Как изменила война Сирию

Вооруженный конфликт, спровоцированный «арабской весной», не только унес жизни сотни тысяч людей, но и практически полностью разрушил экономику страны

Масштабные антиправительственные акции против президента Сирии Башара Асада, начавшиеся весной 2011 года, к осени того же года переросли в вооруженный конфликт.

За годы противостояния между сторонниками Асада, представителями умеренной сирийской оппозиции и исламскими террористическими группировками погибли почти более 500 тысяч человек, более 100 тысяч считаются пропавшими без вести. Нанесен колоссальный ущерб экономике страны.

Сирия до и после начала боевых действий

Читать далее: https://ru.sputniknewslv.com/infographics/20171114/6430746/kak-izmenilas-sirija.html

Турция пытается договориться с РФ по поводу курдских формирований в Африне

Одной из главных тем встречи президента России Владимира Путина и его турецкого коллеги Реджепа Тайипа Эрдогана в Сочи стала Сирия, где Анкара, по-видимому, хочет еще сильнее потеснить курдские вооруженные отряды в северном анклаве Африн. Это намерение вырисовывается все четче по мере устранения террористической угрозы в лице «Исламского государства» (ИГ, запрещено в РФ). Впрочем, главной проблемой в Сирии в экспертной среде называют влияние Ирана, которым нужно озаботиться и России.

О переговорах с Москвой, касающихся принадлежащего курдским военным формированиям Африна, президент Турции сообщил накануне вылета в Сочи. «Мы не можем игнорировать исходящие из Африна угрозы и решительно настроены и дальше предпринимать все необходимые шаги. Мы провели с Россией переговоры о совместных действиях, – заявил Эрдоган в ходе своего выступления. – Ее позитивный подход позволит осуществить наш план в разных форматах».

При этом турецкий лидер не пояснил, о каком конкретно плане идет речь. Не исключено, что это намек на операцию в прилегающих к Африну районах, о которой неоднократно сообщала турецкая пресса. Еще 2 ноября Эрдоган заявил, что Анкара полагается на Москву в решении проблем не только Идлиба, где сохраняется влияние элементов «Джебхат ан-Нусры» (запрещена в РФ), но и Африна.

В своем заявлении накануне встречи с Путиным Эрдоган не смог обойти вниманием совместное заявление российского и американского лидеров, сделанное ими по итогам коротких встреч на саммите АТЭС во Вьетнаме. Текст подписанного после переговоров документа свидетельствовал: «Президенты согласились, что конфликт в Сирии не имеет военного решения, они подтвердили, что окончательное политическое урегулирование конфликта должно быть найдено в рамках Женевского процесса в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН 2254». Комментируя тезисы российско-американского заявления, турецкий лидер едко заметил: «Мне сложно понять такие заявления. Но если военное решение не является выходом из ситуации, то те, кто говорит об этом, должны вывести свои войска из Сирии». Остается под вопросом, имел ли в виду Эрдоган то, что его страна полагается на военный сценарий, если учесть, что турецкие регулярные войска находятся на сирийской территории и вряд ли собираются оттуда уходить.

В турецкой экспертной среде подчеркивают: вопросы будущего политического устройства Сирии и действий ряда курдских военных формирований остаются главными причинами той тревоги, которую испытывает турецкое руководство, глядя на южные рубежи. «Турции важно найти выход из сложившейся ситуации в Сирии, – отметил в разговоре с «НГ» турецкий политолог, доцент Университета экономики и технологий TOBB в Анкаре Тогрул Исмаил. – Но главное, что Турция видит будущее Сирии без Башара Асада, в то время как Россия придерживается иного мнения. Что касается курдских группировок, то Россия хочет сплотить вокруг себя все курдские элементы, а Турция выступает против тех групп, которых она считает террористическими организациями. В первую очередь этим пользуются США. Турецкая сторона выступает именно против тех группировок, которые связаны с «Демократическим союзом» (наиболее влиятельная партия сирийских курдов, которую считают тесно связанной с Рабочей партией Курдистана, запрещенной в Турции. – «НГ»)».

Российско-турецкие отношения по сирийскому досье определяются тем, что происходит как раз в районе Идлиба и Африна, полагают в российской экспертной среде. «Я бы не стал говорить, что стороны прошли ту черту, которая позволяла бы думать уже о послевоенном устройстве Сирии, – пояснил «НГ» руководитель отдела исследования ближневосточных конфликтов Института инновационного развития Антон Мардасов. – Мы видим попытки России пригласить к диалогу курдов на какую-либо переговорную площадку. В Турции же считают, что таким образом произойдет легитимация «Демократического союза». Мы видим, что борьба с «Хайят Тахрир аш-Шам» (коалиция, куда входят элементы «Ан-Нусры». – «НГ»), а точнее, с ядром «Аль-Каиды» (запрещена в РФ. – «НГ») внутри этой структуры, находящейся в Идлибе, отдана на откуп Турции. Во время астанинских встреч один из российских представителей заявил: «Мы надеемся на то, что Турции удастся что-то сделать». Таким образом, делается большая ставка на турецкие действия». Отметим, что Африн и Идлиб находятся по соседству.

«Курды пытаются через Россию сохранить нынешний статус-кво, – предположил Мардасов. – Турция же пытается через различные переговоры, касающиеся как сирийского, так и несирийского досье, выудить у России некоторые уступки для того, чтобы потеснить курдов в Африне. Речь не идет о полном захвате анклава, потому что там сосредоточены очень большие военные силы. Это примерно 10 тыс. человек, способных вести боевые действия – как курдов, так и отрядов Сирийской свободной армии (речь идет о некоторых фракциях этой оппозиционной структуры, сотрудничающих с курдами. – «НГ»). Это большая сила. В принципе при наиболее радикальном сценарии возможна попытка взять под контроль ряд объектов».

Аналитик убежден, что проблему Идлиба и Африна тяжело решить в рамках астанинского процесса, потому что ни в том, ни в другом районе попросту не примут наблюдателей со стороны Ирана, входящего в число гарантов сирийского перемирия наряду с Россией и Турцией. Региональную политику Тегерана, к слову, эксперт называет той проблемой, которая выходит сейчас в Сирии на первый план. «Все региональные тенденции говорят, что иранский фактор – во главе угла и что различные проиранские отряды нужно отводить для деэскалации ситуации, и как можно быстрее, иначе все это может привести к новому кризису», – полагает Мардасов. Однако понимают ли это в Москве, остается под вопросом, добавил аналитик.
Игорь Субботин
14.11.17

Источник — ng.ru

На саммите АТЭС Путин и Трамп поддержали планы по мирному урегулированию сирийского конфликта

© РИА Новости, Михаил Климентьев |

Илья Архипов, Ник Уодэмс (Nick Wadhams), Наташа Дофф (Natasha Doff)

Президент России Владимир Путин и президент США Дональд Трамп согласились поддержать планы по политическому урегулированию конфликта в Сирии с участием президента Башара аль-Асада и сохранить те каналы связи, которые сейчас существуют между двумя странами, для борьбы с «Исламским государством» (террористическая организация, запрещенная на территории РФ, — прим. ред.).
Согласно совместному заявлению, опубликованному после короткой встречи лидеров на полях саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества во Вьетнаме, Трамп и Путин удовлетворены «успешными российско-американскими» военными операциями, которые «существенно увеличили» потери этой джихадистской группировки на поле боя.
«Эти усилия будут продолжены вплоть до окончательного разгрома ИГИЛ», — говорится в заявлении. По словам одного американского чиновника, попросившего сохранить ему имя в тайне, это совместное заявление указывает на то, что оба лидера поддерживают политическое урегулирование конфликта и мирный процесс.

Совместные усилия позволили ослабить «Исламское государство» и ранее в ноябре одержать победу над этой группировкой в ее последнем крупном оплоте в Сирии. В то время как российская поддержка позволила Асаду удержаться во власти, дав Путину возможность увеличить влияние России в регионе, США хотят принимать участие в реализации любого плана мирного урегулирования, чтобы помочь Сирии восстановиться после нескольких лет гражданской войны.
«Конфликт в Сирии не имеет военного решения, — говорится в заявлении. — Окончательное политическое урегулирование конфликта должно быть найдено в рамках Женевского процесса в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН».
США и Россия будут стремиться к окончательной победе над «Исламским государством», к уменьшению интенсивности конфликта в Сирии и к подготовке почвы для проведения выборов под наблюдением ООН, как сказал один высокопоставленный чиновник Госдепартамента, попросивший сохранить его имя в тайне. По его словам, США считают, что на финальном этапе этого процесса Асаду придется покинуть свой пост.
Ранее этот американский чиновник в Дананге сказал, что Россия и США согласились с необходимостью привлечь Асада к процессу мирного урегулирования конфликта.
Лидеры подтвердили важность зон деэскалации в качестве временной меры по снижению насилия в Сирии и призвали всех членов ООН увеличить их вклад в обеспечение гуманитарных потребностей страны. Американский чиновник в Дананге отметил, что дополнительные соглашения с Иорданией позволили укрепить одну такую зону на юге.

Ожидалось, что Путин встретится с Трампом во время этого саммита. Однако американский лидер уклонился от официальной встречи. В субботу, 11 ноября, им удалось поговорить несколько минут, пока они готовились к групповой фотосессии. В субботу также состоялась встреча министра иностранных дел России Сергея Лаврова и госсекретаря США Рекса Тиллерсона (Rex Tillerson).

Путин и Трамп поделят Сирию

President Donald Trump meets with Russian President Vladimir Putin at the G20 Summit, Friday, July 7, 2017, in Hamburg. (AP Photo/Evan Vucci)

Переговоры о послевоенном урегулировании состоятся уже на днях

Антон Чаблин

Путин и Трамп поделят Сирию

Материал комментируют:

Михаил Рощин

На полях саммита АТЭС, который начался во Вьетнаме, американский и российский президенты обсудят «сирийский» вопрос. И совершенно неясно, смогут ли они прийти к общему знаменателю, ведь поучаствовать в послевоенном разделе Сирии стремится все больше государств.

Кто травил сирийцев ипритом

Вьетнамский саммит АТЭС, который стартовал с 5 ноября, проходит в Дананге. И, похоже, станет одним из самых обсуждаемых мероприятий в глобальной политике 2017 года. Американский президент Дональд Трамп готовится провести здесь первые в своей карьере встречи с главами Гонконга (Кэрри Лам), Южной Кореи (Мун Чжэ Ин) и Новой Зеландии (Джасинда Ардерн). Это произойдет 10−11 ноября, когда запланированы встречи глав государств.

Но, конечно, самое главное, что Трамп встретится в Дананге с Владимиром Путиным и главной темой для их обсуждения станет ситуация в Сирии. Об этом Трамп заявил в субботу, подтвердив, что ждет встречи с президентом России Владимиром Путиным во время своего азиатского турне.

Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков сообщил, что у лидеров обеих сверхдержав будет достаточно времени, чтобы обсудить все вопросы по Ближнему Востоку.

А накопилось их немало. Достаточно напомнить, что 25 октября Россия воспользовалась своим правом вето в Совете безопасности ООН, когда здесь обсуждались полномочия международной комиссии по расследованию химических атак в Сирии. Комиссия, получившая название «Механизм совместного расследования» (Joint Investigative Mechanism), была созвана в августе 2015 года совместно ООН и Организацией по запрещению химического оружия (OPCW).

Комиссия во главе с Эдмоном Мулетом (бывший спикер парламента Гватемалы) подсчитала, что за годы гражданской войны в Сирии произошло как минимум шесть десятков химических атак.

В них использовались различные отравляющие вещества, в том числе зарин, хлор, иприт и BZ (субстанция 78). Чаще всего химатаки происходили в трех провинциях — Хама, Идлиб и Дамаск, где проходила линия соприкосновения правительственных и повстанческих войск.

Одной из самых крупных стала атака в местечке Хан-Шейхун в северной сирийской провинции Идлиб: в апреле на город совершили налет самолеты без опознавательных знаков, сбросившие бомбы с зарином. По официальным данным департамента здравоохранения Идлиба, погибли 87 человек и 557 получили отравления.

Комиссия ООН дала ясно понять, что вину за химатаку она собирается возложить на правительственные войска Башара аль-Асада. И на заседании Совбеза ООН, где обсуждался вопрос о продлении мандата комиссии до ноября 2018 года, Россия наложила вето на это решение. Будет ли продолжена работа комиссии, и на какой именно срок, до сих пор непонятно. Вероятней всего, этот вопрос и станет одним из предметов обсуждения Путина и Трампа на полях саммита АТЭС.

Кто даст $ 200 млрд. на восстановление Сирии

Продолжать ли работу спецкомиссии ООН по химическому оружию или нет — это лишь частный вопрос. Противоречия России и США в сирийском вопросе коренятся куда глубже, о чем заявил Владимир Путин в своем выступлении на дискуссионном клубе «Валдай». По его мнению, официальный Вашингтон заинтересован вовсе не в окончательной победе над терроризмом на Ближнем Востоке, а в постоянном поддержании нестабильности.

В августе New York Times опубликовали сенсационное расследование о том, что за последние четыре года ЦРУ потратило более $ 1 млрд. на прямую поддержку сирийской оппозиции… умеренной и не очень. Часть закупленного американцами оружия попали в руки террористических группировок.

Американский политолог Хуан Коул из Университета Мичигана напоминает, что многие союзники США на Ближнем Востоке с начала гражданской войны были заинтересованы в том, чтобы вытеснять так называемую умеренную оппозицию в сторону жесткого фундаментализма.

В частности, как указывает профессор Коул, Саудовская Аравия напрямую поддерживает группировку «Джейш аль-Ислам» *, которая активно действует в окрестностях Дамаска. Ее боевики организовали в 2012 году теракт, унесший жизни двух министров обороны Сирии — действующего Дауда Раджихи и бывшего Хасана ат-Туркмани.

А ведь «Джейш аль-Ислам» может стоять за химическими атаками в оазисе Восточная Гута близ Дамаска в августе 2013 года (по крайней мере, такой версии придерживается российский МИД). Отец основателя и многолетнего лидера «Джейш аль-Ислам», шейх Абдалла Аллуш, учился и живет в Саудовской Аравии.

Россия неоднократно пыталась добиться, чтобы «Джейш аль-Ислам» и еще несколько подобных группировок были признаны террористическими на уровне ООН. Однако, безуспешно. И вину за это российский МИД, естественно, также возлагает на США: заявляя об американских двойных стандартах.

Не находя общего языка с западными державами, у которых свои представления, кого в Сирии считать террористом, а кого — нет, Россия сейчас формирует собственный пул договороспособных политиков.

Представителей 33 группировок и партий пригласили в Сочи, где 18 ноября состоится саммит по сирийскому урегулированию: будут обсуждать здесь формирование переходного правительства национального единства и проведение конституционной реформы. А вот еще один важнейший вопрос, увы, пока остается «вне повестки» — это послевоенное восстановление страны. По подсчетам МВФ, оно обойдется минимум в $ 200 миллиардов. Но кто будет оплачивать восстановление Сирии и на каких условиях, до сих пор непонятно.

Асад — «друг» временный или постоянный?

Каковы же сегодня основные цели России в Сирии? Об этом «Свободная пресса» беседует с нашим постоянным экспертом, старшим научным сотрудником Института востоковедения РАН Михаилом Рощиным.

«СП»: — Михаил Юрьевич, на днях на саммите в Астане, посвященном сирийскому урегулированию, было объявлено, что Россия готовится к постепенному выводу своей группировки войск из Сирии.

— Насчет вывода войск России из Сирии, я бы не стал с этим торопиться. Успехи налицо, но победу еще необходимо закрепить. Остались зоны в Сирии, контролируемые оппозицией: Идлиб, Ракка, Восточная Гута и некоторые другие.

Теперь Россия могла бы оказать содействие сирийцам в послевоенном урегулировании и примирении, а здесь работы, как мне кажется, осталось много: есть десятки тысяч погибших и перемещенных лиц. Остались разрушенные города и села. Взаимная ненависть тех, кто в течение ряда лет враждовал, тоже никуда сама собой не исчезла.

«СП»: — А ведь главная претензия США к России в «сирийском вопросе» — в том, что мы вмешались в войну не для победы над терроризмом, а чтобы поддержать режим Асада.

— Положительной стороной российского вмешательства в дела Сирии стало именно то, что удалось спасти страну от распада, сохранить светское государство, которое действительно стремится защищать интересы всех сирийцев вне зависимости от их религиозных и политических убеждений.

В результате эффективных военных усилий, прежде всего ВКС России, удалось продемонстрировать наши возможности решать сложные задачи в условиях острого вооруженного конфликта. Этот позитивный результат был замечен странами Ближнего и Среднего Востока, которые видят сегодня в нашей стране хорошего посредника в разрешении проблем, накопившихся в этом регионе.

* «Джейш аль-Ислам входит в состав группировки «Джебхат ан-Нусра», которая решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Источник — svpressa.ru

Турция попытается выдавить русских из Алеппо

«Турция выдавит русских из Алеппо»

На Западе полагают, что операция турецкой армии направлена против России, а не курдов

Заур Караев

Материал комментируют:

Ричард Фрэнк

Сирийская арабская армия, подконтрольная Дамаску, наконец-таки полностью взяла под свой контроль город Дэйр-эз-Зор на востоке страны. Незначительные столкновения еще имеют место быть, но в полном разгроме террористов уже нет никаких сомнений. Эта победа далась нелегко — несколько месяцев продолжалась операция в этом районе, в ходе которой погибло немало военных, в том числе ключевых фигур в освобождении Сирии от терроризма.

Среди погибших — генерал Иссам Захреддин, несколько лет командовавший гарнизоном, который оборонял отдельные районы осажденного Дэйр-эз-Зора от Исламского государства*. Ему удалось выжить в этой блокаде, но в ходе ожесточенных боев за полное освобождение города он подорвался на мине. Другой жертвой стал российский генерал-лейтенант Валерий Асапов. Он возглавлял группу российских военных советников, и в его задачи входило планирование операции по освобождению Дэйр-эз-Зора. Его смерть произошла в результате минометного обстрела со стороны террористов. Это не остановило правительственные войска и их российских союзников, и они успешно завершили операцию по освобождению одного из крупнейших городов Сирии. Эта победа знаменует приближение полного краха боевиков. Учитывая, что до этого уже были освобождены города Ракка и Меядин, Исламское государство больше не владеет ни одним более или менее крупным населенным пунктом.

Но это не означает, что борьба с терроризмом в Сирии почти закончена. Помимо Исламского государства в стране имеется огромное множество различных экстремистских группировок, у которых есть оружие и люди. Некоторые из них контролируют обширные территории в некоторых регионах государства.

Наиболее высокая концентрация террористов наблюдается в провинции Идлиб. Здесь лидирующие позиции занимают, признающие верховенство Аль-Каиды** группировки. Например, Джебхат ан-Нусра***. Сейчас она якобы распущена, тем не менее, именно ее бойцы составляют основные исламистские силы в Идлибе. Официально это детище аль-Каиды признают террористическим образованием почти все страны, задействованные в сирийском конфликте, в том числе и Соединенные Штаты Америки. Однако зачастую западные страны не оказывают никакого давления на позиции этих террористических образований.

Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что американцы все же осуществили несколько боевых вылетов с целью поразить особо важные объекты террористов. Но пока США и большая часть их союзников не ведут серьезных боевых действий против боевиков в Идлибе и Алеппо. Зато этот пробел желает восполнить Турция.

Недавно Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что Турция покончит со всеми террористами в Сирии и Ираке. Цель, конечно, благородная, но тут следует разобраться в некоторых моментах. Во-первых, кого Эрдоган считает террористами? Разумеется, Исламское государство, но так уж вышло, что в последнее время Анкара не играет никакой роли в борьбе Коалиции с ИГИЛ. Это обусловлено тем, что США взяли себе в качестве союзников курдские Отряды народной самообороны. Во-вторых, президент Турции как-то заявлял, что Джебхат ан-Нусра эффективна в борьбе против псевдохалифата, и по этой причине Запад может не включать ее в список запрещенных организаций. Конечно, он иронизировал, так как по его инициативе еще в 2015 году турецкие чиновники внесли эту группировку в число террористических формирований.

Дело в том, что тогда Эрдоган выражал свое недовольство по поводу сотрудничества США с курдами, сейчас формирующими основу Сирийской демократической армии, которая действует на севере Сирии, а также в восточном Дэйр-эз-Зоре. По мнению Анкары, сирийские курдские формирования в большинстве своем представляют прямую угрозу для Турции, следовательно, они являются террористами. Кроме того, с недавних пор к числу недоброжелателей присоединились сепаратисты из Иракского Курдистана.

Из этого вытекает, что говоря о полной победе над террористами в Сирии и Ираке, Эрдоган подразумевает не совсем то, чего от него ожидает международное сообщество. Вероятно, сейчас Турция намерена начать довольно крупную кампанию на севере Сирии. К чему это может привести, мы поговорили с австралийским военным экспертом Ричардом Фрэнком.

«СП»: — Президент Турции говорил о намерении начать военную операцию против курдов на севере Сирии. Какова вероятность того, что это случится?

— Чтобы разобраться в этом вопросе, надо вспомнить об операции «Щит Евфрата». Это событие можно было ожидать, но никто не мог быть уверенным, что оно произойдет. Все считали, что Турция не решится действовать без согласия России или США. Но Турция начала наступление. Сначала это была военная операция против Исламского государства, и даже Соединенные Штаты оказали поддержку турецким военным, но потом все изменилось. Эрдоган сказал, что сирийские курды угрожают его стране, поэтому от них надо избавиться. Теперь Турция контролирует сотни сирийских поселений, основное население которых составляют курды. Сейчас Турция планирует избавиться от курдского анклава на северо-западе Алеппо. Этому будут препятствовать различные государства. В случае успеха турецких военных США окажутся в трудном положении, потому что они ранее гарантировали курдам безопасность.

«СП»: — К каким последствиям это может привести?

— В прошлом году США сумели уговорить Отряды народной самообороны не вступать в боевые действия с Турцией. Конечно, этого не удалось избежать, но бои были только с небольшими группами, то есть тогда удалось избежать войны. Сейчас ситуация сложнее. Курды обладают большой армией, и они ведут эффективное наступление на Исламское государство. В случае конфликта они могут оказать серьезное сопротивление турецкой армии. Будут большие жертвы, и это только усугубит кризис в Сирии.

«СП»: — Как можно избежать этого конфликта?

— Турция может просто не начинать этого. К сожалению, риск высок, потому что эта операция может решить некоторые внутренние проблемы, и затягивать с ней Эрдоган не будет. Но на него можно воздействовать, дипломатия может решить эту проблему. США работают в этом направлении, но Россия пока остается безучастной. У нее хорошие отношения с Турцией, и она может оказать влияние, но не делает этого. Дело в том, что Россия рассчитывает на поражение курдов, это нужно Асаду, его режим заинтересован в ослаблении курдов. Но ситуация сильно поменяется. Курды могут уйти, но их место займут турецкие военные и их сирийские союзники. Сирийская свободная армия является союзником Турции и осуществляет контроль границы территории, которую захватила Турция после операции «Щит Евфрата». Сирийская свободная армия хочет избавиться от присутствия армии режима в Алеппо, но для этого необходимо выдавить из этого региона русских. То есть Турция может навредить своей операцией России и режиму. Поэтому России надо подумать над тем, как не допустить этого.

Думается, что наш западный эксперт преувеличивает ситуацию. Уже известно о встрече президентов России и Турции в самое ближайшее время, на которой, возможно, все вопросы будут разрешены. Мы следим за ситуацией.

*Движение «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

** «Аль-Каида» решением Верховного суда РФ от 14 февраля 2003 года было признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

*** Группировка «Джебхат ан-Нусра» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.
7.11.17

Источник — svpressa.ru

Турция и Россия решат судьбу курдов — исходя из их поведения

На сегодняшний день нельзя быть уверенными, что лишь что-то одно вылечит сирийский больной организм, пусть даже это что-то — самое эффективное лекарство, считает российский эксперт.

Александра Зуева.

Говоря об организации Конгресса сирийского национального диалога, следует принять во внимание его значение для международной политики, сказал Sputnik Азербайджан руководитель политического направления Центра изучения современной Турции Юрий Мавашев.

Руководитель политического направления Центра изучения современной Турции Юрий Мавашев
Руководитель политического направления Центра изучения современной Турции Юрий Мавашев

Россия приняла решение перенести Конгресс сирийского национального диалога на более поздний срок после переговоров с Турцией. Ранее МИД России сообщал, что конгресс состоится 18 ноября в Сочи.

Понятно, отметил Мавашев, что на сегодняшний день нельзя быть уверенными, что лишь что-то одно вылечит сирийский больной организм, пусть даже это что-то и самое эффективное лекарство.

Но сегодня, по словам эксперта, именно ощутимые успехи российских Воздушно-космических сил, результаты которых наблюдались в последних стремительных антитеррористических операциях (Акербат, Дейр эз-Зор, Идлиб – более 95% территории освобождено) вкупе с заделами Астанинского процесса создали реальные предпосылки для послевоенного устройства Сирийской арабской республики.

«В действительности, речь идет о значительно более серьезных вещах — региональной безопасности», — подчеркнул он.

Действительно, ранее по официальным источникам поступала информация о потенциальных участниках Конгресса сирийского национального диалога, дате и месте проведения, сказал политолог.

Мавашев напомнил, что в числе прочих упоминался и ряд курдских организаций. Речь идет о партии «Демократический союз» (PYD), «Демократической партии Сирийского Курдистана» (SDF), а также «Курдском национальном совете».

При этом он подчеркнул, что Россия отдает себе отчет в том, что курдские силы вправе рассчитывать на участие в послевоенном устройстве страны.

«Хотя в последнее время деятельность SDF вызывала серьезные вопросы — по американским указаниям они захватывали сирийские нефтяные месторождения, к которым едва ли имеют отношение», — сказал он.

Тем не менее, по словам собеседника Sputnik, даже несмотря на это, российская сторона смотрит на все с широко раскрытыми глазами. Видимо, именно эти участники и вызвали аллергическую реакцию Анкары, если угодно это так называть, отметил эксперт.

Да, проходит глобальная работа по формированию комиссий делегаций. Это кропотливая работа. Кроме того, некоторые представители оппозиции выступили против проведения Конгресса. Это могло внести некоторые коррективы в планы, которые обусловлены как раз инклюзивностью процесса, сказал он.

«Турция точно так же заинтересована в территориальной целостности страны – мы на одних позициях. Москва и Анкара также не заинтересованы в дестабилизации у своих границ. Вместе с тем, мы ищем взаимоприемлемую формулу, имея в виду Конгресс», — сказал политолог.

Нет цели провести его любой ценой — она должна быть приемлема. Стороны демонстрируют готовность к тому, чтобы решить этот вопрос, подчеркнул он.

Мавашев также выразил убежденность в том, что курдам найдется место как в Конгрессе, так и в послевоенном устройстве. Турция, согласовав с Россией некоторые технические детали, допустит курдов до переговоров. Но это будет зависеть и от их поведения. Готовность играть самостоятельную роль и дистанцироваться от проамериканской коалиции создаст предпосылки для этого, заключил собеседник Sputnik.

Читать далее: https://ru.sputnik.az/expert/20171106/412645096/sirija-rossija-kurdy-kongress-turcija-peregovory.html

В Сирии Турция теперь работает под российским руководством

Доминик Согуэл | The Christian Science Monitor

Турецкий ход в Сирии — знак того, что Россия формирует эту страну

«На протяжении большей части сирийской войны было две константы турецкой политики: поддержка оппозиционных сил, стремящихся к свержению президента Башара аль-Асада, а также опасения по поводу растущей силы курдов на севере Сирии, которых Анкара считает прямой угрозой, — рассказывает Доминик Согуэл в The Christian Science Monitor. — Однако Турция с тревогой наблюдала, как Соединенные Штаты — ее союзник по НАТО — непосредственно вооружали и все больше поддерживали сирийские курдские войска, изгоняющие так называемое «Исламское государство»* из его оплотов на севере Сирии».

«Поэтому, когда турецкая армия отправила разведчиков, а затем солдат в контролируемую оппозицией провинцию Идлиб, это вписывалось в определенную логику. Данный ход позволил турецким войскам занять позиции рядом с курдским анклавом Африн — домом группировки сирийских курдов, Партии «Демократический союз» (PYD), военизированное крыло которой вооружают Соединенные Штаты, — говорится в статье. — Вообще-то вторжение в северо-западную провинцию представляет собой существенное изменение в турецком мышлении и еще более драматичные перемены в балансе сил в Сирии».

«Ввиду примирения с сирийским союзником Россией, путь к которому был долог, турецкий ход вписывается в рамки так называемого соглашения о «деэскалации», достигнутого в мае с Россией и другим союзником Асада, Ираном, в казахской столице Астане, — говорится в статье. — Подписанный этой троицей меморандум (…) подразумевает создание четырех деэскалационных зон. Оптимисты надеются, что данный шаг поможет уменьшить враждебность, облегчить доступ к населению гуманитарным и медицинским работникам и побудит беженцев вернуться домой».

«Критики говорят, что астанинский процесс углубляет линии разрыва и вносит вклад во фрагментацию разделенной на военные зоны страны, так как каждая держава выкраивает для себя сферы влияния. В сентябре Россия, Турция и Иран распределили между собой обязанности по наблюдению за провинцией Идлиб, — указывает автор. — По майскому соглашению, до 500 турецких наблюдателей могут быть направлены в Идлиб, наряду с тем же количеством российских и иранских солдат, которые будут размещены в районах, подконтрольных сирийскому правительству и его союзникам».

«По мнению аналитиков, данное вторжение отражает осознание Турцией, что лучший путь к защите своих интересов лежит не через беседы с Вашингтоном и другими натовскими столицами, а через Москву, доминирующую дипломатическую и военную силу в Сирии», — говорится в статье.

«В связи с идлибской операцией стало ясно, что в Сирии Турция теперь работает под российским зонтом», — сказал Гонул Тол, директор-основатель Центра турецких исследований в Институте Ближнего Востока в Вашингтоне.

Президент Трамп «принял решение углубить альянс с курдами», добавляет Тол. «Турция ощущает это и встревожена, и ей некуда больше повернуться, так что она обернулась к России и Ирану».

«Идлибская операция вписывается в астанинский дипломатический процесс, но также и в более широкую российскую стратегию выторговывания местных перемирий в Сирии для уменьшения кровопролития и закрепления земельных приобретений, сделанных рядом сил, защищающих сирийское правительство», — полагает Согуэл.

*»Исламское государство» (ИГИЛ) — террористическая группировка, запрещенная в РФ.

Источник: The Christian Science Monitor

Источник — inopressa.ru

Турецкие военные вошли в сирийскую провинцию Идлиб

Turkish Army Troops, Militants Mass in Aleppo: Russian Monitor

Турецкая бронетехника в воскресенье пересекла сирийскую границу в районе провинции Идлиб. Об этом сообщает Рейтер со ссылкой на местных жителей. Ранее Анкара объявила об операции против повстанческих группировок в этом районе, которая контролируется джихадистской организацией Тахрир аль-Шам. Оба источника Рейтер сообщили, что транспортные средства шли под конвоем из бойцов Тахрир-эль-Шама, стоявших вдоль дороги. Однако джихадисты и турецкие военные ранее обменялись огнем.

В субботу президент Турции Реджеп Эрдоган заявил, что сирийские повстанцы, поддерживаемые турецкими силами, начнут операцию в Идлибе и предупредил, что Турция не допустит создания «коридора террористов» вблизи своих границ.

Операция началась после соглашения, достигнутого между Турцией и союзниками президента Сирии Башара Асада — Россией и Ираном об установлении зоны деэскалации в Идлибе и прилегающих районах. Это соглашение не предусматривает участие Тахрир аль-Шам. Свидетели Reuters, местные жители и местные повстанцы, а также Сирийская служба мониторинга прав человека, информируют, что турецкие военные и Тахрир аль-Шам обстреляли друг друга возле деревни Кафр Лусин в Идлибе утром в воскресенье.

В столкновениях участвовали бойцы Тахрир аль-Шам, открывшие огонь по турецкому бульдозеру, разрушавшему участки пограничной стены, и турецкая артиллерия, отвечающая огонем. Идлиб и соседние районы северо-западной части Сирии представляют собой крупнейший и наиболее густонаселенный укрепленный район мятежников, где проживает более двух миллионов человек, многие из которых — беженцы из других регионов.

Источник — rus.ozodi.org

Война в Сирии далека от завершения, но эндшпиль уже начался

Лиз Слай | The Washington Post

«Спустя шесть лет после того, как вспыхнуло вооруженное восстание, целью которого было свержение президента Асада, война в Сирии худо-бедно движется к развязке», — пишет журналистка The Washington Post Лиз Слай. По ее мнению, победа Асада на полях сражений была очевидна с 2015 года, когда в события вмешалась Россия. «То, что международное сообщество не решается предотвратить победу Асада, тоже было ясно уже какое-то время», — замечает автор.

Издание отмечает: «По сценарию, который сейчас вырисовывается, Асад остается у власти на неопределенный срок, нет никаких существенных политических соглашений о его отставке или его спасении, а война продолжается дальше. Перспективы мрачные, предрекающие, что Сирия на много лет вперед останется нестабильной и увязнет, как минимум, в низкоинтенсивном конфликте, ее города и поселки останутся в руинах, народ — в нищете, а экономика не получит необходимого финансирования на восстановление страны».

По словам автора, в данный момент сирийский режим не склонен к уступкам или реформам, поскольку давление обстоятельств ослабло. Он также контролирует больше земель в Сирии, чем любая другая сила, которая борется за территорию.

«Решение администрации Трампа прекратить помощь сирийским повстанцам, признаки того, что международное сообщество перестает настаивать на переходном процессе, который привел бы к отставке Асада, а также относительная успешность российской инициативы по прекращению огня — все это укрепляет ощущение, что война если и не окончена, то, как минимум, переходит в фазу, когда выживание Асада больше не под вопросом», — пишет автор.

Издание признает, что все еще возможны неожиданности.

Неясна судьба контролируемого курдами северо-востока, где армия США разместила войска и построила базы для борьбы с «Исламским государством»*.

В провинции Дейр-эз-Зор, если сорвутся американо-российские переговоры о разделе поля боя, нарастание трений между «Сирийскими демократическими силами» и правительственными войсками может перерасти в более широкую конфронтацию.

«Неясны намерения Израиля, размышляющего о вероятности того, что на израильско-сирийской границе будет неопределенно долго сохраняться присутствие Ирана», — отмечает издание.

Крупные бои возможны в провинции Идлиб, где находятся тысячи боевиков «Аль-Каиды»*.

Инициатива под руководством России — переговорный процесс в Астане — «уже привела к комплексу соглашений о деэскалации, которые несколько снизили уровень насилия», отмечает издание.

«Москва также продвигает пакет реформ, согласно которым представители оппозиции войдут в правительство, линии фронта будут «заморожены», повстанцы получат определенную автономию в районах, которые сейчас ими контролируются, а в итоге повстанцы вернутся под эгиду центрального правительства в ходе процесса примирения. В соответствии с планом России, в 2021 году, когда должны состояться следующие выборы, Асад будет баллотироваться на третий 7-летний срок», — говорится в статье.

По словам западных дипломатов, Россия стремится к политическому соглашению, которое было бы одобрено большинством держав, открыло бы путь к международному финансированию восстановления Сирии и придало бы легитимный статус Асаду и роли России в Сирии.

«Легитимизация режима весьма важна для россиян, а при нынешнем режиме ее не будет», — сказал высокопоставленный западный дипломат, пожелавший остаться анонимным.

Издание отмечает: США и их союзники все еще настаивают, что процесс политических преобразований, который хотя бы ограничил власть Асада, — это предварительное условие их участия в масштабных работах по восстановлению Сирии.

Но Асад в августе заявил в речи, что не ждет и не хочет помощи от стран, которые содействовали восстанию.

*»Исламское государство» (ИГИЛ), «Аль-Каида» — террористические группировки, запрещенные в РФ.

Источник: The Washington Post

Источник — inopressa.ru

Российская оккупация и несправедливость международного сообщества

© AFP 2016, Credit Vasily Maximov

Умар Дуюб (Umar Duyub)

Верующие находят истину в своих религиозных убеждениях, священных текстах и в поведении Пророка. Либералы находят образцовую модель в ряде стран и повторяют, что сохраняют либерализм, и игнорируют то, что создают социалисты. Здесь нет истины. Истина в конкретных фактах, происходивших в определенное время и в определенных местах, то есть в том, что такое мир и из чего складывается текущая ситуация. Сегодня Россия оккупировала Сирию. Существуют соглашения, регулирующие ее военное присутствие, экономические соглашения о присвоении сирийских ресурсов и соглашение о международной политической защите сирийской власти в международных органах (с 2011 года), которое якобы регулирует отношения между странами в мире. В настоящее время международные институты доказали свою несостоятельность и мы не будем говорить о резолюциях, касающихся прав палестинцев. Сегодня международные резолюции имеют обязательную силу только благодаря международному консенсусу сверхдержав, то есть последние являются основой любого международного вмешательства в мире. Кроме того, существует практика «оккупации», которой пользуются сверхдержавы, как это сделала Америка в Афганистане и Ираке, и Россия в Сирии и Крыму и так далее.
Все международные резолюции по Сирии были проигнорированы, переговорная площадка в Женеве была заменена на площадки в Астане и Аммане, и все это сопровождается полным разрушением крупных районов в стране, особенно посредством российской авиации. Астанинские переговоры, по сути, являются российским путем. Там Россия имеет «право» определять свой курс, распределяя квоты между туркам, иранцам, сирийским правительственным режимом, оппозицией и другими.Россия неоднократно заявляла, что она присутствует в Сирии по просьбе законного сирийского правительства. Эта великая «легитимность» не была блокирована сверхдержавами и международными органами и продолжает по-прежнему существовать. Поэтому бессмысленно говорить о постоянном международном надзоре или предполагать, что это возможно из-за его происхождения: российская оккупация Сирии, договоры на многие десятилетия вперед. Остальные страны, в том числе противники режима, справятся с этими фактами, поэтому будущее Сирии будет формироваться через Астану и Амман, а, возможно, и через Женеву, когда оппозиция признает результаты переговоров в Астане. Оппортунистическая оппозиция реагирует в соответствии с российскими платформами, а Высший комитет по переговорам в Эр-Рияде отказывается играть центральную роль на этих переговорах.

Что касается любой возможной международной роли в разрешении сирийской ситуации, то только международные судебные органы могут возбуждать дела против тех, кто несет ответственность за убийствах в Сирии, и наказать их всех. И, конечно же, результаты не будут достигнуты без международного консенсуса, даже если будут возбуждены дела. В настоящее время международная судебная система подвергает преследованию только членов ИГИЛ или «Джебхат ан-Нусры» (запрещены в РФ — прим. ред.)!
Международное наблюдение, по мнению многих экспертов, уклоняется от двух проблем: отсутствие признания существования российской и других оккупаций на сирийской территории, даже если они менее значимые и менее влиятельные, а также утверждение о том, что сирийцы больше не играют никакой роли в решении своих проблем.
Несомненно, наибольшее влияние на развитие событий в Сирии оказала роль держав-оккупантов, в чьих руках оказалась страна. И в Сирии существуют силы, связанные и в с интересами стран-оккупантов. Эти силы стали осуществлять репрессии против населения, которое восстало против правительственного режима и освободило свои районы до того, как эти группировки были сформированы.

Да, в определении будущего страны сирийцы находятся не в лучшем положении. Теперь политики и народ могут отклонить любые решения, касающиеся Сирии, игнорировать восстановление разрушенных городов, возвращать беженцев и отправлять представительства местных советов в Дамаск, когда начнется реализация политического урегулирования ситуации. Кроме того, появится возможность организации выборов в местные советы по всей Сирии, причем не только в «зонах деэскалации», и тем самым восстановится реальная роль сирийцев. Конечно, когда происходит оккупация, разговор о восстановлении становится бессмысленным, как и об устойчивом развитии или прогрессе во всех сферах общества. Можно только реабилитировать конкретные области, которые интересуют оккупантов, такие как нефть и газ, фосфаты и другие, а также некоторые районы и города, которые послужат их интересам.
Если восстановление происходит без непосредственного интереса оккупантов, то в интересах иностранных компаний или местных богатых покровителей. В лучшем случае восстановление будет проходить, как например, в Ливане. Однако ничего подобного никогда не наблюдалось в Ираке и Афганистане, где игнорируется производство, сельское хозяйство и интересы большинства населения.

 

Война в Сирии, вероятно, закончится, и Россия попытается принять во внимание переговоры в Астане в качестве альтернативы Женеве. Она будет продолжать следовать курсу Женевы, чтобы реализовать решения, принятые на переговорах «Женева-1», а именно идею о создании полноценного переходного правительства, прекращение деятельности комитета в Эр-Рияде и превращение его в платформу России. Роль Женевы постепенно падает, что связано со снижением роли Европы, несмотря на ее присутствие на переговорах. Следование пути Астаны противоречит интересам США, которые ограничены поддержкой курдов и района Деръа из-за Израиля. Иными словами американская интервенция ранее и сегодня произошла из-за расширения России в Сирии и чтобы следить за иракской проблемой. Россия все больше и больше участвует в сирийских делах в связи с пассивной американской ролью. Она установила контроль над Сирией, и в меньшей степени это сделали Иран и Турция, а интересы сирийцев не учитываются. Ситуация в Сирии не стабилизируется.
Текущая война, как кажется, закончилась и будет объявлена победа над джихадистами. Сирия будет разделена на сферы влияния, причем с доминирующим господством России. Сирийцы заинтересованы в прекращении войны и возвращении «политики» народу, призывая вернуться всех граждан на родину и внести свой вклад в восстановление страны. Сирия отвергает любую политику, которая не отвечает ее интересам о лучшей жизни, и начинает восстанавливать города и поселки, промышленность, сельское хозяйство и начинает делать шаги по направлению к демократической системе. Конечно, все эти проблемы не могут быть решены пока оккупанты не будут изгнаны из Сирии, и в стране не воцарится полное согласие.

 http://inosmi.ru/politic/20170926/240364725.html

Турция проведет новую военную операцию в Сирии

Турция в течение сентября приступит к новой военной операции в сирийском городе Идлиб, пишут турецкие СМИ.

Сообщается, что военная операция в сирийском городе Идлиб будет проводиться совместно с отрядами Свободной сирийкой армии (ССА).

Отметим, что ранее в администрации президента Турции сообщили Trend, что Анкара готова противостоять любой угрозе, которая может возникнуть на ее границах.

Как отметили в администрации президента, будучи региональной державой, Турция имеет полное право действовать в рамках своих государственных и национальных интересов.

Ранее турецкие СМИ сообщили о том, что Вооруженные силы Турции приведены в полную боеготовность в связи с ожидаемыми в Сирии новыми военными операциями против террористической организации YPG.

В настоящее время на границе с Сирией дислоцировано около 25 тысяч турецких военных.

По данным СМИ, ожидается, что Турция может приступить к новым военным операциям в сирийских районах Тель-Абья, Африн, Тель-Рифат и Манбидж.

Отметим, что ранее президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что Турция намерена расширить зону проведения военной операции на севере Сирии.

Напомним, что с 21 июня Турция начала стягивать военную технику к сирийской границе.

Сообщалось, что военная техника сосредотачивается в турецкой провинции Килис, которая граничит с сирийской территорией, контролируемой отрядами YPG и PYD

Армия Турции 24 августа 2016 года начала операцию «Щит Евфрата» против боевиков ИГ и при поддержке сирийской оппозиции взяла пограничный город Джараблус на севере Сирии, а также город Эль-Баб. Премьер Турции Бинали Йылдырым заявил в конце марта об успешном окончании операции.

http://moscow-baku.ru/news/v_mire/smi_turtsiya_provedet_novuyu_voennuyu_operatsiyu_v_sirii/

Асад отвоевывает нефть.

http://www.centrasia.ru

Сирийская армия одержала победу, которая может ускорить решение одной из главных военных задач, стоящих сейчас перед Дамаском и Москвой,- по снятию блокады с осажденного «Исламским государством» города Дейр-эз-Зор. Верные президенту Башару Асаду силы захватили Хамиму — населенный пункт в сирийской пустыне на стыке провинций Хомс и Дейр-эз-Зор. Захват этого оазиса может стать переломным моментом в битве за Дейр-эз-Зор, который с 2014 года находится в осаде. Его освобождение позволит Дамаску не только одержать психологическую победу, но и вернуть под свой контроль богатые природные ресурсы одноименной провинции, где расположены все еще контролируемые «Исламским государством» месторождения нефти и газа.

Взяв Хамиму, правительственные войска лишили отряды «Исламского государства» (ИГ; запрещено в России) важного опорного пункта и вышли на оперативный простор. Намечающийся прорыв фронта на этом участке позволит им продвинуться к иракской границе и зайти с юга в тыл отрядам, более трех лет осаждающим провинциальный центр Дейр-эз-Зор в 420 км от Дамаска.

Параллельно с наступлением сирийских войск свой вклад в операцию против ИГ внесли и российские ВКС. Как сообщило в понедельник Минобороны РФ, авиация уничтожила крупную колонну исламистов — более 20 автомобилей высокой проходимости с минометами и боеприпасами, бронетехнику, включавшую танки, а также более 200 боевиков, которые пытались нанести контрудар по сирийским войскам, продвигающимся к Дейр-эз-Зору.

Изменению стратегической обстановки в пользу Дамаска способствовала новая тактика, взятая на вооружение правительственными силами при участии российских советников — окружение группировок ИГ в пустынных районах к западу от Дейр-эз-Зора и взятие в котлы тех отрядов, которые не успели отступить. Как сообщил начальник главного оперативного управления Генштаба Вооруженных сил России генерал-полковник Сергей Рудской, в результате этих действий сирийская армия уже в ближайшее время освободит город Акербат. Кроме того, в последние дни ей удалось создать очередное кольцо окружения боевиков восточнее Итрии.

Разгром окруженных отрядов резко ухудшит положение ИГ на подступах к Дейр-эз-Зору. Судя по всему, снятие осады с этого города теперь лишь вопрос времени. Для Дамаска это станет важной психологической победой.

Битва за Дейр-эз-Зор — один из самых драматичных эпизодов сирийской войны. Напомним, еще недавно, в январе этого года, ситуация в провинции Дейр-эз-Зор для правительственных войск была критической. Тогда отряды ИГ развернули массированное наступление на город. Им удалось рассечь пополам оборонявшую Дейр-эз-Зор группировку и заметно ее обескровить. Впрочем, благодаря ударам российских ВКС и переброске по воздуху подкреплений правительственным силам удалось стабилизировать положение. После этого, несмотря на все усилия, боевики ИГ так и не смогли существенно продвинуться на этом участке фронта.

Еще один определяющий фактор в сражении за Дейр-эз-Зор — богатые природные ресурсы провинции, где расположены главные сирийские месторождения углеводородов, до войны составлявшие основу нефтегазовой отрасли экономики. Восстановление контроля над ними позволит Дамаску получить важный источник пополнения бюджета.

«Цена вопроса — это не только расширение зоны влияния сирийского правительства, учитывая, что Дейр-эз-Зор, как и столица самопровозглашенного «Исламского государства» Ракка — два стратегических центра, находящихся в одном регионе. Из Дейр-эз-Зора идут как зарубежные, так и внутрисирийские поставки нефти, которые все еще контролирует ИГ»,- пояснил «Ъ» профессор факультета истории, политологии и права РГГУ Григорий Косач.

По словам эксперта, учитывая значение Дейр-эз-Зора, сирийской армии принципиально важно закрепить за собой ключевые позиции в этой провинции, опередив своих номинальных союзников — воюющие против ИГ проиранские силы, которые также заинтересованы в установлении контроля над богатым углеводородами стратегическим регионом.

На протяжении последних месяцев контролируемые Тегераном шиитские формирования и подразделения ливанской группировки «Хезболла», дислоцированные на юге Сирии, также пытались вести свое наступление на позиции ИГ в Дейр-эз-Зоре. Контроль над этим районом позволил бы Тегерану проложить «шиитский коридор», идущий из Ирана через Ирак в Сирию, и одновременно ограничить влияние Дамаска. Однако такой сценарий не устраивает президента Асада, стремящегося сохранить за собой лавры главного триумфатора в борьбе с ИГ.

«Учитывая собственные интересы Тегерана, не совпадающие с интересами Дамаска, мы наблюдаем конкуренцию между воюющими против ИГ силами, которая проявляется и в идущем параллельно штурме Ракки. Сирийская армия, действующая при поддержке ВКС России, в этой борьбе далеко не единственная сторона»,- заявил «Ъ» Григорий Косач.

На фоне наступления на Дейр-эз-Зор остается неясным, какая из воюющих в Сирии коалиций в итоге установит контроль над провинцией Ракка и находящейся в ней одноименной столицей самопровозглашенного халифата, откуда исламистов пытаются выбить поддерживаемые США курдские отряды и группы умеренной сирийской оппозиции.

Максим Юсин, Сергей Строкань, Георгий Степанов

Источник — Коммерсант

Точки дестабилизации: Что будет с мировым терроризмом после Сирии?

Точки дестабилизации: Что будет с мировым терроризмом после Сирии?

Мировая партия войны вынуждена пересматривать свои планы

Предыстория и задачи

Геополитика — это общепланетарный процесс. И хотя в XXI веке он имел множество применяемых «инструментов» на целом ряде географических направлений, реальное мировое соперничество велось лишь на нескольких из них. До 2017 года, основной ареной российско-американского и американо-китайского геополитического противодействия был преимущественно Ближний Восток. На этой площадке базовые задачи США сводились к изоляции Китая от прямого доступа к ключевым мировым энергоресурсам, подрыву российской экономики через прокладку альтернативных маршрутов нефтяной и газовой инфраструктуры, параллельного взращивания на разрушенных территориях подконтрольных террористических образований, а также дальнейшего экспорта управляемого террора и на первую, и на вторую ядерную страну.

Позже, в результате неожиданного вмешательства Москвы в сирийский кризис и частичного обуздания ею реалий ближневосточной дестабилизации, планы с энергетическим демпингом Вашингтону пришлось кардинально пересмотреть. А после выборов американского президента и победы на них Дональда Трампа пересмотреть пришлось и политику иракского террористического направления. В результате к сегодняшнему дню перед противостоящими Трампу и Москве транснациональными элитами в полный рост встала проблема по определению дальнейших очагов политической дестабилизации, а также тех регионов и стран планеты, в которые будут «переброшены» годами взращиваемые террористы после поражения в Сирии и Ираке.

Методы и шаблоны

Боевики ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), как правило не развязывают открытых войн, а только приходят туда, где руками Запада уже дестабилизирована та или иная государственность. Учитывая это, не сложно понять, что из Сирии и Ирака джихадисты вскоре устремятся в том направлении, где-либо уже идет война, либо для нее будут созданы все соответствующие предпосылки. Как распознать такие страны? Достаточно просто. Они будут выглядеть примерно так же, как и Ливия в 2011 году, где после свержения Муаммара Каддафи и перед непосредственным появлением в стране ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) наблюдалось крайне показательное трехлетнее «затишье».

Именно в этот период в стране велось активное разделение государственного и ранее национализированного имущества между европейскими и американскими транснациональными концернами, а полномасштабный террор в лице ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) покорно ждал его окончания. После сентября 2014-го, эмиссары организации быстро скупили все имеющиеся в стране исламские объединения и заставили публично присягнуть их членов на верность собственному «халифу».

К ноябрю того же года страна была окончательно поделена на вилаяты, а на политической арене: на «правительство национального единства» в Триполи и Палату представителей, заседающую в Тобруке. В результате Запад получил от ливийской интервенции не только национализированные ресурсы государства, но и еще один фундамент региональной нестабильности, плацдарм и базу снабжения террористических формирований, дополнительную эмиссию долларовой печати, а также поддержание руками ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)) дальнейшей внутренней вражды местных племен и кланов.

Приблизительно по этим лекалам и стоит определять новые цели и соответствующие плацдармы для заброски мирового терроризма после его поражения в Сирии и соседнем Ираке. Вопрос в данном случае состоит лишь в том, какие именно это будут регионы и как на это отреагирует главный элемент стабилизирующий мировую политическую систему — Москва?

Цели и точки подрыва

I. Ближний Восток

Ирак — как цель нового витка активизации террора на сегодняшний день для США не является актуальным. Проамериканский анклав курдов, контролирующий большую часть энергоресурсов страны, уже находится под контролем Вашингтона, политический Багдад имеет западный вектор проводимой внутренней политики, а неоднократные угрозы официального Ирака обратиться в случае обострения ситуации за помощью к Москве и вовсе делают активизацию процесса неоправданно рисковой.

Иордания — более подходящая мишень для дальнейшей переброски радикального исламизма. Однако пока эта страна является действующим плацдармом Вашингтона и огромным лагерем по подготовке сирийской «оппозиции» — ее стабильность будет сохраняться. Как минимум до того момента, пока российская коалиция окончательно не обеспечит контроль над большой частью границы Сирии и Ирака, а боевики различных террористических организаций не эвакуируются в Иорданию под крыло американской защиты, страна продолжит существовать. Тем не менее в будущем дестабилизация Иордании видится более чем вероятной, особенно если учесть, что с одной стороны, это государство и так не одно десятилетие борется с различными террористическими ячейками на своей территории, а с другой, уже сейчас в его границах в пассивном режиме находятся порядка 3 тыс. боевиков-исламистов.

Йемен. Гражданская война между хуситами (повстанцами-шиитами) и формальными властями этого государства, воюющими при поддержке Саудовской Аравии, продолжается с 2015 года. За это время силу в стране набрала местная ветвь суннитской Аль-Каиды (организация, деятельность которой запрещена в РФ), а внутреннее экономическое положение ухудшилось радикально. На этом фоне бегство в Йемен после разгрома в Сирии и Ираке может показаться хорошим решением для боеспособных джихадистов, однако этому противодействуют как минимум два останавливающих фактора. Во-первых, Аль-Каида (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — идеологические противники, и в Йемене ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) никто не ждет, а, во-вторых, для Запада в этой стране, попросту нет существенных экономических интересов.

Ливан на сегодняшний день — наиболее вероятная цель, отвечающая сразу всем задачам и дестабилизирующим американским целям. С одной стороны, население этой страны не превышает 5 миллионов человек и на деньги монархий Персидского залива в нем уже размещено свыше 1,5 миллионов «сирийских беженцев», а, с другой, Бейрут является союзником Дамаска и Ирана, следовательно, автоматическим противником близлежащего Израиля. Все это в совокупности может привести к тому, что если официальный Ливан в ближайшее время не обратится к Москве и Тегерану за военной и дипломатической помощью, именно он станет следующим фокусом отступающей волны террора.

Египет. Эмиссары ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) закономерно уделяют Каиру особое внимание как базовой стране в арабском мире. В частности, боевики, покинувшие районы непосредственных столкновений из Ирака, Сирии и других регионов, уже проникают в эту страну, не дожидаясь окончания финальных региональных баталий. Там, в местах проживания наиболее бедных слоев населения, они создают подпольные ячейки ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), вербуют сторонников в широкой среде недовольных единоверцев и подминают под себя уже существующие в стране радикальные силы.

В частности, в Синайской пустыне и южных районах Египта активистам ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) удалось скупить отсталые племена кочевников и отдельные группы «братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), традиционно настроенных против египетских властей, а также создать организацию «ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Северном Синае». Учитывая, что география проникновения террористов в Каир чрезвычайно обширна, это и маршруты из западной Ливии, Туниса, Марокко, Судана, Йемена, иорданское направление через Красное море; палестинское через сектор Газа; Средиземноморское через Александрию; и воздушный путь откуда угодно — Египет вполне может стать следующей жертвой экспортированного террора.

II. Средняя Азия

Из постсоветских стран Средней Азии рейтинг поставщиков террористов-смертников для ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) прочно возглавляет Таджикистан. И хотя власти этой страны искренне боятся радикализации и потому принимают жесткие меры — закрывают сотни нелицензированных молельных домов, запрещают исламскую одежду в школах и на рабочих местах, закрывают посещения мечетей гражданам младше 18 лет, загоняют всех без исключения исламистов в подполье, на выходе это дает лишь резкий всплеск числа таджиков, присоединяющихся к джихадистам вне пределов государства.

Ситуацию также усугубляет и замедлившийся экономический рост, вместе с географическим положением, где Таджикистан имеет общую границу не только с Афганистаном, но и с китайским Синцзян-Уйгурским автономным районом, известным своим исламистским подпольем и являющимся главной целью для дестабилизации со стороны американских спецслужб. По данным соответствующих ведомств самого Таджикистана, сосредоточение радикальных исламистов на афганской стороне границы уже началось, а переброска Западом нестабильности на север ставит целью не Центральную Азию, а Россию и Китай.

Именно поэтому Владимир Путин и его китайский коллега Си Цзиньпин уделяют столь пристальное внимание поддержанию щита на таджикско-афганской границе, и поэтому же США делают все, чтобы его прорвать. Помимо этого, руководство ОДКБ отмечает, что несколько тысяч боевиков ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), сосредоточились на границе Афганистана и Туркмении, и, следовательно, могут при определенных обстоятельствах внезапно прорвать оборону туркменских пограничников, продвинуться к западным районам Казахстана, а оттуда попасть на территорию России. В этой связи туркменское и киргизское направление также держится Москвой под особым контролем.

Плюс ко всему, в последние месяцы при попустительстве Соединенных Штатов Америки эмиссарам ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) удалось путем подкупа перетянуть в Афганистане и Пакистане значительное число полевых командиров талибов на свою сторону, а также заручиться поддержкой со стороны лидеров пакистанских и афганских племенных образований. В общем-то, это не особо удивляет, поскольку еще со времен ввода советских войск в Афганистан в 1979 году именно Пакистан играл роль плацдарма для заброски моджахедов на территорию страны при проведении подрывных операций против Кабула и советских войск. Сейчас же, в сущности, изменилось только направление этой работы, но не центральная парадигма американо-пакистанского сотрудничества. В итоге к настоящему моменту, главная мишень радикалов из Афганистана — это Средняя Азия, Россия и Китай, а боевиков из Пакистана — территория Тегерана.

III. Юго-Восточная Азия

В данном регионе за последний год число антиправительственных и террористических акций со стороны джихадистов возросло лавинообразно. Активно разворачиваются бои с исламистами на территории Малайзии и Индонезии, а население становится все более и более религиозным. И это также не выглядит случайным, поскольку Индонезия — страна с самым высоким мусульманским населением в мире, и попытка поднять тут правоверных на джихад, безусловно выглядит для заказчиков более чем оправданной.

В частности, главнокомандующий армии Индонезии Гатот Нурмантьо не раз констатировал факт о том, что «спящие ячейки» джихадистов сформированы почти в каждой провинции страны, и они ждут только приказа для того, чтобы начать активные действия. Пока Джакарте удается противодействовать влиянию джихадистов, но с наплывом опытных военачальников и проповедников ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) после Ирака и Сирии — это может стать для них уже невозможным.

IV. ЕС

Наихудшее положение в ближайшее годы может сложиться именно вокруг стран ЕС. С одной стороны, заброска терроризма вглубь границ Европы на сегодняшний день попросту не требуется — эмиссары ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) успешно организуют, вербуют и инструктируют последователей уже находящихся в странах объединения дистанционно, а с другой, в большинстве государств Еврозоны есть давно подготовленные «спящие» ячейки, которые ждут только того, когда поступит отмашка от геополитических кураторов проводимого процесса.

V. Прочие регионы

На данный момент свои административные территориальные структуры и будущие возможные плацдармы для американской дестабилизации, ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) имеет в Афганистане, Пакистане, Тунисе, в районе Северной Африки от Сенегала до Эритреи, зоне Исламского Магриба, Мали, в приграничье Нигерии, Нигера, Сомали, Чада и Камеруна. А учитывая, что местные правительства перечисленных стан проводят малоэффективную политику сопротивления и зарубежное финансирование продолжает открывать для них широкие возможности, планы по созданию подконтрольных США террористических «армий» продолжают существовать.

Тем не менее именно российская операция в Сирии изменила весь ход этой тотальной войны, и именно успехи Москвы заставили Запад перенести создание обширного тылового района обеспечения боевиков Ближнего Востока из российского приграничья в далекую жаркую Африку. Дело в том, что Россия, получившая после сирийских успехов окончательный доступ и к другим территориям Ближнего Востока, ставит под угрозу любые проекты в этой географической плоскости. Однако в области Сахеля, Магриба и озера Чад России нет, и потому ключевые лагеря и зоны сосредоточения терроризма будут создаваться именно там.

Выводы

Транснациональные западные элиты давно провозгласили свои перспективные задачи в виде свержения любых национальных правительств, приведения к власти корпораций, и создания параллельного единого мирового правительства, базирующегося в Вашингтоне, и единственной страны, обладающей признаками государственности. Для достижения этих целей — все средства хороши, и лозунги ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) «о свержении всех неверных правительств мира» подходит им не хуже, чем любые другие.

Еще не так давно о терроризме в мировом масштабе никто не знал, но не прошло и десятилетия, как он стал мощнейшим глобальным инструментом для одних, и огромной проблемой для остального человечества. Россия стала первой, кто встал на пути разрушительного процесса, и в существенной мере самим этим фактом повлияла на результаты выборов и сдвиг элит внутри США. Теперь транснациональными элитами ведется внутренняя война с национальными, оказывается беспрецедентное давление на неожиданно сильную Россию, формируется новая игра по хаотизации регионов, и вырабатываются экстренные методики по наилучшему давлению против Китая.

В локальном же смысле, выполняется задача по расширению и укреплению дуги нестабильности в «мягком подбрюшье» Москвы, что означает подготовку и проведение секретных операций по дестабилизации ситуации на геополитическом пространстве от Каспийского моря до Персидского залива. А общая цель против Пекина и России сводится к подрыву ситуации в относительно стабильных странах Центральной Азии, где проживает порядка 65 миллионов человек, путем переброски террористов из Ирака, Сирии и Афганистана в Таджикистан, Туркмению, Киргизию, Казахстан и Узбекистан.

Москва и Пекин прекрасно понимают истоки проистекающей стратегии, и потому для поддержания подлинно эффективной борьбы и собственной защиты комплексно и активно налаживают совместную работу не только друг с другом, но и со Средней и Центральной Азией. Война, безусловно, продолжится, но легкой прогулки для Запада вдоль российских и китайских границ уже не будет.

Руслан Хубиев

Источник — REGNUM

Российские маневры в Сирии

Хейралла Хейралла (Heirallah Heirallah)

Россию ждет поражение в Сирии, подобно тому, как оно настигло Советский Союз в Южном Йемене. В Москве не хотят осознавать, что учиться на ошибках — добродетель.
Есть то, что объединяет позиции России с одной стороны, и позиции сирийского режима — с другой. Общим знаменателем для них является уход от реальности и стремление создать собственный мир для каждого из них.
Сирийский режим не хочет верить, что сирийский народ выступает против него и что он оказался на помойке истории еще несколько лет назад. Не хочет он верить и в то, что Сирия была разделена на несколько зон влияния.

В свою очередь Россия отвергает утверждение о том, что она не в силах вдохнуть жизнь в государственные институты, которые она помогала восстановить в Сирии, а не способна она на это по одной простой причине. Она заключается в том, что эти институты, связанные с нелегитимным режимом, делят сирийское общество на основе этно-конфессиональной принадлежности, а также зиждутся на политике вымогательства и коррупции. Когда подобная политика способствовала обретению легитимности и созданию институтов современного государства, которое поддерживает хорошие отношения с соседними странами?

 

Россия надеется на невозможное, пытаясь создать что-то положительное из того, что осталось от государственных институтов в Сирии. Ставка на невозможное может привести лишь к тому, что Сирия будет разделена на зоны влияния при номинальном сохранении власти Башара Асада в Дамаске. В это время Москва окажется в роли пленника и будет ожидать удобного момента, когда голову сирийского лидера можно будет обменять на что-либо существенное, поскольку Башар Асада — это всего лишь козырь в рукаве и ничего более.

 

Все, что может сделать Россия, так это достичь договоренностей вроде тех, что были заключены между ней, Соединенными Штатами и Иорданией в отношении ситуации на юге Сирии. Этих договоренностей нельзя было бы достичь без согласия со стороны Израиля, который больше всех остальных заинтересован в установлении затишья в чувствительном регионе, учитывая, что Голаны являются продолжением его территории. Наблюдается глубокое взаимопонимание между Россией и Израилем, в то же время нужно принимать во внимание тот факт, что Израиль из многочисленных опасений не смирится с прямым или косвенным иранским присутствием на территории, которая простирается от Голанских высот до Дамаска. Мы не можем игнорировать тот факт, что расстояние между линией прекращения огня в 1967 году и сирийской столицей составляет 37 километров, в то время как соглашение, заключенное между Россией, Соединенными Штатами и Иорданием, затрагивает пространство протяженностью в 40 километров.
Как бы то ни было, Саудовская Аравия поставила точку на будущем Башара Асада. Что бы Россия ни пыталась сделать, чтобы спасти сирийский режим, его участь предрешена. Асаду нет места в Сирии, независимо от того, какой будет природа политического образования под названием Сирийская Арабская Республика.
Некоторые официальные российские СМИ недавно приписывали министру иностранных дел Саудовской Аравии Аделю аль-Джубейру слова о том, что Королевство выражает свое согласие сохранению у власти Башара Асада. В ответ саудовское министерство незамедлительно выступило с заявлением, подчеркнув твердую позицию Эр-Рияда в отношении сирийского лидера и отметив, что «каким бы ни было будущее Сирии, Башару Асаду в нем не место». Очевидно, что данные слова в пояснении не нуждаются.

Тем временем Россия совершает различные маневры, чтобы выиграть время. Однако оттягивание решения может привести к еще большей фрагментации Сирии, в то время как становится все более очевидным тот факт, что существует необходимость в смене парадигмы мышления для того чтобы найти политическое решение, которые бы отвечало интересам всех сторон. В конце концов остается открытым вопрос о том, возможно ли примирить различные интересы или достаточно зон влияния, существующих в настоящее время. Среди них российская, американская, иранская, турецкая и израильская зоны влияния, в то время интересы Иордании ограничиваются защитой себя от террористической организации «Исламское государство» (запрещена в РФ — прим. ред.) и иранской «революционной гвардии», приближающихся к ее границам.
Москва использует всевозможные маневры, и даже привлекает Египет к участию в сирийском урегулировании, не желая признавать тот факт, что у Сирии нет будущего при нынешнем режиме. Россия и Иран пытаются сохранить режим, однако нужно понять: то, что делает Иран не что иное, как попытка превратить Сирию в зону своего влияния и укрепить связку Бейрут-Тегеран через Багдад и Дамаск. Неясно, что в этих условиях будет делать Россия. Пришло время ей понять, что она не в состоянии играть роль сверхдержавы ни на Ближнем Востоке, ни за его пределами, даже делая все необходимое для того, чтобы успокоить Израиль и предоставить ему все необходимые гарантии.
Пожалуй, самое опасное в действиях России то, что они способствуют сохранению нестабильной ситуации на Ближнем Востоке и в Персидском заливе. Россия позволяет Ирану работать в поисках альтернативы в том случае, если иранцы будут вытеснены с юга Сирии. То, что мы наблюдаем сегодня, — это стремление Тегерана найти альтернативные регионы, где можно закрепить свое присутствие, особое внимание при этом уделяется Ливану и Сирии, чтобы связать области, находящиеся под иранским контролем в Сирии, с теми, что контролируются «Хезболлой» в Ливане. Сделка между «Хезболлой» и «Ан-Нусрой» (запрещена в РФ — прим. ред.) в Джаред Урсаль — это лишь часть иранской игры, исход которой будет определен у иракско-сирийской границы. Настало время для России вести себя логично в Сирии. Она должна помнить, что размер ее экономики меньше экономики такой страны, как Южная Корея, а также меньше размера экономики Италии, Франции или Германии, экономика которой в три раза больше российской экономики.
Россия, страдающая от множества проблем, не может выступать в качестве сверхдержавы в долгосрочной перспективе. Существует лишь одна услуга, которую Россия может оказать сирийцам в том случае, если она действительно хочет помочь. Вместо того, чтобы ставить на сделку с Соединенными Штатами, страну, политика которой находится в стадии формирования, и тянуть время, что служит лишь интересам иранского экспансионистского проекта и наносит ущерб Ливану, почему бы просто не попробовать прибегнуть к логике?

 

Если рассуждать логически, любая попытка восстановить сирийские государственные институты не будут успешными, пока Башар Асад все еще находится в Дамаске. Во-первых, Сирия нуждается в новых политиках, которые будут учитывать особенности сирийского государства, менталитет его народа, а также множество событий, произошедших в последнее время. США установили военное присутствие в тех областях, в которых сосредоточены богатства страны (сельское хозяйство, газ, вода), активизировалась роль курдов, а также Турция сделала заявление о том, что она контролирует две тысячи квадратных километров сирийской территории.
Российская политика в Сирии нежизнеспособна. Это связано с тем, что у Москвы нет никаких предложений относительно того, как разрешить ситуацию без учета притязаний Израиля и Ирана. Кроме того, российское руководство стремится к сделке с Соединенными Штатами по Украине и Крыму.
По мере того, как проявляются первые признаки этой сделки, ситуация в Сирии становится все более сложной. Нет сомнений лишь в том, что Башару Асаду нет места в Сирии при любом решении, независимо от того, как слаба сирийская оппозиция, и независимо от того, насколько она фрагментирована. Твердая приверженность человеку, который несет ответственность за гибель более полумиллиона сирийцев, напоминает те времена, когда советские власти были столь же уверены в возможности успеха коммунистической партии в управлении страной, имеющей племенной и клановый характер, получившей название Народная Демократическая Республика Йемен.
Российские планы в Сирии потерпят такое же поражение, которое ожидало советские власти в Южном Йемене и других регионах в прошлом. И в Москве есть те, кто не хочет осознавать, что учиться на ошибках — во благо!

http://inosmi.ru/politic/20170816/240049847.html

 

Израиль провел секретные переговоры

Представители Израиля в начале июля провели серию секретных переговоров с представителями России и США, на которых обсуждались условия прекращения огня в Сирии и создание южных «зон деэскалации» в этой стране, сообщает газета «Гаарец».

Автор публикации Барак Равид со ссылкой на израильских чиновников и западных дипломатов пишет, что переговоры проходили в Иордании и Европе за несколько дней до того, как Москва и Bашингтон объявили о достижении соглашения об условиях перемирия в Сирии.

«Гаарец» пишет, что на этих встречах представители Израиля обосновали свои возражения по поводу этого соглашения, отметив тот факт, что Россия и США не говорят о необходимости вывода из Сирии иранских вооруженных сил.

По сведениям издания, в переговорах с израильской стороны участвовали высокопоставленные представители министерства иностранных дел, министерства обороны, внешней разведки «Мосад» и Армии обороны Израиля. Американскую переговорную группу возглавляли спецпредставители президента США по Сирии Майкл Ратни и Бретт Макгерк. Руководителем российской команды был спецпосланник президента РФ по Сирии Александр Лаврентьев.

B публикации сказано, что россияне и американцы делали акцент на действиях, направленных на уничтожение «Исламского государства» и стабилизации ситуации в Сирии. Представители Израиля настаивали на том, что нужно рассматривать это соглашение в долгосрочной перспективе, учитывая степень влияния Ирана на ситуацию в Сирии после окончания гражданской войны. Израильтяне на переговорах подчеркивали, что следует не только говорить о недопустимости присутствия иранских сил («Корпус стражей Исламской революции», шиитские ополчения и ливанская «Хизбалла») в непосредственной близости от израильских границ, но и о том, чтобы после войны их не было на всей остальной территории Сирии.

Об этом премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу, по всей видимости, говорил 6 июля в телефонной с президентом РФ Bладимиром Путиным.

После официального объявления об условиях соглашения о перемирии в Сирии руководство Израиля выразило разочарование по поводу того, что «иранский фактор» не был учтен в достаточной степени в этом документе.

Равид пишет, что на прошлой неделе эта «плохая сделка» обсуждалась на заседании израильского кабинета безопасности.

16 июля, выступая на пресс-конференции в Париже после встречи с президентом Франции, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу назвал «очень плохим» соглашение о создании зоны деэскалации на юге Сирии, так как оно делает по сути легитимным присутствие иранских военных в этом регионе. Барак Равид тогда публиковал в «Гаарец» комментарий высокопоставленного израильского чиновника, который говорил об опасениях руководства Израиля по поводу стремления Ирана существенно расширить свое присутствие в Сирии. Причем речь идет не только в отправке иранских военных советников в Сирию, а об отправке в эту страну значительного военного контингента, а также о создании в Сирии баз иранских BBС и BМС.

Bечером 16 июля Нетаниягу обсуждал тему «южной зоны деэскалации» и в целом соглашения о прекращении огня в Сирии с госсекретарем США Рексом Тиллерсоном.

Напомним, что соглашение о прекращении огня в Сирии было согласовано на встречах президента России Bладимира Путина и президента США Дональда Трампа в Гамбурге.

Формально соглашение о прекращении огня в Сирии вступило в силу 9 июля, в 12:00 по местному времени. Оно распространяется на провинции Дараа, Кунейтра и Суэйда, включая территории, примыкающие к израильской и иорданской границам. Договор между сторонниками и противниками режима Башара Асада был заключен при посредничестве России, США и Иордании.

7 июля министр иностранных дел РФ Сергей Лавров заявил, что с американским руководством достигнуто взаимопонимание по соглашению о перемирии на юго-западе Сирии. Конкретные границы зон деэскалации были определены в ходе совещания российско-американо-иорданской экспертной группы, напоминает РИА Новости. «Итогом совместной работы стал трехсторонний меморандум, фиксирующий условия функционирования зон деэскалации, в соответствии с которым на означенной территории с 12:00 9 июля вступил в силу режим прекращения огня. Безопасность на юго-западе страны обеспечивает российская военная полиция при взаимодействии с вооруженными силами США и Иордании», — говорится в публикации российского агентства.

8 июля на пресс-конференции по итогам саммита «Большой двадцатки» в Гамбурге президент России Bладимир Путин подтвердил, что практически со всеми собеседниками на этом форуме обсуждал ситуацию в Сирии. При этом он отметил, что позиция руководства США стала более прагматичной. Результатом переговоров Путин назвал договоренность по южной зоне деэскалации. Речь идет об условиях соглашения о прекращении огня на территории около границ с Израилем и Иорданией, в том числе в районе Дараа. «К этой работе была подключена Иордания, некоторые другие страны региона. Мы провели консультации с Израилем и будем еще проводить эти консультации в ближайшее время», — сообщил тогда президент РФ. Путин также заявил, что обсуждал в Гамбурге тему других зон деэскалации с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. «Это в значительной степени не от нас зависит, многое связано с противоречиями между странами региона. У всех свои озабоченности, у всех свои предпочтения, свои интересы, причем законные интересы, и нужно к этому именно так и относиться — как к законным интересам, нужно искать компромиссы», — заявил российский президент. «Теперь нам нужно договориться о том, каковы будут конкретно границы этих зон, как будет обеспечиваться безопасность в этих зонах. Это очень кропотливая, на первый взгляд даже нудная, но чрезвычайно важная и ответственная работа. Опираясь на позитивный опыт, который был достигнут за последнее время, опираясь на добрую волю Ирана, Турции, разумеется, сирийского правительства и президента Асада, мы можем сделать дальнейшие шаги», — сказал 8 июля B.Путин. «Самое главное заключается в том, — и мы это подтвердили, в том числе, кстати говоря, и в документах об образовании вот этой зоны на юге с выходом на иорданскую границу и с выходом на примыкающие Голанские высоты, — самое главное — обеспечить в конечном итоге территориальную целостность Сирии, с тем чтобы вот эти зоны деэскалации были прообразом таких территорий, которые смогли бы и между собой сотрудничать, и с официальным Дамаском. И если нам это удастся сделать, то тогда мы создадим, безусловно, хорошую базу, предпосылки для решения в целом сирийской проблемы политическими средствами», — резюмировал президент РФ.

6 июля, накануне начала саммита G20 в Гамбурге, Bладимир Путин беседовал по телефону с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаниягу. Тогда пресс-служба Кремля сообщала: «B контексте совместных усилий в борьбе с международным терроризмом обсуждалась проблематика ближневосточного урегулирования и ситуация в Сирии». Канцелярия главы правительства Израиля не комментировала этот телефонный разговор. При этом в окружении Нетаниягу давали понять, что премьер-министр недоволен текстом соглашения о прекращения огня в Сирии, так как он не учитывает интересы Израиля.

Накануне встречи президента США Дональда Трампа и президента России Bладимира Путина в Гамбурге издание The Daily Beast опубликовало статью, в которой утверждалось, что американский лидер готов согласиться на сохранение власти Асада в Сирии и на присутствие в этой стране российских военных. B статье Спенсера Акермана также отмечалось, что государственный секретарь США Рекс Тиллерсон предложил выработать с российскими коллегами «общие механизмы» урегулирования ситуации в Сирии. Эта информация была подтверждена Госдепартаментом США.

B общих чертах схема такого урегулирования предполагает: сохранение власти Башара Асада, согласие на создание «зон безопасности» (зон деэскалации) по варианту, предложенному Россией и ее союзниками, сотрудничество с Москвой и согласие на присутствие российских войск в Сирии.

При этом, как утверждалось в публикации The Daily Beast, главной целью станет победа над «Исламским государством», а промежуточной задачей — возобновление координации действий российских и американских военных в Сирии, во избежание случайных столкновений.

6 июля госсекретарь США Рекс Тиллерсон заявил, что Bашингтон готов изучить возможность создания совместных с Россией бесполетных зон в Сирии и других механизмов для обеспечения стабильности. B заявлении главы Госдепартамента было сказано: «Соединенные Штаты готовы рассмотреть возможность создания совместных с Россией механизмов для обеспечения стабильности, включая бесполетные зоны, наблюдателей на земле за соблюдением соглашения о прекращении огня, а также скоординированной доставкой гуманитарной помощи».

На этом фоне израильская газета «Гаарец» писала о том, что в Иерусалиме настаивают на том, чтобы «зоны деэскалации» на юге Сирии, около границ Израиля и Иордании, контролировались американскими военными. B руководстве Израиля ранее неоднократно подчеркивали недопустимость присутствия в этих районов вооруженных сил Ирана или ливанской «Хизбаллы».

9 июля министр обороны Израиля Авигдор Либерман так прокомментировал вступление в силу соглашения о прекращении огня в Сирии: «Израиль сохраняет полную свободу действия — вопреки договоренностями между Трампом и Путиным. Мы будем делать все, что сочтем необходимым».

Bопрос о том, кем будет обеспечиваться соблюдение режима прекращения огня в южной «зоне деэскалации» в Сирии, остается открытым. Американские военные на сегодняшний день присутствуют на иордано-сирийской границе, но на границе Израиля и Сирии их нет. Здесь действуют миротворцы из контингента сил ООН по наблюдению за разъединением на Голанских высотах (UNDOF), у которых нет ни вооружений, ни мотивации для обеспечения режима прекращения огня, не говоря о том, что подобные функции не входят в их обязанности. На юго-западе Сирии, помимо регулярной сирийской армии и ливанской «Хизбаллы», действуют многочисленные оппозиционные группировки, не подчиняющиеся единому командованию.

newsru.co.il

http://www.turan.az/ext/news/2017/8/free/Worldwide/ru/64811.htm

Война в Сирии: союзники Асада расходятся

Тегеран пытается втянуть Москву в новый виток гражданской войны. Пока безуспешно

Антон Мардасов

Материал комментируют:
Кирилл Семенов

Замглавы МИД России Михаил Богданов и его коллега из Ирана Хоссейн Ансари обсудили 1 августа в Москве создание зон деэскалации в Сирии. «Мы обсудили все эти вопросы очень подробно как раз в рамках нашей работы на астанинской площадке как гарантов прекращения боевых действий в Сирии», — сказал Богданов.

На днях пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что в Кремле положительно оценивают ситуацию в зонах деэскалации в Сирии. Он отметил, что не без трудностей, но констатируется позитивная динамика там, где эти зоны уже заработали и что предстоит продолжить работу еще по двум зонам. Напомним, что договоренность о создании четырех зон деэскалации (в Идлибе, в зоне «Растанского котла», в Восточной Гуте и на юге) была достигнута в мае на международной встрече в Астане.

Однако официальные и дежурные фразы мало отражают суть тех процессов, которые сейчас идут в Сирии. А они очень важны. В первую очередь потому, что в этом конфликте напрямую участвуют Россия, а нашим союзником здесь вроде бы считается шиитский Иран. О котором некоторые «горячие головы» с телеэкранов говорят как о стратегическом партнере.

Почему «вроде бы считается»? По мнению ряда экспертов, если в начале российской военной операции цели Москвы и Тегерана в тактическом плане были схожими — сохранение оставшихся сирийский государственных институтов и стабилизация режима, то по мере переговоров с оппозицией и достижения более-менее устойчивого прекращения огня российское и иранское видение урегулирования конфликта в Сирии сильно разошлись. Поясним.

Главным итогом встречи президента России Владимира Путина и его американского коллеги Дональда Трампа на полях саммита «Группы двадцати» в Гамбурге стало соглашение о прекращении огня на юго-западе Сирии — в зоне деэскалации в провинциях Дераа, Кунейтра, Сувейда. Условия договоренностей Москва и Вашингтон до встречи Путина и Трампа долго и не публично обсуждали в Иордании. Таким образом США и Россия достигнутыми договоренностями фактически «обнулили» условия функционирования обозначенной в Астане южной зоны деэскалации, а главное — навязали их Ирану. По соглашению, в этих районах была развернута российская военная полиция. А проиранские формирования наоборот должны были отойти на 40 км от израильской и иорданской границы.

Уже тогда по реакции Тегерана было видно, что «амманские консультации» вызвали у него опасения, что альтернативные переговорные площадки могут постепенно начать заменять собой астанинский процесс. Но далее — 22 июля — российской стороной в Каире было подписано соглашение о зоне деэскалации в Восточной Гуте с доминирующей в том районе фракцией «Джейш аль-Ислам», которую наше Минобороны в декабре официально признало умеренной оппозицией. И снова — без Ирана. А на въезде в районы, контролируемые оппозицией, организована работа КПП, на которых дежурят российская военная полиция.

При этом стоит отметить, что в районе Дамаска, который Иран считает «воротами» для снабжения «Хезболлы» в Иране, находится достаточное количество финансируемых и подконтрольного иранскому Корпусу стражей исламской революции отрядов местного и иностранного ополчения.

Кроме того, российские военные в приватных разговорах не скрывают, что соперничество с Ираном идет в Восточном Алеппо. Причем оно началось сразу после того, как город перешел под контроль формирований, лояльных Асаду. Российские военные и представители спецслужб — уроженцы Северного Кавказа — стараются обеспечить порядок комплексно: они не просто патрулируют улицы, но и налаживают тесное взаимодействие с местными старейшинами и т. д.

Однако Тегеран не оставляет попыток усилить свое влияние в Восточном Алеппо через отряды ополчения, которые разделяют идеологию Хомейни. Такие действия не способствуют безопасности, поскольку, например, открытие в Алеппо (раньше город населяли преимущественно сунниты) иранских просветительских центров провоцирует конфликты на этноконфессиональной основе.

Российско-иранские отношения в Сирии «СП» попросила прокомментировать руководителя центра исламских исследований Института инновационного развития, эксперта РСМД Кирилла Семенова.

— Для того, чтобы Москве эффективно вести переговоры по урегулированию сирийской гражданской войны, нужно сохранять баланс: с одной стороны, укреплять свои позиции в Сирии, с другой — не ассоциироваться полностью с режимом Асада и шиитским Ираном.

Хотелось бы надеяться на то, что инициативы Москвы по зонам деэскалации приведут к долгосрочному прекращению огня и началу политических реформ. Но тут не все гладко. Тегеран на словах демонстрирует готовность участвовать во всех переговорах, но в реальности старается использовать ситуацию, а иногда — подогревать российско-американские противоречия.

Скажем, когда в одном месте стабилизируется ситуация, иранцы сразу же стараются перебросить подконтрольные ему подразделения на другие направления и как можно быстрее провести наступление. Как это было, например, в районе Сирийской пустыни, когда проиранские группировки пытались вытеснить формирования местных суннитов, поддерживаемых США в борьбе с ИГ *, чтобы создать «шиитский коридор» и попытаться вывести сирийский конфликт на новый уровень противостояния. То есть перебросить по этому коридору еще больше шиитских формирований из Ирака (на данный момент в Сирии на стороне Асада воюет около 15 тысяч иракцев) и сорвать все договоренности новым наступлением.

России, США и Иордании этот вопрос удалось урегулировать, но Иран подобными переговорами остался недоволен. По некоторым данным, в Астане с представителями Ирана предстоит серьезный разговор. В свою очередь иранцы потребуют объяснений — насколько договоренности в Аммане и Каире соответствуют духу встреч в Казахстане?

Здесь надо подчеркнуть, что когда Иран был приглашен к участию в переговорном процессе в Астане, то таким образом Россия и Турция попытались обязать его выполнять взятые обязательства. Иначе просто невозможно контролировать действия многочисленных подконтрольных или спонсируемых Ираном группировок.

В Сирии же перемирие не всегда нарушала только оппозиция — зачастую действиям радикальных групп, которые пытались сорвать переговорный процесс, подыгрывали и иранские прокси-силы. Это нужно хорошо понимать. А то у нас многие эксперты просто передают пропагандистские заявления Дамаска и Тегерана, что явно не способствует пониманию природы сирийского конфликта и не ведет к прекращению войны.

«СП»: — То есть Тегеран не хочет каких-либо политических изменений в Сирии, поскольку они снизят его влияние в Сирии. При этом для страховки он уже выстроил «на земле» многоэшелонированное присутствие?

— Конечно. Надо также понимать, что Москва, которая взяла курс на мирное урегулирование сирийского конфликта, совершенно не заинтересована в том, что САР превратилась в некую колонию Ирана, постепенно шиитизируемую иранскими аятоллами. А этноконфессиональные противоречия — это тот фактор, на котором во многом и строят свою пропаганду радикальные исламисты.

«СП»: — Вряд ли на реформы политической системы Сирии согласны и те кланы и элиты, которые представляют режим Асада…

— Но, с другой стороны, в Дамаске также много недовольных тем, что Иран хочет гегемонии в Сирии. Есть такие даже среди алавитской части офицерского корпуса.

Скажем, в состав 4-й «элитной» механизированной дивизии, которая всегда считалась личным соединением семьи Асада, в настоящее время входит шиитский батальон «Сейф аль-Махди». Тем самым Иран пытается удержать под своим контролем остатки сирийской армии, как, впрочем, и спецслужбы — мухабарат. Или — когда российские военные советники и инструкторы формировали 5-й штурмовой добровольческий корпус, то иранцы, увидев в этом угрозу, добились подключения к этому процессу хотя бы «Хезболлы».

На телевизионной картинке мы пока не видим явных проявлений российско-иранских противоречий. Но тот факт, что встречи в Аммане и Каире проходили без Ирана — показатель. Опасность в том, что иранцы способны срывать договоренности и также заключать сепаратные сделки в Сирии, как это было в марте с Катаром. При этом в срыве перемирия обвинят именно Россию как игрока, который должным образом не повлиял на своих союзников.

Нынешнее затягивание переговоров играет на руку Дамаску и Тегерану, в интересах которых как можно дольше вести боевые действия и обвинять все группы в «терроризме», хотя уже достигнут консенсус, что террористы в Сирии — это ИГ и «Хайат Тахрир аш-Шам» **.

«СП»: — 23 июля «Хайат Тахрир аш-Шам» удалось вытеснить «Ахрар аш-Шам» и взять под контроль большую часть центра провинции Идлиб — одноименного города.

— В данной ситуации России и Турции необходимо оперативно решить и согласовать меры по поддержке умеренной оппозиции в их борьбе с радикалами. Иначе — Иран и Сирия могут инициировать наступление на Идлиб под предлогом укрепления там радикалов. Но такой сценарий — самый негативный. Наступление проправительственных войск на Идлиб, очевидно, сплотит все повстанческие группировки перед общей угрозой и приведет к новым коалициям. В том числе — радикальной и умеренной оппозиции. То есть — к еще большему укоренению «Аль-Каиды» *** в Сирии.

Я не говорю про новый гуманитарный кризис и многотысячную волну беженцев. Для борьбы с радикалами в Идлибе есть масса других вариантов…

В общем, Иран видит решение конфликта в полной победе над силами вооруженной оппозиции и хотел бы, чтобы Россия оказала ему в этом прямую поддержку. В Москве же нацелены на мирное и политическое урегулирование. Так как, видимо, есть понимание, что срыв договоренностей приведет к новым жертвам с обеих сторон при отсутствии убедительной победы.

Силы там примерно равны — 150 тысяч бойцов оппозиции и около 200 тысяч бойцов лояльных Асаду формирований. Плюс есть еще курдско-арабский альянс «Демократические силы Сирии», в который также входят достаточно много групп Сирийской свободной армии.

* «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

** Группировка «Джебхат ан-Нусра» / «Джебхат Фатх аш-Шам» / «Хайат Тахрир аш-Шам» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

*** «Аль-Каида» решением Верховного суда РФ от 14 февраля 2003 года было признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Источник — СвободнаяПресса

52% сирийских беженцев не покинут Турцию


Фонд гуманитарного развития (İNGEV) совместно с социологической службой IPSOS провело масштабное исследование в рамках программы «Мониторинг жизнеобеспечения беженцев».

Данные социологического исследования базировались из многотысячного опроса, который  проводился в лагерях для беженцев, а также местах с высокой концентрацией сирийских мигрантов в крупных турецких городах.

Согласно данным соцопроса:

  • 92% сирийских мигрантов имеют временные удостоверения личности
  • 90% живут не в лагерях для беженцев
  • 87% опрошенных не получали какой-либо социальной помощи от властей
  • 74%  беженцев желают получить турецкое гражданство на упрощенных условиях
  • 70% мигрантов не владеют минимальным знанием турецкого языка
  • 70% официально трудоустроенных имеют условия хуже, чем турецкие работники
  • 52% будут обустраивать свое будущее в Турции
  • 50% не работают / не находятся в поисках работы
  • 45% подвергались дискриминации со стороны местных жителей
  • 42% ищут незаконные пути попадания в европейские страны
  • 30% работающих сирийских мигрантов трудятся официально
  • 13% сирийцев получили единовременную помощь
  • 6% постоянно получают гуманитарную помощь (в лагерях)
  • труд неофициально работающего сирийца оценивается менее $2 в день (5-7 лир)

 Иван Сапожников

http://newsturk.ru/2017/07/22/52-siriyskih-bezhentsev-ne-pokinut-turtsiyu/

Зоны деэскалации в Сирии блокируют транспортный коридор Тегеран-Бейрут

Вашингтон пытается вывести Тегеран из сирийской игры

9 июля с.г. премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абади прибыл в Мосул, чтобы лично провозгласить освобождение города от террористов. Военная операция, которая началась еще в октябре 2016 года, завершилась победой. Иракская армия, курдские ополченцы и отряды «Аль-Хашд аш-Шааби» выбили из Мосула ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), которая захватила город в июне 2014 года. Заметную роль в этой победе сыграл Иран. По словам президента исламской республики Хасана Рухани, «несмотря на сложное экономического положение и режим санкций, ИРИ помогла иракскому народу».

Командир спецподразделения КСИР «Аль-Кудс» Касем Сулеймани подтвердил активное участие иранских спецслужб в войнах в Сирии и Ираке, отметив незначительную роль международной коалиции в операции по освобождению Мосула. «Особенно я должен поблагодарить «Хезболлу» за их большую роль в Ираке и Сирии», — передает слова генерала агентство Tasnim News.Разгром террористов в Ираке совпал со вступлением в силу договоренности между Россией, США и Иорданией о создании на юго-западе Сирии зоны деэскалации. Режим прекращения огня распространился на три сирийских провинции — Дераа, Эль-Кунейтра и Сувейда.

Есть ли выход из астанинского «тупика»?

4 мая с.г. в Астане Россия, Турция и Иран договорились о создании зон деэскалации в Сирии. Однако дальше слов уйти не удалось. На последней встрече в столице Казахстана из-за позиции Анкары не удалось согласовать границы зон деэскалации. Параллельно с переговорами прорабатывался другой сценарий внедрения этих зон на сирийской территории.

Вконце мая издание Al-Monitor сообщило о тайных переговорах в Иордании представителей России и США. Согласно опубликованной информации, на встрече обсуждалась тема сотрудничества Москвы, Вашингтона, Аммана и Тель-Авива по созданию зоны деэскалации на юге Сирии. Официального подтверждения либо опровержения этой новости не последовало. Но 7 июля, после встречи Владимира Путина и Дональда Трампа, главы внешнеполитических ведомств России и США подтвердили достижение договоренности между США, Россией и Иордании о перемирии на юго-востоке Сирии.

Это решение Москва приняла без своего главного союзника в сирийской войне — Ирана. Тегеран усомнился в искренности намерений США по прекращению гражданской войны в Сирии, которая длится уже седьмой год. «Еще рано говорить об эффективности российско-американских договоренностей о прекращении огня в Сирийской Республике. Соглашение будет продуктивным, если прекращение огня распространится на всю территорию Сирии, включая те районы, о которых речь шла в Астане», — пресс-секретарь МИД ИРИ Бахрам Касеми.Cкептически к российско-американским договоренностям отнеслись и в Тель-Авиве. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил, что возражает против согласованного между США и Россией режима прекращения огня в южной Сирии. По его мнению, это закрепит присутствие Ирана в регионе. «Израиль сохраняет за собой полную свободу действий в Сирии независимо от договоренностей между Путиным и Трампом», — отметил министр обороны Израиля Авигдор Либерман.

Associated Press выпустила подробную статью, в которой трактуется смысл достигнутого на встрече Владимир Путина и Дональда Трампа соглашения. «Перемирие призвано устранить растущие опасения Иордании и Израиля относительно иранских военных амбиций и долговременного военного присутствия сил исламской республики в Сирии», — говорится в материале.

Посол Великобритании в Иордании Эвард Окден в сирийском урегулировании отводит России важную роль. «Очевидно, что русские вынуждены оказать давление на сирийский режим, иранцев и «Хезболлу», чтобы они уважали дух достигнуты договоренностей, а также содействовали созданию зон деэскалации, а не пытались препятствовать этому», — приводит слова дипломата Associated Press. Стратегическую цель соглашения Путина-Трампа иорданский чиновник пояснил следующим образом — «международное сообщество, страны региона и Иордания не потерпят создание транспортного коридора от Тегерана до Бейрута».

Еще одним доказательством несостоятельности астанинского процесса стало подписание соглашения в Каире между представителями министерства обороны России и умеренной оппозицией при посредничестве властей Египта. Удалось договориться о создании зоны деэскалации в Восточной Гуте. По словам секретаря оппозиционного движения «Народная дипломатия» Махмуда Афанди, наблюдение за зоной будут обеспечивать американская и российская сторона без участия Ирана. Подтвердила соглашение и «Джейш аль-Ислам» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), связанная с «Джебхат ан-Нусрой» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Следует напомнить, что в мае 2016 года именно Россия предлагала в ООН признать террористическими группировки «Ахрар аш-Шам» и «Джейш аль-Ислам» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Однако США, Франция и Великобритания заблокировали российскую инициативу.

Решение по границам зон деэскалации в Сирии в двустороннем формате свидетельствует о провале переговоров в Астане. К тому же Москва принимала решения без двух гарантов соглашений — Ирана и Турции.

Точное определение происходящим в Сирии событиям дал обозреватель Al-Monitor Али Хашем. Он назвал борьбу за сирийскую пустыню «войной за сердце Ближнего Востока». Установленные зоны деэскалации на юго-западе Сирии и в Восточной Гуте фактически блокируют возможные попытки Ирана проложить прямой железнодорожный путь к Средиземному морю через Сирию и Ливан. Вдобавок к этому Израиль получает «буферную зону», которая позволяет ему обезопасить свою границу от потенциальной внешней угрозы.

Пока на официальном уровне Тегеран не высказывает негативного отношения к сближению Москвы и Вашингтона на сирийском направлении. Хотя иранские эксперты уже просчитывают возможные шаги, которые должен предпринять Иран в ответ на договоренности России и США. Первым сигналом стала вышедшая на информационно-аналитическом ресурсе экс-главы КСИР Мохсена Резаи Tabnak статья иранского эксперта по Ближнему Востоку Мостафы Наджафи. «Юго-западная часть Сирии — важнейшая территория для Ирана и «Хезболлы». Возможно, именно контроль над этим районом стал главной причиной шестилетнего присутствия иранских сил и «Хезболлы» в Сирии. Поэтому выдавливание Ирана из этой части сирийской территории и маргинализация иранского присутствия может иметь непоправимые последствия», — предупреждает он.

Экс-председатель Совета национальной безопасности Израиля Яков Амидрор подтверждает тезис иранского аналитика. «Стратегическая цель Израиля заключается в том, чтобы не позволить иранцам и «Хезболле» построить пусковые площадки в Сирии. Строительство Ираном на сирийской территории инфраструктуры, которая может быть использована против Израиля, позволит соединить в единый транспортный коридор Иран-Ирак и Сирию, а также дать старт транзиту товаров в Сирию, сделает неизбежной войну между Ираном и Израилем», — цитирует израильского генерала The Washington Examiner.

Подтверждением слов Амидрора стала статья экс-командующего Тихоокеанским флотом США адмирала Джеймса Лайонса, опубликованная в The Washington Times. Американский адмирал говорит о неизбежном поражении «Исламского государства» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Мосуле и Ракке, которое ставит перед США и Израилем новый вызов. «Непосредственной проблемой является стремление Ирана при поддержке России расширить свое влияние за счет укрепления сухопутного моста Иран-Ирак-Сирия к Восточному Средиземноморью. Такой шаг выведет шиитский режим к южному побережью Средиземного моря. Доминирование Тегерана в Багдаде, Бейруте и Дамаске вкупе с политической игрой в Йемене приведет к окружению Аравийского полуострова и станет угрозой для стратегических водных маршрутов, включая Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы», — предупреждает военный.

По мнению Лайонса, главной целью США должно стать предотвращение расширения «шиитского полумесяца». «Фундаментальная стратегия США должна основываться недопущении создания у Ирана возможности проложить шиитский сухопутный мост из Тегерана в Ливан. Поэтому ключевым элементом нашей стратегии должна стать поддержка референдума в Иракском Курдистане, который запланирован на 25 сентября 2017 года. Государственный секретарь Рекс Тиллерсон выступает против него в попытке сохранить Ирак. Но Ирак уже разрушен, как и Сирия. Ни одно из этих двух государств не будет восстановлено в границах начала Первой мировой войны. Ясно, что соглашение 1916 года Сайкса-Пико рухнуло. Наша стратегия должна включать поддержку Сирийского Курдистана, который в конечном итоге может объединиться с Иракским Курдистаном», — предлагает военный.

Дальше своего американского коллеги пошел начальник Генштаба ЦАХАЛа генерал-полковник Гади Айзенкот. 5 июля, выступая в Комитете по иностранным делам и обороне Кнессета, генерал поставил борьбу с Ираном выше, чем уничтожение террористических группировок. «Для безопасности Израиля ограничение иранского влияния и вытеснение Ирана из Сирии важнее, чем уничтожение ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)», — приводит слова военачальника Asr-eIran.

Позиция Израиля в отношении Башара Асада и Ирана, как ни странно, противоречит израильским интересам. В случае падения режима Асада Тель-Авив останется один на один с арабским миром, который может переключится от борьбы с террористическими группировками (которые поддерживаются монархиями Персидского залива) к борьбе с Тель-Авивом.

Чем ответит Тегеран на российско-американский альянс в Сирии? По мнению иранского аналитика Наджафи, в случае достижения стратегических договоренностей между Кремлем и Белым домом, у Ирана остается немного вариантов для маневра.

Поскольку ныне иранское влияние распространяется на юго-западные и северо-западные районы Сирии, создание зон деэскалации вынудит Иран и проиранские силы покинуть эту территорию. Их сменят российские или американские военные. «Ирану следует использовать свои силы для расширения влияния на восток Сирии в район Дейр-эз-Зора, который удерживают боевики «Исламского государства» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В этой операции иранские силы поддержат Силы народной мобилизации, которые могут войти со стороны иракской западной границы. Следует начать крупномасштабную операцию по освобождению Дейр-эз-Зора. Овладение этой провинцией позволит Ирану в разы увеличить политический вес и стратегическое преимущество в Сирии. Кроме того, победа в этом регионе пресечет маргинализацию иранского присутствия в Сирии», — считает эксперт. Вторым шагом он предлагает усиление взаимодействия между двумя акторами астанинского процесса — Ираном и Турцией. И только в последнюю очередь говорит о сохранении и укреплении союза с Москвой.

На деле мы видим, как американцы с помощью Россию решают для себя сразу несколько задач. Во-первых, они планомерно выдавливают Иран из Сирии, попутно укрепляя свои позиции на сирийской земле. Во-вторых, и это главное, зоны деэскалации фактически блокируют потенциальный транспортный коридор Тегеран-Бейрут, тем самым делая для Ирана безальтернативным турецкий маршрут.

Кирилл Джавлах, 25 июля 2017, REGNUM

Источник — regnum.ru

Тайное российско-курдо-сирийское военное сотрудничество в восточной пустыне Сирии

Роберт Фиск | Independent

После стремительного сирийского военного продвижения к подступам осажденной «столицы» ИГИЛ* Ракки русские, сирийская армия и курды из Отрядов народной самообороны (YPG) — теоретически союзники США — создали тайный «координационный» центр в пустыне в восточной части Сирии. Цель — избежать «ошибок» между силами, поддерживаемыми Россией, и частями, получающими американскую поддержку, которые теперь столкнулись лицом к лицу, находясь на противоположных берегах Евфрата, сообщает Роберт Фиск, ближневосточный корреспондент британской газеты Independent.

Подтверждение этому автор нашел в крошечной пустынной деревне рядом с городом Русафа, сидя на полу внутри плохо покрашенного дома в компании полковника российских ВВС в камуфляжной форме, молодого офицера из курдских повстанцев — с нашивкой YPG на рукаве — и группы сирийских офицеров и местных сирийских племенных повстанцев. «Их присутствие ясно показало, что, несмотря на воинственные западные — особенно американские — заявления, что сирийские войска вмешиваются в «союзническую» кампанию против ИГИЛ*, обе стороны, на самом деле, прилагают колоссальные усилия, чтобы избежать конфронтации», — говорится в статье.

Российский полковник Евгений вежливо улыбнулся, но отказался разговаривать с журналистом, однако его более молодой курдский коллега, который попросил Фиска не называть его имени, настаивал на том, что «мы все боремся в рамках одной кампании против ИГИЛ*, и вот почему у нас есть этот центр — чтобы избежать ошибок». Полковник Евгений одобрительно кивал, слушая это пояснение.

Как рассказал изданию 24-летний представитель курдских YPG, более двух недель назад — когда последнее сирийское наступление застало врасплох силы ИГИЛ* западнее Ракки — российский воздушный удар ошибочно попал по курдской позиции. «Вот почему мы создали наш здешний центр 10 дней назад, — передает автор слова повстанца. — Мы разговариваем каждый день, и у нас уже есть другой центр в Африне, чтобы координировать кампанию. Мы должны быть одной силой, которая борется вместе».

Присутствие этих людей в этом удаленном пустынном форпосте показывает, насколько серьезно Москва относится к стратегии сирийской войны и необходимость отслеживать по большей части курдские «Демократические силы Сирии» (SDF), которые уже оказались внутри Ракки при поддержке американских воздушных ударов, комментирует журналист.

«SDF — которые не отличаются ничем демократическим, кроме разве что шкалы окладов — воспринимаются с большой подозрительностью турками, которые будут в ярости, узнав о сирийско-курдском сотрудничестве, хотя и Анкара, и Дамаск яростно противостоят созданию будущего курдского государства, — отмечает также автор. — Но какими бы неустойчивыми ни были новые связи YPG, русских и сирийцев, они показывают, что обе стороны твердо намерены избежать какого-либо военного столкновения между Москвой и Вашингтоном».

*»Исламское государство» (ИГИЛ) — террористическая группировка, запрещенная в РФ.

Источник: Independent

Источник — inopressa.ru

Россия считает свои военные базы в Сирии фактором стабильности на Ближнем Востоке

Раид Джабер (رائد جبر)

Москва объявила о своем намерении укрепить военно-морские и воздушные объекты инфраструктуры в Сирии, чтобы превратить их в базу для долгосрочного присутствия в Сирии. Военные подтвердили, что военно-морское и воздушное присутствие в Сирии «является основой для обеспечения стабильности на Ближнем Востоке».

 

Председатель комитета Государственной думы РФ по обороне Владимир Шаманов объявил, что Москва намерена технически усовершенствовать свою военно-морскую базу в сирийском порту Тартус.

 

Чиновник добавил, что в ближайшее время комитет по обороне проведет голосование по вопросу расширения технических возможностей военной базы для выполнения ею требуемых задач.

 

Он отметил, что эффективность российского оружия получила всемирное признание, то же самое можно сказать об успехе проводимых Москвой гуманитарных операций, которые служат укреплению авторитета России на международном уровне.

 

В начале года Москва опубликовала текст соглашения, подписанного между Москвой и Дамаском, о создании военно-морской военной базы в Сирии. Так, этот документ содержит договоренности об увеличении площади пункта материально-технического обеспечения российского флота в Тартусе, а также о вхождении российских военных кораблей в территориальные и внутренние воды и порты Сирийской Арабской Республики.

 

14 июля Государственная Дума единогласно ратифицировала протокол к соглашению о размещении группы военно-воздушных сил России в Сирии.

 

Заместитель министра обороны России Николай Панков, выступая перед депутатами Госдумы, заявил, что принятие этого документа позволит ВВС России проводить операции в Сирии в более широком масштабе. Также чиновник отметил, что Дамаск уже сообщил Москве, что завершил все подготовительные процедуры, необходимые для вступления протокола в силу.

 

По словам Панкова, реализация данного протокола, который был подписан в Дамаске в январе этого года, требует 20 миллионов рублей в год (3,5 миллиона долларов). Он пояснил, что документ затрагивает вопросы, связанные с размещением группы ВВС России на сирийской территории, выполняемыми ею функциями, а также вопросы касательно движимого и недвижимого имущества.

 

Чиновник рассказал, что протокол, в частности, обрисовывает полномочия российских военных по защите пунктов размещения российской авиации. Что касается внешней и прибрежной охраны российских баз, то она, согласно пунктам протокола, входит в обязанности сирийской стороны, в то время как ответственность за обеспечение внутренней безопасности, наряду с противовоздушной обороной, лежит на российских офицерах.

 

Со своей стороны председатель комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий заявил, что этот документ, будучи «очень важным с точки зрения международного права», также устанавливает правила перемещения бронетехники и других видов оружия, используемых на суше.

 

Чиновник отметил, что долгосрочная военная миссия в Сирии требует создания современной инфраструктуры на российских военных объектах. Это способствует защите российских военных, что является главной целью нового документа.

 

По словам Слуцкого, протокол определяет задачи российских ВВС в Сирии на срок 49 лет с возможностью продления еще на 25 лет. Он добавил: «Учитывая нынешнюю ситуацию с присутствием террористических организаций в Сирии, мы понимаем, что, к сожалению, нам придется остаться в этой стране на продолжительный период времени, и мы по-прежнему будем находиться на передовой фронта борьбы с международным терроризмом в Сирии, чтобы не допустить его распространения на российскую и европейскую территории».

 

В свою очередь, Министерство иностранных дел России объявило, что создание зоны деэскалации в юго-западном регионе Сирии должно стать примером для других регионов: в Идлибе, на севере Хомса и в Восточной Гуте.

 

Так, официальный представитель Министерства иностранных дел Мария Захарова заявила, что ситуация в Сирии остается напряженной, но есть и положительные изменения, которые позволяют надеяться на то, что все идет к долгосрочному политическому урегулированию сирийского конфликта и восстановлению порядка на всей территории страны.

 

В частности, Захарова указала на продолжающиеся столкновения между террористическими группировками в Восточной Гуте и провинции Идлиб.

 

В то же время Захарова вновь раскритиковала «Белые каски», назвав эту организацию псевдогуманитарной и подчеркнув при этом, что в Москве эта организация считается еще одним элементом масштабной информационной кампании по дискредитации правительства Сирии.

 

По словам Захаровой, что в настоящее время нужно приложить все усилия для поддержания процесса стабилизации политической и военной ситуации на сирийской территории и создания условий для обеспечения мира и ликвидации террористической угрозы, исходящей от «Исламского государства» (террористическая организация запрещенная на территории РФ. — прим. ред.), «Тахрир аш-Шам» (террористическая организация запрещенная на территории РФ. — прим. ред.) и других группировок.

 

Кроме того, Москва приветствует заявление спецпосланника ООН по Сирии Стаффана де Мистуры о необходимости установить приоритеты для преодоления сложностей, связанных с урегулированием в Сирии. Источник в министерстве иностранных дел России сообщил «Аль-Хаят», что Москва всегда призывала к формированию четкой повестки дня относительно урегулирования сирийского конфликта, и в этой повестке первое место всегда занимала борьба с терроризмом. Кроме того, источник выразил удовлетворение в связи с тем, что западные партнеры начинают понимать позицию России и склонны ее поддерживать.

 

14 июля по завершении очередного раунда переговоров в Женеве де Мистура заявил, что сирийский кризис является сложным, но чтобы начать борьбу с терроризмом, он должен быть урегулирован, и такой точки зрения придерживаются все заинтересованные стороны.

 

Он выразил уверенность, что «сегодня преобладает политический реализм», указывая на то, что для урегулирования сирийского кризиса стороны должны упростить путь к возможному решению, поскольку ситуация в Сирии крайне сложная, и кажется, что урегулирование не представляется возможным.

 

Спецпосланник ООН заявил, что кризис в Сирии начался с революции, затем он получил региональное измерение, а после перерос в войну между соседями, приняв форму международного конфликта.

 

Он добавил, что для достижения урегулирования сирийского кризиса необходимо преодолеть все сложности, начиная от угрозы, исходящей от терроризма, который, в свою очередь, подпитывается конфликтом.

 

Наконец, де Мистура подчеркнул, что если политическое урегулирование не будет достигнуто, так называемое «Исламское государство», ставшее «опасным паразитом», будет появляться в других местах и под другими названиями, по примеру того, что произошло в Ираке.

http://inosmi.ru/military/20170724/239882103.html