трех средних по республике зарплат, если средняя зарплата по республике составляет 14.629 сомов). В марте 2018 года киргизское правительство установило ограничение: долг перед одним кредитором не должен быть больше половины общей суммы внешнего государственного долга. Такой порог прописан в Стратегии управления государственным долгом Кыргызской Республики на 2018-2020 годы.

Если у Бишкека не будет возможности рассчитаться с китайскими долгами, у него есть активы в виде месторождений золота, железа, редкоземельных металлов. Вопрос расплаты за долги землей в Киргизии не поднимают: это та проблема, которая может вывести людей на улицы. В 1996 и 1999 годах по итогам двух соглашений с Китаем о делимитации границы Киргизия потеряла около 125 тысяч спорных гектаров земли (1250 кв.км), и еще 161 кв.км потом перешел Китаю по дополнительному соглашению.

Таджикистан

Таджикистан называют абсолютным заложником, китайской колонией, экономическим придатком Пекина и другими унизительными словами. На Китай приходится почти половина от общего объема внешнего долга Таджикистана — на начало 2018 года это $1209,6 млн. (при $2879 млн. внешнего долга). Кредит «Эксимбанка» Китая составляет $1201,6 млн, долг Национального банка Таджикистана перед Китаем составляет $8 млн (основной долг у Нацбанка — перед Международным валютным фондом, это $87,3 млн. из $99,5 млн общей суммы задолженности). Здесь Китай вкладывается в таджикские энергетические проекты и строительство автодорог, как и в других центральноазиатских странах, и проникает в самые разные сферы экономики — производство алюминия, сотовая связь, добыча золота.

Китайские грузовики в горах Таджикистана. Фото с сайта Umma-42.ru

Первые китайские кредиты — около $216 млн. были предоставлены Таджикистану сравнительно недавно в 2007 году, но зависимость страны от китайцев стала критической. Сейчас Китай находится на первом месте по объему вложенных в таджикскую экономику прямых инвестиций и ежегодно выделяет средства на различные нужды, так что расплата неминуема.

В начале апреля китайская компания TBEA получила от правительства Таджикистана лицензию на разработку золотого рудника «Верхний Кумарг» в Согдийской области. Сообщается, что месторождение передано в счет погашения долга, который понадобился для модернизации ТЭЦ «Душанбе-2». Ранее эта же компания получила доступ к месторождению «Восточный Дуоба». ТВЕА будет добывать золото на месторождениях до тех пор, пока не вернет средства, вложенные в строительство ТЭЦ, а потом власти Таджикистана обещают подписание нового договора на новых условиях.

Как полагает заведующий отделом Института экономики и демографии Академии наук Таджикистана Ходжамахмад Умаров, помимо ресурсов и контрольных пакетов акций стратегических предприятий, республика может отдать под контроль Китая отдельные транспортные маршруты и земли. Как известно, в 2011 году Таджикистан уже отдал китайцам, которым он столь многим обязан, 1% своей территории — более 1 тыс. кв. км спорных земель на Восточном Памире. Китай претендует на участки Памира, богатые полезными ископаемыми (уран, золото, бокситы, асбест, горный хрусталь и многое другое), не исключено, что расплата землей продолжится. Для этого территории можно сдать в бессрочную аренду, даже не меняя границы.

Туркменистан

Туркмения взяла у Китая значительные льготные кредиты (объем их не разглашался) на разведку и разработку газового месторождения Галкыныш, которые рассчитывала погасить поставками газа. Китайская государственная нефтегазовая корпорация CNPC согласилась довести добычу до 30 млрд кубометров в год, из которых 25 млрд кубометров в год должны были поставляться в Китай. Когда Россия и Иран отказались от туркменского газа, Китай остался фактически единственным его покупателем. За 2017 год Туркмения поставила Китаю в общей сложности свыше 30 млрд. кубометров газа. Сколько еще лет Туркмении предстоит отдавать Китаю весь добываемый газ в счет взятых кредитов — неизвестно.

Офис CNPC в Туркмении. Фото с сайта Dogrulyk.com

Заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин причисляет Туркменистан к одной из трех центральноазиатских республик, где «китайцы заняли доминирующие позиции по ряду экономических и финансовых параметров», наряду с Таджикистаном и Кыргызстаном. Кроме экспорта природного газа в КНР и предоставленных ссуд, других доходов у Туркмении нет. Однако закрытость экономики Туркмении затрудняет оценку долговых рисков.

Узбекистан

У Узбекистана, не имеющего с Китаем общей границы и долгое время закрытого от любых влияний, самый маленький долг перед китайским банком по сравнению с другими странами центральноазиатского региона, однако после смерти президента Ислама Каримова Китай пытается исправлять это упущение, ссылаясь на принятую в начале 2017 года узбекскую Стратегию действий по пяти приоритетным направлениям развития в 2017-2021 годах. В свете реформ Шавката Мирзиеева Узбекистан кажется КНР более привлекательным, чем Казахстан, например, по объему рынка. Низкие доходы населения не смущают, не случайно в списке зависимых от Китая стран находятся восточно-африканское государство Джибути и республика Лаос в Юго-Восточной Азии.

По наблюдениям казахстанского китаеведа Руслана Изимова, Китай стремится более тесно интегрировать Узбекистан в региональные транспортные проекты, в частности, продвигает проект строительства железной дороги Китай-Кыргызстан-Узбекистан. Отмечается рост инвестиционной активности Китая: к 2017 году его вливания в Узбекистан составили более $7,6 млрд, из них $130 млн вложено в проекты свободной экономической зоны (СЭЗ) Джизак, и Узбекистан планирует взять еще более $200 млн на новые проекты, связанные с производством телекоммуникационного оборудования, строительной, электротехнической и прочей промышленной продукции.

* * *

Согласно Стратегии управления государственным долгом, лимит внешнего долга не должен превышать 40% от ВВП. Если он достиг этого показателя, независимость страны под угрозой. Среди стран СНГ, по данным Международного экономического форума, первое место по соотношению внешнего долга к ВВП занимает Украина (80,2%), второе — Кыргызстан (68,8%). Таджикистан находится на шестом месте (35,9%), Казахстан на седьмом (23,3%). Информация по Туркменистану и Узбекистану отсутствует (по данным агентства Синьхуа, в 2016 году внешний долг Узбекистана достиг 16% от ВВП).

Кредиты – это инструмент давления, а Китай известен тем, что никогда не списывает долги, в отличие от России, постоянно прощающей миллиарды долларов то странам СНГ, то странам Африки, то Ближнего Востока и Центральной Азии. Ряд центральноазиатских государств, помимо ресурсов, облагает спорными территориями, от которых за долги можно отщипывать куски. Территориальных претензий у Китая с XVII века накопилось много, а возвращение «утраченных» территорий — часть внешнеполитической концепции Пекина. Земельные споры у Китая остаются с Казахстаном, Таджикистаном и Киргизией.

Китайским властям периодически приходится успокаивать мировую общественность. Последний раз это сделал председатель КНР Си Цзиньпин на открытии Азиатского экономического форума в Боао в провинции Хайнань. Он в очередной раз заверил, что китайской угрозы не существует, и снова никого в этом не убедил.
17.04.2018

Источник — fergananews.com

В обход доллара: почему российские и китайские компании готовы использовать в расчётах рубли и юани

Минэкономразвития ожидает, что в 2018 году объём российско-китайского товарооборота составит $100 млрд. Активизация взаимной торговли может привести к росту расчётов в национальных валютах. На сегодняшний день компании из России уже оплатили 15% импорта из Китая юанями. Почему бизнес заинтересован в переходе от традиционных платежей в долларах США на прямые расчёты в нацвалютах двух стран — в материале RT.

Китай уже не первый год является крупнейшим торговым партнёром России. В 2017 году на долю КНР пришлось 15,0% всей российской международной торговли, а в январе 2018-го — 17,2%. Для сравнения: Германия стабильно удерживает второе место с долей около 8,0%.

Как сообщили RT в Минэкономразвития, возобновление роста российско-китайской торговли началось в 2016 году. По итогам 2017 года двусторонний товарооборот увеличился на 31,5%, составив $87 млрд.

Начало 2018 года отмечено значительным оживлением торговли и усилением динамики её роста. В министерстве прогнозируют, что при сохранении текущих темпов в этом году двусторонний товарооборот может превысить отметку $100 млрд.

Активизация  взаимной  торговли  ведёт к росту расчётов в национальных валютах. Так, в прошлом году 9% платежей за поставки из России в Китай были проведены в рублях. При этом 15% китайского импорта российские компании оплатили юанями. В 2015 году эти показатели составляли 2% и 9% соответственно.

В Центробанке пояснили RT, что такая ситуация связана с готовностью российских и китайских компаний использовать в расчётах рубли и юани. Регулятор считает, что эта практика выгодна странам, поскольку позволяет снизить зависимость двусторонних расчётов от влияния третьих государств.

Кроме того, прямые платежи (рубль — юань) не предполагают участия банков США, Великобритании или стран ЕС. То есть это финансовое решение существенно снижает контроль со стороны Запада за проводимыми сделками и делает товарооборот между Россией и Китаем независимым.

Впрочем, в ЦБ подчёркивают, что выбор валюты для расчётов по контракту — это дело только продавца и покупателя. Платежи в национальных валютах — без посредников — осуществляются быстрее и обходятся дешевле: ведь участникам не надо тратиться на конвертацию и дополнительные транзакции.

  • globallookpress.com

Для проведения прямых расчётов в юанях или рублях не нужно получать никаких разрешений. Сегодня коммерческие банки двух стран используют прямые корреспондентские счета. Некоторые российские банки уже осваивают платежи в юанях через платёжную систему CIPS (China International Payments System) — китайский аналог SWIFT, которая работает с конца 2015 года.

Рост интереса к валютной паре рубль — юань отмечают и на Московской бирже.

«Мы наблюдаем восходящую тенденцию спроса на операции с юанем и рублём со стороны участников внешнеэкономической деятельности, что сказывается в увеличении расчётов в национальных валютах между Россией и Китаем. С момента запуска торговли валютной парой китайский юань — российский рубль (то есть с 2010 года. — RT)  общий объём операций с юанем превысил 2,7 трлн рублей. У компаний появилась реальная возможность снизить издержки по конвертации юаня», — сообщил RT член правления, управляющий директор по денежному и срочному рынкам Московской биржи Игорь Марич.

Марич добавил, что сейчас на Московской бирже сделки с юанем совершают более 170 российских банков и брокерских компаний из разных регионов страны. С китайской стороны в торгах на столичной площадке принимают участие финансовые гиганты — Bank of China и ICBC, China Construction Bank и Agricultural Bank of China, а также 150 компаний-нерезидентов из Китая.

Курс юаня побил двухлетние максимумы на фоне новостей о его включении в резервы сразу нескольких центральных банков Европы. Укреплению…

«Курс юаня к рублю (валютная пара CNY/RUB) устанавливается напрямую (без участия доллара США) на базе заявок на покупку и продажу юаня в зависимости от спроса и предложения. Биржевой фиксинг курса юань/рубль рассчитывается ежедневно», — отметил Игорь Марич.

Эксперты неоднократно подчёркивали, что для  Китая  переход на международные расчёты в юанях — это  национальная экономическая стратегия.

Как ранее напомнил в разговоре с RT руководитель Школы востоковедения НИУ ВШЭ Алексей Маслов, китайское правительство стремится постепенно повысить значимость национальной валюты. В частности, на последнем съезде Компартии Китая была поставлена задача «интернационализации юаня».

Одним из шагов по повышению значимости китайской валюты является проект «Один пояс, один путь», направленный на экономическую интеграцию Китая и стран Евразии. Важным пунктом его является запуск торговли фьючерсами на нефть в юанях на Шанхайской международной энергетической бирже (INE) 26 марта.

https://russian.rt.com/business/article/501618-rubl-yuan-raschet-biznes?utm_source=smi2

Пекин отказался вести с Трампом переговоры.

Тактика выкручивания рук и последующих переговоров оказалась бессмысленной в отношении Китая. Представители администрации Дональда Трампа накануне анонсировали переговоры с Пекином для обсуждения китайских торговых уступок. Но вчера Китай фактически захлопнул дверь перед носом Трампа. Никаких переговоров в рамках торговых споров со Штатами не было, и более того – в Поднебесной считают такие переговоры невозможными в нынешних обстоятельствах, заявил в понедельник МИД КНР.

Точно в соответствии со своими предвыборными обещаниями президент США Дональд Трамп продолжает охоту на дефицит в торговле с КНР, который ежегодно составляет около 0,5 трлн долл. Введение пошлин на сталь и алюминий, а затем и на 1,3 тыс. китайских товаров, что в сумме могло дать США 50 млрд долл., команда изучить возможность повышения пошлин на товары стоимостью еще на 100 млрд не остались незамеченными.

В ответ на это Госсовет Китая пообещал ввести повышенные пошлины (в 25%) на 106 американских товаров, и кроме прочего на такие чувствительные позиции, как соевые бобы, автомобили, самолеты, химическую продукцию. По данным торгового ведомства, в 2017 году импорт из США этой продукции составил 50 млрд долл.

Казалось бы, трудно отрицать очевидное – вот оно, преддверие торговой войны между двумя крупнейшими экономиками мира. Однако в своей необычной манере Трамп заявил, что, по его мнению, никакой войны нет, так как она «была проиграна много лет назад глупыми или некомпетентными представителями США».

Министр финансов США Стивен Мнучин в интервью телеканалу CBS, которое вышло в эфир в воскресенье, уверял, что торговая война с Китаем не является целью Вашингтона, а Соединенные Штаты продолжат вести переговоры с Китаем по торговле.

В тот же день глава Национального совета по торговле при Белом доме, помощник президента США Дональда Трампа Питер Наварро в интервью телеканалу NBC говорил, что заявления Вашингтона следует воспринимать серьезно, это, мол, не просто тактика ведения переговоров.

Однако в Пекине, похоже, решили не играть по правилам противника. И объявили переговоры невозможными. «В нынешних условиях обе стороны больше не могут вести переговоры по этим вопросам», – заявил на регулярном брифинге официальный представитель МИД КНР Гэн Шуан. «Соединенные Штаты, с одной стороны, угрожают новыми мерами и в то же время говорят, что готовы начать переговоры. Я не могу с уверенностью сказать, для чего Соединенные Штаты все это делают», – добавил он.

Власти КНР заявляют не только о намерении ввести пошлины на товары американского экспорта, но и о своей готовности «идти до конца и любой ценой» защищать свои торговые интересы.

Ответ КНР может оказаться весьма чувствительным. В 2016 году 62% экспортированных из США соевых бобов, 17% автомобилей и 25% самолетов Boeing были проданы Китаю. Кроме того, Китай является страной, с которой США имеет самое большое сальдо в торговле услугами. По данным Министерства коммерции КНР, за прошлые 10 лет объем американского экспорта в области услуг в Китай вырос в 6 раз. Американские предприятия получают в КНР высокую прибыль в таких сферах, как туризм, образование, кино и книжные изделия, сообщает «Жэньминь жибао».

Вчера же агентство Bloomberg сообщило, что Китай изучает возможность ослабления юаня в качестве инструмента в торговых переговорах с США. Искусственно заниженный курс юаня, который способствует увеличению экспорта из Поднебесной, также был одной из претензий Трампа, озвученной еще в предвыборной гонке. Однако, отмечает Bloomberg, с тех пор как Трамп вступил в должность, курс китайской валюты укрепился на 9%, а власти страны даже разрабатывали механизм более рыночного регулирования его курса. Впрочем, это тоже обоюдоострое оружие, опыт 2015 года, когда Китай неожиданно девальвировал юань примерно на 2%, показал, что в случае девальвации юаня Китай будет подвержен риску волатильности на местном финансовом рынке. Впрочем, президент Русско-азиатского союза промышленников и предпринимателей (РАСПП) Виталий Монкевич считает такой вариант давления на Штаты маловероятным. «Китай очень активно выводит юань в качестве резервной валюты на мировой рынок. Активное государственное регулирование курса юаня значительно ослабит статус китайской валюты в качестве резервного
аналога доллару или евро. Поэтому искусственного ослабления юаня скорее всего не будет», – сказал он «НГ».

«Непрерывное увеличение списка товаров, в отношении которых будут повышены пошлины, больше напоминает игру в «Чапаева» – кто больше фигур выбьет с поля соперника, – закончится оно практически мировым соглашением. Договорятся на взаимоприемлемых условиях, потрепав друг другу нервы, и пойдут на существенные уступки», – считает аналитик компании Финам Алексей Коренев.

По мнению эксперта, подобные протекционистские меры могут оказаться весьма болезненными для самих США. «Компания Global Trading сообщила в своем докладе, что политика пошлин Трампа позволит создать 26,3 тыс. рабочих мест в сталелитейной отрасли США, но одновременно сократит 495 тыс. мест в автомобильной, строительной, транспортной, обрабатывающей и других отраслях промышленности, где требуется сталь для производства», – сказал «НГ» Коренев.

Эксперт также обращает внимание, что возможные выгоды для России от схватки гигантов совершенно неочевидны. «Повышенные пошлины на сталь и алюминий распространяются и на нашу страну. К тому же мы сами находимся под прессом все расширяющихся санкций, так что непросто будет заместить нишу, которую в случае эскалации торговых войн потеряет Китай. КНР нам тут точно не помощник – страна является мировым лидером, например, по производству алюминия, так что рассматривать ее как потенциального покупателя продукции наших металлургов никак не приходится, – говорит Коренев. – Продавать китайцам самолеты в тех объемах, в каких это делал Boeing, мы не сможем».

10.04.2018

Анатолий Комраков

Источник — ng.ru

Си Цзиньпин может стать бессменным лидером Китая

Второй срок полномочий председателя КНР истекает в 2023 году

В случае внесения соответствующих изменений в Конституцию Китая нынешний председатель КНР Си Цзиньпин может стать бессменным лидером страны. Второй срок полномочий председателя КНР истекает в 2023 году.

Компартия Китая (КПК) предложила изъять из Конституции положение, ограничивающее полномочия председателя КНР двумя пятилетними сроками.

На прошедшем в октябре 2017 года XIX съезде КПК Си Цзиньпин был избран генеральным секретарем ЦК партии на второй срок.

В соответствии с Конституцией, каждый председатель КНР после Мао Цзэдуна мог занимать этот пост не более 10 лет, то есть не более двух сроков подряд.

Положение об ограничении срока полномочий председателя КНР было внесено в Конституцию по предложению архитектора китайских реформ Дэн Сяопина с целью предотвращения хаоса, который обозначился в обществе после Культурной революции конца 70-х годов.

С приходом к власти в 2013 году Си Цзиньпин начал проводить в Китае всевозможные реформы и выступил инициатором возрождения «Великого Шелкового пути». Кроме того, он начал крупную антикоррупционную кампанию против бюрократов, высокопоставленных политиков и менеджеров.

За время первого срока полномочий Си Цзиньпин укрепил свои позиции поддержкой военных, подчинив КПК Народно-освободительную армию Китая.

Лидер второй по величине экономики мира также начал проводить и экономические реформы, делая экономику Китая «глобальной и полностью открытой» для всего мира.

Но если в области экономики Китая проводится открытая политика, то внутри страны все более усиливается политический контроль. Так, в КНР усилился контроль над СМИ и интернетом.

После того, как официальное агентство «Синьхуа» сообщило о предложении по внесению поправок в Конституцию, критические замечания в социальных сетях были мгновенно идентифицированы и заблокированы.

Предложенная поправка в Конституцию о бессрочном сроке для председателя КНР будет рассмотрена на заседании Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП), запланированном на пятое марта.

Автор книги «Китай в период правления Си Цзиньпина», профессор Стив Цанг сообщил агентству «Анадолу», что внесение этой поправки в Конституцию ослабит роль китайского правительства в принятии решений.

«Уже на XIX съезде КПК стало ясно, что Си Цзиньпин не собирается передавать власть на предстоящем XX съезде партии, запланированном на 2022 год. Он вполне мог это сделать, являясь генеральным секретарем КПК, потому что реальная власть в стране сосредоточена в руках генсека», — сказал Цанг.

По его словам, последний съезд КПК показал, что высшее руководство Китая не рискует противоречить Си Цзиньпину.

«Осмелится ли после всего этого окружение Си Цзиньпина противоречить ему? Таким образом будут ограничены рамки внутриполитических дискуссий, и китайское правительство утратит способность принимать правильные решения», — добавил Цанг.

Китай уже почти захватил Южно-Китайское море

Неустановленные источники, скорее всего, из филиппинского оборонного ведомства, предоставили газете Philippine Daily Inquirer новые спутниковые снимки, на которых видно, что Китай практически завершил процесс милитаризации искусственно созданных островов

Усилия президента Филиппин Родриго Дутерте, направленные на сближение с Китаем, были подорваны деятельностью Пекина в Южно-Китайском море, пишет Ричард Джавад Хейдариан в статье для Asia Times.

Неустановленные источники, скорее всего, из филиппинского оборонного ведомства, предоставили газете Philippine Daily Inquirer новые спутниковые снимки, на которых видно, что Китай практически завершил процесс милитаризации искусственно созданных островов, которые он контролирует в оспариваемой морской зоне. Фотографии с высоким разрешением были опубликованы на веб-сайте либеральной газеты в понедельник, 5 февраля.

В 2017 году были опубликованы аналогичные спутниковые снимки, на которых была показана подозрительная китайская активность недалеко от контролируемого Филиппинами острова Титу, также расположенного в Южно-Китайском море. Данные снимки поставили под сомнение заявленное перемирие между Манилой и Пекином.

На новых снимках видна протяженная сеть взлетно-посадочных полос, передовых систем вооружения и ангаров на рифах Огненный Крест, Квартерон, Гавен, Южный Джонсон, Мисчиф, Суби и Маккеннан.

Ранее в этом году Пекин открыто отметил расширение своего военного пространства в спорных районах Южно-Китайского моря. Китай признал, что он развернул передовые радиолокационные системы, предположительно в оборонительных целях.

Известие о финальной стадии милитаризации спорных островов породило настоящую бурю негодования на Филиппинах. Видные государственные деятели потребовали от правительства Филиппин занять более жесткую позицию.

Член Верховного суда Филиппин Антонио Карпио раскритиковал «политику умиротворения» администрации Дутерете, которая лишь «подтолкнула Китай к дальнейшей милитаризации искусственных островов в архипелаге Спратли».

«Филиппины были проданы? Тот факт, что Китай почти достроил свои военные базы (в Южно-Китайском море), вызывает беспокойство», — заявил сенатор Бениньо Акино IV.

«В то время как их военные корабли находятся в наших водах, мы продолжаем потакать их капризам, и все это время мы продолжаем находиться в неведении относительно отношений между нашим правительством и Китаем», — добавил сенатор.

Даже сторонники президента Филиппин и независимые законодатели выразили обеспокоенность по поводу спутниковых снимков, опубликованных в Philippine Daily Inquirer.

Председатель комитета по экономическим вопросам сената Филиппин Шервин Гатчалян инициировал слушания, которые косвенным образом поставили под сомнение мудрость решения о сближении с Китаем.

Гатчалян заявил, что администрация Дутерте заняла более мягкую позицию по Южно-Китайскому морю в обмен на экономические выгоды, однако до сих пор «ни один из китайских займов не был переведен полностью».

«Были намерения предоставить Филиппинам кредиты, но до сих пор это не было осуществлено», — подчеркнул Гатчалян.

Последние данные показывают, что инвестиции Китая в экономику Филиппин в 2017 году увеличились на 15% в сравнении с $27 млн в 2017 году. Напротив, японские инвестиции в экономику Филиппин выросли за аналогичный период на 23,79%: с $474 млн в 2016 году до $620 млн в 2017 году.

Во время пресс-конференции представитель президента Филиппин Гарри Роке попытался преуменьшить вопрос о территориальном споре с Китаем. Роке заявил, что «независимо от того, нравится нам это или нет, они намеревались использовать их (искусственные острова) в качестве военных баз».

Представитель президента Филиппин настоял на том, что у Филиппин практически не осталось никаких вариантов, поскольку страна «не может объявить войну. Это не только незаконно, но и… невозможно на данном этапе».

На фоне массовой публичной реакции Дутерте обнародовал 6 февраля неожиданное заявление о том, что он остановит все совместные морские научные исследования с зарубежными странами в районе Benham Rise, расположенном примерно в 250 километрах от северо-восточного побережья провинции Исабела. Недавно правительство Дутерте предоставило доступ к данному району для китайских исследователей. Видимо, желая укрепить свои позиции, Дутерте объявил район Benham Rise закрытым для иностранцев, включая граждан КНР.

Министр обороны Филиппин Дельфин Лорензана заявил, что теперь Филиппины приступят к ремонту своих объектов, особенно взлетно-посадочной полосы, на острове Титу в Южно-Китайском море. Этот шаг, скорее всего, столкнется с серьезным противодействием со стороны КНР, однако филиппинское оборонное ведомство, похоже, намерено продемонстрировать свою готовность противостоять новому другу, когда это необходимо.

Александр Белов

Источник — REGNUM

Зачем Китаю отрицать планы по укреплению дальних подступов

Министерство обороны Китая 26 января опровергло сообщения о содействии Пекина в строительстве военной базы в Бадахшане, опубликованные ранее рядом афганских СМИ и русскоязычных медиа-ресурсов, в том числе «Ферганой». Наш корреспондент постарался разобраться, почему заявление китайской стороны идет вразрез с информацией, исходящей от высокопоставленных афганских военных.

О том, что в конце декабря 2017 года министр обороны Афганистана Тарик Шах Бахрами во время визита в Пекин договорился со своим китайским коллегой о строительстве военной базы в Бадахшане, по возвращении в Кабул рассказал и он сам, и его коллеги по афганскому правительству. В частности, пресс-секретарь министерства обороны Афганистана, генерал Давлат Вазири 2 января 2018 года под запись сообщил «Фергане» буквально следующее:

«Министерство обороны Китая и министерство обороны Афганистана договорились о строительстве военной базы в северной провинции Бадахшан для горных стрелков. Расходы полностью берет на себя китайская сторона, а именно: расходы на строительство, вооружение и обмундирование солдат, военную технику и все необходимое для этой базы».

Генерал тогда также рассказал, что в скором времени делегация министерства обороны Китая и китайские военные инженеры должны посетить Афганистан с целью изучения местности для постройки военной базы и разработки плана строительства.

Однако после того, как представитель минобороны Китая опроверг эту информацию, афганские военные оказались в сложном положении. Четвертого февраля на повторный запрос нашего корреспондента о том, есть все же договоренность по базе между Пекином и Кабулом или нет, генерал Давлат Вазири ответил следующее:

«Я как представитель министерства обороны Афганистана еще раз заявляю: между нами и Минобороны Китая велись переговоры, и была достигнута договоренность о постройке военной базы министерства обороны Афганистана для горных стрелков в северной провинции Бадахшан. Хотя мы там уже имеем свою военную базу, но ситуация именно в приграничных районах озаботила Китай в плане безопасности. Однако о том, когда начнется строительство базы и когда за это возьмется китайская сторона, я ничего сказать не могу».

На вопрос, как быть с январским заявлением о том, что строительство этой военной базы начнется скоро, генерал сказал буквально следующее: «Нынешняя политика такова, что сейчас говорят одно, а через час — другое. Информацией, которая имелась у нашего министерства обороны, мы сразу же поделились со СМИ».

Мы обратились за комментарием и в посольство Китая в Кабуле. После долгого ожидания ответа один из представителей дипломатической миссии КНР сообщил, что «Китай оказывает Афганистану многомиллионную помощь, а то, что строится здесь в Афганистане, посольства абсолютно не касается».

Представитель Минобороны Афганистана Мухаммад Радманиш, в свою очередь, однозначно подтвердил, что афганская и китайская стороны в конце декабря 2017 года договорились о строительстве военной базы в горном уезде Вахан провинции Бадахшан, так как именно этот район Афганистана имеет 76-километровую границу с Китаем. «Китайская сторона сама предложила построить горно-стрелковую базу в этом районе и все расходы обещала взять на себя», — уточнил Мухаммад Радманиш.

Министр обороны Китая Чан Ваньцюань принимает в Пекине афганского коллегу Тарика Шаха Бахрами. Фото с сайта Mod.gov.cn

Афганский военный аналитик, генерал в отставке Назар Мухаммад напомнил о том, что еще в ноябре 2016 года появилась информация о неоднократном патрулировании китайскими военными территории Афганистана на военных транспортных средствах марки DongFengeq2050. Эта информация подтверждалась фотосъемкой. Происходило это вдоль пограничной линии в районе Базайи-Гумбад уезда Вахан. Министр обороны Китая тогда опроверг эти сообщения. Афганская сторона их никак не комментировала. Более того, начала распространяться информация о том, что патрулирование осуществляли якобы не китайские, а афганские военные, причем на машинах, которые им предоставили США и их союзники. Назар Мухаммад утверждает, что эта информация была фейковой.

Один из депутатов городского совета Файзабада на условиях анонимности сообщил, что китайских военных не впервые замечают в этих местах: «Базайи-Гумбад в Вахане находится на высоте 3840 метров над уровнем моря. Местность окружена горами. Там в основном живут афганские этнические киргизы. Дорог туда нет. Жители Базайи-Гумбада изредка спускаются в Диг-ул-Аман и в Лангар. Они добираются на лошадях или ослах со своими товарами — куртом, шерстью, мумие — и обменивают их на нужные им товары на базаре.

В Базайи-Гумбад афганские солдаты попадают нечасто. Однако в начале 2017 года туда на военном вертолете прибыли несколько офицеров. После этого от местных киргизов стали поступать сведения, что китайские военные регулярно, два-три раза в месяц, посещают Базайи-Гумбад и останавливаются в здании школы. Иногда они детям дают сладости и хлеб, но никогда не вступают в разговор. По словам местных, китайские военные заезжают на территорию Афганистана через соседний Таджикистан, потому что прямой дороги из Китая нет — там на пути непроходимые горы. А через Горный Бадахшан есть дорога. Проживающие в Базайи-Гумбаде афганские киргизы имеют тесные контакты с китайскими военными, и, возможно, используются ими в качестве источников информации».

По мнению депутата, именно в Базайи-Гумбаде намечается строительство военной базы. «Китайская сторона не зря страхуется и хочет с помощью афганского министерства обороны построить базу, потому что с начала 2016 года и губернатор Бадахшана, и депутаты получают от управления безопасности провинции информацию о концентрации в Бадахшане иностранных вооруженных наемников, которых местные жители часто принимают за узбеков. Их число оценивается от нескольких сотен до двух тысяч. По данным властей, большинство из них – не узбеки, а этнические уйгуры. Они уже хорошо ознакомились с рядом районов Бадахшана и обустроились в тех ущельях, до которых трудно добраться афганским военным. В основном, они стягиваются в Вахан. Большинство из них находятся здесь со своими семьями», — говорит собеседник.

В 2017 году, утверждает депутат со ссылкой на свои источники информации, к этим уйгурам примкнули уйгуры из Киргизии, Узбекистана и Казахстана. В частности, эти сведения местные силовики получили при допросе одного из местных проводников. По словам депутата, китайская сторона по своим каналам получила эту информацию, после чего решила проявить активную заботу о своей безопасности.

Источник в министерстве обороны Афганистана, связанный со строительством военных объектов, сообщил «Фергане», что «база, которую предложила китайская сторона, полезна не только КНР, но пригодится самому Афганистану в обеспечении безопасности в приграничных районах как с Китаем, так и с Пакистаном и со спорными территориями Джамму и Кашмира».

Афганские военные аналитики исходят из того, что база в Бадахшане, предложенная Китаем, может быть построена до конца 2018 года или даже раньше, однако детали строительства и технические договоренности между Китаем и Афганистаном в дальнейшем разглашаться не будут. Секретности будет способствовать то, что база будет находиться в труднодоступном, глухом районе Афганистана. При этом афганские эксперты с одной стороны считают, что Пекин своевременно принимает меры по обеспечению своей безопасности, а с другой — рассчитывает себя обезопасить за счет афганских солдат и не намерен пока вступать в прямую войну с террористическими группировками.

Кроме того, один из источников в органах безопасности Афганистана указал на то, что США уже дали понять Пекину свое недовольство планами строительства военного объекта в Бадахшане, который ими не контролируется. Поэтому позиция Пекина, отрицающего для видимости наличие такого плана, вполне объяснима. По словам источника, присутствие вооруженных боевиков-уйгуров в Бадахшане – не новость, к этому шла подготовка в течение четырех-пяти лет. С 2005 года уйгуры, воевавшие в составе Исламского движения Узбекистана (ИДУ) в союзе с талибами, стали покидать Афганистан и Пакистан и вместе с семьями переправляться в ряд европейских стран – Турцию, Германию, Польшу, – где они пытались получить статус беженца. А с 2011-2012 годов они начали возвращаться в Афганистан, и именно в Бадахшан, поближе к Китаю. Туда же едут по призыву помочь братьям уйгуры из Центральной Азии. Об этом китайская сторона хорошо информирована.

Китайские силовики сначала сами попытались патрулировать прилегающую территорию Афганистана, но когда это обнаружилось, Пекин начал привлекать афганское правительство планом строительства базы в Вахане. Для Китая вопрос стоит так: либо вооруженных уйгуров удастся уничтожить, либо раньше или позже они попытаются перейти на территорию Китая. Но уничтожить их будет уже очень трудно даже китайским военным, потому что в Вахане скопилась не только значительная по численности, но хорошо вооруженная и обученная группировка. При этом, по словам источника, китайские уйгуры, находящиеся в Бадахшане, с момента их прибытия в провинцию и до сих пор не вступали в вооруженные конфликты с кем-либо, а лишь занимались военной подготовкой.

06.02.2018

Источник — fergananews.com

В Китае появится новая «Великая стена»

В Синьцзян-Уйгурском автономном районе появится «Великая стена», сообщает China Daily со ссылкой на председателя региона Шократа Закира. Идею усиления безопасности на государственной границе длиной 5,7 тысячи километров чиновник объяснил «защитой от проникновения экстремизма, сепаратизма и терроризма из-за рубежа». «Мы постараемся сделать все возможное, чтобы не осталось брешей или невидимых точек в обеспечении социальной защиты и безопасности ключевых областей», — заявил председатель совета региона на ежегодной сессии 13-го Регионального народного конгресса в Урумчи. Также Закир добавил, что синьцзянские власти в целях безопасности усилят контроль за Интернетом и улучшат инфраструктуру на приграничных территориях.
Подробнее: https://tengrinews.kz/asia/v-kitae-poyavitsya-novaya-velikaya-stena-336011/

В китайские «лагеря перевоспитания» вновь набивают тысячи уйгуров

Уйгуры – тюркский коренной народ Восточного Туркестана, ныне Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР. По вероисповеданию — мусульмане-сунниты.
В Синьцзян-Уйгурском автономном районе (на севере Китая) тысячи уйгуров – представителей наиболее многочисленной этнической группы региона – отправлены в лагеря перевоспитания. Об этом сообщает CNN со ссылкой на активистов и правозащитные организации. По их словам, задержания продолжаются.

«Буквально из каждого дома, из каждой семьи забрали по несколько человек, – говорит один из руководителей Всемирного конгресса уйгуров Омер Канат. – В некоторых селах на улицах не видно мужчин, только женщины и дети. Мужчин отправили в лагеря».

Точное число людей, находящихся в этих учреждениях, неизвестно. В начале 2018 года Radio Free Asia, ссылаясь на источник в силовых структурах Кашгара (одного из округов в СУАР), сообщала, что число задержанных составляет около 120 тысяч человек. О «тысячах задержанных», не называя конкретной цифры, сообщала Human Rights Watch.

При этом из неофициальных источников поступали сообщения о том, что существующие лагеря переполнены. Об этом, в частности, недавно заявил чиновник в уезде Корла. Другой источник рассказал, что в округе Хотан группу задержанных, из-за недостатка места, разместили в лагере, созданном на территории железнодорожной станции.

Уйгуры в Китае подвергаются преследованиям, в том числе по религиозному признаку (большинство из них – мусульмане). Власти пытаются ограничить проявления их религиозности, например, запрещают поститься во время Рамадана и носить религиозную одежду. Официально жесткие меры оправдывают борьбой с экстремизмом. Однако фактически это превращается в произвол. В интернет попал перечень «признаков экстремизма» (его подлинность подтвердили источники во властных структурах), наличие которых – повод для задержания и отправки на «перевоспитание». Среди них, например, окрашенные хной волосы и сложенные на груди руки при молитве.

Лагеря перевоспитания в Китае получили развитие в период Культурной революции. Туда отправляли инакомыслящих, их заставляли заниматься тяжелой работой и подвергали пыткам. Позднее власти объявили о закрытии лагерей, но сейчас они вновь действуют в Синьцзян-Уйгурском автономном районе.

По имеющимся данным, там не практикуются пытки. Тем не менее, как отмечают источники CNN, людей подвергают «промывке мозгов». Их обязывают хвалить правящую коммунистическую партию, петь патриотические песни, изучать наставления главы КНР Си Цзиньпина, а также раскаиваться в том, что считается проявлением неблагонадежности – например, поездке за границу. Один из представителей местной власти заявил, что хотя такие поездки не запрещены, за пределами Китая люди подвергаются «экстремистскому влиянию».

Людей могут держать в лагерях без формальных обвинений, без контакта с родственниками. «Это абсолютно незаконно, – отмечает исследовательница Human Rights Watch Майя Ван. – Их семьи не получают никаких официальных документов. При этом их могут оставлять в лагерях на неопределенный срок».
4.2.18

Источник — fergananews.com

Без Сирии «Шелковый путь» будет неполноценным

Для строительства железных дорог надо сделать предприятие безрисковым — вряд ли осторожные китайцы будут инвестировать в больших объемах, пока Сирия охвачена войной, отмечает эксперт

Сирия планирует расширить свою железнодорожную сеть. Магистрали должны протянуться до Ирака, Ирана, Иордании, Турции и даже до Китая. Об этом сообщил министр транспорта Сирии Али Хамуд, уточнив, что в приоритете находится восстановление инфраструктуры внутри страны. По его словам, на это придется потратить более $4,7 млрд. «Более 50% дорог разрушено – это около 5 тыс. км. Более 75% железных дорог также разрушено, это около 2,4 тыс. км», – отметил А. Хамуд, которого цитирует агентство «РЖД — Партнер».

Инициативу Дамаска по восстановлению железных дорог Информационному агентству «Реалист» прокомментировал сирийский журналист-международник Аббас Джума:

«На сегодняшний день такого рода заявления носят скорее идеологический характер. Мол мы преодолели самый сложный период, а теперь дело за малым – добить нечисть и можно уже даже строить планы на далекое будущее. Именно поэтому все чаще в России, Европе, Сирии, Ливане собираются предприниматели и предлагают свои услуги, делятся опытом и расписывают перспективы послевоенного восстановления САР.

Именно это имел в виду Владимир Путин, когда сказал Башару Асаду, что «дальнейшее разрешение сирийского кризиса лежит в плоскости политического, а не в военного урегулирования». Это не значит, что война закончилась. Это значит, что пройден этап, когда была вполне реальна перспектива падения Дамаска.

Сегодня пациенту можно думать не только о том, как бы не помереть, но и о том, как, долечившись, начать новую жизнь. Так что пока сложно назвать заявление Али Хамуда реальным проектом на среднесрочную перспективу. Хотя, безусловно, разговоры о железной дороге в Китай ведутся. Ведутся давно и не только в Сирии. Пекин в этом заинтересован не меньше, так как через Сирию пролегает важнейший путь в Европу (через Средиземное море), на аравийский полуостров и в Турцию.

Без такого важного коридора «Новый Шелковый путь» будет неполноценным. Но для этого надо сначала сделать предприятие безрисковым. Вряд ли осторожные китайцы будут инвестировать в таких объемах в Сирию, пока там идет война. Тем не менее, кое какие действия китайцы уже предпринимают (готовят почву). Поэтому сначала надо уничтожить террористов, а затем восстановить инфраструктуру внутри Сирии. А это миллиарды долларов и не один день тяжкого труда».

Аббас Джума – журналист-международник, специально для Информационного агентства «Реалист»
Дамаск, 11.12.2017,

Источник — realtribune.ru

Китай жаждет нефтью Ближнего Востока

На протяжении последних 25 лет Китай расширил свои связи в сфере энергетики, а также укрепил свое присутствие на Ближнем Востоке. Начавшееся с середины 2014 года падение цен на нефть считается подарком китайской экономике, так как в течение одного года это привело к снижению стоимость импорта нефти на 50%.Вместе с тем, нестабильность и отсутствие безопасности на Ближнем Востоке все еще остаются постоянным источником беспокойства для китайского руководства.

Китай потреблял 6,4 миллиона баррелей нефти в день в 2004 году. К 2014 году ежедневный спрос на нефть вырос до 10,4 миллионов баррелей в сутки, достигнув к июлю 2017 года объема 11,67 миллионов баррелей в день. В мае 2014 года Председатель КНР Си Цзиньпин описал новую модель экономического роста Китая как «новое естественное положение». В рамках этого «естественного положения», Си призвал к энергетической революции с целью ограничить чрезмерную ресурсную зависимость Китая и выйти на непрерывный экономический рост. Для реализации это модели, он призвал замедлить совокупный рост в долгосрочной перспективе и параллельно провести всеобъемлющие реформы ради продолжения устойчивого экономического развития.

Однако согласно прогнозам доклада Energy Outlook 2017 британской нефтяной компании British Petroleum о состоянии энергетической сферы в Китае, зависимость страны от нефти вырастет со среднего показателя 61% до 79% к 2035 году. В одном из прогнозов говорится, что к 2035 году доля Китая в мировом потреблении нефти вырастет с 18% до 20%, обогнав показатели США. Таким образом, Китай станет крупнейшей страной-потребителем нефти в мире.

Поэтому поставки сырой нефти из ближневосточных стран-производителей удовлетворяют значительную часть спроса Китая на сырую нефть в кратко- и среднесрочной перспективе. Это ведет к решительному усилению китайского присутствия на Ближнем Востоке. Высшее руководство КНР считает своей важнейшей задачей поиск рынков с бесперебойными поставками нефти для обеспечения постоянного экономического роста.

Огромные запасы нефти, которыми обладают нефтедобывающие страны Ближнего Востока, сделали регион центром сосредоточения главных поставщиков нефти в Китай. Стремительные изменения энергетической геополитики не только подтолкнули китайское руководство к усилению китайского присутствия в регионе, но и повлияли на позицию нефтедобывающих стран Персидского залива, которые постепенно стали стремиться извлечь выгоду из растущей силы Китая на мировой арене.

С возрастающей зависимостью страны от нефти также изменилась роль, которую Китай ранее играл в регионе. Кроме потребности в нефти, у Китая есть другие многочисленные причины укреплять свою позицию на Ближнем Востоке, начиная от увеличения торгового оборота и поставок вооружения, заканчивая геополитической выгодой и финансовыми привилегиями. Несмотря на то, что Китай обладает крупнейшими в Азии запасами нефти, собственного производства недостаточно для покрытия неожиданно возросшего спроса на «черное золото». Как следствие, около трети поставок Китай получает из стран Ближнего Востока, в том числе из Саудовской Аравии, Ирана и Ирака.

После теракта 11 сентября 2001 года укрепились китайско-саудовские отношения. Благодаря желанию Саудовской Аравии разнообразить состав своих союзников в мире, объем торговли между двумя странами вырос десятикратно с 2002 по 2012 год, достигнув 74 миллиардов долларов. Ввиду того, что Саудовская Аравия была крупнейшим поставщиком сырой нефти в Китай за прошедшее десятилетии, в объеме более миллиона баррелей ежедневно, то участие саудовской компании Aramco в совместном проекте по добыче сырой нефти в провинции Фуцзянь, указывает на дальнейшее развитие и укрепление отношений.

Также за прошедшее десятилетие увеличились поставки нефти из Ирана и Ирака. Несмотря на сомнения китайских нефтяных корпораций в целесообразности инвестирования в проекты, которые идут вразрез с развитием ситуации в регионе, при поддержке государственных структур выросло число соглашений по разработке китайскими компаниями крупных месторождений в Иране и Ираке. Китайская национальная нефтегазовая корпорация (China National Petroleum Corporation, CNPC — прим. ред.) стала одним из крупнейших инвесторов в производство нефти после войны в Ираке. Она владеет более 20% проектов в секторе добычи и первичных процессов нефтепереработки в Ираке. В 2013 году Китай и Ирак подписали соглашение по удвоению поставок сырой нефти.

В последние годы Китай сыграл большую роль в секторе добычи и первичных процессов нефтепереработки в Иране, когда Тегеран стал четвертым по объему импортером за прошедшие десять лет. Несмотря на сокращение поставок иранской сырой нефти в Китай по причине наложенных на Иран санкций, Китайская национальная нефтегазовая корпорация и китайская нефтегазовая компания Sinopec инвестировали средства в сектор добычи и первичных процессов нефтепереработки в Иране. Если в 2011 году Иран поставлял в Китай 555 тысяч баррелей ежедневно, то в 2013 году объем поставок был снижен до 400 тысяч баррелей. Этим Китай показал, что соблюдает санкции ООН, наложенные на Иран.

Ближний Восток приобрел важное значение для китайского руководства, что подтолкнуло его расширить присутствие своей страны в регионе, в том числе чтобы предупредить внутреннюю нестабильность.
As Sabeel, Иордания
Оригинал публикации: التوسع الاقتصادي يُسيل لعاب الصين على نفط الشرق الأوسط
Опубликовано 01/12/2017

Источник — ИноСМИ

Почему демократическая Индия вступает в ШОС

Почему демократическая Индия вступает в «антизападный» клуб России и Китая — в Шанхайскую организацию сотрудничества?

На этой неделе премьер-министр Индии Нарендра Моди (Narendra Modi) приехал в Россию на саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), в котором Индия впервые принимает участие как полноправный член этой организации. На Западе ШОС часто пренебрежительно называют «клубом диктаторов»: по шкале уровня развития демократии, разработанной организацией Freedom House, из восьми членов ШОС пять считаются «несвободными», два — «частично свободными», а последний член… Им оказалась Индия.

Что такая энергично развивающаяся демократия, как Индия, делает в компании таких стран, как Россия, Китай, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан? Если коротко, то Индия пытается подстраховаться, стремясь укрепить свои стратегические связи с США и Японией и одновременно с этим сохранить многолетние связи с Россией в области безопасности.

Начало ШОС

ШОС была основана в 2001 году Россией и Китаем, которые хотели помешать бывшим советским республикам попасть под влияние США. Внешне быстрая и легкая победа США в Афганистане заставила Россию и Китай поспешно создать союз. Президент России Владимир Путин был тогда молодым и энергичным лидером, решительно настроенным восстановить статус России на международной арене, а слабый и изолированный Китай был готов дружить с любой страной, которая на это согласится.

С тех пор прошло 15 лет, и теперь Путин является младшим партнером китайского лидера Си Цзиньпина. Хронически низкие цены на нефть, ужесточение экономических санкций и стремительный подъем Китая существенно ухудшили стратегическое положение России. Россия отчаянно ищет способы сбалансировать мощь Китая, чтобы ее клиенты в Центральной Азии не перешли в китайский лагерь.

И тут на сцене появляется Индия. Возможно, Индия является стремительно развивающимся, англоязычным демократическим государством, однако ее армия до сих пор использует российские танки Т-90, ее ВВС до сих пор летают на российских самолетах «Сухой», а ее единственный авианосец — это «Викрамадитья», который еще недавно был «Адмиралом Горшковым», а до этого «Баку» (русским пришлось изменить его название, когда Баку стал столицей независимого Азербайджана).

Деловая элита Индии поддерживает тесные связи с США, однако индийских аналитиков в области безопасности беспокоят два фактора: Пакистан и Китай. С момента обретения независимости Индия успела принять участие в шести войнах: в четырех войнах с Пакистаном и двух войнах с Китаем. И это без учета мелких столкновений, таких как противостояние на плато Доклам, произошедшее этим летом.

Ситуацию усугубляет еще и то, что Пакистан и Китай связывает чрезвычайно крепкая дружба, которая в значительной мере перевешивает неохотное и вялое сотрудничество Пакистана с США в борьбе с терроризмом.

Индия как противовес

По вполне понятным причинам Индия испытывает серьезное беспокойство в связи с тем, что ее окружают враждебно настроенные страны, поэтому она охотно сближается со всеми влиятельными державами, которые на это соглашаются. И Россия воспользовалась удобной возможностью, чтобы вовлечь Индию в ШОС в качестве противовеса Китаю. В ответ на это Китай потребовал, чтобы его союзника, Пакистан, тоже приняли в ШОС. В результате на саммите в Астане в июне 2017 года обе эти страны были приняты в ШОС. Баланс был достигнут.

Или не достигнут. Пакистан не способен существенно изменить баланс сил внутри ШОС, в которой уже были четыре преимущественно мусульманских полицейских государства.

Индия — это другое дело. Будучи энергично развивающейся демократией с независимым гражданским обществом и свободной прессой, Индия, возможно, не захочет играть по авторитарным правилам ШОС. Она вряд ли спровоцирует какие-либо серьезные проблемы, но также она вряд ли будет поддерживать решения других членов в области безопасности — решения, которые являются основой программы ШОС.

Учитывая, что ШОС уже столкнулась с проблемами, связанными с этническим конфликтом между Киргизией и Узбекистаном, территориальными спорами между Таджикистаном и Узбекистаном и политическими баталиями между президентами Киргизии и Казахстана, довольно трудно представить себе, как эта организация сможет принять нового члена, который уже успел обменяться ударами с Китаем и устроить перестрелку с Пакистаном за короткий период между вступлением в ШОС и ее первым саммитом.

Россия добивалась вступления Индии в ШОС, чтобы помешать Китаю захватить контроль над этой организацией. Но вместо этого вступление Индии, скорее всего, лишит эту организацию дееспособности. Еще на прошлой неделе программа саммита, который должен проходить 30 ноября и 1 декабря, не была окончательно согласована. Восемь глав правительств, несомненно, найдут, о чем можно поговорить на встрече в Сочи, однако они вряд ли сумеют договориться по многим вопросам.

Сальваторе Бабонес (Salvatore Babones)
Forbes, США

Оригинал публикации: Why Is Democratic India Joining Russia And China»s «Anti-Western» Club, The SCO?
Опубликовано 29/11/2017

Источник — inosmi.ru

Куда ведет Пекин свой «Новый шелковый путь»?

Гайдз Минасян | Le Monde

Китай делает заход на Южный Кавказ

Китайские стратеги стремятся использовать Кавказский перешеек как кратчайший путь для сокращения расстояния межу Азией и Европой. Москва относится к этому недоверчиво, пишет журналист французской Le Monde Гайдз Минасян.

Китайский проект «Новый шелковый путь» одаривает своей благосклонностью Северный Кавказ (Армению, Азербайджан, Грузию). Впервые после распада СССР Китай, дружественная для России страна, по-своему предлагает вывести из изоляции кавказское пространство, не пытаясь вытеснить оттуда Россию, бывшую державу-опекуна, и не отказываясь от своей притягательной силы для этих трех постсоветских государств, говорится в статье.

Китай всегда деятельно способствовал развитию Северного Кавказа. После конца СССР в 1991 году Китайская Народная Республика завязывала связи с тремя государствами и множила инвестиции в их горнодобывающую промышленность, строительство и банковский сектор. Однако китайские стратеги, прежде всего, сосредоточились на инфраструктурах и транспортных путях, пытаясь использовать Кавказский перешеек в качестве кратчайшего пути для уменьшения дистанции между Азией и Европой, передает автор.

С интервалом в несколько дней эта стратегия китайского проникновения была подкреплена двумя тройственными встречами. Железнодорожная линия Баку-Тбилиси-Карс (БТК), торжественно открытая 30 октября неподалеку от Баку, «представляет собой самый короткий путь, связывающий Азию с Европой», заявил Ильхам Алиев, президент Азербайджана, стоя рядом со своим турецким коллегой Реджепом Тайипом Эрдоганом и грузинским премьер-министром Георгием Квирикашвили, продолжает журналист.

Двумя днями позднее, 1 ноября российский, иранский и азербайджанский президенты собрались в Тегеране, чтобы, в числе прочих вопросов, ускорить осуществление проекта строительства линии железной дороги, соединяющей три страны, расположенные на Каспии, с целью объединиться в единую систему с китайским проектом, пишет Минасян.

Таким образом, на Южном Кавказе начались стратегические дебаты по коридорам «Восток-Запад» и «Север-Юг». За церемониями торжественного открытия и другими общими заявлениями остаются три подводных камня. Прежде всего, присутствует традиционная подозрительность России ко всему, что касается ее ближнего зарубежья. Россия усматривает в БТК плохой ремейк нефтепроводов 1990-2000-х годов, связывающих Азербайджан с Грузией и Турцией — при поддержке Запада, — особенностью которых являлось то, что они обходили российскую территорию. Для Москвы это невыносимо, она всегда не переваривала эти провокационные нефтепроводы, подчеркивает автор.

Что касается проектов коридора «Север-Юг», Россия является их соучастником. Она может договориться со своими иранскими и китайскими партнерами, так как эти проекты проходят через ее территорию, но ее беспокоит ТИАГ (Туркмения-Иран-Армения-Грузия), поскольку этот проект уничтожения энергетической и дорожной изоляции Ирана по направлению к Европе обойдет ее стороной, говорится в статье.

Вторым препятствием, отмечает журналист, является досье по неопределенному статусу Каспия: это море или озеро?

Наконец, третья проблема связана с состоянием «ни войны, ни мира», которое господствует на Южном Кавказе. Женевский переговорный процесс, начатый после российско-грузинской войны августа 2008 года, не сдвинулся с мертвой точки. 41-й раунд переговоров, прошедших 10 и 11 октября, не привел ни к чему. По поводу конфликта в Нагорном Карабахе, противопоставляющем армян и азербайджанцев, мирный процесс тоже зашел в тупик, пишет автор.

По сути, Россия хочет усилить свое посредничество в этом конфликте. После того, как в 2013 году было достигнуто вступление Армении в Евразийский союз (так в тексте; договор о вступлении Армении в ЕАЭС был ратифицирован в декабре 2014 года. — Прим. ред.), Россия стремится расширить этот общий рынок с участием Азербайджана, вернее, вне Ирана и Китая — тем самым отдавая предпочтение коридору «Север-Юг» в ущерб коридору «Восток-Запад». Остается понять, хватит ли у Москвы средств оказывать сопротивление амбициям Китая, комментирует Минасян.

Источник: Le Monde

Источник — inopressa.ru

Пекин отходит от идеи многополярного мира

Cегодня президент США Дональд Трамп прибывает с визитом в Китай. Во время переговоров большое место займет Северная Корея. Гость будет требовать, чтобы хозяева усилили на нее нажим. Но председатель КНР Си Цзиньпин желает более широкой договоренности: две страны должны разделить ответственность за международные дела. Речь пока идет не о дуумвирате, а о том, чтобы американцы признали ведущую роль Поднебесной в Азии.

Лидеры КНР давно стремились представлять себя равными по статусу американским президентам. Си добивается большего. Он хочет установить с Америкой особые отношения. Это будет означать признание за Китаем места второй великой державы в формирующемся биполярном мире.

Администрация экс-президента США Барака Обамы отказалась играть в эту игру, поскольку подразумевала отступление Америки из Азии. Но как утверждает New York Times, Си может найти более благожелательный отклик со стороны Трампа. В Пекине не забыли, что Трамп часто обвинял КНР в нечестной торговой конкуренции. А находясь пару дней назад с визитом в Японии, он поклялся построить «свободную и открытую зону Индийского и Тихого океанов». Эта формула подразумевала, что США будет опираться на демократических союзников в регионе, чтобы противостоять возвышению Китая.

Но Трамп в то же время говорил о Китае в чрезвычайно уважительном тоне и поднял Пекин до уровня ключевого игрока в разрешении северокорейского ядерного кризиса. Можно разглядеть даже признаки взаимного восхищения двух лидеров. Ведь оба они стремятся восстановить величие своих стран.

Трамп не погнушался прибегнуть к лести. После того как Си избрали на съезде генсеком Компартии, Трамп сказал по ТВ: «Некоторые могут назвать его королем. А я думаю, он очень хороший человек».

Китай собирается отплатить Трампу той же монетой. Китайцы называют его приезд «государственным визитом плюс» и готовят торжественный прием в Доме народных собраний и древних палатах Запретного города, где жили императоры и их приближенные.

Стоит задуматься: насколько плотно две державы намерены взаимодействовать? Не может ли стать реальностью идея дуумвирата – руководства миром Америкой и Китаем, которую выдвигал бывший советник президента США Збигнев Бжезинский.

Ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ларин в беседе с «НГ» отметил: «На XIX съезде КПК было заявлено о претензиях Китая на мировое лидерство. Это прямой вызов Штатам. Китай уверен, что в состоянии догнать и перегнать США. Очевидно, что по мере усиления национальной мощи Китая его соперничество с США будет обостряться. Их борьба будет занимать все большее место в мировой политике. Раньше в подобное соперничество были втянуты США и СССР. Теперь можно говорить о новом соперничестве двух сверхдержав».

Что касается идеи многополярного мира, то она мало интересует КНР. В докладе Си Цзиньпина съезду этот термин упомянут один раз, пояснил эксперт. Назревание соперничества предвидят и в Пекине, и в Вашингтоне. Вероятно, на переговорах прозвучит вопрос о формате будущих отношений США и Китая. Скорее всего этот вопрос поставит Трамп.

«В США уже выдвигалась идея создания дуумвирата. Она была с негодованием отвергнута Пекином. Думаю, что никакая идея, содержащая малейший намек на совместную гегемонию США и Китая, не пройдет. Внешнеполитическая идеология Китая этого не допускает. Но очевидно другое. По факту в одних зонах мира будет сильнее влияние США, в других – Китая, – отметил Ларин. – Экономические разногласия будут разрешаться мирным путем. Слишком тесны экономические связи и слишком велики риски потерь в случае конфликта».

С Токио Трампу было, естественно, легче найти общий язык по военно-стратегическим проблемам. Японский премьер Синдзо Абэ поддержал жесткую позицию США по КНДР. Он также сказал, что будут закуплены несколько американских систем ПРО и истребители F-35A.

В Южной Корее Трамп посетил базу США, а затем прилетел в Сеул, где провел переговоры с президентом Мун Чжэ Ином. Выступая на пресс-конференции, Трамп сделал заявление, прозвучавшее почти как сенсация. Он сказал, что администрация США добилась «большого прогресса» по Северной Корее и призвал лидера КНДР Ким Чен Ына заключить сделку за столом переговоров. Но никаких деталей не привел.

Вновь похвалив Китай за то, что он сильно старается решить проблему, Трамп выразил надежду, что и Россия тоже будет помогать. Трамп, как передала Washington Post, ожидает, что встретится с президентом РФ Владимиром Путиным во Вьетнаме или на Филиппинах.

Владимир Скосырев
8.11.17

Источник — ng.ru

Индия вышла на первый план мировой геополитики

Благодаря новой стратегии США в Афганистане и Средней Азии, находившаяся на вторых ролях Индия внезапно вышла на первый план мировой геополитики. Вашингтон, разочаровавшись в бывшем фаворите Пакистане, нашел в лице Индии более сговорчивого союзника в дружбе против чрезмерно агрессивного Китая с его навязчивой идеей единого экономического пояса. «Проверочкой» для «основного оборонного партнера» станет активная помощь Индии в разрешении афганского конфликта или, другими словами, помощь Америке в затянувшейся войне с призраком Аль-Каиды, а заодно и в противостоянии экономической экспансии Поднебесной.

За это Нью-Дели пообещали «прокачать» оборонку американскими технологиями. В рамках программы «Делай в Индии» истребители F-18 и F-16, разработанные американскими Boeing и Lockheed Martin, будут собирать в Индии. На сегодняшний день Индия является крупнейшим в мире покупателем американской военной техники.

Премьер-министр Индии Нарендра Моди давно очарован Америкой, в его планы на ближайшие десятилетия входит создание из страны копию США «с точки зрения благоприятных условий для развития ее граждан».

Что касается помощи Афганистану, Индия уже влила в Афганистан более 3$ млрд, однако о военной помощи речь пока не идет. На встрече министра обороны Индии Нирмалы Ситараман со американским коллегой Джеймсом Маттисом, ясно прозвучало, что индийская армия не будет участвовать в афганском конфликте, однако Индия продолжит оказывать помощь Афганистану в целях развития.

Вслед за Мэттисом в Нью-Дели приехал с визитом президент Мохаммад Ашраф Гани, чтобы встретиться с индийскими официальными лицами, в том числе с премьер-министром Нарендрой Моди, министром иностранных дел Индии Сушмой Сварадж и со своим индийским коллегой президентом Рамом Натхом Ковиндом.

Государственный секретарь США Рекс Тиллерсон контролирует процесс афгано-индийского диалога, он также посетит Нью-Дели с официальным визитом после встречи в Кабуле с афганскими официальными лицами, включая президента Гани и главу исполнительной власти Абдуллу Абдуллу.

После того, как Тиллерсон посетил Афганистан, по сообщениям индийских СМИ, с необъявленным визитом в Нью-Дели прибыл спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов, где провел несколько встреч, в частности с советником по национальной безопасности Индии Аджитом Довалем и замминистра иностранных дел Субраманьямом Джайшанкаром.

Как пишет Times of India, Замир Кабулов попытался донести до индийских коллег позицию России в отношении привлечения «Талибана» к переговорному процессу, сделав акцент на том, что США зашли в тупик в военном решении афганского конфликта, и что реальная угроза региону исходит в первую очередь от ДАИШ, а не от талибов. Индийские СМИ также отмечают, что официальная информация о визите Кабулова остаётся закрытой по решению правительства принимающей страны, учитывая сложные отношения между Москвой и Вашингтоном.

Что касается Пакистана, то по утверждению известного пакистанского религиозного и политического деятеля Мауланы Фазал-ур-Рехмана, Соединенные Штаты и Индия «взялись за руки», чтобы поставить крест на проекте Пакистано-Китайского экономического коридора (CPEC).

Министр обороны США Джеймс Мэттис заявил, что США выступают против китайской «диктаторской» политики «Один пояс, один путь», и в особенности против того, что CPEC пройдет по спорным северным районам Пакистана. Индия также активно выступает против создания Пакистано-Китайского коридора, настаивая на том, что маршрут коридора лежит в зоне перманентного пакистано-индийского конфликта на почве противостояния мусульманского и немусульманского мира в индийском штате Джамму и Кашмир.

В штате проживают не только индийские народности, но и пуштуны, которые отличаются большой воинственностью и ревностным отношением к религии. В северной части штата (Кашмире) мусульмане составляют до 97% населения, которые после раздела Индии и Пакистана в 1947 году оказались недовольны тем, что им пришлось существовать под властью индуиста, что привело к войне между Индией и Пакистаном.

До сих пор отношения между Индией и Пакистаном нельзя назвать добрососедскими. Не так давно министр иностранных дел Пакистана Хаваджа Асиф выступил с предупреждением об «ужасных»последствиях для Индии, в случае если Нью-Дели попытается нацелить ядерные установки в сторону границы с Пакистаном. Резкое заявление прозвучало в ответ на реплику главы индийской военной авиации генерала Б.С.Даноа о том, что у Индии есть все возможности для использования «не только тактического ядерного оружия» для поражения целей вдоль всей границы с Пакистаном.

Последние замечания индийского генерала вызваны обеспокоенностью по поводу растущего числа ядерных боеголовок в Пакистане. Министерство иностранных дел Пакистана в свою очередь вновь озвучило позицию Исламабада относительно роли Индии в Афганистане, назвав ее присутствие «спорным», неприемлемым и противоречащим стабильности в регионе.

В пику оптимизму официального Кабула бывший президент Афганистана Хамид Карзай также выступает против участия Индии в новой стратегии США в отношении Афганистана, поскольку считает, что втягивание Индии в затяжной афганский конфликт приведет к еще большей эскалации насилия в регионе, кроме того Индия станет лишь пешкой в «более крупной стратегической игре» американской администрации.

Начштаба армии Пакистана генерал Камар Джавед Баджва отметил, что судьбы Афганистана, Пакистана и Индии неразрывно связаны. В частности связаны на почве борьбы с терроризмом. Афганские и индийские официальные лица обвиняют правительство и военные силы Пакистана в поддержке определенных элементов, которые координируют большинство террористических атак в двух странах. С 2012 года индийские пограничники обнаружили пять прорытых террористами с пакистанской стороны кроссграничных тоннелей в районе Джамму. Последний тоннель длинной 5 метров был обнаружен в этом месяце, по нему вооруженные террористы с территории Пакистана сделали попытку проникновения на индийскую сторону.

Впервые за 16 лет афганского конфликта президент США решительно раскритиковал Исламабад за «укрывательство агентов хаоса, насилия и террора» в конце августа 2017 года при обнародовании новой стратегии в отношении азиатского региона. За это время вопрос о существовании террористических баз в Пакистане не раз обсуждался афганцами с США, но Вашингтон игнорировал эту информацию, поскольку Пакистан долгое время оставался «стратегическим партнером» США.

Станут ли отношения Пакистана и Индии благодаря американской рокировке менее натянутыми, приблизит ли это Афганистан к миру и стабильности покажет время. В любом случае, расклад сил в регионе стремительно меняется. Однако, без сильных правительств, стремящихся к независимому подходу в принятии решений с учетом национальных интересов прежде всего соседних стран, без правительств, которые действуют без диктовки со стороны США, достичь мирного урегулирования и экономического процветания в регионе не получится. США не выгодно иметь сильных союзников, поскольку в этом случае они лишаются позиции «игрока» в «большой игре», где все остальные страны лишь подконтрольные фигуры и рынок сбыта для американских компаний. Вашингтон будет максимально долго любыми средствами сдерживать экономический рост евро-азиатских стран, стремясь удержать доминирующее положение в мире и практикуя политику двойных стандартов.

Анна Королевская

Индия вышла на первый план мировой геополитики

Стратегия Тиллерсона для Азии: США приглашают Индию в союз против Китая

Поле битвы — Северная Корея и Таиланд

5 ноября президент США Дональд Трамп посетит Токио, а 8 ноября направится в Пекин. После американский лидер отправится на саммит АТЭС во вьетнамский Хойан, где 20 октября с.г. открылась министерская встреча стран-участниц международного форума. Страсти в Восточной и Юго-Восточной Азии накаляются. В интервью телеканалу CNBC премьер-министр Сингапура Ли Сяньлун выразил надежду на то, что американо-китайская конкуренция в регионе не поставит город-государство перед экзистенциальным выбором между Вашингтоном и Пекином.

«»Если между США и Китаем будет расти напряженность, нас попросят выбрать ту или иную сторону. Возможно, послание прозвучит не напрямую, но его примерное содержание будет следующим: «Мы бы хотели, чтобы вы были с нами? Нет? Значит, вы против нас?». И это мягко сказано», — отметил Ли в преддверии встречи с Трампом в Белом доме, которая прошла 23 октября.

Вашингтон постепенно играет на повышение. Угрожает, но пока только на словах. Поэтому (как сообщает гонконгская South China Morning Post) в преддверии визита Трампа в КНР казначейство США не стало квалифицировать монетарную политику Пекина как «манипуляцию курсами валют», хотя и выразило тревогу в связи с тем, дефицит американского торгового баланса в августе с.г. достиг $34,9 млрд «Китай по-прежнему реализует широкий спектр стратегий, ограничивающих доступ на национальный рынок импортируемых товаров и услуг», — заявили в министерстве финансов США, добавив, что Япония, Южная Корея, Германия и Швейцария также находятся в списке для мониторинга.

Эксперты объясняют «терпеливость» Вашингтона стремлением давить на Пхеньян через Пекин. Хотя сингапурский премьер считает такой подход не состоятельным: «Китай занимает очень важное место во внешней торговле Северной Кореи. Пекин может оказывать влияние на Пхеньян. Но я бы не сказал, что северокорейцы сделают все, чего хотят от них китайцы».

Поднебесную действительно настораживают ракетные испытания Пхеньяна, его тяга к самостоятельной политической роли, но Пекин не торопится развязывать руки Вашингтону. Поэтому в конце июля с.г. посол Китая в США Цуй Тянькай назвал любые односторонние действия США «неприемлемыми».

Как ранее сообщало ИА REGNUM , в сентябре с.г. Пекин ввел санкции против Пхеньяна, выполнив свои обязательства по резолюции Совета Безопасности ООН, которую сам же и лоббировал. На большее китайцы едва ли готовы, поскольку чем сильнее они давят на КНДР, тем крепче позиции Соединенных Штатов в Южной Корее и в Японии. А это едва ли соответствует долгосрочным интересам Поднебесной.

Тем более что 18 октября с.г., когда в Пекине начинался XIX съезд Компартии, государственный секретарь США Рекс Тиллерсон сделал в Вашингтоне жесткое заявление в адрес внешней политики КНР: «Провокационные действия Пекина в Южно-Китайском море бросают вызов международному праву и нормам, которые отстаивают США и Индия». По его словам, «Индия и Соединенные Штаты должны быть в состоянии взять под защиту суверенитет других стран». Смело, не так ли?

«Приближенная к правительству КНР газета Global Times отреагировала незамедлительно: «Новая политика Вашингтона в Южной Азии, очерченная Тиллерсоном, превращает Нью-Дели в цитадель, которая должна уравновесить Пекин. Китай не выступает против Индии и США, которые расширяют свои двусторонние связи, но мы не потерпим шагов, которые будут направлены против нас».

Несмотря на приглашение США в проект «Шелкового пути», озвученное Си Цзиньпином на первой официальной встрече с Трампом в апреле с.г., Поднебесная по-прежнему опасается дестабилизации стран Юго-Восточной Азии, в частности, Таиланда, через который планируется построить не только перешеек Кра (с востока на запад), но и первую ветку высокоскоростных железных дорог стоимостью в $5,2 млрд (с севера на юг).

Резня в Мьянме вынудила Пекин и Бангкок занять выжидательную позицию. Речь идет о 250-километровой линии Бангкок — Накхонратчасима, которая должна выйти к южной китайской провинции Юньнань через территорию Лаоса. По данным South China Morning Post, начало возведения первой линии ожидалось уже в ноябре 2017 года, о чем объявил заместитель министра транспорта Таиланда Пичит Акратит. Тем не менее стороны перенесли стройку на начало 2018 года. Мало ли что.
Саркис Цатурян
23.10.17

Источник — regnum.ru

Россия и Китай отказались от доллара

Китайская валютная торговая система (CFETS) заявила о создании платежной системы для проведения транзакций в юанях и российских рублях, сообщвает агентство Reuters. 

Отмечается, что платежная система для торговли в юанях и другой иностранной валюте создана впервые.
Система PVP (payment versus payment, платеж против платежа), позволяющая проводить сделки в двух различных валютах, была запущена в понедельник после одобрения Народного банка Китая.
Фактически эта платформа позволит проводит взаиморасчеты без посредничества доллара. Согласно сообщению CFETS, PVP сократит риски при расчетах и улучшит эффективность валютного рынка.
CFETS сообщила также, что планирует создать подобные системы для юаня и других валют в рамках проекта «Один пояс, один путь», что будет соответствовать процессу интернационализации юаня.
http://eurasiadiary.com/ru/news/world/199986-rossiya-i-kitay-otkazalis-ot-dollara

Как в Китае создают общество всеобщего достатка

На 18 октября запланировано открытие XIX съезда Компартии Китая (КПК), и китайское общество активно готовится к самому главному внутриполитическому событию. Уже сейчас по всей стране на уровне провинций, городов и предприятий проводятся своеобразные выставки экономических и научно-технических достижений за время, прошедшее с XVIII съезда КПК в 2012 году.

Все это время в КНР продолжался мощный экономический рост, страна вышла на передовые позиции в научно-техническом прогрессе, а на некоторых направлениях – в число его лидеров. ВВП КНР к началу 2017 года составлял $11,3 трлн. За шесть лет (с 2010 по 2016 гг.) он более чем в два раза превысил размер ВВП Японии, которая занимает по этому показателю третье место в мире.

Технологический прогресс в КНР по таким направлениям, как искусственный интеллект и распознавание изображений вышел на мировой уровень, а в технологии мобильных платежей и в интернет-торговле Китай стал лидером. 20 сентября журнал Forbes (США) признал, что именно технологический прогресс Китая решающим образом влияет на развитие цифровой экономики в мире, а китайские стартапы считаются лидирующими и создающими новую научно-техническую эпоху. Как итог – сейчас уже китайские бизнес-модели копируются и переносятся на Запад.

Однако экономические успехи Китая стали лишь следствием более фундаментальных и точно просчитанных реформ – политико-идеологических. В результате их реализации в КНР создана особая модель государственно-политического устройства, которая официально называется «социализм с китайской спецификой».

Суть китайской модели в том, что страна перешла от плановой экономики и системы административно-командного государственного управления к специфической китайской версии государственного капитализма с управляемой рыночной экономикой, сохранив однопартийную политическую систему советского типа.

Такая общественно-политическая модель совмещает многообразие форм собственности и экономическую конкуренцию с монополией Компартии Китая на государственную власть и официальным запретом конкуренции политической (и всякой оппозиции власти КПК). В рамках этой модели партийно-государственное руководство КНР в целом пока успешно контролирует действие рыночных факторов в обществе, подчиняя их непрерывному росту экономики; формирует систему стимулов для научно-технических и технологических инноваций.

Идеологически «китайский социализм» опирается на пять источников: марксизм-ленинизм, идеи Мао Цзэдуна, теорию Дэн Сяопина, идею тройного представительства (была выдвинута Цзян Цзэминем) и научную концепцию развития (авторство предыдущего председателя КНР Ху Цзиньтао). В реальности речь идет об оптимальных способах построения эффективной и при этом незападной модели общественно-политического устройства. «Социализм с китайской спецификой» стал успешным ответом на вызов экономического и научно-технологического отставания страны, которое сложилось на момент смерти китайского лидера Мао Цзэдуна в 1976 году.

При этом, основные «социалистические» установки КПК выводятся – как правило, неявно – из соответствующих традиционных течений китайской философии: конфуцианства, буддизма, даосизма и проч.

Они, так или иначе, опираются на конфуцианскую идею отказа от крайностей при решении проблем развития, предполагают учет противоположных точек зрения и ставят в качестве основополагающей ценности чувство национального достоинства.

Соединение конфуцианства и социализма позволяет населению быстрее принять «социалистические» установки Компартии Китая, сделать их более понятными. В итоге, теоретические установки «социализма» становятся частью современной китайской национальной культуры и идентичности. А идеология и риторика «строительства социализма с китайской спецификой» является не более чем удобным идеологическим обрамлением социально-экономической модернизации Китая.

Уважение к Мао и его положительный образ при таком подходе являются инструментами идеологического воспитания населения, причем не столько в духе социализма, сколько в духе уважения к его курсу на построение «великого Китая». В этих условиях историческая истина о деятельности Мао вынесена «за скобки» научных исторических исследований. В деятельности Мао 70 процентов верных решений и 30 процентов ошибок – вот официальная и общепринятая формула оценки его деятельности.

Руководство КНР здесь, как и в иных вопросах, предельно рационально и прагматично: излишнее копание в историческом наследии Мао, возможно, приблизит к истинному пониманию мотивов его поступков, но внесет раскол в общество и отвлечет население от реальной созидательной работы «здесь и сейчас» на благо «великого Китая». Такой подход в китайской действительности работает, что невольно провоцирует сравнение с нашим отношением к собственным выдающимся и неоднозначным историческим фигурам.

Конечно, отдельные элементы китайских реформ или их комбинации уже встречались в XX веке в мировой истории в странах этого же региона (Япония, Южная Корея, Тайвань, Сингапур). Однако ближе всего китайские реформы находятся к советскому НЭПу. И это принципиальный момент с точки зрения использования собственного российского исторического опыта для реформирования страны.

СССР в 20-е годы прошлого века вынужден был после окончания Гражданской войны отказаться от распределительной экономики «военного коммунизма» и внедрить НЭП: высвободить частную инициативу и вернуть рыночные институты, соединив их с монополией РКП(б) на политическую власть.

В 1920-е СССР впервые в истории попытался – и, в силу объективных причин, неудачно – создать незападную модель рыночной экономики для модернизации страны. КНР спустя почти 50 лет (в конце 1970-х гг.) воспроизвела и более успешно развила в реформах принципы НЭПа.

В итоге в КНР создана успешная незападная политико-экономическая модель, неотъемлемой составляющей которой является государственное регулирование рынка и постепенное (не шоковое!) распространение рыночных механизмов в экономике. При этом, в Китае понимают, что такая модель стала возможной в результате отказа Компартии Китая от некритичного копирования западного политико-экономического устройства.

Накануне XIX съезда КПК в повестке реформ в Китае – реформа корпоративного управления на госпредприятиях с перспективой приватизации некоторых из них, создание цифровой и ресурсосберегающей экономики, переход обрабатывающих отраслей промышленности на полную автоматизацию и роботизацию, подтягивание доходов сельского населения до уровня городского, а центральных провинций КНР – до уровня развития приморских.

Таким образом, Китай уверенно движется к построению общества всеобщего достатка.

Виктор Пироженко

05.10.2017

Источник — stoletie.ru

Китай — источник влияния планетарного масштаба

Надеж Роллан | Libération

Общеизвестно, что Москва хотела оказать воздействие на выборы в США и во Франции. Но немногие знают о том, что Пекин любыми средствами хочет заставить себя услышать в Юго-Восточной Азии — посредством коррупции, принуждения и дезинформации, пишет ведущий научный сотрудник американского Национального бюро азиатских исследований (НБР) Надеж Роллан на страницах французской газеты Liberation.

Разоблачения в отношении российского вмешательства в электоральный процесс многих стран, включая Францию, вернули на авансцену подходы и методы, считавшиеся позабытыми со времен холодной войны. Вмешательство имеет целью ориентировать политический курс какой-либо страны в направлении, благоприятном для интересов иностранной державы. Оно опирается на арсенал подрывных средств (коррупция, принуждение, пропаганда, дезинформация), транслируемых СМИ, ассоциациями или публичными персонами, в целях оказать влияние на общественное мнение и элиты, говорится в статье.

Россия — не единственная держава, применяющая искусство политической войны. Китай ведет тот же бой, используя подобное оружие. За последние месяцы накопилось немало примеров китайского вмешательства: финансовое давление на престижное издательство Кембриджского университета, с предписаниями извлечь из его баз данных сотни статей, содержание которых не нравится Пекину; неоднократные посягательства на свободу слова во многих австралийских и американских университетах, совершенные ассоциациями китайских студентов, связанных с центральными органами Коммунистической партии Китая (КПК); выкуп местных газет или совместное производство медийных программ, передает автор.

Цели и задачи политической войны, которую ведет Китай, отличаются от целей и задач Москвы, но в их тактике есть нечто общее: манипуляция свободой и открытостью, предоставляемыми демократическими обществами. Там, где Россия хочет расколоть Европу, отвлечь ее внимание и отбить у нее охоту реагировать на свои беспрестанные агрессивные действия, Пекин желает установить и расширить свое господство в Азиатско-Тихоокеанском регионе, стремясь освободить его от американского присутствия, указывает Роллан. Помимо стратегического китайско-американского соперничества, Китай добивается доступа к рынкам, секретам мастерства и технологиям, ставя перед собой цель превзойти первую экономическую державу мира.

Мечта о «большом китайском рынке», воплощенная в программе «новых Шелковых путей», обещает новые коммерческие возможности, служащие приманкой для компаний и государств, которые нередко готовы к сотрудничеству, не заботясь о потенциальных негативных последствиях в долгосрочной перспективе, отмечает автор статьи.

Наконец, контроль за информацией и пропагандистские усилия со стороны Китая не останавливаются на виртуальной границе, созданной «великой цифровой стеной», ограждающей киберпространство Китайской Народной Республики. Си Цзиньпин хочет, чтобы «голос Китая» зазвучал на весь мир, вбивая в головы успехи «китайского решения», представленного как альтернатива модели глобализации, потерпевшей провал. Альтернатива, в которой «права на развитие» важнее соблюдения общечеловеческих ценностей. Это имеет отношение ко всем демократиям, и каждая из них должна сохранять бдительность, предостерегает Роллан.

Источник: Libération

Источник — inopressa.ru

Китай разработал новый многофункциональный истребитель благодаря русским учёным

© РИА Новости, Виталий Аньков Китай разрабатывает многофункциональный истребитель под названием «Хун Лун» (в переводе «Огненный дракон»). Истребитель относится к шестому поколению и является самым прогрессивным представителем своего класса. Основными техническими характеристиками являются прогрессивная пневматическая конструкция, новая система управления, модернизированная радиолокационная станция, способная более точно поражать наземные цели. Самолёт очень манёвренный, способен выполнить «Кобру Пугачёва», полностью оснащён передовым оборудованием для отражения атак истребителей. Как сообщается, Китаю удалось достичь значительных успехов в этой области благодаря нескольким десяткам первоклассных учёных из России, которые уехали в Китай. Президент России Владимир Путин неоднократно требовал их возвращения на родину.
Новый истребитель оснащён передовой навигационной системой, способной эффективно функционировать в сложных метеорологических условиях, в любое время года, днём и ночью, на море и на суше. Вспомогательные навигационные средства включают в себя такое оборудование, как инерциальная навигационная система, доплеровский измеритель скорости и сноса, автоматический радиокомпас, навигационная радиотехническая (спутниковая) система, работающая на дальних расстояниях; радиотехническая система ближней навигации, система определения взаимных координат и сигнальный огонь.Истребитель оснащён автоответчиком и международным автоответчиком. Такая система связи используется между лётчиками и пунктом назначения во время полёта, чтобы вести двусторонние радиопереговоры, а также чтобы шифровать телефонные разговоры и переписки. На борту нового истребителя установлены две ультракоротковолновых радиостанции, беспроводной телефон и оборудование для шифрования переписки, система внутреннего сообщения. «Огненный дракон» оснащён передовой системой контроля над вооружением, используются радиолокационные и оптические лазерные установки, чтобы во время ведения боевых действий с применением ракет, перехватывать и отслеживать цель. Система управления оружием включает в себя радарную систему прицеливания и фотоэлектрическую навигационную систему.

Важной составляющей радарной системы прицеливания является импульсный доплеровский радар, он отвечает за обнаружение и отслеживание воздушных целей и наземных объектов. В то же время радар тоже может отслеживать крупные воздушные объекты и блокировать несколько опасных ближайших целей. Чтобы максимально охватывать воздушное пространство, на задней части истребителя установлено специальное радиоэлектронное оборудование. С помощью наводки системы радиолокации можно установить, какому государству принадлежит тот или иной объект.
Антенна способна заметить спереди самолёт-истребитель на расстоянии около 150-180 километров, а сзади на расстоянии не более 90 километров, также способна обнаружить танки на расстоянии 60-90 километров, на расстоянии 150-180 километров заметить морской объект. Самолётная РЛС способна одновременно отслеживать 20 воздушных целей и одновременно атаковать восемь ближайших объектов.

http://inosmi.ru/military/20170918/240295502.html

Турецкое оружие завоевывает мир

Сегодня Турция — один из крупнейших мировых экспортеров гладкоствольного стрелкового оружия. Турецкие ружья продаются в России, США и Азии. Одни пользователи критикуют их качество, другие хвалят за надежную работу и низкую цену. Как турецкое оружие завоевывает мир — разбирался корреспондент «Ленты.ру».

Судьба Турции на рынке гражданского оружия напоминает путь Китая в электронике или Кореи в мировом автопроме. Десять лет назад многие турецкие оружейники собирали на коленке дешевые «стреляющие палки», другие при поддержке государства оснащали современные производства, копировали и дорабатывали модели именитых оружейных брендов. Перспективные новинки и придумки мгновенно копировались и выводились на рынок сразу десятком компаний.

В итоге турки научились почти мгновенно улавливать перспективные тренды и налаживать выпуск модных моделей и модификаций. Теперь страна из подмастерья готовится стать производителем мирового уровня. В России до половины ассортимента в сегменте гладкоствольных ружей всех конструкций представлено турецкими компаниями.

На сегодняшний день в Турции зарегистрировано около 200 марок оружия, но доверия заслуживают лишь около четырех десятков — такую оценку дают эксперты. Изрядная часть компаний — это кустарные семейные производства, где нет ни современных технологий, ни качественных материалов. Многие вообще обходятся без производственных мощностей.

«Есть десятки квазиоружейных компаний, которые заказывают готовое оружие или комплектующие по всей стране по принципу «где дешевле» и собирают свой конструктор. Иногда получаются приличные ружья, иногда — не очень», — поясняет главный редактор журнала «Калашников» Михаил Дегтярев.

Узлы такого оружия могут быть мягкими, как пластилин, а само оно выходит из строя после нескольких десятков выстрелов. Для сравнения: средний настрел качественного дробовика — около 20 тысяч выстрелов. Ресурс некоторых зарубежных марок (Benelli, Marocchi) может исчисляться сотнями тысяч выстрелов.

Турецкое иго

В Россию турки зашли в середине нулевых. По словам директора по специальным проектам концерна «Калашников» Евгения Спиридонова, они начали поставлять ружья двух категорий: местной разработки («никудышные по качеству, но внешне привлекательные»), а также качественную продукцию от компаний, «принадлежащих европейскому концерну».

Здесь можно вспомнить бренд Stoeger, принадлежащий головной компании Beretta Holding (владеет компаниями Beretta USA, Benelli, Franchi, SAKO, Tikka, и т.д.) и использующий в своем оружии инерционную схему автоматики, применяемую также на Benelli и Beretta. Турецкие версии европейских моделей отличались несколько упрощенной конструкцией и не слишком изящным дизайном. Однако такие ружья, как правило, не имели проблем с качеством, а цена была вдвое ниже предложения итальянцев (в то время — около 30 тысяч рублей против 60-70 тысяч).

Первые поделки, конечно, подпортили имидж турецкого оружия, но позволили закрепиться в бюджетном сегменте. В 2007 году цена полуавтомата экономкласса составляла около 15-17 тысяч рублей. Далее, по мере расширения экспансии, качество оружия выравнивалось.

В любом случае уже больше десяти лет Турция является для нас основным поставщиком недорогих и вполне качественных ружей. Главный конек турецких компаний — помповые и полуавтоматические дробовики с подствольным трубчатым магазином (разумеется, есть и двустволки). По экспертным оценкам, в 2014-2015 годах в нашу страну ежегодно ввозилось до 30 тысяч турецких полуавтоматов, которые сегодня уверенно заняли практически весь бюджетный и средний ценовой сегмент (от 30 тысяч до 60 тысяч рублей).

Конкурентов здесь у них практически нет, цены на западные бренды, прежде всего на итальянские Fabarm и Benelli, начинаются от 80 тысяч рублей, а российские компании выпускают всего два полуавтомата с подствольным магазином — МР-155 от концерна «Калашников» и «Бекас-авто» от «Молот оружие» (ВПМЗ «Молот»). К слову, значительная часть ассортимента обеих российских компаний не конкурирует с турецким импортом — речь о дробовиках на базе автомата Калашникова («Сайга» и «Вепрь»).

Ситуация для турок могла измениться в 2016 году. Вскоре после атаки на российский Су-24 в Сирии (ноябрь 2015-го) ввоз турецкого оружия был приостановлен, и оружейные магазины распродавали складские запасы. Эксперты уже подумывали, кому достанется перспективная ниша. Наиболее вероятными кандидатами были Бразилия и Китай.

Однако Москва и Анкара быстро нашли общий язык, и поток оружия в Россию возобновился. По оценке Михаила Дегтярева, ежегодно продажи турецких ружей в России растут не менее чем на 20 процентов. Главный редактор «Русского охотничьего журнала» Михаил Кречмар и вовсе охарактеризовал положение турецкого оружия в наших магазинах как «засилье».

Америка решает

Впрочем, Россия для турецких оружейников — только одна из площадок, причем далеко не главная. «Основным рынком для них является американский, он позволил сформировать и нарастить производственные мощности, — рассуждает Михаил Дегтярев. — Отсюда и ровное качество, и цена массового продукта, что делает предложение турок цельным и интересным для других рынков».

Напомним: в США ежегодно продается до пяти миллионов стволов. Бездонный американский рынок проглотит все новинки, а экспериментировать с дизайном и компоновкой оружия потомки османов любят. Относительно новое модное направление специально «под Америку» — AR-образные дробовики, в дизайне (иногда и в конструкции) которых отчетливо видны черты американской винтовки AR15/М16. Это оружие позиционировали как «убийцу «Сайги»» — в том смысле, что оно должно было стать главным конкурентом популярного российского дробовика.

Началось все в 2009-м, когда компания Akdal Arms освоила серийное производство модели МКА 1919 для гражданского рынка и полиции. Внешне образец почти копировал американскую М16, но конструктивно имел с ней мало общего, используя традиционную «охотничью» автоматику. Газовый поршень в виде кольца и возвратная пружина располагались вокруг трубки под стволом. Пластик и алюминий сделали ружье очень легким. Спусковая коробка с приемником магазина и пистолетной рукоятью и прикладом выполнены единым блоком из пластика.

Идея понравилась, и сегодня подобную схему используют многие турецкие компании, экспериментируя с калибрами и дизайном. Скажем, линейка компании Torun Arms под маркой Torun М12 в агрессивном тактическом дизайне. Гладкостволка Т-14 от Safir Аrms под патроны .410 и 36-го калибра использует автоматику с кольцевым поршнем.

Некоторые идут еще дальше: компания UTAS представила гладкоствольную самозарядку XTR-12, которая по сути является конверсией американской винтовки AR10 (аналог AR15/М16 в калибре 7,62х51). На нижнюю часть ствольной коробки AR10 монтируется верхняя часть с гладким стволом и затворной группой под патроны 12-го калибра. XTR-12 использует автоматику с коротким ходом газового поршня, размещенного над стволом, — это весьма распространенная конверсия AR-платформы. Все органы управления выполнены по схеме AR10/AR15.

Неубитая «Сайга»

Кстати, «убийцей «Сайги»» AR-образные дробовики не стали, поэтому сразу несколько компаний наладили выпуск собственных клонов «Сайги» и «Вепря», которые и были представлены в марте на выставке IWA-2017 в Нюрнберге. Это вообще особенность турецких компаний: любая перспективная новинка мгновенно копируется полудюжиной конкурентов.

«С моей точки зрения, эти изделия по качеству не дотягивают до российских оригиналов, хотя внешне воспроизведены великолепно, и апгрейд заводской выглядит хорошо, — комментирует Михаил Дегтярев появление новинок. — Но то, как быстро учатся турки, заслуживает уважения. Пара лет, и их «Сайги» и «Вепри», возможно, будут конкурировать с российскими изделиями, а пока они заполнят рынки Северной Африки и арабских стран — там, где не так притязательны к качеству, но падки на внешний вид».

Восточные производители наладили не только выпуск классических АК-дробовиков, но и их модификаций в компоновке булл-пап. Помимо «обуллпапленных» «Сайг» и «Вепрей» на IWA-2017 турецкие компании показали несколько булл-пап-дробовиков: это обычный дробовик, вмонтированный в футуристический пластиковый корпус.

Кто платит?

Пожалуй, самый интересный вопрос — за чей счет этот банкет. Как удалось Турции в короткие сроки создать конкурентоспособное производство гражданского оружия? Ведь турки никогда не слыли великими оружейниками, а до Первой мировой войны производство «стрелковки» и вовсе было кустарным.

«На мой взгляд, основных факторов успеха два: скоростное «проектирование» и господдержка, — говорит Евгений Спиридонов. — «Проектирование» сознательно взято в кавычки, так как речь идет о копировании именитых брендов. А господдержка — фактор, несомненно, позитивный. Насколько мне известно, переоснащение предприятия новым оборудованием в Турции и запуск новых техпроцессов влекут за собой серьезные налоговые льготы для производителя, что позволяет быть на ступеньку-две выше в конкурентной борьбе на мировом и национальном рынках».

А вот подрасти до уровня мирового производителя туркам, по мнению Дегтярева, помог американский рынок и долгосрочные контракты на полный цикл производства известных мировых брендов. О ком именно идет речь — эксперт не уточнил: «по просьбе их представителей».

Что касается перспектив конкуренции между российскими и турецкими оружейниками, то, к примеру, в концерне «Калашников» признали, что серьезно воспринимают угрозу. В качестве промохода по повышению привлекательности своего оружия российский производитель недавно провел сравнительный «краш-тест» (именно так назвали испытание в концерне) между своим МР-155 и турецкими моделями Kral M155 и Hatsan Escort. «Ружья эти находятся примерно в идентичной ценовой нише и имеют сходные ТТ, — пояснили «Ленте.ру» в «Калашникове». — Турки имеют вполне привлекательный внешний вид, но нас интересовало, насколько надежными окажутся наши и турецкие ружья в условиях реальной стрельбы». Представитель концерна подчеркнул, что для испытаний было взято обычное отечественное ружье «из коробки». Видео теста и итоги обещали опубликовать в ближайшее время.

Впрочем, по словам Михаила Кречмара, в нынешней ситуации потеснить турок без широкого привлечения в оружейную отрасль частного бизнеса вряд ли удастся. На сегодняшний день в России лицензии на производство оружия имеют около 40 компаний, однако реальным производством занимаются лишь несколько, а уровня полноценного производства достигла только одна — ООО «Промтехнология» (марка Orsis/»Орсис»).

Сейчас не самый удачный момент для выхода частников: из-за санкций наши производители отрезаны от самого привлекательного и емкого американского рынка. Осваивать новые под силу только «монстрам» вроде того же «Калашникова». А внутренний российский рынок мал и продолжает сжиматься: по оценке концерна «Калашников», за три года в натуральном выражении он сжался почти на 50 процентов — с 900 тысяч до 500 тысяч стволов.
Владислав Гринкевич
18 авг. 17

Источник — lenta.ru