На Идлиб! Последняя большая битва Асада

google

Редакция | Die Presse

Крупномасштабная наступательная операция на сирийскую провинцию Идлиб должна ознаменовать окончательную победу правительственных войск над противниками. Сотни тысяч людей могут устремиться в Турцию, пишет австрийская Die Presse.

Сирия стоит на пороге битвы, которую австрийское издание называет «решающей в нынешней гражданской войне». С вертолетов над провинцией Идлиб разбрасывают листовки, в которых «сообщается о предстоящем крупномасштабном наступлении сирийской армии при поддержке русских и иранцев».

«Более чем через 7 лет после начала первых протестов против господства президента Асада весной 2011 года правительство в Дамаске практически одержало военную победу над повстанцами», — говорится в статье.

Идлиб остается последним регионом в Сирии, который еще контролируется повстанцами. Здесь после поражения в других регионах страны «скрываются десятки тысяч боевиков, а также несколько миллионов гражданских лиц», передает Die Presse.

Подготовка к битве началась с авиаударов и артиллерийских обстрелов, в результате которых, как сообщается, погибли почти 70 человек, среди них много детей. «Жители Идлиба рассказывают о российских самолетах-разведчиках в небе над провинцией», — сообщает издание.

Однако сама операция может быть связана с определенными трудностями, говорится далее. «Турция разместила в провинции 12 наблюдательных постов и около тысячи военных. Протурецкие вооруженные формирования и часть населения надеются на то, что турецкие военные защитят их от Асада, русских и иранцев».

Есть и еще один важный фактор, отличающий предстоящее наступление от многих других: «до сих пор противники режима и повстанцы могли укрыться в Идлибе — теперь на территории Сирии им бежать некуда. Соседняя Турция границу закрыла. ООН призывает Анкару впустить в страну беженцев, которые будут спасаться от боевых действий». По мнению экспертов, около 2,5 млн человек могут попытаться укрыться в Турции, которая уже приняла около 3 млн сирийцев.

«Правда, у турецкого руководства, похоже, другие планы: президент Эрдоган на днях указал на то, что турецкие войска могут взять под свой контроль другие районы Сирии, чтобы обеспечить безопасность беженцам», — говорится в материале.

Новая активность Анкары в Сирии может, однако, натолкнуться на жесткую критику со стороны России. Как сообщают СМИ, Турция до сих пор не добилась роспуска экстремистской группировки HTS*, главенствующей в Идлибе, чтобы не допустить масштабной операции в провинции или, по крайней мере, чтобы выиграть время. «Россия, по некоторой информации, дала Турции срок до сентября — Анкара должна за это время убедить исламистов сдаться. Но это маловероятно: все говорит в пользу того, что Сирию ждет кровопролитие», — говорится в заключение статьи.

*»Хайат Тахрир аш-Шам» — террористическая группиро

Источник — Инопресса

Кремль заявил о проработке встречи глав РФ, Турции и Ирана

AA

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сообщил, что на данный момент прорабатывается возможность проведения в сентябре трехсторонней встречи глав РФ, Турции и Ирана.

«Есть соответствующие наметки», — сказал Песков.

По его словам, после согласования графика трех президентов по дипломатическим каналам будет сделано дополнительное заявление.

Пресс-секретарь президента Турции Ибрагим Калын ранее заявил, что третья трехсторонняя встреча президентов по Сирии запланирована на первую неделю сентября в Тегеране.

«Конкретная дата еще не определена. Анкара придает особое значение Астанинскому процессу по дипломатическому урегулированию конфликта в Сирии», — отметил Калын.

Война в Сирии началась в марте 2011 года, когда мирные демонстрации протеста переросли в вооруженный конфликт после того, как военные открыли огонь по демонстрантам. По данным ООН, в ходе конфликта погибло более 400 тысяч человек, свыше 10 миллионов были вынуждены покинуть свои дома. 4,8 миллиона человек нашли убежище за пределами страны.

https://www.aa.com.tr/ru

Трамп рискует объединить Турцию, Иран, Китай и Россию в «ось попавших под санкции»

Марк Алмонд | Daily Telegraph

«Могут ли жертвы торговой войны Трампа объединиться против него?» — задается вопросом в статье для The Telegraph директор Оксфордского института исследования кризисных ситуаций Марк Алмонд.

Он отмечает: «По отдельности Иран, Турция, Россия и даже Китай уязвимы перед давлением Америки. Но если эти страны сблизить, в результате их взаимной поддержки и способности вызывать сумятицу меры США могут стать контрпродуктивными. Вероятно, объединение Ирана и Турции можно сбросить со счетов как не более стабильное, чем двое поддерживающих друг друга пьяниц, воображающих, что они оперлись на фонарный столб. Но добавьте Россию и Китай — и внезапно у них появится новый геополитический тыл».

Эрдоган довольно откровенно намекнул на геополитический разворот, заявив, что его страна найдет новых друзей, и позвонив Путину. Еще до ссоры из-за пошлин Эрдоган бранил Вашингтон за отказ экстрадировать его врага Гюлена. Турция заигрывала с Кремлем, закупая российские комплексы С-400 и явно отказываясь от интегрированной противовоздушной обороны НАТО.

Турция, по словам автора, имеет стержневое значение. «Ее положение на стыке между Европой и Азией, на границах с Россией, Ираном, Ираком и Сирией, было одной из причин, почему Вашингтон всегда хотел, чтобы Турция была в НАТО. И поэтому Россия видит огромную выгоду в том, что Трамп наложил санкции и на Москву, и на Анкару», — пишет Алмонд.

Турции и Ирану грозят внутренние беспорядки на фоне того, что сбережения городского населения улетучиваются. Но их правительства показали, что умеют подавлять протесты. При поддержке России и Китая Рухани и Эрдоган, вероятно, сочтут, что полицейские силы и антиамериканская риторика им помогут.

Поддержку Турции уже выразил Пакистан, зависящий от китайских инвестиций. Он также получил от России предложение военной помощи взамен заблокированной американской. «В результате на шахматной доске, связывающей Турцию и Иран с Китаем, может оказаться еще одна фигура», — указывает автор.

«Единовременно противостоя оси подвергнутых санкциям стран, Трамп вносит ясность в международные отношения. Он заставляет всех выбирать, с кем они», — пишет Алмонд. Но, по его словам, Трамп забывает о мудрости своего великого предшественника Авраама Линкольна: вести войны по одной.

«Со стороны Трампа было бы мудрее придерживаться одной торговой войны за раз. Впоследствии он может обнаружить, что другие более сговорчивы, когда у них меньше друзей», — резюмирует Алмонд.

Источник: Daily Telegraph

Источник — ИноПресса

Москва и Тегеран дадут США урановый ответ

http://www.dailymail.co.uk

РФ и Иран фактически выходят из сделки с американцами

Анатолий Комраков

Россия возвращает Ирану высокообогащенный уран, который получила по условиям международной ядерной сделки. Пока о выходе из нее сообщили только США, вернувшие заодно и все прежние экономические санкции против Тегерана. Эксперты считают, что возврат урана, пригодного для производства ядерного оружия, означает фактический выход из сделки России и Ирана.

Иран готовится принять из РФ вторую партию обогащенного до 20% урана, который хранится там по ядерному соглашению 2015 года, а теперь будет использоваться на Тегеранском ядерном реакторе, заявил представитель Организации по атомной энергии Ирана (AEOI) Бехруз Камальванди, сообщает Tehran Times.

Он напомнил, что первую из 10 хранящихся в РФ партий урана Иран уже вернул почти семь месяцев назад. Камальванди сообщил также, что любая из этих партий может использоваться в течение почти одного года, так что Ирану хватит топлива для столичного реактора как минимум на семь-восемь лет научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) в области обогащения урана.

В январе 2016 года начал действовать так называемый Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) – достигнутое в 2015 году соглашение Ирана, пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН (России, Великобритании, Китая, США, Франции) и Германии об урегулировании ядерной проблемы Тегерана. По нему отменялись санкции ООН, США и ЕС, наложенные на Иран, который подозревали в проведении военной ядерной программы. В ответ Тегеран обещал прекратить обогащать уран до «опасных» 20 и более процентов, а все топливо, которое уже удалось обогатить до такого уровня и которое пригодно для производства ядерного оружия, передать России. Для тщательного контроля над выполнением сделки Иран допустил на все объекты представителей Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ).

Однако президент США Дональд Трамп неоднократно критиковал сделку, обвинял Иран в нарушениях СВПД, израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху даже пытался подкрепить слова американского лидера какими-то невнятными слайдами. Другая версия недовольства США – невключение в сделку баллистических ракет Ирана.

В мае Трамп объявил о выходе Вашингтона из сделки. Он также вернул в начале августа часть санкций (например, опять запретив продавать Ирану самолеты, а у него покупать черную икру), а в ноябре пройдет вторая волна запретов, и удар будет нанесен по нефтяной отрасли Исламской Республики (см. «НГ» от 12.08.18). Остальные участники ядерного соглашения не поддержали решение США и призвали к сохранению сделки. На встрече с Трампом в Хельсинки президент Владимир Путин заявил, что СВПД делает ядерную программу Ирана максимально открытой для международной общественности и выход США из ядерной сделки не принесет пользы никому.

Иран в ответ на шаги США продолжил испытания баллистических ракет, проводит масштабные военные учения в чувствительном для поставок нефти по всему миру Ормузском проливе и заявил, что увеличит запасы обогащенного урана в 20 раз. Религиозный лидер страны, аятолла Хаменеи, приказал AEOI запустить процесс немедленно. Правда, он заявил, что Иран не выйдет за рамки ядерного соглашения, то есть не будет обогащать уран более чем на 3,5%.

В этот раз представитель AEOI предупредил, что Иран готов возобновить 20-процентное обогащение урана в случае отказа от СВПД. «Если соглашение по ядерной сделке будет сохранено, другие стороны будут обязаны продавать нам топливо, однако если ядерная сделка рухнет, у нас не будет препятствий для самостоятельного обогащения 20-процентного урана», – сказал Бехруз Камальванди. Он также заявил, что его слова следует рассматривать как предупреждение другим участникам сделки, и подчеркнул, что Иран на этот раз готов показать куда более мощный прогресс в ядерной сфере, чем ранее.

Некоторые опрошенные «НГ» эксперты делают далеко идущие выводы из информации о возвращении из России обогащенного урана.

«Иран не раскрывает полностью свои планы по НИОКР с этим ураном, поскольку СВПД перестал действовать, и он уже не обязан отчитываться перед Западом. Так как соглашение по факту больше не действует, Россия возвращает уран владельцу. Формально придраться здесь не к чему», – считает первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский. Эксперт вместе с тем видит и скрытый смысл возврата урана, который может быть использован в огромной глобальной политической игре. «Возникает очередной виток политической интриги – как он разрешится, пока неизвестно. Россия принимает огонь Вашингтона на себя. Это поможет нам ставить условия для дальнейшей политической игры: Россия как бы вынужденно помогает Ирану производить атомные боеголовки. А что вы можете сделать для нас, чтобы мы этого не допустили?» – рассуждает Андриевский.

По его мнению, такие демонстративные действия необязательно приведут к усилению противостояния сторон. «Не исключено, что это заставит опять сесть за стол переговоров», – говорит Андриевский.

Главный редактор портала «Атомная энергия 2.0» Павел Яковлев пояснил «НГ», что возвращаемый уран предназначен для научных работ – в частности, для получения изотопов в интересах медицины и проведения широкого спектра исследований для мирной ядерной программы Ирана. «Проблема заключается в том, что исследовательские ядерные реакторы Ирана в основном старой конструкции, они работают на высокообогащенном уране, который теоретически может далее применяться и в военных целях. Россия и США выступали спонсорами их переделки, а Китай даже модернизировал один из таких реакторов, переведя его на низкообогащенный уран», – говорит Яковлев.

Эксперт сомневается, что Иран заинтересован в военной ядерной программе. «Во-первых, это очень дорого, для разработки военной ядерной программы нужны большие человеческие и финансовые ресурсы, и при текущем экономическом положении Ирана и режиме санкций это будет недальновидно, – пояснил Яковлев. – Во-вторых, МАГАТЭ продолжает осуществлять очень тщательный контроль, постоянно берутся пробы воздуха, пыли – ловят изотопы, которые тут же сигнализировали бы о нарушениях». Нарушений, как следует из слов эксперта, пока не зафиксировано.

Источник — ng.ru

Россия и Турция объединяют форматы сирийского урегулирования

google

Глава МИД РФ Сергей Лавров прибыл в Анкару, где сегодня проведет переговоры со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу. Одна из их главных тем — ситуация в Сирии, в том числе подготовка к намеченной на 7 сентября в Стамбуле встрече лидеров России, Турции, Германии и Франции. На ней планируется обсудить политическое урегулирование в Сирии. Но еще более насущный вопрос сегодняшних переговоров — решение судьбы сирийской провинции Идлиб, примыкающей к турецкой границе.

«Российская сторона исходит из того, что на России и Турции лежит особая ответственность за обеспечение и сохранение мира, безопасности и стабильности в Сирии»,- говорится в заявлении, распространенном МИД РФ накануне визита Сергея Лаврова в Анкару.

В начале сирийского конфликта позиции России и Турции были диаметрально противоположны. Анкара поддерживала противников президента Сирии Башара Асада, в том числе группировки, которые Россия обвиняла в терроризме. После того как турецкие военные сбили над Сирией российский самолет и одна из протурецких группировок расстреляла катапультировавшегося пилота, все отношения между Москвой и Анкарой были заморожены. Но стороны нашли пути к примирению, и это существенно повлияло на ситуацию в Сирии. Созданный Россией, Турцией и Ираном «астанинский формат» переговоров в итоге привел к тому, что большая часть Сирии оказалась под контролем Дамаска.

Теперь предстоит следующий шаг — начать процесс политического урегулирования. В связи с этим одна из целей визита Сергея Лаврова в Анкару — подготовка саммита с участием президентов Турции, России, Франции и канцлера Германии в Стамбуле 7 сентября. С идеей саммита выступил президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в конце июля. Он хочет собрать за одним столом страны «астанинского формата» (Россию, Турцию, Иран), а также Германию, страдающую от наплыва сирийских беженцев, и Францию как представителя «малой группы» по Сирии (в нее помимо Франции входят Великобритания, США, Иордания и Саудовская Аравия).

Эта группа была создана в начале 2018 года по инициативе Парижа для сближения форматов сирийского урегулирования, включая женевский — под эгидой ООН. Де-факто это сближение происходит и без посредников — так, спецпосланник генсека ООН по Сирии Стаффан де Мистура не пропустил ни одного раунда астанинских переговоров. В частности, он активно взаимодействует с Турцией, Россией и Ираном в вопросе формирования сирийского конституционного комитета.

Без участия «малой группы» обходится и решение вопросов «на земле». Вернее, они обсуждаются в других двусторонних и трехсторонних форматах, фактически не затрагивая Францию и Великобританию. Но это пока речь идет о военных действиях. Проект политического урегулирования в Сирии потребует согласия всех внешних сил, которые видят себя посредниками в этом конфликте, в первую очередь постоянных членов СБ ООН.

Пока расхождений о будущем Сирии слишком много, и одно из них — судьба сирийских беженцев. Россия исходит из того, что война с терроризмом в Сирии подходит к концу, большая часть страны вернулась под контроль Дамаска и ничто, кроме разрухи, не препятствует возвращению сирийских беженцев домой. Поэтому страны, заинтересованные в решении конфликта в Сирии, должны внести вклад в восстановление страны и помочь беженцам вернуться к мирной жизни на родине. У западных стран и ООН другая позиция. «Мы не можем позволить беженцам вернуться в опасных условиях»,- отметил в понедельник комиссар ООН по делам беженцев Филиппо Гранди на пресс-конференции в Берлине. Ранее из Вашингтона также звучали слова о том, что сначала нужно завершить процесс политического урегулирования, а уж потом говорить о возвращении беженцев. Скептически к российским планам относятся и представители сирийской вооруженной оппозиции. В разговорах с «Ъ» они не раз отмечали, что многие покинули страну не из-за действий террористов, а спасаясь от преследований сирийского режима. Тем не менее Минобороны РФ при участии других российских ведомств разработало и активно внедряет план по возвращению беженцев, в первую очередь совместно со странами-соседями Сирии, для которых присутствие сирийцев стало непосильным бременем.

По данным созданного Россией в Сирии Центра приема, распределения и размещения беженцев, более 1,7 млн сирийцев изъявили готовность вернуться на родину. Турецкие власти готовы помочь 250 тыс. из них. Всего на турецкой территории находилось свыше 3 млн беженцев. В воскресенье президент Эрдоган сообщил, что четверть миллиона беженцев уже покинули Турцию. При этом он дал понять, что Анкара готовится к новым военным операциям на севере, чтобы создать для них безопасную зону. «При помощи Аллаха мы освободим новые территории и обеспечим на них безопасность в ближайшем будущем»,- сказал президент.

Слова президента Эрдогана касаются севера Сирии, где Турция в результате двух военных операций при участии вооруженной оппозиции потеснила отряды запрещенного в РФ «Исламского государства» и курдские формирования. Небольшой район к северу от Алеппо, остающийся под контролем курдов, примыкает к провинции Идлиб — последней зоне деэскалации, которую пока Дамаск не контролирует.

Между тем еще в июле президент Сирии Башар Асад заявил, что Дамаск планирует вернуть под свой контроль всю территорию страны. Это касается и провинции Идлиб, 60% которой, согласно сирийской официальной версии, удерживают отряды группировки «Джебхат ан-Нусра» (запрещена в РФ), остальную часть — формирования вооруженной оппозиции.

Анкара надеется оставить Идлиб и другие северные районы оппозиции и затратила немало усилий, чтобы объединить ее разрозненные вооруженные группировки в единую структуру. 1 августа в Идлибе было объявлено о создании «Фронта национального освобождения» (ФНО), в который вошли 14 оппозиционных группировок. Теперь идет работа над слиянием ФНО с «Сирийской национальной армией», также созданной по инициативе Анкары. При этом оппозиция обещает, что будет противостоять попыткам Дамаска вернуть Идлиб. А президент Эрдоган подчеркнул в воскресном выступлении, что Анкара активизирует военные и дипломатические усилия, чтобы не допустить катастрофы в Идлибе.

«»Сирийская национальная армия» состоит из различных фракций сирийской вооруженной оппозиции. Многие из них яростно сражались друг с другом в прошлом. Между этими фракциями были постоянные перемешивания. В некоторых из них есть бойцы, которые раньше воевали на стороне радикальных фундаменталистов. Поэтому они легитимные цели и для сирийского правительства, и для России»,- сказал «Ъ» бывший глава МИД Турции Яшар Якыш. По его словам, «у «Сирийской национальной армии» есть два варианта: или воевать до тех пор, пока она не будут полностью разгромлена, или прийти к соглашению с Дамаском».

Гуманитарные организации предупреждают, что военная операция в Идлибе может сделать беженцами еще 700 тыс. человек. Но это будет идти вразрез с усилиями Москвы и Анкары по возвращению беженцев.

Задача России — избежать войны в Идлибе, при этом покончить с «Джебхат ан-Нусрой», не испортить отношений с Анкарой и не обидеть Дамаск. На данный момент предмет переговоров — разграничение территории контроля и координация операций против террористов. «Было бы хорошо использовать положительный опыт, который накоплен по замирению в Восточной Гуте, Хомсе, южной зоне деэскалации. Если это удастся сделать в Идлибе и переориентировать умеренную оппозицию на дальнейшую борьбу с террористами, это и укрепило бы доверие между ними и правительством, и создало бы условия для примирения»,- сказал в интервью российским информагентствам в конце июля спецпредставитель президента РФ по Сирии Александр Лаврентьев. При этом предупредил, что «российское терпение тоже может лопнуть».

Марианна Беленькая, Кирилл Кривошеев
15 авг. 18

Источник — kommersant.ru

Турция – Иран: брак по расчету или..?

google

Ближний Восток после победы в Сирии

Когда президент США Дональд Трамп выступил с призывом к союзникам и другим странам прекратить с 4 ноября закупку нефти из Ирана (после этой даты поставки оттуда будут считаться нарушением санкций), а также объявил о введении дополнительных санкций против центрального банка Ирана, Анкара заявила, что Вашингтон «совершает ошибку», а Турция «будет придерживаться своей принципиальной позиции», поддерживая торгово-экономические и финансовые отношения с Тегераном.

В этой связи некоторые турецкие эксперты предполагали, что Анкаре удастся все же договориться с американцами, как это было в период с 2012 по 2015 год, когда ей удалось сохранить возможности для своих компаний вести бизнес с Ираном. Сегодня не получается. Однако Тегеран зафиксировал такую позицию турок. Поэтому когда США начали уже против Турции тарифные и торговые войны, то Иран осудил такую политику США, выступил с поддержкой Анкары. Официальный представитель МИД Ирана Бахрам Касеми заявил, что Тегеран «готов оказать посильную поддержку Турции в противодействии американским санкциям», подчеркнув, что две столицы могут стать «хорошими друзьями». Помимо того, Иран призвал Анкару «объединиться, чтобы дать совместный отпор общему врагу».

Правда, как «враги» в отношении друг к другу позиционируют себя лишь Тегеран и Вашингтон. Турция и США до этой черты пока еще не дошли, да и американскую политику (по сравнению с иранским направлением) в отношении Анкары санкционной в буквальном смысле не назовешь. По Турции — и не только по ней — реально пока бьют только пошлинами, хотя бьют больно. Так, Анкара занимает шестое место по объему экспорта стали в США, Трамп повысил пошлины. В итоге стала обваливаться лира, обнажились острые экономические проблемы. Но пусть американцы и недовольны внешней политикой Турции, ее сближением с Россией и Ираном, покупкой российских зенитных ракетных систем с-400. Увязка этих вопросов с намеренным вводом Вашингтоном новых пошлин носит условный характер. Просто США дают Анкаре понять, что она потеряет роль привилегированного партнера, если не будет придерживаться предлагаемых ей правил игры.

Другое дело, что использование Вашингтоном так называемых экономических репрессий и иранских санкций хронологически совпали. Однако маневренности у Турции на американском направлении по сравнению с Тегераном значительно больше. Отсюда демонстрация Анкарой возможностей активизации сотрудничества в рамках новых объединений и союзов, имея в виду, конечно, и Иран. Тем более что на этом направлении Турция, помимо России, может получить определенную поддержку и со стороны стран Европейского союза, которые не поддержали выхода США из ядерной сделки с Тегераном. Следует также сказать, что в сложившемся на сирийском направлении треугольнике Россия — Турция — Иран отношения между Анкарой и Тегераном, как странами региональными, всегда имели определенную историческую специфику.

Исторически они выступали как конкуренты, таковыми являлись и до недавнего времени. Достаточно вспомнить, пишет турецкая газета Sabah, отношение двух стран к такому феномену, как «арабская весна». Анкара тогда рассматривала ее как «стремление народов региона к демократии и свободе турецкого образца», а иранские лидеры считали своей «победой» и бросали угрозы в адрес Анкары. Последняя не оставалась в долгу, обвиняя Тегеран «в сектантской политике и стремлении» доминировать на Ближнем Востоке. В Сирии две столицы долго адаптировались друг к другу, используя посреднические усилия Москвы. Анкару и Тегеран толкала к совместному сотрудничеству американская политика, опасения, что США удастся реализовать в регионе курдский проект. Затем их сблизил катарский кризис, когда они почувствовали, что Вашингтон с опорой на Саудовскую Аравию намерен изменить региональный порядок в свою пользу.

В то же время есть моменты, на которые обращают внимание многие эксперты. Да, сближение между Турцией и Ираном обозначено наличием серьезных экономических и торговых связей. Анкара импортирует значительную часть своей энергии из Ирана — 20% газа и 30% нефти. Двусторонняя торговля между двумя странами, которая в 2016 году составляла 9,65 млрд долларов, имеет большой потенциал увеличиться до 30 млрд долларов. В то же время Турция не сжигает мосты в своих отношениях с Вашингтоном, в то время как и Тегеран до недавнего времени дискутировал относительно того, вступать ли в диалог с США по ядерной сделке, а если да, то на каких условиях. Не случайно в этой связи турецкие эксперты относят альянс Анкара — Тегеран к так называемому «ограниченному разряду», готовности к сотрудничеству «там, где интересы двух стран пересекаются».

Но принципиальная проблема как раз в том, что никто не знает, действительно ли Турция и Иран ориентированы на сохранение статус-кво на Ближнем Востоке таким, каким его привыкли видеть в недавнее время, или у них существуют собственные геополитические проекты, связанные с укреплением своей новой политической идентичности. Так что сценарии дальнейшего развития событий в альянсе Анкара — Тегеран остаются неясными. Некоторые эксперты предполагают, что Трамп в одинаковой мере, но с разными целями использует в отношении Турции и Ирана «северокорейские приемы» и будет «ассиметрично разжимать клещи» после ноябрьских выборов в Конгресс США. В свою очередь Анкара и Тегеран вместе заговорили о необходимости «продвигать многосторонние подходы ко всем вызовам через региональные организации».

Конечно, американцы понимают, что турецко-иранский суннитско-шиитский фронт может занять доминирующее положение в северной части Ближнего Востока и кардинальным образом изменить там расстановку сил. При этом эксперты из США считают, что такой союз может стать полноправным, и предлагают свои контрдоводы. Один из них: начать переговоры с Россией и признать ее доминирование в регионе, чтобы вбить клин в отношения Москвы с Анкарой и Тегераном. Или разыграть карту с Турцией как членом НАТО, выбросить на-гора исторический клубок ее противоречий с Ираном. «В настоящее время политика, проводимая Анкарой, обозначает путь, на котором будут иметь место болезненные периоды, — пишет один турецкий эксперт. — Но лучше всего перестать вращаться вокруг американской орбиты, сформировать собственную и принять другие страны на нее».

Станислав Тарасов

Источник — REGNUM

Сумеют ли РФ и Турция договориться по Идлибу

google

Анкара настоятельно просит Москву обуздать Дамаск
Юрий Паниев
Зав. отделом международной политики «Независимой газеты»

13 авг. 18

Глава МИД РФ Сергей Лавров начал двухдневный визит в Анкару. В программе визита – участие в совещании послов Турции и переговоры с коллегой Мевлютом Чавушоглу. Во вторник министры обсудят подготовку к встрече лидеров России, Турции, Германии и Франции по Сирии и ситуацию вокруг Идлиба, который угрожает стать ареной турецко-сирийского столкновения.

Выступая в понедельник на совещании турецких послов, Чавушоглу заявил, что Анкара продолжает курс на дальнейшее укрепление связей с Москвой. «Наша политика открытая и прозрачная. Она способствует защите общих интересов и достижению полезных результатов для обеих стран. В рамках этой доверительной политики мы спокойно обсуждаем с РФ наши разногласия», – пояснил он.

Ожидается, что Лавров выступит на совещании во вторник. Это будет первое подобное выступление в практике отношений России и Турции, что, как отметили в МИД РФ, свидетельствует о высокой степени взаимного доверия между главами внешнеполитических ведомств, наличии значительных областей совпадения или близости интересов обеих стран, координации позиций по ключевым международным и региональным проблемам.

В первую очередь координация касается Сирии. Ведь на России и Турции как участницах астанинского процесса лежит особая ответственность за обеспечение мира, безопасности и стабильности в этой стране. Министры рассмотрят ход подготовки к планируемой на 7 сентября в Стамбуле четырехсторонней встрече лидеров России, Турции, Германии и Франции по сирийскому урегулированию.

«За идеей саммита в Стамбуле просматривается попытка России урегулировать сирийскую проблему через использование новой ситуации. Она состоит в том, что президенты Путин и Трамп в Хельсинки, похоже, обозначили точки соприкосновения по Сирии, правда без всякого документального оформления. Речь идет о контурах компромисса в духе tacit agreement, призванного зафиксировать точки возможного согласия, которые могут стать рамками будущей открытой договоренности», – сказал в беседе с «НГ» главный научный сотрудник Института Европы РАН, востоковед Александр Шумилин.

По его мнению, между лидерами России и США существует взаимопонимание относительно предпочтительных сценариев приближения Сирии к политическому урегулированию. И зондирование сторонами тех или иных вариантов компромисса с привлечением европейских стран уже происходит. Недаром после хельсинкского саммита Лавров и начальник Генштаба РФ Валерий Герасимов посетили Германию и Францию.

«Что касается европейцев, то теперь у Москвы задача максимум – привлечь их к восстановлению Сирии. Задача минимум – содействовать возвращению беженцев в качестве первого шага Европы в реконструкции Сирии, – отметил Шумилин. – Цель стамбульского саммита – мобилизовать всех, кого можно, на то, чтобы изменить повестку дня с гражданской войны в Сирии на ее восстановление. А задача непосредственно России – выступить в роли созидателя в Сирии и найти взаимопонимание с Западом».

Турция согласна с такой позицией России, поскольку на ее территории проживает наибольшее количество сирийских беженцев – 3,5 млн, и своим присутствием они способствуют росту напряженности в стране. Однако анонсируемая президентом Башаром Асадом операция Сирийской правительственной армии в Идлибе – контролируемом Анкарой повстанческом анклаве – грозит новым потоком беженцев. Чтобы не допустить гуманитарный кризис у своих границ, Турция всеми силами стремится убедить Россию отговорить от боевых действий Асада, за которым будут стоять иранские военные и ВКС России.

На вопрос, смогут ли Лавров и Чавушоглу договориться по Идлибу, Шумилин ответил: «В свете резкого обострения отношений Турции с США потенциал Москвы пробить свое видение ситуации в Идлибе повышается, хотя и без гарантии. Точки соприкосновения с Анкарой на этом треке есть, поскольку Москва сдвигается от полной поддержки Асада к роли посредника. Она выступает за поиск формулы долговременного перемирия в Идлибе при условии, что Турция будет подавлять активность в провинции радикальных группировок типа «Хайят Тахрир аш-Шам» – бывшей «Джебхат Ан-Нусры» (запрещена в России. – «НГ»). В случае же, если Асад начнет там военную операцию, Москве придется действовать, так как она контролирует воздушное пространство. Ведь Турция будет вынуждена защищать Идлиб и с воздуха тоже. Так что России предстоит либо предоставить коридоры для турецких самолетов, либо их сбивать, что поставит крест на отношениях с Анкарой».

Эксперт напомнил, что в случае с Израилем фактически были созданы коридоры для израильской авиации, и это вызвало крайнее недовольство Тегерана. «С одной стороны, стремление Дамаска вернуть под свой контроль оставшуюся территорию Сирии поддерживается Россией. С другой – присутствие турецких военных и риски столкновения с ними российских ВКС вынуждает приложить максимум усилий на дипломатическом фронте», – заключил он.

Источник — независимая газета

«Хамас» готов рискнуть и развязать войну против Израиля

В среду террористическая организация «Хамас» обстреляла из минометов израильские города и деревни и выпустила на них ракеты, пострадали несколько израильтян, сообщает Bild.

«В фокусе террористов находился расположенный в нескольких километрах от сектора Газа город Сдерот», — говорится в статье.

«После четырех лет относительного спокойствия в приграничных областях сектора Газа Израиль снова стоит на пороге войны с террористами из «Хамаса». После наземного наступления летом 2014 года ракетный террор в секторе Газа сошел на нет — однако сегодня, похоже, спокойствию пришел конец», — отмечает автор статьи.

По словам Яакова Лаппина, эксперта из израильского Центра стратегических исследований Бегин-Садат, «Хамас» «готов рискнуть и развязать войну».

Как отметил Лаппин в беседе с Bild, режим «Хамаса» в Газе находится на грани экономического коллапса. «Хамас» изолирован», — подчеркивает эксперт. «Отношения как с Израилем и Палестинской автономией, так и с Египтом зашли в тупик», — поясняет он. «Хамас» хочет таким образом добиться уступок, чтобы сохранить власть», — объясняет Лаппин причины нынешней эскалации.

Однако подобная тактика может перерасти в настоящую войну, замечает он. Израильское население не готово мириться с падающими на него ракетами — некоторые политики уже потребовали от правительства решительных действий.

«Израильская реакция была до сих пор сдержанной. В результате 140 авиаударов, нанесенных ВВС Израиля, по данным подконтрольных «Хамасу» ведомств, погибли три человека», — замечает собеседник издания. При этом израильская армия ограничилась ударами по военным объектам.

«Насколько долго Израиль будет демонстрировать эту относительную сдержанность, неясно», — говорится в статье. «Хамас» дает понять, что делает ставку на эскалацию и отступать не намерен. Обстрел Беэр-Шевы свидетельствует о том, что «Хамас» готов дойти до конца», — отмечает эксперт.

По данным международных СМИ, представители Египта работают над новыми условиями перемирия. По словам Яакова Лаппина, только так можно предотвратить войну, сообщает Bild.

Источник: Bild

Источник — ИноПресса

Насколько велик шанс политического коллапса в Саудовской Аравии?

Флаг Саудовской Аравии в городе Джидда. Фото © РИА Новости/ Михаил Воскресенский

Сегодня Саудовская Аравия – это страна, находящаяся на грани краха. Согласно Докладу о мировых инвестициях ЮНКТАД, опубликованному в июне 2018 г., наблюдается резкое снижение прямых иностранных инвестиций в экономику Саудовской Аравии.
В течение 2017 г. внутренние ПИИ составили всего $1,4 млрд по сравнению с $7,5 млрд за год до этого. Это был один из худших периодов для королевства.
Именно в 1973 г. король Фейсал ввел эмбарго для стран, поддерживающих Израиль в ходе четвертой Арабо-израильской войны. Влияние на западные страны оказалось настолько колоссальным, что цены на нефть выросли вдвое, а предложение на рынках сократилось. Это создало четкую модель влияния Саудовской Аравии.
Однако, поскольку эмбарго было отменено в 1974 г., эта модель начала меняться. Сегодня власть Саудовской Аравии стала довольно номинальным понятием. Мир теряет интерес к экономике Саудовской Аравии, страна практически сама истощает собственное состояние.
Несмотря на экономическое падение, она начала гражданскую войну в Йемене, подвергая свой экономический фонд значительному истощению ресурсов. Коалиция, возглавляемая Саудовской Аравией, постоянно участвует в массовых убийствах йеменских граждан, а основной фонд экономики поддерживает захват порта Ходейда. С другой стороны, США непрерывно поставляют нации оружие, которое используется при массовых убийствах.
Согласно статистике, выпущенной ЮНКТАД, внутренние инвестиции в Саудовскую Аравию в 2012 г. составили $12,2 млрд, сократившиеся после начала войны против Йемена в 2015 г.
Кроме того, согласно сообщению Associated Press коалиция, возглавляемая Саудовской Аравией, вербует членов «Аль-Каиды» и финансирует их деятельность для борьбы с йеменскими хути. США отрицают свое участие в операциях с «Аль-Каидой», однако их союзник, Саудовская Аравия, постоянно финансирует их. Удивительно, но цель США вызывает еще одну полемику.
В докладе, опубликованном The Independent, США оказали давление на Саудовскую Аравию, чтобы заставить ее увеличить добычу, не обращая внимание на истощающиеся природные ресурсы этой страны. Считается, что причиной для этого являются санкции против Ирана.
Кроме того, эксперты уже заявили, что любое резкое увеличение добычи нефти будет носить временный характер. Более того, оно может оказаться неустойчивым в течение длительного периода времени. Однако именно это и решает проблему администрации Трампа.
Вместо укрепления своего фонда диверсификации Саудовская Аравия инвестировала в дипломатические войны. Соответственно объем средств суверенного Фонда благосостояния Саудовской Аравии упал до $250 млн. Если более внимательно взглянуть на проекты, подписанные Саудовской Аравией, становится понятно, что на реализацию всех проектов необходимо $766 млрд. Учитывая, что в Фонде благосостояния сейчас $250 млрд, даже при IPO Aramco объем средств в фонде не достигнет необходимой суммы.
Станет ли Саудовская Аравия следующей площадкой для прокси-войны? Ответ: скорее всего, да. Кронпринц Саудовской Аравии совершает один неправильный поступок за другим, начиная с финансирования «Аль-Каиды» до поощрения массовых убийств и увеличения объемов добычи нефти и, следовательно, потери позиций в экономике.
Таким образом, импульсивные решения, принятые Саудовской Аравией, теперь вернутся ей же и ударят по стране экономическим крахом. Масштабы грядущих разрушений могут полностью поглотить страну, так как ее граждане продолжают надеяться на лучшее завтра.

Источник — Вести

Как санкции США в адрес Ирана отразятся на Азербайджане? —

CША возобновили санкции против Ирана, действие которых было приостановлено в 2015 году после заключения ядерной сделки. Первый пакет санкций охватит такие сферы, как драгметаллы, авиационная и автомобильная промышленность. Второй пакет санкций, который вступит в силу 5 ноября 2018 года, нацелен на иранский энергетический сектор, включая сделки с нефтью, а также на сделки зарубежных финансовых организаций с ЦБ страны. Кроме того, Вашингтон намерен принимать меры в отношении других стран за сотрудничество с Ираном. Чего ожидать дальше, к чему приведут санкции, и на другие вопросы в интервью Vzglyad.az ответил азербайджанский политолог Тофик Аббасов.

— Как повлияют новые санкции на торгово-экономических отношениях Ирана с его партнерами?

— Турция уже дала понять, что она будет торговать с Ираном с помощью национальных валют. Иран будет покупать за свои риалы у Турции необходимы товары, а продавать – за лиры. Определенно есть страны, которые поддерживают Иран, такие как Россия, Китай, та же Турция. Есть некоторые страны, которые являются во внешней торговле партнерами Ирана, и при наличии политического согласия создается предпосылка для формирования той конъюнктуры, которая будет помогать Исламской Республике.

— А как насчет стран Южного Кавказа – Азербайджана и Грузии?

— Иран имеет неплохие отношения и с Грузией, Азербайджаном и Арменией. Что касается Грузии и Азербайджана – есть неплохая площадка, где стороны будут довольно успешно взаимодействовать, осуществлять согласованно некоторые проекты — энергетические, транспортно-коммуникационные, и т.д. Мы знаем, что сейчас активно лоббируется нашими странами, Ираном, Азербайджаном и Россией, транспортный коридор «Север-Юг». Но у Ирана есть большая предрасположенность к транспортному коридору по направлению «Юг-Запад». И для этого фактически Азербайджан, Грузия и даже Украина имеют предварительное согласование, ведут успешные переговоры и консультации. И этот транспортный коридор имеет важное значение и является выгодным маршрутом. И поэтому Иран в силу глобальных опасностей, которые он испытывает, не с руки терять позиции на Кавказе.

С другой стороны, у нас с Ираном были достаточно глубокие противоречия по ряду вопросов. Тем не менее благодаря прагматизму нашего руководства и иранского (после прихода к власти Рухани) многие проблемы действительно решены и преодолены такие барьеры. Неслучайно за последний неполный год и предыдущий – уровень товарооборота между Азербайджаном и Ираном вырос почти на 70%. И это говорит о том, что политические разногласия, которые иной раз подогревались еще и внешними силами, фактически отброшены на второй этап. Стороны поняли, что лучше, конечно, дружить и самое главное не иметь претензий друг к другу. Я считаю, что иранское руководство во главе с Хасаном Рухани довольно прагматично, они понимают прекрасно, что в Азербайджане нет никаких рисков для иранского государства. Точно так же мы дали понять, что не потерпим недружественных актов в отношении себя. И вот все эти вопросы нашли разрешение и поэтому можно считать, что никаких больших перемен не ожидается. Взаимное доверие, готовность элит двух стран, как политических, так и интеллектуальных, быть на волне, скажем функциональности, отвечают общим интересам. И это, естественно, очень позитивно отражается на вопросы безопасности в нашем неспокойном регионе.

— Как отразятся санкции США на экономике Ирана?

— Санкции США рассчитаны на то, чтобы больно ударить по экономике Ирана. И уже сейчас мы наблюдаем единоличное правление Соединенных Штатов, как страны доминанта, которая уже налагает и обещает наложить санкции на те страны, которые будут поддерживать с Ираном экономические отношения, строить какие-либо планы, обмениваться технологиями, товарами и т.д. В данном случае можно сказать, что США предприняли такой шаг с тем, чтобы поставить Иран на колени и спровоцировать внутренние волнения и беспорядки. Экономическая ситуация в Иране, конечно же, ухудшится. Первым индикатором является неубедительное поведение национальной валюты, риала, которая стремительно дешевеет. Инвесторы пытаются спасти свои сбережения, ресурсы. И все это, конечно же, сильно бьет по экономической ситуации в стране и имеются там очень большие не радужные ожидания.

— Кстати, второй пакет санкций коснется иранской нефти. Какие могут быть последствия?

— Не случайно американцы посягнули на святая святых иранской экономики – запрещают другим странам покупать иранскую нефть. Например, Южная Корея уже отказались от нефти. Правда, Китай поторопился заявить, что не оставит иранцев в одиночку и будет наращивать объемы закупок. Но тем не менее Ирану невыгодна такая позиция Китая, поскольку китайцы воспользуются ситуацией и станут покупать нефть по выгодной им цене. А Ирану это абсолютно ненужно. Президент Ирана Хасан Рухани заявил, что если Иран лишится возможности экспортировать свою нефть, то он не даст это делать сопредельным государствам – Саудовской Аравии и ее союзникам. И поэтому ситуация остро накаляется, она обретает тревожные краски и это ни к чему хорошему не приведет. Прежде всего сам регион и так сам взрывоопасный и есть большое накопление рисков. В любой момент там могут вспыхнуть непредсказуемые события. Такие резкие скачки на нефтяных рынках могут как раз-таки привести к тому, что произойдут какие-то неожиданные эксцессы в отношении Иранской Республики с соседями, прежде всего с Саудовской Аравией, ОАЭ, Бахрейном и т.д.

— На ваш взгляд, будет ли ослаблено влияние Ирана на Ближнем Востоке, в частности в Сирии на фоне усиливающегося давления Вашингтона на Тегеран?

— Американские требования, во-первых, были направлены на то, чтобы Иран полностью отказался от ядерных технологий. Во-вторых – чтобы были отозваны обратно иранские силы из Сирии, и, в-третьих, чтобы Иран не вмешивался в процесс вокруг Йемена. Но в глобальном понимании американцы желают, скажем, ограничения иранского влияния вообще на Ближнем востоке. Как видно из опыта и практики последних лет, это влияние есть и оно создавалось не в одночасье. Почему это важно для Америки – Иран является официальным союзником Сирийского государства. В рамках этого союзничества иранцы намеревались выводить газ на европейские рынки через Ирак и территории Сирии. С другой стороны, Иран намеревался и даже начал строить автостраду, и это все настораживало американский бизнес, потому что американцы считали, что любой новый транзит (неважно газ или нефть) так или иначе оказывает негативное влияние на американские интересы на всех стратегически важных территориях. И поэтому они пришли к тому, что, если мы не можем остановить Иран, надо создать на его пути такие преграды, которые он не сможет преодолеть.

Нина Вахотина

Vzglyad.az

http://vzglyad.az/news/115113

«У Каспийского моря будет особый правовой статус»

google

Заместитель главы МИД РФ Григорий Карасин — о завершении 20-летних переговоров по Каспийской конвенции

В воскресенье, 12 августа, в казахском городе Актау пройдет 5-й Каспийский саммит с участием президентов всех прикаспийских государств — Азербайджана, Ирана, Казахстана, России и Туркмении. В ходе этого мероприятия должна быть подписана Конвенция о правовом статусе Каспия, работа над которой длилась более 20 лет. Статс-секретарь, заместитель главы МИД РФ Григорий Карасин рассказал корреспонденту «Ъ» Елене Черненко, чем все же решено признать Каспий — морем или озером.

— Какое значение придают в Москве саммиту в Актау?

— Можно сказать, что он замкнет символическое кольцо: начавшись в 2002 году в Ашхабаде, регулярные встречи глав пяти государств обогнули Каспийское море через Тегеран, Баку и Астрахань, и вновь возвращаются на восточный берег — в Актау. Дата тоже значимая — с 2007 года в прибрежных странах 12 августа отмечается День Каспия.

К празднику приготовлен очень хороший подарок. Наконец-то, после более чем двадцатилетних переговоров на суд лидеров будет вынесена Конвенция о правовом статусе Каспийского моря. С принятием этого комплексного международного договора в прошлом останется целый этап каспийской истории, начавшийся с распадом СССР, и начнется новый — нацеленный в будущее.

— Кому выгоднее всех принятие конвенции?

— Речь идет о заключении документа, основополагающего для системы взаимодействия в Каспийском регионе. Он принесет равную выгоду всем странам-участницам.

Конвенция не только значительно укрепит доверие между ними и безопасность на Каспии в целом, но и будет способствовать росту экономической кооперации, инвестиционной привлекательности и конкурентоспособности каспийской «пятерки», реализации совместных проектов, направленных на ускоренное развитие и полное раскрытие потенциала в самых передовых отраслях. Повышение предсказуемости и снижение различных рисков в одном из важнейших районов Евразии выгодно всем нам.

— Благодаря какой формуле после 20 лет переговоров все же удалось выйти на согласованный текст?

— Формула очень простая — взаимное уважение интересов, помноженное на чуткость к партнеру по переговорам.

— Как-то не очень реалистично звучит.

— Сейчас много говорится о формировании новых правил игры в международных отношениях. При этом в фокусе внимания часто оказываются либо полыхающие конфликты, либо яркие пиар-акции, не несущие никакой добавленной стоимости людям. Однако за эффектными жестами тех, кто стремится заполнить собой эфир, порой теряются возможно не столь броские, но действительно важные кропотливые усилия государств и народов по поиску компромиссов при решении сложных задач.

В результате многолетней дипломатической работы удалось реально сблизить заметно разнящиеся позиции, на которых изначально стояли пять стран — Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан.

— Но как?

— Без диктата и выкручивания рук. Мы пришли к приемлемому для всех кодексу поведения в нашем общем водоеме спокойно и прагматично. Мы же соседи и хотим жить мирно и дружно. На этой понятной всякому разумному человеку основе строится наше сотрудничество.

— Понимаю, что вы до подписания не можете углубляться в детали конвенции. Но тем не менее: согласно достигнутым договоренностям, Каспий — это море или все-таки озеро?

— Ни то и ни другое. У Каспийского моря будет особый правовой статус. Это объясняется набором специфических географических, гидрологических и иных характеристик. Оно представляет собой внутриконтинентальный водоем, который не имеет прямой связи с Мировым океаном, и поэтому не может рассматриваться в качестве моря.

Но одновременно в силу своих размеров, состава воды и особенностей дна Каспий не может считаться и озером. В этой связи к Каспийскому морю не применимы как положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, так и принципы, используемые в отношении трансграничных озер: на секторы разграничивается только его дно, суверенитет в отношении водной толщи устанавливается на основании других принципов.

— Проект конвенции, насколько известно, не вносил полной ясности в один из ключевых спорных вопросов — о размежевании дна. Означает ли это, что проблема разделения недр намеренно вынесена за скобки конвенции и будет решаться государствами вне ее?

— Прикаспийские государства уже давно нашли пути урегулирования подобного рода вопросов между соседями — на двусторонней и трехсторонней основе. То есть не в пятистороннем формате. На мой взгляд, те соглашения, которые ранее заключили между собой Россия, Казахстан и Азербайджан, а также Казахстан и Туркменистан, могут послужить примером и при делимитации в южной части моря.

При этом Конвенция четко фиксирует цели такого разграничения исключительно для недропользования и обязывает стороны проводить его путем переговоров на основе международного права. Прибрежные государства при завершении делимитации получают полную юрисдикцию над ресурсами своего участка дна. Но правовой статус покрывающих вод отличен, как я уже сказал.

— Россия активнее других сейчас разворачивает свои военные силы на Каспии. Насколько проект Конвенции учитывает интересы Москвы в этом плане, в частности в том, что касается передвижения военных судов по водоему и проведения учений?

— Не соглашусь, что Россия проявляет здесь большую активность по сравнению с другими странами. Все наши партнеры по Каспию энергично развивают свои военно-морские силы. И в конвенции мы условились четко зафиксировать общие принципы в этом вопросе.

Что касается интересов России, то они учитываются в полном объеме. Предусмотренный режим гарантирует свободу развития ВМС, плавания и действий российских военных кораблей в общем водном пространстве. Устанавливаются правила безопасного поведения кораблей в прибрежной зоне и в районах интенсивной хозяйственной деятельности.

Исключительная прерогатива прикаспийских государств в обеспечении безопасности в Каспийском бассейне дополнительно закрепляется протоколами к Соглашению о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспии 2010 года, которые также будут подписаны на саммите в Актау: о совместной борьбе с терроризмом и организованной преступностью, а также о плотном взаимодействии береговых охран пяти стран.

— Саммит в Актау последний?

— Отнюдь. Есть понимание, что набранный темп не только не стоит снижать, но и наоборот можно наращивать.

Если за все предыдущие годы мы наработали всего девять юридически обязывающих пятисторонних документов, то в Актау — помимо большого межгосударственного договора — ожидается подписание сразу шести новых межправительственных соглашений.

Ожидаем, что после принятия конвенции каспийский формат заметно окрепнет. Назрел вопрос о формировании постоянно действующей консультационной площадки.

— О чем идет речь? Вы формируете новую региональную структуру?

— Думаю, на саммите будут озвучены весьма интересные идеи. Давайте дождемся воскресенья.

Источник — Коммерсант

Израиль все чаще находит общий язык с противниками Ирана

Захар Гельман – доктор химических и философских наук, профессор.

По мнению израильских специалистов, Иран не только открыто претендует на господство в регионе Ближнего Востока, но одновременно, демонизируя Израиль, отказывает ему в праве на существование. С учетом этого факта израильское политическое и военное руководство делает все возможное, чтобы не допустить нахождение на сирийской территории иранских военных. Именно этому, в частности, был посвящен и недавний визит премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в Москву, где он провел переговоры с президентом Владимиром Путиным. Причем израильские политики обращают внимание, что это уже девятая встреча двух лидеров с сентября 2015 года, когда Россия начала военную операцию в Сирии, и третья в нынешнем году.

«БЫТЬ БЫ ХУДУ, ДА ПОДКРАСИЛА ВСТРЕЧА»

Эта русская пословица недвусмысленно характеризует насущную необходимость личных встреч Путина и Нетаньяху. Они объясняются, во-первых, ситуацией спонтанного сползания к войне в регионе, который давно стал «кипящей точкой планеты». Во-вторых, между главой российского государства и главой израильского правительства установились вполне дружеские отношения, которые помогают решению вопросов, требующих безотлагательного двустороннего анализа. В-третьих, обсуждение время от времени возникающих проблем в режиме телефонных бесед небезопасно с позиции возможного их рассекречивания.

Так, в эпоху президентства Барака Обамы, по данным издания Wall Street Journal, Агентство национальной безопасности США неоднократно пыталось прослушивать телефонные разговоры Нетаньяху, чья позиция по ядерной сделке с Ираном не совпадала с тогдашней позицией Белого дома. И нельзя исключить, что спецслужбы могут прослушивать разговоры главы израильского правительства с лидерами иностранных государств.

При этом важно иметь в виду, что даже при том, что отношение официального Израиля к Сирии и Ирану весьма разнится, ЦАХАЛ (Армия обороны Израиля) все же не позволит сирийским войскам оказаться в непосредственной близости от своей границы. Израильтяне не потерпят нарушения соглашения № 350 от 31 мая 1974 года о разъединении войск, достигнутого по итогам Войны Судного дня октября 1973 года. Если сирийские армейские подразделения войдут в поселок Эль-Кунейтра, находящийся в нейтральной демилитаризованной зоне, то ЦАХАЛ их уничтожит.

Весьма примечательно, что именно эта граница до начала гражданской войны в Сирии характеризовалась как самый спокойный рубеж Израиля. Президент Путин в ходе пресс-конференции после встречи 16 июля нынешнего года в Хельсинки с президентом Трампом подчеркнул, что Россия выступает за соблюдение соглашения о разъединении между Израилем и Сирией. Премьер-министр Нетаньяху высоко оценил военную координацию между Израилем и Россией и четкую позицию президента Путина по всему комплексу проблем Ближнего Востока.

Бывший заместитель главы Совета национальной безопасности Израиля Чак Фрейлих в интервью газете Jerusalem Post сказал: «Россия может помочь Израилю ограничить активность Ирана и Сирии, чтобы избежать непосредственного воздушного столкновения с ВВС ЦАХАЛа… Единственный способ, которым Израиль может добиться успеха в ограничении присутствия Ирана в Сирии, – это посредством России». Чак Фрейлих не сомневается в том, что «сирийцы тоже не хотят, чтобы их захватили иранцы, но, в конце концов, ключ к успеху находится в руках россиян».

При этом недоверие к Асаду у израильтян все же остается. Так, военный обозреватель 10-го канала израильского телевидения и газеты «Маарив» Алон Бен-Давид указывает: «Башир Асад не является идеальным соседом. Однако у него есть и преимущества: сирийский лидер прекрасно понимает израильское превосходство и боится его… После того как правительственные силы окончательно возьмут под контроль границу, Дамаск позаботится о стабильности в этом районе». Развивая эту мысль, коллега Бен-Давида по газете «Маарив» военный эксперт Таль Лев-Рам пишет: «Асаду нет смысла допускать к своей юго-западной границе, то есть на Голанские высоты, ни «Хезболлу», ни Иран. Тем не менее недавнее проникновение сирийского беспилотника в израильское воздушное пространство вынуждает ЦАХАЛ проявлять предельную осторожность». С точки зрения Израиля, не так важен факт проникновения беспилотника в израильское воздушное пространство, как определение сил, им управлявших. «Высока вероятность того, – обращает внимание Алон Бен-Давид, – что речь идет об иранском разведывательном летальном аппарате».

Нахождение на территории Сирии иранских вооруженных сил или военных советников Израиль считает совершенно неприемлемым. Его также беспокоит нахождение в районе Дамаска иранских систем ПВО, оснащенных современным ракетным оружием, а также баз беспилотников, способных не только собирать развединформацию, но и наносить удары с воздуха.

В Дамаске это вынуждены учитывать. Военный обозреватель самой популярной израильской газеты «Едиот ахронот» («Последние известия») Алекс Фишман пишет в статье «Война все ближе»: «Во всех рискованных ситуациях армия Асада проявляет необходимую осторожность и даже более чем необходимую, заодно удерживая от нападений на израильские объекты союзнические отряды иракских и иранских шиитов, руководимых офицерами Корпуса стражей исламской революции (КСИР)». На последние иранское руководство, кстати, делает особую ставку.

ПАЛЕСТИНСКИЙ СЛЕД В ПЕРСИДСКОМ ПАСЬЯНСЕ

Согласно документам, многие из которых опубликованы сравнительно недавно, значительный вклад в создание КСИР внес Ясир Арафат, многие годы возглавлявший Организацию освобождения Палестины (ООП). Аятолла Рухолла Хомейни, по указанию которого в 1979 году и был создан КСИР, еще в изгнании носился с идеей создания революционной шиитской армии по образцу Фронта национального освобождения Алжира (1954–1962), считавшего колонизаторами всех французов и действовавшего против них, не различая женщин, детей, стариков, с ужасающей жестокостью. Арафат предоставил боевикам Хомейни тренировочные базы ООП в Ливане.

Известный израильский эксперт по темам армии и разведки, корреспондент «Едиот ахронот» Ронен Бергман в книге «Восстань и убей первым: тайная история израильских целевых ликвидаций», вышедшей в американском издательстве Random House в 2018 году, так об этом пишет: «На тренировочных базах инструкторы ООП обучали молодых иранцев террористической тактике, искусству диверсий, проведению разведывательных операций. Для Арафата тот факт, что люди Хомейни тренировались на базах ООП, давал шанс предстать в мире значимой фигурой и еще больше увеличить свою поддержку».

Для Хoмейни создание военной структуры типа КСИР было напрямую связано со стратегией экспорта «исламской революции». Прав обозреватель Jerusalem Post Шон Дернс, написавший в номере за 16 мая с.г.: «Подобно Ленину и идеологам его типа, Хомейни считал себя лидером революции без границ. Хомейнизм был и остается больше и шире, чем просто Иран и шиитская ветвь ислама». В благодарность ООП получала от иранцев оружие и политическую поддержку, хотя те одновременно помогали и политическим противникам Арафата. Махмуд Аббас, преемник Арафата, от Тегерана держится на расстоянии. Ведь ему совсем не с руки подпадать под подозрение «в измене» со стороны таких ведущих арабских государств, как Саудовская Аравия и Египет.

Согласно иранскому закону, принятому в мае 1982 года, КСИР определяется как военно-политическая организация, «защищающая иранскую исламскую революцию, ее завоевания, и осуществляющая священную войну на пути джихада…». Следует иметь в виду, что КСИР – это не милицейское, а жандармско-полицейское, то есть обладающее войсковыми возможностями формирование, на которое возложены задачи обеспечения внешней и внутренней безопасности исламского режима в стране. Именно благодаря КСИР иранцы смогли создать различные марионеточные военизированные милиции в странах исламского мира. Так, в Ливане доминирующим влиянием обладает «Хезболла», сумевшая взять под свой контроль всю страну и к тому же фактически создавшая «филиал» в Газе. И это при том, что палестинские джихадисты остаются суннитами и немалое их количество еще недавно противостояло «Хезболле» в боевых действиях в Сирии. Что касается ХАМАСа, то эта организация также остается клиентом Ирана. Однако прав упомянутый Джонатан Спайер, утверждающий, что «ХАМАС в настоящее время уже нельзя назвать марионеткой иранцев в полном смысле этого слова». И действительно, «близкие» отношения хамасовцев с египтянами значительно отдалили эту организацию от тегеранских аятолл.

Еще до недавних переговоров Путина и Трампа в Хельсинки источники в окружении Нетаньяху сообщали, что Россия способствует «отдалению» иранских сил от израильских границ. После встречи лидеров великих держав в Хельсинки те же источники отметили тот факт, что Путин готов способствовать «выводу» этих сил с сирийской территории. Действительно, президент Путин, не испытывающий ни идеологической вражды к Израилю, ни особой симпатии к Тегерану, готов принять меры, которые он сочтет необходимыми, чтобы сдержать воинственный пыл иранцев и их марионеток. Российский президент неоднократно в личных встречах с израильским лидером выражал приверженность обеспечению безопасности Израиля. «Однако публичное высказывание такого рода из уст российского президента во время важнейшей встречи в верхах, – отмечает военный обозреватель газеты «Маарив» Йоси Мельман в статье «Укрепление отношений Нетаньяху с Путиным», – имеет особую ценность. Это заявление является своего рода официальным подтверждением того, что всем уже давно понятно: Путин не мешает Израилю противостоять иранским попыткам создания в Сирии своей военной инфраструктуры».

ДАЛЕКО РАСКИНУЛИСЬ ИРАНСКИЕ ЩУПАЛЬЦА

Следует особо отметить тот факт, что, как утверждают арабские СМИ, в последнее время Нетаньяху в переговорах с Владимиром Путиным выступает не только от своего имени, но и от имени ряда суннитских государств, и прежде всего таких как Саудовская Аравия, ОАЭ и Марокко. Между саудитами и аравийскими монархиями, с одной стороны, и Ираном, с другой, отношения давно накалены до предела. Эр-Рияд разорвал дипотношения с Тегераном еще в начале января 2016 года. Вслед о разрыве дипломатических отношений объявили Бахрейн и Судан. ОАЭ ограничились понижением уровня своего представительства.

Рабат в очередной раз разорвал дипломатические отношения с Тегераном 2 мая 2018 года, обвинив того в поддержке через «Хезболлу» Фронта Полисарио, который марокканцы считают сепаратистским, нацеленным на отделение от королевства Западной Сахары. Имеет смысл напомнить, что в 1981 году Иран разорвал отношения с Марокко в ответ на предоставление тогдашним королем Хасаном II убежища шаху Мохаммеду Резе Пехлеви после его свержения сторонниками аятоллы Хомейни. В марте 2009 года занявший марокканский престол Мухаммед VI разорвал дипотношения с Ираном, ссылаясь на активизацию попыток распространения Тегераном шиитской ветви ислама в его суннитском королевстве.

Иран провозгласил себя вселенским защитником шиитов и протянул щупальца по всему Среднему Востоку. Иранские военные и их помощники дирижируют «Хезболлой» в Ливане и Сирии, подогревают войну в Йемене, Ираке, секторе Газа, на территории Палестинской национальной автономии. Иранские интересы проявляются в таких странах, как Афганистан, Пакистан, Индия и Азербайджан. В последние месяцы замечена активизация иранских боевиков в сирийском Курдистане. Нельзя исключить подготовку этих боевиков к столкновению с курдскими милицейскими отрядами. Иранцы могут попытаться выдавить курдов из этого стратегически важного района.

Израильский арабист, сотрудник университета имени Меира Бар-Илана в Рамат-Гане (входит в «Большой Тель-Авив») Дина Лиснянская замечает: «Если раньше, согласно арабским СМИ, Израиль считался «раковой опухолью», которая приведет к разрушению Ближнего Востока, то на данный момент все переключились на конфликт между суннитами и шиитами. На самом деле этого и следовало ожидать. Арабский мир стал воспринимать Израиль совсем по-другому – как прагматичную страну, ставшую частью суннитского альянса».

Весьма уязвим Иран и в связи с продолжающимся экономическим давлением. Именно этот факт уменьшает его возможности оказания военной помощи своим сателлитам, и прежде всего «Хезболле». Тем не менее Тегерану удается переигрывать своих арабских, и прежде всего саудовских, соперников в борьбе за региональную гегемонию. Перевес дает использование иррегулярных военизированных формирований и методы дестабилизации, включающие запугивание и террор. С израильтянами у иранцев такие ходы не проходят. Авиация ЦАХАЛа неоднократно атаковала и будет атаковать иранские объекты на территории Сирии, угрожающие безопасности Израиля. Атакам будут также подвержены любые передвижения военных грузов, предназначенных для «Хезболлы».

Но подобные атаки – это еще не полномасштабная война. В определенном смысле это намеки – прозрачные и разной степени тонкости – иранцам на совершенно иные возможности ЦАХАЛ в случае непосредственной угрозы существованию государства. Понимают ли в Тегеране подобные намеки? Время покажет!

Иерусалим
10 авг. 18

Источник — ng.ru

Санкции США могут привести к новой волне протестов в Иране

AA

Восстановление санкции США увеличивают вероятность возобновления массовых акций протеста в Иране

https://www.aa.com.tr/ru/info/%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%BA%D0%B0/11102

Евросоюз не поддержит санкции США против Ирана

AA

Евросоюз не поддержит санкции США против Ирана, говорится в совместном заявлении главы дипломатии ЕС Федерики Могерини и министров иностранных дел Франции, Германии и Великобритании («евротройка»).

В заявлении подчеркивается решимость к защите интересов еврейских компаний, наладивших торговые связи с Ираном в соответствии с законодательством ЕС и резолюциями Совбеза ООН.

Выражается серьезное беспокойство в связи с решением Вашингтона о выходе из соглашения по Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД) с Ираном.

Указывается, что ЕС начнет блокировать действие американских санкций против Ирана. «СВПД призван обеспечить исключительный мирный характер иранской программы, что подтверждается Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) в 11 последовательных докладах. Это важная составляющая обеспечения безопасности Европы, региона и всего мира. Мы ожидаем, что Иран продолжит в полном объеме выполнять все свои ядерные обязательства по СВПД», — говориться в заявлении, распространенном в Брюсселе.

«Наша работа продолжается, в том числе с третьими странами, заинтересованными в поддержке СВПД и поддержании экономических связей с Ираном», — говорится в документе.

https://www.aa.com.tr/ru/%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9/%D0%B5%D0%B2%D1%80%D0%BE%D1%81%D0%BE%D1%8E%D0%B7-%D0%BD%D0%B5-%D0%BF%D0%BE%D0%B4%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%B6%D0%B8%D1%82-%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D1%86%D0%B8%D0%B8-%D1%81%D1%88%D0%B0-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B8%D0%B2-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B0/1223792

Какую игру ведет Трамп с проектом «арабского НАТО»?

Какую игру ведет Трамп с проектом «арабского НАТО»?
США, вероятно, работают над проектом альянса нескольких дружественных им ближневосточных стран для противодействия военному экспансионизму Ирана и терроризму.
Atlantico, Франция

04.08.2018

Жан-Сильвестр Монгренье (Jean-Sylvestre Mongrenier)
«Атлантико»: США, вероятно, работают над проектом альянса нескольких дружественных им ближневосточных стран для противодействия военному экспансионизму Ирана и терроризму. Он может включать в себя Египет, Иорданию, Оман, Саудовскую Аравию, Кувейт, ОАЭ и Катар. В этой перспективе Пентагон готовит саммит, который должен пройти 12 и 13 октября этого года. Но есть ли у такого альянса шансы на успех? Что может поставить проект под угрозу?

Жан-Сильвестр Монгренье: Хотя все эти страны являются арабскими и суннитскими, речь идет об очень разнородной группе. Иордания тесно связана со странами Персидского залива и в частности получает помощь от Саудовской Аравии и ОАЭ. Кстати говоря, именно король Иордании первым заговорил в 2004 году о «шиитском полумесяце» и привлек внимание к иранской угрозе. Египет сложно заподозрить в особой любви к Ирану, но эта страна находится на стыке Африки и Ближнего Востока: ее дипломатия обращена одновременно в сторону Магриба (ситуация в Ливии), востока Африки и Газы с палестинскими территориями (ХАМАС считается врагом), не говоря уже о ситуации внутри страны (Синай). Египет участвует в арабской коалиции, которая ведет борьбу с хуситами в Йемене, однако он занимает осторожную позицию на счет этой операции. В любом случае, включение Египта в арабский альянс могло бы стать фактором равновесия, поскольку вес Саудовской Аравии в Совете сотрудничества государств Персидского залива вызывает у эмиратов опасения насчет сателлизации. Кроме того, угрозы для Баб-эль-Мандебского пролива и, следовательно, Суэцкого канала, напрямую касаются Египта.

Со многих точек зрения сдерживание иранско-шиитских амбиций и, следовательно, усилия по созданию военного альянса арабских стран перекладываются на членов Совета. Подрыв этих монархий шиитским джихадизмом или какой-либо формой гибридной войны, а также закрытие Ормузского пролива (по этому геостратегическому пути идет 30% всего мирового экспорта нефти) перевернули бы региональное и глобальное равновесие. Совет был сформирован в 1981 голу в ответ на угрозу для свободной навигации через Ормузский пролив со стороны исламской революции и должен был стать военно-политическим альянсом. Как бы то ни было, темные игры Катара, которые привели к блокаде с 5 июня 2017 года, дают представление об отсутствии единства в Совете. Помимо Катара определенные связи с Ираном есть также у Кувейта и Омана. В то же время Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн выражают стремление сдержать иранско-шиитский империализм. Геополитический анализ указывает на необходимость дифференцированного подхода.

В силу своей территории, демографического веса, запасов нефти и роли в ОПЕК Саудовская Аравия заслуживает большого внимания, тем более что вдохновленный успехами ОАЭ Мухаммад ибн Салман объявил масштабную программу модернизации. Хотя этому ваххабитскому «халифату» действительно важно отойти от прошлого, подобная трансформация несет в себе значительные риски. В то же время Западу стоило бы по-новому взглянуть на политику ОАЭ, диверсификацию их экономики, готовность участвовать в борьбе с терроризмом и иранско-шиитскими притязаниями. Их участие в операции в Йемене тоже заслуживает большего внимания. Не стоит недооценивать геополитическую значимость этой страны, которая расположена по соседству с суннитскими монархиями и торговыми путями между Европой и Азией. ОАЭ предвидят открытый конфликт с Ираном и проецируют влияние за пределами Персидского залива, чтобы разжать иранскую хватку в Аденском заливе и Ормузском проливе. Наследный принц Мухаммад ибн Зайд выработал общую стратегию, и ОАЭ представляют собой опорный пункт для борьбы с иранской угрозой.

— Не может ли этот альянс обострить разногласия в регионе и усилить раскол между Ираном и другими странами, как отметил один иранский дипломат в беседе с агентством «Рейтер»?

— Разве можно позволить стражам революции сеять хаос во всей северной части Ближнего Востока и безучастно ждать, что все разрешится само собой? Не нужно путать причину и следствия! В Европе иранский вопрос воспринимается исключительно со стороны ядерной программы, однако тут необходим глобальный подход. Наблюдатель не может не заметить реалий иранско-шиитского экспансионизма, нанесенный им ущерб и угрозу с его стороны. Прежде всего, нужно рассмотреть все в перспективе. Шиитская революция 1979 года и приход к власти имама Хомейни стали причиной сильнейшего беспорядка на Ближнем Востоке, который только обострило советское вмешательство в Афганистане в конце того же года. С тех пор исламистскую волну бросает из стороны в сторону по региону: суннитский и шиитский джихадизм подпитывают друг друга.

Хотя война 1980-1988 годов истощила панисламистскую сторону идеологии Хомейни, с тех пор ей на смену пришел иранско-шиитский синтез, укоренившийся в персидской нации. Верховный лидер Али Хоменеи и стражи революции поставили перед собой целью доминирование на Ближнем Востоке, от Каспийского моря и Персидского залива до Средиземного моря с возможными последствиями для Северной Африки и Западного Средиземноморья. Все знают, какую угрозу для Израиля представляет экспансионизм Тегерана и формирование шиитской оси на Ближнем Востоке. Военные позиции Тегерана поблизости от северных границ еврейского государства уже стали реальностью, с которой Россия не может или не хочет ничего сделать, хотя и признает ее (см. заявления российского посла в Израиле Анатолия Викторова о нереалистичности израильских требований). Суннитские арабские режимы тоже под угрозой. Стражи революции заявляют, что контролируют четыре арабских столицы: Багдад, Дамаск, Бейрут и Сану. Это не пустые слова.

Вопрос Йемена в свою очередь зачастую обсуждается исключительно под гуманитарным углом. Отчасти геополитическая ситуация, безусловно, объясняется грузом прошлого (марксистский режим на юге Йемена), поддержкой Саддама Хусейна во время вторжения в Кувейт в 1990 году и запоздалым объединением (1991) раздробленной в географическом и племенном плане страны. Как бы то ни было, гражданская война вышла на новый уровень из-за поддержки, которую оказал Иран хуситским мятежникам на северо-западе страны. Взятие Саны и изгнание законного правительства в 2014 году привели к вмешательству арабской коалиции во главе с Эр-Риядом и Абу-Даби (март 2015 года). Поставка иранских баллистических ракет мятежникам (в нарушение эмбарго ООН) и их применение против Саудовской Аравии могут лишь затянуть конфликт. Хуситы становятся вспомогательными силами Ирана в его планах регионального доминирования по соседству с монархиями Персидского залива. У этого геополитического вопроса также есть значимая международная сторона: главный морской путь из Европы в Азию проходит через Баб-эль-Мандебский пролив и Аденский залив. Командующий силами «Эль-Кудс» генерал Касем Сулеймани создает угрозу для Ормузского пролива, тогда как хуситы уже устроили нападение на саудовский танкер в Аденском заливе (июль 2018 года).

— Разве проект «Ближневосточного стратегического альянса» не говорит о стремлении США уйти из региона?

¬- Вопрос действительно в том, существует ли такое намерение среди американской политической, дипломатической и военной элиты. Дональд Трамп — не Америка. США — не деспотический режим в руках автократа. В любом случае, Белый дом никак не помогает разобраться в американской внешней политике, как на Ближнем Востоке, так и где-то еще.
В этой политике содержится множество противоречий, которые можно свести к трем пунктам. Во-первых, между разными заявлениями Дональда Трампа. Во-вторых, между словами Трампа и действиями США (альянсы сохраняются, и отхода нет). В-третьих, между мировоззрением Дональда Трампа и реальным положением дел (в мире сформировались взаимосвязи благодаря глобализации и развитию техники). Можно ли считать Дональда Трампа президентом, который занимается в первую очередь внутренними вопросами и выборами, оставляя администрации определенную автономию в дипломатии и оборонной политике? Быть может, время покажет, что президент США — великий демагог, который умеет льстить электорату и играть на народных страстях, проводя одновременно с этим проект переустройства альянсов (а не их ликвидации) и изменения правил мировой игры… Кто знает?

Что касается «Ближневосточного стратегического альянса», с учетом всего вышесказанного, формирование новых объединений в регионе представляется непростой задачей. Стоит вспомнить хотя бы провал багдадского пакта в период холодной войны, хотя, конечно, тот шел от Турции до Пакистана и представлял собой намного более разнородное и противоречивое образование, чем предложенный проект «арабской НАТО». В нынешних условиях иранско-шиитская угроза тоже представляется чем-то куда более срочным, чем коммунистическая угроза на Ближнем Востоке в 1950-х годах (тем более что арабский национализм тем времен искал решений и поддержки у Москвы). Иначе говоря, сейчас у большинства суннитских арабских режимов существуют схожие проблемы безопасности и представления. Оборонительный альянс режимов при поддержке США был бы осмысленным. Это не просто точка зрения.

Как бы то ни было, формирования альянса будет зависеть от активности участия США: необходим лидер, который бы вел за собой, вдохновлял, поддерживал равновесие между союзниками. Политика укрепления государств на геополитическом фронте и «разделения бремени» требует больших личных и коллективных инвестиций. В такой перспективе сохранение американского присутствия на северо-востоке Сирии станет проверкой готовности дать отпор действиям Ирана и оси Тегеран-Багдад-Дамаск-Бейрут. Нужно понимать, что Россия не сможет помешать Ирану закрепиться в Сирии. Без заявленного участия США в делах Сирии и региона не получится ни сформировать «арабское НАТО», ни оказать противодействие Ирану. Вообще, разве можно оставить без внимания Ближний Восток? Этот регион дает две пятых мировой добычи нефти и останется географическим центром мировой энергетики. Кроме того, он представляет собой перекресток между Европой и Азией: об этом свидетельствует морская составляющая «нового шелкового пути» Китая. Помимо стратегических соображений стоит задуматься о том, что представляет собой регион в нашей истории и коллективном сознании. Ближний Восток — мировой гордиев узел.

Источник — Инопресса

Российская инициатива: плюсы, гарантии и сообщения

Фото:ТАСС Источник:Голос.ua

Турия Шахин (ثريا شاهين )

Российские чиновники работают над механизмом возвращения сирийских беженцев в Сирию. Инициатива России будет дополнена последующими контактами и консультациями. У инициативы есть свои положительные моменты, которые необходимо учесть со всей серьезностью.

Русские выдвинули инициативу по возвращению перемещенных лиц в Сирию, опираясь на взаимопонимание премьер-министра Ливана Саада Харири с Москвой и на собственное желание помочь сирийскому народу с его трагедией. Большинство стран мира также хотят решить проблему возвращения беженцев, которая стала большой трагедией для сирийского народа. Более 6 миллионов сирийских беженцев разбросаны в 45 странах по всему миру. Таким образом, существует общий ливанско-российский взаимный интерес в решении этой проблемы.

Согласно осведомленным источникам, будет сформирован комитет из представителей Ливана, России, УВКБ ООН и сирийского режима, который разработает механизмы для возвращения беженцев в Сирию. В частности комитет будет работать над логистикой, распределением беженцев, местами сборов и т.д. Это будет технический комитет, а не правительственный или дипломатический. Ливан будет участвовать в вопросе возвращения беженцев на территорию Сирии, потому что имеет общую границу с Сирией. Источники заявляют, что американцы не войдут в состав комитета, но Ливан приветствует членство любой страны, к том числе США или стран-членов ЕС.

Источники выяснили, что российская делегация предложила Харири, чтобы ливанско-сирийская координация регулировала возвращение перемещенных лиц на правительственном уровне, а не только на уровне экспертов и специалистов. У Харири четкая позиция по этому вопросу. Он сказал делегации, что невозможно начать правительственные или дипломатические контакты с сирийским режимом, поскольку этот вопрос является предметом серьезных дискуссий в Ливане. И не в интересах Ливана начинать дискуссию, поскольку дебаты могут привести к началу реального конфликта внутри страны. Русские поняли эту позицию, потому что Харири заявил делегации, что пожертвовал всем ради Ливана. Он отправился в Сирию ради Ливана и поинтересовался: «Что сделал режим после этого?» Пока нет никакого доверия к режиму, чтобы иметь с ним дело.

В текущих вопросах Харири не возражает против нахождения естественного решения, но вопросы касательно правительственных решений, внешних отношений и дипломатии на правительственном уровне не находятся под его контролем. Позиция Харири не изменится, и как человек, который представляет часть ливанцев, он не согласится на возобновление отношений с Сирией на самом высоком уровне. На внутреннем уровне ответ России по вопросу о возвращении беженцев сформировал сообщение в более чем одном направлении. Оно адресовано всем заинтересованным в возвращении беженцев в Сирию, так что роль государства и правительства нельзя опустить. «Хезболла» и «Свободное патриотическое движение» попытались мобилизовать «религиозные» и «нерелигиозные» массы, чтобы вернуть беженцев. Согласно источникам, подобная тактика не увенчалась успехом, но создала впечатление, что государственные учреждения не могут справиться с этой проблемой, что совершенно не так.

Кроме того, сообщения подтвердили позицию Харири о невозможности найти решение проблемы с перемещенными лицами без международной поддержки. Премьер-министр Ливана посетил русских и американцев, пытаясь найти решение этой проблемы, поскольку Россия и США — две сверхдержавы, реально влияющие на сирийский кризис.

Новая информация о возвращении беженцев включает в себя сообщение, что премьер-министр Ливана Саад Харири без колебаний вернет перемещенных лиц. Ливан не стремится самостоятельно нести это бремя, но в то же время хочет их безопасного возвращения. Он пытался получить у русских гарантии возвращения всех беженцев из разных политических кругов. Харири заявил русским, что ливанцы изучают гарантии и плюсы.

Российская инициатива доказала, что все внутренние торги о возвращении беженцев неприемлемы, потому что их единственным стремлением был срыв возвращения перемещенных лиц. Перемещенный человек не уверен, что ливанские партии, которые внесли свой вклад в его перемещение и убийство семьи, внезапно станут помогать ему вернуться домой. Статистические данные ООН и Ливана свидетельствуют о том, что 95% беженцев хотят вернуться домой только потому, что война окончена. Сейчас Ливан ожидает решения Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН). Комиссар Филиппо Гранди был приглашен на переговоры в Астану, где в ближайшие дни будут разрабатываться механизмы возвращения беженцев в Сирию.

Важность международных договоренностей с Ливаном и, в частности, российской инициативы, заключается в том, что она ликвидирует все заговоры, целью которых был подрыв возвращения беженцев в Сирию. Российская инициатива раскрыла заговоры, связанные с демографическими изменениями в Сирии. Она требует серьезного подхода и поддержки для включения в игру других участников. Кроме того, нет никаких возражений против выдвижения других инициатив, которые затрагивают сферы влияния США в Сирии.

https://inosmi.ru/politic/20180803/242900836.html

ВМС Ирана блокируют Персидский залив

Если на путях нефтяного транзита поставят несколько морских мин, может начаться война

Владимир Мухин
Обозреватель «Независимой газеты»

3 авг. 18

Иран активизирует свою деятельность в зоне Персидского залива. В ближайшее время там должны начаться маневры Военно-морских сил (ВМС) Исламской Республики и береговых войск. В учениях, по данным телеканала CNN, примет участие до 100 кораблей и катеров Корпуса стражей исламской революции (КСИР), сотни бойцов, воздушные части и береговые ракетные батареи, а также иранские военные, не относящиеся к КСИР. По мнению журналистов CNN, одна из целей данных учений – продемонстрировать возможности Ирана по перекрытию Ормузского пролива.

По оценкам экспертов, военно-морская активность Ирана в Персидском заливе наблюдалась всегда. Но сейчас к учениям иранских ВМС и КСИР в зоне Ормузского пролива наблюдатели относятся с особым вниманием. В самом узком месте ширина этого пролива составляет всего 50 км, и концентрация там большого количества иранских военных кораблей и катеров, конечно же, вносит определенную напряженность в регионе. Тем более что Госдепартамент США в связи с выходом Вашингтона из ядерной сделки с Тегераном добивается ограничения экспорта иранской нефти. Свое решение по этому поводу США планируют озвучить 4 августа. В Тегеране же не раз уже заявляли, что в случае введения международных ограничений на закупки нефти Иран может закрыть Ормузский пролив для нефтяного экспорта.

У иранского флота накоплены большие запасы минного оружия (хоть и устаревшего), а к постановке мин приспособлены почти все корабли. Причем осуществить постановку можно в очень сжатые сроки, а буквально первый или второй подрыв супертанкеров может парализовать все судоходство. К тому же минные заграждения серьезно затруднят действия корабельных группировок американского флота.

При этом CNN отмечает, что «как правило, подобные учения Корпуса стражей исламской революции проходят гораздо позднее в году». Кроме того, в Персидском заливе в данный момент находится лишь один американский боевой корабль – ракетный эсминец Sullivans класса Arleigh Burke.

«Мы осведомлены о том, что Иран наращивает морские операции в Персидском заливе, Ормузском проливе и Оманском заливе. Мы внимательно следим за этим и продолжим работать с нашими партнерами, чтобы гарантировать свободу навигации и свободное коммерческое судоходство в международных водах», – заявил CNN представитель Центрального командования Вооруженных сил США капитан Уильям Урбан. Каким образом США будут работать с партнерами, офицер не уточнил. Хотя и так ясно, что в военном плане американцы что-то готовят, чтобы в случае дальнейшего обострения ситуации нейтрализовать Иран в Персидском заливе. СМИ уже писали о том, что удар по Ирану может быть нанесен уже в августе, и помочь в этом Вашингтону могут Австралия и Великобритания.

При этом все обратили внимание и на угрожающую запись американского президента Дональда Трампа в адрес президента Ирана Хасана Рухани, сделанную на прошлой неделе в Twitter: «Берегитесь», – написал Трамп, используя исключительно заглавные буквы.

160-2-1_b.jpg
Даже небольшие катера иранского флота способны поставить минные
заграждения. Фото с сайта www.military.ir
Позже, правда, он смягчил свою позицию и сообщил о готовности встретиться с представителями руководства Ирана «без предварительных условий». В ответ командующий КСИР Мохаммед Али Джаафари заявил, что в Тегеране не считают возможным организацию подобной встречи. «Мистер Трамп! Иран это не Северная Корея, чтобы принять ваше предложение о встрече», – цитировали иранские СМИ слова Джаафари. В то же время интернет-портал Iran.ru приводит мнение иранского аналитика Фарамарза Давара, который утверждает, что «согласно Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, Ормузский пролив является международным проливом, и в мирное время право транзита по нему не может быть приостановлено». «Преднамеренное блокирование Ормузского пролива и недопущение пересечения его судами является серьезной мерой с потенциальными последствиями. Если говорить серьезно, то это может сигнализировать о начале боевых действий в Персидском заливе», — считает Давар.

«Технически, к примеру, постановкой даже двух-трех глубинных мин, не говоря уже о масштабных минных заграждениях, Ормузский пролив Иран смог бы перекрыть, – сказал «НГ» военный эксперт капитан 1 ранга Олег Шведков. – Однако это действовало бы непродолжительное время, поскольку наверняка международное сообщество, США и другие страны все эти заграждения сумеют уничтожить. Поэтому, возможно, у Тегерана есть другой план, связанный с прекращением нефтяного транзита с месторождений в районе Персидского залива. Они уже насолили американцам и другим своим недругам, используя для этого йеменских хуситов. Те обстреляли на прошлой неделе в районе Баб-эль-Мандебского пролива саудовские танкеры, что уже привело к приостановке нефтяного транзита по Красному морю». Шведков обратил внимание на то, что премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху уже предостерег Иран от попыток и в дальнейшем блокировать Баб-эль-Мандебский пролив.

«Если Иран попробует заблокировать Баб-эль-Мандебский пролив, я уверен, что он столкнется с международной коалицией, которая попробует это предотвратить. И израильские вооруженные силы войдут в эту коалицию», – заявил Нетаньяху. И это очень серьезное заявление. Кстати, вчера йеменские хуситы объявили двухнедельный мораторий на атаки судов, следующих через Баб-эль-Мандебский пролив. Согласно их заявлению, это жест доброй воли, призванный содействовать достижению мира в Йемене. При этом со стороны Ирана по поводу этого решения никаких заявлений не поступало.

«Я уверен, что большой войны на Ближнем Востоке против Ирана не будет. У Трампа сейчас не та позиция, чтобы начинать там военные действия, – сказал «НГ» старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин. – Да и союзников в данной ситуации у него мало – только Израиль и Саудовская Аравия. Решения нынешнего президента США многими политиками критикуются внутри страны. Ядерную сделку с Ираном по-прежнему поддерживает большинство постоянных членов Совбеза ООН, а также Германия. Значит, возможные санкции США, связанные с добычей и транзитом иранской нефти, будут неэффективны». По мнению эксперта, не нужна война и самому Ирану, который сейчас чувствует поддержку многих стран. «У Ирана сейчас много внутренних проблем, связанных с экономическими трудностями. Нынешняя власть там считается либеральной. И если США будут поддерживать и стимулировать там недовольство нынешним руководством страны, народные волнения, то к власти в Иране придут радикальные исламисты, для которых США – это самый заклятый враг. В администрации Трампа это, видимо, понимают, и ссориться с Тегераном, как говорится, до драки, они, видимо, не будут, да и не смогут», – уверен Сажин.

Источник — независимая газета

Иранский разворот Трампа может быть полезен Европе

Кристоф фон Маршалл | Tagesspiegel

Дональд Трамп, которому так хочется быть государственным деятелем, руководствуется в своих действиях одним лишь тщеславием. Для Европы его предложение Тегерану сесть за стол переговоров может стать преимуществом, считает корреспондент немецкой Tagesspiegel Кристоф фон Маршалл.

«До сих пор готовность Трампа встречаться без предварительных условий то с Ким Чен Ыном, то с Владимиром Путиным вызывала ликование у всяких политических негодяев. (…) Но что получал от этих встреч сам глава Белого дома? Пока что нет никаких ощутимых результатов, которые бы хоть как-то оправдывали подобные шаги навстречу, предпринятые Вашингтоном. Трамп вредит западным интересам, умасливая диктаторов», — констатирует журналист.

Для президента США речь идет лишь о собственной значимости, а не об интересах страны — ему нравится представлять себя в роли государственного деятеля. «Если он грозит войной — внимание ему гарантировано. Взгляды обращаются на него и в том случае, если он приглашает на саммит — и уж тем более тогда, когда мир облетают кадры со встречи с мнимым партнером. Трамп представляет себя вошедшим в учебники по истории — подобно Никсону в Китае или Кеннеди с Хрущевым в Вене», — передает издание.

Теперь речь идет о возможной встрече с руководством Ирана после того, как обе стороны пригрозили друг другу войной? Иран ставит условия, замечает автор: «Трамп должен отменить свое решение о выходе из ядерного соглашения». В мире Трампа условия ставит он, а не оппонент. «Возможно, и здесь будет найден выход — как в случае со штрафными пошлинами против Европы. Возможно, Трамп не станет отменять своего решения о выходе из соглашения, но пока не будет прибегать к санкциям».

Подобное развитие ситуации выгодно для Европы и Германии, говорится в статье. «В таком случае не будут введены «вторичные» санкции против третьих стран, ведущих бизнес с Ираном. (…) Кроме того, сократится пропасть между Европой и США. Оба игрока заинтересованы в продолжении переговоров, цель которых — остановить развитие ядерной программы Ирана и заставить Тегеран отказаться от поддержки террористических групп. Однако Европа и США при этом идут разными путями: Трамп делает ставки на санкции, Европа — на переговоры». Перспективы улучшения ситуации вокруг ядерной сделки не так уж плачевны — в экономическом плане Иран находится под сильным давлением, отмечает в заключение фон Маршалл.

Источник: Tagesspiegel

Источник — Инопресса

Без войны: Россия решает судьбу Израиля

© AP Photo, David Cohen/Flash90 via AP

Мухаммед Балут, Валид Шарара (Muhammed Balut, Walid Sharara)

Израильтяне демонстрируют пределы своей способности маневрировать в Сирии без России. Битва за сирийский юг предоставила Тель-Авиву возможность проверить на прочность договорённости в сфере обороны и безопасности. Они имели силу до тех пор, пока сирийская армия при массивной поддержке российской авиации не вернулась на демаркационную линию между освобождённой и оккупированной частями Голанских высот после отсутствия на этой территории в течение пяти лет.

Заявление о том, что принадлежащий Сирии самолет Су-22 был сбит, поскольку вторгся в воздушное пространство оккупированных Голанских высот на расстояние, двух километров, не может скрыть тот факт, что Израиль потерпел неудачу в обеспечении безопасности северной границы, не прибегая к помощи России, даже если это сопровождается политическим умыслом, так как совпало с визитом министра иностранных дел России Сергея Лаврова в Израиль. Не может оно также отвлечь внимание от провала переговоров насчет новых правил взаимодействия, которые Россия пытается навязать на сирийском юге и в регионе в целом, после возвращения сирийской армии к границам соглашения от мая 1974 года.

Израильтяне оказались в трудном положении, поскольку столкнулись с резким сокращением пространства для манёвра в области обороны, безопасности и политики в Сирии, что вынуждает их прибегнуть к помощи России, чтобы та позволила им наносить воздушные удары по КСИР в Сирии. Тем самым Тель-Авив предоставляет российской стороне возможность свободно действовать в отношении израильских требований касательно иранского присутствия в Сирии в обмен на уход с линии разъединения. Ситуация для израильтян усугубляется тем, что «Праща Давида», а именно система противоракетной обороны страны разрушила надежды, которые израильский Генштаб и военная промышленность возлагали на то, чтобы заполнить пробелы в «Железном куполе».

Система «Праща Давида», поражающая ракеты средней дальности от 40 до 300 километров, завершает собой трехступенчатую систему противоракетной обороны, в которой Patriot играют роль перехватчика ракет малой дальности, а комплекс «Хец» — ракет большой дальности. Однако израильтян постигла неудача два дня назад, когда пара сирийских ракет SS-21 («Точка»), испытали «Пращу Давида» на сирийском юге, не нарушая разделительных линий на оккупированных Голанах. Продвинутая израильская система не смогла нанести удар по цели, поскольку обе ракеты самоликвидировались ещё до того, как ее достигли, после чего оказалось, что никакой угрозы не было.

Проверка системы «Праща Давида» заставила Израиль увидеть новую стратегическую реальность. За последние несколько недель в российско-американских отношениях произошло много событий, которые превратили российский вариант в необходимое Израилю «зло». В Хельсинки было достигнуто взаимопонимание между президентом России Владимиром Путиным и президентом США Дональдом Трампом. Нет необходимости говорить о том, что такое произошло в умах израильтян. Дело в том, что они видят, как американский президент склоняет голову перед своим российским коллегой (и потенциальным противником) и соглашается со всем, что тот сказал по сирийскому вопросу и израильской безопасности во время пресс-конференции, которую обе стороны провели после саммита в Хельсинки. Выводы, которые сегодня являются очевидными для всех, сводятся к тому, что Россию невозможно игнорировать, тем более, что Соединенные Штаты как главный союзник Израиля сами приняли российский вариант урегулирования в Сирии и согласились с российской позицией в отношении израильской безопасности и роли Израиля в этой стране.

Хуже всего то, что не наблюдается никаких признаков сворачивания тенденции по сближению между двумя державами в ближайшие недели, а может быть, и месяцы. Напротив, Трамп продолжает противостояние, которое сегодня развернулось в администрации США с американским истеблишментом, в отношении его политики на российском направлении. Что ожидает Израиль от предстоящей встречи в Вашингтоне между Путиным и Трампом, если она состоится, — это ещё большее сближение позиций двух президентов по многим вопросам, включая, разумеется, сирийский конфликт, и утверждение договорённостей, достигнутых в Хельсинки.

В последние недели военная ситуация на сирийской арене помогла обрисовать картину относительно возможных вариантов действия для Израиля, который уже не способен начать войну против «иранской угрозы» в то время, когда сирийская армия продвигается к линии разъединения на Голанских высотах. Она также сделала очевидной неспособность стратегий, не предполагающих применение военной силы, разрушить инфраструктуру оси сопротивления, созданную в условиях сирийской войны, несмотря на десятки нападений, которые совершались на данные объекты в течение не менее пяти лет. Требования сдерживать Иран в Сирии уже недостаточно для обеспечения безопасности Израиля. Неудивительно, что израильтяне запротестовали против предложения российского министра иностранных дел Сергея Лаврова об удалении иранских войск и «Хезболлы» на расстояние 100 километров от границы с Голанами, поскольку на самом деле это не отвечает требованиям Израиля в области безопасности, обеспечить которую с его точки зрения невозможно, прежде не уничтожив ракетные силы противника. При этом Тель-Авив осознает, что у него нет возможности получить лучшее предложение или навязать свои условия и изменить правила взаимодействия на Голанских высотах.

Россия не может зайти слишком далеко, соглашаясь на уступки на юге Сирии. Как сказал Путин в Хельсинки, безопасность Израиля будет обеспечена путем возвращения сирийской армии на линию разъединения и исполнения резолюции 338 (что означает также исполнение резолюции 242 и вывод Израиля с арабских территорий, оккупированных в 1967 году). Такое требование кажется странным в свете краха системы Персидского залива перед Израилем и далеким от инициатив короля Абдаллы. Разумеется, Путин не хочет ограничивать роль Ирана в Сирии по временным причинам, а также в связи с продолжением военных операций, которые обязывают силы оси сопротивления взаимодействовать с российской авиацией в зонах, где продолжается конфликт. Боевые действия ожидаются также на востоке и севере страны, прежде чем наступит время, для того чтобы игроки начали делить Сирию на зоны влияния, как считают некоторые.

Есть и другие стратегические соображения, которые связаны с тем, что Россия нуждается в иранском союзнике и помощи других небольших сил. И эта потребность существует не только в Сирии, но и на более широких фронтах конфронтации с Соединенными Штатами. Не один раз в интервью президент Башар Асад заявлял о своем отказе от политики «сдерживания» Ирана в Сирии или ограничения его роли. Это препятствует тому, чтобы Россия зашла слишком далеко в заключении компромиссов, тем более, что присутствие Ирана в Сирии представляется необходимым, чтобы обеспечить как можно большую независимость сирийского режима в отношении союзников, так чтобы сирийцы не оказались в ситуации, когда у них остался лишь один союзник — Россия, которая сможет навязать им свои условия на фоне участившихся разговоров о политическом урегулировании.

 

Что представляет собой проблему для израильской безопасности, это не продвижение 80 тысяч бойцов оси сопротивления, согласно израильской статистике, а то, что они могут применить ракетные пусковые установки, переданные Сирии или производящиеся в этой стране, представляя угрозу для Израиля. Они могут перехватывать ракеты средней и большой дальности, и предложение Сергея Лаврова, которое он сделал Тель-Авиву, ничего не меняет в данной ситуации. За годы сирийской войны ось сопротивления, согласно заявлениям Израиля, не прекращала строительство и расширение сети ракет, которые способствовали созданию режима сдерживания между сопротивлением и израильской армией. Очевидно, что расширение системы ПРО в Сирии, как минимум, является попыткой распространить этот режим на территорию оккупированных сирийских Голан, включая ливанскую, палестинскую границу и на расстояние 78 километров от нее, а также на расстояние 74 километров от линии, отделяющий освобождённые Голаны от оккупированной их части, чтобы в конечном итоге достичь ливанской Накуры в сирийско-иорданской долине Ярмук.

Кажется, что прибегнуть к российскому варианту необходимо, чтобы выиграть время в отсутствии возможности реализовать военный сценарий, после того как он частично превратился в ракетную войну. В это время и перед лицом открытия внутреннего фронта Израиль пытается изменить сложившуюся ситуацию, восстановив свою систему противоракетной обороны. Как сообщила газета «Едиот Ахронот», небольшой кабинет министров, занимающихся вопросами израильской безопасности, утвердил беспрецедентный проект в истории сионистского очага, цель которого — модернизировать вооружение своей армии, в первую очередь ее ракетный арсенал. Объём финансирования составляет тридцать миллиардов долларов. Для того, чтобы утвердить этот проект, премьер-министр Биньямин Нетаньяху за последние месяцы несколько раз втайне встречался с министром финансов Моше Кахлоном, министром обороны Авигдором Либерманом, начальником Генштаба Гади Айзенкотом, наиболее видными чиновниками Совета национальной безопасности, а также рядом руководителей оборонных институтов.

И поскольку война — это уже не «правая рука» Израиля, как это часто бывало раньше, сегодня у него есть только Владимир Путин и «горькое» российское предложение.

https://inosmi.ru/politic/20180731/242851304.html

Санкции только сближают Россию, Турцию и Иран

google

Трамп проигрывает игру на Ближнем Востоке

Вашингтон по разным причинам ввел санкции против России и Ирана, а сейчас угрожает репрессиями уже Турции, своему партнеру по НАТО. При этом в российско-иранско-турецком треугольнике именно Тегеран имеет наибольший исторический стаж пребывания под санкциями.

Маховик прещений против него стал раскручиваться в 1979 году, после того как группа радикально настроенных иранских студентов захватила американское посольство в иранской столице и захватила заложников. В ответ США заморозили все авуары Ирана и хранящиеся в американских банках его золотые запасы, ввели полный запрет гражданам и компаниям Соединенных Штатов вести бизнес в Иране или участвовать в совместных предприятиях с иранскими компаниями, в том числе в нефтегазовой промышленности. Санкции грозили также компаниям третьих стран, которые нарушали условия американского эмбарго. Определенный просвет наступил лишь тогда, когда между «шестеркой» мировых держав и Тегераном была заключена ядерная сделка. С Ирана стали сниматься различные эмбарго.

Но ситуация вернулась на круги своя, когда президент США Дональд Трамп в мае этого года объявил о выходе из ядерной сделки и подписал указ о возвращении прещений. В отношении России американцы ввели разноплановые и разнопрофильные санкции после воссоединения Крыма. В последующем репрессии под теми или иными предлогами постепенно расширялись. Что касается Турции, то Вашингтон впервые открыто заговорил о введении против нее санкций после того, как появились сообщения о готовности Анкары приобрести российский зенитный ракетный комплекс С-400. Хотя это лишь вершина айсберга, поскольку проблемы в турецко-американских отношениях нарастали давно. Многое стало выплескиваться наружу, когда США начали открыто поддерживать курдов, причем не только в Сирии.

Существуют и определенные нюансы. На глобальном уровне обозначено вооруженное противостояние между США и Россией. На региональном уровне — в Сирии — Россия, США, Турция и Иран де-факто участвуют в военном конфликте. При этом Вашингтон регулярно угрожает Тегерану войной, тогда как Турция — пусть во многом и формально — остается в составе возглавляемой американцами международной коалиции по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В то же время Россия, США и Турция осуществляют координацию своих действий на сирийском направлении по линии военных ведомств. Есть основания предполагать, что такой же сценарий действует и во взаимоотношениях между Россией, Турцией и Ираном. В этом сложном, необычном и беспрецедентном по историческим меркам геополитическом уравнении с участием внешних «тяжеловесов», Москвы и Вашингтона, а также Анкарой и Тегераном, претендующими на особую роль на Ближнем Востоке, именно Турция становится «камнем на дороге», о который США стали постоянно спотыкаться.

Дело в том, что американцы не предлагают туркам ожидаемых ими новых решений или инициатив в развертывании политики на Ближнем Востоке, в рамках которой Анкара обнаружила бы свое «почетное» место. Истина в том, что именно российско-турецкий альянс на сирийском направлении, активное развитие торгово-экономического и военно-технического сотрудничества между двумя странами не только укрепляет, но и повышает геополитическое значение Турции в регионе. Определившийся ход событий свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах Москва может привести турецкое и иранское влияние в качестве аргумента в диалоге с Вашингтоном, который, по оценке многих американских экспертов, после подписания документов по иранской ядерной сделке и снятия санкций имел немалые шансы выйти с Тегераном на прямой диалог. Но Трамп решил выйти из соглашения, приступил к введению санкций, что вынуждает Иран сделать долгосрочный выбор в сторону расширения сотрудничества с Россией и Турцией. И не только на сирийском направлении.

Налицо некий промежуточный результат: американские санкции не только сближают Москву, Анкару и Тегеран, но и сужают возможности США влиять на изменение курса властей этих стран и ограничивать поле для маневров. Более того, замечает германский исследователь Кристиан фон Зоэст, санкции со стороны Вашингтона не находят абсолютной поддержки со стороны других стран, даже союзных, которые не выступают с американцами единым фронтом. По мнению другого германского эксперта Кристофера Даазе, проблема в том, что для Трампа «в первую очередь важна не внешняя политика, вопрос не в России, Турции или Иране, для него на данном этапе важны все же внутриполитические цели. Он блефует, не имея возможностей заключить секретные сделки с Москвой, Анкарой или Тегераном» без опасений спровоцировать атаку против себя в Конгрессе, и проигрывает игру на Ближнем Востоке.

Если внимательно и непредвзято посмотреть на то, что объединяет и что разделяет Россию, Турцию и Иран, то легко заметить — их вековые исторические споры. Может быть, все останется в прошлом и общие глобальные интересы перерастут и в более серьезный, стратегический формат. Условия для этого есть. Что же касается США, то, как пишет в этой связи турецкое издание Daily Sabah, «теперь лучшее, что может сделать Вашингтон, это перестать уговаривать Турцию прекратить сближение с Ираном и Россией». Если Москве, Анкаре и Тегерану удастся поддерживать стабильность в регионе в общих интересах, появится шанс добиться мира и процветания. На днях президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган не только попросил принять Турцию в состав БРИКС, но и анонсировал проведение 7 сентября в Стамбуле саммита по Сирии с участием Турции, России, Франции и Германии. Американцы в Стамбул не приглашены. А сразу после того состоится встреча в астанинском формате Москва — Анкара — Тегеран.

Станислав Тарасов

Источник — REGNUM