В Ираке опять воюют

Один из терактов в среду произошел на рынке в багдадском районе Доура. В рождественские праздники в Багдаде и других городах Ирака произошла серия террористических актов, к которым причастны подпольные ячейки местного филиала «Аль-Каиды». По данным властей, эта организация – «Исламское государство Ирака и Сирии» – создала базы в соседней Сирии и засылает через границу боевиков, в том числе террористов-самоубийц. На протяжении 2013 года жертвами их акций в Ираке стали 8 тыс. человек. В условиях фактически возобновившейся войны иракское правительство спешно закупает в США вооружения для своей армии.

Три взрыва, прогремевших в среду в христианских кварталах иракской столицы, унесли жизни 34 человек. В одном из этих случаев взрыв заминированной автомашины произошел рядом с церковью, из которой после рождественской службы выходили верующие. Еще три теракта произошли в других районах Ирака, и их жертвами стали шиитские пилигримы, посещавшие священный город Кербела, а также полицейские.

Все эти акции связывают с деятельностью ячеек «Исламского государства Ирака и Сирии», активизировавшихся в 2013 году. Это джихадисты, являвшиеся в прошлом ядром суннитского подполья, которое вело активные боевые действия в 2006–2007 годах. Тогда из-за межобщинной розни между суннитами и шиитами в стране погибли десятки тысяч людей. Лишь с помощью увеличения численности находившихся тогда в стране американских войск и быстрого наращивания иракской армии, а также создания на американские деньги суннитского племенного ополчения это восстание удалось приглушить. Но полностью террористическое подполье не было выкорчевано.

Нынешнюю активизацию местного филиала «Аль-Каиды» связывают с войной в Сирии, в которой ее боевики принимают участие на стороне антиправительственной оппозиции. На первом этапе они проникали на сирийскую территорию, где создавали отряды, финансируемые монархиями Персидского залива. Позднее, используя созданные в Сирии базы, «Исламское государство…» стало в возрастающем числе направлять террористов и оружие в Ирак. По утверждению американской печати, ссылающейся на иракские источники, ежемесячно из Сирии в Ирак джихадисты засылают по 30–40 боевиков-самоубийц. Размах деятельности подпольной организации таков, что она контролирует целые районы иракских городов, осуществляет быстрые налеты на автомашинах на населенные пункты, занимаясь вымогательством денег у местных торговцев и фактически становясь на путь финансового самообеспечения.

В военные действия против террористического подполья вовлекаются все более значительные силы армии. Она пытается перекрыть границу с Сирией, однако ей недостает вооружений, нужных для борьбы с повстанческим силами. Растут потери личного состава иракской армии. Неделю назад террорист-смертник уничтожил группу офицеров 7-й дивизии иракской армии, в том числе ее командира. Всего, по данным иракского правительства, в завершающемся году в результате военных действий и от терактов в Ираке погибло около 8 тыс. человек, в том числе 952 военных и полицейских. Судя по этим цифрам, речь идет о возобновлении иракской войны.

По данным американских СМИ, Багдад вынужден обратиться к США с просьбой продать дополнительные количества вооружений. В ноябре в Вашингтон выезжал премьер-министр Ирака Нури аль-Малики. По данным New York Times, он представил американской администрации весьма внушительную заявку на оружие и военную технику. В частности, иракцам необходимы беспилотные летательные аппараты, как разведывательные, так и ударные, а также ракеты «воздух–земля», ударные вертолеты и боевые самолеты.

Как сообщает та же газета, американская администрация удовлетворила часть заявки. Иракцам поставят ракеты «воздух–земля» Hellfire. С легких самолетов Cessna они обстреливают этими ракетами лагеря джихадистов. Данные об их местоположении они получают от ЦРУ.

—————————————-
Артур Блинов
27.12.2013

Источник — Независимая газета
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1388217120

Эрдоган потерял партнера

С июня 2013 правительство премьер-министра Турции пытается противостоять невиданным проявлениям народного гнева. С пошатнувшимся авторитетом, харизматичный и эгоцентричный Реджеп Тайип Эрдоган потерпел очередное поражение. Началось расследование крупнейших в современной истории Турции коррупционных дел, в которых оказались замешаны люди из ближайшего окружения премьера. В результате 26 декабря наполовину сменилось правительство — сразу несколько министров были отправлены в отставку.

С 17 декабря коалиция Партии Справедливости и Развития и движения Фетхуллаха Гюлена распалась. Гюлен — загадочный религиозный лидер, но его движение набирает вес и представлено как в Турции, так и за ее пределами. В этой борьбе Эрдогану есть что терять — больше, чем Гюлену. Но есть и третий человек, который может выйти победителем из этого кризиса, — президент Абдулла Гюль.

С 2002 года Партия Справедливости и Развития (партия Эрдогана), которую можно назвать партией политического ислама, правила Турцией безраздельно. Премьер пользуется массивной поддержкой широкой религиозной общественности, ведомой влиятельным Фетхуллахом Гюленом, чьи многочисленные последователи составляют ядро в полиции и судебной системе. Эта коалиция была крепкой по многим причинам. Во-первых, они опираются на общую социальную базу: умеренный ислам с оттенком неонационализма. У обоих есть желание встроить новую консервативную буржуазию в мировую экономику. Оба — за приход в Турцию крупного международного капитала. У обоих — один противник: всемогущие кемалистские институты, воплощенные в армии и бюрократии, охранители политической системы, созданной Мустафой Кемалем Ататюрком.

Спустя десять лет внешней гармонии «священный союз» разрушается. Сначала были маргинализированы армия и кемалистская бюрократия, которые утратили свое влияние на управление страной. Более 300 высших офицеров и высокопоставленных чиновников находятся в тюрьме за попытку переворота. Укрощение армии — уже вдохновенная победа демократии, и Турция обязана этим альянсу между двумя самыми влиятельными лидерами Турции – Эрдоганом и Гюленом. Но внутри страны уже поднимаются голоса, критикующие замену старой системы военной безопасности на новую, тоже авторитарную и централизованную, — на безраздельную власть премьер-министра.

Вчерашние гюленистские союзники не доверяют такому результату и начали сопротивление. Битва в СМИ показала их истинную природу. Силы Эрдогана на исходе, он впадает в паранойю из-за арабской весны, из-за событий в Сирии, в которые вовлечена Турция. Переворот в Египте показал провал модели ПСР для арабского мира. Протесты июня 2013 объединили всю оппозицию против его политики. Эрдоган оказался скован в своем авторитарном дрейфе.

Дезорганизованная кемалистская оппозиция, которая многое потеряла в прошлом из-за своих исторических связей, проявила себя не способной управлять ситуацией. Единственное оздоравливающее сопротивление идет от движения Гюлена, которое, однако, не служит демократии напрямую. Представители движения Гюлена проникли в судебную и правоохранительную системы и оказывают влияние на исполнительную власть. Но действуют они тайно, традиционно избегая публичности, и это вызывает чувство разочарования по отношению к власти.

Проход «широким бреднем» 17 декабря «выловил» десятки приближенных Эрдогана, и это стало результатом совместных усилий прокуроров и офицеров полиции, близких к движению Ф.Гюлена, которые действуют под его влиянием внутри государственных органов. Этот факт был обнародован уже после события. Можно счесть произошедшее репрессивным ответом на закрытие премьер-министром широкой сети образовательных центров, которые являлись экономической и социальной базой движения Гюлена в Турции.

В результате отставки сразу нескольких министров глава правительства Турции должен теперь быть в состоянии отражать сильную критику. Некоторые из оппонентов требуют падения и его головы. Этот кризис, беспрецедентный в современной истории Турции, очень ослабляет политическое будущее премьер-министра, его партии ПСР, и даже угрожает роли и влиянию Турции в регионе.

Эрдоган кричит о заговоре и грозит местью, дает понять, что речь идет о попытке политической дестабилизации. которую плетут темные силы, завидующие «беспримерному успеху ПСР за последние десятилетия» и «прогрессу, который она обеспечивает Турции». Эта задиристая риторика и его жестикуляция только выдают ранимость и слабость премьер-министра.

Несгибаемый авторитаризм Эрдогана в ответ на массовые акции протеста против его власти еще больше ослабили ПСР даже в глазах ее избирателей, антиэрдоганские настроения растут повсеместно. Он все равно отвечает высокомерием и отказывается от любого диалога, на обвинения отвечает репрессиями. Поступая так, он большими шагами отдаляется от своего прежнего имиджа умеренного мусульманского и демократического лидера и вдохновляющей силы для руководителей арабо-мусульманского мира. Политический выбор Эрдогана демонстрирует, что он предпочитает другой путь — авторитарную и высокомерную модель а-ля Владимир Путин. Помимо его личности, его функции и его партии, меркнет уже и сама «мягкая сила» Турции, ее образ стабильной и процветающей страны, которая выступает важным посредником в регионе.

Разрыв между Эрдоганом и Гюленом окончателен, оба остались в проигрыше. Умеренный Эрдоган несет на себе печать авторитарного правителя, возглавлявшего коррумпированное правительство. Хоть он и кричит о заговоре, но факты коррупции отвергнуть не может. Гюлен же выступает как герой в борьбе с коррупцией и гарант демократии, но эти разоблачения вскрыли его роль в государственных тайных механизмах и обнаружили политические амбиции.

Пока и Эрдоган, и Гюлен теряют авторитет, турки ищут третьего человека, цельного и правого, чтобы выправить ситуацию. Многие ставят на Абдуллу Гюля — нынешнего президента Турецкой республики. Близкий соратник, верный и лояльный Эрдогану, с кем он создавал ПСР в 2001 году, в случае усиления политического кризиса сможет стать тем человеком, который выведет Турцию из нынешнего провала. Его умеренность оценивается по достоинству большей частью населения. В критический момент народного бунта в июне именно он произнес мудрые слова примирения, которые контрастировали с вендеттой Эрдогана. Сегодня, в ответ на раскаты грома 17 декабря, он высказался за необходимость расследования коррупционных скандалов для прояснения ситуации.

2014 и 2015 годы будут богаты на выборы: в стране пройдут сначала муниципальные, затем — президентские и общие. Мандат Абдуллы Гюля истекает летом 2014-го. Освобождающаяся позиция интересует Эрдогана лишь при условии, если пересмотренная Конституция даст больше власти президенту. Этот пересмотр, затеянный Эрдоганом и предполагающий передел основного закона на французский манер — с сильным президентом — может не ответить общественным ожиданиям.

Сильные удары сотрясают страну изнутри и извне. Эрдоган может соблазниться идеей поменяться ролями с Гюлем при условии, что Гюль как премьер-министр позволит командовать собой. Человек мудрый и в ПСР умеренный, готов ли он на эту роль жертвы, или его политические амбиции окажутся сильнее?

Скоро заговорят урны. Ожидаются жаркие политические дебаты. В любом случае, нынешний кризис приобрел такой размах, что может серьезно взбудоражить предвыборные ожидания. Тем более, что в этой битве, где Эрдоган и Гюлен еще не перестали потрошить друг друга, не исключено, что не выявятся другие коррупционные дела. В Турции, как и в других странах, подобное выходит на свет именно перед выборами. Поэтому предстоящие месяцы рискуют оказаться богатыми на неожиданные повороты.

Байрам Балджи (Bayram Balci) — ученый из парижского Центра международных исследований, а также приглашенный ученый в вашингтонском офисе Фонда Карнеги за международный мир. Главной темой его исследований является ислам в Турции, на Кавказе и в Центральной Азии. В 2006-2010 годы Балджи возглавлял Французский институт по изучению Центральной Азии в Ташкенте (Узбекистан). Во время пребывания в данном регионе он также изучал роль влияния Турции и исламское возрождение в Центральной Азии. В настоящий момент он является директором редакционной коллегии журнала по изучению Центральной Азии «Les Cahiers d’Asie Centrale». Автор книги «Missionnaires de l»Islam en Asie centrale: Les écoles turques de Fethullah Gülen» (Издательство Maisonneuve & Larose, 2003 г.).

26.12.2013

Источник — Фергана
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1388091180

Победа джихадистов, или продолжение сектантской войны?

Ситуация на Ближнем Востоке остается сложной. В последнее время отношения между религиозными группировками в Сирии поднялись на новый уровень напряженности. Сектантская принадлежность постепенно обретает выпуклое политическое содержание. Противоречия между салафитами, аль-каидовцами и шиитами обостряются. Параллельно с этим борьба крупных геополитических сил обретает новые оттенки. В результате Ближний Восток в целом движется к еще более сложной геополитической динамике.

Победа джихадистов, или продолжение сектантской войны?

Ситуация на поле битвы и политической сцене Сирии еще более осложнилась. Сейчас неясно, кто может представить страну на международной арене в качестве настоящей оппозиции. Вопрос еще более усложнился оккупацией группой, называемой «джихадистами», штаба Свободной Сирийской Армии (ССА). В результате генерал Идрис Салим бежал в Турцию, затем отправился в столицу Катара Доха, и, наконец, вновь вернулся в свой дом в Турции. Несмотря на уговоры западных союзников вернуться к своей должности, генерал И.Салим пока не соглашается (см.: Евгений Григорьев. Джихадисты взяли штаб Свободной Сирийской Армии без боя / «Независимая газета», 13 декабря 2013 г.).

На фоне этого распространена информация о том, что Запад сократил поддержку ССА. Взамен говорится о процессе сближения с другой ветвью оппозиции. В новом докладе, который подготовили аналитики «The Wall Street Journal» Стейси Майтри, Эллен Кникмейер и Адам Энтоус, говорится, что Запад и его союзники в Персидском заливе ведут переговоры с сирийскими вооруженными исламистскими группировками (Майкл Келли. Запад полностью изменил свою стратегию в Сирии / «Geopolitica.ru», 6 декабря 2013 г.).

Здесь общая ситуация очень сложна. В настоящее время сирийская оппозиция делится на три группы. Первая, это – Свободная Сирийская Армия. Члены ее считаются умеренными западниками, отдают предпочтение в государственном устройстве демократии, выбирая в качестве примера Турцию. Наряду с Вашингтоном и Брюсселем, они сотрудничают с Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами и Катаром. Ко второй группе относятся джихадистские религиозные группировки. Сюда относится «Исламский фронт». В их рядах собрались в основном салафитские группировки. «Ахрар аш-Шам», «Шукур аль-Шам», «Исламская армия», «Бригада единства» и другие принадлежат к «Исламскому фронту». В третью группу входят группировки, отличающиеся близостью к «аль-Каида». Основными ее членами являются «ан-Нусра» и «Исламское государство Ирака и Леванта». Подавляющее большинство членов этих групп – иностранные граждане (см.: Евгений Григорьев. Указанная статья).

Отсюда видно, что в составе нынешней сирийской оппозиции преобладают религиозные группировки. Главное, что объединяет исламистов, это – радикализм. Они – сторонники полной вооруженной ликвидации существующего режима. Благодаря этим признакам их отождествляют с моджахедами, действовавшими в Афганистане в 80-е гг. прошлого века. Для Запада «джихадисты» более безопасны, так как они не такие воинственные, как «аль-Каида», и, самое главное, находятся под контролем близких к Вашингтону государств региона. Здесь прежде всего можно назвать Саудовскую Аравию. Вслед за ним можно показать Катар, Объединенные Арабские Эмираты, Египет и других.

После того, как стало ясно, что свергнуть Б.Асада вооруженным путем невозможно, Запад и Россия начали отдавать предпочтение группировкам, способным оказывать влияние на переговоры. В преддверии запланированного на 22 января конференции «Женева-2» этот вопрос еще более актуализировался. По этой причине США пытаются наладить связь с сирийскими джихадистами и склонить их к участию на переговорах. Один из западных дипломатов заявил, что здесь главная цель заключается как в том, чтобы спасти джихадистов от влияния «аль-Каиды», так и в том, чтобы препятствовать их большей радикализации (см.: Майкл Келли. Указанная статья). На встрече представителей США, Англии, Франции, Саудовской Аравии и Турции с представителями джихадистов обсуждалась эта сторона вопроса.

Ближний Восток: новая динамика геополитической картины

Тем самым становится ясно, что Запад пытается изменить соотношение сил на конференции «Женева-2» в свою пользу. Вашингтон хочет, чтобы достигнутое соглашение опиралось на прочные основы. Можно предположить, что здесь главная цель в том, чтобы отнять у Москвы инициативу мирного урегулирования сирийского вопроса. Но очевидно, что США не совсем уверены в вопросе о том, с какой ветвью сирийской оппозиции вести обсуждения (см.: Ольга Ъ-Кузнецова. Сирийская оппозиция не дает себя объединить / «Коммераснтъ», 13 декабря 2013 г.). Поэтому можно прогнозировать, что в этом направлении Запад продолжит дипломатические маневры.

Есть еще один фактор, могущий помешать сирийским планам Америки. Речь идет о реализации плана «Великий Курдистан». За этим проектом также стоят США. Наибольшую поддержку курдскому сепаратизму оказывали именно из-за океана. Но намерение курдских группировок, близких к PKK, создать в северной части Сирии автономное образование создало некоторые сложности. Для того, чтобы участвовать в работе конференции «Женева-2», сирийская оппозиция требует оценки деятельности курдов (см.: Леонид Савин. Антисирийский проект / «Stoletie.ru», 6 декабря 2013 г.).

Среди самих курдов пока нет политического единства. Между М.Барзани и А.Оджаланом идет борьба за влияние среди сирийских курдов. Сюда можно добавить и разногласия между курдами и ассирийцами, туркменами и арабами. В результате на пути планов США и Израиля создать марионеточное курдское государство возникли серьезные проблемы. Эти моменты считаются серьезным препятствием на пути созыва женевской конференции.

На фоне сказанного заставляет задуматься попытка некоторых государств спровоцировать на Ближнем Востоке межсектантскую напряженность среди мусульман. Сейчас на политической сцене в Сирии – салафиты, аль-каидовцы и курды как «третья сила». Если США отдадут предпочтение среди них салафитам, то это автоматически вызовет раздражение у других религиозных группировок. В результате политическая среда в Сирии будет сформирована по сектантской принадлежности и этнической идентичности. Нетрудно видеть, что она будет напоминать политическую среду Ирака. Можно ли считать этот момент общей особенностью политической картины Ближнего Востока? Если ответ на этот вопрос будет положительным, то в очень большом геополитическом пространстве сложится неопределенная и полная конфликтов ситуация.

Очевидно, что на фоне серьезного столкновения геополитических интересов крупных держав на Ближнем Востоке политическая среда в Сирии распадается. Складывается впечатление, что в целом по мере еще большего обострения в последнее время борьбы за регион инициатива переходит в руки внешних сил. В такой ситуации вопрос о достижении в Сирии внутреннего согласия представляется очень сложным. Джихадисты уже демонстрируют, что сильнее Свободной Сирийской Армии. Трудно прогнозировать, к каким политическим последствиям это приведет.

Но уже сейчас ясно, что маловероятно, чтобы в качестве ведущей политической силы в Сирии выступила конкретная политическая сила. Разумеется, «аль-Каида» и радикальные шиитские группировки не будут сидеть, сложа руки. Это значит, что Иран и союзные с ним мусульманские государства будут активизировать свои действия в направлении повышения своего политического авторитета в Сирии. Кто может гарантировать, что этот процесс не приведет к появлению среди мусульманских стран новых геополитических конфликтов?

С другой стороны, вряд ли в Женеве будет достигнуто какое-либо итоговое соглашение. Интенсивность политических столкновений в Сирии не спадает. Наоборот, возникают новые группировки. Маловероятно, что их удастся сплотить. Очевидно, решение сирийского вопроса затянется. Б.Асад – не единственное препятствие на этом пути. Реально не могут договориться несколько крупных геополитических сил.

По-видимому, политические процессы в стране обретают еще более опасное содержание. Уже совсем ясно, что Б.Асад не является господствующей силой. Неизвестна и политическая группировка, способная стать ему конкретной альтернативой. В этом плане не сложилась ситуация, которая бы устраивала как США, так и Россию. И немало в регионе сил, которые пытаются воспользоваться этой неопределенностью. Можно предполагать, что в этом контексте борьба между Израилем, Турцией, Ираном, Саудовской Аравией, Катаром и Объединенными Арабскими Эмиратами за влияние обретет новые оттенки. Но что выиграют от этого народы региона и государственность? На наш взгляд, ответ на этот вопрос пока неясен.

Кямал Адыгезалов
25.12.2013

Источник — Newtimes.az
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1388003580

Иран меняет столицу

В Иране принято промежуточное решение о переносе столицы. Формальные причины – перенаселенность и сейсмоопасность Тегерана, однако нельзя исключать и того, что политическое руководство отталкивается от совсем других резонов. А именно – противостояние сепаратизму этнических азербайджанцев и желание обезопасить себя на случай войны с Израилем и США.

Комитет планирования меджлиса Исламской республики Иран принял решение о переносе столицы государства из Тегерана в неназванный пока город. Учитывая уровень принятия этого решения, не вызывает ни малейших сомнений, что смена столицы является не рядовой парламентской инициативой, а реализацией воли верховного руководства исламской республики, в частности рахбара Али Хаменеи.

Более того, Хаменеи считают одним из авторов этой идеи или как минимум горячим сторонником оной. В специальную комиссию парламента, прорабатывающую вопрос переноса столицы с 2011 года, входили его личные представители. А сама вероятность перевода отдельных властных учреждений в другой город открыто обсуждается в иранской печати уже давно, в том числе на основании рекомендаций Совета политической целесообразности.

Причин для переноса столицы несколько. В первую очередь в парламенте отмечают перенаселенность Тегерана. Сейчас там (точнее, в агломерации Большой Тегеран) проживает более 16 миллионов человек, то есть каждый пятый иранец. За последние десять лет население города выросло почти втрое. Следствие этого – серьезные транспортные и инфраструктурные проблемы, включая настоящий коллапс на дорогах в часы пик.

Вторая причина вытекает из первой – преступность. Тегеран – центр притяжения не только для внутренних мигрантов, приезжающих в столицу в надежде улучшить свое материальное положение, но и для иностранных граждан, в том числе беженцев из регионов острых военных конфликтов – от Афганистана до Сирии.

Третья причина – экология. Город бурно развивается, и дошло до того, что отдельные районы столицы часто окутывает смог, а легочные заболевания горожан были осознаны в качестве национальной проблемы. На ситуацию накладывается описанный выше транспортный коллапс: метро покрывает далеко не все пространство Тегерана, использование огромного количества личного автотранспорта для горожан вынужденная мера, и в дни транспортных заторов город буквально задыхается.

Наконец, причина четвертая: сейсмоопасность. Имеются исследования компетентных в данном вопросе японцев, согласно которым расположенность Тегерана на территории многочисленных сейсмических разломов чревата риском землетрясения силой до восьми баллов. Их иранские коллеги, в свою очередь, констатируют учащение подземных толчков в окрестностях столицы. Очевидно, что сильное землетрясение в таком мегаполисе, как Тегеран, приведет не только к значительным разрушениям, но и к многомиллионным жертвам.

Желание обезопасить политическое руководство страны и разгрузить город само по себе исчерпывающее, однако имеется основание предположить и наличие пятого фактора, о котором в Иране по понятным причинам не говорят вслух. Это причина политическая. Учитывая перенаселенность города, оппозиционные выступления и народные волнения, которые Тегеран пережил, в том числе совсем недавно, она также является весомым доводом в пользу переноса столицы в более спокойный и компактный город. Но тут многое зависит от того, в какой именно город переедет руководство исламской республики.

Вариантов несколько, благо многие города Ирана в разное время уже успели побывать столицами. Если новым «главным городом» станет Исфахан (столица при сельджукском государстве и династии Сефевидов), прекрасный и наполненный памятниками Шираз (многократная столица Персии при многих династиях) или священный для шиитов Мешхед – это один разговор, и можно ограничиться написанным выше. Однако, судя по иранской прессе, наилучшие шансы сейчас у Тебриза – четвертого по численности населения города страны и административного центра провинции Восточный Азербайджан. А это уже совсем другая история, возможно, проливающая свет на истинный замысел верховного руководства исламской республики.

Тебризу также приходилось быть столицей, причем неоднократно – начиная от древнего государства Атропатена (кстати, из этого названия и возникло современное «Азербайджан»), заканчивая уже упомянутой выше династией Сефевидов (всю первую половину XVI века, то есть с момента своего воцарения, эта шахская династия проживала именно в Тебризе). Для иранцев это очень важный город, он исторически «свой», персидский, хотя в свое время персы и оказались частично оттеснены на юг тюркоязычными народами. С тех пор Тебриз и поминают как центр азербайджанского сепаратизма.

Азербайджанцы – второй по численности народ Ирана после персов. Общее их количество в среднем оценивается в 14–18 миллионов человек, то есть в Иране азербайджанцев вдвое больше, чем в самом Азербайджане. Собственно, появление современного Азербайджана – следствие русско-персидских войн и территориальных завоеваний Российской империи, в конце концов оформившихся в недолговечную Азербайджанскую Демократическую Республику, а потом и в Азербайджанскую ССР.

Завоевание Северного Азербайджана русскими и позволило Ирану стать в первую очередь персидским. Сложись история иначе, не исключено, что азербайджанцы в нем доминировали бы. Однако последние два века вопрос ставится принципиально иначе – о культурной дискриминации азербайджанцев и концепции «разделенного народа», воссоединить который в одних границах предлагала местная интеллигенция XIX века и по сей день предлагают «горячие головы» в Баку и – несколько реже – в Анкаре.

После воцарения династии Пехлеви была принята концепция единой нации, и азербайджанский язык был полностью запрещен к использованию в образовании и прессе, а этнические азербайджанцы фактически не допускались на существенные государственные посты, в том числе в Южном Азербайджане. Исключением были регионы, населенные курдами, где азербайджанцев, напротив, привечали. Такая ситуация – очередное следствие борьбы с сепаратизмом и национальной идентичностью, но только с курдским сепаратизмом и курдской идентичностью: отношения между курдами и азербайджанцами по сей день весьма напряженные. В итоге политика шаха, как это часто бывает, дала обратный эффект: рост национального самосознания азербайджанцев и оппонирование Тегерану – когда публичное, а когда и партизанское.

В конце Второй мировой войны территорию Южного Азербайджана заняли советские войска, фактически вопрос о воссоединении народа был поставлен четко и прямо, найдя поддержку среди иранских азербайджанцев. Такая перспектива, разумеется, не могла понравиться Западу, и под давлением Лондона и Вашингтона СССР вывел своих солдат с иранской территории. Были основания надеяться, что демократическое правительство Моссадыка возьмет курс как минимум на ликвидацию этнической и языковой дискриминации (все предпосылки к этому были), но Моссадык был свергнут англосаксами (в первую очередь ЦРУ), недовольными национализацией нефтяных месторождений и изгнанием из страны американских и британских компаний. После этого окрепший Реза Пехлеви вернул Иран на «западный курс» и продолжил свою дискриминационную политику в отношении азербайджанцев.

Неудивительно, что именно азербайджанцы в итоге стали авангардом Исламской революции, а Тебриз – ее колыбелью. Азербайджанцы тогда боролись не столько за исламское государство, сколько за национальную автономию, во всем ориентируясь на великого аятоллу Мохаммада Казема Шариатмадари, азербайджанца по происхождению. Однако новый Иран подразумевал принцип наднациональной – исламской солидарности. И хотя азербайджанцам позволили иметь собственные СМИ, а в школах появились предметы, преподаваемые с использованием азербайджанского языка, никакой автономии – ни политической, ни языковой, ни культурной – азербайджанцы не получили. Выступления азербайджанцев возобновились, а отношения между Хомейни и Шариатмадари резко испортились. После серии уличных столкновений между азербайджанцами и персами великий аятолла был объявлен заговорщиком и заключен под домашний арест вплоть до своей смерти. Подавлять же азербайджанские восстания исламской власти пришлось с особой жестокостью и с применением тяжелой техники. В первую очередь – как раз в Тебризе.

Остается добавить, что широкомасштабные акции протеста в Тегеране по итогам президентских выборов 2009 года тоже имели национальный окрас. Это была не просто борьба реформаторов Мусави против консерваторов Ахмадинежада, сюда был примешан и национальный вопрос, благо Мусави – азербайджанец (согласно ряду слухов, Ахмадинежад – тоже азербайджанец, но это ничем не подтверждено, а сам бывший президент никогда не позиционировал себя подобным образом). Неудивительно, что у несостоявшейся революции было два ядра – либеральное и азербайджанское. Причем у азербайджанцев еще были живы в памяти массовые демонстрации 2006 года в Южном Азербайджане, связанные с оскорбительной карикатурой на азербайджанский язык, опубликованной в воскресном выпуске одной из полуофициозных газет.

Разумеется, публичное обсуждение азербайджанского вопроса и исходящей с севера угрозы сепаратизма находится в Иране под негласным запретом. Но если новой столицей (а на подбор города парламенту выделено два года) станет именно Тебриз, можно будет с высокой долей уверенности утверждать, что именно азербайджанский вопрос сподвиг верховное руководство на подобный шаг, тогда как мотивы экологии, перенаселенности и безопасности во многом вторичны.

Перенос столицы в Тебриз не только приведет к значительному усилению служб безопасности города и сокращению доли этнических азербайджанцев в пользу персов (как верховных чиновников, так и рядовых мигрантов, ибо внутренняя миграция в новую столицу неизбежно увеличится), но и выбьет у сепаратистов почву из-под ног. Никакой автономии, забудьте навсегда о воссоединении с Севером: в Тебризе утверждается Исламская республика Иран как она есть. Центр Южного Азербайджана станет центром всей страны – страны исламской и в первую очередь персидской. Вместо гнезда сепаратистов – оплот верховной власти.

Кстати говоря, рахбар Али Хаменеи – сам азербайджанец. Ввиду этого он неплохо разбирается в мотивации соплеменников, однако в корне не разделяет их устремления. Он – сторонник единого, унитарного, державного, наднационального исламского Ирана, ввиду чего его собственное происхождение не имеет для Хаменеи ни малейшего значения.

Наконец, стоит отметить и геополитический фактор. То, что перенос столицы в Тебриз существенно сократит возможности Азербайджана и Турции влиять на тюркоязычное население северного Ирана, очевидно (а это влияние есть, причем с каждым годом оно только усиливается). Но, кроме того, это отдалит иранскую столицу и от Персидского залива, где расположены американские авианосцы, и от Израиля, возможность военного противостояния с которым пока никто не отменял.
Станислав Борзяков

24.12.2013

Источник — Взгляд
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1387972620

Какие изменения претерпит политика США

Темой разговора номер один в узком кругу вашингтонских наблюдателей за Центральной Азией – и в более обширном кругу центральноазиатских наблюдателей за Вашингтоном – значится вопрос о переменах, которые претерпит политика США в регионе после вывода американских вооруженных сил из Афганистана. На протяжении последнего десятилетия политика США в Центральной Азии настолько была подчинена войне в Афганистане, что теперь уже сложно представить, каковы могут быть американские интересы в регионе в отсутствие этого фактора. Пара дискуссий, состоявшихся в Вашингтоне, дают представление как о публичных, так и о закулисных разговорах, которые ведутся на эту тему – и подчеркивают огромный разрыв между тем, что США заявляют официально о своей будущей политике в отношении Центральной Азии, и тем, что они реально думают об этом.

На одном из обсуждений, а именно в аналитическом центре New America Foundation, выступила недавно назначенная на должность заместитель помощника госсекретаря по вопросам Южной и Центральной Азии Фатема Сумар (Fatema Sumar) по вопросу «Региональные связи в Южной и Центральной Азии». Как и следует из названия, доклад был целиком посвящен американской инициативе под названием «Новый Шелковый путь». Эта программа уже достаточно подвергалась критике в данном блоге и не только, так что бить лежачего нет никакой необходимости. (Правда, недавно в издании «Дипломат» была опубликована еще одна негативная статья Юджина Имаса (Eugene Imas) «Новый Шелковый путь – дорога в никуда»). Однако одну часть выступления Сумар стоит выделить особо:

«Анализируя программу Нового Шелкового пути, впечатляют произошедшие за последние несколько лет немалые перемены. Изначально это был проект, выдвинутый Соединенными Штатами. Меня лично поражает то…, как к этому видению пришел сам регион и теперь во многих отношениях сам продвигает эту программу в сотрудничестве с международным сообществом, которое на правах партнера помогает формировать, структурировать и финансировать эту деятельность».

В качестве доказательства этой направляющей работы региона она привела инициативу Азиатского банка развития под названием Программа центральноазиатского регионального экономического сотрудничества и Стамбульский процесс (формально направляемый Афганистаном, но с активной закулисной деятельностью со стороны Вашингтона). Однако интерес здесь представляет сдвиг, произошедший в риторике Госдепа в отношении Нового Шелкового пути: если раньше официальные представители США говорили больше о нефинансовых вложениях и работе над «программным обеспечением» (например, облегчением пограничных переходов), чем о «техническом обеспечении» (например, дорогах и других объектах инфраструктуры), то теперь они пытаются делать упор на конкретных достижениях инициативы Нового Шелкового пути. Если внимательно посмотреть на соответствующие характеристики США, то они звучат довольно обтекаемо: нормой являются такие выражения, как «США поддерживают» и «США плотно работают с». И все же США, похоже, приняли близко к сердцу широкую критику в адрес объявленного курса, что тот фактически является лишь видимостью, и пытаются как-то исправить ситуацию (правда, пока без особого успеха).

Второе мероприятие было совсем иного рода: Комитет по американской внешней политике (National Committee on American Foreign Policy) собрал вместе экспертов и экс-стратегов из США и государств Центральной Азии. Имена участников заседания не оглашались, но если читать между строк распространенного организацией отчета, то, похоже, это были эксперты из близких к правительству кругов вроде бывших послов. Отчет о заседании представляет собой занимательное чтиво. Участников заседания явно беспокоил вопрос об уходе США из Центральной Азии в связи со свертыванием военных действий в Афганистане:

«Имеется растущая озабоченность, что в свете принятого США стратегического решения о выводе войск из Афганистана интересы США и внешняя политика в отношении региона рискуют оказаться в положении сидящего между двумя стульями в результате сочетания таких факторов, как сдвиг приоритетов, сокращение ресурсов и центральноазиатская «усталость»»…

Но почему США должны быть заинтересованы в Центральной Азии в отсутствие фактора Афганистана? Ответ удивителен: «Нынешняя реальность, состоящая в отношении к Центральной Азии как к району второстепенного значения для США, является близорукой, учитывая что и Россия, и Китай (государства первостепенного значения для США) рассматривают данный регион как регион первоочередного для себя значения». (И даже еще удивительнее: то был постулат, принятый как факт, еще до начала обсуждения). И главная рекомендация соответствующая: «Политикам и стратегам США следует сосредоточиться на значении Центральной Азии для России, растущем значении этого региона для Китая и, следовательно, значения его для американских интересов». Это напоминает старый вопрос матери своему отпрыску: «А если другие дети в школе стали бы прыгать с моста, ты бы тоже прыгнул(а)?»

Но участники все же очертили некоторые из фундаментальных проблем:

«Сформировалось ощущение, что Вашингтон в целом слишком полагается на военные методы, которые, несмотря на успехи вооруженных сил США, не могут заменить собой долгосрочные дипломатические решения. Были подняты вопросы об основополагающих принципах процесса принятия Вашингтоном решений по делам Афганистана и Центральной Азии, в частности, адекватности фактической информации о ситуации на местах, о чем вряд ли можно судить со стороны. Упоминалось о возможных проблемах, связанных с лингвистической подготовкой, знакомством с регионом, знанием местной культуры, обычаев и истории. Обсуждался и тот факт, что наши интересы в регионе чрезмерно, судя по всему, нацелены на удовлетворение собственных потребностей (энергоресурсы и сырье, буферная зона). Не возлагая ни на кого вину за стратегические ошибки, участники упоминали об ошибках США, особенно в манере продвижения Соединенными Штатами демократии западного образца на территории с иными социально-культурными и политическими традициями. Это являло собой отражение распространенного среди центральноазиатских режимов представления, что продвижение США принципа уважения прав человека может подорвать обстановку общественно-политической стабильности и безопасности в данных конкретных странах и в конечном итоге нацелено на смену режима».

Перефразируя этот последний пункт, можно сказать, что продвижение демократии и прав человека, сопровождаемое попытками заручиться сотрудничеством со стороны авторитарных правительств, неизбежно должно потерпеть крах будь то в условиях иных «социально-культурных и политических традиций» или нет. Мало кто из наблюдателей за американской политикой в Центральной Азии станет оспаривать эту мысль.

В целом, состоявшееся обсуждение интересно своим откровенно геополитическим характером. До 11 сентября США не принимали активного участия в делах этого региона, а курс и цели США в регионе имели долгосрочный геополитический характер, о чем свидетельствуют трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан и борьба с российской монополией на каспийские энергоресурсы. Участвовавшие в дискуссии эксперты, похоже, выступали за возврат к той политике – только теперь с добавлением Китая в качестве оппонента.

Так или иначе, что же такое этот Новый Шелковый путь? Торговля и транзит? Экономические связи? Эксперты едва касались этого вопроса – если только в контексте активных экономических инвестиций Китая в Центральную Азию. В риторику о Новом Шелковом пути они тоже явно не поверили.

24.12.2013 Джошуа Кучера

Источник — russian.eurasianet.org
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1387870800

«Этноглобус» презентовал новый крупный проект

19 декабря в Международном Пресс-Центре в Баку прошла пресс-конференция Международного онлайн информационно-анатилического ценра «Этноглобус».

Пресс-конференция была посвящена отчету 5-ти летней деятельности «Этноглобуса. Также был презентован бессрочный проект «Этничность как один из составляющих факторов азербайджанства.»

На мероприятии принимали  участие представители дипломатических корпусов, эксперты, ученые, религиозные деятели, представители этнических меньшинств, проживающих в Азербайджане.

Директор центра Гюльнара Инандж сообщила, что Международный онлайн информационно-аналитический центр «Этноглобус» (ethnoglobus.az) начал функционировать с февраля 2008 г. «Этноглобус» является уникальном в своем направлении проектом. Сайт рассчитан на русскоязычного пользователя. Является научно-публицистическим источником.  Сайт сотрудничает такими крупными русскоязычными интернет ресурсами с многотысячными пользователями  как centrasia.ru, caucasustimes.com, kurdistan.ru, turkishnews.com, gumilev-center.az.

Размещение на одной платформе одновременно информаций о разных этносах и религиях делает сайт привлекательным для русскоязычных экспертов, ученых и  обычных пользователей.

Выступающие отмечали о роли «Этноглобуса»  в пропаганде культур и традиций различных этносов , религий.

 

На сайте размещаются материалы об этнических языках, культурах, обычаях и традициях, этнопсихологии, этнической истории и т.д.Одной из целей создания центра является проведение независимых исследований по этническим и религиозным вопросам, поиски путей разрешения вопросов, возникающих в этом направлении.

 

По мнению международных экспертов, деятельность такого рода ресурса на территории Азербайджана является свидетельством демократии и толерантности. Также в экспертном мире «Этноглобус» расценивается как достоверный и серьезный источник.  Этим я благодарна всем авторам, доверяющим свои статьи нашему ресурсу.

 

В «Этноглобусе» публикуются авторы из Азербайджана, России, Турции, Израиля, Ирана, Европы и Кавказа.Начиная с 2013 года, в «Этноглобусе» публикуются статьи на их языках этнических меньшинств, что также является эксклюзивным форматом.

 

«Этноглобус» с первых дней своей деятельности занимается публикацией достоверных информаций об этнической и религиозной ситуации в стране, создает  достоверную картину для международной и азербайджанской экспертной и научной среде, что в свою очередь служит укреплению основ государственности.

 

В настоящее время идет реконструкция «Этноглобуса» и в скором времени мы начнем работать с новыми техническими возможностями. Новый сайт будет работать в нескольких языках.

 

Этноглобус с 2014 г. начинает бессрочный проект «Этничность как один из составляющих факторов азербайджанства.» В рамках проекта будут проводиться конфреренции и обсуждения , посвященные языкам этнических групп, их культуре, этнографии, истории. Также в рамках проекта будут исследоваться суть термина «азербайджанец»,  место политической нации  в укреплении государственности. Также особое место будет уделяться просвещению общества о понятии  термина  «азербайджанец» как политическая  нация и  его взаимосвязь с этничностью.

«Этноглобус» является частной собственностью и открыта к грантовым проектам и сотрудничеству на основе  взаимовыгодных условий.

С кем Янукович заключит союз?

Заголовок в газете: Уcидеть на двух союзах У сторон торга Украина — ЕС начинают сдавать нервы

Новости о судьбе дальнейшей евроинтеграции Украины читаются как сводки с полей военных действий в период массовой неразберихи. То комиссар по вопросам расширения Европейского Союза и европейской политики соседства Штефан Фюле заявляет: подписание соглашения об ассоциации Украины с ЕС заморожено, то представители Европарламента это опровергают… Сколько еще может продолжаться это странное противостояние, когда Украина, наконец, определится в выборе между Западом и Востоком? Опрошенные «МК» эксперты попытались ответить на эти вопросы.

Владимир ЖАРИХИН, замдиректора Института стран СНГ: «Усидеть на двух стульях уже нельзя»

— Это элементы торга Украины с Европой. «Изменили европейскому выбору» — это ведь майдановцы так интерпретировали, чтобы Майдан раскрутить. На самом деле Киев сказал: «Мы хотели бы подписать (соглашение об ассоциации с ЕС — «МК»), но скорректировать условия». Прежде всего — условия по зоне свободной торговле со странами СНГ, чтобы все-таки остаться в этой зоне. О том, что они намерены изменить европейскому выбору, никто никогда не говорил. Ни Янукович, ни даже Азаров. Кажется, что у них желание и соглашение об ассоциации подписать, и чтобы Россия денег дала, чтобы хватило добежать до ЕС. А в итоге получат полное недоверие и со стороны российской, и со стороны европейской элиты. И из-за этого, даже долго торгуясь, все равно подпишут ассоциацию с ЕС на дурацких условиях, полностью испортят отношения с Россией, да и с Евросоюзом тоже. Это не та ситуация, когда ласковый теленок двух маток сосет. Такое можно было сделать тогда, когда Евросоюз была на подъеме, а России было не до того, вот тогда можно было получить деньги. Теперь же у Украины с одной стороны уже не очень здоровый Евросоюз, а с другой — Таможенный союз, формирующийся, еще слабенький, но тоже по сравнению с Украиной мощнейшее объединение. Вот между двумя этими мощнейшими объединениями усидеть на двух стульях уже невозможно. Но спрашивать, когда будет сделан окончательный выбор, — это значит исходить из того, что эта история скоро закончится. А она не закончится никогда. Украина так и будет пытаться и там выгоду получить, и там.

Алексей МАКАРКИН, замгендиректора Центра политтехнологий: «Янукович так и будет крутиться»

— Нынешнее украинское правительство маневрирует между Востоком и Западом. Украинцы сегодня говорят одно, а завтра другое. Мне кажется, у конкретного европейского чиновника (Штефана Фюле — «МК») от этого просто сдали нервы. Думаю, усталость от нынешней европейской власти в ЕС уже есть у всех, просто некоторые ее уже эмоционально выражают: мол, не будем с вами вести переговоры, пока вы не дадите обязательств в какие-то сроки подписать это соглашение. А другие не хотят портить отношения с режимом Януковича, вдруг он еще продержится. Думаю, сам Янукович в ближайшее время не определится с окончательным решением. Точкой в споре о выборе Украины могло бы стать заявление о вступлении Украины в Таможенный союз, но и он, и его соратники будут всячески этого избегать. Все это может продолжаться, пока они у власти, потому что европейцы признают: Янукович избран главой государства на на легитимных выборах. Он антипатичен европейцам, но они будут продолжать с ним общаться. А делать выбор между Россией и Европой Януковичу очень бы не хотелось. Поэтому развилка на сегодня такая: либо Янукович сдает премьера Николая Азарова и говорит, что мы будем подписывать соглашение об ассоциации, либо не делает ничего. Янукович будет продолжать вертеться, ему будут все меньше доверять и там, и там. И сохранение Азарова в роли главы кабмина будет знаком того, что это «верчение» продолжается.

Наталья Рожкова
№ 26412 от 17 декабря 2013

Источник — Московский Комсомолец
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1387259100

Время ПКК осталось позади

Эксклюзивное интервью для «Этноглобуса» (ethnoglobus.az) главного редактора сайта «Kurdistan.ru» Вадима Макаренко. 

Гюльнара Инандж 

1. -Как Вы оцениваете Мирный процесс разрешения курдской проблемы, начатый властями Турции? 

-Это – перспективный процесс, который означает официальное признание существования курдской проблемы в Турции, или, другими словами, признание того факта, который пытались игнорировать со времен Ататюрка, что Турция состоит не только из граждан, лишенных национальной и религиозной самоидентификации, граждан Турецкой республики, а из этнических турок и этнических курдов, как минимум. Хотя за этим должен последовать факт признания всего этнического и религиозного многообразия современной Турции. Это стало неизбежным в результате того, что, с одной стороны, курды сохранили свою этническую идентичность, а, с другой, они вступили на путь политической самоорганизации и доказали, что они способны отстоять свою правду. Не стоит сбрасывать и то, что в силу различия демографических процессов в курдской среде и среди турок в Турции появились «курдские часы», а доля курдского населения в стране постоянно увеличивается. После естественного расслоения этнически турецкой части общества, которое было неизбежно по мере того, как Турция становилась более развитой и более богатой, а интересы ее граждан более многообразными, в результате чего она утратила былую кемалистскую монотонность, и сейчас даже просто число курдских голосов, полученных той или иной партией на выборах, стало важным фактором внутренней политики в республике. В этих условиях уже скоро федерализация может стать лозунгом не только курдов, но и самих турок. Не менее важным фактором, наряду с процессами в самой Турции, стало появление Иракского Курдистана как важного субъекта региональной политики. В целом Иракский Курдистан, став де факто самостоятельной силой и тесно взаимодействуя с Турцией, позволил сдвинуть виртуальные границы турецкого влияния к черте, которая считается более естественной, чем те границы, которые были проведены при разделе Османской империи.

Это хорошо чувствуют в Багдаде, негативно реагируя на усиливающееся взаимодействие Анкары и Эрбиля. Турция, чтобы ни говорили ее политики, не может не воспринимать Курдистан как часть своей зоны влияния, которая была отторгнута от нее («Мосульский вилайет»). По крайней мере, в рамках политики «мягкой силы». С этой точки зрения максимальная самостоятельность при сохранении де факто Курдистана внутри Иракской федерации является целью турецкой политики, и рассматривается как в какой-то степени восстановление прежних границ тюркского мира. Это позволяет вернуться к прежней системе отношений, когда достаточно самостоятельный курдский мир был частью более широкого мира, сейчас условно называющегося тюркским, хотя в древности и в средние века для этого региона мира использовалось название Ромея, которое сейчас исключительно и в силу этого неправильно привязывают к Византийской империи. Традиционное общество при формировании больших империй использовало принцип, который в определенном смысле можно назвать федеративным, в этом смысле возможен возврат не к тотальной империи времен империализма, а к федеративной спайке, даже не обязательно формальной, но явно повторяющей связи, которые были характерны для периода традиционных отношений в этом регионе мира. В этих рамках возможно признание курдской составляющей и в самой Турции, что не только не урежет сферы влияния Анкары, но и расширит ее, если она сохранит лидерство в этом процессе.

2. — Какое мнение об этом процессе существует у курдской диаспоры в мире (если Вам известно об этом) и в России? 

— Курдская диаспора в России более инерционна, чем курды в Турции и, тем более, в Иракском Курдистане, поскольку она живет прошлым, а не настоящим, лишена возможности проверить свои воззрения практикой, а тот опыт, который имеет, в основном обращен в историческое прошлое и носит негативный характер. Отсюда у нее часто устаревшие лозунги и цели, которые уже не актуальны в Турции и Иракском Курдистане. Для многих курдов, живущих в России, по-прежнему главным является вопрос немедленного провозглашения независимости в Иракском Курдистане, часто недооценивается сложность и последствия подобных действий.

Не осознается то, что в новых условиях рост силы курдского этноса будет идти много быстрее в мирных условиях, когда Курдистан станет регионом ускоренного развития, а курды многочисленными, богатыми и образованными, оставаясь при этом формально частью Ирака, Турции или Сирии.

3. -В ноябре в Диабакыре прошла встреча Эрдогана и Масуда Барзани. Какую роль сыграет участие М. Барзани в процессе перемирии в Турции? —

-Президент региона Курдистан Масуд Барзани уже активно участвует в мирном процессе в Турции. Его роль велика, и может быть еще больше. Огромный регион в Турции является курдским де факто, просто потому, что там живут преимущественно курды. Турки туда не едут, не селятся там, и было бы глупо продолжать игнорировать этот факт. Курдам надо управлять своим регионом, чему мешает вооруженный конфликт, который сейчас можно остановить, потому что методы вооруженной борьбы за национальные права курдов уже исчерпали себя, исполнив свою роль, что также отрицать нельзя. Сегодня Эрбильская модель федеративных отношений – это не только модель для остального Ирака, где федерализация за пределами Курдистана еще не началась, но это и модель для будущего Диарбакыра и для всей Турции.

4 — Официальный Багдад выражает недовольство прямых контактов Анкара-Эрбиль. Что настораживает власти Ирака? 

-Это естественно, поскольку Эрбиль, а не Багдад задает принципиальное направление развития Ирака к федерализации. Багдад отстает в осознании ситуации, теряет политическое лидерство в стране. В силу разных причин направление федерализации Ирака не приветствует ни Багдад, ни Тегеран. Но уже выборы 2014 года могут привести к коренному изменению ситуации и в Ираке. Сегодня же Эрбиль, получив окно для экспорта нефтепродуктов через Турцию, наращивает свою самостоятельность, просто увеличивая добычу нефти и газа, развивая свою экономику. Чтобы ни заявляли в официальном Вашингтоне, но это направление развития до тех пор, пока Эрбиль не будет пытаться получить формальную политическую независимость от Багдада, пока не будет разрушать односторонними действиями существующую формулу поддержания территориального единства Ирака, поскольку это чревато региональными потрясениями, устраивает и США.

Это видно по деятельности американских нефтяных компаний в Иракском Курдистане. Более того, возможна трехсторонняя формула отношений – вынужденный, сбалансированный «нефтегазовый треугольник»: Анкара – Эрбиль – Багдад, который гарантирует интересы всех сторон и позволит, по крайней мере, еще в течение пятнадцати-двадцати лет поддерживать нормальные отношения в этом регионе. А там будет видно.

5. — Очень важна позиция  ПКК в урегулировании курдского вопроса в Турции. Каким Вы видите позицию ПКК в этом вопросе? 

-Это проблема поиска компромисса между нынешней политической элитой Турции, нарождающейся курдской элитой и РПК/ПКК, которая своей борьбой создала новый климат в Турецком Курдистане и во многом стала причиной нынешних перемен, но сейчас она вынуждена сойти с политической сцены.

Политики уходят. Это – естественный политический процесс, но это нелегкий выбор для тех, кто посвятил этому свою жизнь, они не победили, но и не проиграли. Нужно реальное примирение, нужен, как видится со стороны, почетный мир. Я не знаю, насколько к этому готово турецкое общество. Речь не должна идти о капитуляции РПК, даже если удалось захватить ее лидера, все равно нужен почетный мир. Мы в России сами много потеряли от гражданской розни, потеряли свое мировое лидерство, чуть не потеряли саму «Россию», поэтому говорим об этом, осознавая ту боль, которую приносят гражданские конфликты, но и понимая, что примирение – это очень сложный процесс.

6. — Россия ранее манипулировала ПКК, также в Москве базируются представители этой организации. В Москве проходят различные курдские конференции, где участвуют также представители ПКК. Какова нынешняя политика официальных властей России к курдскому вопросу, в частности в Турции? 

-Я бы не использовал термин «манипулировала» даже к советскому периоду. Тем более, это совершенно неподходящий термин к постсоветскому периоду. На территории многих стран можно найти политических мигрантов. Тем более, естественно, что в новой России, где сейчас проживает большая курдская диаспора, а Российская империя и СССР включали в свой состав значительные курдские территории, представители РПК обрели возможность гуманитарной активности. Ведь даже Вы говорите о конференциях, встречах, обращениях в защиту Абдуллы Оджалана, но не о боевой подготовке бойцов, прибывающих сюда, чтобы поправить здоровье, пройти переподготовку и затем вновь вернуться к вооруженной борьбе, как это бывает в других странах. В России РПК не рассматривается как террористическая организация, думаю, что в процессе мирного урегулирования этот штамп времен открытого вооруженного конфликта будет снят с нее и в Турции. Уверен, что без этого мирный процесс не пойдет, будет пробуксовывать, будет мешать обретению Турцией нового качества, к которому она стремится. Мы прекрасно видим, что Россия принципиально выступает за сохранение территориальной целостности стран, но, как показала ситуация в Грузии, у всего есть свои пределы. Если все процессы будут идти мирно, если будут исключены военные преступления против мирного населения, то территориальная целостность есть и будет оставаться первейшим приоритетом российской политики в отношении любой страны. Уверен, что это относится и к Ираку, и к Турции.

При этом, поскольку в Ираке сложилась, согласно Конституции, такая федерация, которая позволяет Эрбилю вести напрямую дела с зарубежными странами, то Россия не может игнорировать этот факт, потому что она в противном случае будет проигрывать другим странам в этом регионе, где у нее традиционно несравненно больше интересов, чем у этих стран. Что-то похожее наблюдается и в отношении РПК. Например, есть много организаций, разделяющих идеологию РПК, в странах, входящих вместе с Турцией в НАТО, что предполагает априори большую координацию, чем с нами. Поэтому вряд ли кому-либо в Турции резонно требовать от России большей жесткости, чем от своих прямых союзников. Кроме того, нынешние нормальные и даже очень тесные отношения между российским и турецким руководством показывают, что в отношениях двух стран нет реально осложняющих ситуацию проблем из-за этих организаций.

Россия – сейчас свободная страна, и если не нарушаются российские и международные законы, то у властей нашей страны нет оснований препятствовать минимальной самоорганизации курдов, легально прибывших в Россию из других стран, в виде культурных центров и других гуманитарных организаций. В России все будут рады, если в Турции в результате мирного процесса установится прочный гражданский мир. Это позволит нам лучше и полнее реализовать потенциал как двусторонних, так и многосторонних отношений с участием наших стран.

Политический вес государства определяется мощью его вооруженных сил

Политологи утверждают, что политический вес государства, в первую очередь, определяется мощью его вооруженных сил, которую невозможно обрести без развитой экономики и политического единства населения. Ни она страна не может претендовать на роль регионального лидера, не имея современной, мобильной армии. Поэтому так востребована азербайджанской общественностью информация о процессах, происходящих в вооруженных силах страны. Тем более, если эта информация получена, как говорится, из самых компетентных источников.

Беседу о нынешнем этапе строительства Вооруженных Сил Азербайджана между главным экспертом Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу Алексеем Синицыным и представителем Министерства Обороны АР, генерал-майором Александром Васяком.

Алексей Синицын, главный эксперт Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу:

— Многие уверены, что с назначением на пост Министра обороны генерал-полковника Закира Гасанова в Азербайджане началось, как сейчас принято говорить, фактическое «переформатирование» Вооруженных Сил, которое затрагивает целый комплекс проблем — от кадровых перестановок до серьезной коррекции самой военной реформы. Очевидно, что эта работа должна привести к качественным изменениям во всех армейских структурах. Однако те страны, где не было естественной преемственности смены военного руководства — например, Россия — весьма болезненно переживают процесс обновления вооруженных сил, хотя бы потому, что сразу обнаруживается масса «узких мест» в самой оборонной политике государства. Поэтому закономерны вопросы: Какие наиболее сложные проблемы ждут своего немедленного разрешения? Сколько времени отводит военное руководство на кардинальные изменения в Вооруженных Силах АР? Не приведут ли они на первых этапах к некоторому снижению уровня боеготовности азербайджанской армии?

Александр Васяк, генерал-майор, представитель Министерства Обороны АР:

— Начну с последнего. Уровень боеготовности, боеспособности и боевых возможностей уже вырос, что отмечается не только военно-политическим руководством Азербайджана, но и самими командирами и начальниками в войсках, на местах оценки всех этих показателей. Понятно, что я не могу раскрывать содержание проведенных мероприятий, но по тому чувству уверенности должностных лиц в собственных силах и состоянию готовности к выполнению поставленных им задач, могу ответственно заявить о существенном улучшении уровня боеготовности и боеспособности. Общественность, кстати, почему-то не заметила, что ЧП с гибелью личного состава прекратились (тьфу-тьфу, чтоб не сглазить), стало меньше нарушений воинской дисциплины и порядка. Разве это не свидетельствует об оздоровлении обстановки и начавшихся изменениях? Сказать конкретно о сроках, отведенных на кардинальные изменения в Вооруженных Силах, я не могу, да это и невозможно. Изменения есть, идут и будут продолжены. Это необратимый процесс и он, во-первых, начинается, прежде всего, с изменения психологии людей носящих военную форму, занимающихся сегодня не на словах, а на деле военной реформой и созданием ВС нового типа. Это — командиры, которые не бояться брать на себя ответственность за принятие обоснованных решений и добиваются успешного их выполнения. А во-вторых — продолжается модернизация вооружения и техники, оптимизация оргштатной структуры, организация интенсивной боевой подготовки, соцзащита, наведение дисциплины и порядка и пр. Заметить правильность и хороший темп изменений очень легко — по реакции армянских СМИ, которые в последние месяцы (с началом изменений в нашей армии) ведут себя очень сдержано. А одной из основных проблем, стоящих перед нашей армией на данном этапе — добиться подавляющего превосходства над противником и обеспечить гарантированное выполнение поставленных Президентом АР задач по обеспечению национальной безопасности, суверенитета и территориальной целостности страны, именно сейчас начали вплотную заниматься профессионально подготовленные люди. Проще говоря — время болтовни и «показухи» закончилось, наступило время перемен, работы и реальных результатов. Известный постулат — «работу не обманешь» начинает воплощаться в действительные успехи.

Алексей Синицын: — Общественность привычно судит о боеготовности вооруженных сил, прежде всего, по поставкам в армию современной военной техники и вооружений. Недавно израильский МИД подтвердил, что прошлогоднее соглашение о поставках оружия на сумму 1,5 млрд долларов США остается в силе и его реализации никто не препятствует. Так же успешно развивалось военно-техническое сотрудничество Азербайджана с Россией, поставившей Баку военной продукции на сумму почти в 4 миллиарда долларов. Продолжится ли политика серьезных закупок иностранной военной техники или азербайджанские Вооруженные Силы ей достаточно насыщены? Если импорт вооружений будет продолжаться, то, хотелось бы узнать, по каким направлением этот процесс будет происходить. Или Азербайджан будет опираться на собственное военное производство?

Александр Васяк: — Я не буду комментировать принятие решений о поставках в армию военной техники и вооружения и реализации вопросов военно-технического сотрудничества. Но убеждён, и все мы это воочию увидим, что политика серьёзных закупок самых современных образцов вооружения и техники — не одноразовая акция, а продумана, взвешена, одобрена Президентом. Армия получит всё, что потребуется для её оснащения, тем более, что выбор делают профессионалы. Азербайджан будет наращивать и собственное производство, мы постепенно будем переходить на отечественную продукцию, особенно по образцам массово востребованным армией в процессе обучения и прохождения службы. ВПК Азербайджана совсем недавно создан и только набирает темпы и обороты развития.

Алексей Синицын: Несмотря на явные подвижки в карабахском переговорном процессе, никто не исключает возможность силового сценария разрешения проблемы Нагорного Карабаха. В военном экспертном сообществе Армении до сих пор говорят о возможности «нанесения превентивного удара по Азербайджану». Каков реальный боевой потенциал армянских ВС, если исключить почти ритуальные заклинания армянской стороны о «высочайшем боевом духе армянского солдата»? В чем Вам видятся преимущества азербайджанской армии и насколько они неоспоримы?

Александр Васяк: — Я уже высказывался по вопросу боевых возможностей противника и «аналитических статей» некоторых доморощенных экспертов. В этой связи хотелось бы, к уже однажды мною данной вашему порталу оценке о НЕВОЗМОЖНОСТИ армянской армии нанести превентивный удар (а чем наносить?), добавить следующее: не надо попадаться на удочку армагитпропа, который вооружение и технику 102-ой базы России включает в «свой потенциал» для нанесения ударов по Азербайджану. Смею вас заверить, что мощные средства поражения 102-ой базы не будут применяться в Карабахском конфликте. Теперь давайте считать и смотреть, что, как говорится, в «сухом остатке» по нанесению превентивного удара по Азербайджану: целых два(!) Су-24, восемь единиц реактивных машин залпового огня китайского производства WМ-80, 70-х годов выпуска прошлого века, комплекс 9К72 Р-17 (больше известный как «Скад Б»), способный наносить неточные удары, оперативно-тактический ракетный комплекс «Точка У» (с сомнительной информацией о его боеготовности) с дальностью стрельбы до 120 км. Есть ещё Миг-29-тые, но они в расчёт не входят, т.к. не предназначены для нанесения ударов. Таким образом, обсуждать возможность нанесения противником превентивного удара по Азербайджану не имеет здравого смысла. На этом фоне преимущества Азербайджанских ВС действительно неоспоримы и нет нужды приводить количественные показатели соотношения сил и средств. Надеюсь, уже в течение 2014 года преимущество нашей армии будет наглядно продемонстрировано на учениях, стрельбах и др. мероприятиях оперативной и боевой подготовки.
источник : http://www.aze.az/news_azerbayjanskaya_armiya_ee_99827.html

События в Киеве повторение волнений в Египте и Турции

Вы наблюдаете за демонстрациями в Киеве, столице Украины?

Вы должны следить внимательно, по крайней мере, так же, как за событиями на площади Таксим и в парке Гези. Так же, как за демонстрациями на площади Тахрир.

Вы должны проявить не меньший интерес, чем к дискуссии, которая в течение последних нескольких недель терроризирует Турцию.

То, что произошло в Гези, уподобляли Тахриру. Можно также провести параллели между событиями в Киеве и Гези.

Обращает на себя внимание сходство как адресата реакций, так и центров, управляющих общественными мероприятиями; как применяемых в демонстрациях методов, так и используемого политического языка.

Мы наблюдаем вмешательство Запада через блуждающие вокруг нас массы, оформившиеся с целью свержения правительств с помощью общественного вызова.

В последний раз мы видели это в Стамбуле, где были собраны воедино оппозиционные структуры, недовольные действующими властями. Язык насилия был создан на основе беспокойства о деревьях (окружающей среде).

Дни, которые Стамбул пережил в тот период, стали настоящим кошмаром.

Сопереживающие окружающей среде толпы буквально разгромили все вокруг. Предпринимались попытки атаковать канцелярию премьер-министра в Стамбуле и Анкаре и даже резиденцию премьер-министра.

Проигнорировав демократические принципы, они с помощью улицы пытались свергнуть правительство и даже изменить режим.

За ними была Европа. Мобилизация улиц осуществлялась представителями некоммерческих и разведывательных организаций. Они грубо использовали всю имеющуюся в Турции зону слабости. Никчемность, несдержанность, отвращение были безграничны.

От деревьев к хунте

Сходство событий в Киеве и Таксиме очевидно. Я не преследую цель выступить в защиту украинских властей. Очень похожи аргументы, используемые против государственной власти.

Украина стала жертвой силовой борьбы между Евросоюзом и Россией. Из-за отказа руководства Украины подписать соглашение с ЕС европейские круги вывели массы на улицы. Позиция канцлера ФРГ Ангелы Меркель в ходе событий в Таксиме и заявления, сделанные ею в связи с ситуацией на Украине, идентичны.

Там есть Германия, есть Франция, есть другие европейские страны.

Это они решают, сколько осталось жить властям Украины, это они угрожают, они наказывают.

Вспомним «бархатную революцию» девятилетней давности, когда полным ходом шла реализация программ по смене режима через поддерживаемые западными силами НКО. На Украине, в Грузии, Киргизии.

Вам ничего не кажется необычным? Теперь выравнивание стран происходит не через властные инструменты, а посредством уличных движений, хотя в прошлом были иные средства: перевороты, военная и гражданская бюрократия, капитал.

С периода «бархатных революций» по настоящее время через НКО происходит мобилизация улиц. Сила, которая держится в тени, самым эффективным образом использует разведывательные организации, выводит массы на улицы и провоцирует их, акцентируя внимание на слабостях ставшей мишенью страны.

После «бархатных революций» этот метод мы наблюдали на площади Тахрир. Сначала народные массы на улицах требовали свержения египетского режима. Им это удалось. При поддержке США и западных стран режим Хосни Мубарака был свергнут. Лозунги демократии и свободы отдавались эхом на улицах Каира.

Как ни странно, спустя некоторое время те же массы вновь оказались на улицах Египта, выступая против воцарившейся демократии и свободы и открыто призывая к перевороту. Они также преуспели. Первое пришедшее к власти после демократических выборов правительство Египта было свергнуто в результате переворота. Конечно, при поддержке все тех же сил. Демократии и свободы было столько, сколько позволят те, кто управляет улицами. Если предпочтение было отдано не демократии, а хунте, значит такого позволения не было. Сейчас мы наблюдаем, как тяжело египетскому народу и как разочарованы обманутые массы.

Сходство между площадью Таксим и Киевом

На первый план на площади Таксиме также выходили лозунги о демократии и свободе. Это была попытка свергнуть правительство, избранное в результате ряда имиджевых операций. Говоря «свобода», они призывали к перевороту. Как и на площади Тахрир, когда повторяя «свобода», они приглашали к хунте.

В каждом из двух случаев гнев народных масс, на самом деле, был мобилизован во имя чужих интересов. В Турции этот проект потерпел неудачу.

Сегодня аналогичный процесс наблюдается на Украине. Лозунги, форма организации, цель, стоящие за всеми этими событиями силы, цвета, голоса – все одно и то же.

Например, захватываются общественные здания. Перекрываются дороги. Атакуются здания парламента и правительства. В митингах используется тяжелая строительная техника. В университетах отменяются экзамены. Атакуя сайты госучреждений, анонимные хакеры поддерживают демонстрантов. Проводятся мероприятия, напоминающие «ужин на земле», который мы наблюдали в Таксиме. Демонстранты устраивают ночлег в церквях. Некоторые распространяемые митингующими изображения были специально подготовлены рекламными агентствами. Некоторые аккаунты Twitter оказывают поддержку Киеву из Турции. Это напоминает сообщения со словами поддержки, которые приходили с Тахрира на Таксим. Происходит преднамеренное распространение недостоверных сведений и дезинформации. В частности, было обнаружено, что фотография с изображением разрушенного памятника Ленину относится к 2011 году. Фотографии улиц Киева сегодня и июньских акций на площади Таксим практически одинаковы.

Вам такое сходство не кажется странным?

Новое вмешательство в Турцию

Есть общественная волна, которая перемещается из страны в страну. Это проект. Там, где определенным интересам угрожает опасность, происходит мобилизация существующих в этой стране оппозиционных кругов. Происходит это через страшный погром, дискредитацию, убогий политический язык.

Полезно изучить эту сторону событий, которые в течение последних недель происходят в Турции. При необходимости используются все общественные уровни, которые можно контролировать и которыми можно управлять. Причина? Не имеет значения. Это может быть даже дерево.

Враждебный язык, который наблюдается с возникновением дискуссии о дерсхане, с этой точки зрения привлек мое внимание. Как же знакомы дискредитация, открытый вызов, гнев. Налицо явная склонность к созданию новой оппозиции.

Полагаю, что я не единственный, кто видит в выступлениях премьер-министра последних дней намеки на «внешнее вмешательство».

Внешнее вмешательство было осуществлено в Каире, что подтверждают события на площади Тахрир. Через Таксим предпринималась попытка совершить многонациональное вмешательство в Турцию, но эти планы потерпели фиаско. В такой же ситуации сегодня находится Украина.

Произойдет ли новое вмешательство в Турции? Вряд ли можно однозначно ответить «нет». Мы видели и вероятность вмешательства, и то, как оно происходит.

Оригинал публикации: Tahrir, Taksim, Kiev.. Ya dershane krizimiz?

Опубликовано: 04/12/2013

(«Yeni Safak», Турция)
Ибрахим Карагюль (İbrahim Karagül)

Источник — inosmi.ru

Турция и Иран двинулись друг другу

После подписания соглашения между Ираном и «шестеркой» по иранскому ядерному досье Турция и Иран двинулись навстречу друг другу. Глава МИД Турции Ахмет Давутоглу заявил, что 17 декабря президент Ирана Хасан Роухани посетит в Турцию с официальным визитом. Позже Иран намерен посетить и Реджеп Тайип Эрдоган 

Режим санкций подорвал торгово-экономические отношения между двумя странами. В то же время необходимо признать, что Турция находила возможности для того, чтобы обходить режим санкций. В 2012 году товарооборот между двумя странами достиг 22 млрд долларов, что в сложившейся ситуации можно считать неплохим результатом.

В случае подписания между Ираном и «шестеркой» окончательного соглашения по ядерной программе и снятия всех санкций против Ирана, по словам первого вице-президента Ирана Джахангири, товарооборот между двумя странами в 2020 году может достигнуть 100 млрд долларов. Тем более, что уже сейчас, согласно сообщению министра развития Турции Джевдета Йылмаза, рассматривается возможность создания между Турцией и Ираном свободной экономической зоны.

Но проблема не только в санкциях. В ходе так называемой «арабской весны» в Северной Африке и на Ближнем Востоке, особенно по мере развития сирийского кризиса, позиции Анкары и Тегерана резко разошлись. Турция поддерживает силы сирийской оппозиции, выступает за отстранение от власти в Дамаске президента Башара Асада. Иран придерживается иного сценария сирийского урегулирования. Поэтому, когда главы МИД Турции и Ирана на совместной пресс-конференции в Тегеране выступили с призывом прекратить военные действия в Сирии до 22 января 2014 года — даты созыва международной конференции по Сирии «Женева-2», возник вопрос о методах достижения этими странами заявленной цели. Готова ли Анкара принять тезис Тегерана о сохранении на переходный период власти Асада в Дамаске и стимулировании сирийской оппозиции для действий на этом направлении? Это — первое.

Второе: каким образом будет действовать Анкара, призывая Тегеран «поддерживать взаимодействие против угрозы межконфессиональных и этнических столкновений в регионе», о чем говорил глава МИД Турции Давутоглу в своем выступлении в Центре ближневосточных стратегических исследований Ирана.

Пока создается впечатление, что на данном этапе Турция в отношении Ирана использует испытанный рецепт: экономика – отдельно, политика — отдельно. Но ход событий на Ближнем Востоке в последнее время приобрел такую интенсивность, что «разводить» экономику и политику уже не удается. За сказанным «а» должно быстро последовать и «б». Так что, видимо, все идет к тому, что в ближайшее время во взаимоотношениях между Турцией и Ираном следует ожидать новых важных сюрпризов.

 

Голос России

Границы сотрудничества турецко-российского сотрдничества

Появление новых геополитических моментов в ближневосточном и иранском направлениях еще более актуализировали значимость отношений между Анкарой и Москвой. В данном контексте подписание 5 документов в ходе последнего визита в Санкт-Петербург премьер-министра Р.Т.Эрдогана представляется как важное событие. Вместе с тем было бы неправильно отрицать наличие в отношениях между этими странами и противоречивых моментов. На фоне этого судьба турецко-российских отношений заставляет задуматься.

Геополитические аспекты санкт-петербургской встречи

На фоне роста динамики геополитических процессов на Ближнем Востоке российско-турецкие отношения вызывают большой интерес. Конечно, противоречивые моменты исторических событий, произошедших между царской Россией и Османской Турцией, не забыты. Но человечество вступило в новый этап, когда наблюдаются изменения даже в содержании принципиальных геополитических проблем. Так, в последнее время сотрудничество между Анкарой и Москвой развивается еще более интенсивно. Но ошибочно было бы и думать, что все здесь обстоит гладко.

С изменением центра тяжести глобальной геополитики по направлению к Востоку роль Турции и России поднялась на новый уровень. У каждой их этих стран – своя роль в мировой геополитике. После распада СССР Россия вновь претендует на статус сверхдержавы. Турция также проявляет активность в направлении превращения во влиятельного в мировом масштабе регионального лидера. Между ними есть общие моменты. Так, невозможно не учитывать такие факторы, как то, что, к примеру, обе страны расположены в Евразии, на территории России проживает много представителей тюркских народов и т.п.

Необходимо отметить и влияние на эти страны внутренних политических процессов, происходящих в последнее время в России и Турции. Дело в том, что между Анкарой и Москвой произошли серьезные изменения в области экономики, торговли, туризма и культуры. В настоящее время объем товарооборота между двумя странами составляет 34 млрд. долларов США. Стороны намерены довести эту цифру к 2020 году до 100 млрд. долларов (см.: Путин и Эрдоган обсудили газ, безопасность и туризм / «Российская газета», 22 ноября 2013 г).

В ходе своего последнего визита в Санкт-Петербург премьер-министр Р.Т.Эрдоган отметил, что из России в страну прибыло 4 миллиона туристов. Это – второй показатель после туристов, прибывающих из Германии. Эрдоган отдельно отметил, что хотел бы, чтобы эта цифра была бы еще больше и чтобы по числу туристов в Турции Россия оказалась на первом месте (см.: Евгения Новикова. Амбиции премьера Эрдогана реализуются в Питере / «Независимая газета», 22 ноября 2013 г.).

Между двумя странами существует соглашение о сотрудничестве в области ядерной энергии. Москва придает большое значение транспортировке своих энергоносителей через территорию Турции. Реализуется международный проект под названием «Южный поток». В настоящее время ведется работа в направлении расширения торгово-экономических связей. Неслучайно президент России во время санкт-петербургской встречи говорил о стратегическом содержании сотрудничества.

На фоне этого более существенным представляется геополитический аспект российско-турецких отношений. А в этой сфере немало разногласий. Прежде всего следует отметить, что Анкара и Москва по-разному подходят к процессам, разворачивающимся на Ближнем Востоке (см.: Başbakan Erdoğan ve Putin basın toplantısı düzenledi / «Zaman», 22 ноября 2013 г.). В центре же стоит сирийский вопрос. Анкара хочет ухода Б.Асада. Москва же выступает за решение вопроса путем выборов с участием и Б.Асада.

Границы сотрудничества

Не секрет, что больше всех поддерживает официальный Дамаск именно Кремль. Президент В.Путин сыграл решающую роль в предотвращении военного вмешательства в Сирию. Турция же поддерживает сирийскую оппозицию. По этой причине следует признать, что Анкара и Москва в сирийском вопросе находятся на противоположных фронтах.

По информации, распространенной в СМИ, разногласие по сирийскому вопросу между Россией и Турцией не было устранено и в ходе санкт-петербургской встречи (см.: Habibe Özdal. Başbakan’ın Rusya Ziyareti: Öne Çıkanlar / «Uluslararası Stratejik Araştırmalar Kurumu», 22 ноября 2013 г.).

По мнению некоторых экспертов, Россия и Турция занимают разные позиции и по Южному Кавказу и Центральной Азии (см.: Станислав Тарасов. Путин-Эрдоган: для кого тактика становится стратегией / «İarex.ru», 22 ноября 2013г.). В этом плане прогнозируется, что борьба между сторонами продолжится.

Москва ни при каких обстоятельствах не согласится с лидерством Анкары на Южном Кавказе. Ясно все и с ситуацией по Центральной Азии. В последнее время Россия проделала немалую работу в направлении вытеснения Турции из этого региона. Следует учитывать и интересы Китая и Индии в данном регионе.

Кроме того, в вопросе о судьбе отношений между Анкарой и Москвой эксперты отдельно отмечают и роль Вашингтона. Сейчас существует мнение, что Турция втягивает в свои отношения с Россией Америку (см.: Игорь Мурадян. Анкара втягивает в турецко-российские отношения США / «Lragir.am», 24 ноября 2013 г.), так как у Вашингтона – большие геополитические интересы в евразийском пространстве. США не могут оставаться равнодушными к сотрудничеству, развивающемуся в последнее время между Россией и Турцией. В этом плане отмечается, что Америка пытается ограничивать возможности Анкары для маневрирования.

Сейчас сложно что-либо сказать по поводу того, насколько все эти рассуждения отражают реалии. Объективную оценку им даст время. Но уже сейчас видно, что отношения между Анкарой и Москвой будут постепенно обретать глобальное значение. По мнению экспертов, Кремль заинтересован в стратегическом сотрудничестве с Турцией. Объясняется это тем, что Москва в глобальном масштабе намерена наращивать свое геополитическое влияние. Одновременно не следует забывать еще об одном моменте.

Как известно, вот уже 50 лет, как Евросоюз не принимает Турцию в свои ряды. Под разным предлогом он затягивает решение вопроса. Анкара не хочет, чтобы ситуация оставалась в таком виде. Поэтому неслучайно Р.Т.Эрдоган в Санкт-Петербурге еще раз подчеркнул желание страны вступить в Шанхайскую Организацию Сотрудничества (ШОС). Причем об этом он заявил в связи с ответом на заданный ему вопрос об ассоциативном членстве Украины в Евросоюзе (см.: Erdoğan «Şanghay» isteğini yeniden dile getirdi / «Hurriyet», 22 ноября 2013 г.).

В связи с этим эксперты пришли к мнению, что Турция меняет геостратегический курс. Она уже предпочитает сотрудничество с евразийскими странами. Вместе с тем существует мнение и о том, что Анкара попросту маневрирует, ведет свою игру. Ее цель – подтвердить свое влияние в мировом масштабе и независимость в принятии решений.

На фоне подобных размышлений интересным представляются и разговоры о намерении Турции вступить в Таможенный Союз. По-видимому, некоторые круги говорят так для того, чтобы подчеркнуть геополитическую притягательность этой организации. В реальности же желание Анкары стать членом Таможенного Союза вызывает серьезное подозрение. Р.Т.Эрдоган говорил только о ШОС. Косвенно же высказался и в отношении Таможенного Союза.

Отсюда можно сделать вывод о том, что российско-турецкие отношения в глобальном масштабе обретают уже скорее геополитическое значение. Обе стороны осознают смысл этого. Можно предположить, что Анкара и Москва еще более расширят сотрудничество. При этом вряд ли Кремль окажет давление на Турцию в армянском вопросе, как утверждают это некоторые армянские эксперты, поскольку речь идет о геополитических процессах, в несколько раз превосходящих уровень маленькой южно-кавказской страны.

Кроме того, есть необходимость подчеркнуть существование вероятности углубления российско-турецких отношений до определенных пределов. Не следует забывать при этом и о таких странах, как Иран, Сирия, Афганистан, Азербайджан, Грузия и центрально-азиатские страны. В этом плане можно прогнозировать, что динамика геополитической борьбы в евразийском пространстве будет высокой.

2.12.2013

Источник — Newtimes.az
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1386070380

Турция пришла в Киргизию надолго

Накануне вывода коалиционных сил из Афганистана идет своеобразный розыгрыш карты Кыргызстана. В связи с этим, под предлогом укрепления безопасности в Центральной Азии, США, Россия, Китай и Турция наращивают свое присутствие в Кыргызстане. Две первые державы большое внимание уделяют военной составляющей сотрудничества с официальным Бишкеком. А каковы шансы официальной Анкары?

Следует отметить, что Турция еще в 1991 году одной из первых признала независимость Кыргызстана, что положило начало кыргызо-турецкому сотрудничеству. В настоящее время между двумя странами достигнуты более 50 межгосударственных соглашений и договоров, регулирующих вопросы сотрудничества в торгово-экономической отрасли.
Турция занимает второе место по объему инвестиций (свыше 450 млн. долларов США). При этом во взаимной торговле доминируют турецкие поставки. Турция занимает второе место по количеству реализованных посредством ТИКА («Турецкое управление по сотрудничеству и развитию при аппарате премьер-министра Республики Турция», образовано в 1992 году, с целью предоставления технической помощи развивающимся странам) проектов на всем евразийском пространстве. Если в 2008 году объем помощи Турции по линии ТИКА составил 1,6 млн. долларов, то к настоящему времени она составляет около 2 млн. долларов США. С 1992 года ТИКА оказала помощь Кыргызстану на общую сумму около 20 млн. долларов.

Второй фактор, играющий на руку Анкаре — эта политика сближения, проводимая действующим президентом Кыргызстана А.Атамбаевым. Особые симпатии кыргызского лидера объясняются его личными интересами – принадлежащими ему предприятиями в Турции.
Апрельский визит премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в Кыргызстан дал новый импульс дальнейшему укреплению двухсторонних отношений. В ходе визита Эрдоган отметил, что турецкие компании заинтересованы в разработке золоторудных месторождений Кыргызстана. По словам заместителя генерального секретаря Конфедерации промышленников и предпринимателей Турции (TUSKON) Джошкуна Эртена имеется ряд серьезных проектов по добычи золота в Кыргызстане для дальнейшего экспорта.

Третий фактор – близость языка, культуры и религии. И Турция активно использует это преимущество. В Кыргызстане более 20 лет действуют многочисленные культурно-просветительские, образовательные, религиозные организации. Они последовательно насаждают идеи пантюркизма и панисламизма.
По мнению некоторых политических экспертов, правительство Турции, пользуясь лояльностью правительства Кыргызстана, преследует стратегическую цель — формирование подконтрольной территории в странах Центральной Азии. При этом территория Кыргызстана используется в качестве т.н. «плацдарма» для распространения идей пантюркизма и панисламизма и в других странах региона.

На основе этих предпосылок можно предположить что политическое присутствие Турции в Кыргызстане будет расширяться за счет развития межгосударственных отношений двух стран, что непосредственно окажет влияние на складывающуюся геополитическую обстановку в странах Центральной Азии. Кроме того, турецкие спецслужбы через позиции различных неправительственных организаций в Кыргызстане, будут укреплять свои позиции в стране, для дальнейшего отслеживания развития событий в Центрально-азиатском регионе.

Виктор Давидов

Источник — ЦентрАзия
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1386154380

Конституция – взаимное уважение и ответственность государства и гражданина

Узбекистан сегодня имеет динамично развивающееся законодательство, отвечающее общепринятым мировым правовым демократическим нормам. Фундаментальной основой его развития является Конституция Республики Узбекистан, которая по праву считается одной из самых демократичных в мире. В ней четко отражена приверженность государства демократическим идеалам, принципам социальной справедливости, общепризнанным правам и свободам человека.

Одним из главных достоинств Основного закона республики является органичное сочетание многовековых традиций узбекского народа, исторически сформированной  правовой культуры Востока и общечеловеческих ценностей демократии и свободы, равенства и гуманизма, справедливости и прав человека.

Конституцией гарантирован доступ всех граждан к государственным и общественным делам, экономике, образованию и культуре, политической жизни. В конституционных положениях нашли свое отражение мощные побудительные мотивы к формированию у государства и гражданина взаимного уважения своих прав и осознания взаимной ответственности, при признании приоритета прав личности, человека перед правами государства.

Параллельно с созданием законодательной базы в Республике Узбекистан была проведена большая работа по институциональному оформлению механизмов защиты прав и свобод человека. Необходимо отметить, что в данном процессе основным инициатором выступило государство.

В ответ на призыв Второй Всемирной конференции ООН по правам человека (Вена, 1993 год) создать в каждой стране национальные институты по правам человека, в Узбекистане были созданы следующие демократические институты:

— Конституционный суд;

— Уполномоченный Олий Мажлиса (парламента) по правам человека (Омбудсман);

— Национальный центр Республики Узбекистан по правам человека;

— Институт мониторинга действующего законодательства при Президенте Республики Узбекистан;

— Комитет по демократическим институтам, негосударственным организациям и органам самоуправления граждан Законодательной палаты Олий Мажлиса Республики Узбекистан.

В настоящее время Узбекистан присоединился более чем  к 70 основным международным документам в области прав и свобод человека. Среди них Всеобщая декларация прав человека, Конвенция о правах ребенка, Женевские Конвенции и Дополнительные Протоколы к ним, Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации, Конвенция против пыток и других жестоких бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Парижская хартия для новой Европы и многие другие.

Взяв на себя международные обязательства, Республика Узбекистан, своевременно отчитывается об их исполнении, регулярно направляя Национальные доклады в соответствующие Комитеты ООН. Координирующим органом, в обязанности которого входит подготовка Национальных докладов является Национальный центр Республики Узбекистан по правам человека (НЦПЧ).

Этот орган создан Указом Президента Республики Узбекистан от          31 октября 1996 года, в котором четко определены его цели и задачи. В них входит разработка национального плана действий и стратегии реализации положений Конституции, законов и общепризнанных норм международного права в области прав человека, развитие сотрудничества Республики Узбекистан с международными и национальными организациями в данной области, подготовка национальных докладов.

Кроме того, Центр осуществляет консультативные функции органам государственной власти и управления, а также общественным объединениям по правам человека. Он координирует деятельность государственных органов по обучению, пропаганде, изданию соответствующей учебно-методической литературы, занимается созданием информационной базы данных по осуществлению и развитию прав человека в республике.

За годы независимости Центром было подготовлено 30 национальных докладов и 10 национальных планов действий по выполнению рекомендаций договорных органов ООН и Совета ООН по правам человека по Универсальному периодическому обзору.

Центр также вовлечен и в нормотворческую деятельность посредством участия в подготовке законопроектов и их экспертизы по затрагивающим права и свободы человека вопросам. Проводится мониторинг обеспечения и защиты прав, свобод и законных интересов граждан посредством изучения их обращений.

 

ИА «Жахон»

(по материалам Национального центра Республики Узбекистан по правам человека)

 

 

Старые-новые сценарии для Центральной Азии

Пять сценариев для Центральной Азии
По оценкам экспертов, Центральная Азия либо снова присоединится к России, либо станет частью новой Китайской империи

По оценкам экспертов, которые приводит Мир Новостей в материале журналиста Аделаиды Сигида, Центральная Азия (ЦА) либо снова присоединится к России, либо станет частью новой Китайской империи.

По мнению Российского совета по международным делам, если мы не сможем интенсифицировать помощь Центральной Азии в ближайшие пять лет, то потеряем ее навсегда.

Помогать Таджикистану, Узбекистану и другим странам региона сейчас хотят все — по объему финансовых вливаний Россия уже далеко не в лидерах.
Даже Турция финансово «орудует» в регионе уже больше, чем Россия. Остался у нас один-единственный козырь. Зато какой!

Граждане стран Центральной Азии работают в России. При этом трудовых мигрантов из стран этого региона не готовы принимать ни Китай, ни США. Да и выучить китайский язык таджику посложнее, чем русский.

Зато с россиянами у стран ЦА общее прошлое, сходный менталитет.
Казалось бы, страны Центральной Азии у нас, что называется, на коротком поводке. Но не все так просто. По оценкам политологов, в регионе грядет большой передел, спровоцированный в том числе и выводом войск американской коалиции из Афганистана.

Пять возможных сценариев развития событий описал доктор политических наук Андрей Казанцев.

Согласно его докладу под эгидой Российского совета по международным делам, затевается начало новой большой игры, участники которой — великие державы — собираются побороться за окончательную и полную власть над регионом.

СЦЕНАРИЙ 1. СИНОЦЕНТРИЧНЫЙ МИР

Центральная Азия перейдет в руки Китая. Китайцы воспользуются ослаблением позиций американцев в связи с их уходом из Афганистана, длительным экономическим кризисом в Европе, а также политической пассивностью России. Переход влияния к Китаю будет происходить постепенно: сначала с помощью экономических инструментов и ненавязчивого политического влияния, затем к ним прибавится «мягкая сила» в виде распространения языка и культуры среди элитных слоев общества. Китай найдет общий язык как со светскими элитами региона, так и (с помощью своего союзника Пакистана) с исламскими экстремистами, направляя их энергию против западного влияния. Уже с 2015 года, несмотря на скрытое сопротивление России и «общего рынка» ШОС, начнется процесс углубленной экономической и политической интеграции. В итоге лет через шестьдесят образуется расширенный Китай. В связи с этим стоит вспомнить, что границы Танской империи Китая проходили значительно западнее современных и включали в себя значительную часть ЦА, — знаменитый китайский поэт Ли Бо, к примеру, родился на территории нынешнего Кыргызстана, бывшего тогда китайской провинцией.
Кроме того, часть территорий после развала СССР Китай к себе уже присоединил — об этом мало кто говорит и пишет, но процесс определения границ в рамках «шанхайского процесса» сопровождался их сдвигом в пользу Китая.

СЦЕНАРИЙ 2. РЕИНТЕГРАЦИЯ ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА

По этому сценарию Россия вспоминает, что тоже была когда-то империей, и «возвращает» страны Центральной Азии в свои границы. Здесь стоит вспомнить о том, что страны ЦА — богатейшие территории. Бедными их сделали нынешние власти. Например, ВВП Туркменистана даже при нынешней добыче нефти составляет 8500 долларов на человека в год, однако все эти нефтяные деньги двадцать лет шли на золотые памятники Туркменбаши и различные бессмысленные проекты. Тем временем школы и больницы закрывались, население нищенствовало и деградировало.

По оценкам экспертов, страны ЦА со своими запасами нефти могли бы процветать и развиваться как Саудовская Аравия. Именно из-за богатств региона и идет спор за него между Китаем, США, Россией и прочими игроками. Именно поэтому даже США, которые из-за удаленности никогда не смогут присоединить к себе страны ЦА территориально, тратят на них больше, чем на какие-нибудь бедные страны Африки, у которых ни капли нефти за душой.
Вероятность воссоздания союзного государства наподобие Советского Союза или Российской империи, по мнению экспертов, сегодня не является нулевой, хотя она стремительно уменьшается с каждым годом. Россия имеет реальный шанс быстро сформировать эффективную и притягательную для соседей общую модель социально-экономического развития и предложить исчезновение границ с возвратом к ситуации второй половины XIX-XX веков.

Для реализации этого сценария России даже не нужно прикладывать ни больших усилий, ни каких-то громадных финансовых вложений.

СЦЕНАРИЙ 3. ЦЕНТРАЛЬНОАЗИАТСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ

Этот вариант изменения границ обсуждался в 1990-е годы. Речь идет о центральноазиатской интеграции по образцу Европейского союза. Модель «Большой Центральной Азии» лоббирует США — по идее американцев, в новое объединенное государство должны войти кроме бывших республик СССР также Афганистан, Пакистан и даже, возможно, Иран (после того как нынешний режим Ирана будет свергнут при помощи американцев). Надо ли говорить о том, какие «добрососедские» отношения получит в этом случае Россия?

Новое государственное образование вряд ли будет посылать таджиков в Россию на работу. Но ничего, страны ЦА и без России в бедности как-нибудь проживут — недаром сегодня, к примеру, Таджикистан дает такой прирост населения, что средний возраст в стране составляет 22 года. Через 50 лет население Таджикистана увеличится в два раза, а население России сократится на треть.

СЦЕНАРИЙ 4. ХАЛИФАТ

Есть вероятность, что объединенное государство страны ЦА построят без участия США. Это еще один исход новой большой игры. В основе этого сценария лежит рост исламского экстремизма. Сценарий уникален тем, что в случае возникновения халифата на российском Кавказе начнется кровопролитная война — идея единой исламской уммы лежит в основе чеченского и дагестанского сепаратизма, а халифат, в свою очередь, будет не уставать посылать на Кавказ своих воинов — тем более что работать молодому растущему населению халифата будет по большей части все равно негде.

СЦЕНАРИЙ 5. ПОЛНЫЙ РАСПАД

Политологи напоминают, что нынешние границы стран ЦА ненадежны — они были сформированы большевиками в ходе национально-территориального размежевания 1920-1930-х годов. При этом игнорировались племенные, региональные, старые политико-административные и языковые особенности. Все это вызывает к жизни серьезные кланово-племенные и кланово-региональные разногласия, которые еще больше расшатывают обстановку в регионе. Здесь можно вспомнить опыт Африки, где схожие проблемы искусственно проведенных границ привели недавно к образованию нового государства под названием Южный Судан. Согласно пятому сценарию, страны ЦА охватят гражданские межэтнические войны, которые приведут к дроблению государств на более мелкие, собрать которые уже не смогут ни новый СССР, ни халифат, ни Китай, ни Соединенные Штаты. Например, гражданская война в Таджикистане спровоцировала спекуляции на тему полного распада этого государства.

Столкновения в Горном Бадахшане летом 2012 года
лишь подлили масла в подобные обсуждения. Глубочайший геополитический раскол между севером и югом делает актуальным обсуждение вопроса о расколе Кыргызстана — контроль правительства в Бишкеке над югом страны, и прежде всего над городом Ош, уже сейчас носит достаточно символический характер.

Так по какому же пути пойдет Центральная Азия? Наиболее вероятным эксперты называют сценарий «Синоцентричный мир», поскольку в настоящее время именно позиции Китая выглядят наиболее сильными.

В этом случае Россия, скорее всего, будет избавлена от исламских вооруженных конфликтов. Китай наведет в странах ЦА порядок, будет наращивать экономику. Так будет ли хорошо России с таким соседом под боком?

01.12.2013

Источник — rus.ozodi.org
Постоянный адрес статьи — http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1385961660

Характер взаимосвязи интеграция и этнокультурной идентификации в Азербайджане

Гюльнара Инандж, директор Международного онлайн информационно-аналитического центра «Этноглобус», редактор русского раздела http://www.turkishnews.com

 

(Выступление на конференции «Альтернативы регионального развития», Шабунинские чтения, 11-12 октября 2013 г., г.Волгоград)

 

Распад Советского Союза, затем начало глобализации создала новую этнопсихологическую обстановку для осознания самоидентификации.

 

Советская политика, нацеленная на формирование сознания советского человека, стирающая этничность и религиозность, в одночасье окрасил в самые радикально яркие цвета эти факторы самоидентификации.

 

Первые годы создания новых независимых государств, в Азербайджане политический национализм шел параллельно с этническим национализмом, в том числе многочисленного, основного тюркского этноса. С укреплением государства национализм азербайджанских тюрков снизился, параллельно снижая этнический национализм не основных этносов, населяющих страну.

 

Но при этом этническая самоидентификация среди граждан Азербайджана называющими себя «азербайджанцами» и  гражданами, называющими себя «тюрками» ,«лезгинами», «аварцами», «талышами», идет параллельно.  Но при этом в массовом сознании отсутствует агрессия, абсолютизм в самоидентификации. Но также понимание определения «азербайджанец» как политическая или государственная нация тоже слаба.

 

Например, сложно, порой невозможно объяснить азербайджанскому тюрку, все еще сохранившего в себе формат советского определения «азербайджанец», что лезгин, талыш, еврей, проживающий в Азербайджане тоже «азербайджанец». Также ревностный лезгин, талыш, аварец не хочет признать себя азербайджанцем, так как опять-таки согласно советскому формату, считает это определение элементом, отводящим его самоидентификацию на второй план.

 

Подобный подход к названию «азербайджанец» имеет место среди этносов, не имеющих своего государства. Глубоко в подсознании за этим скрывается инстинкт самосохранении на фоне глобализации, когда идет процесс интеграции и слияния культурных ценностей.

 

Так называемая «арабская весна» вновь оголила этнические и религиозные чувства. Исследования, также собственные полевые работы показывают, что при данном международном вызове, в Азербайджане религиозное самовыражение и самоидентификация превалирует над этнической, порой смешивая их.

Но рост этнического самосознания строится на мифологизации истории, поиски исторических личностей среди представителей своего этноса. (1)

 

Азербайджан, участвуя в транснациональных и региональных проектах, ускоряет процесс вовлечения в процесс глобализации и обратную ее сторону – локализацию. Локализация развивает региональное и местное самосознание. В итоге как глобализация, также локализация выступает в роли катализатора этнической мобилизации. (2)

 

В описанном формате идентификации предлагается новое мышление и идентификация — евразийство. Этот формат мышления нов для азербайджанского общества. Часть страны входит в европейское, азиатское географическое пространство. Одна из двух сел , расположенных рядом согласно этому разделу могут оказаться в Европе и Азии. Кем считают себя жители этих сел? Они скорее всего назовут название своего села, потом свою этничность, в зависимости от того где находится это село или политическую нацию- азербайджанец, потом религиозную принадлежность – мусульмане. Но европеец он или азиат его вовсе не волнует.

 

Воспринимают же азербайджанцев за пределами своей страны как восточных людей, мусульманами. И так представляя нашему общественному сознанию новый формат мышления, нам нужно определиться и объяснить с какой целью это делается. Если все еще идут дебаты вокруг этнической принадлежности и политической нации, то  те, кто не желает себя считать нацией, а остается в своем этническом доме, предложить евразийскую самоидентификацию.

 

Евразийская идея Льва Гумилева  была перенесена на политическую плоскость и превратилась в ведущее звено внешней политики России и стала фактически новым форматом для объединения евразийской географии. То есть идея евразийской идентификации  проявила себя на политической  плоскости. В таком случае евразийство будет диктоваться сверху, если политически власти страны решать присоединиться к нему. Продиктованный сверху новый фактор интеграции или объединения, не  будет преподнесен как идеологическое составляющее, а будет означать нести только политико-географическое  название. То есть азербайджанцу не придется адаптироваться к новой идентификации.  В таком случае предложенная политическая идея евразийства не соперничает и не конфликтует этнической и национальной идентификацией, а является основой для культурной и экономической  интеграции.

С ростом экономического и политического статуса Азербайджана, национальная идентичность принимает новое качество. Теперь быть азербайджанцем престижно, равняется к примеру европеизированного восточного человека, мусульманина с современным мышлением. Азербайджанцы сейчас являются не только   трудовыми мигрантами, но также сами являются работодателями. Азербайджан начал принимать трудовых мигрантов из юга России, стран Азии, Ирана. Здесь особое место занимает участие Азербайджанского бизнеса и роль азербайджанца как работодателя на Юге России.

 

Здесь уместно рассмотреть привлеченность Азербайджана в экономику юга России, что несет за собой не только экономическую, но и культурную и общественную интеграцию.

 

Экономическое и политическое развитие Азербайджана отводит ему роль работодателя, что меняет отношение как самому государству, также  народу. Россия предоставила  иностранным частным и государственным кампаниям, в том числе азербайджанским инвесторам участвовать в развитии экономки юга России.

Южные границы России, граничащие двумя региональными государствами Азербайджан и Грузия, является стратегически важной опорной точкой России.  Для создания мира на юге страны, федеральный центр наряду с оперативными мероприятиями проводит экономические реформы, которые должны служить появлению новых рабочих мест, росту социальных условий населения и сокращения миграции.

Но при этом, учитывая стремления иностранных мироразделяющих сил отделить юг страны, в том числе Северный Кавказ от России Кремль настороженно относится к иностранным инвесторам, не допуская их в экономику региона.

При этом отсутствие геополитических амбиций на Северном Кавказе и нежелание стать инструментом чужих игр в регионе превращает Азербайджан в удачный и доверенный источник капиталовложения в экономику юга России.  Этому способствуют многие факторы, в том числе  экономический потенциал, схожесть ментальных особенностей, природная инфраструктура, крупный рынок и.т.д.

Договор, о государственной границе  подписанный в 2010 году между Баку  и Москвой сопутствовал открытию северокавказского экономического поля  для азербайджанского бизнеса.

 

Летом 2011 г. в Баку для обсуждения этой темы приезжал заместитель Председателя Правительства России, специальный представитель Президента России в Северокавказском Федеральном Округе (СКФО) А.Г.Хлопонин во главе делегации руководителей всех северокавказских республик. Сразу же после этого министр экономического развития Азербайджана Ш.Мустафаев посетил семь республик Северного Кавказа, состоялись бизнес форумы, встречи бизнесменов.(3)

 

Уделяя особое внимание к экономическому сотрудничеству с Азербайджаном, полпредство президента России в СКФО создаёт специальный совет для контроля над исполнением решений, касающихся субъектов федерации в регионе, также планирует открытие представительства полпреда СКФО в Азербайджане.

 

Как выразился заместитель полпреда в СКФО Сергей Субботин «Перед руководителями СКФО поставлена задача развития отношений с Азербайджаном, и уже пришло время для контроля эффективности поставленных задач. Эффективное решение всех задач зависит в первую очередь от эффективного контроля».(4)

 

Участие азербайджанского бизнеса особо чувствуется в крупном Ставропольском и Краснодарском регионах России. Например, по итогам 2009 года Азербайджан занял 3 место по объему внешней торговли со Ставропольским краем –  $ 123,3 млн. США, что составляет 8,7% от всего внешнеторгового оборота края, а товарооборот с  Краснодарским краем – $ 71,4 млн.  США.

Национальная компания «Azersun Holding» в 2010 году сдала в эксплуатацию чаеразвесочную фабрику в городе Белореченске (Краснодарский край) с общим объемом более $ 3 млн. США и приступила к строительству консервного завода на аналогичную сумму. Всего упомянутая компания инвестировала в развитие инфраструктуры Краснодарского края $ 22 млн. США.

Азербайджанская компания «Матанат-А» в сентябре 2011 года приступило к строительству завода стройматериалов в Успенском районе Краснодарского края (проект стоимостью 30 млн. евро).

В начале июня этого года а Волгограде в рамках четвертого форума «Россия-Азербайджан: межрегиональный диалог-2013» действовала деловая выставка, где российские регионы и Азербайджан представили продукцию промышленных и перерабатывающих предприятий. В экспозиции приняли участие более 40 товаропроизводителей региона, в том числе заводы «Волгограднефтемаш», «ВЗБТ», «Царицынская объединенная мануфактура», «Волжский абразивный завод», «Камышинский текстиль», «Пивоварь», «Конфил», «Сады Придонья», «Царь-продукт» и другие производства.

По словам министра экономики, внешнеэкономических связей и инвестиций Эльвиры Лагутиной, Азербайджан сегодня является одним из крупнейших контрагентов Волгоградского региона. В настоящее время на территории области работают 10 предприятий с участием азербайджанского капитала, растет товарооборот с этой республикой — по итогам 2012 года он превысил 140 миллионов долларов.

— Азербайджан проявляет интерес к волгоградскому АПК, автобусному производству, продукции химических и других предприятий, есть также перспективы и в реализации совместных инвестиционных проектов, в частности по строительству гостиниц и созданию площадок в области сельхозпереработки. Азербайджан также закупил завод буровой техники в Волгограде. (5)

Федеральный центр весьма заинтересованный в развитии региона создает максимальные условия для капиталовложения.

«В округе применяются самые передовые инструменты стимулирования инвестиций и развития – государственные гарантии, а также страхование инвестиций, не существующее больше ни в одном регионе России. Создана Корпорация развития Северного Кавказа», — сказал полномочный представитель президента России в СКФО А.Хлопонин, приглашая азербайджанских инвесторов в регион. (6)

Здесь нужно отметить необходимость создания зоны свободной торговли в регионе, что должно упразднить перемещение между Азербайджаном и Россией, способствовать взаимовыгодной торговли и сближению и более тесных контактов общественности двух стран, привлечь азербайджанских инвесторов. Это также должно сопровождаться   созданию условий для  трудовой миграции между Азербайджаном и в южных регионах России.

Российская сторона старается вывести экономические отношения между Азербайджаном и СКФО из рамок торговых связей, в сторону  развития промышленности и современных технологий и инноваций.  Примечательно, что чему свидетельствуют вышеприведенные примеры, участием азербайджанского бизнеса на юге России серьезно заинтересованы в Москве.

 

 

 

Источники:

1.http://azerizv.az/news/a-6069.html

2.www. ethnoglobus.az

3. http://www.expertsm.com/ru/useful-information/news

4. Fineko/abc.az.

5. http://infokam.su/n12105.html

 

6. Fineko/abc.az.

 

Израиль очень ценит дружбу и поддержку страны, находящейся по соседству с Ираном

13 ноября в Израиль прибыл председатель комиссии Милли Меджлиса по международным делам г-н Самед Сеидов. Его визит походит в рамках мероприятий ко Дню Независимости Азербайджана, организованных международной ассоциацией Израиль-Азербайджан «АзИз» при поддержке фонда Гейдара Алиева и МИДа Израиля.
В этот же день высокий гость в сопровождении генерального директора «АзИз» Льва Спивака и члена правления ассоциации, адвоката Иланы Лайтман, посетил Кнессет, где был принят на самом высоком уровне.
Первым азербайджанского парламентария принял Амнон Коэн председатель межпарламентской комиссии Израиль-Азербайджан, депутат Кнессета от ультра-религиозной партии «ШАС». На встрече обсуждались вопросы межпарламентских взаимоотношений. Была достигнута договорённость о продвижении идеи взаимных визитов парламентариев.
После завершения беседы Амнон Коэн лично проводил своего гостя на приём к спикеру Кнессета Юлию Эдельштейну, депутату от правящей партии «Ликуд». Г-н Эдельштейн оказал г-ну Сиидову очень радушный приём и попросил передать самые наилучшие пожелания своему азербайджанскому  коллеге спикеру Милли Меджлиса Октаю Асадову, а также его поздравления президенту Ильхаму Алиеву в связи с его переизбранием на новый срок. Далее парламентарии перешли к обсуждению возможности совместной работы парламентов двух стран в международных организациях, таких как Евросоюз, Европарламент. Такое сотрудничество было бы очень полезно в ряде ситуаций, ярким примером которых стал принятый Евросоюзом закон о запрете обрезания.
Затем г-н Сеидов был приглашён в канцелярию премьер-министра, где был принят главой правительства Израиля Биньямином Нетаниягу. Г-н Нетаниягу был очень рад визиту в Израиль азербайджанского парламентария такого высокого уровня.
— Ваш визит в Израиль ещё раз доказывает, — сказал г-н Нетаниягу, — что отношения между нашими странами развиваются в правильном направлении.
Премьер-министр выразил надежду на то, что обе стороны приложат максимум усилий к дальнейшей интенсификации этих отношений и к развитию многостороннего взаимовыгодного сотрудничества.
Завершающим аккордом стала встреча с руководителем парламентской фракции от крайне правой сионистской партии «Еврейский дом», вице-спикером парламента, г-ном Сукраном. Он был очень рад знакомству с представителем парламента дружественной страны, и особо подчеркнул, что Израиль очень ценит дружбу и поддержку страны, находящейся по соседству с Ираном.
После завершения всех встреч азербайджанский гость совершил традиционную экскурсию по зданию Кнессета и посетил знаменитый парадный зал парламента, оформленный гобеленами самого известного еврейского художника всех времён Марка Шагала.

пресс=служба «АзИз»