Россия и Турция отказались от конфронтации

Russia-Turkey-3На протяжении нескольких месяцев газета «Новое Время» проводила опрос среди своих читателей, которым предлагалось ответить на вопрос «Какую позицию должен занять Азербайджан по российско-турецкому конфликту?».

Вариантов ответа было четыре: занять сторону Турции; поддержать позицию России; занять нейтральную позицию; стать посредником в налаживании российско-турецких отношений.
 Результаты опроса, честно говоря, очень нас обрадовали: подавляющее большинство ответивших – 44,38 процента — посчитали, что Азербайджан должен стать посредником в налаживании российско-турецких отношений. Гораздо меньше принявших участие в опросе были уверены, что Азербайджан должен поддержать одну из сторон: 25,33 процента посчитали, что нужно встать на сторону Турции, 27,1 процента – на сторону России. Как видим, здесь отдавших предпочтение той или иной стране оказалось почти одинаковым. Меньше всего – только 3,08 процента – были уверены, что позиция нашей страны в вопросе российско-турецкого конфликта должна быть нейтральной.
Но, как отметил один из западных дипломатов в Азербайджане, события развивались именно в том направлении, за которое проголосовали читатели «Нового Времени»: российско-турецкие отношения были нормализованы, и именно Азербайджан, его руководство оказало содействие в этой нормализации.
Напомним, что буквально на следующий день после получения российским президентом послания президента Турции, то есть 28 июня, премьер-министр Турции Йылдырым поблагодарил Азербайджан за содействие в нормализации отношений с Россией. Также турецкий премьер поблагодарил за содействие Казахстан. А турецкие СМИ в свое время сообщали, что президент Турции, заинтересованный в урегулировании отношений с Россией, обратился к президентам Азербайджана и Беларуси Ильхаму Алиеву и Александру Лукашенко с просьбой о содействии в нормализации отношений с Владимиром Путиным. И благодарность турецкого премьера подтверждает факт такого обращения.
Выбор читателей «Нового Времени» подтверждает мудрость азербайджанского народа, который прекрасно понимает, что от хороших отношений между двумя большими соседями – Россией и Турцией – в выигрыше останутся все стороны. Понимает, что невозможность отдать предпочтение ни России, ни Турции, с которыми азербайджанский народ связан многовековыми отношениями, более того – множеством человеческих контактов. Ведь тысячи азербайджанцев проживают в России, став гражданами этой страны. Сотни тысяч азербайджанцев работают в этой стране. Много азербайджанцев проживает в Турции. Кроме того, это страна является излюбленным местом отдыха для тысяч азербайджанцев. Да и бизнес-интересы Азербайджана присутствуют и в России, и Турции. На высоком уровне находятся политические отношения Азербайджана с этими двумя странами. И поэтому подавляющему большинству граждан Азербайджана важно и необходимо, чтобы между Россией и Турцией были нормальные, дружественные отношения, что является гарантией стабильности и процветания региона.
И Азербайджан может выразить удовлетворение, более того — радость в связи с тем, что его посреднические усилия увенчались успехом и начался процесс улучшения отношений между двумя его стратегическими партнерами – Турцией и Россией. Ведь Азербайджан, его руководство, и, как показал опрос «Нового Времени», и рядовые граждане страны с самого начала конфликта между Россией и Турцией выступали за нормализацию отношений между двумя странами, считая, что напряженность между ними вредит не только России и Турции, но и региону в целом.
Кстати, эта благодарность Турции Азербайджану за содействие в нормализации отношений с России опровергает ранее высказанные экспертами предположения. Они, в частности, отмечали, что Азербайджан может стать посредником только в том случае, если обе стороны конфликта – Турция и Россия этого захотят. А они, якобы, такого желания не проявляют. Но, как видим, по меньшей мере Турция искала посредников для нормализации отношений с Россией.
Кроме того, эксперты предполагали, что письмо Эрдогана Путину было его реакцией на итоги референдума в Великобритании о выходе из состава ЕС. Как видим, еще задолго до референдума о «Брексит», результаты которого никто не мог предугадать, Турция и сама пыталась, и призвала посредников, в том числе Азербайджан, чтобы восстановить отношения с Россией. Это, безусловно, можно поставить в заслугу руководству Турции, которое понимало, что без отношений с Россией невозможно нормальное экономическое развитие страны, невозможно решать проблемы региона. И Россия приняла посредничество Азербайджана и других стран, что тоже свидетельствует о ее заинтересованности в нормализации отношений. То есть, все страны — Турция, Россия и посредники в лице Азербайджана проявили мудрость и понимание того, что только совместными усилиями можно обеспечить мир и развитие в регионе, следствием чего и стала нормализация российско-турецких отношений.
Р.ГУСЕЙНЗАДЕ

http://www.novoye-vremya.com/w62799/…/#.V5XBbfmLT4Z

Попытка госпереворота в Турции обсудят на совместной конференции «Тюркишфорума» и «Этноглобуса»

turkite-azerb. flaqАмерикано-турецкий ресурс  Turkishforum (Turkishnews.com ) и Международный онлайн информационно-аналитический центр «Этноглобус» (ethnoglobus.az) (Азербайджан) стартуют онлайн конференцию на тему «Попытка военного переворота в Турции- причины и влияние на региональную политику и экономику «.

Статьи будут опубликованы в Turkishnews.com и ethnoglobus.az. материалы могут быть представлены на русском, турецком, английском, азербайджанском языках.

Статьи можно отправлять по электронному адресу: mete62@inbox.ru и на facebook страницы:https://www.facebook.com/TurkishForumPage/,

https://www.facebook.com/turkishforumru/,

https://www.facebook.com/Ethnoglobus-1601637286732561/

Модератор- директор центра «Этноглобус», редактор русского раздела Turkishnews.com, политолог Гюльнара Инандж

Мятеж перекинулся с Турции на Армению

armeniya myatejАресты сторонников Сефиляна идут по всей стране

Сторонники армянской оппозиции захватили полицейский участок, взяв заложников, в числе которых один из руководителей полиции страны. Мятежники заявили, что это первый шаг к смене власти в Армении. Однако едва ли это так: поддержка среди населения у радикалов минимальна.

На фоне драматических событий в Турции особое внимание привлекли распространенные в воскресенье утром в соцсетях обращения о начале вооруженного восстания в Армении против президента Сержа Саргсяна. Некая группа оппозиционеров, назвавшая себя «защитниками армянского народа», заявила о намерении «изменить обстановку» в стране. «Мы уже захватили одну из основных баз полиции в Ереване и контролируем квартал в Эребуни», – цитирует обращение ТАСС.

Однако действительность оказалась более прозаична, хотя и трагична. Нападавшие – а их количество, видимо, не превышает трех десятков – не заняли квартал Эребуни, где, в частности, находится аэропорт Еревана. Но захватить местный полицейский участок неожиданной атакой, произошедшей в пять часов утра, им действительно удалось. Во время тщательно подготовленного нападения погиб заместитель начальника полка патрульно-постовой службы полковник Артур Ваноян. Видимо, главной мишенью нападавших был находившийся в участке заместитель начальника полиции страны Вартан Егиазарян. Его и еще нескольких человек взяли в заложники.

«Вооруженная группа требует освобождения Жирайра Сефиляна, отставки президента Армении Сержа Саргсяна и передачи власти народу», – заявил депутат армянского парламента Никол Пашинян, побывавший на месте действия. Сейчас по всей республике идут аресты сторонников Сефиляна. При этом уличных протестов в поддержку нападавших в стране нет, что неудивительно.

Жерайр Сефилян – фигура в армянской политике достаточно интересная, но относящаяся к безнадежным маргиналам. Он принадлежит к особой категории людей, уже доставившей немало хлопот армянским властям – выходцам из Ливана, принимавшим участие в Карабахской войне. Сефилян родился в Бейруте в 1967 году. Его юность пришлась на гражданскую войну в Ливане, в которой он, как многие его армянские сверстники, участвовал в одном из отрядов, созданных националистической радикальной организацией Дашнакцутюн. С началом военного конфликта в Карабахе он приехал туда в качестве добровольца.

Сефилян возглавлял так называемый Шушинский особый батальон. Это подразделение было тесно связано с Дашнакцутюн (частично его и составляли члены этой партии) и отличилось прежде всего на начальном этапе Карабахской войны. Сам Сефилян, по отзывам знающих его людей, отличался большой личной храбростью. За мужество, проявленное в боях, он был награжден орденом «Боевой крест».

Если боевые действия Шушинского особого батальона были достаточно успешными, то последующая политическая карьера Сефиляна никак не может быть названа впечатляющей. Из-за радикализма и эпатажных высказываний Сефиляна даже называли «армянской Новодворской». Он находился в последовательной оппозиции всем президентам Армении и Нагорного Карабаха, критикуя их по самым различным поводам.

Главный из них – это подозрения Сефиляна в том, что власти страны могут пойти на какие-то уступки Азербайджану. Более того, он является, пожалуй, единственным нынешним армянским политиком, который прямо выступает за новую войну с азербайджанцами. Ее итогом, по мнению Сефиляна, должен стать окончательный разгром противника, которого, как он выразился, «мы должны поставить на колени». Широко известна его фраза, сказанная по армянскому телевидению: «Войны бояться не надо». Кстати, Россию в качестве союзника в будущей войне с Азербайджаном он не видит. Сефилян опять-таки является одним из немногих армянских политиков, кто выступает за вывод из Армении российской военной базы в Гюмри, которую он считает «проводником российских интересов на Южном Кавказе». Из-за чрезмерного радикализма ему не удалось создать сколько-нибудь большую группу сторонников (хотя среди ветеранов Карабахской войны и представителей диаспоры он пользуется уважением за боевые заслуги), а также наладить устойчивый союз с более респектабельной армянской оппозицией.

В 2006 году он был арестован и осужден за хранение оружия и призывы к насильственной смене конституционного строя и приговорен к полутора годам тюрьмы. После отбытия срока казалось, его политическая звезда окончательно закатилась. Однако Сефилян-политик пережил, можно сказать, «второе рождение» после президентских выборов 2013 года. Он пытался, с некоторым пропагандистским успехом, организовать кампанию их бойкота и даже создал некий «Учредительный парламент», который по его мысли должен стать альтернативным органом власти.

Кроме того, Сефилян поддерживал прозападного кандидата в президенты Раффи Ованнисяна. Но скоро разочаровался в его методах, сочтя их слишком умеренными и непоследовательными. Сефилян проявил себя и во время протестов апреля 2015 года против повышения тарифов на электроэнергию. В них он принял активное участие, безуспешно добиваясь их превращения в революцию.

И вот 23 июня этого года Сефилян был арестован. Как передает «Новости-Армения» со ссылкой на главное управление по расследованию особо важных дел следственного комитета страны, Сефилян «поддерживал непосредственные контакты с разными людьми, привлеченными в качестве обвиняемых по уголовному делу, которым напрямую поручал перевозить оружие и боеприпасы и хранить в разных местах, а также быть готовыми в случае соответствующего приказа использовать их». Вероятно, к действиям его подтолкнули бои 2–5 апреля на линии армяно-азербайджанского противостояния. «Противник не оставил нам выхода, необходимо поставить его на колени, необходима общенациональная мобилизация, создание правительства доверия, и если власти не пойдут на этот шаг, народ будет вынужден заставить их перейти к действиям», – заявил он вскоре. Однако развить бурную активность ему помешал арест.

Следует заметить, что современная Армения знает случаи не только политических уличных выступлений против власти, но и настоящих актов терроризма. Самый яркий пример – нападение на армянский парламент 27 октября 1999 года. Тогда от рук радикала Наири Унаняна, несколько похожего по своим убеждениям на Сефиляна, погибло восемь человек, в числе которых – тогдашний премьер-министр Вазген Саркисян и спикер парламента Карен Демирчян.

Олег Москвин
17 июля 2016,

Источник — vz.ru

Природный газ Иракского Курдестана можно рассматривать как наиболее доступный источник питания для проекта Танап

kurdustan-tanapДарван Рахим

Tанап — Трансанатолийский  проект транспортировки природного газа, которым владеют следующие акционеры: SOCAR (Госнефтекомпания Азербайджана) — 58 процентов, Botas (Турция) — 30 процентов, BP (Великобритания) — 12 процентов. Проект Tанап предусматривает транспортировку газа с азербайджанского месторождения «Шах Дениз II» от грузино-турецкой границы до западной границы Турции. В Турцию газ попадет в 2018 году, а после завершения строительства Трансадриатического газопровода (ТАР) газ поступит в Европу приблизительно в начале 2020 года.

Танап является одним из приоритетных газовых коридоров для европейских проектов и предусматривает транспортировку 10 миллиардов кубометров азербайджанского газа из Каспийского региона через Грузию и Турцию в Европу.

На первоначальном этапе газ, который будет добываться в рамках второй фазы разработки азербайджанского газоконденсатного месторождения «Шах Дениз», рассматривается в качестве основного источника для проектов южного газового коридора. На более позднем этапе к проекту могут быть подключены другие источники.

Газ в рамках второй стадии разработки месторождения будет экспортироваться в Турцию и на европейские рынки путем расширения Южнокавказского газопровода и строительства Tанап и ТАP

Примечательно, что трубопровод является частью Турецкой стратегии по становлению в качестве крупного энергетического центра в регионе. В то же время, Турция стремится повысить свою энергетическую безопасность и обеспечить свои собственные растущие потребности природного газа. Турция может взять на себя не только роль транзитной страны, а перепродавать импортированный природный газ в долгосрочной перспективе. Но на сегодняшний день нет никаких сомнений в том, что турецкий потребитель использует газовый поток Танап для удовлетворения энергетических потребностей своей растущей экономики.

Иракский Курдистан рассматривается в качестве потенциального источника для Танап и предусматривает транспортировку от 3 до 6 триллионов кубометров природного газа. Региональное правительство Курдистана построило трубопровод, связывающий Курдистан и Турцию, по которому транспортируется нефть.  В первоначальном варианте, этот проект служил источником оснащения природным газом трубопровода Набукко (газопровод из Туркмении и Азербайджана в Европу), но из-за не реализации Набукко и отсутствия достаточных инвестиций в секторе природного газа, власти пустили по трубопроводу вместо газа нефть.

Тем не менее, стратегическое значение от экспорта своего природного газа вдохновляет курдистанскую экономику к новым возможностям. Присоединение к трубопроводу Танап может реализовать эти возможности, так как Курдистан географически расположен на пути газового потока и имеет потенциал по добыче 31 млрд кубометров природного газа в год. Для месторождения «Шах-Дениз II» это стало бы мощной поддержкой, тем более, что азербайджанская нефтегазовая отрасль пока что изучает свои возможности.

Еще одно преимущество в пользу курдистанского газа, это отсутствие третьей страны между ним и Турцией. Таким образом, поток газа на своем пути не встречает транзитных тарифов, что снижает затраты и сроки поставки.

Строительство Танап уже начато и не только на бумаге, в отличии от Набукко. Что еще более важно, у проекта есть реалистическое видение, поскольку консорциум объявил, что стремится соединить свой трубопровод с другими транспортировщиками газа в Европу, включая российский Южный Поток. Во избежание конкуренции, проектировщики Tанап не позиционируют себя как противники России.

По этим причинам, Курдистан должен сделать шаг вперед и присоединиться к проекту Tанап, который бы гарантировал безопасный, надежный и устойчивый коридор для доставки курдского природного газа на региональные и международные рынки.

Кроме того, у Курдистана нет никаких других договоров по поставкам газа, 3-6 триллионов кубических метров курдского природного газа остаются нетронутыми. Помимо того, объем запасов природного газа в Курдистане значительно выше возможностей азербайджанских месторождений.

Расстояние между Курдистаном и ближайшей станцией Танап составляет около 570 км.  Для того, чтобы соединиться с Танап нужно построить новый трубопровод из Захо в Эрзурум.

Таким образом, курдский природный газ можно рассматривать как наиболее доступный, достаточный, ближайший и самый безопасный источник питания для проекта Танап.

Дарван Рахим, кандидат философских наук Эрфуртского университета в Германии. Имеет степень магистра Немецкого университета вооруженных сил в области исследований национальной безопасности. С мая 2014 года по октябрь 2015 год являлся помощником спикера парламента Курдистана.

Перевод Riataza с http://rudaw.net/

njdeВ Израиле в очередной раз осудили возвеличивание фашистов в Армении.

3 июля в передаче израильского Девятого телевизионного канала «Выйдем поговорим» израильского журналиста, дипломата и основателя Международной ассоциации «Израиль-Азербайджан» (АЗИЗ) Йосефа Шагала была проведена дискуссия, посвященная факту увековечивания памяти и установки памятника армянскому фашисту генералу Нжде в современной Армении.

Как сообщает 1news.az, выступивший на передаче Йосеф Шагал отметил, что сегодня многие государства стали лихорадочно переписывать свою историю.

«Они возвеличивают весьма сомнительные личности с точки зрения международного права. Мы не вмешиваемся в суверенные права народов трактовать свою историю, историческое прошлое и увековечивать память своих национальных героев. Но должны ли мы молчать, когда в национальных героев превращаются люди, причастные к чудовищным преступлениям Холокоста.

Как, скажите нам, реагировать на памятники антисемиту и бандиту Степану Бандере в Киеве, Харькове или Тернополе, убийце тысячи еврейских детей Герберту Цукурсу в Риге, на воздвигнутый совсем недавно памятник пособнику нацистов и антисемиту Гарегину Нжде в Ереване. Может ли страна назвать своим героем человека, обвиненного в преступлении против человечества, и если да, то чем это можно оправдать?» – спросил Йосеф Шагал экспертов передачи.

На передачу в качестве эксперта был приглашен директор представительства Бакинского международного центра мультикультурализма в Государстве Израиль, глава израильской неправительственной организации «Международные проекты для общества», эксперт в области международных отношений Арье Гут.

По мнению израильского эксперта, увековечивание памяти армянского фашиста и антисемита генерала Гарегина Нжде – это позор и оскорбление памяти жертв Холокоста. «Лично для меня, для человека, чей дедушка потерял всех членов своей семьи, которые были уничтожены фашистами в Украине, – это невыносимая боль в душе. Именно поэтому для меня это и личная трагедия», — отметил эксперт.

Во время дискуссии в рамках телевизионной передачи «Выйдем поговорим» Арье Гут отметил, что уже долгие годы в Армении над евреями осуществляют моральное насилие, которое выражается в публикации антисемитских книг, проведении антисемитских передач на телевидении, а также в неоднократном осквернении мемориальной плиты жертвам Холокоста в Ереване.

«Установка памятника армянскому фашисту и антисемиту генералу Нжде еще раз подтверждает, что в современной Армении создан масштабный культ этих фашистов, уничтожавших как представителей нашего народа, так и советских солдат. В их честь чеканят памятные монеты, снимают художественные и документальные фильмы. Если мировая общественность и дальше будет замалчивать пропаганду фашизма в Армении, то завтра руководство сегодняшней Армении может с таким же успехом поставить памятник и Гитлеру. Стоит подчеркнуть, что культ этих кровожадных фашистов осуществляется не силами каких-то маргинальных политических группировок, за этими действиями стоит государство, а точнее руководство современной Республики Армения», – подчеркнул директор представительства Бакинского международного центра мультикультурализма в Государстве Израиль.

В ответ на комментарий эксперта, доктора Евгения Клаубера о том, что советское руководство не рассматривало Нжде в качестве фашиста и поэтому не расстреляло, Арье Гут в жесткой форме подчеркнул, что история никогда не забудет жестокость 20-тысячного армянского легиона в составе Вермахта во время Второй мировой войны, одним из создателей которого был фашист Нжде.

«Вы просто, наверное, не знаете исторических фактов, которые подтверждены архивными документами. Целью армянского легиона во главе с генералом Нжде (который самолично участвовал в уничтожении тысячи евреев) было совершение облав и уничтожение евреев и других «неугодных» для немецкой армии. Именно благодаря армянскому легиону Симферополь, Евпатория, Алушта, Керчь и Феодосия, а также другие районы Западного Крыма были полностью очищены от евреев. Разве после этого мы можем равнодушно смотреть на то, как в современной Армении возвеличивают армянского фашиста и антисемита в ранг национального героя», — подчеркнул Гут.

Израильский эксперт отметил, что, когда у армянских экспертов спрашивают, с какой целью сегодня в Армении возвеличивают таких фашистов и антисемитов как Дро и Нжде, они отмечают, что это делают для того чтобы поднять боевой дух армянского народа.

«Неужели у армян не осталось других героев, кроме фашистов, неужели в рядах Красной Армии не было армян – героев Советского Союза. Просто надо понять, что в современной Армении возвеличивание фашистов и антисемитов стало неотъемлемой частью государственной политики нынешнего руководства Армении. Тот факт, что в церемонии открытия памятника генералу Нжде участвовали президент Армении Серж Саргсян и министр обороны Сейран Оганян, подтверждает, что они считают себя настоящими и подлинными наследниками армянского фашиста и антисемита Нжде», – отметил Арье Гут.

По словам эксперта, результаты пропаганды фашистской идеологии можно увидеть на примере кровавого акта геноцида в азербайджанском городе Ходжалы в феврале 1992 года, который был совершен с невероятным зверством и варварством.

«В одну ночь был стерт с лица земли азербайджанский город Ходжалы. В результате этой кровавой резни 613 азербайджанцев были уничтожены, они были подвергнуты страшным истязаниям и оскорблениям. Единственная их вина была в том, что они были азербайджанцами. Эту кровавую массовую резню совершили наследники армянского генерала Нжде в лице нынешнего президента и министра обороны Армении», — подчеркнул израильский эксперт.

Затем, говоря о политике мультикультурализма и толерантности азербайджанского общества, Арье Гут отмечает, что есть данные Антидиффамационной Лиги США о том, что Армения занимает первое место по уровню антисемитизма на постсоветском пространстве, эта страна является моноэтнической, где евреев можно на пальцах посчитать.

«А сейчас посмотрите на Азербайджанскую Республику, где мультикультурализм и толерантность — образ жизни и государственная политика. Президент Азербайджана Ильхам Алиев постоянно заявляет, что мы гордимся, что мы многонациональная, многоконфессиональная страна, и тем фактом, что представители многих народов и наций проживают в Азербайджане в мире и согласии. Мы гордимся нашими евреями-выходцами из Азербайджана в мире. В этой стране никогда не было и не будет актов ксенофобии и антисемитизма. Говорит ли об этом президент Армении — в стране у которого 99.9% населения – армяне, где кроме армян практически нет других народов и конфессий», —  задает риторический вопрос и резюмирует Арье Гут.

Эльшан Рустамов, Г.Р.

http://1news.az/politics/20160704025123255.html

С каким лицом Папа приедет в Баку?


Тофик Аббасов
папа-френсис

Все, кто ждал сенсации от поездки предводителя католиков мира Папы Франциска в Армению, не ошиблись. Это подтверждает и эйфория, в которой все еще пребывает соседняя республика после трехдневного пребывания иерарха в Эчмиадзине. Суть неожиданностей и перехлеста заключена в том, что лидер католиков, перешагнув мыслимые и немыслимые грани этикета и протокола, выступил в качестве номинальной клерикальной фигуры. На то указывают детали состоявшихся встреч, церемониальных актов и речей, с которыми выступил Папа Римский. Эти мысли представляют особый интерес, учитывая то, что спустя считанные недели Папа посетит и Азербайджан. Понтифик позволил себе много лишнего, бросив вызов азербайджанскому и турецкому народам тем, что обнажил политическую мотивацию.

Интересно, с каким лицом Папа приедет в Баку?

Чисто визуально президент Серж Саргсян затмил непосредственного визави понтифика – католикоса Гарегина Второго, дав понять, что имеет к организации и программе визита гостя куда больше отношения, нежели духовник всех армян. Глава государства откровенно бравировал, не скрывая радости, ибо успех визита Франциска, равно как и перевыполнение программы, должно было стать полновесным ответом всем оппонентам нынешней власти страны.

В итоге так и получилось, ведь Саргсян фактически получил вожделенную индульгенцию от Папы, стало быть, иерарх отпустил ему многочисленные грехи.

Политический вояж духовника

Как известно, через два месяца Франциск снова совершит визит на Кавказ и посетит Грузию и Азербайджан. Но как показалось, ему было сверхважно отделить Армению от остальных. Случайно ли это? Безусловно, нет, как и не случайно то, как Ереван, без конца кромсающий бюджет и экономящий на социальных пособиях, умудрился учредить сразу два посольских приказа практически в одном и том же городе – Риме.

Даже Азербайджан себе этого не позволил, определив обязанности посланника при Святом престоле по совместительству послу во Франции. А Саргсян решил перещеголять всех, открыв два представительства – в Италии и в Ватикане параллельно.

Его зять, заполучив неограниченные полномочия еще несколько лет назад, направился в Ватикан с особой миссией – разжалобить понтифика всеми возможными средствами, (финансы здесь сыграли далеко не последнюю роль), и ожидания тестя оправдались.

На многие тонкости взаимоотношений сторон, равно как и на природу их братства, свет проливает высказывание Франциска в контексте признания «геноцида». Его святейшество делает обезоруживающее заявление, не отдавая себе отчета в том, что плюет не только на общечеловеческие идеалы добра и порядочности, но и влезает в дела сугубо политические.

«В моем выступлении не было этого слова (примечание: слова «геноцид; — ред.), но после того, как я услышал тон речи президента Армении, с моей стороны прозвучало бы странно, если бы я не сказал того же, что и год назад», — это откровение самого понтифика, для которого Саргсян – указ.

Год назад по случаю столетия событий 1915-го года Папа Римский уже как бы определился со своей позицией и произнес слово «геноцид», а уже по приезду в Армению решил добавить масла в кашу, от одной субстантивности которой возникает смрадное ощущение.

Но и это еще не все. Используя представившийся благоприятный момент, Саргсян решил выполнить все задачи разом. И как ни странно, вопрос Карабаха также оказался в ряду затронутых, но в весьма странной трактовке.

Самодеятельность «святых»

В том, что будучи в Армении, понтифик и армянский католикос подписали Декларацию по Карабаху, может, странного ничего и нет. Но вопросы все же возникают. Во-первых, сей документ подписан между одним из фигурантов конфликта в отсутствие второго с третьим лицом. Если Папа Римский берет на себя миссию очередного посредника, небезынтересно знать – был ли в курсе самодеятельной инициативы духовный лидер мусульман Азербайджана и Кавказа шейх-уль-ислам Аллахшукюр Пашазаде?

Возможно, что во время визита Папы в Азербайджан протокольная часть  затеи получит продолжение, и азербайджанский духовник приложит свою подпись к документу, кстати, ничего не решающему. Но там есть явный подрывной подтекст, с помощью которого конфликту придается смысл межрелигиозного характера.

Так, Папа и католикос заявляют: «Уважение к религиозным различиям является необходимым условием для мирного сосуществования различных этнических и религиозных общин. И являясь христианами, мы призываем искать и реализовать пути мира и примирения. Мы надеемся, что все касающиеся Нагорного Карабаха вопросы получат мирное решение».

Дискурс, если все называть по существу, более чем провокационный. «Они, христиане», призывают мусульман к миру, а, стало быть, ответственность за войну ложится на тех, к кому они обращаются?! И не получается ли так, что азербайджанцы, которым армяне объявили войну, лишены понимания прописных истин? Выходит, «они, христиане» к миру давно готовы, и ждут не дождутся, пока вселенской заповедью не проникнутся мусульмане?!

Какое-то наваждение, если не сказать — бред сивой кобылы. Суть документа, составленного с благословления «святых», не только имеет обвинительную суть в адрес другой стороны, но и выставляет в неблаговидном свете народ целой страны. Человеку, далекому от перипетий противостояния, недолго заподозрить азербайджанцев в варварстве или, как минимум, в отрешенности, не так ли?!

Так, Папа и католикос хитро подводят базу под давнюю мечту армянских националистов – приравнять карабахский конфликт к межцивилизационной коллизии. Это то, к чему с первого дня рецидива пещерного армянского сепаратизма стремились в Ереване, рассчитывая на массированную помощь христианского мира.

В том, что армянская церковь с начала карабахских событий не только палец о палец не ударила для предотвращения беды, но и выступила вдохновительницей бойни, сомнений нет. Но ради чего на тлеющем этапе конфликта Эчмиадзину в столь греховном порыве ассистирует Римская католическая церковь, остается догадываться.

Видать, Папе Римскому невдомек, что Азербайджан, в отличие от Армении, и есть древняя обитель толерантности и миролюбия, где поныне живут христиане, иудеи, йезиды и прочие этно-конфессиональные меньшинства. Скорее, ему выгодно сделать вид несведущего. А может, есть и другая причина для проявленного цинизма и лицемерия. Но в том, что Папе Римскому, лидеру мирового католицизма, изменило чувство богоугодности, сомнений быть не может. Да воздаст ему Всевышний по заслугам!

http://haqqin.az/news/74394

В Фонде «Знание» прошла дискуссия вокруг исторических фактов злодеяний Дашнакцутюн

bilik_fonduКак сообщает ethnoglobus.az 30 июня в фонде «Знание» была проведена встреча с участниками первого международного «круглого стола» на тему «Армянский террор и азербайджанский мультикультурализм» профессором факультета социологии и политических наук Технологического университета Теннеси (США) Майклом Гюнтером, доктором философии по историческим наукам, политическим аналитиком Олегом Кузнецовым (Россия).

О.Кузнецов в своем выступлении провел параллели между юридическими формулировками «террор» и «геноцид», акцентировал на втором варианте термина, заметив, что деяния армянских террористов на территории Азербайджана соответствует именно этой версии.

Майкл Гюнтер  в свою очередь предоставил ко вниманию участников встречи свои взгляды из США на армяно-азербайджанский конфликт.

В дискуссиях принимали участие главный консультант Службы Государственного советника по межнациональным вопросам, вопросам мультикультурализма  профессор Хаджар Вердиева, исполнительный директор Фонда «Знание» Онтай Самедов, сотрудник Института по правам человека НАНА Ризван Гусейнов, студенты.

 

 

 

 

Отметим, что круглый стол был организован Бакинским Центром Мультикультурализма, Национальной Академией Наук Азербайджана (НАНА), Фондом «Знание» при Президенте Азербайджанской Республики, Государственным комитетом по работе с диаспорой и Агентством по авторским правам в рамках проекта «Террор против мультикультурализма».

28 июня в Бакинском международном центре мультикультурализма (БМЦМ) состоялся первый международный «круглый стол» на тему «Армянский террор и азербайджанский мультикультурализм»

deyirmi masa28 июня в Бакинском международном центре мультикультурализма (БМЦМ) состоялся первый международный «круглый стол» на тему «Армянский террор и азербайджанский мультикультурализм», организованный совместно БМЦМ, Национальной Академией Наук Азербайджана (НАНА), Фондом «Знание» при Президенте Азербайджанской Республики, Государственным комитетом по работе с диаспорой и Агентством по авторским правам в рамках проекта «Террор против мультикультурализма».

С целью доведения до внимания международной общественности горьких последствий чудовищного армянского террора, которому подвергся азербайджанский народ и многие другие народы, и важности борьбы с террором на международном уровне Бакинский международный центр мультикультурализма выступает с инициативой проведения в разных странах мира цикла конференций и «круглых столов» в рамках проекта «Террор против мультикультурализма». Международный «круглый стол» на тему «Армянский террор и азербайджанский мультикультурализм» является первым мероприятием в рамках вышеназванного обширного проекта.

В первом международном «круглом столе», продолжившем работу в панелях на темы «Армянский террор: суть и история», «Армянский террор против азербайджанского мультикультурализма», «Армянский террор и азербайджанские курды», «Правовое и нравственное измерения армянского террора», «Армянский террор в новых изданиях (презентация книг)», наряду с местными специалистами, участвовали иностранные ученые, исследователи армянского террора – профессор факультета социологии и политических наук Технологического университета Теннеси (США) Майкл Гюнтер, доктор философии по историческим наукам, политический аналитик Олег Кузнецов (Россия), французский специалист Джефри Жан Ив Эрнест, узбекский историк Шохрат Саламов и правовед Мамедрза Аллахвердиев.

Открывая мероприятие, государственный советник Азербайджанской Республики по межнациональным вопросам, вопросам мультикультурализма и религии, председатель опекунского и консультативного советов Бакинского международного центра мультикультурализма, академик Кямал Абдуллаев сказал: «Мы стремимся убедить и убеждаем мир в том, что армянский террор является системной деятельностью, направленной против человечества». Рассказав сначала о деятельности БМЦМ, он отметил: «Деятельность Бакинского международного центра мультикультурализма заключается в том, чтобы отражая в целом культуру, мультикультуральную и толерантную политику Азербайджана, тенденции развития азербайджанского общества в различных направлениях, исторически присущие нашему народу мультикультуральные ценности, одновременно заимствуя определенные ценности из духовной, культурной и мультикультуральной сокровищницы мира и сравнивая их с мультикультуральным пространством Азербайджана, извлечь соответствующие выводы для себя, изучить и проанализировать возможности более отчетливо видеть пути дальнейшего развития, превратить это в важный компонент нашей идеологии и политики. В рамках проекта Бакинского международного центра мультикультурализма по изучению азербайджанского мультикультурализма в местных и зарубежных университетах сегодня этот предмет преподается в 28 университетах нашей страны и 13 престижных зарубежных университетах. В настоящее время в Германии, Португалии, России, Казахстане, Италии, Израиле и Молдове действуют официальные филиалы Центра. Регулярно организуются международные летние и зимние школы мультикультурализма. Сегодня азербайджанский мультикультурализм находится в центре внимания международной общественности от Португалии до Индонезии. Азербайджанская модель мультикультурализма изучается как чрезвычайно важное, ценное духовное достояние, ее различные направления исследуются и применяются в других странах. В результате всего этого Президент Ильхам Алиев объявил 2016 год в Азербайджане «Годом мультикультурализма». Разумеется, это имеет большую идеологическую, историческую и политическую подоплеку. Завоеванный сегодня Азербайджаном в мире положительный, стабильный идеологический имидж создает нам новые возможности для осуществления более интенсивной и эффективной деятельности в этой сфере».

Государственный советник отметил, что начатый Бакинским международным центром мультикультурализма очередной грандиозный проект «Террор против мультикультурализма» включает многие направления и этапы. «Террор против мультикультурализма» — несколько широкое и обобщенное название, отражающее общую картину. Если приглядеться внимательно, то можно отчетливо увидеть скрытую под этим названием настоящую историю. Полагаю, что это название, противопоставляя такие понятия как «мультикультурализм» и «террор», позволит нам выдвинуть идею о том, какому из них государства отдают предпочтение при определении своего политического пути. Делая такие противопоставления, мы можем отчетливее и лучше понять, как разрабатываются внутри этих стран нравственные механизмы, на что они нацелены и как каждая из этих стран использует данные идеологические механизмы. Разумеется, нынешний «круглый стол» в рамках проекта «Террор против мультикультурализма» противопоставляет понятия «армянский террор» и «азербайджанский мультикультурализм». Армянские террористические, сепаратистские силы для захвата азербайджанских земель разработали многовекторную, сложную доктрину, в результате чего возникла системная деятельность под названием «армянский терроризм», знакомая сегодня нам и всему миру, но часто замалчиваемая им. Армянский терроризм начинает действовать на благоприятной почве – там, где нет мультикультуральной среды, этнического и религиозного разнообразия. У великого философа Ницше есть такая мысль: «Пустыня разрастается». То есть там, где размыты все нравственные, идеологические ценности, где нет прошлого, будущего, памяти, ничего не может произойти. Высказывание «Пустыня разрастается» сегодня относится к современной Армении. «Пустыня» разрастается, терроризм ширится. Время от времени армянскому терроризму подвергались представители различных народов, проживающих на территории Азербайджана. В начале ХХ века армянские националисты, выдумавшие мифы о «Великой Армении» и «геноциде армян», проводили на обширном пространстве от Восточной Анатолии до Ферганы политику геноцида против мирного гражданского населения, независимо от языка, религии, возраста и пола, миллионы людей – анатолийские турки, узбеки, туркмены, персы, народы, проживающие в Азербайджане, – азербайджанцы, лезгины, таты, евреи, курды, немцы, русские, грузины и даже сами армяне становились жертвами армянского терроризма. Узнав об этом, я был удивлен, но факт остается фактом. Исходя из него, мы можем сказать, что армянский террор является системной деятельностью, направленной против человечества в целом. Мы стремимся убедить и убеждаем в этом мир. Полагаю, что нынешний «круглый стол» позволит нам проанализировать, в каких еще направлениях распространился армянский терроризм. Это — серьезная идеологическая работа. Участвующие в этом мероприятии зарубежные специалисты и гости, поддерживая истину, выполняют свой большой человеческий, гражданский долг. Сегодня мы все вступаем на более широкий путь доведения до мира правды об Азербайджане. Участвующие в мероприятии ученые из разных стран совместно с азербайджанскими коллегами вновь представят миру правду, которая была неизвестна миру, либо была малоизвестна, либо мир не хотел ее воспринимать. Эта презентация не оставит путей для бегства от правды. Надеюсь, что этот проект, проделанная нами работа станут небольшим вкладом в дело великого лидера Гейдара Алиева по развитию, прогрессу Азербайджана, в углубление процесса демократизации в нашей стране, общую деятельность по серьезной реализации идеалов Азербайджана в результате настойчивых усилий и самоотверженности Президента Ильхама Алиева».

Армянский террор: суть и история

Директор Института истории НАНА, депутат Милли Меджлиса, профессор Ягуб Махмудов высоко оценил значение проекта «Террор против мультикультурализма» и расценил нынешний «круглый стол» как успешный шаг на пути поиска ответа на ряд напряженностей в мировом масштабе.

На панельном заседании «Армянский террор: суть и история», прошедшем при модераторстве Я.Махмудова, ученый-историк, российский политический аналитик Олег Кузнецов выступил с докладом «Этноконфессиональные источники транснационального армянского терроризма», профессор Технологического университета Теннесси (США) Майкл Гюнтер – с докладом на тему «Истина и фальсификация: правда о «геноциде армян» и вопрос геноцида», ученый-историк Шохрат Саламов – «Армянский терроризм: от Малой Азии до Центральной Азии», политический аналитик Али Гаджизаде – «Надуманный «геноцид армян» — обратная сторона армянского террора».

Армянский террор против азербайджанского мультикультурализма

«Как известно, мультикультурализм как образ жизни азербайджанского народа прошел большой исторический путь и стал сегодня одним из основных политических курсов государства. Однако этот путь развития исторически сталкивался с «черной полосой» — террором. Армянский терроризм становился главным кровавым препятствием на пути мультикультурализма. До 1965 года армянские террористы не говорили о причинах армянского терроризма, совершаемого на протяжении ХХ века, впоследствии же его источником они указали вымышленный «геноцид армян» и под этим предлогом продолжали свои преступления».

Эти мысли прозвучали на панели «Армянский террор против азербайджанского мультикультурализма».

На панельном заседании, прошедшем при модераторстве заведующего кафедрой источниковедения Бакинского государственного университета, профессора Анара Искендерли, были представлены доклады «Историковедение геноцида азербайджанского населения в 1920-е годы», заместителя редактора издаваемой в Азербайджане на лезгинском языке газеты «Самур» Музаффара Маликмамедова «Губинский геноцид», профессора Солмаз Рустамовой-Тогиди «Геноцид азербайджанцев 1918 года в представлении его армянских организаторов», заведующего отделом «Армяноведение» Института кавказоведения НАНА, доктора философии по истории Нигяр Гезаловой «Геноцид азербайджанского населения в документах британских дипломатов», сотрудника Института истории имени А.А.Бакиханова НАНА, доктора философии по истории Ильгара Нифталиева «Геноцид азербайджанцев в 1918-1920-х годах в воспоминаниях армян». Заседание продолжилось обсуждениями.

Армянский террор и азербайджанские курды

«В конце ХХ века в Республике Армения политике этнической чистки и террора, целенаправленно проводимой властными кругами на государственном уровне, подверглись представители всех других народов, кроме этнических армян, – азербайджанцы, курды, айсоры, греки, русские, украинцы и белорусы. Так, компактно проживавшие в Армянской ССР тысячи курдов, подвергшиеся наряду с сотнями тысяч азербайджанцев армянскому террору в результате армяно-азербайджанского, нагорно-карабахского конфликта, были изгнаны оттуда и сегодня проживают на приютившей их азербайджанской земле как вынужденные переселенцы».

Эти мысли прозвучали на панели «Армянский террор и азербайджанские курды».

На панельном заседании, прошедшем при модераторстве председателя Курдского культурного центра «Ронахи» в Азербайджане Фахраддина Пашаева, были заслушаны доклады «Армянский террор против азербайджанских курдов», «Жертвы армянского террора на примере семьи азербайджанских курдов Чыраговых», «Политика террора, репрессий и депортаций армянских политических кругов против курдов в Западном Азербайджане в ХХ веке», «Преступления геноцида партии «Дашнакцутюн» против курдов в период Первой мировой войны», «Геноцид, совершенный армянами против курдов в регионах Восточной Анатолии, Иревана и Урмии в 1916-1918 годах».

На панели житель села Агбулаг Лачинского района, живой свидетель армянского террора Абул Шукюров выступил на тему «Воспоминания не умирают и не умрут».

Правовое и нравственное измерения армянского террора

На панели «Правовое и нравственное измерения армянского террора», прошедшей при модераторстве профессора Солмаз Рустамовой-Тогиди, интерес участников «круглого стола» вызвали доклады на темы «Есть ли национальность у террора?», «Духовный террор: против нематериального и материального культурного наследия», «Духовный террор армянских националистов против албанских храмов в Карабахе», «Правовые аспекты нагорно-карабахского конфликта». Панельное заседание завершилось обсуждениями по теме.

Армянский террор в новых изданиях

На очередной панели, прошедшей при модераторстве председателя Агентства по авторским правам Азербайджанской Республики, профессора Кямрана Иманова, состоялась презентация вышедших в свет в нашей стране и за рубежом на русском, английском и азербайджанском языках новых изданий, в которых отражены факты армянского террора. Представленные книги «История транснационального армянского терроризма в ХХ столетии: Историко-криминологическое исследование» Олега Кузнецова, «Pursuing the Just Cause of Their People», «A Study of Contemporary Armenian Terrorism», «Armenian History and the Question of Genocide» Марка Гюнтера, «Туркестан и Южный Кавказ XIX-XX вв.: Дашнаки от Ферганы до Карабаха» Шохрата Саламова, «Армянский геноцид» или армянский террор?», «Erməniçilik uydurmaları digər xalqların hüquqlarına xələl gətirir», «Öz-özünü təkzib edən «erməniçilik müəlliflik hüququ», «Erməni müəlliflərinin kitablarındakı uydurmalara «müəlliflik hüququ», «Заметки о мультикультурализме», «Об азербайджанской модели мультикультурализма (на основе данных об идентичности)» Кямрана Иманова, «Real history and confabulation on great Armenia», «Геноцид тюрко-мусульманского населения Азербайджана в 1918-1920 годах», «Геноцид азербайджанского народа 1918 года: организаторы и палачи» Ягуба Махмудова, «Armenian genocide and if they have lied to us» Ива Бенарда, «Азербайджанские погромы в Шамахе. 1918 год. На основе документов Чрезвычайной Следственной Комиссии Азербайджанской Демократической Республики» Солмаз Рустамовой-Тогиди, «Ermənistanın Azərbaycana təcavüzü» Эльчина Ахмедова, «Геноцид азербайджанцев в Иреванской губернии (1918-1920)» Ильгара Нифталиева, «Bakıda 1918-ci il mart soyqırımı» Вагифа Абышова, «Геноцид азербайджанцев в Карабахском регионе Азербайджана (1918-1920)» Натига Мамедзаде, «Zəngəzurda Azərbaycan xalqına qarşı soyqırımı (1918-1920)» Кямрана Исмайлова, «1918-1920-ci illərdə Şərqi Anadolu, Naxçıvan və İrəvan bölgəsində ermənilərin türk-müsəlman əhaliyə qarşı törətdikləri soyqırımı», «1917-1918-ci illərdə Urmiya bölgəsində azərbaycanlılara qarşı soyqırımı (ATASE-nin sənədləri əsasında)», «Gubadly: The ancient Azerbaijani land Zangazur’s gateway» Гюнтекин Наджафли не только вызвали большой интерес, но также создали у участников и зарубежных гостей «круглого стола» наглядное представление о не имеющем границ армянском терроре.

29 июня участники и гости первого международного «круглого стола» в сопровождении профессора Солмаз Рустамовой-Тогиди посетят Губинский мемориальный комплекс геноцида.

http://azertag.az/ru/xeber/Sostoyalsya_pervyi_mezhdunarodnyi_kruglyi_stol_na_temu_Armyanskii_terror_i_azerbaidzhanskii_multikulturalizm-966144

Папа Римский Франциск решил осчастливить визитом «Страну Армянскую»

papa frensis i eqo press sekretarВедь, это будут «настоящие армянские голуби»

Развеселый, и в чем-то даже разухабистый Папа Римский Франциск решил осчастливить визитом «Страну Армянскую». В предвкушении этого исторического события армянские СМИ захлебываются от восторга и расписывают запланированную программу пребывания понтифика в Армении. Забавную характеристику дал Папе советский и российский журналист, режиссер, публицист и по совместительству упертый, а скорее воинствующий атеист Александр Невзоров.

«Франциск — человек веселый, хулиганистый, у него много свободного времени, и он очень любит всякую экзотику». К афористическим замечаниям Невзорова мы еще вернемся, хотя далеко не во всем разделяем его позицию.

У главы Римско-Католической Церкви есть пресс-секретарь Федерико Ломбарди в чине «отца». Выходит несколько комично, когда душевные порывы, чувства и переживания Папы озвучивает Отец. Так вот, этот самый Ломбарди заявил, что «визит Папы Римского в Армению подчеркивает его желание показать свою близость армянскому народу». С чего бы это? Оказывается, армянский народ «перенес столько страданий в течение своей долгой истории и разделяет стремление к миру». В чем заключается «стремление к миру» у армянского народа, если о его агрессивной сущности не ведает только глухой слепец. Армяне хорошо знают цену «мира», но только в своем понимании. Оккупация пятой части исконных азербайджанских земель и нескрываемые территориальные претензии к Турции и Грузии, в понимании Ломбарди, и его «шефа», видимо,  есть высокое «стремление к миру». Мы уже не говорим о полностью доказанном Геноциде в Ходжалы, который устроили армянские нелюди в последнее десятилетие прошлого века.

Зато липовый «геноцид армян» в Османской Империи Ватиканом признается, как данность, хотя требует доказательств. «Во время своей поездки в Армению, Папа встретится с потомками жертв Геноцида армян», — воодушевились армянские журналисты. А в группу журналистов с родины понтифика затесалась некая Евангелина Гимитян, дочь армянского пастора в Аргентине. Утверждается, что этот пастор является другом кардинала Хорхе Марио Бергольо. Таково мирское имя Франциска. «Кроме того, ее бабушки и дедушки были свидетелями и жертвами преследования армян в Османской империи и их жизни были спасены благодаря помощи турецких крестьян, которые защитили их». Как-то все это не вяжется с кровавым оскалом звероподобных турков, вырезавших без малого «полтора миллиона» армян.

Вот любопытно, будет ли понтифик омывать и целовать ноги «потомкам жертв геноцида армян», как он проделал этот ритуал с 12-ю беженцами в конце марта в Пасхальное триденствие? Все тот же Александр Невзоров, чью слишком уж агрессивную позицию в отношении церкви мы не разделяем, на этот счет высказался так: «Любая проститутка и не такое целует за меньшие деньги». Однако оставим это на совести Невзорова, как говорится, Бог ему судья.

Понятно, что в ходе визита в Армению Папу будут всячески обласкивать и обхаживать. Там и встречи с руководством страны, религиозными лидерами. А кульминацией визита Хорхе Марио Бергольо станет посещение монастыря Хор Вирап, недалеко от турецкой границы. Там Франциск  выпустит голубей в направлении горы Арарат (Агры даг). Что это должно символизировать? Вот вопрос. Но какой конфуз может случиться, если голуби откажутся лететь в заданном направлении. Ведь, это будут «настоящие армянские голуби».

Намик Ибрагимов

http://www.vesti.az/news/296885

Как будет складываться политика Азербайджана при разрастающемся конфликте Москвы и Анкары

Russia-Turkey-3Надана Фридрихсон

В интервью КАВПОЛИТУ политолог Тофик Аббасов поделился размышлениями о том, насколько важно для Баку примирение Москвы и Анкары и рассматривают ли в Азербайджане возможность досрочного ухода Эрдогана с поста президента Турции.

–  Насколько остро сегодня стоит для Азербайджана вопрос примирения России и Турции?

– Вопрос примирения России и Турции для Азербайджана, так же, как и для остальных стран региона, пожалуй, кроме Армении, стоит в актуальной повестке. Обе страны являются не только важными партнерами для других субъектов, но и государствами, чье слово и действия реально влияют на геополитический расклад в одном из важных коммуникативных пространств Евразии.

Состояние конфронтации между Москвой и Анкарой открывает шлюзы для потерь, упущенных возможностей, потому антагонизм в их отношениях не может восприниматься без сожаления, тем более, что две страны только теряют от ухудшения отношений.

Здравый смысл подсказывает, что как можно скорее нужно искать пути выхода из создавшегося кризисного положения.

–  Что теряет Азербайджан от конфликта Москвы и Анкары?

–  До недавних пор, когда ничего не предвещало проблем, три соседа в треугольнике Москва-Баку-Анкара с оптимизмом вынашивали планы интеграции, рассматривали возможные варианты реализации транспортно-энергетических проектов будущего.

В этой плоскости действительно имеются большие потенциальные возможности для извлечения выгоды от рационального сотрудничества, не говоря о том, что нормальная среда приносила много пользы всем – и Азербайджану тоже.

Совсем скоро должна вступить в эксплуатацию железнодорожная линия Баку – Тбилиси – Карс. В межконтинентальной коммуникационной сети это наиболее выгодный маршрут между Азией и Европой для перевалки грузов и пассажиропотока. К нему присматриваются не только страны, по чьей территории пролегает маршрут, но и соседи вроде Ирана, Казахстана, Узбекистана.

Строительство железной дороги Баку – Тбилиси – Карс. Фото: sputnik.az

Для России, которая имела достаточно важные торгово-экономические связи с Анкарой, также открываются перспективные возможности в использовании преимуществ новой коммуникационной линии.

Но, увы, Россия, свернув большую часть экономических отношений с Турцией, скорее, воздержится от части преференций. И это только вызывает сожаление, ведь упущенное время, шанс всегда оборачивается издержками.

Азербайджан, географически находясь между этими двумя странами, естественно, будет терять на транзите, производственно-торговой кооперации. Это удручает.

 

–  Азербайджан предлагал себя как посредника в урегулировании конфликта? И в целом, если брать теоретическую плоскость, какие механизмы Баку мог бы задействовать, чтобы изменить ситуацию в российско-турецких отношениях? Отправить какого-то конкретного человека для переговоров? Сделать ставку на кого-то?

–  Возможности дипломатии безграничны. Полагаю, главным фактором, который обращает на себя внимание, является авторитет главы азербайджанского государства Ильхама Алиева. Он имеет одинаково хорошие личные отношения с российским и турецким президентами. Его серьезно воспринимают и в Москве, и в Анкаре. И если он возьмет на себя миссию посредника, то без сомнений можно сказать, что к нему достаточно серьезно отнесутся в двух столицах.

Учитывая маневренность и проверенную опытом прагматичность, Алиев сможет подобрать ключи к урегулированию конфликта

В данном конкретном случае востребованы строго деликатные действия, и Ильхам Алиев, как мне кажется, не станет уполномочивать специального эмиссара, а сам по принципу «наверняка» сможет осилить нагрузку посредника. Тем более что прецеденты в мировой практике имеются.

Учитывая маневренность и проверенную опытом прагматичность, азербайджанский лидер сможет подобрать соответствующие ключи к урегулированию конфликтной ситуации.

–  Азербайджан рассматривает вариант досрочного ухода Эрдогана с поста президента ввиду сложной ситуации внутри страны и внешних вызовов?

– Пока ничего не свидетельствует в пользу поворота, о котором вы говорите. Эрдоган достаточно уверенно себя чувствует в кресле главы государства и готовится к доведению до ума той конституционной реформы, которую вынашивает и которая закрепит за ним новые полномочия.

В политике ничего исключать нельзя, любой неожиданный поворот может случиться. Но не думаю, что в Баку сейчас просчитывают досрочный уход Эрдогана.

–  Как в Азербайджане оценивают заявление России, что власти Турции связаны с нефтяными сделками с запрещенной в РФ террористической группировкой «Исламское государство»?

–  Угроза, исходящая от радикального интернационала, напоминает ртутную массу. Она легко переливается через границы, демонстрирует завидную гибкость, появляется там, где ее не ждут.

Обратите внимание – сколько усилий предпринимают Интерпол, национальные службы безопасности, специальные миссии, детективы в деле обезвреживания наркодилеров, курьеров, тех, кто промышляет трафикингом и другими видами преступного бизнеса.

Направленные действия, спецоперации во многих случаях дают эффект, однако ж главы черного бизнеса без конца изощряются, находят новые варианты для своих планов.

Сродни им и радикалы-джихадисты, которые легко диверсифицируют маршруты, находят новые формы для камуфлирования своих действий.

Эксперт: не думаю, что в Баку сейчас просчитывают досрочный уход Эрдогана

Турция, увы, давно является прифронтовой страной, куда вместе с потоком беженцев хлынул и черный бизнес. Местные мафиозные группы легко срослись с пришельцами, и в результате образовались сложноукомплектованные структуры. Им, разумеется, тесно в границах одной страны, и они без конца желают расширить ареал своего действия.

Естественно, в Азербайджане все это не может не восприниматься без тревоги. Но азербайджанские силы безопасности тесно взаимодействуют с коллегами близлежащих и соседних государств. Проведение превентивных мер способствует предвотвращению подрывной деятельности интернациональных радикальных групп.

В Азербайджане сообщения российских источников о том, что некоторые круги Турции связаны с нефтяными сделками с ИГ, что территория этой страны используется для перемещения лиц, примкнувших к джихадистам, внимательно изучаются, ведь от такого рода информации исходит непосредственная угроза и национальным интересам Азербайджана.

–  Азербайджан не дал сильной реакции на принятие парламентом Германии резолюции о признании событий 1915 года как геноцида армян. Почему?

– Официальный Баку вполне определенно дал реакцию на это событие. Президент Ильхам Алиев во время визита в Германию в беседе с Ангелой Меркель и на совместной пресс-конференции в более чем принципиальной манере высказал свое несогласие с позицией Бундестага. Он дал понять, что такого рода односторонние действия только усугубляют сложности поиска исторической истины, бросают тень на здравую позицию людей, которые говорят языком фактов перед лицом тотальной фальсификации.

Канцлер ФРГ Ангела Меркель и президент Азербайджана Ильхам Алиев. Фото: mediamax.am

Азербайджанский парламент на своей внеочередной сессии также провел дебаты по этой проблеме – и достаточно ясно высказался в пользу создания международной комиссии, которой необходимо доверить независимое расследование событий столетней давности.

Парламентарии при этом также выразили свое несогласие с позицией депутатского корпуса Бундестага, выразили поддержку борьбе патриотических сил Турции в противостоянии с фальсификаторами.

–  Если отношения России и Турции не нормализуются, а сохранить баланс у Азербайджана не получится, как он будет выстраивать внешнюю политику в отношении двух стран?

–  Азербайджану не имеет смысла что-либо кардинально менять. Вот уже несколько месяцев как испортились отношения Москвы и Анкары. Не скажу, что Баку придерживается принципа равноудаленности. Наоборот, Баку предпринимает рациональные усилия, чтобы сбить накал напряженности. При этом отношения – и с Анкарой, и с Москвой – как были доверительными, таковыми остаются.

​Баку не рассматривает Турцию как альтернативу России и, наоборот, не ставит на Анкару в ущерб отношениям с Москвой

Это заслуга национальной дипломатии, которая не манипулирует случайно рождающимися противоречиями в системе международных координат. Баку строго ориентирован на рационализм в отношениях с соседями.

Что до баланса: наша страна не рассматривает Турцию в качестве альтернативы России, и наоборот, не ставит на Анкару в ущерб отношениям с Москвой. Обе страны важны для Азербайджана, как испытанные партнеры и соседи, и потому Баку дорожит этими отношениями.

–  Скажется ли на этом карабахский вопрос?

–  Разрешение карабахского конфликта, бесспорно, стратегически и жизненно важно для Азербайджана, но не будем забывать, что в урегулировании проблемы заинтересованы и наши соседи, другие страны, для которых отношения с Баку, присутствие или размещение интересов в Южном Кавказе представляет собой важный приоритет.

Конфликт тормозит осуществление международно значимых проектов, создает барьеры на пути планов будущего. Если его пустить на самотек, он обернется новыми бедами и вызовами. Нельзя недооценивать националистический всплеск, который исходит от активных групп Армении. Они, распыляя территориальные претензии в сторону соседей, только и делают, что создают вакуумную среду для международного терроризма, расшатывают устои стабильности.

Вообще это в своем роде парадокс. Не секрет, что население Армении за предыдущие годы сократилось на 1 миллион 700 тысяч человек. Неслучайно Владимир Путин как-то сказал главе союза армян России, что численность его соотечественников в России превышает численность населения в самой Армении. Это говорит о том, что в этой проблемной стране сужается пространство для нормальной жизни. Это серьезный синдром, с которым надо считаться.

Нельзя давать неопределенности возможность сращиваться с намерениями националистических и радикальных сил. К чему это приводит, мы уже знаем. Потому в вопросе Карабаха нужно строго придерживаться буквы международного права и приложить силы, чтобы восстановить территориальную целостность Азербайджана. Все, кто на этом пути, будут привлечены к разрешению межгосударственного спора.

Новое откровение Сатановского о Карабахе

azerbaycan-ermenistan bayraqТофик Аббасов, автор haqqin.az

Политика и в самом деле грязное дело, если в нее врываются люди с грязными помыслами, бесцеремонно искажающие суть действующего положения вещей с единственной целью – заработать на неправде. Еще один классический пример – опыт Евгения Сатановского, которого язык не поворачивается называть выдающимся, ярким, компетентным и уж тем более совестливым востоковедом.

Его восточный базар пришелся на постсоветское время, когда рухнули крепи старой системы и на волне горлопанства и кампанейщины аферисты высшей гильдии изменили профиль действия, имена и специализацию, чтобы взять свое, урвать, накопить состояние. Уж настолько раздрай и анархия  возобладали над сознанием, и пришел час тех, кто ничем не брезговал и руководствовался принципом «цель оправдывает средства».

Итак, Сатановский, недавно сбросивший маску и обнаживший лик яростного поборника демократии, встал в ряды матерых мастеров проармянства, что наломали дров, как говорится, дай Бог. Лавры соловьевых, багдасаровых, кургинянов и прочих спекулянтов от местечковой политики не дали покоя тяжеловесу от новых наук (читай – псевдонауки), и принялся пришелец за политический визаж.

Взяв на себя особую миссию, Сатановский увлеченно ретуширует уродливую композицию «великоармянства». Задача – придать ей цензурный человеческий вид.

Штрихи к портрету

Евгений Сатановский как востоковед возник из неизвестности. По специальности технарь, окончивший в советские годы Московский институт стали и сплавов. Работал на заводе «Серп и молот», а с приходом горбачевской неразберихи, не мешкая, подался в бизнес и… в 1993 году, основав Институт изучения Израиля, переквалифицировался в востоковеда.

В общем, самый что ни на есть железный эксперт по Востоку со специализацией иудаика. Но это не мешает ему находиться в рядах президентского совета российского Общества дружбы с арабскими странами. Итого дружит с теми, кого ежечасно громит с экранов телевидения, на площадках конференций и симпозиумов.

Любит повторять, что с культурно-цивилизационной точки зрения считает себя русским, а с этнической – русским евреем, и, кажется, этим и предопределяются пределы его личностной толерантности в отношении  этносов и стран, которые весьма своеобразно исследует в профквалификации.

Не обделен природной способностью маневрировать, если не сказать перекрашиваться, и удивительно легко адаптируется под волну конъюнктуры. Благодаря единомышленникам смог выбить для себя привилегированное местечко в пульке востребованных. Он неотъемлемый персонаж телевизионных эфиров, где заведомо ангажированные «знатоки» отрабатывают оплаченные заказы избиения стран, политиков, а также концепций, что не приходятся по вкусу мастерам синтеза политологии и мифотворчества.

Будучи рьяным обвинителем всего арабского, мусульманского, Сатановский теперь сосредотачивает артиллерию словоблудия на антиазербайджанском фронте. И, судя по тому, как неистово он бросился на амбразуру карабахского фронта, чувствуется, что знает реальный расклад и потому наращивает обороты шельмования.

Такого плана люди умеют играть на скользком поприще, ибо наловчились бездумно врать. Вот показательный пример в исполнении «сатаны» (так его величают в московских кругах настоящие востоковеды): «Вопрос Карабаха с точки зрения военной логики и реальной политики полностью закрыт… Карабах никогда не вернется в состав Азербайджана, …он откололся насовсем».

Глядя на позиционирование иллюзиониста, не имеет смысла удивляться тому, как на глазах прогрессирует упадок политической культуры, как жестоко лженаука подминает под себя науку настоящую. Прохиндеи и обормоты от ложных истин и открывают дорогу в океан фальши, нанося разительные удары в спины тех, кого безжалостно оболванивают.

Людям из позорной когорты ничего не стоит отказаться от собственной идентичности. Сатановский как раз по этой части поднаторел, потому и показывает вопиющие примеры беспринципности. Вот уж поистине постоянное повторение лжи заставляет верить в нее даже самых осведомленных.

Союз истины против сатаны

Злоупотребляя положением, Сатановский привык манипулировать доверием масс, для него не имеет значения, насколько это опасно изгадить мнение о себе. Странно, что позор такого плана людей ничуть не стесняет, и это потому, что цена вопроса не в морали, а в состоянии кармана. И ничего, что многие, кто еще вчера внимал их сентенциям, сегодня чертыхаются, даже если они в чем-то и правы.

Посетив на днях Ханкенди, величавый для провинциального восприятия гость раскрыл перед аудиторией суть нынешней геополитической ситуации, провел параллели с глобальными и региональными трансформациями. То ли местным «депутатам» не хватает познаний, аналитических способностей, чтобы выработать собственное мнение о предмете разговора, то ли гость пожаловал с какой-то особой миссией.

И произошло это, когда армянская идеология все глубже погружается в удушье, терпя провал за провалом, потому можно предположить, что подоспела скорая клиническая помощь.

При всех случаях вояж востоковеда в самопровозглашенную «республику», которую никак не отважится признать даже сам Ереван, вызван желанием оказать разрушительному для судеб Кавказа сепаратистскому проекту политическую поддержку. И это в условиях, когда официальная Москва предпринимает усилия для поиска путей разблокирования территориального спора между Баку и Ереваном. А Сатановский дерзко встраивается в процесс со своей «правдой», и ему нет дела до того, что его действия идут вразрез с усилиями российской политической элиты.

Как результат, изощренные способы очковтирательства не только сгущают атмосферу, но и способствуют культивации новых рисков и в без того взрывоопасном регионе. Мастер зомбирования, прибегая к всевозможным  уловкам, только стимулирует дух агрессии и разрушительности, призывая ускорить бракоразводный процесс Баку и Ханкенди.

Истина и вершина порядочности 

Армянская идеологическая площадка – ареал, где агонирует историческая истина и где в ранг нормы возведена антинаука. Уважающий себя ученый, исследователь никогда бы не снизошел до такой уничижительной слабости, чтобы подпевать матерым фальсификаторам. И если Сатановский встал под знамена армянской пропаганды, не трудно определить реальную цену результатов его исследований в арабистике и других направлениях.

В своих сентенциях он сокрушается в связи с тем, что «Восток превращается в арену большой войны». Так и хочется уточнить – а не такие ли, с позволения сказать, тяжеловесы псевдонауки и «аналитики» виноваты в той самой преступной активности, что постоянно добавляют взрывоопасного материала в пожароопасную среду?!

Не так давно в российской прессе громом среди ясного неба стало откровение известного ученого, политолога и педагога Олега Кузнецова, который сделал сногсшибательное признание вокруг стараний армянских эмиссаров перекупить его. По свидетельству самого ученого, некий Егише Ованисян, вступив с ним в контакт, предложил большой куш и прочие преференции взамен на переход Олега Кузнецова в ряды армянских пропагандистов. Иными словами, москвичу предложили отказаться от развенчания армянской лженауки.

Не будь О.Кузнецов честен и совестлив, наверняка был бы сегодня в одном строю с таким деятелем, как Сатановский. Ученый-гражданин высмеял фальсификаторов, не пошел на сделку с совестью, шарахнулся от мастеров подлога и мошенничества.

Московский ученый Олег Кузнецов как был настоящим ученым, таковым и остался. Он не сторонник Азербайджана, он союзник истины, и этим все сказано.

А что до Сатановского, тут все слишком просто и тривиально. Это очередной деятель из падших, что снял маску и упал лицом в грязь. Там ему и место.

http://haqqin.az/news/73332

В Тюркменчайском договоре нет слова «Армения».

qacqinlar qedimНесмотря на массовое переселение армян, царское правительство не смогло добиться быстрого изменения демографической ситуации на территории Иреванского ханства. Генерал Паскевич даже после переселения армян признавал, что три четверти населения Иреванской области составляли мусульмане («мухам – медане»), то есть азербайджанские тюрки. Более того, генерал-завоеватель, будучи вынужден считаться с этим фактом, отстранил от должности и сослал в Бессарабию члена временного управления Иревана, армянского архиепископа Нерсеса, всячески пытавшегося еще более улучшить положение пришлых армян, составлявших меньшую часть населения края, и грубо нарушавшего права азербайджанских тюрков, а также отстранил от должности и отправил обратно в Россию покровительствовавшего Нерсесу начальника временного управления Иревана генерала Красовского.

Известный русский ученый Н.Шавров, исследовавший процесс переселения армян на Южный Кавказ и определивший численность водворенных на этих землях армян, писал в 1911 году: «Из живущих в настоящее время в Закавказье 1 миллиона 300 тысяч армян свыше одного миллиона не является коренным населением, а переселено нами (т.е. русскими – ред.)»

Переселением армян на земли Азербайджана в 20-30-ые годы XIX века царская Россия насильственно изменила сложившуюся с древних времен, традиционную для региона Южного Кавказа этно-политическую и конфессиональную панораму. В приграничных с Ираном и Турцией землях Северного Азербайджана был расселен абсолютно чуждый для Южного Кавказа христианский этнос.

Вскоре после этого российские колонизаторы приступили к проведению территориально-административных реформ, призванных ликвидировать исторические традиции государственности азербайджанского народа, сломить его державное мировоззрение. 21 марта 1828 года – в один из дней празднования азербайджанским народом Новруз байрамы – император Николай I своим указом ликвидировал Иреванское и Нахчыванское ханства Азербайджана и образовал на этих территориях так называемую «Армянскую область» для переселенных из Ирана и Турции армян. Тем самым, был сделан первый шаг на пути создания армянского государства на Южном Кавказе, а именно на азербайджанских землях, входивших в состав Иреванского и Нахчыванского ханств. К слову сказать, в 1828 году, даже после завершения кампании переселения армян, население 1111-и из 1125-и селений «Армянской области» составляли азербайджанские тюрки.

С целью уничтожения традиций государственности азербайджанского народа царское правительство в 1840 году предприняло еще один шаг. Оно, хоть и упразднило «Армянскую область», но создало на этой территории, исторически принадлежавшей Азербайджану, ряд уездов – Иреванский, Ново-Баязидский, Гюмринский, Сюрмелинский и др. А в 1849 году на этих азербайджанских землях была образована новая территориально-административная единица – Иреванская губерния. В сущности, образование Иреванской губернии стало очередным шагом на пути формирования армянского государства на территории Западного Азербайджана. После этого процесс переселения армян из Ирана и Турции на территорию Иреванской губернии, а также другие азербайджанские земли принял еще более интенсивный характер.

В результате переселения армян, регион Южного Кавказа погрузился в период кровавых конфликтов. Армянские бандитские отряды, вооружаемые и покровительствуемые российскими колонизаторами, стали на путь истребления азербайджанского народа, в целом тюрко-мусульманского населения Южного Кавказа. Впоследствии и другие великие державы, используя армян в качестве инструмента для реализации своих геополитических планов на Южном Кавказе, оказывали всяческое содействие созданию армянского государства на исторических землях Азербайджана – территориях бывших Иреванского и Нахчыванского ханств.

Наконец, 29 мая 1918 года только провозглашенная Азербайджанская Демократическая Республика, не учтя волю своего народа, под давлением великих держав уступила армянам древний азербайджанский город Иреван с прилегающей к нему территорией с площадью примерно в 9,5 тысяч кв. км. На этой, подаренной армянам, территории Северного Азербайджана, которая в прошлом принадлежала Иреванскому ханству, и было создано армянское государство.

29 мая 1918 года! – дата, когда армянское государство впервые было создано в истории Южного Кавказа, на территории Северного Азербайджана. История свидетельствует, что до этого дня никогда на Южном Кавказе не существовало армянского государства.

Сразу после образования «Армянской области» на захваченных царской Россией азербайджанских землях – территориях Иреванского и Нахчыванского ханств – началась вопиющая фальсификация истории Азербайджана. Армянские националисты, при активном участии и поддержке своих покровителей в лице российских завоевателей, начали писать фальшивую историю армян. Были искажены многочисленные архивные документы, даже названия и тексты договоров, заключенных Российской империей с ханствами Азербайджана, Ираном и Турцией. В этих целях действовал целый ряд армянских деятелей, засевших в высшем руководстве, государственных и правительственных структурах России, а затем и Советского Союза. Вследствие этого, переселенные в массовом порядке в 20-30-х годах XIX века на Южный Кавказ пришлые армяне были провозглашены «древнейшим населением» региона, а азербайджанцев, земли которых были отняты у их отцов и дедов и отданы армянам, стали именовать «пришлыми», «дикими кочевниками». Армянские националисты стали распространять на весь мир заведомо ложную информацию об Азербайджане и азербайджанцах.

Обратимся к некоторым фактам.

Достоверно известно, что в 1805 году между Россией и Карабахским ханством, являвшимся одним из государств раздробленного в тот период Азербайджана, был заключен Кюрекчайский договор. Он назывался так: «Трактат между Карабахским ханом и Российской империей о переходе ханства под власть России от 14 мая 1805 года». Согласно договору, Карабахское ханство принимало покровительство России, а Россия подтверждала, что земли Карабахского ханства останутся во владении Ибрагимхалил хана, а в будущем – нас ледников карабахского хана. Однако армянские историки, игнорируя подлинную историю, пытаясь исказить само содержание Кюрекчайского договора, заявляют, что территория Карабахского ханства, якобы, принадлежала армянам, а сам договор был заключен между армянами и Россией. Хотя переселение армян из Ирана и Турции в Азербайджан, в частности на территорию Карабахского ханства, началось много лет спустя после подписания в 1805 году Кюрекчайского договора, а именно в 1828 году. И пришлые армяне в 1978 году, отмечая 150-летие своего переселения на территорию Нагорного Карабаха, соорудили по этому поводу памятник в селении Маргушеван Агдеринского района. В 1988 году армянские сепаратисты, с целью стереть следы исторической правды, разрушили этот памятник, свидетельствовавший о чужеродности армян на земле Карабаха. В настоящее время фрагменты этого памятника находятся в Агдеринском районе Азербайджанской Республики.

Другой факт: в начале XIX века, когда Российская империя приступила к завоеванию Южного Кавказа, в этом регионе не было никакого армянского государства. Здесь доминировали азербайджанские ханства: Иреванское и Нахчыванское ханства. Кроме азербайджанских ханств, в регионе существовало лишь Грузинское царство. Территория, которую ныне занимает Республика Армения, принадлежала Иреванскому ханству Азербайджана. По окончании русско-иранской войны 1826-1828 годов, в соответствии с Туркменчайским договором, два азербайджанских ханства – Иреванское и Нахчыванское ханства – вошли в состав Российской империи. Этот исторический факт нашел свое отражение в тексте Туркменчайского договора 1828 года. Говоря конкретно, в статье III договора указывается присоединение Иреванского и Нахчыванского ханств к Российской империи.

Ни в этой, ни в какой бы то ни было другой статье договора, нигде нет слова «Армения». И не могло быть. Потому что на Южном Кавказе не было территории или государства под названием «Армения». Однако, отрицая эту правду истории, армянские «историки» представляют всему миру факт захвата Россией Иреванского и Нахчыванского ханств как «присоединение Армении к России». Можно ли расценить это иначе, как вопиющую фальсификацию истории?!

Еще один факт, подтверждающий, что армянские ученые занимаются фальсификацией истории аж на академическом уровне. Армянский историк академик Ц.П.Агаян в своем труде, посвященном великому азербайджанскому просветителю А.А.Бакиханову, опубликовал карту северо-азербайджанских ханств XVIII века. Сфальсифицировав данную карту, армянский академик не включил в нее территорию одного из ханств Северного Азербайджана, а именно Иреванского ханства.

При этом в приведенном к карте примечании Агаян отмечает, что данную карту он взял из книги П.И.Ковалевского «Завоевание Кавказа Россией» в том виде, в каком она была. Однако Агаян говорит читателям неправду, поскольку на карте, опубликованной в работе П.И.Ковалевского, представлена территория всех ханств Северного Азербайджана, в том числе Иреванского и Нахчыванского ханств. Таков наглядный пример изощренного армянского фальсификаторства, в котором профессионализировались даже «достославные» армянские академики! Как видно, армянский академик, ради «служения» своему народу, искажает историческую правду, не отказываясь при этом от фальсификации карты русского историка П.И.Ковалевского…

Территория, на которой располагается ныне Республика Армения, на протяжении всей истории и до недавнего времени, всегда являлась землей Азербайджана. В начале XIX века на этой территории существовало азербайджанское государство – Иреванское и Нахчыванское ханства. Лишь после завоевания этих ханств российскими войсками в 1828 году армяне были переселены из Турции и Ирана на земли Северного Азербайджана. И территория, на которой ныне располагается Республика Армения, 180 лет назад была землей Азербайджана. Коренным населением этой земли являются именно азербайджанцы. Тогда как армяне представляют из себя пришлый народ на Южном Кавказе. Населенная в настоящий момент этим народом, моноэтническая «Республика Армения» в действительности является исконной территорией Азербайджана. И пока жив азербайджанский народ, будет незабвенной и эта историческая истина.

 

Из книги «ИРЕВАНСКОЕ ХАНСТВО (Российское завоевание и переселение армян на земли Северного Азербайджана)», 2010, Баку, Азербайджан

http://1905.az/ru/%D0%B2-%D1%82%D1%8E%D1%80%D0%BA%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%87%D0%B0%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC-%D0%B4%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%B5-%D0%BD%D0%B5%D1%82-%D1%81%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B0/

Рамиз Мехтиев. Сильное Азербайджанское государство как отражение национальной идеи в условиях глобализации

ramiz mextiyevПредставленная вниманию читателей статья является отдельной главой  будущей книги руководителя Администрации Президента Азербайджана, академика Рамиза Мехтиева.

Сила обязательно приводит к мирному управлению, а отсутствие силы обязательно приводит к беспорядкам; сила обязательно приводит к спокойствию, а отсутствие силы обязательно приводит к опасности. (Мо-цзы, Древний Китай. V век до н.э.). 

Человечество все больше убеждается в том, что XXI век — это век знаний, высоких технологий, стремительных инноваций  и наукоемких производств. Мир входит в принципиально новый технологический уклад, что свидетельствует о смене эпох, трансформации прежнего мироустройства. Смогут ли в столь неоднозначном процессе нации и государства сохранить себя? Эта проблема сегодня остается в центре внимания не только ученых, но и государственных деятелей и политической элиты многих государств. В частности, усиление роли государства и повышение эффективности государственного управления являются ведущей тенденцией, нашедшей отражение в экспертных оценках. Естественно, эта проблема не может оставаться вне внимания тех, кому небезразлично будущее Азербайджана как самостоятельного государства XXI века.

В этой главе я рассматриваю вопросы сохранения независимого государства как главную задачу современной национальной идеи азербайджанского народа, показываю, какими качествами Азербайджанское государство должно обладать в меняющемся политическом и социально-экономическом пространстве, чтобы, реализуя национальную идею, отвечать вызовам новой эпохи. Основным мотивом этой главы является стремление показать, что построение именно сильного самостоятельного Азербайджанского государства со всей вытекающей отсюда инновационной, экономической, социальной, политической, идеологической и общественной инфраструктурой является важнейшей задачей национальной идеи в современных условиях. Азербайджанский народ, который, следуя духу происходящих в цивилизованном мире глобализационных перемен, вместе с тем осознает, в каком сложном геополитическом регионе находится наше государство, и при этом не забывает свою богатыми событиями предшествующую историю.

Сегодня нет ни одного международного центра стратегических исследований, где стали бы оспаривать научное заключение о том, что функционирование современных государств связано с серьезными изменениями, происходящими под влиянием глобализационных процессов. Глобальные изменения и вызовы, сформировавшиеся в последней четверти ХХ столетия и получившие развитие в начале XXI столетия, предъявили новые требования к национальным государствам, вопросам взаимодействия государства и общества. Процессы глобализации, понимаемые как общие для большинства государств изменения в социальной, политической, экономической и культурных сферах, как считает Р.В.Евстифеев, «воспринимаются как некий магистральный путь для развития человечества». Осознание «направленности и характера этого пути может помочь формированию новых принципов взаимодействия общества и государства и выстраиванию эффективных индивидуальных политических траекторий государств в общем марше человечества к будущему».

Глобальные процессы — это своего рода вызовы национальным государствам. И не стоит обольщаться тем, что глобализация привносит что-то новое в нашу жизнь, а следует думать о ее последствиях, которые мы еще не осознали в полной мере. Одно не вызывает сомнений: глобализация — это процесс сведения мирового сообщества к гомогенизации (однородности) на принципах западной культуры и капиталистического сообщества. Вместе с тем одной из важнейших целей глобализации является изменение (нивелирование) роли и функций национальных государств.

Пьер Бурдье, один из видных политических философов современности, считает, что глобализация вовсе не носит естественно-исторического, объективного, независимого от политической интервенции характера. Более того, утверждает он (и в этом он прав), глобализация — это даже не социальный процесс, а функция политики. Пьер Бурдье пишет: «Мы являемся свидетелями политики мондиализации (я говорю именно о «политике мондиализации», а не о мондиализации как естественном, природном процессе)».

Будучи результатом целого ряда политических решений и действий, глобализация привела человечество к главному противоречию эпохи — противоречию между растущей глобализацией мировых общественных отношений и национально-государственными образованиями. Неожиданностью развития глобальных процессов стали игнорирование идеи общего блага, откат демократии и вывод из игры национального государства. Неслучайно один из крупнейших аналитиков теории модернизации А.Турен писал, что судьба мировой цивилизации отныне зависит от того, будет ли найден компромисс между развитием как универсальной целью и культурой как ценностным выбором.

На наших глазах происходит изменение сущности исторических процессов. Еще в прошлом веке многие философы и политологи говорили о приходе новой (третьей) волны демократизации (С.Хантингтон) или о «конце истории» (Ф.Фукуяма). В начале XXI века весь научный мир стал осознавать, что никакого «конца истории» не предвидится; оценки перспектив «победного шествия демократии» стали более осторожными, а в публицистике, которая всегда раньше всех реагирует на изменения реальности, уже говорят о кризисе либеральной демократии, формировании «насильственной демократии» (Ф.Закария) и даже о «демократическом откате». С развертыванием процесса демократизации в XXI веке мы становимся свидетелями обострения конкуренции между либерально-демократическими государствами и традиционными странами. И совсем не случайно предпоследний мировой политологический конгресс, состоявшийся в июле 2006 года в Фукоуке (Япония), проходил под знаком вопроса: «Is democracy working?» («Работает ли демократия?»).

Несложно понять, что глобализирующийся мир с неолиберальной идеологией постепенно скатывается в ситуацию неопределенности. Финансово-экономический кризис, начавшийся в 2008 году в США и Западной Европе, неутихающие массовые выступления потерявших работу людей в развитых странах Запада дают основание для мрачных прогнозов. Эти факты свидетельствуют, что триумфальное шествие неолиберальной демократии дает серьезные сбои, политико-демократические преобразования, замедляя свой бег, приобретают насильственный характер (Ливия, Египет, Ирак, Сирия). В результате сама Европа оказалась во власти миграционного и межнационального кризиса, отказа от политики мультикультурализма.  Что ожидает мировое сообщество в будущем, никто не знает.

При всем этом неолиберальная глобализация с неизбежностью ставит вопрос о роли национальных государств, их суверенитете, взаимодействии с надгосударственными организациями и транснациональными корпорациями. Именно по этой причине поиск ответа на эти вопросы стал важным направлением научной работы многих исследовательских центров мира.

Сегодня противостоят две основные концептуальные позиции в осмыслении влияния глобальных процессов на судьбы государств и их суверенитет. Если сторонники одной позиции (в основном неолибералисты) исходят из того, что глобализационные перемены объективно приводят к стиранию государственных границ и подрыву государственной независимости, то представители другой позиции рассматривают дальнейшее существование суверенных государств в рамках их территориальной целостности как объективную закономерность развития человечества.

Проблемы воздействия глобализационных процессов на состояние современного мира, в том числе на существование государств, наиболее обстоятельно рассматриваются в работах таких известных представителей неолиберального подхода, как З.Бауман, Зб.Бжезинский, И.Валлерстайн, Э.Гидденс, С.Хантингтон, П.Дракер, Дж.Сорос и другие. Этих авторов объединяет общая мысль о том, что человечество вступило в эпоху становления единого взаимосвязанного, взаимозависимого и взаимопроникающего мира. Народы все основательнее воздействуют друг на друга, эпоха более или менее обособленного существования целых регионов уходит в прошлое, и судьбы жителей стран все теснее и неразрывнее связаны между собой. Вышеуказанные и некоторые другие исследователи настаивают на том, что в современных условиях время национальных государств якобы ушло в прошлое, и что они как первичные экономические и политические образования мирового сообщества будут постепенно вытеснены новыми формами социальной организации. Поэтому часть функций государств, в том числе экономического контроля, должна быть передана международным финансовым организациям и транснациональным корпорациям.

Господствующей тенденцией в мировой политике с подачи этих ученых становятся критика сильных государств и поползновения разгрузить роль государственного аппарата, передав его функции частному рынку или же гражданскому обществу. При этом не учитывается тот факт, что слабые государства становятся источником многих серьезных проблем.

В частности, С.Хантингтон пишет, что, оставаясь ключевыми игроками на поле мировой политики, «отдельные страны все же утрачивают суверенитет, государственные функции и власть… В определенных случаях (наиболее это заметно в Европе) международные институты обрели важные функции, ранее принадлежавшие государству… Во многих странах, включая государства развитого мира, имеются региональные движения, требующие значительной автономии или отделения. Государственные власти в значительной мере утратили возможность контролировать входящий и исходящий финансовый поток и сталкиваются со все большими трудностями в контролировании идей, технологий, товаров и людей. Короче говоря, государственные границы стали максимально прозрачны. Все эти изменения привели к тому, что многие стали свидетелями постепенного отмирания твердого государства — «бильярдного шара», общепризнанного как норма со времен Вестфальского мира 1648 года, и возникновения сложного, разнообразного и многоуровневого международного порядка, который сильно напоминает средневековый».

Определяющей чертой эпохи глобализации, как признают эти и другие авторы, являются вытеснение национального государства как организованного принципа капитализма и одновременно утверждение межгосударственной системы как основы капиталистического развития. По их мнению, вся система институтов национального государства постепенно будет заменяться транснациональными учреждениями. Таким образом, по сути глобализация означает то же самое, что и новый мировой порядок. Эти авторы в одном правы, и не вызывает сомнения то обстоятельство, что глобализация негативно воздействует на государство, влечет за собой его ослабление, лишает части суверенитета.

Проблемы «постепенного размывания» государственных институтов в современных мировых условиях рассматриваются не только в трудах западных исследователей. Таких же позиций придерживаются и некоторые российские ученые. Так, по мнению группы авторов из России, в условиях инновационно-постиндустриальной глобализации на повестку дня выдвигается вопрос: «Не стало ли суверенное национальное государство, еще совсем недавно главный действующий объект в международно-политической системе, достоянием истории?»

Другой автор из России В.В.Соколов пишет: «Национальные правительства постепенно будут утрачивать функции носителей исключительного суверенитета и включаться в иерархическую вертикаль в качестве среднего звена».  Говоря об иерархической вертикали, он имеет в виду разделение прав и ответственности между правительствами отдельных государств и международными институтами, в том числе транснациональными организациями.

Аналогичную теорию обосновал Э.Тоффлер, который считает, что система национальных государств постепенно вытесняется миром транснациональных корпораций. Как один из представителей неолиберального видения современной мировой политики, он предрекает постепенное поглощение и растворение национального государства.

Сходного мнения придерживается немецкий ученый В.Бюлль, который утверждает «об умирании государства» в качестве субъекта истории, основываясь на тенденциях транснационализации современного мира.»

Существует и такая точка зрения, которая принадлежит, например, английскому социологу З.Бауману. Так, по его мнению, «чтобы обеспечить глобальным финансовым, торговым и информационно-промышленным кругам свободу передвижения и неограниченные возможности в осуществлении их целей, на мировой арене должна царить политическая раздробленность. Все они жизненно заинтересованы в существовании «слабых» государств, т.е. государств «ослабленных», но при этом остающихся государствами».

Он считает, что через всемирные банки и валютные фонды этими странами можно легко управлять. В результате проводится неприкрытая политика по созданию новых, но более слабых и обладающих меньшими ресурсами политически «независимых» территориальных образований. Эти слабые политические игроки, как он считает, являются марионетками в руках сильных. Когда материальная база государства уничтожена, суверенитет и независимость аннулированы, политический класс стерт с лица земли, национальное государство превращается просто в службу безопасности мегакорпораций. Новым владыкам мира незачем управлять напрямую. Административные задачи они возлагают на национальное государство.

Как видим, автор придерживается мнения, что глобализация является естественным ходом истории, объективной необходимостью, и потому следует смириться с потерей государствами своего суверенитета, со сведением функций государства к выполнению спущенных «сверху» заданий. Однако, по мнению оппонентов подобной концепции, само решение о либерализации финансовых рынков не было следствием естественной экономической необходимости, а явилось процессом политическим. Он был инициирован правительствами США и Великобритании, которые хотели таким образом обеспечить проникновение своих банков и корпораций на рынки других стран.

В «размывании суверенитета государств» немалую роль играют Международный валютный фонд, Всемирный банк, Всемирная торговая организация и другие международные финансовые институты, которые всячески укрепляют свой контроль над экономикой стран. В результате проводимой ими политики подрываются национальные экономики, ухудшается социальное положение населения стран, не входящих в число государств развитого мира.

Так, МВФ, будучи структурой, регулирующей глобальные финансовые потоки, формально считается международной организацией, а на самом деле фактически стал инструментом продвижения интересов наиболее развитых стран мира. По существу, разрушая экономику национальных государств, сходную роль играет и Всемирная торговая организация. Следовательно, МВФ, ВБ, ВТО и другие международные финансовые организации, с одной стороны, укрепляют свой контроль над мировой экономикой, а с другой — подрывают национальные экономики, ухудшая тем самым социальное положение населения стран.

В ослаблении института государства играют роль и регионы, которые самостоятельно контактируют с глобальными структурами в целях саморазвития. Войдя во взаимодействие с внешними субъектами, эти регионы практически становятся реализаторами их интересов. Подобные действия как регионов, так и внешних субъектов, которые зачастую не отвечают интересам национального государства, создают определенную угрозу суверенитету страны.

Не последнюю разрушительную роль в современных глобальных процессах могут играть также политические объединения и гражданские структуры. Ценностные ориентации их являются существенным фактором в жизнедеятельности государства. Если общество в состоянии оказывать формирующее влияние на деятельность неправительственных организаций, тогда они сохраняют способность выражать интересы своего государства. Но из практики Азербайджана также видно, что нередко политика определенного круга этих организаций подпитывается не самим обществом, а внешними силами. В таком случае приоритеты, идеи и ценности, которыми руководствуются в своей деятельности национальные политические и гражданские объединения, отвечая интересам и целям их внешних кураторов, во внутренней жизни государства приобретают разрушительный характер.

Нельзя сказать, что концепция «размывания суверенитета государств» в условиях глобализации отражает общую позицию ученых. Имеется альтернативное мнение. Признавая факт некоторого изменения потенциала и функции государства в эпоху глобализации, они не соглашаются с тем, что национальное государство исчерпало свою роль, а глобализация якобы не имеет пределов. По мнению этих авторов, сохранение ключевой роли государства не подлежит сомнению, ибо только оно — через сотрудничество с другими государствами — обеспечивает условия для осуществления сколько-нибудь эффективного международного управления. Таким более или менее институтом является ООН, где представлены практически все государства современного мира.

Подобным изложением позиций некоторых авторов относительно влияния глобализации на современное государство я преследовал цель показать, что эта проблема остается объектом дискуссии среди ученых мира и рано еще ставить точку на ее философской, социально-политической и экономической характеристике. Вопрос в том, что даже теоретически мы еще не осознали, насколько фундаментальными могут быть изменения в современном мире под влиянием глобализационных процессов. Вместе с тем ценности, которые определяли суть эпохи модерна, не исчезли. Модерн, постмодерн и демократия не слишком изменили основные характеристики национальных государств. Суверенные государства, как и прежде, черпают свою легитимность из национальных обществ, из международного и межгосударственного взаимодействия, а также из современной демократии и признанных ценностей мировой культуры. Восстановление активности националистических тенденций, охвативших государства Европейского Союза, дает достаточную пищу для таких размышлений. И совершенно очевидно, что «для отдельных обществ и для мирового сообщества уничтожение государства — это прелюдия не к утопии, а к катастрофе».

Существующая литература свидетельствует, что концепция конца национальных государств опровергается не только серьезными исследователями, но и политиками. Главная причина — в методологии подхода антигосударственников к оценке современных тенденций в мировом развитии. На это обратил внимание и известный американский исследователь данной проблемы П.Дракер. Он пишет: «В последние годы стало модным быть «антигосударственником». Однако это неверно. Мы нуждаемся в сильном государстве. В действительности мы можем ожидать скорее усиления, чем ослабления государственности в последующие десятилетия».

Большинство исследователей «Франции, Италии, Нидерландов и Бельгии, не говоря уже о Швеции и Дании, — стран с традиционно сильными социал–демократическими традициями, — рассматривают государство как активного «социального организатора», «покровителя» и «регулятора экономики»…

Современная динамика политических процессов не только не умаляет, а, напротив, подчеркивает усиление значения государства в обществе».

Следует отметить, что институт государства, как и любой политический институт, постоянно развивается, видоизменяется в соответствии с историческими процессами. И если сегодня мы наблюдаем трансформацию института государства, то вызвана она, скорее всего, постиндустриальным транзитом, т.е. переходом к постиндустриальному развитию, который определил социально-экономические, технологические и политические тренды XXI века. Последние же, в свою очередь, оказывая влияние на состояние государства, определяют направления его современной трансформации. И это естественный процесс. Однако изменение курса (траектории) этого процесса в результате вмешательства политики, проводимой наиболее развитыми странами (США и его союзниками), придает ему совершенно другой смысл — не в пользу национальных государств.

Надо сказать, что разнобой во мнениях в основном вызван отсутствием общепринятой концепции «сильное государство» — «слабое государство».

Любопытное противоречие, связанное с прогнозами о роли государства в условиях глобализации, можно наблюдать в рассуждениях известных философов, футурологов и социологов. Они, будучи активными проповедниками неолиберальной концепции, в зависимости от характера этапов глобальных политических и экономических процессов, дают противоположные оценки роли и месту государства в современных условиях. Создается впечатление, что эти признанные в научном мире исследователи в своих работах предлагают мировой общественности не результаты глубоких теоретических разработок, философские, научные выводы, а просто выполняют роль герольда (глашатая) целей своих правительств.

Практически, эти авторы и не скрывают, что взяли на себя роль идеологов и защитников интересов крупных международных корпораций. Так, П.Дракер считает, что в формирующемся глобальном обществе знаний и глобальной экономики складывается новая система ценностей, в которой национальному государству места не будет. По его мнению, национальное государство — это отжившая форма, которая годилась для индустриального общества, но неприемлема для постиндустриального, в котором образование управленческих институтов глобализации будет происходить не на государственной, а на корпоративной и сетевой основе. А ведь в работе «Посткапитализм», изданной в 1993 г., П.Дракер придерживался противоположного мнения, на которое я сослался выше, что свидетельствует о политической трансформации взглядов самого автора.

С.Хантингтон в своем известном труде «Столкновение цивилизаций» пишет: «Основными игроками на поле мировой политики остаются национальные государства. Их поведение, как и в прошлом, определяется стремлением к могуществу и процветанию, но определяется оно и культурными предпочтениями, общностями и различиями. С повышением могущества и уверенности в себе незападные страны все больше утверждают свои собственные ценности и отвергают те, которые «навязывает» им Запад».16 Все же непонятно, каких позиций придерживается Хантингтон. Дело в том, что в последующих частях этой же книги автор пишет о постепенной утрате государствами своего суверенитета. Противоречие во взгляде Хантингтона на роль государства в XXI веке неоспоримо.

Что же касается Ф.Фукуямы, то он в интервью швейцарской газете Le Temps (1 декабря 2011 г.), давая оценку роли современных государств, сказал следующее: «Бесспорно, как в Европе, так и в США мы видим своего рода паралич государственной власти перед лицом все более сильных и стойких частных интересов. Процесс принятия решений тормозится, и дела принимают не слишком хороший оборот… Тридцать лет назад были урезаны функции государства просто из принципа, продолжая политику тэтчеризма и рейганизма. Теперь мы ясно видим, что недостаточное регулирование, в частности, в финансовом секторе, пагубно».

Атака радикальных исламистов на торговый центр в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года показала, что слабость государства приводит к огромным стратегическим проблемам. Международный терроризм в сочетании с возможностями оружия массового поражения добавил к заботам государства новые проблемы, связанные с обеспечением безопасности граждан и страны. Исходя именно из этого посыла, Ф.Фукуяма пишет: «После 11 сентября главным вопросом мировой политики стало не уменьшение государственности, а ее усиление». (Это мнение Ф.Фукуямы подтверждает и вторжение американских войск в Ирак, а также войск государств, входящих в НАТО, в Ливию).

«Таким образом, для будущего мирового порядка, — далее продолжает он, — самое важное — это обучиться построению государства… Те, кто выступает за «сумерки государственности» — являются ли они поборниками свободного рынка или преданы идее многосторонних договоров — должны объяснить, что именно заменит силу суверенных национальных государств в современном мире. На самом деле эту пропасть заполнило разношерстное собрание международных организаций, преступных синдикатов, террористических групп и так далее, которые могут обладать в определенной степени властью и легитимностью, но редко и тем, и другим. За неимением ясного ответа нам остается только вернуться к суверенному национальному государству и снова попытаться понять, как сделать его сильным и успешным».

Авторы, предрекающие размывание роли государства в XXI веке, просто игнорируют примечательную черту современной эпохи, которая связана с переменами, происходящими в обществе на наших глазах. Касаются они и функции современных государств. Причем, эти функции не уменьшаются, а напротив, усиливаются, наполняются новыми элементами. Совершенно прав профессор С.П.Перегудов, который считает, что современное государство не сдало свои позиции глобализации, не исчезла и его способность управления экономикой. Но изменились формы этого управления, следовательно, и его стратегия, потому и новая роль государства в глобализирующейся экономике не должна оцениваться как уменьшающаяся либо вообще исчезающая — просто она меняется.

По мнению С.П.Перегудова и других представителей трансформистского подхода, глобализация представляет собой движущую силу всех современных изменений (хотя и является проявлением осознанной, целевой политики — Р.М), в ходе которых осуществляется трансформация экономических и социально-политических составляющих. И одна из отличительных черт современного мира — стремление государства к формированию нового, более справедливого миропорядка. Это означает, что национальные государства не только не утратили своих прежних функций, но и в условиях современной глобализации обрели «второе дыхание», новые весьма значимые цели и задачи.

События, связанные с мировым финансово-экономическим кризисом, убеждают, что единственным продуктивным фактором экономического развития, как и прежде, являются национальные государства.  В условиях неолиберальной глобализации они не только не утратили необходимости, но даже обогатили свои функции.

Збигнев Бжезинский вовсе не случайно, меняя свой прежний подход, отмечал, что «государства-нации продолжают оставаться основными звеньями мировой системы,… а размеры национальной территории по-прежнему сохраняют за собой значение важнейшего критерия статуса и силы».

Осохранении роли государства в современном мире пишут многие исследователи, ссылаясь на авторитет классиков либерализма, в том числе и Карла Поппера. Необходимость сохранения функций и власти государства в обществе определяется многими факторами, в том числе и важностью соблюдения прав всего населения страны. Но для того чтобы негативные моменты его деятельности не тормозили развитие, не следует, как считает К.Поппер, увеличивать власть государства сверх необходимости. Этот принцип он называет «Бритвой либерализма». Если государство способно выполнить свои функции, то оно должно обладать большей властью, чем любой отдельный гражданин или же общественная организация.

Карл Поппер совершенно прав. Независимое государство априори не может быть аморфным или, иначе говоря, слабым. Оно должно уметь защитить себя от тех ценностей, которые не соответствуют национальному менталитету народа, то есть его представлениям о мире и о своем месте в этом мире. Дело в том, что в организации всех сторон жизни государства национальный менталитет играет определяющую роль. И было бы бессмысленно это отрицать.

Государство — это сложное социальное образование, политический и властный институт. Его основная функция состоит в осуществлении власти в интересах всего общества. Государства исполняют свои функции через основные направления деятельности, отражающие сущность и социальную миссию государственного управления обществом. Вне зависимости от характера политической системы, демократической или авторитарной, государство несет ответственность в деле обеспечения стабильного функционирования общественной жизни. При всей разлагающей роли Всемирного банка, о чем было сказано выше, все же в докладе этой международной организации «Государство в меняющемся мире» его авторы подчеркивали, что без эффективного государства устойчивое развитие — и экономическое, и социальное — невозможно.

Понятно, что мир стремительно меняется. И эти изменения являются ведущей тенденцией новой эры. В результате меняемся мы сами, меняется общество в целом. Но что ожидает человечество в будущем, не могут предсказать даже самые великие умы. Именно грядущая неизвестность и определяет тенденцию укрепления роли современных государств, усиления их функций во внутренней и внешней политике. Это необходимо и по той простой причине, чтобы не ввергнуть человечество во всемирный хаос. В подтверждение сказанного все больше авторов в последнее время стали приходить к заключению, что роль и назначение государства, как социального образования, будут усиливаться, что будущее планетарное развитие будет происходить в рамках существующих государственных образований.

И что, несмотря на возрастающую мощь корпораций, как экономических организмов, во многом противостоящих государствам, «роль и возможность инструментов, находящихся в расположении государств, будут не ослабевать, а усиливаться».

Несмотря на то, что в существующей научной литературе присутствуют различные позиции относительно места и роли государства в глобализирующем мире, все же в последнее десятилетие многие ученые склоняются именно к идее того, что роль государства по мере взаимодействия цивилизаций будет возрастать, а не уменьшаться, как это преподносится в либеральных концепциях. Тем более что не в предположениях, а в реальности мы видим, к какому состоянию привел государственный либерализм страны Западной Европы. И это при том, что еще Макс Вебер (1864—1920) определял государство как «человеческое сообщество, которое (успешно) претендует на монополию законного использования физической силы внутри данной территории».

Гегель полагал, что всяческая историческая форма в момент обретения ею зрелости обречена на упадок, однако, говоря об упадке, несомненно, он имел в виду не полное исчезновение этой исторической формы, а трансформацию ее в новое качество. «В свое время, — отмечает Юрген Хабермас, — национальное государство было призвано отыскать убедительный ответ на вызов истории, найти функциональный эквивалент для распадавшихся форм социальной интеграции, которые были свойственны ранней стадии Нового времени. Сегодня мы стоим перед аналогичным вызовом. Глобализация средств сообщения и коммуникаций, экономического производства и его финансирования, продажи технологий и оружия, а прежде всего — экологической и военной опасности ставит перед нами проблемы, которые уже не могут быть разрешены в национально-государственных рамках или общепринятым доныне способом заключения соглашений между суверенными государствами. Все говорит о том, что ослабление национально-государственного суверенитета будет продолжаться и потребует создания и расширения возможностей политического действия на национальном уровне, что мы в зачаточном виде уже наблюдаем».

Как видим, один из видных мыслителей современности — Юрген Хабермас — склоняется к мнению, что национальные государства будут и дальше существовать, но их функции несколько ограничатся определенными рамками. И в самом деле, мировая практика дает нам немало примеров того, что национальные государства, учрежденные в этнических границах, в целях модернизации постепенно дистанцируются от несвойственных функций. Происходит разграничение государства и экономики. В целом это проявляется в функциональном обособлении государственного аппарата. Современное государство становится административным и налоговым государством, а это предполагает лишь управленческие функции. «Производственные задачи, которые до сих пор воспринимались в рамках политического государства, —  пишет Юрген Хабермас, — оно (государство — Р.М.) предоставляет отделенному от него рыночному хозяйству. В этом отношении оно заботится о «всеобщих условиях производства», т.е. о правовых рамках и об инфраструктуре, необходимых для капиталистического товарооборота и для соответствующей организации общественного труда. Финансовые потребности государства покрываются за счет налоговых поступлений, взимаемых с частных субъектов хозяйствования».

Однако разграничение государства и экономики, а также передача государством некоторых своих функций «гражданскому обществу» вовсе не означают потерю государством своего суверенитета. Суверенно такое государство, которое «может внутри себя поддержать спокойствие и порядок, а вовне защищать свои границы. Во внутренних делах оно должно умело подавлять конкурирующие проявления силы, а в международных — утверждать себя в качестве равноправного конкурента».

Так что, государство сохраняет за собой целый комплекс функций управленческого, социально–культурного, образовательного, воспитательного, экологического характера и т.д. Самое главное — государство отвечает за свое тождество, за легитимизацию власти, сохранность нации и государственной территории, за стратегию развития, сохранение национальной идентичности. Государство обязано обеспечить безопасность страны от внутренних и внешних разрушительных сил. Отвечая апологетам теорий «постепенного размывания» государственных институтов,  Ф.Фукуяма пишет: «Только государства и одни государства способны объединить и целесообразно разместить силы обеспечения порядка. Эти силы необходимы, чтобы обеспечить правление закона внутри страны и сохранить международный порядок».

Совершенно очевидно, что государство играет незаменимую роль в жизни общества, отдельного человека. Человек, исходя из обстановки в государстве, строит свои жизненные планы. Азербайджанский народ рассматривает свое государство как национальное достояние, как великую ценность, которая досталась нынешнему поколению. Наш народ прекрасно осознает, что лишиться своего государства — это то же самое, что исчезнуть с этнонациональной карты мира. Отсюда следует, что нет важнее задачи, чем сохранение и развитие своего государства. При этом только сильное государство может продолжить свой жизненный путь. Еще Наполеон Бонапарт утверждал: «Слабость верховной власти — самое страшное из народных бедствий».

Несомненно, реальной государственную власть делает сила, которая воспринимается и усваивается в социальной практике подчиненными этой силе субъектами. Незримо присутствуя в деятельности государства, именно эта сила делает его публичным институтом, способным использовать ответственную власть. Отсутствие этой силы приносит населению государства много бедствий и тяжелых испытаний. Наглядным примером этому являются события в ряде современных государств Ближнего Востока и Северной Африки. Положение, в котором они оказались, свидетельствует, что невозможно создавать нормально функционирующее демократическое общество без наличия сильного государства. Только модель сильного государства способна обеспечивать решение проблем общества, в том числе и реализацию принципов демократии.

Понятие «сильное государство» надо воспринимать, прежде всего, как характеристику способности государства к управлению экономической и политической системой на основе легитимности такого управления. Практика государственного управления в Азербайджане в начале 90-х годов XX в. дает основание сказать, что только система президентского управления могла вывести страну из глубокого кризиса.

Создание сильного государства в Азербайджане при президентской форме управления имеет и свои субъективные предпосылки. Бросив ретроспективный взгляд на наше недавнее прошлое, можно убедиться в том, что итоги начального этапа карабахской войны явились следствием «разброда и шатания» в фактически парламентской системе управления, существовавшей в Азербайджане в начале 1990-х годов. В отсутствие обладающих реальной силой политических партий исполнительная власть, по сути, осуществлялась коллегиально, так называемыми «политическими деятелями» в стенах парламента. Принятие оперативных решений в быстро меняющейся ситуации выливалось в длительные дискуссии, взаимные обвинения, препирательства, создание различных комиссий для устранения разногласий. Последствием всей этой «возни» явилась не только оккупация азербайджанских территорий со стороны Армении, но и реальная угроза гражданской войны к весне 1993 года.

Логика развития Азербайджанского государства свидетельствует о том, что с середины 1993 года Азербайджан последовательно идет по пути реализации принципов сильного государства. В отличие от ряда постсоветских государств, в которых властвующие группы увлекались идеями неолиберальной демократии и активно внедряли их в социальную практику, Президент Гейдар Алиев, придя во второй раз к власти и проявив прозорливость и дальновидность выдающегося государственного деятеля, выдвинул концепцию сильного Азербайджанского государства и стал последовательно ее реализовывать на практике. Правильность этого курса подтверждалась всей деятельностью нашего государства в последующие годы.

Построение сильного государства заключается в создании новых правительственных учреждений и укреплении существующих. Гейдар Алиев шел именно по этому пути. Он понимал, что, не создав сильное государство, вывести страну из всеобщего хаоса и восстановить ее территориальную целостность невозможно. Вместе с тем сильное Азербайджанское государство будет в состоянии противостоять внешним угрозам, оно станет гарантией построения самодостаточного общества, не создавая проблем для своих соседей. Фрэнсис Фукуяма пишет: «…построение сильного государства — одна из наиболее важных проблем мирового сообщества, так как слабость и разрушение государств служат источником многих наиболее  серьезных мировых проблем…»

Курс на создание «сильного государства» определен Конституцией Азербайджана 1995 года, в которой изложены ключевые направления государственной политики. Статья восьмая Конституции гласит: «Главой Азербайджанского государства является Президент Азербайджанской Республики. Он представляет Азербайджанское государство внутри страны и во внешних отношениях». Президентская система управления является наиболее приемлемой формой управления для Азербайджанского государства. Она олицетворяет единство народа и обеспечивает преемственность азербайджанской государственности.

Сегодня Азербайджанское государство стабильно по той причине, что оно сильное, но при этом нацелено на равноправное взаимодействие со всеми государствами. С сильным и авторитетным государством азербайджанское общество связывает свои надежды на всеобъемлющее урегулирование проблемы Нагорного Карабаха, обеспечение  социально-экономического благополучия народа, повышение качества жизни людей, установление мира в регионе и взаимовыгодное сотрудничество с государствами — членами мирового сообщества.

Говоря о сильном государстве, я не использую это понятие только в смысле мощи. Например, США в экономическом и военном отношениях являются самым мощным государством в мире, но их нельзя отнести к разряду сильного государства. Согласно теории Фрэнсиса Фукуямы, сила государства включает способность «сформировать и осуществить политические курсы и создавать законы; администрировать эффективно и с минимумом волокиты; контролировать мошенничество, коррупцию и взяточничество; поддерживать высокий уровень прозрачности и ответственности (подотчетности) правительственных учреждений; и, что самое важное, реализовывать законы».

В совместной работе Р.И.Соколова и В.И.Спиридонова пишут: «В современных западных исследованиях различают сильное и слабое государства на основе двух взаимосвязанных критериев: степени их внутренней структурированности и степени их автономии по отношению к окружающей среде, прежде всего к гражданскому обществу. В научной литературе в качестве моделей выделяют два предельно приближающихся к идеальным типам так называемых парадигматических случая (т.е. в качестве примера, модели, образца — Р.М.) — США как максимально соответствующих эталону «слабого» государства и Франции  как наиболее адекватного образца «сильного» государства».

Дело в том, что образование американской нации не было результатом деятельности централизующей силы государства, напротив, общественность в нем как бы самоорганизовывалась вне всякого традиционно понимаемого государственного образования. Французский историк и политический деятель Алексис де Токвиль (1805—1859) еще в 1835 г. писал, что общество в США действует само по себе и на самого себя безо всякой внешней власти. «Можно сказать, что народ сам управляет страной, ибо права, предоставленные правительству, весьма незначительны и ограничены; правительство постоянно чувствует свою изначальную связь с народом и повинуется той силе, которая создала его. Народ властвует в мире американской политики, словно Господь Бог во Вселенной. Он — начало и конец всему сущему; все исходит от него и все возвращается к нему».

Главными характеристиками современного слабого американского государства являются фрагментация и дисперсия (раздробленность) власти и авторитета. Внутренняя структура государства отличается огромной степенью децентрализации, которая непосредственно связана с американским политическим федерализмом.

Слабое государство характеризуется явлением «бюрократического плюрализма», когда множество политиков и администраторов имеют реальную, обособленную друг от друга область деятельности. Отсутствие сотрудничества между политиками и чиновниками затрудняет принятие общих административных решений и их реализацию. Реальную власть получают частные, локальные главы администрации. Именно такова структура власти в США.

В отличие от США на протяжении всей истории Франции именно государство на всех стадиях развития созидало общество, а не наоборот. Причем в процессе преобразований институты больше зависели от государства, нежели государство от них. Несмотря на многочисленные режимы, которые сменяли друг друга на протяжении истории, основа правления оставалась стабильной, а все социальные трансформации только укрепляли административные функции.

Стоит отметить, что «сильное государство», как основной институт политической системы, наделено правом устанавливать и регламентировать социальные нормы и правила общественной жизни. Оно предполагает две составные части: собственно мощь и политику. Мощь — это способность выполнять задуманное, а политика в данном контексте — это способность придать приоритетность задуманному. В соответствии со сказанным постоянный интерес вызывают такие темы: как  воспринимать «сильное государство», в чем суть силы государства во внешних и внутренних факторах? Существует множество теорий, определяющих парадигму «сильного государства» как производную от экономических, социальных, научно-технических, политических и собственно военных потенциалов, реализация которых обусловлена рядом важных обстоятельств. Однако, на мой взгляд, исходя из роли государства в условиях глобализации, для более точной характеристики его надо взять понятие из Древнего Рима — Interregnum — отрезок времени, когда старые идеи уже не работают, а новые еще не родились. В этом случае стоит исходить из двух базовых позиций.

Первая заключается в том, что сила государства определяется уровнем развития в нем демократической традиции и институтов. Они включают в себя защиту прав человека, верховенство закона, эффективную избирательную систему, свободу медиа и активную роль гражданского общества, что при принятии решений символизирует силу власти народа. Народная воля, или же «глас демоса», при этом контролирует систему «сдержек и противовесов», создавая таким образом общественный консенсус и бесперебойную работу государственного механизма. Вне зависимости от того, какая эта демократия — конституционная, сущностная, процедурная или ориентированная на процесс, — политическая деятельность управляющего обществом меньшинства осуществляется во имя и во благо человека. Отсюда следует, что одними из основных условий развертывания механизма гражданского общества выступают равновесие, равенство прав, сбалансированное развитие государства, общества и индивида. Потому как основным лейтмотивом государственной деятельности и высшей целью государства являются, согласно Аристотелю, достижение счастливой жизни. А это возможно при условии, когда индивид находится во власти сильного государства.

Второй аспект силы государства — это определяемая мощью его военно-политического аппарата система — как во внутриполитической, так и во внешнеполитической сферах. В мире немало примеров, когда сила государства определяется наличием соответствующего военно-технического оснащения при весьма слабой демократической составляющей. В данном случае военно-политический аппарат выступает гарантом силы внутри государства, аппаратом насилия и репрессий против общества.

На мой взгляд, сильное государство — это светское государство. Сильное государство — это такое государство, которое может использовать демократическое право гражданина для поддержания транспарентной системы государственного управления вкупе с сильными правоохранительными структурами, которые предотвратят скатывание демократии к переизбытку и в итоге — к казусу. На примере сегодняшних событий в мире можно заключить, что в государстве правило  жизни должно определять гражданское общество, не посягая на основные функции государства. Роль силовых структур при этом — гарантия правовой безопасности и порядка, но не защита привилегий отдельных групп.

Гегель писал: «Прочная государственная власть является необходимым условием свободы».

Следовательно, сильное государство — это сильное гражданское общество. Конечно же, такое государство не должно довлеть над правами человека. Сильное государство немыслимо без уважения к правам и свободам человека. В любой модели государства не подлежит сомнению необходимость развития институтов гражданского общества, повышения уровня правовой культуры и гражданской активности граждан, борьбы с правовым нигилизмом, поскольку их отсутствие сводит на нет любые реформы и преобразования.

Но при этом важно помнить следующее: абсолютизация принципа приоритета прав человека по отношению к государственным интересам способствует формированию и распространению в обществе психологии крайнего индивидуализма и эгоизма, что, в конечном счете, может очень отрицательно отразиться на жизнедеятельности общества и государства. По ряду причин иногда вмешательство государства в частные интересы человека продиктовано объективной необходимостью. В частности, такое вмешательство может быть оправдано обеспечением интересов государственной безопасности. Иначе говоря, в целях обеспечения безопасности всего политически организованного общества.

Осуществление в Азербайджане реформ в политической и социально-экономических сферах способствовало созданию благоприятных условий для активного развития в стране неправительственных организаций, обществ по правам человека, других структур, олицетворяющих наличие гражданского общества. В этой связи совершенно уместно привести слова Президента Ильхама Алиева: «В Азербайджане полностью сформировалось гражданское общество. В Азербайджане существует свободное общество. Обеспечиваются все свободы, в том числе в экономической, политической сферах. Это обеспечивает успешное развитие».

Функции государства никто кроме него исполнять не может, не способен, равно как и дела, участие государства в которых предусмотрено законом. Между тем в некоторых государствах мы наблюдаем такой процесс, как делегирование ряда государственных функций общественным организациям. Международные организации, выполняя заказы своих спонсоров, преподносят этот факт как прогрессивное явление. Имеется немало ученых, которые не согласны с подобными выводами этих структур.

На мой взгляд, правы  те авторы, которые считают, что передача имманентных государственных функций общественным институтам должна иметь свои пределы, ибо это может привести к серьезному размыванию государственности. Совершенно права М.Г.Абрамова, когда пишет: «Под благородным предлогом создания гражданского общества органические функции государства передаются общественным институтам. Это приводит только к одному — размыванию государства как ядра политической системы общества и к его ослаблению, к появлению в стране новых политических акторов — международных общественных, негосударственных структур, финансируемых в основном иностранными государствами или организациями».

«Государство, — подчеркивает В.А.Затонский, — отказывающееся от исполнения имманентно присущих ему функций, уходящее (путем прекращения регулирования) из тех сфер общества, откуда уходить оно не имеет права, становится слабым, недееспособным».

Выводы автора имеют все основания. Не только следует более избирательно подходить к вопросу передачи функций государства общественным организациям, наоборот, функции органов сильного государства должны быть обширны и разнообразны, компетенция органов такого государства должна распространяться на весьма широкий круг вопросов, затрагивать в значительной степени многие области общественной жизни.

Если судить по классификации «сильные» и «слабые» государства, то по многим своим показателям, как отметил Президент Ильхам Алиев, Азербайджан подпадает в разряд государства сильного типа.

Это обосновывается тем, что в Азербайджане создана такая система государственной власти, которая продолжает совершенствовать и развивать демократический политический режим, повышая в то же время степень способности эффективно контролировать ситуацию в стране, стимулирует хозяйственно-экономическую и общественную инициативу граждан, укрепляя тем самым роль государства в достижении полезных для всего населения результатов.

Из опыта Азербайджана конца 1980-х — начала 1990-х годов мы знаем, что слабость государства и нерешительность власти ведут общество к полному коллапсу. Поэтому важнейшей задачей является и дальше усиливать государство в лице всех институтов управления, всех уровней власти, выстроить механизмы четко работающей исполнительной вертикали. Потому как сильное государство — это инициатор, вдохновитель и гарант созидательной деятельности.

Власть в Азербайджане реализует собственную идею «сильного государства», поскольку опирается на уникальные традиции своего народа. Дело в том, что без сильной и планирующей роли государства можно забыть о реализации широкомасштабных социально-экономических проектов, задействованных в Азербайджане. Сильное государство не может быть успешным без вкладывания в будущие поколения и «человеческий капитал». Успехи сильного государства в Азербайджане связаны с осуществлением умного инвестирования в образование, здравоохранение, спорт и другие социальные программы.

Попытаемся обозначить некоторые признаки «сильного государства» в Азербайджане:

— обладает полным суверенитетом, следовательно не зависит  в своей внутренней и внешней политике от других государств  или международных организаций;

— развивает национальную экономику и производственную сферу на базе новейших технологий;

— имеет сильную национальную идеологию «Азербайджанизм», являющуюся государственной идеологией всех этносов Азербайджана, обладающую такими государственно скрепляющими элементами, как толерантность и мультикультурализм;

— развивает национальную культуру, науку и образование, спорт и практическую медицину;

— заботится о пенсионерах и малоимущих гражданах;

— в соответствии с законом эффективно обеспечивает общественный порядок;

— в соответствии с необходимостью восстановления территориальной целостности государства развивает Национальные вооруженные силы;

— всячески поддерживает неправительственные (гражданские) структуры, которые в своей независимой деятельности исходят из национальных и государственных интересов;

— умело, в соответствии с законом, пресекает действия радикальных групп, особенно тех, которые финансируются другими государствами или же международными организациями и т.д.

В ситуации переходного периода Азербайджанское государство остается важнейшим социально-политическим образованием или фактором внутренних трансформаций. Своим географическим положением Азербайджан выступает геополитическим центром. По мнению Зб.Бжезинского, «геополитические центры обусловливаются своим географическим положением, которое в ряде случаев придает им особую роль в плане либо контроля доступа к важным районам, либо возможности отказа важным геополитическим действующим лицам в получении ресурсов. В других случаях геополитический центр может действовать как щит для государства или даже региона, имеющего жизненно важное значение на геополитической арене. Иногда само существование геополитического центра, можно сказать, имеет очень серьезные политические и культурные последствия для более активных соседствующих геостратегических действующих лиц».

С

овременное Азербайджанское государство является единственным гарантом безопасности, суверенности, защиты общественных интересов, языка и национальной культуры. Вопреки мнению скептиков, на мой взгляд, в условиях глобализации потенциал государства будет не уменьшаться, а возрастать. Другое дело, что, усиливая свою значимость в качестве гаранта соблюдения законности, сохранения политической, экономической и социальной стабильности, национальное государство окажется перед необходимостью трансформации некоторых своих функций, чтобы обезопасить себя от возможных негативных последствий процессов глобализации. Следовательно, общество постепенно будет переходить к качественно новому этапу своей эволюции, который будет характеризоваться принципиальным сближением логики развития различных типов социальных отношений. Но бесспорным будет сохранение роли сильного Азербайджанского государства. Ибо сила государства — это «материальное начало, источник энергии, деятельности, творческий потенциал, источник движения, активности; это также способность проявления какой-либо деятельности, состояния, отличающегося определенной степенью напряженности, устремленности, воли. Имеется в виду сила, без которой нет могущества, нет власти. Власть сама по себе не может стать силой. Такой ее делает принадлежность государству».39

Разработка научно обоснованного, тщательно выведенного стратегического курса развития Азербайджана является одной из важных задач, которую руководство страны успешно решает. Выше я посвятил целый раздел тому, что в современном Азербайджане происходит активный процесс модернизации общества, строительства правового, социального и демократического государства. В системе модернизации важное внимание отведено параметрам государственной власти, повышению роли государства в жизни всех членов азербайджанского общества. И это тот случай, когда государственная власть в Азербайджане не поддается шантажу и давлению великих стран Запада с целью заставить руководство страны отказаться от идеи сильного государства и передать многие функции государства оплачиваемым ими гражданским структурам.

Идея сильного государства не может быть реализована без учета специфики национально-государственного происхождения. Напротив, свои исходные начала эта идея должна соотносить с национальной самобытностью, с уровнем развития институтов власти в государстве. С этой точки зрения современный Азербайджан — это сильное, эффективное, полноценное, авторитетное и уверенное в себе государство, последовательно выполняющее все свои функции, социальное и политическое назначение.

Представляя более 75% экономики Южного Кавказа, Азербайджан все больше осознает свое особое положение как наиболее важное государство в регионе. Несмотря на оккупацию Арменией 20% его территории и имея незначительную территорию в целом, небольшое по численности население (9,6 млн), Азербайджан с его огромными энергетическими, богатыми природными ресурсами в геополитическом отношении занимает ключевые позиции в Кавказском регионе. Значимость его роли определяется также географическим положением и тем, что он является мостом, соединяющим железнодорожные узлы Китая и энергетические ресурсы Средней Азии с Европой.

Таким образом, Азербайджан наделен необходимыми ресурсами, чтобы сохранить в эпоху глобализации свой национально ориентированный путь развития. Однако в ходе решения этой задачи постепенно будет происходить конвергенция нынешнего типа государственности с моделями государств, в которых традиционность сочетается с формами, отвечающими требованиям новой эпохи. Это — закон развития. Будет ли это либеральная модель государства западного образца — трудно сказать. Если исходить из того, что мы наблюдаем сегодня в этой части мира, то вывод может быть только один — у неолиберального типа государств перспективы нет. Важнейшей составляющей национальной идеи в XXI веке является наличие суверенного национального государства, которому под силу гармонизировать государственные интересы с интересами личности,  решать проблемы социально-экономического и политического характера, реализовывать механизмы равноправного взаимодействия с внешним миром.

Азербайджан имеет собственную, самобытную модель государственного управления. Под моделью я имею в виду совокупность признаков, указывающих на место и роль государства в политической системе. Кстати, самобытная модель свойственна любому состоявшемуся государству. Во всем разнообразии национальных вариантов системы государственного управления в современном мире выделяются концепция «сильного государства» и концепция «сервисного государства». «В концепции «сильного государства» государство рассматривается как ведущий рулевой всего общества, предопределяющий пути его развития. Процесс принятия решения основан на авторитете власти. В сервисной концепции государства процесс и направление реформ определяются обществом, однако процесс осуществления форм и методов государственного управления отличается от традиционных. Речь идет о реализации сервисного подхода через программу электронного правительства — электронного государства».40  Сервисное управление, по мнению некоторых авторов, отражает развитие своеобразного симбиоза между группами, индивидом и государством.

Словом, фактом остается то, что сохранение определяющей роли Азербайджанского государства в жизни общества позволяет успешно решать фундаментальные задачи национальной идеи даже в условиях мировой глобализации.

Дальнейшее укрепление государственной власти в Азербайджане является гарантией реализации национальной идеи в современных условиях. Вместе с тем, необходимость наступательности и активизации государственной власти обусловлена и важностью сохранения стабильности в обществе и стабильности политической власти, способной решать особые национальные проблемы: освобождение оккупированных Арменией 20% территории страны, противодействие попыткам «сильных мира сего» прибрать к рукам природные богатства страны (этой целью и продиктованы непрекращающиеся нападки на страну). Вместе с тем наступательная политика, проводимая государством, обусловлена геополитической составляющей, политикой «двойных стандартов» Запада, а также наличием серьезных проблем в современном мире. Следовательно, идея сильного государства вызвана объективной потребностью современного этапа развития нашей страны, процессами в мире и стоящими перед государством сложными задачами, требующими своего решения.

Азербайджанское государство — единственный политический институт, гарантирующий нашим гражданам право на жизнь, на национальную безопасность и социально-экономическое развитие. Без государства невозможен общественный прогресс.

П

ри этом именно сильное государство определяет собственные необходимые, приоритетные функции. Российский исследователь О.И.Мирошкина выделяет базовые функции сильного государства, определяющие приоритеты его развития, модели совершенствования системы управления социальными процессами, пути достижения социального благополучия. В качестве основополагающих функций сильного государства автор выделяет учредительную функцию, т.е. способность при необходимости формировать новое политическое устройство (учреждать новые институты, реконструировать или демонтировать старые, отжившие); исконно присущую государству и особо актуальную для сильного государства законодательную функцию.

В новых условиях, отмечает она, указанная функция наполняется новым содержанием, включая не только принятие законов по внутренним текущим социальным вопросам, но и требование приспособления законодательства к мировым стандартам; расширение функции социализации государства, которая проявляется в усилении места и роли государства в экономической и социальной жизни общества; функцию защиты среды обитания; как особую функцию — формирование механизмов противодействия вызовам и угрозам современного развития. Еще одной функцией сильного государства является создание системы органов и определение их компетенции в защите мира, мирной жизни и государственного суверенитета.41

О

дной из главных функций сильного государства является выработка и доведение до широких масс народа своей идеологии. Поэтому сильное государство — это государство не только функциональное, но и имеющее собственную идеологию, обращенную к своим гражданам и объясняющую им направления и перспективы развития. Наличие государственной идеологии как раз и свидетельствует о силе государства, о том, что его место в политической системе не занято другим субъектом политики.

Никакое цивилизованное и устойчивое социальное образование никогда не обходилось без общегосударственной идеологии. «Именно идеологическая подсистема общества, — пишут Р.И.Соколова и В.И.Спиридонова, — решает важнейшую для общества задачу выживания в самоидентичной для него форме. Отсутствие такой идеологии — питательная почва для быстрого усиления политической поляризации между различными группировками…»42

Общество, будучи всегда многообразным, «имеет самые разные основания — конфессиональные, этнические, культурные, социальные, политические и т.д. Но она (власть — Р.М.) просто обязана заявить о своих духовных приоритетах, о целях, задачах, ради которых она существует, ради которых приняла делегированные от общества полномочия».

Чтобы подняться на новый уровень общественного развития, необходимо огромное мобилизационное усилие. Но для этого должна быть цель, которая способна вдохновлять. Идеология, которая объединяет и мобилизует нацию на грядущее созидание, не только обязательно увязывает воедино прошлое и настоящее, восстанавливая связь времен, но, что самое существенное, предлагает привлекательный образ будущего.43

По мнению доцента МГУ им.М.В.Ломоносова М.Г.Абрамовой, государственную идеологию можно представить как концепцию государственной политики в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Государственная идеология, как любой общественный феномен, имеет форму и содержание. Форму представляют нормативно-правовые источники, а содержание — государственная политика.44

На приеме по случаю 28 Мая — Дня Республики — Президент Ильхам Алиев сказал: «Наша национальная идеология, философия азербайджанства объединяет все общество».45  Как видим, глава государства признает, что «Азербайджанство» — это государственная идеология современного Азербайджана. Эту идеологию исповедует и партия «Ени Азербайджан». В ее рядах около 600 тыс. членов. Но не количество членов определяет значение этой партии для нашего общества, а содержание ее программы, в которой отражена «дорожная карта» создания в стране современного развитого государства со всеми признаками сильного государства — государства XXI века.

Однако, несмотря на наличие программы действия, государство должно нормативно закрепить свою идеологию, отразив в ней цели своей социально-экономической политики. В качестве сильного государства Азербайджан должен выступать не только как государство с сильной армией и эффективной правоохранительной системой, но и как социально и экономически развитое государство, взявшее курс на строительство постиндустриального общества, обеспечивающее свои национальные интересы и потребности своих граждан.

Возникает вопрос: «Каково соотношение государства и идеологии?» На этот вопрос А.Г.Хабибуллин и Р.А.Рахимов отвечают следующим образом: «Идеология — это базовый элемент государственности, один из тех необходимых, неотъемлемых, сущностных признаков, наличие которых и делает возможным возникновение и существование самого феномена государства».46

Идеология всегда предшествует созданию государства. Это — аксиома. Одновременно понятие «государственная идеология» не тождественно понятию официальной (т.е. обязательной для всех) идеологии. Государство, не имеющее своей идеологии, не осуществляющее последовательного воздействия на духовную сферу жизни общества, не поддерживающее институт национальных ценностей, неизбежно окажется перед значительными трудностями при реализации своей внутренней и внешней политики. У этого государства нет будущего.

По мнению исследователей, «государственная идеология в любой из ее форм является столь же неотъемлемым признаком государства, как и власть, суверенитет, территория и т.д. Но как можно «запретить» государственную идеологию, не запретив самого государства?»47

Профессор Александр Керимов считает, что сильное государство немыслимо без государственной идеологии. По его мнению, «совершенно неважно, провозглашена она официально и закреплена законодательно или нет? Главное, чтобы она существовала не де-юре, а де-факто и воспринималась, одобрялась и поддерживалась большинством народа. Для этого государственная идеология должна быть не только научно обоснована, четко и ясно сформирована и тем самым понятна населению, но и обеспечена целым комплексом разнообразных и эффективных мер по ее пропаганде, внедрению в сознание масс…»48

Только при соблюдении вышеперечисленных условий можно рассчитывать на поддержку этой идеологии со стороны большинства населения. В эпоху научно-технического прогресса, повсеместного распространения знаний и образования, секуляризации сознания идеология не может не зиждиться в том числе, а может быть и главным образом, на объективном, то есть научно обоснованном восприятии действительности.

В стремлении и дальше наращивать действительно сильное государство властвующая элита Азербайджана должна быть подвергнута процедуре «очищения» от непатриотических представителей, целью которой будет превращение патриотической элиты в союз лиц, признающих идею приоритета национально-государственных интересов над корпоративной или же индивидуальной выгодой.

И что очень важно, политическая элита должна непрерывно обновляться, ей необходим приток «свежей крови», приток новых людей, идей и взглядов, ибо в этом — залог ее жизнеспособности и эффективности. «Если в господствующую элиту не кооптируются личности с «элитарными качествами» неэлитарного происхождения, то ухудшается состав элиты и происходит количественный рост контрэлиты».49

Надо иметь в виду, что восприятие роли индивида (личности) в традиционной правовой культуре Азербайджана существенно отличается от понимания этой же проблемы в правовой культуре Запада. Во-первых, конституционное закрепление получил приоритет естественных прав человека, во-вторых, приоритетной является его обязанность служить государству, которое представляет собой духовно-нравственное единение отдельных личностей в одно целое.

Проблемы личности и государства азербайджанское общество решает в рамках идеи «сильного демократического государства», которая во многом перекликается с идеей правовой государственности в ее традиционно-либеральной интерпретации. Но в отличие от последней, где приоритет отдается интересам индивида, идея «сильного демократического государства» подразумевает баланс интересов, личность с ее неотъемлемыми правами и свободами не возвышается над государством, а выступает в качестве партнера в процессе решения общих задач. В реализации именно такой идеи важен паритет прав личности и государственного суверенитета.

В условиях трансформаций и постоянных транзитов от выбора пути развития во многом зависят стратегия выживания государства, его будущее, достижения и неудачи, геополитическое и геоэкономическое положение, региональные и глобальные взаимоотношения. При этом чаще всего путь развития определяется личностями, талант и государственная мудрость которых позволяют сформировать стратегию борьбы, концепцию развития, идею непрерывной модернизации. История знает немало примеров, когда благодаря таланту личности преобразовывались государства, массовое сознание получало новый импульс, трансформировались общества. Каждая из этих личностей, выполняя определенную судьбой историческую миссию, способствовала тому, что на географических картах сохранялись нации, укреплялись государства. Подобно архитекторам они основательно выстраивали фундамент, бережно клали каждый кирпичик и скрупулезно цементировали его не только со знанием дела, но и с пониманием ответственности перед теми, кому надлежит заселиться в этот дом.

История независимого Азербайджанского государства — это также судьба личности, которой мы обязаны сохранением нашей государственности и устойчивости ее развития.

Судьба оказалась благосклонна к азербайджанскому народу, послав в трудные 1990-е годы Гейдара Алиева — умного, дальновидного, талантливого, решительного, принципиального, преданного своему народу лидера, приведшего страну к замечательным социально-экономическим достижениям. Благодаря именно его неустанной деятельности государственная независимость стала реальностью. В отличие от своих предшественников, Гейдар Алиев имел огромный авторитет у широких масс народа, который ему беспредельно доверял, а потому он смог мобилизовать граждан страны на решение государственных задач.

Неслучайно в своих надеждах на возрождение Германской империи Г.Гегель вслед за Н.Макиавелли делал ставку именно на великого государственного деятеля, который своей властной рукой сумел бы объединить толпу обывателей и привести их к пониманию того, что они принадлежат Германии. Судьба народа, стремительно приближавшегося к политическому упадку, убежден Г.Гегель, может быть предотвращена только гением: «Преимущество великого человека состоит в том, чтобы знать и выражать абсолютную волю. Все собираются под его знамя; он их бог».

Великой личностью, политическим лидером XX века — богатого историческими катаклизмами и потрясениями, — мог стать такой политик, который ясно представлял себе общие интересы, цели и задачи, который был способен собрать силы для общего блага, являлся центром мобилизации общественной энергии, знаний и воли. Такому человеку свойственно полное самоотречение во имя будущего своей страны, ибо политическое лидерство — это всегда служение некой неоспоримой идее.

Такой личностью был оставивший непреходящий след в новейшей истории Азербайджана Гейдар Алиев — архитектор современного сильного Азербайджанского государства. Волевой, с сильным характером, умевший добиваться поставленных целей, сознававший свою ответственность за судьбу азербайджанского народа и государства, он был поставлен историей перед сложными задачами. Благодаря огромным усилиям, проявляя мужество и упорство, опираясь на поддержку народа, участие населения в процессе принятия решений по социально-экономическим и политическим вопросам, он сумел создать сильное государство. Ему, как и всем истинно великим государственным деятелям, было свойственно заботиться о благе и процветании своего народа, стремиться к согласию и стабильности в обществе, создавая для этого соответствующие предпосылки. Гейдар Алиев был одним из немногих, кто ясно себе представлял, что нужно делать, чтобы построить современное сильное государство. Гейдар Алиев видел свое назначение в улучшении жизненных возможностей азербайджанского народа. Поэтому основным принципом своей экономической политики он провозгласил «обеспеченную жизнь для всех» и неуклонно придерживался этого принципа до конца жизни.

Гейдару Алиеву в целом удалось осуществить три определяющих положения: повышение производительности труда и объема производства продукции, увеличение зарплаты, улучшение благосостояния людей. Благодаря этим факторам был достигнут рост уровня жизни  в стране, обретена стабильность в обществе. Гейдар Алиев был твердым сторонником рыночной экономики с «национальным лицом». Однако для него рынок был не самоцелью, а средством решения социальных задач.

Деятельность Гейдара Алиева как главы государства представляла глубокий смысл, так как его влияние на общество имело консолидирующее, государствообразующее значение. В его облике мы видим жизнь и деятельность человека, беззаветно посвятившего себя служению Отечеству и стремившегося сделать Азербайджан наиболее стабильным, безопасным и развивающимся уголком планеты. Десять лет истории независимой государственности неразрывно связаны с именем Гейдара Алиева — государственного и политического деятеля мирового значения. Формируя  национальную идею независимого государства, он сумел спасти страну от полного разрушения, остановив скатывание ее к окончательному распаду по регионам. Такое положение в стране сложилось в результате политической недееспособности прежних руководителей Азербайджана — Абдурахмана Везирова и Аяза Муталибова, предавших национальные интересы, их неумения ощутить пульс времени, осмыслить суть происходящих геополитических перемен в мире и на этом фоне оценить значимость возрождения национального самосознания азербайджанского народа; а также некомпетентности и недальновидной приверженности Абульфаза Алиева оставшимся в прошлом пантуранистским концептам.

В отличие от них, Гейдар Алиев сумел объединить власть и общество с целью построить независимое государство в новых условиях. Его мудростью и политической прозорливостью, талантом беспримерного организатора и управленца страна сумела выйти из глубокого всеобщего кризиса; были осуществлены фундаментальные реформы во всех сферах жизни государства и как итог — в конце ХХ века создано независимое Азербайджанское государство как воплощение национальной идеи.

Задачей национальной идеи (ее можно определить и как азербайджанская идея) начиная с середины 1993 года являлось создание сильного суверенного государства, которое должно было решить большой круг проблем: стабилизацию внутриполитической ситуации, деэскалацию военного противостояния с Арменией и решение нагорно-карабахской проблемы, проведение сбалансированного внешнеполитического курса, обеспечение индивида необходимыми правами и свободами, активизацию процесса мобилизации нации на решение социально-экономических и культурных задач, придание национальной идентичности современного звучания. За прошедшие годы реализован целый ряд проектов, которые позволяют азербайджанцам с уверенностью смотреть в будущее и думать о перспективах нового поколения. Азербайджанская идея, которую современникам и будущим интеллектуалам надлежит дальше развивать, уже сегодня заявляет о себе как основное стратегическое видение существования национального государства. Если попытаться охарактеризовать одной мыслью задачу, которая стояла перед Гейдаром Алиевым, вероятно, она прозвучит так — «отстоять государственность, национальное достоинство, историю, язык, традиции, культуру» — все то, что рушилось и могло практически исчезнуть. Целых десять лет было потрачено на то, чтобы построить сильное государство, вернуть стране утраченные позиции, создать новые политические традиции и институты, обеспечив национальную безопасность, интенсифицировать экономический рост, возрождая национальные архетипы и культуру, сформировать новую социокультурную атмосферу.

Словом, для азербайджанского народа в 1993 году сутью национальной идеи являлись создание и укрепление государственности. Свидетельством этому стала реакция граждан республики на попытку государственного переворота в начале октября 1994 года. В марте 1995 года, а также в последующие годы азербайджанское общество неоднократно демонстрировало солидарность и единство с властью в вопросах сохранения и укрепления государственности. Сам Гейдар Алиев смысл национальной идеи видел в аккумулировании энергии нации во имя укрепления институтов государства, интеграции его в сообщество развитых государств и демократий, прогрессирующих экономик. Поэтому, понимая всю сложность процесса национального развития, Гейдар Алиев основное внимание уделял выводу государства из экономического и политического коллапса, становлению сильного независимого государства и азербайджанизма, как государственной идеологии, свободе прессы, активизации роли «третьего сектора», обеспечению общественной стабильности.

Будучи поликультурным и неоднородным в этническом отношении государством, находящимся в выгодном геополитическом пространстве, сегодня Азербайджан выступает одновременно как территория диалога этносов, так и ареал единения исторического и культурного своеобразия населяющих его этнических групп. Историческая заслуга Гейдара Алиева состоит в том, что он смог спасти целостность многонационального Азербайджанского государства.

«Азербайджанская нация» в понимании Гейдара Алиева — это общие по своим устремлениям, единые в вопросах государственного устройства и стратегии развития, объединенные историей, территорией, культурой и традициями граждане страны. Суть полиэтнического Азербайджанского государства — в единстве его целей, призванном обеспечивать общность интересов государства и граждан, стабильность и эффективность развития, создающем необходимую базу для идеологического оформления национального политического пространства.

Азербайджанское государство сегодня реализует стратегию развития уже в новых исторических условиях. Эта национальная стратегия обогащена соответствующим креативным содержанием. Мир интенсивно меняется, а потому требуются новые подходы в его осмыслении и новые решения для обеспечения дальнейшего устойчивого развития государства, защиты национальных интересов и удовлетворения материальных и духовных потребностей народа. Сила Азербайджана, его будущее — в осуществлении этой стратегии. Сегодня Азербайджан ни от кого не зависит и ни на кого не надеется. Как отмечает Президент Ильхам Алиев: «Азербайджан живет за свой счет, рассчитывает на внутренние возможности, на талант, способности азербайджанского народа, на мощь азербайджанской экономики, на собственную политическую силу, на завоеванные в регионе позиции и независимую политику».

Истинный масштаб и значение личности раскрываются в реализации конкретных дел. Президент Ильхам Алиев — политический преемник Гейдара Алиева — заслуженно считается креативным лидером в деле внедрения инновационных идей в практическую жизнь государства. За годы президентства, постепенно набирая управленческий опыт, он проявлял растущую уверенность, которая присуща крупным политикам, знающим в какое время какие проблемы надо решать.

Уникальные инициативы Президента Ильхама Алиева преображают политический, экономический и культурный ландшафт Азербайджана. Новизна во всем становится стимулом духовного возрождения азербайджанского народа, который полностью поддерживает своего лидера. «Прагматизм», «гибкость», «открытость», «предсказуемость», «системная многовекторность», «последовательное продвижение национальных интересов», «отзывчивость», «скромность» — это небольшая часть понятий, которые характеризуют Президента Ильхама Алиева. Ему свойственны все качества, которые необходимы главе государства в современных условиях. Он наделен необходимыми свойствами лидера, которые так необходимы в XXI веке. На Ильхама Алиева судьбой возложена миссия вести за собой народ. Он смог на ответственном этапе обеспечить государству безболезненный переход из одной формации в другую. Его умом и талантом управлять сильное государство в Азербайджане еще более укрепило свои позиции. На встрече со спортсменами, победившими на первых Европейских играх, их тренерами, представителями спортивной общественности и иностранными партнерами, Президент Ильхам Алиев сказал: «Сегодня Азербайджан успешно идет вперед как независимое, развивающееся, сильное государство… Мы гордимся тем, что всего за 24 года благодаря таланту, труду азербайджанского народа, благодаря продуманной политике построили сильное государство».

Можно смело утверждать, что сегодня на политической арене западного мира по интеллекту и политическим способностям равных Ильхаму Алиеву лидеров нет. Во главе этих государств и международных организаций оказались люди, лишенные необходимых данных, позволяющих возглавлять подобные властно-политические организации и принимать адекватные обстоятельству решения; у них отсутствуют способности позитивно влиять на ход политических процессов в мире. У лидеров западных государств нет политического авторитета, чтобы содействовать улучшению ситуации в системе международных отношений, остановить политический хаос, который охватил многие государства мира.

На фоне сказанного весьма уместно звучит мнение бывшего государственного деятеля США Пола Крейга Робертса. В своем блоге он пишет (июнь 2015-го), что политическая система Соединенных Штатов больше не способна производить достойных политических лидеров.      По его мнению, «если взглянуть на ту «жалкую коллекцию» кандидатов на управление «единственной и незаменимой сверхдержавой», то увидишь «сборище» ничего не представляющих из себя политиков. Современная Америка похожа на Римскую империю времен ее заката, когда враждующие кланы боролись друг с другом, пытаясь усадить на трон марионетку», — полагает Пол Крейг Робертс.

В Соединенных Штатах, пишет он, «лидерские» позиции зависят от финансовой поддержки истеблишмента: президент и ведущие политические деятели представляют интересы лишь шести групп влияния, больше их ничего не волнует. Схожая ситуация складывается и в других странах с западным типом политического лидерства: в Европе, Великобритании, Австралии и Канаде прирожденный лидер отвергается системой. В то же время, замечает он, настоящие национальные лидеры появляются в Евразии и Латинской Америке. «Нынешние американские лидеры и в подметки не годятся Владимиру Путину или лидерам Китая, Боливии, Венесуэлы, Аргентины, Бразилии или Индии», — отмечает автор.   Среди претендентов на президентский пост в США Пол Крейг Робертс выделяет недавно вступившего в гонку за мандат миллиардера Дональда Трампа. По его мнению, тот достаточно богат, чтобы не «продаваться» группам влияния ради достижения материального благополучия. На руку ему может сыграть и собственный «здоровый эгоизм» — иммунитет от влияния экономических групп, определяющих ход американской политики. Тем не менее Дональд Трамп далек от установленной Россией и другими государствами высокой планки политического лидерста.

«Если Трамп — это наш лучший выбор, только представьте себе, в какой плачевной ситуации мы оказались», — заключает Пол Крейг Робертс.

Создание современного сильного Азербайджанского государства, являющегося воплощением национальной идеи в XXI веке, — результат наличия сильного лидера нации. Существует мнение, что лидером народа надо родиться. Некоторые врожденные качества личности отчасти дают основание с этим согласиться. Эти особенности мы видим в облике Гейдара Алиева, наделенного феноменальной памятью. Сегодня мандат национального лидера, эту ответственную миссию народ доверил Ильхаму Алиеву, который признан международным сообществом как выдающийся государственный деятель. Современный процветающий Азербайджан — это результат его воли, ума и таланта как подлинного лидера нации.

Да, лидер нации просто обязан обладать высокими моральными и политическими качествами, тем более что основными игроками на поле мировой политики по-прежнему остаются национальные государства. Сегодня мы видим, что субъекты мировой политики практически повсеместно подвергаются серьезным испытаниям экономическими, политическими и экологическими вызовами, угрозами международного терроризма и т.д. И одна из главных причин создавшейся ситуации в мире — в существующей проблеме с лидерством. Положение дел во многих государствах западного сообщества свидетельствует о том, что к руководству этих государств пришли лица, которые являются выразителями интересов определенных корпоративных групп, но не нации в целом. И это несмотря на то, что главами этих государств они становятся в результате народного волеизъявления; время требует от них мышления широкого масштаба, а самое главное — компетентности и действий.

Лидерство — это важный фактор, но этот фактор приобретает смысл и значение настолько, насколько значимы не только политические цели, но и нравственные качества лидеров. Практическая деятельность глав западных государств, и мы не раз были свидетелями этого, «экзамен» на нравственность и политический талант не выдерживает. Возникает ощущение, что на деле они способны в лучшем случае правильно идентифицировать проблему, но не в состоянии предложить обществу практическую стратегию, тем более — способы воплощения ее в жизнь. В этом и состоят проблемы многих современных государств, которые все глубже погружаются во всеобщий кризис, в состояние безысходности.

Главу государства делает лидером прежде всего его воля к действию. В нем должны быть сконцентрированы прошлое, настоящее и будущее нации.  В этом смысле можно сказать, что лидер рождается  эпохой. Он проникается национальной идеей через диалог со светлыми умами прошлого. Критерием значимости национального лидера является его образ воспитателя, если он тесно связан со своим народом, живет его интересами.

Национальный лидер должен обладать способностью пробудить и консолидировать нацию. Статус национального лидера глава государства приобретает только тогда, когда у нации возникает в нем потребность, когда идея и воля большинства нации объединяются и воплощаются в конкретной личности, в которой отражается ожидание нации. Лишь тогда, когда нация осознает, что эта личность своими волевыми, нравственными и политическими качествами, организаторскими способностями и  интеллектом отвечает ее надеждам, она может вручить этой личности мандат лидера и главы государства. По существу, лидер — это отражение в конкретной личности воли нации, готовой бороться за лучшую жизнь. Вместе с тем у лидера должна быть вера в свою нацию. Именно вера рождает волю и силу. Следовательно, вера, воля и сила —  это то, что двигает нацию к созданию сильного государства.

Сильный характер, смелость, отсутствие боязни брать на себя ответственность для национального лидера гораздо важнее, чем желание угождать всем без исключения. Лишь на основе слияния этих психологических особенностей возникает новое свойство лидерства, которое передается нации, способствуя изменению ее психотипического портрета.  Только воля и решимость позволяют нации добиться своей цели. Поэтому, ощутив в своем лидере волю,  нация обретает уверенность в своих намерениях.

Со второй половины 2008 г. мир вступил в новую полосу развития. Продолжающийся с того времени глобальный финансовый и экономический кризис подвел черту под единоличным господством США в мире. Система, в которой стабильность, мир и развитие в основном обеспечивались из единого центра, подвергается сильному испытанию. Насильственное разрушение традиционных государств, государств Ближнего Востока и Северной Африки сильно накалило политическую обстановку в мире, спровоцировало отток населения из этих регионов в Европу, которое встречается агрессивно со стороны местных жителей. Знаками времени стали нарастающая дестабилизация мировой политики и экономики, системы международных и региональных подсистем. Мир вступил в переходный период и нестабильно движется к новой международной системе. Направление и результаты этого движения остаются неясными, в связи с чем аналитики пользуются в определении характера нового мира приставкой «пост». Так или иначе, однополярность является источником нестабильности в мире, все более очевидной становится откровенное стремление государства-гегемона и поддерживаемых им международных политических и экономических институтов диктовать свои правила остальным государствам. Поскольку еще не возникло ни новой военно-политической коалиции, ни многостороннего, институционально оформленного механизма по принятию эффективных решений, создание многополярного мира не видать.

В этой ситуации возрастает необходимость заново определить параметры и задачи сильного (эффективного) государства. Поэтому способными к развитию будут те государства, которые смогут проявить гибкость, правильно использовать свои возможности, соответствующие национальному опыту и обстановке в международной системе. Остальные государства, как показал опыт цветных революций в ряде постсоветских республик, будут распадаться или балансировать на грани распада и слабости.

Концептуального объяснения «сильного государства» как такового в истории философско-политической мысли нет. И это несмотря на то, что понятие «концепция сильного государства» активно используется в научной литературе.

На мой взгляд, соотношение понятий «сильный лидер» — «сильная власть» — «сильное государство» — это база для разработки концепции «сильного государства». Сильный лидер по своей сути может быть и демократом. Он, как правило, далек от авторитаризма. Хотя в интересах сохранения государственной власти и обеспечения стабильности в стране он должен при необходимости демонстрировать и свой сильный характер, решительность и бескомпромиссность. «Авторитарные страны, — пишет Ф.Фукуяма, — в своей совокупности способны процветать, если смогут развиваться по Ли Кван Ю; учитывая, что они часто развиваются по схеме, осуществленной Мобуто или Маркосом, неудивительно, что авторитарные режимы показывают более сильные изменения, чем демократические в смысле итогов развития».

Кстати, стоит отметить, что демократия «никоим образом не отождествляется с размытостью и слабостью государства и государственной власти… Необходимо четко осознать, что подлинное народовластие, защита прав человека, нормальное развитие рыночной экономики, обеспечение мира и безопасности непостижимы, если государство будет слабым, неспособным защитить и реализовать заявленные принципы и намерения».

В свою очередь, Ф.Фукуяма отмечает: «… проблемы, которые слабые государства создают для себя и для других, увеличивают вероятность того, что еще какая-нибудь из стран международной системы захочет вмешаться во внутренние дела этих слабых стран против их желания. Термин «слабый»… характеризует бессилие государства, а не его масштабы; он означает недостаток административного потенциала для нормального управления экономикой, причина которого коренится в нелегитимности политической системы в целом».

Сегодня главной проблемой является не уменьшение государственности, а ее усиление. Слабые государства разлагают общество, несут угрозу внутренней жизни и мировому порядку, так как выступают источником беззакония, конфликтов и современного терроризма с его разновидностями. Создание в этих государствах сильной власти, формирование различных сильных государственных учреждений становятся актуальной задачей, которая представляется весьма важным фактором для обеспечения международной безопасности. Только сильное государство способно объединить население и справиться с хаосом и беспределом внутри страны.

Выступая с речью на официальном приеме по случаю 28 Мая — Дня Республики, Президент Ильхам Алиев сказал: «Азербайджан никогда еще не был таким сильным, как сейчас. Мы — хозяева своей судьбы. Мы — независимая страна. Мы — свободный народ. Мы заняли свое достойное место в мировом масштабе».  Этими словами Президент как бы еще раз подтвердил, что Азербайджан и дальше будет развиваться как независимое и сильное государство.

Сильное государство априори обеспечивает стране политическую стабильность, экономический рост и перспективу социального развития. Сильное государство способно мобилизовать внутренние ресурсы для решения задач развития. Ибо сильным может считаться только то государство, которое способно реализовать стратегические цели нации. Конечно, сильному государству необходимы также элементы демократии (наряду с демократичностью лидера), позволяющей осуществлять обратную связь между обществом и правящей элитой. При этом функции демократии не равнозначны функциям управляемости общества. Сильное государство должно обладать достаточным административным ресурсом для противостояния как внешнему давлению, так и специальным интересам различных групп внутри страны. Вместе с тем сильное государство — это важное условие для строительства демократии и формирования гражданского общества.

Таким  образом, строительство сильного государства даже при усилении глобализационных процессов в мире является наиболее эффективной моделью XXI века. И то, что Азербайджан в государственном строительстве использовал именно эту модель, было правильным выбором. Ибо, опираясь на сильное государство при наличии президентской формы управления, можно приступить к решению новых задач национальной идеи, созвучных современной эпохе инновационного развития.

http://1news.az/politics/20160601012550329.html

 

Исследуется история азербайджано-российских отношений

sevinc israfilВ Баку 20 июня пройдет Азербайджано-российский бизнес-форум. В мероприятии примут участие около 70 российских компаний, которые действуют в сферах легкой, тяжелой, пищевой промышленности, финансов, энергетики, транспорта, торговли, инженерии, здравоохранения и других областях. Россия является одним из главнейших торговых и экономических партнеров Азербайджана. С 2004 года РФ инвестировала в экономику Азербайджана почти два миллиарда долларов. В свою очередь, прямые иностранные инвестиции Азербайджана в Россию превысили один миллиард долларов. В настоящее время в стране действует более 600 компаний с российским капиталом. По данным Государственного таможенного комитета Азербайджана, товарооборот с РФ в январе-апреле 2016 года составил 465,87 миллиона долларов, из которых 387,3 миллиона долларов пришлись на импорт российской продукции. Однако сотрудничество Азербайджана с Россией не ограничивается экономической сферой. В беседе с нами доктор исторических наук, заведующей отделом «История азербайджано-российских отношений» Института истории Национальной академии наук Азербайджана им. А.Бакиханова Севиндж Алиева затронула сотрудничество в научной сфере, в частности историков двух стран.
— Расскажите, пожалуйста, о возглавляемом вами отделе…
— Азербайджано-российское научное сотрудничество способствует не только появлению широких возможностей исследования исторического прошлого Азербайджана и азербайджанского народа, но и донесению до российской научной среды и общественности всей полноты реалий азербайджанской истории, пропаганде азербайджанской истории и наследия. С 2015 года в нашем институте действует отдел «История азербайджано-российских отношений». Российская Федерация (РФ) является северным соседом и стратегическим партнером Азербайджанской Республики. Основным направлением отдела является работа по раскрытию всей полноты азербайджано-российских исторических связей и укреплению основ многовековой братской дружбы народов двух стран; установление сотрудничества с российскими научными центрами и организациями по совместному изучению нашего исторического прошлого и пропаганде азербайджанского научного, исторического и культурного наследия в России. Мы шли к этому давно. Долгие годы научные сотрудники института тесно взаимодействуют с российскими коллегами, группы азербайджанских исследователей работали и работают в российских архивах Москвы, Санкт-Петербурга, Астрахани, Краснодара, Ставрополя, Махачкалы и т.д. Между нашим институтом и архивами РФ заключены договоры о сотрудничестве. Выявление архивных документов по истории Азербайджана в архивах РФ – приоритетное направление деятельности нашего института. История Азербайджана долгое время была связана с историей России, поэтому в центральных и региональных архивах РФ хранятся документы по нашей истории. В результате исследовательской деятельности наших сотрудников и благодаря содействию руководства российских архивов мы опубликовали десятки томов архивных документов по истории Азербайджана, выявленных в РГАСПИ, ГАРФ, РГВИА, АВПРИ, РГИА и др. архивах РФ. Азербайджанские специалисты – постоянные участники международных конференций, форумов и семинаров в России: в Москве, Санкт-Петербурге, Волгограде, Астрахани, Казани и многих городах Северного Кавказа: Краснодар, Ставрополь, Ростов-на-Дону, Грозный, Магас, Нальчик, Махачкала, Майкоп, Черкесск и др. В свою очередь наш институт регулярно проводит международные конференции и мероприятия с участием российских ученых, специалистов из Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Северного Кавказа.
— А как идет налаживание двусторонних связей с научными центрами России?
— Учитывая не только исторические связи с Россией, ее регионами, ее населением, главным образом – родственными нам тюрко-мусульманскими народами, руководство нашего института посчитало необходимым восстановление научных связей с научными коллективами России. В рамках деятельности отдела «История азербайджано-российских отношений» проводятся мероприятия, посвященные проблемам совместного исследования истории взаимоотношений Азербайджана и России. Это способствует не только восполнению пробела в историографии, но и улучшению взаимопонимания между нашими народами, укреплению как научных, так и общественных связей. Стремясь к развитию дружеских азербайджано-российских отношений, принимая во внимание значительный взаимный интерес к всемерному развитию научного сотрудничества, наш институт подготовил соглашения о сотрудничестве с российскими региональными научными институтами и центрами (Москва, Санкт-Петербург, Дагестан, Чечня, Ингушетия, Адыгея, Кабардино-Балкария, Астраханская область, Татарстан и др.). 15 октября 2015 года между нашим институтом и Автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский институт истории, экономики и права» (город Москва) был подписан договор о научном сотрудничестве двух наших институтов. Итогом сотрудничества с Научно-исследовательским институтом истории, экономики и права стала серия публикаций статей научных сотрудников нашего института в ВАКовских научных журналах НИИ Истории, Экономики и Права: «Современная научная мысль», «Право и практика» (проблемы права, философии, педагогики). НИИ Истории, экономики и права совместно с нашим институтом планирует проведение в Москве международной конференции «Актуальные вопросы антикризисной политики: теория, история, современность». Официальным мероприятием в рамках деятельности отдела «История азербайджано-российских отношений» стала и встреча азербайджанских историков с татарскими учеными и презентация семитомного академического издания «История татар с древнейших времен»Института истории им. Ш.Марджани Академии наук Республики Татарстан. 2 марта 2016 года состоялось подписание договора о научном сотрудничестве между двумя институтами. Рассматривая укрепление и дальнейшее развитие научных связей как одно из важнейших условий успешной реализации совместных гуманитарных программ, исходя из особой актуальности сохранения и использования историко-культурного наследия тюркских народов, учета общих интересов по развитию фундаментальных и прикладных исследований истории азербайджанского и татарского народа, народов Татарстана и Азербайджана, стороны приняли совместное решение о проведении комплексных фундаментальных и прикладных исследований в области изучения истории и современного развития тюркских народов, народов Татарстана и Азербайджана. Было принято целесообразным сотрудничать по следующим направлениям: координация научно-исследовательских работ по изучению тюркского историко-культурного наследия; музейно-экспозиционная деятельность; выявление и изучение объектов истории и архитектуры азербайджанского и татарского народа; проведение историко-архивных и библиографических исследований в архивных, музейных и библиотечных собраниях Азербайджана, Татарстана РФ, странах ближнего и дальнего зарубежья; организация научных командировок и полевых экспедиций; подготовка и издание монографий, популярной литературы по истории азербайджанского и татарского народов. Стороны договорились взаимно привлекать своих ученых и специалистов к международным программам, осуществляемых ими, способствовать пропаганде и популяризации результатов совместных научных исследований по актуальным проблемам изучения историко-культурного наследия азербайджанского и татарского народов, тюркских народов РФ, ближнего и дальнего зарубежья. 11 марта с директором Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) Российской Академии наук (Санкт-Петербург) Юрием Чистовым подписано соглашение о сотрудничестве. В ходе предварительных переговоров стороны пришли к мнению, что научное, информационное и культурное сотрудничество между ними является важным составным элементом всего комплекса межрегиональных и международных отношений. Исходя из этого, стремясь содействовать развитию научных, гуманитарных и информационных связей, полагая, что такое сотрудничество будет способствовать укреплению дружеских отношений между народами, стороны согласились совместно осуществлять исследовательскую, издательскую и выставочную деятельность в рамках изучения и пропаганды азербайджанского наследия, памятников культуры и т.д. Будем сотрудничать в деле сохранения и восстановления культурного достояния народов, включая сохранение, реставрацию и пополнение имеющихся в распоряжении сторон исторических фондов, на взаимоприемлемых условиях и в виде гуманитарной взаимопомощи. Мы с петербуржцами также договорились в сотрудничестве в составлении и выпуске издания «Азербайджанские коллекции Кунсткамеры». Как результат сотрудничества с Кунсткамерой научные сотрудники института (ваша слуга, а также доктор философии по истории, доцент Фирдовсия Ахмедова, доктор философии по истории Фарах Гусейн) приняли участие в научном семинаре в МАЭ РАН, Санкт-Петербург. В свою очередь, научные сотрудники первого российского музея примут участие в конференциях, организуемых Институтом истории НАНА в текущем году. 8 апреля 2016 года в рамках деятельности отдела «История азербайджано-российских отношений» в городе Шамахы ученые нашего института совместно с коллегами, приехавшими из научных центров РФ: Москвы, Татарстана, Дагестана, Ингушетии, Чечни, Адыгеи приняли участие в работе Круглого стола на тему «Проблемы совместного исследования истории взаимоотношений Азербайджана и России». В этот же день подписаны Договоры о сотрудничестве
— с директором «Ингушского научно-исследовательского Института гуманитарных наук имени Чаха Ахриева» (Российская Федерация, республика Ингушетия, Магас) Ниной Барахоевой;
— с директором Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра Российской академии наук (Российская Федерация, Махачкала) Махачем Мусаевым;
— с директором Адыгейского республиканского института гуманитарных исследований имени Т.М.Керашева (АРИГИ) (Российская Федерация, Майкоп) Батырбием Берсировом (документ от имени директора подписал его заместитель Аскербий Панеш),
— ректором Майкопского государственного технологического университета (ФГБОУ ВПО «МГТУ») Саидой Куижевой (документ от имени ректора подписала проректор Татьяна Овсянникова).
Было принято решение об углубленном изучении братских азербайджано-ингушских, азербайджано-дагестанских, азербайджано-адыгейских связей во всем многообразии. Азербайджан и народы Северного Кавказа не просто соседи, но и близкие по своим ментальным характеристикам, духовности, культуре, языку народы. У нас одна судьба, общая история. Азербайджан и народы Северного Кавказа связаны не только историческими узами, у нас есть воля и стремление к сотрудничеству и сегодня. Именно перспективы научных и общественных связей стали предметом обсуждения азербайджанских и северокавказских ученых. Как первый результат, профессор кафедры истории России Ингушского государственного университета Марем Долгиева написала и представила на «Каспий-форум» статью под названием «Взаимосвязи Ингушетии и Азербайджана: история и современность». Надо отметить, что 16 российских ученых Москвы, Татарстана, регионов Северного Кавказа приняли участие в III международной научной конференции «Геноцид против тюрко-мусульманского населения Азербайджана и Восточной Анатолии в 1914-1920 годы», которая состоялась 7-10 апреля в Шамахы. Помимо того, что в дни конференции историки обсудили важные проблемы исторической науки, актуальные вопросы, все участники конференции, в т.ч. российские ученые, приняли совместное обращение к мировой общественности с призывом о сохранении мира и стабильности в рамках установленного миропорядка и законности.
— Что дает азербайджано-российское научное сотрудничество?
— Резюмируя, скажу, что сотрудничество с российскими научными коллективами способствует укреплению многовековых азербайджано-российских отношений. Наш институт тесно взаимодействует с научными коллективами не только России, но и Турции, Грузии, Средней Азии и т.д. При этом сотрудничество и партнерство с научными центрами и организациями РФ – одно из приоритетных и необходимых направлений. Наибольшее число публикаций азербайджанских ученых за границей приходится на долю российских рейтинговых журналов и сборников материалов конференций, наши специалисты имеют больше возможностей принимать участие в конференциях, проводимых на территории России. Азербайджано-российское научное сотрудничество способствует не только появлению широких возможностей исследования исторического прошлого Азербайджана и азербайджанского народа по архивам России, но и донесению до российской научной среды и общественности всей полноты реалий азербайджанской истории, пропаганде азербайджанской истории и наследия. В нашем институте разработана тема «Взаимоотношения народов Азербайджана и народов Северного Кавказа». Открытие отдела «История азербайджано-российских отношений» создало перспективы для более углубленного изучения взаимоотношений Азербайджана с Россией, главным образом с ее регионами, с которыми у Азербайджана исторически сложились определенные взаимоотношения. Это важно для развития двусторонних связей и определения будущих возможностей сотрудничества, сохранения добрососедских отношений, предупреждения рисков и угроз, во имя мира и стабильности во всем регионе. Азербайджано-российские отношения имеют большой запас прочности и все перспективы для развития во всех сферах — как на государственном, так и на частном уровнях.
— Знаю, что вы недавно вернулись из Казани…
— По приглашению Аппарата Президента РТ делегация нашего института побывала в Татарстане на праздновании годовщины принятия ислама. Мы участвовали в торжественном мероприятии в городе Булгаре по поводу годовщины принятия ислама в Татарстане. В качестве почетных гостей азербайджанская делегация была рассажена в первом ряду официального заседания мероприятия. Культурная часть программы включала посещение Ак мечети, исторических памятных мест, музеев и исторических мечетей.
Также состоялась встреча с татарскими учеными в Институте Истории им. Ш.Марджани. Азербайджанские ученые выступили и рассказали о деятельности нашего института, о необходимости развития научных связей с коллегами из России, в частности, с татарскими историками. Мы обозначили общие темы и направления исследований. Состоялось рабочее заседание для обсуждения научно-исследовательской программы «Идель-Каспий» между двумя институтами, написание монографии «Азербайджано-татарские исторические связи: прошлое, настоящее, перспективы». В Редакционный совет книги включены научные коллективы: НАНА, РАН, АН РТ, Астрахани и Дагестана. Обсужден и утвержден план монографии и схема совместного исследования.
Азербайджанская делегация провела встречу с азербайджанской диаспорой РТ.
Азербайджанские и татарские ученые вместе с руководством азербайджанской диаспоры посетили места, где установлены памятные доски выдающимся азербайджанским деятелям Мирзе Кязым беку и Нариману Нариманову в Казани, а также дом-музей великого татарского поэта Габдуллы Тукая и др. памятные и исторические достопримечательности.
Беседовал:
Л.МУСТАФАЕВ

http://www.novoye-vremya.com/w61297/…/#.V2I5FbuLT4Z

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган вслед за Израилем и Египтом пытается наладить отношения и с Россией

erdoqan and putinПрезидент Турции Реджеп Тайип Эрдоган вслед за Израилем и Египтом пытается наладить отношения и с Россией. Как пишет турецкая газета Bir gün, Эрдоган обратился к президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву и президенту Беларуси Александру Лукашенко с просьбой о содействии в нормализации отношений с Владимиром Путиным.

По сведениям газеты, президент Турции пытается нормализовать отношения с Россией на фоне ухудшающихся отношений с Евросоюзом и США.

«Эрдоган принял помощь Ильхама Алиева и Александра Лукашенко, которые выступают посредниками между Анкарой и Москвой. Эрдоган, прервавший свой визит в США, обратился с личной просьбой к этим лидерам, которые имеют хорошие отношения с Кремлем», — пишет газета.

Отметим, что Азербайджан больше всех заинтересован улучшением отношений между Анкарой и Москвой, которые испортились после инцидента со сбитым российским самолетом.

haqqin.az

Иран тоже продает оружие Азербайджану

aliyev-ruhaniОрхан Саттаров, руководитель европейского бюро «Вестника Кавказа»

Обсуждая итоги рабочего визита президента Азербайджана Ильхама Алиева в Германию, журналисты и эксперты сконцентрировались в своих комментариях на германо-азербайджанских отношениях и нагорно-карабахском конфликте — темах, которые, собственно, и стояли во главе угла в ходе проведенных встреч в Берлине. Однако одна короткая фраза, вскользь брошенная президентом, осталась вне фокуса внимания аналитиков. Между тем, информация, озвученная главой азербайджанского государства, носит сенсационный характер. Напомним, отвечая на вопрос немецкого журналиста по поводу реакции Азербайджана на поставки российского вооружения Армении, Алиев отметил, что спокойно относится к этому факту. «То, что Россия продает оружие Армении, не представляет никакой угрозы для Азербайджана. Мы понимаем, что Россия является крупным производителем вооружений и может продавать их куда угодно, любой стране. Не только Армения, но и Азербайджан закупает вооружения у России – но, в отличие от Армении, Азербайджан платит в два раза больше за эти вооружения, к тому же, Россия – не единственная страна, у которой мы закупаем оружие. Не секрет, что нам продают вооружение и Турция, и Израиль, и Беларусь, и Иран и много других стран, которые помогают модернизировать нашу армию», — подчеркнул Ильхам Алиев.

Таким образом, впервые азербайджанская сторона официально (причем — на уровне первого лица государства) заявила о том, что азербайджанская армия закупает вооружение из Ирана. То, что азербайджано-иранские отношения развиваются по восходящей с момента избрания Хасана Роухани президентом Ирана, факт не новый. Так, ведется активная работа над реализацией стратегического транспортного проекта «Север-Юг» в трехстороннем формате Москва-Баку-Тегеран — в свете выхода ИРИ из-под режима международных санкций данный проект приобретает особо важное значение. Но налаживание сотрудничества в военно-технической сфере между Баку и Тегераном — факт из ряда вон выходящий, учитывая далеко непростую историю взаимоотношений двух соседних государств, которые объединяет общее историческое и культурное наследие. Ровно год назад в ходе визита главы министерства обороны Азербайджана Закира Гасанова в Иран было принято решение о создании совместной оборонной комиссии. С тех пор никакой субстантивной информации о прогрессе в этой сфере более не поступало. Лишь после апрельских столкновений в Нагорном Карабахе генерал-лейтенант запаса Яшар Айдемиров заявил в интервью агентству «АПА», что Азербайджан применил иранское вооружение в ходе так называемой «четырехдневной» войны.

«Ни для кого не секрет, что приобретенные в Иране 122 мм гаубицы D-30A, 107 мм реактивные системы залпового огня (YARS), 60 мм минометы, а также большое число боеприпасов и другие средства военного назначения были успешно использованы в начале апреля во время боевых действий с армянскими оккупантами. Мои разговоры с товарищами по оружию, принимавшими участие в боях, еще раз подтвердили высокую эффективность этого оружия с точки зрения его разрушительной силы», — заявил генерал в запасе. В свое время «Вестник Кавказа» направил запрос в посольство ИРИ в Баку с просьбой прокомментировать данные высказывания Айдамирова, однако, ответа от иранских дипломатов так и не поступило.

Теперь же становится очевидным, что Баку и Тегеран за последние годы провели существенную работу в области военного сотрудничества, и наметившиеся тенденции политического и экономического сближения имеют конкретные результаты в военно-технической сфере. Вполне объяснимо, что до сих пор это сотрудничество особо не афишировалось, поскольку налаживание сотрудничества в оборонной сфере — процесс, требующий определенной степени конфиденциальности (особенно, с учетом возможного конфликта интересов с участием третьих стран). Заявление президента Алиева в Берлине не могло быть случайным. Очевидно, что ирано-азербайджанская военная кооперация сегодня — уже свершившийся факт. И это свидетельствует о полной диверсификации Азербайджаном источников военных поставок: от Турции до России, от Израиля до Ирана.

http://vestnikkavkaza.ru/analytics/Sensatsionnoe-zayavlenie-Ilkhama-Alieva-ob-Irane.html © — Вестник Кавказа

Ереван ошибся относительно Тегерана

Iran MapИгорь Панкратенко, Тегеран, специально для haqqin.az 

То, что Тегеран занял достаточно пробакинскую позицию в ходе четырехдневной войны, стало для Еревана холодным душем и крушением иллюзий об особой позиции Исламской Республики в отношении армяно-азербайджанского конфликта. Конечно, количество водных процедур для армянской дипломатии в этот период достигло рекордных показателей, но с Ираном – случай особый, поскольку в Ереване считали, что уж кто-кто, а Тегеран останется партнером, что бы ни произошло. Как выяснилось, ошибались.

Разумеется, сейчас армянская сторона предпринимает максимум усилий для того, чтобы если не восстановить свои позиции на международной арене, то хотя бы провести ревизию в рядах «друзей» и потенциальных партнеров. Предстоит новый этап борьбы с Баку, и в его преддверии неплохо было бы определиться, на кого из соседей и внешних игроков можно было бы рассчитывать. Отсюда и повышенное внимание к Китаю, делегация которого во главе с первым вице-премьером Госсовета, членом постоянного комитета Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии Китая Чжаном Гаоли прибыла 5 июня в Ереван.

Китайские планы в отношении Армении, как и вопрос о том, какое место занимает эта страна во внешней политике Пекина, – тема отдельного разговора. Стоит упомянуть лишь два обстоятельства: во-первых, сегодня Баку как экономический партнер китайскому руководству более интересен. Во-вторых, не в правилах китайской дипломатии смешивать экономику с политикой, а уж тем более влезать в споры партнера с третьими странами. То, что Пекин проявляет некоторый интерес к проекту железной дороги Иран-Армения, который был разработан Международной компанией строительства и коммуникаций Китая (CCCC International), вовсе не означает, что в армяно-азербайджанском конфликте КНР выступит на стороне Еревана.

Более того, с уверенностью можем сказать, что он вообще ничьей стороны не займет. Тем более что эта железная дорога – протяженностью в 316 километров, стоимостью в 3,5 миллиарда долларов и сроками строительства при самых благоприятных условиях и массе технических сложностей (60 тоннелей протяженностью 102,3 километра и 64 моста) не менее шести лет – не представляет сегодня для Китая особого интереса, у него есть куда более приоритетные и ресурсоемкие проекты. Инвестиционный портфель Пекина давно разбух от предложений, и магистраль, которая свяжет Иран с Арменией, – лишь один из не менее чем сотни подобных проектов Китая по всему миру, что называется, «на вырост», на отдаленную перспективу.

Что же касается отношения Тегерана к Еревану, то здесь есть ряд нюансов, которые просто-таки необходимо учитывать тому, кто хотел бы составить для себя объективную картину складывающейся ситуации.

Накануне визита Налбандяна в Тегеран правительство Армении сделало демонстративно дружественный жест – одобрило проект соглашения об отмене визового режима с Ираном. По новым правилам после отмены въездных виз граждане двух соседних стран смогут находиться на территории Армении и Ирана до 90 дней каждые шесть месяцев. Местные эксперты тут же заговорили о том, что данный шаг «серьезно упростит взаимовыгодные экономические и торговые связи между сторонами, активизирует работу предпринимателей и туристические потоки с обеих сторон».

Разумеется, реальная значимость данного шага не столь глобальна. Напомним, до него пересечение армяно-иранской границы в обе стороны проходило в упрощенном порядке, а стоимость визы составляла около шести евро, так что каким-то уж очень серьезным образом это на те же туристические потоки не повлияет. Эти шесть евро никоим образом не останавливали толпы иранских туристов, желавших по полной программе «оттянуться» в Армении, предаваясь там безобидным для государственной безопасности, но вполне осуждаемым с точки зрения исламской морали развлечениям.

И уж тем более это не «упростит взаимовыгодные экономические и торговые связи», которые демонстрируют, в общем-то, отрицательную динамику. В 2012 году товарооборот между двумя странами составлял $317,7 миллиона (5,6% всего внешнеторгового оборота Армении). В 2013-м – $380 миллионов, причем 90% из этого объема приходилось на иранский экспорт. По итогам 2015 года составил, по данным армянской стороны, порядка $340 миллионов. И хотя председатель комиссии Национального собрания по экономическим вопросам Вардан Айвазян два месяца назад убеждал журналистов в одном из своих выступлений, что товарооборот между двумя странами может достичь нескольких миллиардов долларов, никаких реальных предпосылок для этого не существует.

Те планы, которые обсуждаются в качестве локомотивов ирано-армянского экономического сотрудничества – будь то автодорога Север-Юг, строительство железной дороги Иран-Армения, увеличение поставок электроэнергии в Иран и создание зон свободной торговли в армянском Мегри и иранской Джульфе, – носят достаточно локальный характер и не способны сделать экономическое сотрудничество Еревана и Тегерана стратегическим фактором.

В Иране это достаточно четко понимают, однако в преддверии визита Налбандяна все же санкционировали совершенно не свойственный для иранской дипломатии шаг: посольство Исламской Республики Иран в Армении выступило с опровержением заявления посла Ирана в Азербайджане Мохсена Пак Айина, касающегося карабахского урегулирования. А конкретно – следующих его слов: «Мы на стороне Азербайджана. Надеемся, что конфликт будет решен мирным путем в рамках территориальной целостности Азербайджана, на основе международных законов».

Впрочем, дезавуирование заявления иранского посла в Баку его коллегами в Ереване, при ближайшем рассмотрении и наличии навыков перевода с дипломатического языка на человеческий, носит достаточно двусмысленный характер. В частности, в нем было сказано, что «Посольство ИРИ в Баку не распространяло заявления по этому поводу, а посол в своем последнем интервью подчеркнул, что позиция ИРИ относительно карабахского конфликта остается неизменной. Посольство Ирана еще раз подчеркивает официальную позицию ИРИ относительно мирного урегулирования конфликта, основанного на нормах международного права».

Никакой дезавуации, по сути, здесь нет. Скорее уж стремление слегка успокоить армянскую аудиторию, сделать уточнение, которое в сухом остатке вполне соответствует поговорке «Что пнем об сову, что совой об пень». Нормы международного права – в пользу Баку, ну а про мирный путь и говорить нечего, Мохсен Пак Айин именно о нем и говорил.

Словом, заявление иранского посольства в Ереване нужно воспринимать исключительно как дипломатический реверанс, акт вежливости, сделанный накануне визита главы местного внешнеполитического ведомства в Тегеран. Никакого принципиального значения оно не имеет и как однозначно проармянское трактоваться не может.

А вот некоторые, скрытые от широкой публики нюансы отношения иранских элит к Армении вполне высвечивает. И если уж разговор о них зашел, то начать его нужно с того, что отношения с Ереваном сегодня не являются сколь-нибудь значимым приоритетом ни для иранского МИД, ни для правящих кругов в Тегеране.

Армянская диаспора в Иране – по разным оценкам, от 180 до 240 тысяч человек – четвертая по численности в мире (больше только в США, России и Франции). При относительной незначительности в процентном отношении к общему населению Исламской Республики она занимает особое место и в экономике, и в общественной жизни, гарантированно имея два депутатских кресла в Меджлисе.

Как и любая армянская диаспора в других странах мира, обладает серьезными связями за границей, а армянское лобби в Америке, Европе и России немногим уступает по влиятельности признанному лидеру в этой сфере – еврейскому. Этот политический и экономический ресурс проживающих в Иране армян Тегеран активно использовал в период конфронтации с США и их союзниками – от дипломатических зондажей до получения технологий в обход санкционного режима. Соответственно, и с Арменией отношения строились максимально дружественно, пусть и политика там явно перевешивала экономические интересы Ирана.

Сегодня ситуация изменилась. В отношениях с США, как констатировал на днях верховный лидер Али Хаменеи, достигнут максимум возможного – никакого особого потепления не произошло, удержаться бы на уровне вооруженного нейтралитета, но даже эта позиция после американских обвинений Тегерана в поддержке международного терроризма под вопросом.

Особые каналы связи с Европой, отношения с которой являются главным приоритетом для администрации Роухани, теперь Тегерану также особо не нужны, для этого вполне хватает уже установленных связей в торгово-промышленных кругах стран Евросоюза. И если раньше отношения с Арменией рассматривались в том числе и как инструмент прорыва международной изоляции, то сейчас этот взгляд явно устарел.

Нет, Тегеран не намерен официально объявлять о свертывании отношений с Арменией и переориентации своей политики на Южном Кавказе. Для подобных шагов у иранской дипломатии есть более эффективные инструменты – сохраняя дружественность, четко определять границы партнерства, снижать его значимость постепенно, без резких шагов и публичных заявлений. В итоге переводя отношения с Ереваном на уровень обычной соседской вежливости, а саму страну занося в список периферийных.

http://haqqin.az/news/72185

Cтартует онлайн конференция на тему : «Влияние измененных турецко-российских отношений на энергетические проекты»

turkite-azerb. flaqАмерикано-турейкий форум “Turkishforum” (Turkishnews.com)  (США) и Международный онлайн информационно-аналитический центр  “Этноглобус” (Ethnoglobus.az) (Азербайджан) стартуют совместную  онлайн конференцию на тему : «Влияние измененных турецко-российских отношений на энергетические проекты».

Статьи могут быть представлены на турецком, азербайджанском, русском и английском языках.

Статьи будут опубликованы в ресурсах Turkishnews.com, www.turkishnews.com/ru/content/ və Ethnoglobus.az.

Модератор конференции редактор русского раздела Turkishnews.com, директорEthnoglobus.az,

политолог  Гюльнара Инандж.

Желающие могут обращаться по интернет адресу :

mete62@inbox.ru, na facebook странице
 https://www.facebook.com/TurkishForumPage/,

В мирном процессе вокруг Карабахского конфликта мало конструктивизма

T_AbbasovГлавное в процессе урегулирования Карабахской проблемы – не давать затянуться паузе. Об этом в проходящем в Международном пресс-центре Sputnik Азербайджан видеомосте «Баку – Москва – Ереван» на тему «Перспективы российского посредничества в решении Нагорно-Карабахского конфликта» заявил политолог, советник Бакинского международного центра Мультикультурализма Тофик Аббасов.

По словам Аббасова, если речь идет о судьбе мирного процесса вокруг Карабахского конфликта, то единственное, чего не хватает в этом, это принцип конструктивизма.

«В событиях, происходивших в начале апреля, российская дипломатия первой оказалась у самой критической черты и показала свою состоятельность, чтобы продолжить ту линию, которая дала о себе знать еще в середине 90-х годов. Мы помним, как российская дипломатия сыграла решающую роль в заключении соглашения о временном перемирии в мае 94 года», — отметил эксперт.

Аббасов указал, что Россия вновь активизировалась в этом процессе.

«Сейчас ситуация в зоне конфликта накаленная и с обеих сторон есть готовность к использованию силовой обороны. Главное в этом процессе – нельзя давать затянуться паузе, потому что любая пауза – это вакуумное состояние, которое сопровождается перестрелками на линии соприкосновения войск. Потенциал для конструктивного разрешения проблемы не исчерпан, но главное здесь – надо говорить о предметных вещах», — добавил он.

По словам эксперта, в отношении Азербайджана имеет место агрессия, кроме этого, имеет место наличие иностранных войск на нашей территории. «Для восстановления мира и доверия надо начинать с разблокирования конфликта путем вывода вооруженных сил. Только таким образом конструктивизм возобладает».

Sputnik Азербайджан http://ru.sputnik.az/karabakh/20160601/405445324.html#ixzz4APBsiXBS

Национальное безумие

Alexei_SinitsinСвоими бредовыми идеями и поступками армяне не устают удивлять не только нас, азербайджанцев, которые давно к этому привыкли, но и международную общественность.

Если помните, совсем недавно представители официального Еревана угрожали признать самопровозглашенную «НКР» и утверждали о наличии атомного оружия. Накануне же армянские военные при обстреле мирного азербайджанского населенного пункта применили запрещенный международными конвенциями фосфорный снаряд. По счастью, он не взорвался и был обнаружен саперами в селе Аскипара Тертерского района и представлен всему миру как еще одно доказательство полного пренебрежения Арменией международным правом.

Свой анализ поведения армянского руководства на примере попытки признания «НКР», россказней об атомном оружии и применении фосфорного снаряда в эксклюзивном интервью газете «Каспiй» представил главный эксперт Американо-азербайджанского фонда содействия прогрессу Алексей Синицын.

— С чем была связана попытка официального Еревана начать юридический процесс по признанию «НКР»?

— Эта попытка объясняется только абсолютным политическим бессилием Еревана. Более двух десятилетий и армянские политические элиты, и армянское общество жили в каком-то иллюзорном мире, очень далеком от реальности. Правящий режим Армении даже более, чем армянская диаспора США или Франции (те умнее Саргсяна и его окружения), был уверен в том, что все большие политические игроки глубоко симпатизируют «мировому армянству». А главное — Ереван способен манипулировать ими, шантажировать как Москву, так и Вашингтон своей возможностью перебежать под «зонтик» оппонента. Другими словами, армянское руководство само поверило в то, что оно, в полном соответствии с известной английской поговоркой, играет роль «хвоста, который вертит собакой».

После того как на декабрьском московском саммите президентов стран ОДКБ Саргсяну не удалось натравить эту организацию на Азербайджан, Армения демонстративно повернулась лицом к Западу. Не в Москве, а в Вене на семинаре ОБСЕ Ереван устами заместителя министра обороны Давида Тонояна сообщил о смене оборонных концепций. Тоноян гордо заявил, что от «статичной обороны» армяне переходят к «системе обуздания/сдерживания», которая будет «применяться как в реактивном, так и в превентивном ключе». Кремль явно оценил это жест как пренебрежение его интересами, а Запад, кажется, не придал ему особенного значения.

Поэтому когда в первые часы «четырехдневной войны» стало ясно, что вся армянская концепция «обуздания» Азербайджана терпит полное фиаско и над Арменией нависла угроза неминуемого поражения, Серж Саргсян объявил о готовности признать «НКР». Я думаю, тем самым он преследовал несколько целей. У армянской элиты еще теплилась надежда втянуть Россию и ОДКБ в новую стадию карабахского конфликта по принципу «матрешки». То есть Ереван де-юре признает «НКР» и заключает с ней нечто типа договора о взаимной обороне. А так как ОДКБ гарантирует безопасность Армении, значит, будет гарантировать и безопасность самопровозглашенной республики. Вот такая странная армянская логика.

Этот план провалился моментально, но армяне продолжали педалировать «признание» сепаратистского режима. Очевидно, они решили запугать Москву и Запад тем, что перечеркнут весь 22-летний карабахский процесс.

— Тогда чем объяснить тот факт, что руководство Армении, несмотря на свои угрозы, не рискнуло пойти на признание «НКР» де-юре?

— Армянам доходчиво объяснили, что это — полнейшая авантюра. Может быть, кто-то в Ереване или диаспоре надеялся на цепочку актов международного признания «НКР», если этот шаг первой сделает Армения. Во всяком случае, в проармянской прессе «кандидатом» на признание «НКР» назывался Уругвай, всегда имевший теплые отношения с армянами. Но сначала Сергей Лавров демонстративно не заметил прыти Саргсяна, заявив, что «статус региона должен быть определен в контексте общей договоренности, а не в одностороннем порядке».

Затем американский сопредседатель Джеймс Уорлик прямо сказал, что «ни одна страна в мире не признает Карабах». Это же ясный сигнал от двух глобальных игроков всем странам мира не идти на признание самопровозглашенной республики. Кстати, после обострения конфликта Саргсян очертя голову бросился в Германию, которая сейчас председательствует в ОБСЕ. Нет сомнения, что он и немцев шантажировал «карабахской картой». Но, судя по тому, что и Берлин подвергся критике со стороны армянских СМИ, истеричная дипломатия армянского лидера и там не нашла понимания.

Армении дали понять, что ее признание «НКР» означает крах переговорного процесса, а значит, ее вооруженные силы останутся один на один с ВС Азербайджана. Воинственность Еревана сразу улетучилась, и началась постыдная чехарда политических заявлений: то правительство одобряет законопроект о признании «НКР», то оказывается, что оно вообще не рассматривало его. В конце концов, обсуждение этого законопроекта не было включено в парламентскую повестку дня, что можно считать еще одним национальным унижением Еревана. Впрочем, армяне сами загнали себя в этот тупик.

— Кстати, о воинственности. Депутат парламента Армении Грант Багратян недавно на пресс-конференции заявил, что у страны имеется атомное оружие. Насколько это вероятно?

— Это пример национального безумия, в которое впал не только Багратян, но и другие армянские деятели. Давайте разберемся, откуда у армян может быть ядерное оружие. В наследство от Советского Союза? Но на территории Армении никогда не было шахтных пусковых установок для ракет, способных нести боеголовки в ядерном снаряжении. Сами шахты невозможно скрыть чисто технически. В начале 90-х годов Москва рассекретила все ядерное оружие, оставшееся за пределами России. Об Армении, в отличие от Украины, Беларуси и Казахстана, никто и не вспомнил.

А может быть, между армянскими городами курсировал боевой железнодорожный ракетный комплекс с ракетами, которые в НАТО называли «Скальпель»? Но ими были оснащены только три дивизии под Костромой, Пермью и Красноярском, что зафиксировано российско-американским договором СНВ-2. Ну, армянам остается только говорить, что у них есть ракеты подводного базирования. Надо думать, в глубинах Севана…

А могут ли армяне сами создать ядерное оружие? В канун соглашения Ирана с «шестеркой» Тегеран имел 18 тысяч центрифуг и не менее семи дорогостоящих производственных и исследовательских объектов, в том числе и подземных, заточенных на реализацию его ядерной программы. Но смертоносных бомб он так и не создал. Тогда как Армении, которая клянчит кредиты по всему миру, удалось развернуть производство ядерного оружия, да еще скрытно от всего мира? Всех, значит, провели — и американцев, и русских, и израильтян? Это же абсурд!

— Недавнее задержание в Грузии нескольких армян с радиоактивными материалами, предположительно с Мецаморской АЭС, по мнению некоторых экспертов, говорит о возможности армян создать «грязную» бомбу. Вы разделяете это мнение?

— Задержание армян с 1665 г урана-238 и 235 говорит только о том, что какие-то армянские злоумышленники оперировали на черном рынке радиоактивных материалов. И ни о чем больше. МАГАТЭ установил, что для создания самого маломощного ядерного заряда необходим уран-233 — один килограмм, или уран-235 — три килограмма, или плутоний — один килограмм. Но ведь начинкой «грязной» бомбы может служить кобальт-60 и цезий-137, которые используются в радиационной терапии или изотоп америциум. Он используется в детекторах дыма и в разведке нефти. Но все эти радиоактивные «грязнули» будут настолько маломощны, что нельзя серьезно говорить об их боевом применении.

Другое дело, если использовать большие объемы топлива радиоактивных реакторов, например, с Мецаморской АЭС. Но гендиректор госкорпорации «Росатом» Сергей Кириенко, комментируя поставки ядерного топлива на Мецаморскую АЭС, заявил: «Если мы его поставляем, мы же забираем на переработку». Причем делается это под строжайшим контролем инспекторов МАГАТЭ.

Более того, еще три года назад на армянской станции была открыта и до сих пор действует Лаборатория экспертизы ядерных и радиоактивных материалов. Она была сформирована в рамках сотрудничества Программы противодействия незаконному обороту ядерных и радиоактивных материалов (PNSP), Госдепартаментом США и самой армянской АЭС. Так что американцы внимательнейшим образом следят за движением ядерного топлива и его отходов. Поэтому изготовить «грязную» бомбу у армян нет никакой возможности.

Ядерное оружие называют еще и психологическим. Его обладатели могут оказывать давление на своих противников, поигрывая ядерными мускулами. Такое запугивание, может быть аморальным, но вполне объяснимым. Однако когда Ереван стращает Баку несуществующими атомными бомбами, это смешно и глупо.

Впрочем, я от всей души приветствую тот факт, что азербайджанская дипломатия прилагает все усилия, чтобы обратить внимание МАГАТЭ, Евросоюза, членов ядерного клуба, мировой общественности на кампанию атомного шантажа, которую развернули армяне. В результате мир узнает, что в армянском политическом руководстве собрались параноики и мизантропы, а это добавит характерные черты к имиджу «цивилизованной» Армении.

— Какова ваша оценка использования армянскими вооруженными силами запрещенных многими международными конвенциями фосфорных боеприпасов против мирного азербайджанского населения?

— То, что армянские ВС применили запрещенный фосфорный боеприпас, это — свершившийся факт. Снаряд, к счастью, не взорвался. Но о том, что снаряд отстрелян, а не подброшен, свидетельствует его фотографии, распространенные в СМИ: покрытие повреждено, но без признаков скобления или ржавчины. Закономерный вопрос: как этот снаряд попал в армянские арсеналы? Так же закономерен и ответ: это — наследство советских времен.

У войск Закавказского военного округа ВС СССР на вооружении было более тысячи орудий, минометов и ракетных систем залпового огня, не говоря уже о танках и самоходных артиллерийских установках. Значительная часть этой мощи была сосредоточена на самом опасном «натовском» направлении, в так называемом Ленинаканским укрепрайоне (нынешний город Гюмри). Конечно, на военных складах хранились и фосфорные боеприпасы. Хотя на их боевое применение было наложено вето международной Конвенцией о запрете или ограничении применения конкретных видов обычного оружия.

Действительно, производство фосфорных боеприпасов было остановлено еще в 1979 году, но уничтожать оружие никто не торопился: столкновение с войсками НАТО было весьма вероятным, особенно в начале 80-х. Тот факт, что снаряд не взорвался, говорит только об одном: он слишком долго — более четверти века — пролежал на складе. К тому же мы не знаем условия его хранения. Не сомневаюсь, что оно не отвечало принятым нормативам.

Так что армянские войска, применив запрещенное вооружение, еще раз наплевали на все запрещающие конвенции, в целом на международное право. Ко всем преступлениям против человечности — от этнических чисток до полного разрушения Агдама без военной необходимости — армяне, применив фосфорные боеприпасы, добавили и очередное военное преступление.

Роман ТЕМНИКОВ