Демонизируя Иран, США подрывают безопасность Ближнего Востока

Системное воздействие США на ситуацию на Ближнем Востоке обернулось ростом конфликтного потенциала во многих странах. В регионе отмечаются ослабление и разрушение государственности, углубление межконфессиональной, межэтнической, межклановой вражды, милитаризация отдельных государств, изменение традиционного баланса сил и формирование новых альянсов. В первый год президентства Д. Трампа его администрация действует исходя из тезиса, что нестабильность в регионе является результатом роста влияния Тегерана. На Мюнхенской конференции по безопасности Иран в очередной раз оказался в центре внимания.

Советник по национальной безопасности президента Д. Трампа США Герберт Макмастер в своем выступлении заявил, что «настало время… действовать против Ирана». Там же, в Мюнхене, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху назвал Иран «самой большой угрозой во всем мире». Обращаясь к присутствовавшему при его выступлении иранскому министру иностранных дел Джаваду Зарифу, израильский премьер предупредил: «Мы будем действовать в случае необходимости не только против посредников Ирана, но и против самого Ирана». США и Израиль снова акцентируют внимание международного сообщества на возможности войны с Исламской Республикой.

Дж. Зариф вышел на трибуну через несколько часов после выступления Нетаньяху. Не упомянув израильского лидера по имени, он сказал, что сегодня собравшиеся стали свидетелями «мультяшного цирка», а претензии израильского премьера назвал «недостойными ответа». Глава внешнеполитического ведомства ИРИ уклонился от дискуссии вокруг израильских обвинений и представил иранские предложения по созданию новой архитектуры региональной безопасности на Ближнем Востоке. Он призвал отказаться от концепции коллективной безопасности с акцентом на создание враждебных альянсов и перейти к инклюзивным концепциям, таким как использование «сетей обеспечения безопасности». Как пояснил Дж. Зариф, сеть обеспечения безопасности – это игра с нулевой суммой, основанная на том, что безопасность неделима, в отличие от концепции альянсов и военных блоков, которые уповают на безопасность одних за счет отсутствия безопасности других.

Иран предлагает применить на Ближнем Востоке опыт решения проблем европейской безопасности на основе Хельсинского процесса времен холодной войны. Акцент должен быть сделан на соблюдении всеми государствами региона и внешними игроками стандартов, закрепленных в Уставе ООН. Речь идет о признании суверенного равенства государств, отказе от угрозы силой или ее применения, стремлении к мирному разрешению конфликтов, уважении территориальной целостности и неприкосновенности границ, невмешательстве во внутренние дела государств.

Прозвучали у Дж. Зарифа и предложения по укреплению доверия в Персидском заливе. Иран предлагает перейти к предварительному уведомлению о военных учениях, принять меры по обеспечению прозрачности при закупках вооружений в целях сокращения военных расходов, создать совместные группы по вопросам безопасности – от нераспространения ядерного оружия до борьбы со стихийными бедствиями. Тегеран готов к заключению регионального пакта о ненападении. При этом Иран настаивает на выводе американских войск из государств Залива.

В настоящее время Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), в который входят шесть государств (Бахрейн, Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты, Оман и Саудовская Аравия), остается главной опорой в реализации региональной стратегии США. Иран и Ирак в эту региональную организацию не входят несмотря на то, что являются прибрежными государствами Залива. Отсюда иранская позиция, состоящая в том, что ССАГПЗ не может быть площадкой для полноценного регионального диалога по проблемам безопасности. ССАГПЗ в его нынешнем виде фактически представляет собой военный альянс во главе с Соединенными Штатами, направленный против Ирана.

Тезис американской администрации о дестабилизирующем влиянии Тегерана на Ближнем Востоке формирует ложную картину региональной обстановки. На это указывает, в частности, недавняя статья в Foreign Affairs: нестабильность на Ближнем Востоке не связана с амбициями Тегерана, она является результатом вторжения США в Ирак в 2003 году, которое разрушило баланс сил между арабскими государствами и Ираном, вытеснив Саддама Хусейна и позволив распространить в регионе хаос. Автор статьи Вали Наср пишет, что Иран настойчиво преследовал свои национальные интересы, добиваясь влияния, но не пытаясь распространять исламский фундаментализм. Больше того, Тегеран оказался на переднем крае борьбы с суннитскими террористическими группами, такими как «Исламское государство» [организация запрещена в России. – Ред.]. Тем не менее президент Д. Трамп называет Иран «ведущим государственным спонсором терроризма в мире».

О том же пишет и известный ближневосточный обозреватель Фарид Закария, который отмечает, что администрация Д. Трампа ошибочно исходит из стремления «удвоить антииранский запал» в целях укрепления союзнических отношений с Израилем и Саудовской Аравией. При этом, по мнению Фарида Закарии, США и Израиль, будучи в арабском мире аутсайдерами, в основном полагаются на воздушные удары, тогда как у Ирана в этом мире есть сильные местные союзники в Ираке, Сирии, Йемене. Саудовская Аравия в этой геополитической игре затерялась. В Сирии сегодня решающая роль принадлежит неарабским силам – русским, иранцам, туркам, американцам и израильтянам, которые и будут формировать конфигурацию арабского мира, прогнозирует Ф. Закария.

Упоминание Израиля в числе новых активных участников боевых действий в Сирии не случайно. Израильские ВВС впервые с 2011 года начали нанесение ударов по сирийским объектам, в последнем воздушном рейде участвовали восемь истребителей-бомбардировщиков F-16, один из которых был сбит. Дэвид Иври, бывший глава израильских ВВС, признал, что это первая потеря израильской авиации с тех пор, как она начала в 1980-х годах использовать эти самолеты. Пол Р. Пиллар, эксперт Центра исследований безопасности Джорджтаунского университета, назвал удары израильских ВВС по Сирии началом новой войны между Израилем и его соседями. По его мнению, эта война будет связана с ливанской «Хезболлой», хотя ни Иран, ни сама группировка не ищут вооруженного столкновения с еврейским государством. В стремлении противостоять Тегерану в Сирии Вашингтон и Тель-Авив создали опасность открытия в сирийской войне еще одного фронта.

К союзу с Израилем администрация Д. Трампа подталкивает и Саудовскую Аравию. В мае прошлого года США подписали контракты на поставки вооружений Эр-Рияду стоимостью 350 млрд. долларов в течение 10 лет, соглашения на сумму 110 млрд. долларов вступили в силу немедленно. В частности, США продадут саудовцам 150 вертолетов Black Hawk на сумму 6 млрд. долларов, а также поставят противоракетные комплексы Patriot и THAAD. По словам госсекретаря США Рекса Тиллерсона, эта сделка направлена на то, чтобы воспрепятствовать «злокачественному влиянию Ирана и угрозам со стороны Ирана, существующим на границах Саудовской Аравии».

19 февраля министр иностранных дел России Сергей Лавров, выступая на открытии конференции «Россия на Ближнем Востоке: игра на всех полях» международного дискуссионного клуба «Валдай», призвал США «не играть с огнем и выверять все свои шаги». Это было сказано в отношении американских действий в Сирии, которую администрация Д. Трампа, с одной стороны, превращает в арену борьбы с Ираном, а с другой – пытается противодействовать там росту влияния России.

Николай БОБКИН | 19.02.2018

Источник — Фонд Стратегической Культуры

Конфликт Ирана и Израиля ставит под удар американские базы

Тегеран грозит Вашингтону ракетной атакой

Израиль и Иран, которые недавно оказались на грани полномасштабной военной конфронтации в Сирии, продолжают обмен угрозами. Еврейское государство обещает, что будет и впредь жестко отвечать на действия внешних игроков в соседней стране, которые, по его мнению, могут нанести ущерб национальной безопасности. В Иране и вовсе грозят уничтожить все военные базы на Ближнем Востоке главного союзника Израиля – США.

«Мы будем реагировать на любую провокацию, продолжим защищать наши жизненно важные интересы, – заявил глава израильского Министерства обороны Авигдор Либерман. – Мы ведем себя решительно и ответственно, нет никаких ограничений, да мы и не приемлем никаких ограничений». Относительно военного инцидента, произошедшего в минувшие выходные с участием израильской, сирийской и иранской сторон, глава оборонного ведомства заметил: «Перефразируя известную поговорку, можно сказать: настало время не лаять, а кусать. Мы будем кусаться сильно, хотя, я надеюсь, нам не придется этого делать».

Отвечая на вопрос, что может стать «красной линией» для Израиля в вопросе иранского влияния в Сирии, израильский посол в РФ Гарри Корен заявил Интерфаксу: «Иранский режим вместе со своими союзниками вооружен до зубов, и если эта сторона говорит о новых военных планах против нас, то у нас нет выхода, кроме как пресечь эти планы. Каким образом? Мы готовы к самым экстремальным мерам, если понадобится. Но мы надеемся, что такой необходимости не возникнет».

В том, что Соединенные Штаты готовы поддержать Израиль, сомневаться не приходится. Представленный накануне проект бюджета Государственного департамента США на 2019 финансовый год свидетельствует, что еврейское государство должно остаться крупнейшим получателем американской военной помощи в ближайшей перспективе, по мнению Белого дома. На эту статью расходов действующая американская администрация запрашивает у Конгресса около 3,3 млрд долл. Приоритетом при этом в проекте бюджета обозначено строительство американского посольства в Иерусалиме. Ранее президент США Дональд Трамп признал древний город столицей Израиля, чем вызвал бурю негодования в мусульманском мире – даже со стороны государств, которых связывали с Вашингтоном партнерские отношения.

На фоне военной эскалации иранская сторона также заняла жесткую позицию по отношению к Израилю и его главному союзнику – США. Командующий иранской армией генерал Абдель Рахим Мусави заявил, что Исламская Республика не нуждается в советах американского руководства, которые касаются вопросов национальной безопасности. «Сегодня уже никто в мире не сомневается в том, что США – короли воров. Мы сделаем стены своего дома еще выше, чтобы вор не смог в него проникнуть», – пообещал военачальник. «Иран продолжит укреплять свою военную мощь и не будет спрашивать на это разрешения», – подчеркнул Мусави.

Заместитель главы Корпуса стражей исламской революции генерал Хоссейн Салами сделал более грозное заявление. Он напомнил, что все американские базы в регионе Ближнего Востока находятся в зоне досягаемости иранских ракет, и Исламская Республика может применить силу в том случае, если возникнет необходимость. «Например, у США есть военная база, которая находится в Бахрейне, – заявил «НГ» замдиректора Института стран СНГ, военный эксперт Владимир Евсеев. – Конечно, Иран ее может достать. Или он может достать ту базу, которая находится в Катаре. Дальность стрельбы иранских ракет – это, конечно, зависит от их типа – составляет от 1,5 до 2 тыс. км. Ее хватает до Израиля, если стрелять с правильных территорий. Поэтому такая дальность позволяет наносить удары по всему Персидскому заливу, по базам США в Ираке и даже по американским военным базам в Сирии. Нетрудно догадаться, что простреливается ракетами весь Афганистан. Как правило, у иранцев ракеты мобильного типа базирования. Им может иногда требоваться перебазирование. Иными словами, такая возможность есть. Другой вопрос – насколько иранцы смогут доставить заряд в условиях наличия систем ПВО. Реализовать возможность удара в условиях, когда осуществляется противодействие, трудно. Противодействие может быть разного рода – оно может проявляться как в нанесении ударов по ракетам, которые готовятся к старту, так и в их перехвате».

Напомним, что в минувшие выходные израильские военные сообщили о ликвидации вторгшегося со стороны Сирии беспилотного летательного аппарата, который, как отмечалось, принадлежал иранской стороне. Ответом Военно-воздушных сил Израиля стал удар по военным объектам в Сирии, которые предположительно принадлежали Исламской Республике. Так, был уничтожен сам пункт контроля беспилотника. Вслед за ударом еврейского государства атака последовала со стороны сирийских ПВО: обстрелу подвергся израильский истребитель F-16. Самолет был уничтожен. В результате чего Военно-воздушные силы Израиля ударили еще по 12 объектам в Сирии.

13.02.2018
Игорь Субботин

Источник — ng.ru

Тылы «Хезболлы». Иран приближается к границам США

Проблемы безопасности в ключевых странах Ближнего Востока нарастают, несмотря на снижение до минимума угрозы со стороны «Исламского государства» (запрещенного в РФ) благодаря действиям ВКС России и их союзников в САР и возглавляемой США коалиции в Ираке. Напряженная ситуация сохраняется в Ливии, Йемене, Афганистане, Сомали и в АРЕ, Сирии и Ираке.

Нарастает противостояние Ирана и Израиля, КСА и США, в том числе в Латинской Америке, где действуют местные ячейки «Хезболлы». Настоящая статья подготовлена на основе материалов эксперта ИБВ Ю. Щегловина.

Силовая ротация

Неожиданное увольнение главы Управления общей разведки (Мухабарата) АРЕ Х. Фаузи в середине января и замена его генералом А. Камелем символизирует окончание борьбы египетских военных и глав спецслужб. Фаузи уволили по ряду причин, но отметим главную. Согласно секретному докладу посольской резидентуры ОАЭ в Каире смещение главы УОР – результат коллективной петиции президенту А. Ф. ас-Сиси главы его личной канцелярии генерала А. Камеля, министров обороны и внутренних дел С. Субхи и М. Абдель Гаффара. Суть высказанных обвинений – неспособность руководителя УОР справиться с террором на Синае.

» Операция «Синай-2018″ проводится не для искоренения терроризма, а ради демонстрации эффективности египетского руководства »

В обращении говорилось: отсутствие надлежащего уровня координации привело к резонансному теракту в мечети на Северном Синае, где погибли 305 человек. Более всего генералов обидело, что обстреляли вертолет, на котором в аэропорт «Эль-Ариша» 19 декабря 2017 года прилетели Субхи и Гаффар. Они, «между строк», обвинили бывшего коллегу в организации покушения на них через агентуру среди синайских бедуинов.

За две недели до этого Фаузи направил президенту рапорт, в котором обвинил Субхи в том, что подчиненные тому сотрудники службы военной безопасности вмешиваются в его сферу компетенции при организации борьбы с террористами на Синае и в крупных городах. Последней каплей для ас-Сиси стала информация в «Нью-Йорк таймс» о том, что ряд высокопоставленных офицеров Мухабарата в частных беседах поддерживали решение Д. Трампа о переносе посольства США в Иерусалим. Тогда египетские власти объявили о расследовании и об отсутствии подтверждения этого. На деле же указанные американским изданием факты оказались достоверными, что дало повод египетскому президенту обвинить Фаузи в том, что он плохо контролирует сотрудников.

Ас-Сиси заподозрил главу Мухабарата в организации компрометирующей комбинации накануне выборов. Этим воспользовался Камель, в последнее время значительно усиливший позиции во властной иерархии. Сначала он как глава канцелярии президента подмял под себя весь комплекс неформальной дипломатии договоренностей по деликатным вопросам с зарубежными партнерами. В частности, он несколько раз в 2017 году совершал вояжи в Рим на переговоры с итальянскими коллегами о ливийском досье. Затем на фоне борьбы между основными силовиками убедил ас-Сиси создать надзорное суперведомство, которое контролировало бы и Мухабарат, и армию. В августе 2017-го была создана National Security Organisation, подчиненная напрямую президенту. Теперь он стал еще и главой Мухабарата. При этом, по мнению экспертов из ОАЭ, успокаиваться министрам обороны и внутренних дел рано. Скорее всего следующими в ходе ротации в иерархии спецслужб будут они. Сейчас обсуждается назначение главой военного ведомства двоюродного брата президента, начальника Генштаба М. Хегази.

Что до Гаффара, того давно обвиняют в некомпетентности. Так, резидентура ЦРУ США в Каире несколько раз жаловалась президенту на блокирование министром внутренних дел их инициатив и замораживание каналов обмена информацией. Организованные Гаффаром постоянные проверки личного состава на предмет инфильтрации сторонников «Братьев-мусульман» сорвали деятельность МВД в борьбе с террором.

Наметилась активизация франко-египетского сотрудничества в сфере безопасности. Глава французской DGSE Б. Эми 22 января посетил Каир, где встречался с Камелем. Обсуждались положение в Ливии и интенсификация сотрудничества там между французами и египтянами с подключением эмиратовцев в поддержке Х. Хафтара на юге страны и борьбе с исламистами в Дерне. В том числе направлением в Ливию по линии французской DRM (Direction du Renseignement Militaire) спецназа и вертолетного крыла. Обсуждалось также увеличение поставок военной техники и аппаратуры для перехвата и мониторинга радиоэфира фирмы Nexa Technologies. По оценке, данной в ОАЭ, Франция готовит условия для превращения в основного партнера АРЕ в ВТС на фоне остановки прямой военной помощи Каиру американцами

Антитеррор в песках Синая

Евгений Сатановский

Начавшаяся в АРЕ всеобъемлющая операция «Синай-2018» проводится на севере и в центре Синая, в дельте Нила и в пустыне на западе страны «с целью уничтожения очагов терроризма и криминальных банд». В ней участвуют полевые армейские подразделения, полицейские, пограничники, ВВС и ВМС. Мобилизовано максимум сил и средств, включая подразделение Unit 888, которое до сего времени в операциях против террористов не использовали, поскольку оно предназначено для диверсий в тылу врага. От прошедших ранее мероприятий это отличается тем, что зачистка экстремистов проводится одновременно в нескольких стратегических регионах, где укрываются боевики: в первую очередь на Синае и на пустынных территориях центральной части страны.

Хотя операции будут в значительной степени сосредоточены на Синайском полуострове, заявленная цель состоит в том, чтобы искоренить террористические опорные пункты по всему Египту, прежде всего в Западной пустыне (где силовикам противостоят джихадистские группировки, связанные, по официальной версии, с «Аль-Каидой») и в дельте Нила (там действует «Хасм»). На деле идет борьба с одним и тем же противником, пусть в разных ипостасях. У этих групп один источник поддержки – прокатарское подполье «Братьев-мусульман». «Хасм» создали для городской герильи, а бандгруппы в Западной пустыне и на Синае – для сельской. Это классическая тактика катарцев по «разделению труда». «Братья-мусульмане» как структура и политическая партия выводятся в мирные форматы протестов, что позволяет сохранить их в международном правовом поле, а террор отдают специально созданным салафитским группам типа «Бейт Ансар аль-Макдис» или «Хасм».

В конце ноября 2017-го президент АРЕ после крупнейшего теракта в суфийской мечети на Северном Синае дал силовикам три месяца для восстановления безопасности в регионе. Срок истекает к марту, за три недели до президентских выборов. Военный успех операции важен для ас-Сиси, поскольку вопрос безопасности наряду с экономикой для него ключевой. Отсюда выбор в пользу этой операции, судя по масштабам освещения в СМИ проводимой не с целью искоренения терроризма, а ради демонстрации эффективности руководства. Одновременно предпринимается попытка минимизировать возможные теракты в период голосования. Политическая сфера на выборах президентом Египта зачищена, пришла очередь безопасности.

Подкрепление для Африна

В конце января оппозиционная коалиция «Силы демократической Сирии» (СДС), которую поддерживают США, заявила о намерении направить подкрепление в Африн, где действует турецкая армия. Туда прибыли порядка двух тысяч бойцов из Манбиджа и Хасеке через подконтрольную сирийским правительственным силам территорию. Колонна прошла организованно, не боясь налетов авиации турок. Часть курдских отрядов представляют Рабочую партию Курдистана и прибыли из иракского Синджара. Анкара несколько раз в 2017 году шантажировала Багдад угрозой проведения операции в этом районе, но Иран взял его под опеку. Решение об этом принимал лично командующий спецподразделением «Кудс» иранского КСИР К. Сулеймани. Тогда для предотвращения турецкой агрессии в Синджар вошли отряды шиитской иракской милиции «Аль-Хашд аш-Шааби» и курдов-езидов.

Эксперты полагают, что переброска подкрепления в Африн стала совместной операцией Ирана, РФ и САР как ответ Анкаре на сбитый российский самолет. Это подтверждается тем, что по линии соприкосновения сирийских правительственных сил с административной границей кантона Африн после гибели штурмовика Су-25 было дислоцировано несколько групп ПВО на базе «Панцирей», что свело к нулю рейды турецкой авиации в Африне. Турецкие ВВС испытывают дефицит боеприпасов и топлива, так что дополнительное давление в виде размещения «сирийских ПВО» сработало: турки боятся ответа в отношении своей авиации. Причем не сколько со стороны сирийцев, сколько от ПЗРК курдов.

Насколько можно судить, Анкара сигнал услышала: отсюда затишье в боевой активности, усиление антиамериканской риторики и заявление о том, что турки пойдут на Идлиб. Кульминацией «борьбы нервов» станет очередной раунд переговоров в Астане. Каким там будет представительство протурецких делегатов и какие последуют итоги – продемонстрирует, готовы ли турки начать искоренение «Джебхат ан-Нусры» в Идлибе и влиять в нужном ключе на подконтрольные им группы. Другими словами, закончилось ли противостояние между Анкарой и Тегераном и Дамаском, проявившееся после начала наступления армии САР и ВКС РФ в Идлибе и Восточной Гуте.

Кровь иракской войны

ВС Ирака начали наведение порядка на севере страны. Идет зачистка нефтеносных районов близ города Туз-Хурмату в провинции Салах-эд-Дин. Руководство Ирака ведет подготовку перед началом транспортировки сырья из провинции Киркук на НПЗ в иранский Керманшах.

По данным шиитского ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби», в северных иракских провинциях могут скрываться от 200 до 500 боевиков ИГ и «Ар-Райят аль-Бейда» («Белые знамена»). Операция проходит при участии авиакрыла и восьми бригад из бойцов «Аль-Хашд аш-Шааби», иракской армии и спецназа федеральной полиции. Иракским федералам удалось установить контроль над пятью нефтяными скважинами и обезвредить несколько десятков СВУ.

Группировка «Белые знамена» появилась в конце 2017 года и очень усилилась именно в районе Туз-Хурмату. После неудачного референдума в Иракском Курдистане, последовавшей за этим зачистки Киркука и ухода оттуда курдских пешмерга образовался вакуум власти. Этим воспользовались местные элементы, не примыкавшие на тот момент ни к одной из сил или дезертировавшие из иракской армии, ИГ и пешмерга. На территории Киркука всегда проживало множество суннитов, шиитов и курдов, и создание «Белых знамен» стало инициативой местного арабско-суннитского и курдского сообществ в попытке воспользоваться ситуацией и обогатиться в том числе рэкетом операторов нефтяных скважин. Кроме них образовалось несколько подобных банд. Пришла пора нейтрализовать эту вольницу. «Белые знамена» выдвигаются в сообщениях на первый план из-за их численности в 500–600 бойцов.

Интерес иракских федералов к этой банде связан с ее агрессивностью: с начала года группа ответственна за большинство случаев мародерства, грабежей, нападений на грузовые автокараваны и киднеппинга для получения выкупа. Она не имеет отношения ни к одному из существующих в Сирии и Ираке центров силы. Активность федерального центра в Киркуке обусловлена необходимостью обеспечить стабильность, бесперебойность нефтедобычи и экспорта углеводородов. «Белые знамена» стали угрожать нефтяной инфраструктуре, поэтому в Багдаде и Тегеране подписали им приговор. Без «нефтяного фактора» эта и другие банды могли бы действовать еще долго.

Нефтяные ресурсы полей Восточного Туз-Хурмату обрели стратегическое значение. С закрытием экспортного нефтепровода в Турцию и консультациями между Багдадом и Эрбилем о совместном использовании инфраструктуры для экспорта нефти в Киркуке федеральное иракское правительство пошло на подписание однолетнего соглашения с Ираном о нефтяных свопах. Ирак планирует доставить от 30 тысяч до 60 тысяч баррелей в день из Киркука в иранский Керманшах в автоцистернах. Но каждая может перевозить от 150 до 300 баррелей. Если Ирак достигнет половины показателя добычи в 30 тысяч баррелей в сутки, то придется отправлять от 75 до 100 караванов каждый день. Присутствие на их маршрутах неуправляемых банд увеличивало издержки и риски срыва поставок. Отсюда решимость Багдада и Тегерана навести порядок.

В планах Багдада – серьезно нарастить добычу и переработку нефти в этом районе. Миннефти Ирака заключило соглашение с местной компанией о строительстве НПЗ в провинции Киркук стоимостью 500 миллионов долларов. Согласно договоренности его мощность составит 70 тысяч баррелей в сутки. Обсуждаются с Ираном и планы строительства трубопровода. Нефтяные залежи в Киркуке считаются одними из крупнейших в мире и оцениваются приблизительно в 13 миллиардов баррелей или порядка 12 процентов общего объема запасов нефти в Ираке. Ранее специалисты Миннефти Ирака говорили о планах нарастить объем производства в Киркуке до миллиона баррелей в сутки.

Ливанцы надевают сомбреро

Латинская Америка, казалось бы, не имеет отношения к Ближнему Востоку. На фоне введения США дополнительных санкций против КСИР и связанных с ним структур американские эксперты проанализировали вероятность атаки «стражей» и спящих ячеек «Хезболлы» с южноамериканского направления. Там с начала 80-х годов тыловая база операций ливанской «Хезболлы». За это время создана разветвленная сеть финансовой и материально-технической поддержки, которую использовали для организации терактов в Аргентине в 90-е. В теракте 1992 года против израильского посольства в Буэнос-Айресе погибли 29 человек и 242 получили ранения. При взрыве в 1994-м в здании Ассоциации еврейской общины Аргентины в Буэнос-Айресе погибли 85 и ранены более 300 человек. С тех пор «Хезболла» отошла от террористической деятельности и сконцентрировалась на установлении контроля над местным и международным криминалом. Организация активно вовлечена в оборот наркотиков, главным образом кокаина и героина. До недавнего времени это касалось ливанской долины Бекаа, крупного центра выращивания мака, марихуаны, а также производства героина из сырья, поступающего из Афганистана и «Золотого треугольника» ЮВА, что приносит миллиард долларов в год. Большая часть гашиша и героина из долины Бекаа прибывает в Европу, где «Хезболла» создала сеть контрабанды, угона автомобилей и торговли контрафактом. С недавних пор аналогичная деятельность ведется и в Америке. Сегодня ячейки «Хезболлы» присутствуют в приграничье Парагвая, Аргентины и Бразилии, где зарабатывают десятки миллионов долларов в год на легальной и незаконной коммерческой деятельности, в основном торговле контрафактом. Появились данные о кооперации оперативников «Хезболлы» и латиноамериканских наркокартелей при контрабанде кокаина в Европу. Отмечено появление шиитских молельных центров в Перу. Власти Венесуэлы поддерживают с руководством «Хезболлы» официальные отношения. Деятельности США по выявлению и нейтрализации ячеек организации в Латинской Америки препятствует то, что ни одна страна континента не признает ее террористической.

В последние годы «Хезболла» активизировалась в Центральной Америке и Мексике. При этом мексиканские власти не обладают контрразведывательным потенциалом для работы в этом направлении да и не считают такое противодействие приоритетом правоохранительной системы. Ливанцы легко адаптируются в Мексике, женятся на местных и принимают испанские имена. В стране большая и влиятельная ливанская община христиан-маронитов, но и шииты здесь за последние десятилетия усилили присутствие и влияние. Они составляют примерно половину от всей численности ливанской диаспоры в Мексике. «Хезболла» и иранцы основали несколько исламских центров в мексиканских городах Торреон, Чихуахуа и Монтеррей, молельни в приграничных с США районах и по ту сторону границы. По данным американских экспертов, эта сеть используется для координации трансграничной деятельности контрабандистов и боевиков.

Американцы указывают, что служащие таможенных и пограничных органов США не в состоянии идентифицировать и отличить этнического ливанца от мексиканца, что облегчает приезжим инфильтрацию на американскую территорию. Хотя шиитская община в Мексике малочисленна, географическое положение этой страны и либеральный погранрежим делают ее одной из главных площадок для оседания оперативников «Хезболлы» и организации там «спящих ячеек». КСИР и «Хезболла» периодически демонстрируют организацию наблюдения за целями США в странах Южной Америки. Они показывают американцам свои возможности при совершении терактов в случае необходимости, но до самих терактов дело может дойти только при прямом военном конфликте США и Ирана.

Евгений Сатановский,
президент Института Ближнего Востока

№ 6 (719) за 13 февраля 2018

Источник — vpk-news.ru

Насколько силен в Иране блок Лариджани?

Публикация судебных решений на страницах передовых изданий Ирана не является чем-либо новым. Однако на текущей неделе тема судебной системы превратилось в одну из основных тем обсуждений в Иране, что во многом связано с действиями руководящих лиц высших судебных инстанций страны.

Четыре брата Садыка Лариджани – нынешней главы судебной системы Ирана занимают важные посты. Один из них – Али Ардашир Лариджани, бывший секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана, действующий спикер парламента Ирана.

Второй брат – Джавад Лариджани, бывший заместитель министра иностранных дел, и нынешний глава Комиссии Ирана по правам человека. Еще один брат – Фазыл Лариджани, бывший дипломат, ныне работает в Свободном исламском университете и состоит в Высшем совете культурной революции Ирана. Наконец, четвертый брат — Бакыр Лариджани ранее работал ректором Тегеранского медицинского университета, а сейчас является заместителем министра здравоохранения.

За последние несколько месяцев сторонники бывшего президента Махмуда Ахмадинежада объявили негласную войну против блока Лариджани.

Ахмединежад на всех форумах и заседаниях выступал с открытыми нападками в адрес Садыка Лариджани.

По мнению экспертов, Ахмадинежад не смог бы действовать подобным образом, если бы у Лариджани был малейший шанс претендовать в будущем на пост верховного лидера Ирана. Иными словами, бывшему президенту попросту не разрешили бы нанести вред тень «священности» будущего лидера страны.

Кроме того, в последние месяцы в СМИ просочились новости о том, что в распоряжении Садыка Лариджани имеются 63 банковских счета, куда из иранских судебных фондов могли бы перечислить миллиарды иранских риалов. Кроме того, его дочь — Захру Лариджани обвинили в шпионаже в пользу британцев, однако детали обвинения обнародованы не были.

Если собрать пазл, можно предполагать, что эти действия являются частью плана по ухудшению имиджа человека, который горит желанием стать следующим лидером Ирана и выполняются с согласием Корпуса стражей исламской революции.

По этой причине, с большой вероятностью можно предполагать, что блок Лариджани останется на плаву только в период Хаменеи и о нем забудут после смерти нынешнего духовного лидера.

[Селим Джалал, исследователь в области внешней и внутренней политики Ирана]

http://aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D0%BC%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-c%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D1%8C-%D1%81%D0%B8%D0%BB%D0%B5%D0%BD-%D0%B2-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B5-%D0%B1%D0%BB%D0%BE%D0%BA-%D0%BB%D0%B0%D1%80%D0%B8%D0%B4%D0%B6%D0%B0%D0%BD%D0%B8/1056939

Радикализм порождает терроризм

Потерпев поражение в открытом бою, джихадисты сделали упор в действиях на акты устрашения

После разгрома, нанесенного «Исламскому государству» (ИГ, террористическая организация, запрещена в РФ) в Сирии и Ираке, боевики этой группировки все активнее переносят свои действия на Европейский континент. Эксперты по международному терроризму считают, что оставшиеся в живых лидеры ИГ и других экстремистских группировок будут пытаться организовывать проведение террористических актов в европейских столицах, крупных городах и на туристических объектах. Не исключены теракты также на Американском и Австралийском континентах.

ТЕНДЕНЦИЯ ОПТИМИЗМА НЕ ВЫЗЫВАЕТ

В 2016 году ИГ, утратив около 75% территории в Ираке и примерно 60% в Сирии, осуществила 1400 терактов. Количество убитых и раненых, определенное военными экспертами в том году в 7 тыс. пострадавших, на 20% превысило жертвы предыдущего года. По предварительным подсчетам, в 2017 году количество пострадавших от рук боевиков этой организации было больше предыдущего. Точные данные пока не приводятся, но тенденция оптимизма не прибавляет.

Авторитетный эксперт Эрин Миллер из Международного центра по исследованию проблем терроризма при Мэрилендском университете (США) прогнозирует интенсификацию экстремистского насилия в ближайшее время.

По ее мнению, такое развитие событий связано как с разгромом ИГ на полях сражений в Ближневосточном регионе, так и с той поддержкой, которую отдельные представители мусульманских общин в Европе, Америке и Австралии готовы оказать террористам.

Действительно, как отмечает современный американский исследователь Акбар Ахмед, «кроме ислама, нет ни одной мировой религии, последователи которой в таком значительном количестве попадали бы в инокультурную социальную среду в качестве чужеродных меньшинств». По его мнению, сегодня мусульманские меньшинства «переживают самые болезненные формы социально-политической трансформации, утраты, ломки и борьбы за сохранение собственной идентичности». С такой оценкой ситуации согласна Юлия Сергеевна Нетесова, которая в диссертации «Исламистский терроризм в странах Европейского союза» на соискание степени кандидата политических наук (Москва; МГИМО, 2012 год), указывает следующее: «Появление феномена исламистского терроризма в странах Европы тесно связано с миграционными и интеграционными процессами второй половины ХХ века, которые заложили предпосылки для возникновения прослойки европейских «джихадистов». В Европе сформировалась среда, в рамках которой группы населения, исповедующие ислам, испытывают чувство лишения, отторжения и несправедливости, в том числе по отношению к остальному обществу».

В таком же смысле высказываются Баши Курайши, генеральный секретарь «Европейской мусульманской инициативы социальной сплоченности», и Жоселин Сесари, профессор политологии и научный сотрудник Национального центра научных исследований в Париже. По мнению Курайши, маргинальное положение европейского мусульманского сообщества «обусловлено тем фактом, что в основной массе представители этого сообщества являются иммигрантами». Действительно, примерно половина всех европейских мусульман рождены за пределами Европы. Но ведь другая половина – уроженцы тех европейских стран, в которые переехали их родители, бабушки, дедушки, а в ряде случаев и более дальние предки. Поэтому трудно не принять точку зрения профессора Сесари, объясняющей маргинальное положение большинства европейских мусульман в социально-экономическом отношении их нежеланием становиться европейцами в цивилизационном смысле. Иначе говоря, далеко не все представители эмигрировавших мусульман и их потомки, проживая в странах с доминирующей христианской культурой, готовы принять образ поведения и систему ценностей большинства жителей этих стран. Именно поэтому мусульманские общины в немусульманских странах демонстрируют весьма сложную адаптацию в обществах современного социального, культурного и политического типа. Растерявшиеся и ощущающие себя потерянными на протяжении нескольких поколений в немусульманском окружении эмигранты, прежде всего из арабских стран, нередко становятся легкой добычей экстремистских «зазывал» на «шахидство».

В районе Киркука курдские ополченцы захватили в плен множество террористов. Фото Reuters
В районе Киркука курдские ополченцы захватили в плен множество террористов. Фото Reuters

Однако следует указать и на исключения. В таких республиках, как Татарстан и Башкортостан (автономии в составе Российской Федерации) со значительным мусульманским населением, а в ряде районов – с его большинством, проблема адаптации никогда не стояла, ибо цивилизационный мейнстрим там традиционно высок и, по существу, не отличается от среднего по стране. Что касается республик Кавказа, то, думается, прав Денис Афизулаевич Курайши, который в своей диссертации на соискание степени кандидата политических наук «Исламский фактор в политическом процессе современной России» (МГУ им. Ломоносова) пишет: «Роль ислама в общественно-политической жизни республик Северного Кавказа с каждым годом усиливается – соответственно увеличивается политическое влияние традиционных исламских институтов. Вместе с тем необходимо констатировать, что ислам не стал консолидирующим мотивом для населения Северного Кавказа. Доминирующим в этом регионе по-прежнему остаются факторы этнической и общинной принадлежности».

ПРИЗЫВ «ОДИНОКИХ ВОЛКОВ»

Обозреватель газеты Jerusalem Post Йона Джереми Боб пишет в статье «Новая тактика «Исламского государства»: «В настоящее время ИГ ведет кампанию по мобилизации и обучению террористов-одиночек («одиноких волков») для проведения диверсий с использованием отравляющих веществ в густонаселенных центрах». Именно подобные планы исламистов подтверждает и оперативная информация. Так, Эйтан Азани, полковник в отставке, заместитель директора Института международной политики по борьбе с террором при Междисциплинарном центре в Герцлии (МЦГ), отмечает новую тактику исламистов, принадлежащих к этой организации. По его данным, «в социальных сетях ИГ активно призывает своих последователей возвращаться в страны, из которых они прибыли в Ирак и Сирию, и осуществлять там джихад. ИГ открыто распространяет подробные инструкции изготовления импровизированных, но приводящих к массовым жертвам средств поражения. Лидеры этой организации требуют от своих боевиков нанесения больших уронов «неверным».

Исламисты всех мастей отрицают легитимность светских законодательных систем и форм государственности, не признавая в большинстве случаев и национальные границы. Тем не менее у ИГ все-таки руки коротки, и далеко не все теракты, которые они приписывают своим клевретам, действительно их дело. Исполнительный директор МЦГ Боаз Ганор считает, что ИГ берет на себя ответственность практически за все теракты, совершаемые исламистами, чтобы подчеркнуть свое влияние, притом что во многих случаях главари группировки узнают о нападениях и диверсиях из СМИ и не имеют к ним никакого отношения». Продолжая свою мысль, Боаз полагает, что немало террористов-одиночек, формально не входящих ни в какие организации, действуют «питаясь жгучей ненавистью к цивилизации как таковой». По-мнению Боаза, важно понять психологию террористов-исламистов, которая все-таки мало связана с их маргинальным положением (ведь джихадистов немало и среди выходцев из богатых семей), поэтому их неверно относить к «людям несчастным и неудовлетворенным жизнью». Наоборот, джихадисты испытывают «чувство счастья от совершаемых ими преступлений». И в самом деле исламисты, идущие на верную смерть, часто оставляют в социальных сетях свои фотографии, на которых они улыбаются, а соответствующие подписи свидетельствуют об их вере в совершение «великого и достойного дела».

В связи с этим Эйтан Азани видит главную проблему Запада в неспособности понять психологию джихадистов, которые отказались принимать смысл и ценности цивилизации.

Мусульманские правоведы юридически не оправдывают теракты, ибо в кораническом исламе нет экстремизма. Правда, некоторые из них категорически исключают из перечня преступлений деяния, совершаемые боевиками так называемых национально-освободительных движений.

Серьезную озабоченность у специалистов в области безопасности вызывает в последнее время и тот факт, что исламисты набрали немалую силу в Центрально-Азиатском регионе и угрожают стабильности расположенных здесь государств. Мурат Сергазиевич Тулеев в диссертации «Международный терроризм как угроза безопасности Центральной Азии» на соискание ученой степени кандидата политических наук (Бишкек, Кыргызско-российский славянский университет, 2015) прямо указывает на тот факт, что «большую роль в активизации процесса исламизации региона сыграли мусульманские миссионеры из Пакистана и Саудовской Аравии». «Пропаганда ими своего понимания ислама, не свойственного местным религиозным традициям, – продолжает свою мысль Тулеев, – и подпитка образовавшихся экстремистских организаций стали дестабилизирующим фактором, угрожающим безопасности региона».

По данным ШАБАК (Израильской службы общей безопасности), с начала гражданской войны в Сирии в 2011 году не менее двух десятков граждан Израиля арабского происхождения, поддавшись исламистской пропаганде, совершали попытки присоединиться к ИГ. Удалось задуманное далеко не всем. Большинство было арестовано израильскими контрразведчиками. Одному, 24-летнему Ахмаду Мухамеду Хабаши из деревни Ихсаль под Нацеретом, удалось через Турцию добраться до Сирии и вступить в ряды этой преступной организации. Но долго повоевать ему не довелось – вскоре он был убит на сирийско-иракской границе. В 2013 году в Сирии погиб израильский араб Муид Агбария. В Хайфе мировой суд признал 23-летнего Ахмада Шурбаджи из израильского города Умм эль-Фахм в нелегальном проникновении в Сирию и попытке присоединиться к ИГ.

Выбивается из этого ряда случай с бывшим гражданином Белоруссии, ныне израильтянином, 40-летним Валентином Мазалевским, который получил гражданство Израиля и даже успел отслужить в ЦАХАЛ (Армии обороны Израиля). Потом он, приняв ислам, женился на бедуинке и переехал в деревню Умм эль-Ганам на севере Израиля. В семье росло пятеро детей, но, поддавшись исламистской пропаганде, Валентин пытался присоединиться к ИГ. Он приобрел билет в Турцию, намереваясь там перейти границу с Сирией. Мазалевского обвиняют в контактах с агентами враждебных государств, попытке присоединения к террористической организации и причинении помех следствию.

Примечательно, что такое же обвинение будет предъявлено и 32-летней израильтянке Джилл (Гиле) Розенберг, как только она окажется на территории Израиля. Джилл, уроженка Канады, прошедшая службу в боевых частях ЦАХАЛ, на свой страх и риск перебралась в Ирак и присоединилась к курдским боевым отрядам. И хотя борьба курдов за создание своего государства поддерживается Израилем, пребывание на территории государства, считающегося вражеским, без уведомления определенных инстанций относится к серьезным преступлениям.

В этом отношении вызывает интерес статья израильского журналиста Цура Шизефа, который, обладая и французским гражданством, на законных основаниях побывал в Сирии и Ираке. В своей книге, озаглавленной «Исламское государство»: путешествие к порогу Сатаны», отдельные главы которой в переводе на русский язык были опубликованы в еженедельном приложении «Окна» к израильской газете «Вести», он указывает следующее: «Мы продолжили наш путь в том направлении, где когда-то была граница между Сирией и Ираком. Теперь это безлюдная местность, которую пересекает противотанковый забор… На этом минном поле идет сражение между силами добра и зла. И у добра, и у зла есть свои лица и свои имена, на стороне добра – курды. Олицетворение зла – это ИГ. Каждый, кто в той или иной степени поддерживает курдов, находится на стороне света, каждый, кто поддерживает ИГ, – на стороне Сатаны». Поэтому и сегодня актуально звучит максима немецкого писателя, режиссера и общественного деятеля Бертольда Брехта: «Еще плодоносить способно чрево, которое вынашивало гада».

ТЕРРОРИЗМ – ЭТО СМЕРТЬ И ДЕСТАБИЛИЗАЦИЯ

Особую активность на мировой арене проявляет «Хизб ут-тахрир аль Ислами» («Исламская партия освобождения» (ИПО), признана террористической организацией и запрещена в РФ). Данная международная панисламистская организация была создана в Восточном Иерусалиме еще в 1953 году. Имеет смысл напомнить, что тогда Восточный Иерусалим входил в состав Иордании. Несмотря на запрет ИПО во многих странах, включая Россию, филиалы этой организации продолжают действовать на Ближнем Востоке, в Северной Африке, странах Юго-Восточной Азии. По всей видимости, отдельные группы ИПО пока еще могут проявлять активность не только в бывших советских среднеазиатских республиках и Азербайджане, но и на российской территории. В Центрально-Азиатском регионе продолжают нелегально действовать и другие запрещенные организации.

При этом следует особо отметить, что хотя суннитские и шиитские радикалы веками противостоят друг другу и время от времени сходятся в смертельных схватках, в отношении к Израилю они проявляют единодушную ненависть. Нури Махди Хасан в диссертационном исследовании «Терроризм и политическая дестабилизация современного общества. На материалах Исламской Республики Иран», представленного в Душанбе в Институте философии имени А. Баховаддинова Академии наук Республики Таджикистан на соискание ученой степени кандидата политических наук, отмечает, что «хотя большинство террористов ставят перед собой политические цели, вдохновляясь идеологическими доктринами, националистическими и религиозными чувствами, тем не менее терроризм как социально-политический феномен отделен от обыкновенной уголовной преступности весьма тонкой границей». Эту точку зрения разделяют Майкл Вайс и Хасан Хасан, авторы книги «Исламское государство. Армия террора», вышедшей в переводе с английского в Москве в 2016 году. Они именуют ИГ «террористической организацией и мафиозной структурой, которая эксплуатирует существующие десятилетиями серые транснациональные рынки торговли нефтью и оружием». Таким образом, террорист – это одновременно и несомненный бандит, уголовник, использующий религию и политику в качестве маскирующих одежд. Исламистский же терроризм в целом – это антицивилизационная система, обеспечивающая себя за чужой счет.

Вооруженные противостояния на Ближнем Востоке и в Северной Африке разрушают экономику стран, территории которых охвачены боевыми действиями. Так, по данным Международного валютного фонда, по прошествии шести лет войны валовый внутренний продукт (ВВП) Сирии составляет примерно треть от его уровня 2010 года. Йемен потерял 35% ВВП только в 2015 году, а в Ливии в 2014 году он упал на 24%. Урон, нанесенный инфраструктуре в Сирии, превышает 150 млрд долл., а Йемену – 25 млрд долл. Тем не менее нормальное функционирование государственных институтов и экономических структур невозможно без подавления террористической активности. Для этого необходимо сотрудничество всех стран как на военно-разведывательном, так и на политическом и экономическом уровне. Борьба с исламизмом, мировым злом, станет действенной только в том случае, если она будет развернута в глобальном масштабе.

Об авторе: Захар Гельман – профессор.
02.02.2018

Источник — НВО

Последствия протестов в Иране для региональной и международной стабильности

Начавшиеся 28 декабря 2017 г. массовые беспорядки в Иране для многих оказались большой неожиданностью. Внезапность, стихийность и массовый характер политических акций, переросших в прямые столкновения с органами безопасности и погромы государственных и религиозных учреждений, поставили в тупик даже некоторых специалистов. Однако ничего выходящего за рамки возможного в этом событии не было. Протестные акции в Иране в декабре-январе 2017-2018 гг. стали естественным явлением в общественно-политической жизни современного иранского общества.

Вопреки представлениям большинства Иран – это не традиционное, архаичное общество, а напротив – общество весьма современное и в некоторых аспектах постмодернистское. Идеологическое учение лидера исламской революции имама Хомейни «Исламское правление» (Хукумат-и Ислами), которое лежит в основе государственной идеологии, является попыткой объединить традиционалистскую религиозную исламскую философскую концепцию (шариат, имамат, фикх) с модернистским западными идеологическими течениями (права человека, разделение властей, демократический процесс, республика).

Созданный в Иране на базисе учения Хомейни политический режим «Исламская республика» сочетает в себе черты современной западной либеральной демократии и теократического правления. Во главе государства стоит Верховный лидер (аятолла Хаменеи), власть которого опирается на широкий спектр органов законодательной (меджлис), исполнительной (президент, правительство, совет безопасности) и судебной власти (суды разной инстанции). Ветви власти в Иране находятся в относительном равновесии благодаря внедренной системе сдержек и противовесов. Вдобавок к этому, в стране существует политическая конкуренция, правящий класс не гомогенен (в нем присутствуют консервативное, центристское и либеральное крылья), а граждане имеют возможность влиять на власть посредством института выборов.

При этом, безусловно, примат религиозной идеологии над светской и доминирующая роль верховного лидера, обладающего юридическими и силовыми рычагами воздействия на все органы власти (формирует судебную власть, возглавляет совет безопасности и Корпус стражей исламской революции), вносят ряд серьезных ограничений в политическую жизнь иранского общества. Параллельно со светскими органами существуют религиозные (Совет целесообразности, Совет стражей конституции), которые внимательно следят за принятием, исполнением решений и их соответствием нормам конституции и исламской догматики. Кроме того, на выборы допускаются только одобренные Советом стражей конституции кандидаты, благодаря чему публичными политиками в Иране становятся в основном религиозные деятели и люди, твердо поддерживающие идеологию исламского правления (как, например, президент М. Ахмадинежад).

Однако даже несмотря на указанные ограничения, обусловленные дуалистической природой иранского политического режима, спектр колебания политического курса в стране все равно достаточно широк. Политическая система Ирана допускает политический плюрализм, но при условии принятия главенствующей роли идеологии исламского правления.

Еще одним существенным фактором политического процесса в Иране является активное участие в нем широких слоев населения, как посредством института выборов, так и в форме массовых демонстраций, митингов и прочих политических акций. Все значимые события в Иране с момента исламской революции сопровождались повышенной активностью его граждан.

Помимо всего прочего, отличительной особенностью современного иранского общества, является то обстоятельство, что оно последовательно и крайне активно омолаживается. В 2011 г. средний возраст в Иране составил 27 лет. На данный момент более 50 % населения моложе 25. При этом иранская молодежь шагает в ногу со временем и придерживается прогрессивных взглядов. Быстрыми темпами в стране распространяются Интернет-технологии. Так, 48 млн. граждан имеют доступ к интернету, а 40 млн. пользуется мессенджером Telegram. Несмотря на цензуру, крайне популярной среди иранцев является западная культура и европейский стиль жизни. В свою очередь иранские деятели науки, культуры и гражданские активисты признаны и тесно связаны с ведущими американскими и европейскими ВУЗами, международными фестивалями и правозащитными организациями.

Разумеется, указанное обстоятельство создает условия для роста недовольства населения Ирана консервативным, религиозным политическим курсом страны, которое усиливается проблемами в экономической сфере. Долгое время находящаяся под санкциями экономика Ирана не способна обеспечить потребности быстрорастущего молодого населения. Из-за этого в иранском обществе распространенными стали такие негативные явления, как социальное расслоение, коррупция, безработица (от 24 до 40% по разным данным) и инфляция. Решить экономические проблемы не удалось ни одному из трех президентов-предшественников Роухани, даже несмотря на заметные перемены в общественно-политической жизни страны.

Долгое время низкий уровень жизни и медленное экономическое развитие граждане Ирана связывали с режимом экономических санкций, действующих против страны. Поэтому с избранием в 2013 г. президентом умеренного консерватора Роухани, который обещал наладить отношения с международным сообществом и начать экономическую модернизацию страны, связывались надежды на перемены к лучшему. И ему действительно удалось много добиться.  Во время его первого срока был преодолен кризис в отношениях со странами Запада, связанный с иранской ядерной программой, начался процесс снятия санкций. Открывшиеся возможности положили начало процессу макроэкономической стабилизации страны. По прогнозам Международного валютного фонда, в марте 2018 г. ожидается рост иранского ВВП на 4.2% и падение инфляции с 34 на начало правления Роухани до 10%.

Вместе с тем неблагоприятная рыночная конъюнктура для нефтедобывающих стран, сохранение целого пласта антииранских санкций, увеличившиеся расходы на внешнюю политику, в основном из-за непопулярной в народе сирийской кампании, и резкая оппозиция консерваторов политике Роухани на внутриполитической арене, подогреваемая авантюристскими заявлениями американского президента Д. Трампа о намерении пересмотреть условия ядерной сделки, не дают действующему президенту обеспечить качественный рост уровня жизни в Иране, что способствует дальнейшему росту недовольства населения.

В начале декабря 2017 г. в иранском Меджлисе проходило обсуждение проекта нового иранского бюджета. Новый бюджет предусматривает сокращение расходов на социальную сферу, что острее всего скажется на наиболее уязвимых слоях населения – безработных, бедняках и пенсионерах. В то же время расходы на содержание религиозных институтов и органов безопасности, чье положение в иранском обществе и без того более чем привилегированное, напротив, предполагается увеличить. Кроме того, из-за падения доходов от нефтяного экспорта иранское правительство вынуждено отказаться от крупных инфраструктурных проектов и пойти на повышение акцизов на топливо, что, безусловно, приведет к очередной волне роста цен на товары.

Новая бюджетная политика правительства активно обсуждалась иранцами в социальных сетях, усиливая и без того резко возросшее чувство отчуждения и недоверия граждан Ирана к власти. В разных городах страны начали собираться немногочисленные протестные акции, высказывающие недовольство ростом цен и несправедливой социально-экономической политикой государства. После двух недель политического брожения разразилась общегосударственная акция протеста. 28 декабря 2017 г., начиная с Мешхеда, а затем, распространяясь на Решт, Керманшах, Шираз, Исфахан, Хамадан и, наконец, Тегеран, Иран окутали массовые политические акции. Постепенно экономические лозунги протестующих сменились политическими. Граждане требовали отставки «диктатора» аятоллы Хаменеи, ликвидации режима исламского правления в Иране, отказа от регулирующей роли религии в общественных отношениях и прекращения затратной и невыгодной внешней политики.

Последние крупные протестные акции в Иране, широко известные как «зеленая революция», прошли в 2009 г. Однако их природа и основной политический смысл сильно отличаются от событий зимы 2017-2018 гг. Во-первых, при большем географическом охвате нынешние протесты гораздо менее массовые в сравнении с «зеленым движением» (15 тыс. в 2017 г., против 3 млн. в 2009 г.). Во-вторых, значительно отличается их социальный состав. Если в 2009 г. жители Тегерана, преимущественно представители среднего класса, интеллигенции, студенчества, оппозиции, вышли, чтобы выразить свое несогласие с результатами выборов, то движущей силой протестов 2017 г. стали бедные слои населения провинции и в меньшей степени столицы. В-третьих, в 2009 г. у «зеленого движения» была четкая иерархия, во главе которой стояли политики из числа оппозиционеров, проигравших выборы, в то время как у протестов 2017 г. не было признанных лидеров, из-за чего они имели более хаотичный и спонтанный характер. И, наконец, четвертое, и самое главное, акции 2009 г. были системным явлением, поскольку основным их смыслом было требование модернизации существующей политической системы, в то время как протесты 2017 г. нет.

Последнее обстоятельство является наиболее существенным, как для иранских граждан, так и для всего мира. Озвученный протестующими запрос на демонтаж Исламской республики в случае успешной реализации будет означать существенные перемены не только во внутренней политике Ирана, но и во внешней.

Одной из важнейших задач Исламской революции было превращение Ирана в лидера шиитского мира с целью формирования противовеса линии арабских монархий во главе с Саудовской Аравией в ближневосточных делах. Данная внешнеполитическая задача была сформулирована еще до революции Хомейни, однако наиболее значительно Иран продвинулся в ее реализации в последние 20 лет. На сегодняшний день влияние Тегерана распространяется на Ливан, Ирак, Бахрейн и, конечно же, Сирию, где совместно с Россией ему удалось обеспечить стабильность дружественного режима Б. Асада. Активная политика Ирана вызывает резкое неприятие не только его соседей по региону, но и в мире в целом. Особенно ревностно за политикой Ирана наблюдают США, которые начиная с 2000-х гг. формируют свою внешнеполитическую стратегию во многом исходя из постулата об иранской угрозе.

Природа предвзятого отношения Соединенных Штатов к Ирану легко объяснима. Ирано-американский антагонизм – относительно новое явление мировой политики. До исламской революции Иран был одним из самых последовательных и важных союзников США на Ближнем Востоке. Намереваясь использовать его с одной стороны для распространения своего влияния в регионе, а с другой для контроля за деятельностью ОПЕК, Вашингтон активно поддерживал региональные амбиции шаха Резы Пехлеви и, в частности, принимал активное участие в программе перевооружения и переобучения иранской армии в 1970-х гг., а шах в ответ занимался продвижением американских интересов на Ближнем Востоке и принимал участие в арабо-израильском урегулировании. Конец ирано-американскому сотрудничеству положила именно Исламская революция и установившаяся власть аятолл.

Не отказываясь от идеи возобновить тесные отношения с Ираном и возродить ирано-американский альянс в ближневосточных делах, США пользовались каждой возможностью для критики иранской теократической элиты, как, например, в вопросе ядерной программы или прав человека. Поэтому нет ничего удивительного в том, что США крайне активно отреагировали на события в Иране в 2017 г. Дональд Трамп выразил абсолютную поддержку протестующим против «коррумпированного режима» и пообещал, что они получат американскую помощь «в подходящее время». Официальное заявление Государственного департамента оказалось не менее жестким. Выражая поддержку протестующим и осуждая реакционные действия властей, Государственный департамент назвал главной жертвой иранского политического режима граждан Ирана. Официальный представитель США при ООН, Никки Хейли, даже попыталась организовать экстренное совещание Совета безопасности, однако не нашла поддержки у представителей других наций.

К обсуждению модели поведения США в иранском вопросе подключилось американское академическое сообщество. Если исследователи, придерживающиеся умеренных либеральных взглядов, призывают занять выжидательную позицию и более детально изучить расстановку сил на внутриполитической арене и дальнейшие действия, как общества, так и правящей элиты, то в работах консервативных ученых встречаются рекомендации к более решительным, активным действиям. В частности, они предлагают Вашингтону организовать широкую дипломатическую поддержку протестующим в мире, в особенности в Европе и Азии, предоставить им доступ к новейшим американским информационным технологиям, и даже рассмотреть вопрос о снятии некоторых санкций, ограничивающих транспортное сообщение между Ираном и США.

Стоит отметить, что актуализация проблемы гражданского протеста в Иране имеет высокую ценность для сегодняшней американской повестки дня. Большинство наблюдателей и экспертов склонны считать внешнюю политику Д. Трампа на ближневосточном направлении провальной. Из-за таких действий, как, например, признание Иерусалима столицей Израиля, американский президент лишь усиливает собственное отчуждение в международном политическом клубе и ослабляет позиции, вверенной ему страны. Ошибочной многими внутри США признается агрессивная риторика американского президента в адрес Ирана. В случае же победы в нем антиисламских прозападных политических сил, Вашингтон может не только закончить бессмысленный и опасный конфликт с Тегераном, но и решить целый ряд тактических внешнеполитических задач на Ближнем Востоке и существенно усилить свое влияние в регионе.

Во-первых, это позволит ослабить российско-иранскую коалицию в Сирии и переломить ход конфликта в пользу западной коалиции. Во-вторых, наладить отношения Израиля и Ирана, что само по себе станет большой победой администрации Д. Трампа, и попытаться подключить его к урегулированию арабо-израильского конфликта, как это было во времена правления шаха. В-третьих, заполучить сильного союзника в ОПЕК, тем самым усилить влияние на процесс образования цен на углеводороды, что также является приоритетной задачей администрации Д. Трампа. И, наконец, в-четвертых, в целом укрепить свою третейскую роль в ближневосточной политике, в особенности в противостоянии шиитского и суннитского блоков.

По указанным выше причинам, искушение напрямую вмешаться в динамику иранского протеста у Вашингтона сильно. Однако при кажущихся очевидных выгодах данный путь может оказаться крайне опасным. Хотя на сегодняшний день иранскому правительству удалось погасить протестную волну, эксперты склонны считать ее только первым аккордом политической нестабильности в Иране. Дальнейшее развитие общественно-политического процесса выглядит весьма туманно. Например, достоверно известно, что обсуждение иранского бюджета в социальных сетях было инициировано самим президентом Роухани, который ищет пути преодоления сопротивления консерваторов своему политическому курсу. Также существует мнение, что за организацией митингов 28 декабря стоят ультраконсерваторы, которые инициировали их для ослабления позиций президента. В пользу данной версии свидетельствуют сообщения об аресте М. Ахмадинежада, чей нынешний статус неизвестен. Поэтому, в нынешних условиях, протестное движение может привести как либерализации Ирана, так и к еще более глубокой радикализации, фактически к обратному эффекту в сравнении с тем, чего добиваются США.

Иван Сидоров, кандидат исторических наук.

Более подробно можно прочесть на сайте Интернет-журнала «Военно-политическая аналитика»:

http://vpoanalytics.com/2018/01/16/protestnye-aktsii-v-irane-i-ih-posledstviya-dlya-regionalnoj-i-mezhdunarodnoj-stabilnosti/

 

О событиях в Иране — краткие выводы

Что произошло?
Массовые выступления населения против ухудшения своего социально-экономического положения. То есть, протесты в 95 случаях из ста носили исключительно экономический характер.
Необходимо добавить, что ситуация не возникла внезапно и вдруг. В 2015 году в Иране было — по официальным данным и сообщениям местной прессы — прошло около 1 200 выступлений (митинги, забастовки, стачки), в 2016 — примерно 1 300, в марте- ноябре 2017 в различных провинциях состоялось 900 акций протеста.
Основные причины
В социально-экономической сфере
  • Общее ухудшение социально-экономической ситуации.
  • Падение доходов домохозяйств (за два года в среднем по стране — исключая Тегеран — более чем на 15%, о серьезном сокращении своих доходов летом нынешнего года говорили, по данным социологов, говорили 74% опрошенных иранцев).
  • Высокий уровень безработицы, рост «скрытой безработицы» и рост частичной занятости.
  • Обвал ряда банков, являвшихся, по сути, финансовыми пирамидами.
  • Сокращение социальных расходов бюджета
В социально-политической сфере
  • Высокий уровень коррупции.
  • Неудовлетворительное состояние судебной системы.
  • Разочарование в политике реформаторской команды Рухани.
  • Недовольство увеличением расходов на внешнюю политику, бюрократический аппарат и госструктуры, в том числе — различные исламские фонды.
Влияние и участие несистемной оппозиции а также антигосударственных группировок на массовые протесты
Практически нулевое. Предпринимались единичные попытки придать выступлениям антиправительственный характер, но никакого успеха они не имели.
Либеральная оппозиция только к 5 января сумела «разродиться» набором тезисов политических требований, что достаточно красноречиво свидетельствует о ее дееспособности.
Версия о «внешней руке» — причастности США, Израиля и саудитов к событиям «горячего января»
Полностью несостоятельна и представляет собой ритуальное заклинание. Протесты застали Вашингтон, Тель-Авив и Эр-Рияд врасплох. Пока они думали о том, как на это реагировать или использовать в своих целях — все уже закончилось.
Нужно сказать откровенно — никакая «внешняя рука» не сделала для возникновения протестов больше, чем некомпетентная социально-экономическая и внутренняя политика исполнительной власти Исламской республики за последние годы.
Что дальше?
С 2015 года стало окончательно понятно, что Иране присутствуют все признаки структурного и, отчасти, системного кризиса, что страна нуждается в реформах, которые позволили бы ей адекватно отвечать на вызовы современности.
Власти предпочли это проигнорировать.
События января показали, что дальше откладывать реформы в Исламской республике нельзя — кредит общественного доверия власти истощается с катастрофической скоростью. Судя по всему, в высших эшелонах власти это поняли. Следовательно, в ближайшее время нам предстоит узнать о том, какой характер будут носить реформы, как глубоки они будут и кто их станет проводить.

Почему туркменского лидера напугали беспорядки в Иране

Массовые акции протеста в Иране, вспыхнувшие в конце прошлого года из-за подорожания продуктов питания, в частности, яиц, не на шутку встревожили высшее руководство соседнего Туркменистана. По словам близкого к правительственным кругам источника, во время смуты у «южного соседа» президент Гурбангулы Бердымухамедов не мог спокойно спать, а его губы, как говорят туркмены, от страха покрылись сыпью. Все из-за того, что к прежним его переживаниям по поводу непредсказуемости поведения бегущих с Ближнего Востока на север Афганистана боевиков так называемого «Исламского государства» (запрещенная террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта», ИГИЛ, ИГ, ISIS или IS англ., Daesh араб., ДАИШ) добавилось, как гром среди ясного неба, еще одно – народные волнения в Иране, особенно в ближайших к туркменской границе городах.

Аркадаг («покровитель», официальный титул президента Гурбангулы Бердымухамедова) хоть и старался выглядеть на публике спокойным, внутренне нервничал: а ну как его послушные и терпеливые туркмены, глядя на соседей, последуют их примеру! Ведь дефицит куриных яиц и другие проблемы в экономике существуют и в Туркменистане. Вдруг тоже поднимутся и выдвинут ему, Аркадагу, еще и политические требования.

В чем причины новой фобии туркменского президента и почему она отодвинула на второй план его старые страхи, связанные с угрозами афганского направления? Попробуем разобраться.

Туркмены не персы, но все же…

Бердымухамедова с его новыми страхами понять нетрудно. Он очень хорошо знает свой «любимый народ» (именно так он называет граждан страны в своих приветственных посланиях). Знает, что люди не за просто так без малого четверть века терпели чудачества и самодурство двух своих правителей, и делали это за бесплатное пользование природными дарами и социальными льготами – ради этих благ и черта у власти вытерпишь. Но дармовой жизни пришел конец, с ноября прошлого года все стало платным. Местные СМИ, которые не переставая твердят о наступившей в стране «Эпохе могущества и счастья», только злят и раздражают народ. А злость ни к чему хорошему не приводит, она только усиливает подавляемые ранее протестные порывы. К тому же, совсем рядом иранцы показали, что можно больше не терпеть.

Впрочем, нет народа более терпеливого, чем туркмены. Даже когда, казалось бы, уже невмоготу, туркмен не даст волю эмоциям, утешая себя самого и других отчаявшихся словами: ай, боля-да (да, ладно), хлеб есть, свет-газ дают бесплатно, а главное, нет войны. Но теперь, когда на фоне недобора десятков тысяч тонн пшеницы в 2017 году начались перебои с хлебом и мукой, а все бесплатное и дешевое стало платным и дорогим, и цены на те же яйца, как в Иране, взлетели вверх, туркмены начали осознавать, что им, по сути, нечего больше терять.

Бердымухамедов, как ни кто другой, почувствовал – протестное пламя может полыхнуть. Ведь это он отменил льготы, которые по завещанию его предшественника должны были действовать до 2030 года, он первым нарушил до сих пор действовавшее негласное соглашение о лояльности и смирении населения в обмен на рай, где все бесплатно.

Конечно, не стоит думать, что ликвидация пакета социальных льгот и введение платы за коммунальные услуги настолько обозлят жителей Туркменистана, что они, как иранцы, незамедлительно выйдут на улицы и начнут забрасывать камнями окна, поджигать здания местных администраций, управлений МВД и МНБ (министерства национальной безопасности), срывать, сжигать или затаптывать ногами портреты Аркадага. До такого вряд ли дойдет. Во-первых, протест не выйдет за рамки локальных проявлений, о чем подробнее речь ниже. Во-вторых, этого не допустит сам Бердымухамедов, который, по мнению аппаратчиков из его администрации, ради сохранения нынешней общественно-политической ситуации в стране может, как Ислам Каримов во время андижанских событий, потопить в крови протестующих, а заодно, по наработанной схеме, и всех их родственников. Одним словом, поступить как достойный сын своего отца, в прошлом тюремного надзирателя, и посадить за решетку полстраны.

Не дойдут протесты до крайности еще и потому, что туркмены – это не персы-иранцы или киргизы, они не настолько едины и сплочены, как другие азиатские народы. Туркмены очень разобщены как по регионам своего проживания, так и по родоплеменным и даже внутриплеменным признакам. О каком единстве и сплоченности туркмен можно говорить, если даже в одном трудовом коллективе, скажем, в Ахалском велаяте, бахарденские или геоктепинские текинцы не скрывают своего высокомерия и превосходства по отношению к тедженским или каахкинским текинцам! Об отношении ахалских текинцев к представителям других туркменских родов и племен даже говорить не приходится – для них балканские и дашогузские йомуды, лебапские эрсаринцы, марыйские салыры и салыки являются туркменами второго сорта.

Представители каждого крупного племени мнят себя эталоном нации, а всех других считают ниже себя. Такое разделение наблюдается во всех регионах страны с примерно пятимиллионным населением. Существуют и оскорбительные ярлыки, которые навешиваются одними туркменами на других. Так ахалских текинцев жители других регионов считают легкомысленными хвастунами, в свою очередь, марыйских туркмен называют «чокаями» (старинная обувь из кожи кустарного производства), лебапских почему-то зовут «татами», хотя те не имеют никакого отношения к кавказским персам, дашогузских – «полуузбеками», балканских просто «бакланами». Естественно, все эти обидные оскорбления публично никем не произносятся – за это можно и срок схлопотать по соответствующей статье Уголовного кодекса. Но все это, тем не менее, присутствует в жизни туркмен.

Особенно ярко проявляется их разрозненность при подборе и расстановке кадров. Если велаятский начальник – представитель какого-либо племени или района, то все ключевые посты в возглавляемой им организации со временем переходят к его землякам, родственникам, соплеменникам. И такое сплошь и рядом. На землячестве, местничестве, кумовстве, в сущности, держится вековая разобщенность туркмен.

Аркадаг спокоен, пока народ разобщен: лебапский выступит – дашогузский останется безучастным, ахалцы выразят недовольство – марыйцы промолчат…Но осторожный во всем Бердымухамедов прекрасно понимает: отмена льгот, к которым местные жители прикипели за 24 года, несомненно, может стать той каплей, которая переполнит чашу их терпения. Не дай, как говорится, Аллах, если встанут в один строй протестующих те, кто уже на взводе из-за отсутствия работы и стабильного заработка, кто устал от поборов и принуждений, от коррумпированности чиновников и произвола правоохранителей, кто из-за роста цен еле-еле сводит концы с концами, кого бесят бесконечные ограничения и запреты на все и вся и при этом вседозволенность членов Семьи.

Рвется там, где тонко

Симптомы нарастающего протестного потенциала общества впервые проявились в ушедшем 2017-м году в Дашогузском велаяте – наиболее отсталом во всех отношениях регионе. Там людей сплотило недовольство десятикратным повышением платы за детские сады, и родители, в основном, женщины толпой пошли осаждать здание управления образования и пикетировать хякимлик (местную администрацию). Протестовали родители и в других уголках страны – они не стали приводить своих малышей в ставшие дорогими детсады.

В прошлом году выплеснулось наружу и недовольство сельских тружеников. Уставшие от безденежья и постоянного обмана со стороны государства, хлопкоробы ныне упраздненного Сакарского района на востоке страны, закидав комьями глины арчина – главу сельской администрации, обратили его в бегство. Он вместо того, чтобы добрыми словами успокоить разгневанных трудяг, стал угрожать, что отберет у них земельные участки. Однако угроза не подействовала, а, наоборот, еще больше обозлила людей, вынудив их вовсе отказаться от работы в поле.

Бердымухамедов знает, что таких тонких мест немало и в отраслях экономики, и в регионах, и в социальных сословиях. Он допускает, что на фоне событий в Иране и дальнейшего усложнения жизни туркменистанцев единичные протестные акции в Дашогузе и Лебапе вполне могут иметь тенденцию к массовости. Но вместо того, чтобы обуздать цены и осадить своих зарвавшихся сестер и ненасытных племянников, предоставить народу не продекларированные, а реальные свободы, обеспечить безработных работой, а работающих достойной зарплатой, он, похоже, взял курс на закручивание гаек. Об этом свидетельствуют его последние требования к руководителям всех правоохранительных и специальных органов государства «быть начеку и бдеть».

Ставка на репрессии

В 2017 году Гурбангулы Бердымухамедов 17 раз проводил заседание Совета безопасности Туркменистана и всякий раз настойчиво требовал не дать раскачать общественно-политическую ситуацию. При этом ставка, как и во времена его предшественника, делалась на полицию, МНБ, прокуратуру, переродившиеся из правоохранительных в карательно-репрессивные органы государства.

Особые надежды Бердымухамедов возлагает на министерство национальной безопасности, сотрудники которого за долгие годы поднаторели в запугивании и шельмовании гражданских активистов, независимых журналистов, лидеров неформальных религиозных общин. Некоторых из них вынуждали покинуть страну, других – замолчать под угрозой репрессий близких, третьих сажали за решетку. В то же время Аркадаг понимает, что опираться только на органы и предоставлять полный карт-бланш одной специальной структуре рискованно, ведь разжиревший осел однажды может лягнуть хозяина.

Такие прецеденты в истории независимой страны уже были, в частности, еще в приснопамятном 2002 году, когда назрел заговор комитетчиков во главе с председателем тогдашнего КНБ Мухаммедом Назаровым. К счастью для Ниязова, его вовремя информировали, что помогло ему принять экстренные меры и нейтрализовать заговорщиков, отправив за решетку около семи десятков высших офицеров службы безопасности в звании подполковника и выше. Аркадаг, конечно, помнит, как все было в тот злополучный год. Тем не менее, он решил снова опереться на кинжалы чекистов.

В сентябре, накануне принятия непопулярного решения об отмене социальных льгот, Бердымухамедов, словно предчувствуя недовольство народа и упреждая возможные проявления этого недовольства, поставил перед МНБ задачу по «формированию благоприятного общественно-политического климата в стране». В октябре Аркадаг выдвинул новую задачу по укреплению устоев государственной независимости, особо подчеркнув в этом «определяющую роль МНБ». После первых протестных акций в Дашогузе и Лебапе он, уже не мудрствуя лукаво, прямо потребовал от органов безопасности «устранять явления, оказывающие негативное влияние на воплощение в жизнь реформ». И «рыцари плаща и кинжала» начали устранять. Под раздачу попали конкретные люди, против наиболее активных из них, открыто высказывающихся в комментариях в соцсетях, фабриковались уголовные дела. В отношении корреспондента радио «Азатлык» (туркменской службы Радио Свобода) Солтан Ачиловой устраивались провокации, ей открыто угрожали убийством. Через подконтрольный интернет-сайт грязным потоком лились оскорбления в адрес редакторов зарубежных оппозиционных и правозащитных изданий, а в окна близких им людей неизвестные бросали камни…

Наконец, в декабре, когда действия сотрудников МНБ вызвали негативный международный резонанс, президент слегка приструнил вошедших в раж сотрудников органов безопасности, призвав их «согласованно взаимодействовать с военными и правоохранительными органами при обеспечении спокойствия в обществе». «Вы совместно и успешно должны решать задачи по обеспечению надежной защиты гражданского единства», – сказал он на заседании Совбеза.

Ошибки президента

Юрист одной из ашхабадских фирм Агамырат, который в прошлом работал в органах правопорядка, убежден, что Бердымухамедов, испугавшись событий в Иране, расширит перечень действующих в стране запретов и сделает Туркменистан еще более полицейским государством, усилив народный гнев. Подтверждением тому стали ограничения, введенные уже в новом году. Это запреты на эксплуатацию автомобилей всех цветов, кроме белого, и на вождение транспортных средств женщинами. На штрафстоянке дорожной полиции Ашхабада из-за уже нет свободных мест.

«Нельзя бесконечно затягивать гайки – резьба сорвется. Так и с народом. Нельзя долго испытывать его терпение. Людям дышать стало трудно. Уже сейчас достаточно поводов, чтобы выйти на улицы. Вспомните, с чего началась арабская весна – с убийства продавца овощей. Бердымухамедову надо преодолеть свои фобии и прекратить душить свой народ руками карательных органов. Если туркмены наконец-то сплотятся и поднимутся, то первыми побегут те, кто охраняет безопасность режима Бердымухамедова. Уж я-то знаю, что говорю», – сказал Агамырат.

Юрист вспомнил сентябрьские события 2008 года, когда полицейские, сотрудники службы безопасности и военные в течении трех суток не могли обезвредить забаррикадировавшихся на территории недостроенного завода питьевой воды в Ашхабаде Худайберды Амандурдыева (Аждара) и Ахмеда Ходжагулыева (Ахмеда), отстреливавшихся до последнего патрона и погибших в результате применения против них армейской бронетехники.

«Никто тогда не хотел отдавать свою жизнь за спрятавшегося вдали от Ашхабада Бердымухамедова. Я своими глазами видел, как присягнувшие на верность президенту чины в форме и в гражданском чуть ли не силой и угрозами толкали вперед упиравшихся подчиненных», – добавил он.

Тактику Бердымухамедова – держать народ в постоянном страхе – многие считают ошибочной. Таким способом экономические и социальные проблемы не решаются, что продемонстрировали те же иранцы. Они тысячами вышли на улицы, хотя в стране применяется смертная казнь и действует Корпус Стражей Исламской Революции (КСИР) – структура куда более серьезная и жестокая, чем туркменская секретная служба.

Бердымухамедов, по всей видимости, пошел на закручивание гаек еще и потому, что не смог оградить народ от информации о происходящем в Иране. В интернете и по спутниковому телевидению туркменские граждане увидели, как участники акции протеста поджигали полицейские автомобили, сжигали портреты президента и духовного лидера страны, словом, все то, чего ни один из 7 государственных каналов туркменского телевидения никогда не покажет. Информацию из Ирана привезли также те, кто ездит туда за товарами или на лечение – власти не успели перекрыть пограничные пункты перехода.

Источник, близкий к правительству, говорит, что у Бердымухамедова пока еще есть время изменить свою провальную и тупиковую внутреннюю политику, чтобы обрести истинное доверие и уважение народа. Но беда в том, что в стране нет человека или органа власти, способного прямо сказать Аркадагу: хватит уже заниматься сочинительством дешевых песенок, написанием никому не нужных книг, пора прекращать заниматься самолюбованием на фоне дорогих авто и сидя верхом на ахалтекинце, пришло время подумать о своем народе. В противном случае второго Ирана, но уже на туркменской территории, не избежать.

Атаджан Непесов
09.01.2018

Источник — fergananews.com

России еще понадобится иранская пехота на сирийских просторах

О последней ситуации в Сирии, и возможном хаосе в Иране рассказал в интервью Yenicag.Ru главный эксперт Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу Алексей Синицын.

— Как стало известно, в Сирии оппозиционеры атаковали базу Хмеймим, где погибли российские военнослужащие и повреждено примерно 7 самолетов. Как вы оцениваете происходящее в Сирии?

— Действительно, в результате минометного обстрела погибло двое российских военнослужащих, а, что касается, уничтожения самолетов – то это игра воспаленного либерального воображения. Надо полагать, что боевики применили далеко не самый грозный миномет «Василек», который в российской армии заменен на более совершенные «Поднос» и «Сани».

Значит, экстремистам он достался как трофей из еще старых советских поставок сирийской армии, которая прежде не отличалась особой тщательностью в обслуживании военной техники и, особенно, хранении боеприпасов.

Сколько кассет с трехкилограммовыми минами боевики сумели использовать? Максимально три или четыре. Не больше. Боевикам надо же было успеть ретироваться до того, как их засекла артиллерийская разведка. А сколько мин вообще взорвалось? Информационные байки о попадании мин в склад боеприпасов, с последующей их детонацией – не просто фейк, а бред. Авиационные бомбы по 500 кг каждая не в амбаре же хранятся.

Новый пока еще в большей степени виртуальный западный проект «Свободная Алавитская Армия», которая берет на себя ответственность за «разгром» базы в Хмеймиме, — это совершенно несерьезно. Думаю, что эта группа уже обречена.

Проблема не в обстреле и даже не в потерях. Это война. Дело в том, что сейчас в военно-политическом отношении ситуация оказалась подвешенной в воздухе. Да, ИГИЛ разгромлен, а победители – правительственные силы с их союзниками, курдские отряды, «Сирийская Свободная Армия» — контролируют отвоеванные ими территории. Но «непримиримые», признанные «умеренной и легитимной оппозицией», никуда не делись. Они тоже ходят в ранге победителей псевдохалифата.

Именно из них Запад намерен до конца года сформировать «новую армию» численностью не менее 30 тысяч бойцов, которая будет воевать с Асадом. Вашингтон передает военную технику и вооружение на 393 миллиона (!) долларов т.н. «подвергнутой тщательной проверке сирийской оппозиции» (в американском оригинале «Vetted Syrian Opposition»). Все это старые советские образцы или их не самые лучшие «социалистические» аналоги из бывших «братских стран» — от Польши до Болгарии. Кстати, одних минометов – более двух сотен.

А еще $107 миллионов – на подготовку боевиков, включая бывших игиловцев и дезертиров из отрядов нусритов. Тренировки «непримиримых» уже идут, как минимум, на двух развернутых американцами базах: в Эш-Шаддади в курдской провинции Хасака и Эт-Танф на сирийско-иорданской границе. 500 миллионов долларов на новую сирийскую войну – это уже запредельное вливание от администрации «стабильного гения», коим провозгласил себя президент Трамп. Причем, именно тогда, когда стал иссякать долларовый поток от монархий Залива.

— Может быть, Россия поспешила с выходом из Сирии?

— Конечно, накал боевых действий там многократно снизился, но лично мне очевидно и то, что решение о выводе значительных российских сил было политически мотивировано президентской избирательной кампанией. Конечно, в случае форс-мажорных обстоятельств эти силы можно нарастить, не объявляя об этом на весь мир. Однако, на мой взгляд, пресловутые «форс-мажоры» уже сформировались пока не столько в военном, сколько в политическом формате.

— Что Вы имеете ввиду?

— Для непредубежденных аналитиков, чьи политические предпочтения на стороне официального Дамаска, давно уже ясно, что Москва излишне увлеклась «астанинским процессом». Миротворчество – явление, конечно, замечательное, но оно не может быть самоцелью. Особенно во время войны.

Поясню свою мысль на примере маленького суннитского городка Бабилла южнее Дамаска. Его удерживают «умеренные оппозиционеры», включая пришлых боевиков из «Джейш Аль-Ислам». Тех самых, которые еще не так давно развозили в клетках гражданских сторонников Асада по периметру своих военных объектов, чтобы предотвратить бомбардировки правительственных войск.

Но сейчас они формально придерживаются режима прекращения огня, хотя ведут себя как оккупанты на удерживаемой территории. В Бабилле местные жители, некогда настроенные оппозиционно к властям, даже подняли восстание, чтобы вернуться под руку Дамаска. Оно было жестоко подавленно внутри городка и никто на помощь восставшим не пришел. Ведь формально еще действует перемирие.

— Вы считаете, что мирное урегулирование в Сирии невозможно?

— Оно возможно с курдами, друзами, туркоманами, с большинством арабских кланов, но не с военными группировками «непримиримых». Тем более, что они в своем большинстве не сирийские, а международные. В декабре прошел уже восьмой раунд переговоров в Женеве, не давший никаких результатов. Вряд ли что-то может изменить инициированный Москвой сирийский Конгресс национального диалога. Неужели кто-то думает, что адресаты американской военной «помощи» в полмиллиарда долларов вообще способны на какой-то конструктивный диалог с Дамаском?

Все эти «Джейш аль-Ислам», «Ахрар аш-Шам», «Файлак ар-Рахман», «Джейш Абабиль Хоран», «Альвия Аль-Фуркан» и пр. и пр., которые ничем не отличаются от заклейменных ООН террористов-нусритов, используют перемирие для накопления сил и пополнения арсеналов. А перегруппировавшись, снова атакуют правительственные войска. Так сейчас происходит в городке Хараст в Восточной Гуте.

— Вашингтон требует вывода проиранских формирований из Сирии. Подобные лозунги звучали в ходе иранских массовых протестов, которые поддержали Израиль и США. Насколько вообще вероятно расшатать ситуацию в Иране?

— США и Израиль действительно поддержали иранскую «революцию яиц», как уже окрестили на Западе протесты в Иране. Но не они были ее инициаторами. Не западные спецслужбы готовил самосожжение несчастного тунисца Мохаммеда Буазизи, столь радикально протестовавшего против полицейской коррупции и жестокого обращения, хотя оно стало точкой отсчета «арабской весны».

Точно также не ЦРУ с Моссадом банкротили финансовые пирамиды, которые расплодились в Иране при президентстве Хасана Роухани? А кто может быть радикальнее и злее обманутых вкладчиков? К тому же подоспел взрывной подскок цен на продукты питания, тех же злополучных яиц. Но, конечно, заинтересованные спецслужбы, как это уже было в пору расцвета «арабской весны», попытались взять стихийный протест под свой контроль. Впрочем, митинговые лозунги типа «Верните нам монархию!» или «Хватит кормить Газу и Ливан!» вполне способны рождаться самостоятельно.

При либеральном курсе Роухани началась некая коррозия идеологических установок «исламской революции». Какие-то группы иранского общества вдруг осознали, что они не только шииты, обязанные беззаветно защищать своих заграничных единоверцев, а, прежде всего, иранцы. Наверное, многие вспомнили, как сравнительно недавно они жестоко воевали с арабами Ирака, среди солдат которых были и шииты, и сунниты.

— Но иранское руководство прямо называет западных кураторов протестов, которые якобы разработали план свержения существующего строя…

— Конечно, такие планы у западных разведок есть. Это, в конце концов, их профессиональная обязанность. Но протесты в Иране не выдвинули своих лидеров, не породили какие-то новые радикальные организации. Опору придется делать на эмиграцию, а ее идейно объединяет только «крыша» ЦРУ.

Нет ничего общего между монархической оппозицией с порядком одряхлевшими ветеранами шахской охранки САВАК и наиболее боеспособной, некогда леворадикальной «Организации моджахедов иранского народа». Последние яростно боролись и с монархией, и с современной иранской теократией.

Безусловно, Вашингтон не оставит Тегеран в покое ни на его собственной территории, ни на ближневосточном театре военных действий. Это очень символично, прямо-таки брошенная ИРИ перчатка, – слив в кувейтскую газету «Al-Jareeda» информации о том, что Вашингтон наконец-то дал отмашку Моссаду на ликвидацию главного иранского харизматика, командующего спецназом Корпуса Стражей Исламской Революции «аль-Кудс» генерала Кассема Сулеймани.

Но изменить политику Ирана, а тем более взорвать его изнутри, не удастся. Для этого не хватает предпосылок, а, главное, желания самого населения Исламской Республики. Протесты в Иране уже исчерпали себя, позиции консерваторов только крепнут, а участие проиранских сил в сирийской коллизии, надо полагать, расширится. Как и партнерские отношения с Москвой. России еще понадобится иранская пехота на сирийских просторах.

Беседовал: Ниджат Гаджиев

Yenicag.Ru — www.yenicag.ru

Региональная политика — одна из причин недовольства в Иране

Финансовая нагрузка от региональной политики Тегерана является одной из причин социального недовольства в Иране, считают представители экспертного сообщества

Одним из факторов социального недовольства в Иране является финансовая нагрузка от региональной политики Тегерана, считают представители экспертного сообщества Турции.

Эксперты сходятся во мнении, что хотя причины, побудившие жителей Ирана выйти на улицы лежат в экономической плоскости, последние акции протеста могут быть связаны с недовольством внешней политикой Тегерана, а также манипуляциями внешних сил.

В беседе с «Анадолу» эксперт-иранист из университета Сакарья Мустафа Джанер привлек внимание к лозунгам участников акций протеста в Иране.

Вместо ожидаемых лозунгов «Долой США» и «Долой Израиль» озвучивается лозунг «Долой Россию», что отражает несогласие с региональной политикой Тегерана, тесно сотрудничающей с Москвой по Сирии, отметил Джанер, заметив, что причин для недовольства существующим положением в Иране достаточно.

«Поначалу в акциях принимали участие представители средней и старшей возрастной группы, не получающие вовремя пенсий, а также недовольные высоким уровнем цен в стране. Однако постепенно на их место пришла молодежь», — отметил эксперт, выразив уверенность в том, что Тегеран в итоге прибегнет к силе для подавления акций протеста.

В то же время, эксперт Стамбульского университета культуры, сотрудник Центра исследований Ирана Серхан Афаджан акцентировал внимание на нагрузке, которую несет на себе экономика Ирана из-за внешней политики Тегерана последних лет.

Однако, по его мнению, это финансовое бремя все же не столь масштабно и не может оказать негативного влияния на повседневный быт жителей Ирана.

В Иране все активней озвучивается призыв к реформам, что в итоге вынудит власти к поэтапным шагам в данном направлении, считает Афаджан.

По его словам, внешние силы время от времени пытаются вмешаться во внутренние дела Ирана и это обстоятельство также могло спровоцировать последние акции неповиновения в Иране.

http://aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D1%80%D0%B5%D0%B3%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0%D1%8F-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D0%B0-%D0%B8%D0%B7-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D1%87%D0%B8%D0%BD-%D0%BD%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B0-%D0%B2-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B5/1021475

Политолог Гюльнара Инандж: «Соотношение сторонников и противников исламской власти в Иране можно определить как 60/40». «

Гюльнара Инандж Директор Международного онлайн аналитического центра «Этноглобус», политолог

В Иране продолжаются широкомасштабные  акции протеста, начавшиеся 28 декабря. Это первая по масштабу акция с 2009 г. В Иране там и тут проходили небольшие акции протеста на социальной основе -иранцы не довольны дороговизной , инфляцией.

Воспламенение протестов в религиозных центрах как Мешхед и Гум, неслучайно.

Глобальная коррупция и взяточничество в Иране особо широко и жестко имеет место в этих международных шиитских религиозных центрах.

Кроме того, иранцы не довольны сосредоточиванием основных экономических источников государства  у духовенства и чиновников высокого ранга.

Зарплата духовенства и чиновников в 100 раз повышает жалование простых граждан.

В то время как сообщается о миллионах высокопоставленных  чиновников и духовенства в зарубежных банках,  бедные слои населения оказались в ловушке банков-пирамид , лищившись жилья.  Бесконечная инфляция и дороговизна внушает в людей безнадежность.

Нынешние протесты имеют одно отличие — иранцы выступают не только против руководство страны, коррупции и дороговизны. Протестующие выдвигают лозунги против верховного духовного лидера Али Хаменеи, исламского правления , финансирования организаций «Хамас» и «Хезболла», вмешательства в дела соседних государств и выделение из бюджета миллионы долларов для содержания их правительств, сжигают плакаты с портретом Хаменени .

Интересно, что в городах Мешхед и Гум митингующие выкрикивали лозунги о своем сожалении, что свергли шаха и приносили извинения его семье.

Также привлекает внимание и то, что протестующие во всех городах нападали на автомобили и здания добровольцев «Бясидж». (Отряды «Бясидж» входят в состав Корпуса стражей исламской революции и состоят из добровольцев.) Были убиты 3 сотрудника Корпуса стражей исламской революции.  Добровольцы «Бясидж» имеют право безгранично  вмешиваться  в личную жизнь иранцев, что приводит их в недовольство.

«Бясидж» в своем роде играет роль полиции морали.

 

Протесты распространились почти на всю территорию страны, при этом количество протестующих не так уж много. На митингах в основном участвуют рабочие, фермеры, безработные, часть студентов.

Кроме того, в 2009 году в «Зеленом движении» участвовала интеллигенция, которой не видно на митингах.

Средний слой , базары, азербайджанские тюрки  также не участвуют в протестах. Заметим, что в 2009 г. Азербайджанские тюрки, средний слой и базары не присоединились к «зеленым». Большая часть женщин и студентов остались в стороне от событий.

Нужно особо отметить, что иранские женщины отличаются боевым духом, имеют особый ведущий статус и настойчивы.  По нашим достоверным данным, западные институты работают с иранками в рамках защиты прав женщин через третьи страны.

Всеобщая забастовка, объявленная на 2 января не состоялась, так как к ней  не подключились базары и средний бизнес.

Вопреки тому, что среди азербайджанских тюрков Ирана высок уровень национального сознания, они все еще молчат. В Урмия и Эрдебиле прошли немногочисленные митинги, но Тебриз и населенные пункты, густонаселенные азербайджанскими тюрками не присоединились к акциям всесильно.

Дело в том, что на прошлой неделе на матче между тебризской футбольной командой «Трахторсази» и  «Персополис» болельшики соперника выкрикивали оскорбления в адрес азербайджанских тюрков.

Как сообщает радио «Голос Америки»,  призывы к населению в социальных сетях к участию на митингах, написанные  на азербайджанском  языке были стерты админами и принесены извинения.

Власти с целью ограничения активности азербайджанских тюрков  первые дни событий провели массовые аресты, в регионах компактного проживания наших соотечественников.

Вроде , наоборот, азербайджанские тюрки должны были использовать эти моменты для мщения , но этого не происходит.

5 января в Тебризе пройдет матч между командами  «Трахторсази» и  «Истиклал». Но фанаты «Трахторсази»  узе заявили, что на оскорбление ответят своей культурой.

Игры «Трахторсази» обычно превращается на площадку всплеска националистических, порой сепаратистских лозунгов.

Последние годы возросло национальное сознание  азербайджанцев в Иране, они настойчивы в своем требовании образования на родном языке.  Обещания и действия властей в этом направлении явно носят отвлекающий характер.

Так как протесты в Иране идут на убыль, не ожидается подключения азербайджанцев к общеиранским протестам после завершения матча.

Если даже сейчас иранские тюрки подключатся к процессам , если даже ситуация измениться , действующие власти нет.

Израильский сайт debka.com  пишет, что воспламенение протестов после пятничного намаза 5 января очень слабое предположение.

Реакция властей

Так как количество митингующих было не много власти не использовали особую силу- в основном мелкокалиберное огнестрельное оружие, водометы и газовые бомбы.

Количество погибших составляет чуть более 20-ти человек, что и свидетельствует о том, что огнестрельные оружия были использованы редко. Сообщается о тысячи арестованных.

Власти в ответ на протесты вывели на улицы своих сторонников, которые выставили протестующих пособниками Израиля и США. Также сообщается о причастности Саудовской Аравии   к волнениям в Иране. Заметим, что debka.com передает, что их источники работают в гуще протестов в Иране.

Ожидается , что как обычно после пятничного намаза пройдет очередной митинг в поддержку властей Ирана и духовенства.

 

Соотношение  60/40

Соотношение сторонников и противников исламской  власти в Иране можно определитькак 60/40.  Граждане по своей политической позиции части: сторонники исламского правления; желающие улучшить свое социальное положение в независимости того, кто будет находиться у власти;  полностью не принимающие религиозное правление в стране.

Если лояльные к духовному правлению граждане четко встанут рядом с теми, кто категорически против исламской республики , то тогда соотнощение сил изменится против властей.

Если так, то властям необходимо срочно начать социальные и политические реформы с целью привлечения в свою сторону «слой общества, оставшегося в середине». Но последние годы неоднократно были попытки проведения реформ, которые так и остались бездейственными по причины постоянных трений между клерикалами и государственным аппаратом.

Упорство иранцев

Власти с первых дней имспользовав оружие , пытались сломать дух, напугать митингующих.  Но иранцы вопреки малочисленности своих рядов , арестам и погибшим настойчивы в своих протестах.

Национальное сознание иранцев, обосновано на самоуважении, построенное на базе имперского сознания.

Как видно из видеокадров, снятых на улицах Ирана вопреки выстрелам, газовым бомбам не покидают свои позиции.

Не смотря на то, что у протестов не было лидера, плана действий и гибели людей, митингующие не превратились в массу черносотников,  неуправляемых групп, не воцарился хаос .

Были только нападки на госучреждения и машины представителей властей. Базары и учреждения частного сектора не стали жертвами  агрессии недовольных.

Родственники арестованных  продолжают свои акции перед тюрьмами.

Официально участники митингов обвиняются в связях с иностранными спецслужбами. Это говорит о том, что арестованных ждет казнь.

Иранцы знают тактику  действий силовых структур и протестующие заранее предвидели возможную судьбу, изъявляя свое недовольство на улицах.

Последние годы возросли недовольство иранской молодежи религиозным правлением страной. Иранцы любят развлечения, чего они лишены в своей стране. Молодые иранки не ограничиваются  распространением своих фото в социальных сетях без головного покрытия , они также с непокрытой головой на улицы Ирана , протестуя религиозным запретам.

Фото девушки с открытой головой — участницы нынешних протестов в Иране обошла все информационные агентства мира.

На нынешнем этапе сила протестов не разрушительна, она не способна сменить общественно-политический строй.

Протесты расщепили, охладили  протестную энергию, скопившуюся в обществе. Но если ничего не изменится, то безнадежные люди вновь встанут на путь протестов.

Нынешние протесты не имеют ни лидера, ни  программы. Процессы начались внезапно и идут своим путем. Любой начатый процесс должен иметь результат, иначе он потухает.

И сейчас протестные процессы в Иране идут на спад. Фрукт еще не созрел. Он ждет весны.

http://ethnoglobus.az/index.php/vse-novosti/item/2662-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3-%D0%B3%D1%8E%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%B0-%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D0%B6-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BD-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B1%D1%83%D0%B5%D1%82-%D1%81%D0%B8%D0%BB%D1%8B

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

США и Израиль провалят операцию по смене режима в Иране

Такой прогноз выдал известный американский блогер
Биллмон

В эти дни мы, возможно, наблюдаем первую стадию крупной операции по «смене режима», которую проводят США и Израиль с помощью одной иранской террористической группировки.

А еще в начале декабря прошлого года Белый дом и сионисты готовились к новому нападению на Иран: «Как подтвердил газете Haaretz высокопоставленный чиновник США, делегация под руководством советника по национальной безопасности (премьер-министра) Израиля (Меира Бен Шаббата — С.Д.) провела в начале месяца встречу в Белом доме с двумя высокопоставленными чиновниками с целью обсуждения стратегии противостояния агрессии Ирана на Ближнем Востоке.»

В другом сообщении ссылаются на израильского чиновника, высказавшегося о результате переговоров: «США и Израиль сходятся во взглядах на различные события в регионе и в особенности на те, которые связаны с Ираном. Мы достигли понимания в том, что касается стратегических и политических подходов в противодействии Ирану. Мы едины в понимании целостной стратегии, а также конкретных целей, образа действий и средств, которые необходимо использовать, чтобы достичь этих целей».

А это, возможно, результат той встречи: «Выкрикивая призывы против правительства, сотни людей вышли на улице второго по величине города Ирана Мешхеда, чтобы выразить протест против высоких цен».

Видеоролики, размещенные в социальных сетях, показывали как в Мешхеде, городе на северо-западе Ирана, содержащем святыни шиитского ответвления в исламе, демонстранты выкрикивали призывы «Смерть (президенту Хасану) Рухани!» и «Смерть диктатору!».

Полуофициальное новостное агентство ILNA и социальные сети сообщают о демонстрациях в других городах провинции Хорасан-Резави, включая Нейшабур и Кашмар.

Протесты против (нео)либеральной экономической политики правительства Рухани оправданны. Официально безработица в Иране превышает 12%, а экономический рост вряд ли можно определить. И люди на улицах — не единственные, кто этим не удовлетворены.

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи, который неоднократно критиковал действия правительства в экономической сфере, заявил, что нация борется с «высокими ценами, инфляцией и рецессией», и попросил чиновников решительно побороть эти проблемы.

Постепенно содержание лозунгов протестующих изменилось — с просьб об экономической помощи на призывы к смене режима.

Я склоняюсь к тому, что за этими протестами стоят привычные подозреваемые. Обратите внимание, что протесты начались одновременно сразу в нескольких городах. Это было не какие-то спонтанные локальные беспорядки в одном городе; присутствовала определенная форма координации.

А потом появилось вот эти сообщения:

Карл Бильдт из Рима: Сообщается о том, что сигнал международных спутниковых телевизионных сетей в крупных городах Ирана блокируется. Это, скорее всего, признак того, что режим боится распространения сегодняшних протестов.

Поиск в Интернете на различных языках показывает полное отсутствие таких «сообщений». А Карл Бильдт — бывший премьер-министр Швеции. В 1973 году он был завербован в качестве информатора ЦРУ и с тех пор превратился в полностью созревшего агента США. Он принимал участие в государственном перевороте на Украине и старался лично на этом нажиться.

Затем появилась лекция на «хакерском» конгрессе CCC о британской секретной службе GHCQ* и ее карманных марионеточных аккаунтах в Twitter и Facebook. Они используются для сбора агентурных разведданных и для руководства операциями по «смене режимов». Страницы 14−18 слайдов (11:20 мин.) содержат ссылку на документы GCHQ, в которых указывается, что Иран входит в число стран-мишеней. Оратор конкретно указывает на аккаунт «@2009Iranfree», который используется для того, чтобы порождать протесты в Иране после переизбрания президента Ахмадинежада.

Как сообщило ILNA со ссылкой на Мохсена Насджа Хамадани, заместителя начальника службы безопасности провинции Тегеран, примерно 50 человек собрались на одной из площадей Тегерана. Большинство разошлись по просьбе полиции, но несколько человек отказались сделать это и были «временно задержаны».

Некоторые из этих протестов были порождены по-настоящему экономическими причинами, но позднее руководство ими перехватили другие группы интересов. Так, житель Исфахана рассказал, что протестующие присоединились к митингу, организованному заводскими рабочими, требовавшими выплаты задолженностей по зарплатам. «Лозунги быстро сменились с экономических на протесты против (президента Хасана) Рухани и Верховного лидера (аятоллы Али Хаменеи)».

Чисто политические протесты — в Иране редкость, но демонстрации часто проводят рабочие из-за увольнений и невыплаты зарплат, а также те люди, которые держат вклады в нерегулируемых, банкротящихся кредитно-финансовых организациях.

Как заявил Аламолхода, представитель аятоллы Хаменеи в Мешхеде, некоторые люди воспользовались протестами против повышения цен, чтобы выкрикивать лозунги против той роли, которую играет Иран в региональных конфликтах. «Некоторые люди пришли, чтобы выразить свои требования, но внезапно среди толпы в несколько сотен человек малая группа, численностью не более 50 человек стала выкрикивать ненормальные и отвратительные лозунги — такие, как «Оставьте в покое Палестину!» «Не за Газу**, не Ливан! Я бы отдал свою жизнь только за Иран!» — сказал Аламолхода.

На видеороликах, опубликованных террористической группировкой «Муджахедин-э Халк» [MEK]*** показываются, в основном небольшие протесты, несмотря на то, что MEK утверждает, будто десятки тысяч людей выкрикивают «Смерть диктатору!» (). MEK и его «гражданская» организация Национальный совет сопротивления Ирана (НССИ), кажется, активнее других участвуют в нынешних протестах. Их вебсайт заполнен проблематикой протестов, а их руководитель г-жа Марьям Раджави выпустила заявление в поддержку этих действий: «г-жа Марьям Раджави, избранный президент Иранского Сопротивления, приветствует героический народ Керманшаха и других городов, которые поднялись сегодня, провозглашая „Смерть или свобода!», „Смерть Рухани!», „Смерть диктатору!», „Свободу политическим заключенным!» и протестуя против высоких цен, бедности и коррупции». Она сказала: «Вчера Мешхед, сегодня Керманшах, а завтра по всему Ирану — это восстание звучит погребальным звоном целиком коррумпированной диктатуре мулл, а также призывом к демократии, справедливости и суверенитету народа».

Призывы со стороны MEK выглядят подозрительно потому, что в 2012 году сообщалось, что ранее Израиль использовал эту террористическую организацию, чтобы совершить убийства иранских ученых-атомщиков.

Выступая на телеканале NBC, американские чиновники также утверждали, что агенты Моссад готовили значительное количество этой диссидентской террористической группировки для убийства иранских ученых-атомщиков, добавляя, что администрация президента США Барака Обамы знала об этой операции, но прямой связи с ними не поддерживала.

Минувшим октябрем в докладе (исследовательского вашингтонского — С.Д.) института Като содержался анализ нескольких вариантов действий США по отношению к Ирану. Под вариантом № 3 «Смена режима изнутри» отмечалось: «При этом подходе США должны оказывать давление на иранский режим и одновременно поддерживать те группы, которые будут ему противостоять — будь они экстремисты НССИ, выступающие за демократию группы „Зеленой Революции» или этнические меньшинства внутри Ирана. Сторонники этой стратегии сравнивают ее с тем, как при Рейгане поддерживали группы гражданского общества в Советском Союзе».

Сторонник «принудительной демократизации», Марк Дубовиц из Фонда защиты демократий**** призвал президента Трампа «перейти в наступление против иранского режима», «ослабив финансы режима» «массированными экономическими санкциями», «одновременно подрывая власть правителей Ирана и укрепляя про-демократические силы» внутри Ирана. Этот вариант, кажется, прижился в текущей политике администрации Трампа и получил публичную поддержку со стороны Тиллерсона. Директор ЦРУ Майк Помпео также выразил поддержку этого подхода в ходе своего выступления в конгрессе.

В MEK/ НССИ отметили, что сенатор Том Коттон, который, скорее всего, заменит шефа ЦРУ Помпео после того, как Помпео перейдет в госдепартамент, также издал заявление в поддержку протестующих.

Между Белым домом и Нетаньяху царит согласие по поводу стратегических подходов по отношению к Ирану. Ведущие члены администрации Трампа выступают за «смену режима» в Иране «про-демократическими силами». А через несколько недель после того, как согласие было достигнуто, в Иране начались скоординированные экономические протесты, в которых инициатива была перехвачена очень небольшой группой весьма активных сторонников смены режима. В протестах с самого начала активное участие приняла группа иранских террористов-эмигрантов, хорошо известных своим смертоносным сотрудничеством с израильскими шпионами и имеющих законспирированные ячейки в Иране.

Если это действительно та операция по «смене режима», которую я подозреваю, то скоро протесты лишь усилятся. Когда люди нуждаются в деньгах, всего несколько тысяч долларов способны сколотить большую толпу. Мелкие группы будут подстрекать к беспорядкам большие толпы по-настоящему озабоченных людей — прячась у них за спинами. Западные СМИ будут привычно выражать свой псевдо-либеральный гуманизм и озабоченность судьбой «простых людей». Когда полиция в Иране попытается арестовать бунтовщиков, устраивающих массовые беспорядки, СМИ станут кричать о «жестокости». Будут сотворены и какие-нибудь «мученики», которых превратят в иконы. Поползут слухи о цензуре и подавлении инакомыслящих (см. пример с Карлом Бильдтом выше). Отовсюду пойдут фальшивые новости, и сотни карманных марионеточных аккаунтов в Twitter и Facebook вдруг станут «иранскими» и начнут, запыхавшись, вещать «прямо с места происходящего» — из своих кабинетов в Лэнгли*****.

Для иранских политиков и полиции этот вопрос не прост. Экономические протесты явно оправданны — даже Хаменеи выступил в их защиту. Но массовые беспорядки необходимо подавить до того, как они разрастутся и станет невозможно унять. Проблемой может стать провокационное применение оружия. Моссад и MEK особо-то не церемонятся, когда надо стрелять по людям.

Но Исламская Республика Иран по-настоящему опирается на поддержку широких слоев общества. Правительство поддерживают крупные гражданские организации. Пусть не по всем вопросам, но по довольно широкому спектру. Большинство иранцев — гордые националисты, и разделить их будет очень трудно.

Если это действительно та попытка «смены режима», которую я подозреваю, то я предсказываю, что она провалится.

Авторе: Billmon — псевдоним американского блогера, размещающего свои комментарии по широкому кругу политических и экономических проблем в своем блоге»Moon of Alabama» (Луна Алабамы). Блог озаглавлен по названию одноименной песни Б. Брехта, написанной в соавторстве с Э. Хауптманн и композитором К. Вайлем для оперы в 3-х частях «Подъем и упадок города Махагони». Вошедшая в оперу композиция «Alabama Song» («Moon of Alabama») впоследствии была перепета многочисленными исполнителями, включая Уте Лемпер, Дэвида Боуи и The Doors.

Copyright © Moon of Alabama, 2018.

Публикуется с разрешения издателя.

Перевод Сергея Духанова.

* Центр правительственной связи (англ. Government Communications Headquarters, GCHQ) — спецслужба Великобритании, ответственная за ведение радиоэлектронной разведки и обеспечение защиты информации органов правительства и армии.

Центр правительственной связи находится в ведении Министра иностранных дел Великобритании, но формально не является частью Форин-офиса. Директор GCHQ имеет ранг Постоянного Секретаря (англ. Permanent Secretary) Правительства Великобритании. Большинство персонала базируется в штаб-квартире в Челтнеме. Центр является участником альянса UKUS SIGINT и несет ответственность за сбор и анализ информации в странах Европы (включая европейскую часть России) и Африки. Спецслужба финансируется из средств SIA (Single Intelligence Account) и Национальной Программы Информационной Безопасности (National Cyber Security Programme).

**Сектор Газа, арабская территория, формально находящаяся под управлением Палестинской национальной администрации (ПНА). Фактически, военный контроль над воздушным пространством сектора Газа, некоторыми из его сухопутных границ (остальные находятся под египетским контролем) и территориальными водами осуществляет Израиль.

*** Организация моджахедов иранского народа или Моджахедин-э Халк (перс. سازمان مجاهدين خلق ايران‎, sāzmān-e mojāhedin-e khalq-e irān) — иранская леворадикальная организация, ведущая борьбу против Исламской Республики Иран. Признана террористической организацией Ираком и Ираном. 26 января 2009 года Европейский союз убрал организацию из списка террористических. В 2012 году США убрали организацию из списка террористических.

**** Фонд Защиты демократии (Foundation for the Defense of Democracies)(FDD) был создан американскими миллиардерами по требованию генерала Ариэля Шарона и приступил к подготовке риторики насильственной демократизации. При помощи смешения разнородных идей и прочих трюков этот «мозговой центр» сыграл на страхе, порожденном терактами 11 сентября, и настроил общественность против Палестины. После этого Фонд взялся за ООН и выступил с призывами атаковать Ирак, Саудовскую Аравию, Сирию и Ливан.

*****Муниципалитет штата Вирджиния, пригород Вашингтона, где находится штаб-квартира ЦРУ.
4 января 18

Источник — svpressa.ru

Иранцы встречают Новый год акциями протеста против политики своих аятолл

Как известно, последние стихийные протестные акции в Иране начались вначале лишь в небольших населенных пунктах, расположенных вдали от Тегерана. Однако, вскоре волнения быстро распространились на двадцать городов страны, а к концу 2017 года докатились и до столицы государства. Имеются убитые и раненые, сотни протестующих задержаны полицией.

Демонстранты выражают недовольство своим социальным положением, ростом цен, коррупцией во власти и открыто призывают к смене правящего режима шиитских аятолл. В ходе манифестаций раздаются требования предотвратить в стране надвигающиеся голод и нищету. Демонстранты выдвигают властям однозначные требования: прекратить ничем не обоснованные траты из госбюджета на поддержку ливанской шиитской группировки “Хизбалла”, палестинского ХАМАСа и режима Асада в Сирии. Раздаются антиправительственные лозунги, направленные против духовного лидера страны, против правящего режима: “Смерть диктатору”, “Ублюдок Хаменеи”, “Покиньте Сирию и займитесь проблемами иранского народа”, “Не Газа, не Ливан, а Иран”.

Поводом для этих народных волнений послужило то, что, несмотря на поэтапное снятие международных ограничительных санкций с Ирана, финансово-экономическое положение страны не улучшилось, а продолжило деградировать. Уровень инфляции зашкаливает, безработица и цены растут быстрыми темпами, покупательная способность населения падает, денежная масса обесценивается. Многие граждане считают, что в этих кризисных явлениях виноват, в первую очередь, правящий режим аятолл. Большую роль в самоорганизации граждан и их информации о положении дел в стране играют социальные сети. Как и в дни «арабской весны» иранская улица забурлила.

Действительно, основания для недовольства властями у населения Ирана имеются. Пришедшие к власти в 1979 году шиитские фундаменталисты изначально взяли внешнеполитический курс на экспансию шиизма в регионе. Попытки Тегерана привести к власти в ряде арабских стран шиитские и прошиитские режимы (Ирак, Сирия, Ливан, Йемен, Бахрейн, Саудовская Аравия, Кувейт), поддержать антиизраильские группировки ХАМАС и «Хизбаллу» потребовали значительных финансовых и материальных расходов. В результате оказались израсходованными десятки миллиардов долларов США из госбюджета страны, за последние несколько лет тысячи иранцев погибли и стали инвалидами в боях на территориях арабских государств. В 2013 году Исламская республика Иран выделила только Сирии беспроцентных и практически невозвращаемых кредитов примерно на 15 млрд долларов – эти деньги позволили Асаду содержать семью и аппарат правительства, выполнять социальные обязательства на контролируемых территориях и финансировать военные расходы. В 2015 г. финансово-экономическая помощь Ирана Сирии составила $ 8–9 млрд. Примерно столько же из госбюджета Ирана выделялось Башару Асаду и в последующие годы.

Можно полагать, что иранским властям все же удастся подавить силой народные волнения, как это уже имело место в 2009 году, но коррективы в свой внешнеполитический курс аятоллам вносить придется. Очевидно, явный перекос в тратах на поддержку «шиитских революций» и антиизраильских группировок в арабских странах, по сравнению с расходами на развитие экономики и повышение жизненного уровня населения страны, придется исправлять. Иранцы явно устали жить в нищете и напрасно ждать помощи от своих аятолл.

 

Эксперт по Ближнему Востоку Иванов Станислав Михайлович

Иран: эстрада и политика антиизраилизма

Vladimir Mesamed

В связке Иран – Израиль в последние десятилетия работает в основном ассоциативный ряд ненависти и вражды. Исламская Республика давно уже декларирует лидерство в исламском мире и это дает ей право числить себя защитниками «угнетенных исламских наций», и в первую очередь «арабского народа Палестины». На практике это означает всемерную поддержку «арабского и палестинского дела» и широкомасштабное нагнетание враждебности по отношению к «экспансионистскому сионистскому захватчику». В такой плоскости антиизраилизм пронизывает все сферы жизни, им полны школьные учебники, литература, кино, песни.

Вот всего один пример, довольно свежий. Недавно одним из хитов иранской песни стало произведение под зловещим названием «Стая стервятников». Исполняющий ее молодой, но уже популярный певец Мохсен Еганэ получает тысячи лайков в Youtube. Созданный им видеоклип приковывает внимание многих зрителей в иранском сегменте интернета. В нем певец заявляет о себе как горячем защитнике палестинского народа, призывает к солидарности. Впрочем, значительная часть видеоряда, как сообщила начавшая недавно работу в эфире израильская фарсиязычная радиостанция «Паямэ Эсраиль» («Вести из Израиля») демонстрирует нечто другое: там показывают картинки боевых операций военных соединений Исламской Республики, поддерживающих правительство сирийского президента Башара Асада, демонстрируют жертвы гражданской войны, выдаваемые как жертвы расстрелов «сионистами невинных палестинцев».

Эта песня создана в полном соответствии с политикой ИРИ по всемерной и безусловной поддержке «правого дела палестинского народа». Она прославляет палестинских террористов, которые воюют во имя уничтожения Израиля всеми доступными им способами. По сути, они делают то, чем занимается «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России), расправляясь с гражданским населением. Клип с этой песней горячо воспринят и официальными иранскими пропагандистскими организациями, усилиями которых в Иране широкое распространение получил новый лозунг «Даст Б-г, в течение 25 лет этих захватчиков здесь не станет!».

Вот несколько строчек этой песни, собирающей в иранском сегменте интернета сотни проклятий в адрес Израиля и желающих смерти его народу:

«Опять прилетели стаи стервятников,

Будто увидели новые трупы…

Они прилетели «во имя мира и безопасности»,

Но опять режут глотки народа.

Мир, о котором они говорят, довольно символичен,

Его олицетворяет миллион солдат».

В Иране эту песню восприняли как очевидный вклад в реализацию деятелями искусства пропагандистского лозунга «Смерть Израилю!», не теряющего своей остроты все годы после победы там Исламской революции и немедленного декларирования антиизраилизма как одного из базовых аспектов внешней политики ИРИ.

Однако не всем песня пришлась по вкусу. У многих любителей иранской песни, особенно тех, кто не живет в Иране, и не испытывает нежных чувств к исламскому режиму, «Стая стервятников» вызвала недовольство, а иранские эмигранты в американском штате Калифорния, узнав о том, что М.Еганэ приезжает в США с концертами, начали кампанию бойкота его выступлений. Учтем, что в этом американским штате значительную долю выходцев из Ирана составляют евреи, в массовом порядке покинувшие Иран в послереволюционный период под угрозой физического уничтожения.

Сотни иранских эмигрантов, в основном – евреев, собрались в истекшую субботу 16 декабря у здания концертного зала Microsoft в Лос-Анжелесе и провели там довольно мирную демонстрацию, которая не преследовала своей целью отмену проведения концерта. Организаторами демонстрации выступили еврейско-иранские организации штата Калифорния, в том числе – ирано-американская еврейская Федерация. Ее участники не скандировали лозунги, а держали в руках плакаты, осуждавшие антисемитские проявления. Вот один из них: «Мохсен Еганэ: в его песнях призывы к насилию и ненависти». Местный еврейско-иранский активист Джордж Харуниан таким образом разъяснил СМИ причину демонстрации: «Мы хотели бы, чтобы антисемиты отказались от своего бесчеловечного поведения». Иранский интернет-сайт «Клуб молодых журналистов» процитировал газету The Los Angeles Times: «Как минимум, пять тысяч выходцев из Ирана подписали петицию, требующую отмены концерта Мохсена Еганэ». В петиции говорилось о том, что Мохсен Еганэ оскорбляет еврейские святости, действуя в рамках политики Исламской Республики Иран по уничтожению Израиля. Сам «Клуб молодых журналистов», подтверждая эту мысль, написал, что в песне М.Еганэ рефреном проходит слово «стервятник», под которым певец подразумевает израильтян. Несколько участников демонстрации в Лос-Анжелесе дали интервью радиостанции «Паямэ Эсраиль», в котором рассказали, что являются евреями, эмигрировавшими из Ирана в США после победы там Исламской революции, они любят свою родину – Иран, и отвергают любое проявление ненависти на религиозной, этнической и националистической базе. «Иранские евреи любят и искренне уважают Израиль, его культуру, как и культуру Ирана. Мы выражаем презрение тому, кто искажает действительность, делая это, вдобавок ко всему, еще и в грубой форме». Корреспондент радиостанции «Паямэ Эсраиль» передал, что демонстрация собрала несколько сотен участников, в большинстве – иранских евреев. Вначале они собрались у входа в концертный зал, но полиция попросила их отойти на некоторую дистанцию. Поскольку началась еврейская Ханука, демонстранты зажигали ханукальные свечи, пели религиозные песни.

Как написали иранские СМИ, выступление М.Еганэ в Лос-Анжелесе было как нельзя успешным. Но вглядимся в снимки, опубликованные в американских СМИ. На одном из них, снятом во время концерта с верхнего ракурса, можно разглядеть самого исполнителя с оркестром на сцене, а в зале – редкие, по 5-6 в ряду, фигурки зрителей. Однако иранские СМИ утверждают, что несмотря на массовые демонстрации иранцев Лос-Анжелеса против проведения там концерта М.Еганэ, выступление состоялось при полном аншлаге. Отметим, что опубликованные в Иране снимки сделаны таким образом, что на них видна только сцена, а виды зрительного зала просто-напросто отсутствуют.

Близкое к Корпусу стражей исламской революции (КСИР) информационное агентство «Фарс» процитировало организатора концерта М.Еганэ в Лос-Анжелесе Мохаммада Хатампура, сказавшего, что было продано 7100 билетов, что равно количеству мест в зале, где было проведено выступление. Впрочем, другие информационные источники не сообщают точного числа заранее купленных билетов, сомневаясь в названном М.Хатампуром предполагаемом числе зрителей. При этом, часть любителей иранской музыки, купивших заранее билеты на выступление певца, узнав из сообщений еврейско-иранского сообщества Лос-Анжелеса об антисемитских взглядах М.Еганэ, решили отказаться от посещения этого мероприятия буквально в последнюю минуту.

Сам певец в начале концерта выразил сожаление по поводу того, что некоторым зрителям не нравится его песня, но не было заметно, что он раскаивается из-за этого. Как написал певец в Инстаграмме, «это был один из тех вечеров, по поводу которых я мог бы сказать – не хочу, чтобы он кончался». По сообщению иранского интернет портала «Хабар online», зрители горячо приняли концерт, а зал был переполнен». Это было, написал интернет портал, несмотря на «противодействие и саботаж местных еврейских организаций выходцев из Ирана, показавших, на самом деле, сущность оккупационного режима, поработившего Аль-Кодс (арабское и персидское название Иерусалима – В.М.)». А информагентство «Фарс» подчеркнуло, что концерт состоялся вопреки «фальшивой и лживой атмосфере, созданной вокруг него дьявольскими действиями некоторых устроителей из Лос-Анжелеса».

Источник: сайт Института Ближнего Востока в Москве.

Внешне привлекательная идея Кремля по мирному урегулированию сирийского кризиса оказалась трудно реализуемой.

Внешне привлекательная идея Кремля собрать в Сочи как можно больше делегаций сирийцев на переговоры по мирному урегулированию сирийского кризиса на деле оказалась трудно реализуемой. Инициативу В.В.Путина на корню загубили нынешние «друзья» и партнеры России в регионе – новоявленный турецкий султан Эрдоган и духовный лидер ИРИ аятолла Хаменеи. Каждый из них пропустил через фильтр своих эгоистических интересов список приглашенных на этот форум и, соответственно, убрал неугодные Анкаре и Тегерану (Дамаску) делегации. Исключив участие в сочинской встрече курдскую Партию демократического союза (ПДС), которая вынесла на себе основную тяжесть борьбы с террористами ИГИЛ и «Джабга ан-Нусра», Турция, Иран с его марионетками в Дамаске еще раз показали, что они не только не хотят видеть курдов за столом переговоров, но и по-прежнему не считают их равноправными гражданами Сирии.

При этом попытки Анкары и Тегерана как-то оправдаться и прикрыться вкраплением отдельных лояльных им курдов по национальности в ту или иную делегацию оппозиции или правительства Сирии ни в коей мере не компенсируют огромный ущерб от изоляции ПДС. Эрдоган при этом ведет себя все более нагло и разнузданно. Его войска не только оккупировали значительную территорию на севере Сирии без какого-либо разрешения Дамаска или санкции ООН, но при этом турецкие военные планомерно убивают сирийцев-этнических курдов. Якобы, эти сирийцы близки идеологически турецкой Рабочей партии Курдистана (РПК) и поэтому их можно безнаказанно обстреливать и уничтожать из танков и артиллерии. В последнее время Анкара угрожает вторгнуться в сирийскую провинцию Африн, где также проживают курды, и навести там свой оккупационный «порядок». Мировое сообщество и Москва закрывают глаза на эти факты нарушения суверенитета Сирии и геноцида по отношению к местному населению. Очевидно, здесь срабатывает известное изречение одного из исторических деятелей прошлого века: «Сукин сын, но свой сукин сын».

Помимо ПДС в Сочи по разным причинам не приедут другие представители антиасадовских и антииранских партий и движений (эр-риядская, каирская группы), а также многие лидеры вооруженной оппозиции и полевые командиры. Они считают главными террористами в Сирии режим Асада, ливанскую шиитскую группировку «Хизбаллу» и КСИР Ирана и в качестве предварительного условия для участия в переговорах требуют отставки Асада. Дамаск, в свою очередь, объявил предателями и террористами курдов и непримиримую арабо-суннитскую оппозицию и заявил о своей готовности разоружить их силой. Успешные действия ВКС РФ против ИГИЛ (запрещена в России) и помощь иностранной шиитской коалиции заметно укрепили позиции Асада и теперь в его окружении вновь набирает силу «партия войны». Арабо-алавитская верхушка и функционеры партии Баас готовы продолжить гражданскую войну при поддержке Тегерана до последнего сирийца. Реваншистские настроения у «ястребов» в Дамаске все усиливаются. Одновременно турецкие, иранские и сирийские спецслужбы на скорую руку лепят свои «карманные» партии, которым отводится роль марионеток на переговорах в Сочи. Особое усердие при этом проявляют сирийские спецслужбы.

Таким образом, еще не начавшись, сама сочинская встреча и ее ожидаемые результаты оказались под большим вопросом. Ясно, что турецкие и иранские посредники далеко не лучшие медиаторы в сирийском переговорном процессе и каждый из них «тянет одеяло» будущей Сирии на себя. Главной целью для них остается посадить со временем в Дамаске свое марионеточное правительство или хотя бы сохранить завоеванные на сегодня в этой стране плацдармы и анклавы. При этом они едины в проведении своей антикурдской и в целом антисирийской политики. Аргумент Анкары и Тегерана в борьбе с сирийскими курдами прост: задавив на корню курдское национальное движение в Сирии, удастся предотвратить борьбу турецких и иранских курдских меньшинств за свои законные права и свободы.

 

Эксперт по Ближнему Востоку Иванов Станислав Михайлович

 

Баку – это идеальный выбор для саммитов в формате Турция-Азербайджан-Иран

Азербайджан является активным участником региональных отношений, имеющим множество конструктивных и живых связей в экономике, политике и гуманитарной сфере как с Турцией, так и с Ираном.

Андрей Петров, заместитель генерального директора Информационно-аналитического центра МГУ имени Ломоносова

Встреча министров иностранных дел Азербайджана, Турции и Ирана, состоявшаяся в Баку, была важна в первую очередь как еще один официальный контакт Анкары и Тегерана, прежде имевших немало разногласий по ближневосточной ситуации.

Сегодня же Турция и Иран активно налаживают сотрудничество в связи с образованием общих интересов в регионе, таких как завершение сирийского кризиса, сдерживание курдского движения и противостояние спровоцированному Вашингтоном «иерусалимгейту». Кроме этого, сюда можно добавить и выход стран на реализацию крупных инфраструктурных межрегиональных проектов.

На прошлой неделе мы наблюдали за визитом президента Хасана Роухани в Турцию, а сегодня на площадке Баку состоялось закрепление результатов его переговоров с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом.

Трехсторонняя встреча глав МИД Азербайджана, Турции и Ирана - Эльмара Мамедъярова, Мевлюта Чавушоглу и Мохаммада Джавад Зарифа
© Sputnik / Murad Orujov
Трехсторонняя встреча глав МИД Азербайджана, Турции и Ирана — Эльмара Мамедъярова, Мевлюта Чавушоглу и Мохаммада Джавад Зарифа

Азербайджан в данном случае выступает не просто как удачное место встречи для проведения международных контактов на высшем уровне (хотя нельзя не отметить интерес все большего числа региональных и международных организаций проводить свои мероприятия именно в Баку), но и как активный участник региональных отношений, имеющий множество конструктивных и живых связей в экономике, политике и гуманитарной сфере и с Турцией, и с Ираном.

Де-факто, Баку – это идеальный выбор для саммитов в формате Турция-Азербайджан-Иран. Хотя большая часть подобных переговоров остается за закрытыми дверями, стоит ожидать, что сегодня стороны смогли договориться о многом по двусторонней, трехсторонней и многосторонней повестке дня в развитие тех договоренностей, что были достигнуты во время недавних переговоров президентов всех трех стран на разных площадках.

По карабахскому треку Турция сегодня традиционно поддержала Азербайджан, при этом я не увидел в заявлениях главы МИД Ирана каких-либо упоминаний карабахского конфликта, он говорит больше об экономике и связях с Баку и Анкарой.

Глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф
© Sputnik / Murad Orujov
Глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф

При этом активная поддержка Тегераном таких практических шагов мирного урегулирования конфликта, как деоккупация азербайджанских территорий и возвращение беженцев в родные земли, могла бы существенно продвинуть политический процесс, поскольку Иран – одна из двух стран, границу с которой Армения никак не может позволить себе утратить в условиях блокады с турецкой и азербайджанской стороны, то есть у ИРИ есть действующие рычаги давления на Ереван.

Больший фокус на дипломатическую работу с Тегераном мог бы помочь Баку в создании условий, при которых Армения будет вынуждена отказаться от статус-кво.

Что касается запланированной на январь встречи глав МИД Азербайджана и Армении, то на ней армянская сторона почти наверняка постарается вернуться к режиму затягивания переговоров.

Во-первых, это связано с недавней резолюцией Европарламента о поддержке Евросоюзом территориальной целостности стран «Восточного партнерства» в их международно признанных границах, ставшей, по сути, победой азербайджанской дипломатии в наименее объективном по отношению к Азербайджану органу европейской власти.

Этот успех, наряду с такими, как сходная резолюция о территориальной целостности стран Организации Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС), Еревану необходимо нейтрализовать, и сделать это можно через десубстантивацию дипломатических встреч с целью продлить переговорный процесс и, как следствие, статус-кво, на неопределенное время.

Во-вторых, у Еревана есть план-минимум – это затянуть переговоры до президентских выборов в марте, после которых Армения окончательно станет парламентской республикой, а ее президент – номинальной фигурой, как в Грузии.

Это позволит армянским властям усилить свои позиции на переговорах, поскольку будет де-факто утрачен рычаг давления на президента Армении как ключевую фигуру со стороны международных посредников, а также стабилизировать свое внутриполитическое положение, так как ответственность за любые события в рамках урегулирования и, шире, конфликта, будет теперь не сосредоточена на президенте и его команде, а распределена по членам парламента, которых выбирали сами граждане Армении.

Таким образом, стоит ожидать, что встреча с армянской стороны пройдет формально, и скорее всего, новой встречи президентов до марта назначено не будет.

Читать далее: https://ru.sputnik.az/expert/20171220/413291256/iran-turcija-azerbajdzhan-vstrecha-glavy-mid-karabah.html

Хезболла и Латинская Америка

 

Кристина Фернандес де Киршнер

Федеральный суд Аргентины обратился в местный Сенат с просьбой рассмотреть вопрос о лишении неприкосновенности и последующем аресте экс-президента, а ныне сенатора Кристины Фернандес де Киршнер. Ей предъявлен ряд обвинений, одно из которых — сокрытие роли Ирана в теракте в Еврейском центре Буэнос-Айреса, произошедшем в 1994 году.

В рамках этого же дела санкционировано задержание бывшего помощника Киршнер Карлоса Дзанни, общественного активиста Луиса д`Элиа, а также помещение под домашний арест бывшего министра иностранных дел Аргентины Эктора Тимермана.

Экс-президента Кристину де Киршнер обвиняют также в коррупции, мошенничестве и отмывании денег. Но для Латинской Америки финансовые вольности высокопоставленных чиновников — скучные будни. А вот «сокрытие роли Ирана в организации теракта», в котором погибло 85 человек, а еще более 300 получили ранения — та самая «вишенка на торте», которая сделает процесс увлекательным. И, кроме того, снимет нынешних властей страны подозрения в том, что они пытаются расправиться с одним из главных своих политических оппонентов.

Для аргентинской разведки CIDE расследование двух громких терактов — взрыва автомобиля перед зданием израильского посольства в Буэнос-Айресе 17 марта 1992 года и самоподрыв смертника 18 июля 1994 года в здании Аргентинского еврейского культурного центра — не составило особых проблем. К октябрю 1995 было получено достаточно убедительных доказательств, что организатором атак была местная агентура Хизбаллы.

теракт в Буэнос-Айресе, 1994 год

Более того, параллельное расследование вел и израильский Моссад, который — через завербованного к этому времени высокопоставленного оперативника Хизбаллы — достаточно быстро установил всех причастных к этим терактам лиц. После чего приступил к их планомерной физической ликвидации. Так, в частности, одной — пусть и не главной — причиной устранение в 2008 году «неизвестными» руководителя спецслужбы Хизбаллы Имада Мугние послужило и то, что он был одним из организаторов взрывов в Буэнос-Айресе.

Хотя, по сложившейся традиции, Моссад не взял на себя ответственность за смерть Мугние — в этом не было никакой необходимости, поскольку данная операция относилась к тем «секретам» — кто убил и за что конкретно — о которых в узких кругах быстро становится широко известно.

Собственно, так до конца и нераскрытым в рамках расследования остался только один вопрос – о причастности к взрыву генерал-майора Ахмад Шаха Шераги, более известного под другим именем – Ахмад Вахиди. Который в 1981 году – в возрасте 23 лет — был назначен заместителем командующего Корпусом стражей исламской революции (КСИР) Мохсена Резаи по разведке, а в 1983 – перешел на работу в легендарный Аль-Кодс, отвечавший за проведение операций КСИР за пределами Ирана.

слева Ахмад Вахиди

Генерал Вахиди был одной из ключевых фигур операции по созданию движения Хизбалла, которая в том же году, когда Ахмад Шах получил назначение в Аль-Кодс, осуществила одну из наиболее известных своих операций – подрыв в Бейруте заминированного грузовика возле казармы морской пехоты США, в результате чего погибли 241 американских и 58 французских военнослужащих. Именно эта акция на долгое время стала визитной карточкой Хизбаллы. И, одновременно – оглушающе громким сообщением о том, что на Ближнем Востоке появился еще один серьезный игрок.

Но Вахиди занимался не только Левантом и Хизбаллой. В начале 90-х разведка Исламской республики начала активное проникновение в Латинскую Америку, и в первую очередь – в Аргентину. Казалось бы, где Тегеран, только начинавший приходить в себя после войны с Ираком — а где Буэнос-Айрес? Но Иран интересовали не политические секреты страны, а доступ к новейшим разработкам ее военно-промышленного комплекса, с 50-х годов бывшего безусловным лидером в этой сфере среди латиноамериканских стран.

Создание иранской агентурной сети изначально осуществлялось с привлечением оперативных возможностей Хизбаллы, поскольку к этому времени в Аргентине появилось немало эмигрантов из Ливана. Впрочем, вскоре в Тегеране поняли, что публика это не совсем надежна, а часть ее и вовсе склонна к тому, что все разведки мира считают главным грехом агентуры – несанкционированой активности, когда из каких-то личных или идеологических соображений агент совершает действия, которые резидент или курирующий офицер ему не поручали.

Буквально за пару лет иранцы получили в Аргентине весьма неплохие оперативные позиции и организация терактов им была совершенно без надобности. Наоборот, им нужна была «тишина», поскольку в местных политических и деловых кругах у них появились весьма перспективные контакты.

Но их агенты из местной подпольной ячейки Хизбаллы считали иначе. И вполне самостоятельно «заявили о себе» — с кровью, массовыми жертвами и последующей полной зачисткой спецслужбами – причем, в прямом смысле – всех, связанных с подпольем. «Эскадроны смерти» — команды ликвидаторов из полиции и спецслужб – давняя латиноамериканская технология, отработанная до мелочей…

Итак, причастность местной ячейки Хизбаллы к взрывам в Буэнос-Айресе не только была очевидной – ее никто никогда особо-то и не отрицал. Однако, на тот момент следствию, отрабатывавшему «иранскую причастность» к терактам, удалось установить лишь то, что руководство подполья действительно имели контакты с представителями иранской разведки, в том числе – пару раз встречалось с Вахиди во время его посещений Аргентины. Ни о какой причастности генерала КСИР к организации и осуществлению терактов ни тогда, ни сейчас доказано не было.

Все изменилось, когда в 2005 году, в период президентского срока Махмуда Ахмадинежада он стал заместителем, а с 2009 – и министром обороны Ирана. Именно после 2005 года вновь начали муссироваться слухи о его личной причастности к организации взрывов в Буэнос-Айресе. В 2007 году по заявке аргентинских властей, которые получили соответствующую информацию из Израиля, его объявил в международный розыск Интерпол. А в 2010 он был внесен в «черный список» США, как представитель иранского правительства, причастный к созданию «ядерного оружия Ирана». Что интересно – именно в это же время в интернета стала гулять версия о том, что Ахмадинежад был в числе студентов, захвативших в Тегеране посольство США. То есть, дискредитация иранских лидеров через «привязку» их к «международному терроризму» шла полным ходом.

Нужно отметить – не без успеха. В 2011 году власти Боливии выдворили Вахиди из страны, где министр обороны Ирана находился по приглашению местного военного ведомства. Публично сообщив, что оно оказывается, не согласовало с ним визит генерала. Ну и выразив надежду, что «случившееся не повлияет на отношения с Аргентиной».

Буэнос-Айрес всегда без особого энтузиазма относился к попыткам втянуть его в антииранскую кампанию и не особо усердствовал в отработке «иранского следа». Что, естественно, совершенно не устраивало Израиль, посол которого в Аргентине даже упрекал их в бездействии. Дело было даже не в том, что Кристина Киршнер как-то препятствовала расследованию. Наоборот, именно по ее инициативе в январе 2013 года на встрече в Эфиопии министров иностранных дел Аргентины и Ирана — Эктора Тимермана и Али Акбара Салехи – было подписано соглашение о создании независимой комиссии по расследованию обстоятельств теракта 1994 года.

Что удивительно, но это решение вызвало волну возмущения в Израиле, власти которого заявили, что ранее просили Аргентину «не попасть в ловушку, которую иранцы для них построили [этим соглашением – И.П.]». Поскольку, дескать, оно «приведет к улучшению отношений между двумя странами, но при этом теракт не будет по-настоящему расследован». Власти Аргентины тогда резко посоветовали израильской стороне не вмешиваться во внутренние дела другой страны.

Так и тянулась бы эта история до бесконечности, возможно – так и была бы похоронена в архивах, если бы не нашелся человек, решивший сделать на ней карьеру — прокурор Альберто Нисман. Именно он стал автором 500-страничного доклада, в котором утверждалось, что спецслужбы Ирана – Министерство разведки и национальной безопасности и КСИР — организовали в Аргентине, Бразилии, Парагвае, Уругвае, Чили, Колумбии, Гайане, Суринаме и Тринидаде и Тобаго сеть резидентур, главной целью которых является не сбор разведывательных данных, а именно подготовка и осуществление террористических нападений.

прокурор Альберто Нисман

Словом – масштабный заговор коварного Тегерана против Латинской Америки, не меньше. В 2009 году Нисман обвинил в косвенной причастности к взрыву 1994 года даже бывшего президента Аргентины Карлоса Менема, имеющего сирийские корни, – он якобы старался отвести внимание следствия от участия в теракте своего друга-бизнесмена, также сирийца по происхождению, Альберто Кануре Эдулы.

Вполне допускаю, что даже активность Нисмана закончилась бы ничем, если бы не три обстоятельства. Во-первых, в январе 2015 года в самом расцвете сил (51 год для мужчины не возраст) прокурор погибает при загадочных обстоятельствах. Власти Аргентины объявляют произошедшее самоубийством, что мало похоже на правду. Поскольку если принять эту версию, то придется признать, что покойный перед тем, как выстрелить себе в голову сначала сломал себе нос, отбил почку и несколько раз ударился об стену затылком.

А поэтому практически сразу появляется версия о том, что смерть федерального прокурора тесно связана с расследованием им «иранского заговора». При том, что в это же время Нисман вел расследование о коррупции в высших эшелонах власти, причем – в весьма деликатной сфере распределения государственных оборонных заказов.

Во-вторых, в этом же, 2015 году начинается атака политических противников на президента Кристину Киршнер, у которой заканчивается второй срок полномочий. Которая продолжается до сих пор и сотрясает Аргентину уже два года.

С обвинениями в коррупции, мошенничестве и прочем в отношении нее не очень пока срастается, и потому вновь извлечена из архивов история с «иранским следом» во взрывах 1992 и 1994 года.

Ну и, наконец, обвинять Иран в поддержке международного терроризма – тренд, переживающий сейчас, с подачи Израиля и саудитов, второе рождение. Причем, убедительных доказательств здесь и не требуется. Ни в Аргентине, ни в Вашингтоне, ни где-то еще. Поскольку все перешло уже в стадию «да помилуйте, все же об этом знают», и любая неясность, запутанность и неопределенность толкуются сейчас исключительно не в пользу Тегерана. Которому даже оправдываться нет смысла – он назначен виновным за все и везде. И ему остается сейчас утешаться тем, что хоть в извержении вулканов на Бали, Курилах и в Исландии его пока не обвиняют.

https://haqqin.az/news/118236

Все дороги ведут в Баку

Профессор МГИМО Владимир Сухой об экономической и политической целесообразности новой железнодорожной магистрали Баку-Тбилиси-Карс и международного коридора Север-Юг.

В Баку прошла официальная церемония сдачи в эксплуатацию железнодорожной магистрали Баку–Тбилиси–Карс (БТК) протяженностью 826 километров. Мне показался примечательным тот факт, что эта церемония открытия нового суперпроекта, имеющего историческое с111.PNGзначение для стран всего региона, прошла неподалеку от Международного морского торгового порта в бакинском поселке Алят и Сангачальского терминала, откуда начинается трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан. Запуск маршрута Баку–Тбилиси–Карс, который соединил азербайджанские и грузинские железные дороги, станцию Ахалкалаки под Тбилиси с турецким Карсом, коренным образом меняет грузопотоки в регионе. Новая железная дорога — это выход на новые рынки, принципиально иные возможности логистики, железнодорожное сообщение с Турцией, а через Босфорский тоннель — и с Европой. Это — новые возможности перевозок между Китаем и Европой — путь, на который раньше уходило полтора месяца, сегодня сократился до 10-15 дней.

В торжественной церемонии, во время которой были вбиты последние костыли в полотно железной дороги и введен в действие стрелочный перевод, приняли участие президент Азербайджана Ильхам Алиев, первая леди Мехрибан Алиева, президент Турции Реджеп Эрдоган и его супруга Эмине Эрдоган, главы правительств Казахстана, Грузии и Узбекистана, а также делегации Таджикистана и Туркменистана.
На перекрёстке всех дорог

Азербайджан становится важной «узловой» точкой нескольких транспортных проектов. Ввод в строй БТК окажет заметное влияние не только на увеличение объемов перевозки транзитных грузов, но и даст толчок развитию восточных районов в Турции и юго-западного региона Грузии. Дорога Баку-Тбилиси-Карс, кроме всего прочего, означает восстановление части исторического Шелкового пути, и этим наверняка воспользуются Китай, Казахстан, Средняя Азия, Грузия, Турция, европейские страны. Кстати, из Казахстана (станция Кокшетау) по БТК отправился первый грузовой состав с 32 контейнерами, конечным пунктом назначения которого служит станция Мерсин (Турция). Тем самым Казахстан делает ставку на значительные объемы транзита грузов в направлении Турции.

А непосредственно Азербайджану запуск БТК позволит стать региональным транспортным хабом, который будет способствовать перевозкам грузов не только в направлении Запад – Восток, но и Север-Юг, Запад – Юг и Запад – Север.

Хочу отметить, что на территории Азербайджана завершились все работы, связанные с проектом Север-Юг, то есть вся инфраструктура готова. Транспортный коридор Север-Юг соединит Индию, Пакистан, Иран, Азербайджан, Россию и европейские страны. Есть уверенность и в том, что в будущем будут сданы в эксплуатацию транспортные коридоры Запад- Север и Запад — Юг. Эти два гигантских проекта соединят многие крупные страны.

Привлекательность БТК для перевозки грузов по Транскаспийскому международному транспортному маршруту (ТМТМ) возникает благодаря снижению себестоимости перевозки грузов, сокращению времени нахождения в пути и безопасности транспортировки. С вводом в строй маршрута Баку–Тбилиси–Карс из ТМТМ исключаются перевозки морским путем – из грузинских в турецкие черноморские порты. Словом, исключаются дополнительные транспортные расходы на морские паромные перевозки, а также портовые сборы. Это наверняка привлечет внимание отправителей грузов по ТМТМ и заметно повысит привлекательность маршрута в сравнении с другими.

Маршрут БТК проходит через Бакинский международный порт в Аляте, откуда грузы по новому маршруту будут транспортироваться в направлении севера (Россия и скандинавские страны), юга (Иран и его порты в Персидском заливе и Пакистан), востока (порты Казахстана и Туркменистана в направлении Китая и Афганистана). С начала эксплуатации БТК на первом этапе предполагается перевозить 1 миллион пассажиров и 6,5 миллиона тонн грузов, на втором этапе объем грузоперевозок может достигнуть 17 миллионов тонн и 2 миллиона пассажиров в год.

Вопреки преградам

Хочу напомнить, что строительство БТК продолжалось более 10 лет и обошлось, по некоторым данным, в 1,5 миллиарда долларов. В результате двум постсоветским республикам – Азербайджану и Грузии – удалось напрямую соединить свои железные дороги с Турцией, и востребованность маршрута подтверждает правильность принятого решения. Здесь нельзя не упомянуть, что руководство Европейского союза и представители некоторых международных финансовых институтов предпринимали меры к тому, чтобы перекрыть доступ трех стран БТК к финансовым ресурсам и кредитам, что в немалой степени способствовало удорожанию проекта и значительным задержкам по срокам.
Проект Баку-Тбилиси-Карс встретил прямо-таки феноменальное сопротивление. На церемонии открытия Ильхам Алиев счел необходимым упомянуть, что «многие, в особенности некоторые внешние круги, не верили в строительство железной дороги Баку-Тбилиси-Карс. Они считали, что реализовать его невозможно, что необходимые для его реализации технические возможности и финансовые средства не позволят осуществить данный проект. Но три страны показали и доказали, что это возможно».

Противники строительства железной дороги Баку–Тбилиси–Карс не раз называли проект дорогостоящей политической затеей руководства Турции и Азербайджана, которая нацелена против Армении. Такая постановка вопроса не отражает реального положения вещей. Да, Азербайджан никогда не скрывал, что для него этот проект, кроме экономического, имеет и политическое значение. В Баку всегда заявляли, что Армения не может участвовать в проекте, пока не урегулирована карабахская проблема. И всегда подчеркивали: стоит Еревану пойти на изменение статуса-кво в карабахском вопросе, как все двери для региональной реинтеграции Армении откроются. Но политика Армении всё еще построена не на прагматизме, а на надеждах на то, что проекты, осуществляемые без участия Еревана, не станут в силу различных причин реальностью. В результате Армения, увы, оказывается за пределами благоприятной для нее экономической конъюнктуры. И железная дорога Баку-Тбилиси-Карс – одно из ключевых проявлений этого. Железные дороги из Азербайджана в Турцию и тем более Иран в обход Армении — это реальность. А все планы по реанимации дороги Карс-Гюмри, строительства железной дороги из Ирана в Армению просто повисают в воздухе.

БТК и коридор Север-Юг выгодны России

Реализацию железнодорожного проекта БТК нельзя рассматривать как недружественный шаг по отношению к России. На мой взгляд, в данном вопросе противопоставлять Россию и Азербайджан не стоит. Создавая привлекательные сухопутные маршруты для транзита грузов из Китая в Европу, обе страны прилагают усилия к тому, чтобы доказать большую эффективность альтернативных сухопутных маршрутов по сравнению с морскими. Естественно, здесь не исключена и взаимная здоровая конкуренция.

Нет никакого сомнения в том, что начало работы БТК позволит заметно снизить расходы на поставки российского зерна, леса и других товаров в направлении Турции и Юго-Восточной Европы. Абсолютно понятно: российские грузы в новом формате логистики получат прямой выход на 80-миллионный рынок Турции. Более того, загруженные товарами из Поволжья и Урала железнодорожные составы по БТК напрямую выходят через турецкие порты в Средиземное море и далее в страны Африки.

Кстати, и Турция те же томаты или иную плодоовощную продукцию сможет переправлять в Россию по прямому пути вместо сложного комбинированного маршрута «железная дорога – морские суда – железная дорога».

Впрочем, руководство России всячески поддерживает и другой трансграничный железнодорожный маршрут, проходящий в направлении Ирана в рамках международного коридора Север – Юг. На состоявшейся в среду в Тегеране трехсторонней встрече президентов России, Азербайджана и Ирана Владимир Путин заявил, что международный транспортный маршрут Север-Юг показал свою экономическую целесообразность и эффективность. Поставки по этому коридору Север-Юг уже осуществлялись в тестовом режиме: в прошлом году из Индии были осуществлены поставки через Иран в Россию и дальше.

Транспортный коридор Север-Юг призван соединить Северную Европу с Юго-Восточной Азией, в том числе объединить железные дороги Азербайджана, Ирана и России. На первом этапе по коридору планируется транспортировать пять миллионов тонн грузов в год, а в дальнейшем — более 10 миллионов тонн грузов.

Руководство Азербайджана на днях уже одобрило выделение Ирану кредита в 500 миллионов долларов на строительство на иранской территории железнодорожной ветки Астара (Азербайджан) – Решт (Иран), которая обеспечит выход российской и азербайджанской железных дорог к иранской сети.

Часть «западной ветви» международного транспортного коридора Север-Юг до границы с Ираном Азербайджан уже построил: с марта нынешнего года азербайджанский участок этого коридора полностью готов к эксплуатации. Об этом на трехсторонней встрече в Тегеране заявил Ильхам Алиев, особо подчеркнув политическое и экономическое значение железной дороги Баку-Тбилиси-Карс.

Политика Армении скована

Так что Азербайджан интенсивно использует и иранское направление – с целью углубления политического и экономического сотрудничества не только с Тегераном, но и Москвой. И если чисто гипотетически допустить, что Иран может считать более предпочтительным в региональных проектах иметь дело не с Азербайджаном, а с Арменией, то Тегеран не может бесконечно ждать встречных инициатив Еревана. В то время, как из Тегерана звучат адресованные Армении различные предложния о сотрудничестве – на уровнях двустороннего и регионального сотрудничества, политика Армении явным образом скованна отсутствием ясных внешнеэкономических предложений, что приводит к распылению субъектности страны и растрате её потенциала. Если рассмотреть региональные процессы в более глобальной плоскости, то очевидно, что действия властей Армении не порождают надежд ни в карабахском вопросе, ни в армяно-иранских, ни даже армяно-российских отношениях.

А сотрудничество Азербайджана с Турцией, Грузией, Россией и Ираном получается естественным, искренним, построенным на основе взаимного уважения. Эти связи обеспечивают энергетическую безопасность, способствуют расширению транспортной инфраструктуры, имеют большое значение как для народов этих стран, так и для региона.

http://moscow-baku.ru/opinions/aktualno/professor_mgimo_vladimir_sukhoy_vse_dorogi_vedut_v_baku_azerbaydzhan_stanovitsya_khabom_transportnoy/

Кавказский регион связан с Ближним Востоком многими нитями.

Сергей Маркедонов
 

Хотя Израиль и является одним из важнейших партнеров Азербайджана, в то же время и Иран, и Турция имеют большой вес как в ближневосточной политике в целом, так и на израильском направлении.

Кавказский регион связан с Ближним Востоком многими нитями.

Решение президента США признать Иерусалим в качестве единой и неделимой столицы Израиля до предела накалило ситуацию на Ближнем Востоке. Впрочем, попытка одним ударом разрубить сложнейший политический узел, скорее всего, будет иметь последствия, выходящие далеко за пределы отдельно взятого региона мира. И это уже видно, если наблюдать за реакциями на предложения Дональда Трампа отнюдь не только из ближневосточных государств. Насколько важны эти события для Закавказья?

Кавказско-ближневосточные связи

У всех кавказских государств существует своя непростая динамика двусторонних взаимоотношений с влиятельными соседями.

Во-первых, республики Закавказья непосредственно граничат с Турцией и Ираном. Иран имеет границу с Арменией и Азербайджаном (включая и выход на непризнанную Нагорно-Карабахскую республику) протяженностью свыше 660 километров. Общая протяженность границ Турции со странами Кавказа более 500 километров. При этом и Тегеран, и Анкара играют значительную роль как в ближневосточной политике в целом, так на израильском направлении, в частности. Еврейским государством Иран рассматривается как один из главных внешнеполитических вызовов, прежде всего из-за поддержки им движения «Хезболла», активнейшего игрока в Ливане и в Сирии, то есть в непосредственной близости от израильских границ.

Турция, которая многие годы была надежным партнером Израиля, в том числе и в военно-технической сфере и в области безопасности, в последние годы сильно скорректировала свой курс. С приходом к власти Партии справедливости и развития и во многом благодаря личному вкладу Реджепа Эрдогана Анкара совершила поворот в сторону «палестинофильства». Конфликт 2010 года на несколько лет привел турецко-израильские отношения в состояние «холодного мира». Казалось, что к концу 2015 года при активных посреднических усилиях Вашингтона между двумя стратегическими союзниками США началась нормализация. Но сегодня эта оттепель снова оказалась под угрозой.

Во-вторых, «горячее дыхание» Ближнего Востока ощущается в Закавказье все сильнее. И оно носит многоплановый характер. Немало выходцев из Азербайджана и Грузии участвует сегодня в вооруженных джихадистских группировках на территории Сирии и Ирака.

Из ближневосточных стран на Кавказ приходят вербовщики из различных радикальных структур. Прибывают в регион и религиозные проповедники. Было бы ошибкой отождествлять их исключительно с носителями идей превосходства над «неверными». Однако нередко они приносят с собой практики исповедания ислама, не знакомые населению кавказских стран и воспринимаемые с подозрением представителями официальных Духовных управлений мусульман.

Закавказье притягивает к себе и просто беженцев, ищущих мирного пристанища. Армения, например, почти не фигурирует в числе стран, граждане которых отметились на фронтах «джихада», однако эта страна с начала сирийского конфликта приняла порядка 17 тысяч беженцев (это этнические армяне, прежде всего, из Алеппо).

Геополитическая осторожность

Наконец, каждая из стран Закавказья имеет свою собственную «израильскую повестку». Еврейское государство является одним из важнейших торгово-экономических партнеров Азербайджана. Еще до ввода в строй трубопровода Баку – Тбилиси — Джейхан Израиль стал вторым (после Италии) покупателем азербайджанской нефти. Вооружения, поставляемые из Израиля, играют значительную роль для азербайджанских ВС.

В то же самое время Баку является стратегическим союзником Анкары, которая всецело поддерживает его позицию по нагорно-карабахскому урегулированию. И хотя отношения Азербайджана и Ирана за четверть века после распада Советского Союза знали взлеты и падения, Баку крайне осторожно относится к попыткам и Израиля, и США превратить прикаспийскую республику в некий плацдарм по сдерживанию Исламской республики.

Есть у Азербайджана для осторожности и свои внутриполитические резоны. Хотя власти этой страны ориентированы на светскую модель государственности, они не могут не считаться и с религией большинства граждан, и с общественным мнением в мусульманской среде. А оно критическое по отношению к Израилю, который, согласно этим представлениям, десятилетиями игнорирует права палестинцев.

В этой связи неудивительно, что Баку последовательно поддерживает идею полного восстановления палестинской государственности. Еще в ноябре 2012 года азербайджанские представители голосовали в ООН за предоставление Палестине статуса страны-наблюдателя. И после того как Дональд Трамп озвучил свою позицию, официальный Баку сразу заявил, что «является сторонником разрешения вопроса на основе существования двух государств со столицей Палестины в Восточном Иерусалиме».

Грузия и Армения

Для Грузии отношения с Израилем также важны. Не в последнюю очередь как со стратегическим союзником США, а также страной, в которой проживает заметная община грузинских евреев. Ее представители выступают за интенсификацию двусторонних контактов. В период до «пятидневной войны» 2008 года израильские военные также внесли определенный вклад в модернизацию грузинской национальной армии.

Однако Тбилиси не стремится ускоренным порядком поддержать президента США. И хотя широко распространена точка зрения о подчиненности грузинской внешней политики американским интересам, следует заметить, что данная картина имеет свои нюансы. Та же Грузия никогда не признавала независимости Косово, но в то же время заявляла о необходимости интенсификации экономических связей с Ираном и Китаем.

В 2017 году Грузия стала первой страной Закавказья, заключившей Соглашение о свободной торговле с КНР. И когда депутат от правящей партии «Грузинская мечта» Шота Шалелашвили обратился к правительству с инициативой поддержать последнюю инициативу Дональда Трампа и тем самым использовать шанс для укрепления отношений с Вашингтоном, премьер Георгий Квирикашвили (ранее занимавший пост главы МИД страны) осадил народного избранника. По его словам, вопрос об Иерусалиме «чувствительный» и нуждается в обсуждении.

Очевидно, что Тбилиси не хотел бы резко противопоставлять свои подходы позициям Турции и Азербайджана, чье экономическое влияние на Грузию в последние годы значительно выросло, не говоря уже об Иране.

Иранский фактор весьма важен для Армении, поскольку из четырех сухопутных границ этой страны две (азербайджанская и турецкая) закрыты. Таким образом, Иран наряду с Грузией является для Еревана окном во внешний мир. И несмотря на то, что в течение 2017 года армянская сторона продемонстрировала свой интерес к Израилю (и надо сказать, этот интерес был взаимным, ибо для Еврейского государства «ближнее соседство» Ирана представляет особую значимость), радикального пересмотра своих внешнеполитических подходов она делать не будет.

В этом плане показательны критические отклики на предложение Трампа ряда иерархов Армянской апостольской церкви. Несмотря на то, что Армения – светская республика, роль церковных институтов (не только тех, что находятся внутри страны, но и в диаспоре, особенно в странах Ближнего Востока) высока.

Таким образом, главным словом для оценки реакции закавказских стран на иерусалимскую инициативу американского лидера является «осторожность». Кавказ и смежный с ним Ближний Восток перенасыщен конфликтами и неопределенностью. Умножать риски и втягиваться в чужую игру ради неясной выгоды Азербайджан, Армения и Грузия не будут.

На всякий аргумент в поддержку «израильской правды» найдутся палестинские, иранские, турецкие контраргументы. И, скорее всего, закавказские республики предпочтут осторожное лавирование, а не жесткий выбор. Тем паче, когда даже среди ближайших союзников Вашингтона не наблюдается единства.

Читать далее: https://ru.sputnik.az/columnists/20171211/413143204/baku-yerevan-tbilisi-ierusalim-.html

Статус Иерусалима раскалывает Ближний Восток и мир

Трамп закручивает крутую интригу

Произошло то, что рано или поздно должно было случиться, но не сейчас и не так. Президент США Дональд Трамп объявил о признании Иерусалима столицей Израиля. Хорошо известно, что статус Иерусалима (как вариант, столица двух государств Израиля и Палестины — С.Т.) планировалось обсуждать на заключительном этапе палестино-израильского урегулирования. Напомним, что Конгресс США еще в 1995 году принял закон о переносе посольства из Тель-Авива в Иерусалим. Но все американские президенты, включая Трампа, каждые полгода подписывали документ, откладывающий исполнение этого решения. На сей раз все вышло иначе. Американский президент оповестил, что намерен исполнить решение Конгресса.

Реакция на это со стороны партнеров и союзников США как в Европе, так и на Ближнем Востоке (кроме, конечно, Израиля) была негативной. Так, глава Палестинской администрации Махмуд Аббас предупредил о «серьезных последствиях» данного шага. С протестами выступили Лондон, Париж и Берлин. Интрига, над которой сейчас ломают головы многие эксперты, заключается в поисках ответа на вопрос, зачем именно сейчас Трамп пошел на такой шаг, ставя под удар не только мирный процесс израильско-палестинского урегулирования, но и противопоставляя себя исламскому миру, загоняя в угол наметившийся альянс между Израилем и Саудовской Аравией? Тем более что, как сообщает израильская газета Haaretz, глава Белого дома «был намерен ускорить переговорный процесс между Израилем и Палестинской автономией в контексте альянса Израиль — Саудовская Аравия».

«Тот, кто не верит, что Трамп способен спланировать подобные долгосрочные ходы, пропускает зарождение истории», — считает издание. И в этой истории есть закулисная сторона. Еще в апреле нынешнего года итальянское издание Il Giornale сообщило, что Россия намерена признать Западный Иерусалим столицей Израиля наряду с необходимостью создания палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме. Эта же газета со ссылкой на неназванные российские источники утверждала, что «признание не будет связано с параллельным палестинским признанием, а немедленно вступит в силу». Якобы этот вопрос обсуждался в ходе одного из телефонных разговоров между президентом России Владимиром Путиным и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху. Москва могла стать «первой», кто решился бы на «подобный шаг».

В этой связи Il Giornale высказывала предположение, что «должна появиться трехсторонняя инициатива, главными действующими лицами которой являются не только Россия и Израиль, но еще и США». Но позже эта инициатива была приостановлена, «чтобы избежать конфликтов с арабскими союзниками американцев». ИА REGNUM не удалось получить подтверждения или опровержения описанной изданием комбинации. Тем не менее «утечка», которая была осуществлена западными СМИ относительно возможного изменения статуса Иерусалима, могла свидетельствовать о том, что Трамп, возможно, решил сыграть на упреждение каких-то определенных событий. Однако теперь даже те страны Ближнего Востока, которые выступали с критикой политики Ирана в регионе, объективно оказываются на его стороне.

США утрачивают определенное дипломатическое преимущество, выставляя одновременно и Израиль против практически всего мусульманского мира. Президента отговаривали от такого решения, как говорят, советник по национальной безопасности генерал Герберт Макмастер, глава ЦРУ Майк Помпео и государственный секретарь Рекс Тиллерсон. В то же время поддержали Трампа вице-президент Майкл Пенс, представитель США при ООН Никки Хейли и посол США в Израиле Дэвид Фридман, а также зять и советник Джаред Кушнер. В этой связи появилась версия, согласно которой глава Белого дома рассчитывает на мощную поддержку израильского лобби, которое не даст объявить ему импичмент. Однако протестное движение охватило палестинские территории — и это только начало. По прогнозам, оно может охватить большинство стран региона.

В этой связи президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил: «Иерусалим является красной линией для мусульман. Мы можем пойти на расторжение дипломатических отношений с Израилем из-за этого вопроса». Дойдет ли до этого, сказать сложно, но фактом становится то, что ситуация на Ближнем Востоке «взорвалась» и тяготеет в сторону усиления напряженности. По оценке американских экспертов, «конфликт между израильтянами и палестинцами является источником всех прочих конфликтов на Ближнем Востоке», и наметившийся ход событий обретает новый смысл. В то же время для большинства стран вопрос об окончательном статусе Иерусалима останется отложенным. Они будут ждать принципиальной договоренности между руководством Израиля и Палестинской автономии о создании государства Палестина и урегулировании арабо-израильского конфликта. Но решение Трампа не просто затормозит заключение мирного соглашения, оно развалит его. И все это на фоне обострения кризиса в Йемена и нерешенности сирийских вопросов.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху тем временем назвал действия президента США «историческими» и «важным шагом на пути к миру», призвав другие страны последовать примеру США. Главы Церквей Иерусалима в свою очередь предостерегли Трампа, сообщив в совместном заявлении, что изменение статуса города может привести к «усилению ненависти, конфликтов, насилия и страданий в Иерусалиме и на Святой земле, отодвинут нас дальше от единства и углубят разрушительное разделение». Папа Римский Франциск, передает итальянский католический портал Asia News, призвал «поддержать статус-кво». Совет Безопасности ООН проведет заседание в связи с односторонним признанием американцами Иерусалима столицей Израиля. Будем ждать, что последует дальше.

Станислав Тарасов

Источник — REGNUM